↓
 ↑
Регистрация
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Картинки ссылками
До даты

Все новые сообщения


Онлайн
Хальве!

Многие люди с интересно устроенными мозгами видят различные вещи, как аллегории жизни. Мне интересно, можно ли увидеть аллегорию нашей жизни, в приставке Денди?

А между тем я продолжаю обзор фика Великая Имперская Война, и начинается наконец-то сюжет. В прологе Сангвин и Шеогорат притащили душу нашего человека в Нирн, а сейчас увидим, куда подселили.

Глава первая.
Пробуждение было тяжёлым, будто после тяжкого и продолжительного похмелья. Всё тело было деревянным и плохо слушалось. Ощущения были в высшей степени мерзкие – как будто кто-то зашил меня в чужую грязную одежду, без возможности выбраться.

Первоначальный шок вызвала сама ситуация пробуждения. Я ведь вроде умер. Или нет? Да не, точно умер, я слишком хорошо помню волну боли в конце и обиду в стиле: «Почему именно я?». Интересно было другое. Когда я попал в какое-то тёмное ничто, где не было ни Страшного суда, ни света в конце тоннеля, даже языческих богов тоже не было, зато была тьма и покой, какое-то время. Потом я почувствовал, что меня кто-то или что-то усиленно и настойчиво тянет, в то же время само это место держалось за меня не отпуская. Однако неизвестный был настойчив, вливая много энергии, которую даже я чувствовал в нематериальном состоянии, что это место (Лимб? Чистилище? Просто Ничто?) начало ослаблять хватку, постепенно отдавая меня оппоненту, после чего я потерял сознание (учитывая то, что сознание – это всё, что у меня осталось). А ведь ещё недавно я готовился к зимней сессии и начал раз в двадцатый проходить Скайрим с модами. Свою смерть, как и многие детали из жизни, я перестал помнить. Осознание этого долбануло на манер колокола в голову. Поначалу меня это вогнало в панику, но затем я смог немного успокоиться, справедливо полагая, что по крайней мере сейчас с этим ничего нельзя сделать, да и для жизни не критично, а то, что я жив, теперь уже не вызывает сомнений.

Подобные мысли немного успокоили меня, пока не обратил внимание на окружающую обстановку, из-за чего снова впал в шок.

Я лежал на кровати в маленькой скромно отделанной комнатке. Откуда-то из глубин подсознания пришла мысль, что это гостиничный номер. Попытка встать с кровати увенчалась успехом только с третьего раза. Ощущая себя младенцем, который учится ходить, я с горем пополам подошел к окну и выглянул в него, но, кроме грязного переулка, ничего не увидел. Поразило меня другое, архитектура, хоть и была средневековой, но все здания были сделаны из камня, не было запаха нечистот, характерных для этого периода времени. Подсознание услужливо подсказало, что в Имперском городе развита система канализации.
- Минутку! – проговорил я вслух. – Что за игры разума? Имперский город? А кто…или что я такое?!
Оглядев комнату и увидев полированный до блеска медный тазик, я подскочил к нему на почти не гнущихся ногах и взглянул в своё отражение издав звук, похожий на гудок паровоза. В отражении на меня смотрел мужчина (уже радует) с немного смуглой кожей и коротко подстриженными чёрными волосами, карими глазами и крепким телосложением, одетый в холщовые штаны и рубаху. Я уже начал осознавать, что попал в чьё-то тело и мои мысли смешались с мыслями этого…кстати, кто этот новый я? Память на это услужливо выдала пласт информации. Зовут меня теперь Луций Тарн, имперец двадцати шести лет от роду. Родился в Сиродиле в графстве Скинград на семейной ферме, недалеко от границы с Валенвудом (теперь уже с Альдмерским Доминионом), в девятнадцать ушёл в Легион и теперь имеет звание декуриона (десятника). Друзей нет из-за сложного характера (что хорошо, ибо они сразу бы распознали неладное со своим товарищем). А с недавнего времени и родных нет: пару дней назад Луций, будучи самим собой, встретил некоего друга семьи, который сказал, что ферма сожжена, а обитатели вырезаны бандитами, пришедшими с территории Валенвуда (скорее всего, провокации диверсантов Талмора). Узнав это, обладатель теперь уже моего тела стал пить без просыху, а затем выпил бутыль яда (как он додумался до такого?), не забыв оставить предсмертную записку, где перед всеми извинялся и говорил, что присоединится к родным в Этериусе. Искомая записка и тёмно зелёная бутылка прилагались. Разорвав записку и выбросив её и бутылку в окно, я сел на кровать и принялся думу думать:

С чего начать? Да, я в мире Древних Свитков в теле офицера Легиона, декуриона, если быть точным и сейчас наш VIII Легион расквартирован под стенами столицы Империи, а я как офицер, живу не в палатке, а снимаю комнату в гостинице среднего класса. Не очень понятно время попадания, так как «донорское» тело не следило за новостями, а из значимых событий в жизни только строевая, погоня за бандитами и кабаки да девки. Мда, негусто. Хотя нет, есть ещё кое-что: на Рубиновый трон не так давно взошёл Император Тит Мид Второй. Во-от, уже кое-что, однако опять же не ясно что за год и что должно произойти в ближайшее время (в Тамриэле всегда что-то происходит). Так, с этим понятно, а почему я был перенесён сюда? Я избранный? Ага, размечтался! Кто ж меня изберёт-то? Аэдра? Даэдра? Да кому из них я нужен? Хотя, как-то я здесь оказался. А что, если..
- FUS! - Крикнул я со всей дури. Ожидаемо, ничего не произошло. Хотя, даже Довакину сперва нужно было поглотить драконью душу.

Решив отложить вопросы о своей «избранности» до лучших времён, я принялся к подсчёту и присвоению имущества Луция Тарна (надо привыкать себя им считать). Итого у меня имеется: полный стальной комплект имперского тяжёлого доспеха, несколько лёгких рубах и штанов (как поддоспешник, так и просто для повседневного ношения), короткий меч (гладиус в народе), несколько пустых записных книжек (зачем?) и, пожалуй самое интересное – кошель. Слегка улыбнувшись, я вывалил содержимое на кровать и понял, что стал обладателем восьмидесяти пяти септимов. Мда, весьма негусто, даже сотни нет, а ещё ведь офицер вроде. Память подсказала, что жалование задерживают на четыре дня, что нормально для нынешних кризисных времён. С деньгами тоже не всё ладно. В игре нам показывали только монеты достоинством в один септим, а цены могли зашкаливать за многие тысячи, что делало бы реальную экономику нежизнеспособной (представьте себя, идя покупать холодильник, имея полные карманы однорублёвых монет). Так вот, вернёмся к деньгам. В давние времена Тайбер Септим учредил Третью Империю, а заодно и валюту, названную в свою честь, которая ходит и по сей день. Основа лежит в золотом стандарте, который, надо отдать должное, не поменялся даже в тяжёлые для страны годы (вспомнить наши 90-е). Золото в Тамриэле более распространено, чем в нашем мире, потому и стоит дешевле, однако всё равно ценно и желаемо всеми. Состоит септим из монет, достоинством в один, пять и десять септимов, различаемых размерами и надписями. Так же были небольшие золотые слитки с клеймом в виде цифры сто, что и означало номинальную стоимость в сто септимов, но эти слитки были не популярны в народе и расплачивались ими редко. Совсем редкими были бумажные платёжные обязательства на крупные суммы, например в тысячу септимов. Всё это добро выпускала Восточная Имперская компания, на протяжении многих сотен лет совмещая в себе функции торговой компании и Центробанка, что не удивительно, учитывая, то, что в совете директоров сидят в том числе и члены императорской семьи.


И так, отличное место и время для попадания, чтобы написать интересную историю. В тело офицера, а впереди война. Уйма шансов написать нечто интересная, куча вариантов сюжета.

Но это о хороших перспективах. К сожалению реальность куда прозаичнее. Автор наваливает тонну экспозиции ( что должно быть хорошо для незнакомых с фандомом), и проваливает здравые реакции попаданца, которые могли бы быть. Где неприятие? Где гнев? Где тоска по родине и близким ( или уж расскажите что их нет)?

Так же автор заранее облегчил себе что только можно, сделав тело попадания сиротой одинокой и без друзей, дабы попадун не имел сложностей с тем, что окружающие видят, был человек одним, а стал другим.

Персонаж пересказывает все настолько скучно и серо. что дальше читать не хочется. Но я человек упрямый.

От размышлений меня отвлёк стук в дверь, из-за чего я даже подскочил с кровати. Подойдя к двери (тело слушается получше) и открыв её передо мной оказался мужик имперец в заляпанном фартуке с запахом лука изо рта, являлся сей джентльмен хозяином гостиницы «Купеческий трактир» и начал разговор:
- Господин офицер, я слышал из вашей комнаты крик, вам нездоровилось?
- Нет, уважаемый, всё хорошо, а по какому делу вы пришли?
- Понимаете, офицер. Срок аренды комнаты истёк и я пришёл спросить, будете ли вы продлевать или же…
- А сколько стоит комната в сутки? Совсем запамятовал. – Сказал я
- Так, это двадцать пять септимов – отчеканил слова хозяин гостиницы.
А неслабо тут цены дерут. С другой стороны, столица ведь…Да и надо ещё в себя прийти и информацией разжиться, потому на денёк стоит продлить проживание
- Вас понял. – Сказал я, протягивая мужику три монеты (две по десять и одна пять септимов) – Держите.
- Спасибо. Доброго дня господин офицер. - Сказал хозяин с довольным выражением лица уйдя восвояси.
Лишившись части своих денег я решил наконец, что хватит отсиживаться в номере, а пора и мир познавать и покушать (опять траты). Надев доспехи (офицер я или кто?) без поножей, наручей и шлема, прицепив меч к поясу и положив в карман штанов деньги (слава богам, что тут есть штаны, а не только римские юбки) я вышел из номера и спустился в холл, который являлся и трактиром. Почти весь зал был заполнен офицерами и солдатами Легиона, которые ели и пили (больше пили). Не хотелось бы привлекать внимание, но с недостатком информации нужно что-то делать. Поэтому я решил расспросить служивых о том, какой сейчас год и о последних событиях. Затем я задавал вопросы про драконов и Довакина, однако все бросали на меня недоумённые взгляды, кроме пары нордов, посматривающих на меня с определённой долей уважения, но даже они сказали, что это легенда из очень стародавних времён. Заказав похлёбку с олениной и кусок хлеба, я принялся обобщать услышанное и выходило вот что:

1) Про Драконов и Довакина никому ничего не известно, исключая легенды и сказки.
2) Сейчас 171 год Четвёртой эры, или как здесь принято 4Э 171. 1 день месяца Огня Очага
3) Хаммерфелл является частью Империи, что мне лично пояснил недоумённый редгард, взгляд которого выражал фразу: «А как же иначе?»
4) Талоса все поминают через слово, особенно норды. Из чего был сделан вывод, что поклонение ему разрешено.
5) Талморцы скоты и ублюдки. Все без исключения.

Из всего этого приходит неутешительный вывод – Великая война близко. Меня же, как винтик имперской военной машины, так или иначе бросят в это пекло. А хотелось бы выжить. Обливион их подери, не помню, когда именно Доминион эльфов и кошек пойдёт в наступление. Вроде все началось с заведомо невыполнимого ультиматума Императору, а после наступление на Хаммерфел, затем на Сиродил. Блин, вот же не было печали! И дезертировать не вариант, тому есть две причины: во - первых – это казнь (оригинально, да?), а во - вторых – игра Скайрим, где мы видим Империю образца через 30 лет после событий Великой войны. И эта Империя представляет собой печальное зрелище полуразложившегося трупа, которую ненавидят многие свои граждане, а солдаты превратились в палачей, режущих всякого, на кого укажут юстициары Талмора, борзеющие день ото дня. Хочу ли я жить в этом мире? Определённо нет! Такие у меня были мрачные мысли в тот момент.


И что же плохо здесь?
А то, что массу всего интересного и вкусного автор крепко спрессовал, а нам оставил только выжимку выводом. Не показали как он общался с окружающими, что они отвечали, не дано диалогов. А его мотивация подана крайне неубедительно. Нет, я верю в попаданцев, которые проникаются ужасом грядущих событий, и которые не могут позволить себе быть безучастными зрителями. Но автор это подает как само собой разумеещееся, без внятных объяснений. В конце-концов если сравнить с другими попаданческими фиками ( с хорошими конечно), то там попаданцы хотя бы успевали сблизиться с местными, и за что-то полюбить мир попадания. А здесь этого нет.

Однако зря я жаловался, что диалогов не додали. (Лучше бы их вовсе не было!)
Прервался от мыслей я тогда, когда ко мне подсел один из давешних нордов, держа в руках две кружки пенного напитка, поставив одну из кружек ко мне.
- Здоров будь! Я Олаф сын Тормунда, родом из Ривервуда. Первый раз вижу, чтобы имперец интересовался культурой Скайрима. Скажи, у тебя в роду нордов не было?
Вот такой разговор завёл широкоплечий блондин, примерно 22-23 лет нордской расы, одетый в броню легионера.
- Привет. – Сказал я, благодарно принимая тёмное пиво – Я Луций Тарн из Скинграда. Что по твоему вопросу, то я очень уважаю культуру Старого Королевства (прим. Неофициальное название Скайрима) и как не знать про Довакина, когда одним из них был сам Талос Атморский? А что касается предков, то кажется, нордов там нету. Иначе как объяснить, что я мёрзну на морозе?
Северянин посветлел лицом, услышав это и на радостях заказал нам ещё по кружке пива
-Всё верно! Вижу правильный ты мужик Лу, хоть и имперец. Не против, что я так тебя называю? Вот и отлично! А предки конечно важны, но себя мы делаем сами!
Закончив свою тираду, Олаф предложил тост за Скайрим, после чего, мы стукнувшись кружками выпили их содержимое.
- Ааа! Хорошо! Знаешь, Лу, никогда не видел, чтобы имперец пил что-то, кроме своего разбавленного винца. Как говорил мой отец: имперцы все изнеженные рохли и непонятно, почему это они нами правят, а не наоборот. Но вот ты не такой, пьёшь со мной истинный напиток настоящих мужчин. Нас хоть сейчас на палубу к Исграмору и пяти сотням, мы бы быстро разнесли всех остроухих со всеми их До-ми-ни-о-на-на-ми, либо бы пили в чертогах Совнгарда с самим Шором!
Вроде не пьяного норда основательно так понесло, в его словах мы с ним и снежных эльфов добиваем (знал бы он, во что они превратились) и Талморцам уши срезаем и чуть ли не на трон коронуемся. Оба. Ему бы в Коллегию бардов…
Балладу «Бесстрашный Олаф и тоже нормальный мужик Луций» прервал звук драки и я увидел, как один данмер безуспешно отбивается от трёх людей. Олаф увидев это хищно улыбнулся и сказал:
- Ну что Луций, пойдём, разомнёмся! – Сказал северянин и побежал.
К моему удивлению, удар кулаком получил не тёмный эльф, а один из его обидчиков имперцев, рухнув на спину. Данмер не растерялся и бросился в ноги второму противнику, в то время, как Олаф наносил удары в грудь и в голову. В это самое время я сорвался с места и бросился наперерез третьему противнику, который никак не ожидал от меня угрозы, а потому не заметил, до того самого момента, когда я сзади схватил его на удушающий приём и сделал подсечку. Когда все трое легионеров валялись на полу, я наконец подошёл к норду и данмеру.
- Да, славно мы их отделали! Все молодцы, парни! – Сказал Олаф, обнимая меня и эльфа, отчего, тот вытаращил глаза и попытался освободиться (неудачно).
- Я не просил мне помогать! - Заявил пепельнокожий.
- А я и не тебе помогал, просто давно хотел разбить рожу этому барану! – Ответил норд, показывая на отползающее в сторону тело поверженного в драке. – А тебе бы не мешало представиться.
- Хм, хорошо. – Удовлетворился ответом уроженец Морровинда. – Я Ревин Садрас из Великого дома Садрас. – Гордо высказал он. – Рядовой Имперского Легиона. – Было сказано уже скромнее.
- Э, так ты из знати, что ли? – Спросил Олаф приглашая эльфа к нашему столу и заказывая ещё пива (норды…).
- Можно и так сказать, но если честно, то последние пять лет я был заложником и жил в Доме Редоран. – Начал свой рассказ Ревин.
- Так тебя похитили? Как же ты сбежал? – Не унимался северянин.
- Да всё не так. В знак верности и как гарант от предательства, мой отец отдал меня Редоранцам до совершеннолетия, они же в свою очередь, кормили, одевали и учили меня наравне со своими отпрысками. Когда мне стукнуло совершеннолетие, то меня отпустили, заменив другим заложником, но я, держа обиду на отца, решил идти странствовать. А затем вступил в Легион.

Вот такую историю рассказал нам тёмный эльф, как выяснилось позже 38 лет от роду, что не удивительно, при эльфийском долголетии. Но кое-какие вопросы у меня всё же имелись:
- Скажи Ревин, а что за Дом Садрас такой? – Спросил я
- Ну, он недавно основан. – Почему-то засмущался данмер. – Раньше мы были известны под именем Хлаалу.
- Понятно. – Ответил я.
- Ну – Отхлебнул пива норд – Будем знакомы! Я Олаф из Ривервуда. Мечтал путешествовать, а не брёвна пилить на лесопилке. Батя этому не удивился, наоборот, сказал, что истинный норд должен уметь сражаться, в отличие от матери и сестры, что уговаривали меня остаться. Стража Вайтрана или любого другого владения меня не привлекали, хотя они поразительно осведомлены обо всех событиях в Скайриме. Но, как только Верховный король Истлод объявил о необходимости пополнить ряды Легиона сынами Скайрима, я пришёл в Солитьюд и записался. Собственно, вот я и здесь перед вами как рядовой легионер Олаф, - сказал северянин улыбнувшись в жидкую бородку.

После этого я рассказал о том, кто я и откуда (умолчав, разумеется, о самом главном), затем рассказал про недавнюю гибель семьи, чем получил соболезнования от обоих собеседников. Особенно эмоционален был норд, они с эльфом согласились, что это были талморцы и все они заслуживают страшной смерти. Мне оставалось лишь поддакивать и соглашаться, хотя умом я понимал, что это родные Луция, а не мои, поэтому не испытывал скорби по ним, хотя они и не заслужили такой смерти.


Вот так вот мы увидали двух персонажей, которые вроде бы будущие друзья этого самого попаданца, но на деле просто персонажи-функции. Один - стереотипный норд доброго сорта ( а будут еще стереотипные норды злого сорта), второй - стереотипный данмер, который в будущем станет замом главгероя. Диалоги с ними механические, выполнены в стиле программы-минимум " пообщаться с местными".

А вот когда можно было показать его вербальную активность ( проще говоря, показать как он сам общается), автор все сократил, до того. что написал, что они поговорили. И все.

И на этом глава заканчивается. Из плюсов: показали неплохие сиськи интересное время и место попадания. Из минусов: деревянные описания,диалогов мало, а какие есть- сухие как дрова из ветлы на даче моего дяди.

Ладно, буду ждать ваших мнений. С вами радию K-DST, и диджей Томми "Кошмар" Смит ставит для нас
песню Rod Stewart - Young Turks https://www.youtube.com/watch?v=zQ41hqlV0Kk

#дети_кукурузы #мультифандом #фикопанорама
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 1 комментарий

Онлайн
Хальве!

Однажды коллега ( по писательскому занятию) Altra Realta спросила, почему я подробно и полноценно разбираю всякий трэш, а годноту реже, и не столь подробно? Ну во-первых я стараюсь не расходовать весь изведанный мне запас годных , хороших, прекрасных фанфиков и ориджей. Плюс я скован тем, что многие хорошие работы не окончены, и нельзя быть однозначно уверенным, что автор не сольет все в конце. как это к сожалению бывает.

Во-вторых подробно и побуквенно разбирать хороший и прекрасный текст, значит спойлерить, и портить читателям настроение. Лучше того не делать, ограничившись малой выборкой цитат, и аргументированно объяснив другим, за что ТЕБЕ это нравится, дабы они уже сами принимали решение.

В-третьих всегда есть опаность, что текст не зайдет другим, и разразится противоречие. Ничего не имею против плюаризма мнений, но единогласность мне милее ;) А потому лучше всех скомпоновать, в единообразие, когда все согласны, что ТАК писать не надо.

Сегодня однако, я собираюсь начать обзор одного фика, который я не могу назвать однозначно ужасным, но и громко хвалить тоже не стану. Дело в том что я его читал не раз, перечитывал через разные промежутки времени. И если мои фики-фавориты ( такие как Астромех Эрдваныч, Iron commander, Попаданец, Легче Перышка, Священная война, На изломе времен, Хроники направленной эволюции, Ударенная на всю голову, о тех кто не слушает добрых советов, Дитя грани, Протоэффект и многие другие) у меня стабильно вызывают только положительные чувства, то читая этот фик, я был как на качелях - а перечитав его недавно, увидел в нем слишком много недостатков. И думаю он будет моим новым образцом.

Встречайте, леди и джентельмэны, фик Великая Имперская Войнаhttps://ficbook.net/readfic/6041724 . Сей фик меня страшно заинтересовал тем, что автор взялся за амбициозную задачу - рассказать нам о Великой войне, которая случилась до событий пятой части Свитков, и которая оказала колоссальное влияние на внутриигровую историю. А так как я люблю фики, которые как бы расширяют вселенную канона, то не смог пройти мимо. Плюс автор вздумал показать это событие через призму восприятия попаданца. Я был в предвкушении.

Давайте же начнем.А начнем мы конечно с начала, с пролога.

Туман, окутывавший всё, стелился в Очагах Наслаждения, где в некоем месте (говорить о точности в плане Обливиона невозможно) стоял стол, накрытый изысканной снедью в серебряной посуде и дорогим алкоголем, но хозяин этого места и его гость собрались не для дегустации деликатесов.
- Надоело! Все надоело!
- Да, стоит согласиться, что веселья в этом мире стало куда как меньше.
Диалог вели двое. Первый был толстым существом с загнутыми назад рогами, постоянно опустошавший ёмкости с алкоголем. Второй же имел вполне человеческие черты (кроме вертикальных зрачков в глазах) и был одет в камзол, окрашенный ровно пополам в фиолетовый и оранжевый цвета, занимался он тем, что катал по тарелке сырный шарик.
- Скука смертная, надо чем-нибудь заняться, а то я с катушек съеду! Хотя я уже… ахахахах…
Засмеялся в голос Шеогорат.
- Мы тут часто сидим и ты всё время так говоришь. Придумал бы уже что-нибудь.
Сангвин, сказав это, смачно рыгнул и запустил пустую бутылку куда-то в туман.
- Может, устроим где-нибудь голую вечеринку, как в старые добрые времена, вот потеха будет
- Ахах, помню-помню, тогда весь Лейавин на ушах стоял. Голые августейшие персоны, с криками бегающие по коридорам замка и пугающие челядь. Хотя, почему пугающие, у графини было на что посмотреть…

Шеогорат ненадолго погрузился в воспоминания и блаженно прикрыл глаза.
- Но нет, старина, после десятого раза уже не то. Надо что-то новое придумать. Шевели мозгами, рогатый! А то пропил уже все небось! Ахахах…
- Хм, полагаю, дождь из горящих собак и метеорит не предлагать? – оскалился Сангвин.
- Собаки слишком скучные, даже горящие, а вот про метеорит не напоминай. – Сказал, став неожиданно серьёзным Принц Безумия.
- А что же так? Целый мегаполис в труху и остров на лоскуты. Всё так как ты и любишь. – Хихикнул Сангвин.
- А то, что после этого случая со мной связались и посоветовали так не делать больше. – Сохранял серьёзное выражение Скумный Кот.
- А вот это уже интересно, ты не рассказывал. Кто же посмел указывать, что делать самому Богу Безумия?
Шеогорат ничего на это не ответил, только показал пальцем на небо. Князь Разгула тоже принял серьёзное выражение лица, как будто и не было дюжины выпитых бутылок крепкого алкоголя, и сказал:
- И как же ОНИ тебя предупредили? Что сказали?
- Нашлись способы… ОНИ были весьма убедительны, поэтому никаких больше метеоритов. – Ответил Шеогорат.
-Эххх, ладно нам киснуть! Веселиться надо! Веселиться говорю! – С этими словами тот, кого некогда знали как Героя Сиродила, ополовинил бутыль бренди и крякнул.
- Вот это дело! Вот это по-нашему! – Ответил ему рогатый толстяк.
- Кстати. – Продолжил он. – Как дела у остальных наших?
- Ну, старина Вайл передаёт извинения, что не смог прийти. Улаживает проблемы после этого своего летающего острова.
- Города, Шео. Это был летающий город. – перебил Сангвин.
- Ну да. Кто там ещё? Мери передаёт привет. Такая же красотка и всё так же терпеть не может нежить. Старину Мору и Чумного Дракона я не видел, но подозреваю, что и у них все в порядке. С Боэтой, Мефалой и Каннибальшей я не общаюсь. Азура всё так же шипит на меня при встрече. Обидно на самом деле. Сама же мне помнится, подарила Звезду. Чертовски полезная и удобная штука! Берёг её как сокровище, даже не отдал Мартину когда он шаманил над порталом в Рай.
- Поэтому ты отдал ему МОЮ Розу, да?! А он тоже хорош, вместо того, чтобы вспомнить старые добрые деньки, поспешил развоплотить сей дорогой моему сердцу артефакт!

Сангвин закончил эмоциональную тираду и успокоился, умея сводить всё в шутку, тем не менее это воспоминание неприятно давало о себе знать. Впрочем, это дела прошлые…
- Ладно. – Повеселел Разгульный Принц – Что дальше?
- Да в общем-то ничего. Про Соню, Воровку и Охотника ничего не слышал. Наверняка чем-то заняты. Старина Молаг такой же сердитый и скучный. Ну а старина Мерунес как обычно, на дух не переносит даже малейшего упоминания обо мне.
- Хех, было бы странно, чтобы Дагон поменял своё отношение к тебе, хотя ты теперь и другое существо. Ладно, так что там с весельем?
- O, я думал ты уже и не спросишь. – С улыбкой сказал Шеогорат – я придумал как хорошенько развлечься, встряхнуть мир и при этом не поссориться с НИМИ!
- Ты меня заинтриговал. Выкладывай, что придумал твой безумный мозг.
- Всё очень просто мой толстый друг, мы просто перенесём в наш мир кое-кого…

Сангвин на этих словах хмыкнул
- Кого? Ты сам знаешь, что для этого нужен целый ряд условий и исходных данных. Это уже не говоря о том, что другие принцы и Они не будут сидеть сложа руки. Бал и Дагон пытались, но у них ничего не вышло. Хотя, если ты имел в виду Двемеров…
- O нет! Нет и ещё раз нет! – замахал руками Принц Безумия – они же ещё скучнее злокрысов под Имперским городом. Да и как ты знаешь, Двемеры ведь…
- Да понял я! Ладно, так кого перемещать собрался? Только, чтобы весело.
- Есть у меня одна идейка. – Почесал подбородок Шеогорат. – Скажи мне, старина Сангви, что ты знаешь о Внешних мирах?
- Не многое я знаю. O каком мире идёт речь?
- O том, что без магии, где живут только люди.
- Слышал и про такой. Скучный, наверное.
- Совсем нет. – Возразил оппонент рогатого – Они умеют себя развлекать, а какой там сыр....
- Шео, скажи мне, почему только ты можешь туда путешествовать? – С легкой обидой спросил Сангвин.
- Без понятия, наверное это как-то связано с сущностью Джигаллага, но точно я не уверен. А по поводу веселья, то мы призовём человека оттуда. Никакой магии, артефактов и никаких армий с планами завоевания мира. Просто. Один. Человек.

Сангвин на это только покачал головой
- Одним больше, одним меньше, что же тут весёлого? Смотреть, как твой человек отойдёт от шока, да и пойдёт искать место в жизни: на поле, за прилавком или с оружием в руках. Таких историй тысячи, нет, миллионы, Шео.
Шеогорат только загадочно улыбнулся
- Ты меня неправильно понял старина. В том мире некоторые люди знают про наш мир, но воспринимают его… пускай как сказку. Я выберу того кто знает про этот мир, его прошлое и даже недалёкое будущее.
Принц Разгула присвистнул
- Неслабо друг мой, неслабо. И что же будет в будущем?
- Ну, скажем так, на небесах какое-то время будет очень тесно, а в некоторых местах на Севере весьма жарко.
Сангвин не был дураком, потому недовольно покачал головой
- Не есть хорошо это
- Ну, это один из вариантов развития. Он может быть, а может и не быть – Ответил Шеогорат.
- Ладно, я тебя понял – перебил собеседника рогатый – Давай перемещать, а то и я заинтригован.
- Не всё так просто. Перемещение из другого мира требует просто море энергии, даже когда дело касается одного человека. Для начала сотвори мощный круг для призыва.
- Ну, Принцы Даэдра мы с тобой или нет? – Усмехнулся Сангвин и создал на опушке сначала идеально ровную каменную площадку, а затем на ней появилась наполненная магией сложная пентаграмма с буквами даэдрического алфавита (хорошо владеть планом Обливиона, где всё подчиняется только твоей воле).
- Неплохо – Хмыкнул Шеогорат – Напитывай пентаграмму магией, а я займусь призывом. Вдвоём вроде должны справиться.

Если бы объём магии в этот момент кто-то бы измерял, то измеритель сломался бы, а рассеивающиеся эманации магии убили бы всё живое в большом радиусе от колдующих Принцев Даэдра. Пока Шеогорат шептал что-то и создавал серебристое марево на середине пентаграммы, где была нарисована буква Oht даэдрического алфавита, Его рогатый приятель заполнял руны огромным количеством магии, которая, впрочем, крайне быстро растворялась, уходя в марево ритуала Безумного Бога.
В какой-то момент Шеогорат, очередной раз восстановив магию, сказал:
- Сангви, этого мало, нужно больше, гораздо больше магии, причём сразу, за один рывок. Если растянуть, то большая часть магии просто уходит в Мундус…
- Да понял я, понял – Махнул рукой толстяк – Придётся снова пожертвовать Розой. Эх, судьба у неё такая – уходить на дрова для порталов.
- Ничего, Розу ты свою через время вернёшь, зато повеселимся от души! – Сказал Шеогорат и достал откуда-то темный посох с разинутой пастью в навершии
- Чтобы тебе не было обидно и чтобы энергии точно хватило, с Розой я пожертвую и старину Ваббу.


Автор с самого начала вздумал обосновать нам появление попаданца самым бронебойным аргументом - его притащили Принцы/Лорды/Князья даэдра, Сангвин и Шеогорат. Владыки разгула и безумия - кто еще мог до такого додуматься? Заодно и аргумент на возможный вопрос " а зачем сверхсущность тащит попаданца в этот мир, делать разве нечего?" - им это по приколу.

Призвали они только душу, но тело имеется.
Так два посоха покрыло сияние и они, распавшись на огоньки, устремились в пентаграмму ритуала, устроив мощнейший магический выброс. После чего на пару секунд все затихло, чтобы потом на середине пентаграммы появился светящийся синий шар, исходящий лучами.
- Да! Мы смогли! У нас получилось! – Начал отплясывать безумный танец Шеогорат
- Ох, я думал меня сейчас скрутит в трубочку. Самого меня! Принца Даэдра! Ладно. – Сказал Сангвин смотря на светящийся шар и почесав затылок. – Как-то не похоже это на человека, не находишь?
- Ну, так это и не человек, а его душа. Поздравляю, мы с тобой заполучили её.
- Что? Только душа?! И на это потребовалась энергия, способная разрушить, а затем и восстановить пол Тамриэля!!!
- А я тебе не говорил? Хех, странно, забыл, наверное. – Заржал Принц Безумия, но затем резко посерьёзнел. - Дорогой старина Сангви, а ты не задумывался, что если бы всё было так легко, местные ритуалисты и колдуны призывали бы не атронахов и дремор, а людей из этого мира, ведь оружие у них – это и правда что-то с чем-то…
- Ладно, эххх, надеюсь оно того стоило. Но если это душа, куда её заселять?
- Не беспокойся. Всё давно продумано – Пару раз стукнув пальцем у виска Шеогорат – Есть в наличии тело в хорошем состоянии и без души и сейчас наша душа отправится заселять и обживать новый «дом».
- Ну тогда мы подождём и посмотрим, что из этого выйдет. – Ответил Сангвин.


И на этом глава кончается, а автор в примечаниях пишет, что фик больше для тех, кто сеттинг знает. Ну я думаю в нашем уголочке найдутся знатоки, так что непосвященные могут смело спрашивать.

Жду ваших мнений. С вами радио K-DST https://www.youtube.com/watch?v=htgr3pvBr-I

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев

Онлайн
Хальве!
Нас каждый день бомбардирую новостями, что в мире творится, но мыредко задаем себе вопрос - а есть ли нам до этого всего дело?

Пришла пора закончить обозревать фик Из пыли, и завершить уже разбор Прыща.

В прошлой главе он вернулся из Совнгарда.

Глава 20.
Утром сверху, от самого Скулдафна, спустились Гней и Септимий, а с ними увязался какой-то незнакомый мне центурион. Судя по фалерам на груди - прими-ордер третьей когорты. Гней облапал меня, чуть не переломав рёбра, Септимий и центурион отсалютовали по уставу и вытянулись по стойке смирно.
- Дружище! Вернулся! - радовался Гней. - А мы уже собирались по тебе панихиду заказывать. Тебя не было четыре дня.
- Вот как! - удивился я. - А я думал, что прошло несколько часов.
- В том-то и дело. А тут ещё приехала Рикке. Одна, без охраны, без брони. Притащила с собой алтарь Талоса и целыми днями молилась возле него. Ну, хорошо, что вернулся! Расскажешь, как там, на том свете?
- Потом. Сейчас давай-ка устроим официальную часть. Рикке где расположилась?
- Там, в балагане из шкур. Мы хотели ей поставить шатёр, она отказалась. Что-то с ней произошло, сама на себя не похожа. Хотела за тобой в Совнгард идти.
- И что?
- Ну, ты же приказал, чтобы никого к порталу не подпускали, мы и не пустили. Думали, что она будет нам трибуналом грозить, а она, когда узнала, что это твой приказ, сразу перестала рваться.
- Ладно, зовите её сюда, будем решать текущие проблемы.
Центурион молча вышел из моего шатра. Я повернулся к Бассию и спросил:
- А это что за личность?
- Ну, потому мы его и привлекли. Это Люций Агриппа, выполнял у нас задачи главного архитектора. Под его руководством были построены мосты и переходы к Скулдафну.
- Полезный боец, - сказал я. - Можно его продвинуть на гражданские должности. Таким не место в первой шеренге.
Вскоре пришла Рикке и села у входа в шатёр. Я позвал её ближе к общему столу и она послушно села у самого угла. Обсудили все основные вопросы, решили что делать дальше с порталом, после чего поднялись в Скулдафн.
- Судя по всему, портал держится открытым на вон том посохе, - сказал Агриппа и показал на невысокий постамент рядом с порталом. - От него исходит довольно мощное излучение. Здесь и здесь, - центурион показал своим витисом на неглубокие желоба, пробитые в каменной кладке, - Установлены магические резонаторы. Я посоветовался с магами, они подтверждают моё предположение, что портал управляется с этого постамента. Если убрать посох, портал закроется.
Гней пихнул меня локтем в бок и шепнул:
- Я же говорил, что он толковый малый!
К посоху привязали длинную верёвку, перекинули через блок и укрылись за каменным бруствером. Люций дёрнул, посох выскочил из гнезда, и тут же схлопнулся портал, исчез столб света.
- Посох необходимо уничтожить, - сказал я. - Вообще я уже жалею, что по Скайриму теперь разнеслись слухи о входе в Совнгард.
- Портал завалить? - спросил Септимий Фол.
- Не знаю, - ответил я. - Думаю, что не стоит. Если его завалить, всё равно фанатики раскопают. Более того, на мой взгляд лучше всего будет установить тут алтарь Девяти, а все эти мосты и переходы оставить. Тогда паломники получат нормальный подход к месту поклонения, а не будут карабкаться по скалам и гибнуть по-глупости. Кстати. Вот что, Люций. Поручаю тебе одно интересное дело. Ты должен поставить у ворот будку, потом ты соберёшь паломников и расскажешь им порядок посещения места, где были врата Совнгарда. Каждый день к вратам могут пройти только двадцать человек с утра и двадцать с полудня. Плата за вход три... нет, пять септимов. Значит, в день эти врата будут посещать сорок человек и прибыль составит двести септимов. За пять дней - тысяча, за месяц шесть тысяч. Отправишь своих людей в Рифтен и Виндхельм, пусть принесут алтари всех богов, которые смогут найти. Придумай там всё, чтобы красиво выглядело. Понял? Я потом договорюсь, чтобы возле врат постоянно дежурил один из драконов. Ну, чтобы пафос через край плескал, и чтобы паломники не расслаблялись. Драконы на кого хочешь наведут торжественное настроение... Да, вот ещё! Если кто-то вовремя не покинет Скулдафн, припугни гневом Довакина, выпори и возьми штраф в двадцать монет... Нет, лучше в пятьдесят.


Мда, капитализм однако случился. Магистрат всея Скайрима, человек у которого вместо криминальных быков, уйма солдат, которые для него выпотрошат любого, вздумал делать деньги из местной свяыни. К успеху идет.

А дальше был огромный кусок про то, как он путешествует по холдам, и везде празднуют победу над Алдуином. Этот кусок я приводить не буду, так как он нисколько не информативный, сродни неуместным заклепкам, или описанию нарядов.

Переносимся к выборам главного над Скайримом.
Через две недели произошёл совет в Мрачном замке, на который были приглашены все ярлы. Генерал Туллий объявил, что гражданская война в Скайриме окончена, проблема драконов решена, а значит провинция снимается с военного положения. Четвёртый легион остаётся расквартирован в Скайриме, но его структура приводится к установленному законом порядку. Легаты отзываются в Сиродил, их места занимают военные трибуны. Один из патрициев и пять из плебса. Во главе легиона встанет один легат, который будет избран советом легатов и ярлов. В качестве претендентов на эту должность назвали Рикке, Хроллода, Цезенния и, неожиданно, Адмана. Это было неприятно, и мне пришлось собрать все силы, чтобы никак не проявить своего разочарования. Туллий прочитал список кандидатов, кинул быстрый взгляд в мою сторону и отложил бумагу.
- Прежде чем мы начнём установленный порядок назначения легата Скайрима, я хочу услышать мнение всех заинтересованных людей. Сначала кандидаты, затем прочие.
- Генерал! - одновременно вскочили Цезенний и Рикке.
- По очереди... - поморщился генерал. - Сначала ты, Константин.
Рикке покраснела и села на своё место, не смея перечить Туллию. Цезенний долго и пространно рассуждал о будущем Скайрима, о развитии транспортной сети и торговли, наконец выдохся, сел и промочил глотку стаканом вина.
- Кто следующий? - спросил Туллий.
Встал Адман и долго жевал о политических играх между холдами, о противоречиях среди ярлов. Мне стало скучно и обидно, но всё же я дослушал его речь до конца. Следующим встал Хроллод и сказал:
- Я простой солдат. Судьбе было угодно, чтобы я стал легатом, хотя сам я думаю, что моё место не здесь, а в первой шеренге с моими солдатами. Если прикажете, буду легатом Скайрима, но сам я считаю, что есть куда более достойные кандидаты на эту должность. Вон, хоть Маркус, который на моих глазах поднялся из простого легионера в военные трибуны.
- Выскочка! - процедил сквозь зубы Цезенний.
- Самозванец! - буркнул Фейсендил.
- А ещё, его народ любит, - продолжал Хроллод. - Ну или вон, Рикке. Она баба головастая, все наши операции в гражданской войне спланировала. Ей и карты в руки. А я всё же плохо гожусь для такой работы.
- Это самоотвод? - спросил Туллий.
- Так точно! - ответил Хроллод. - Но, если прикажете, готов к любой работе.
- Рикке? - генерал повернулся к своей помощнице.
Та встала красная, как рак. Свела на переносице брови и, тыкая пальцем то в Цезенния, то в Адмана, принялась распекать обоих такими словами, что если бы не вмешался Туллий, прямо на собрании была бы двойная дуэль.
- У меня самоотвод! - сказала Рикке. - Единственный достойный кандидат на эту должность - это Довакин!
Я скромно промолчал и постарался напустить на лицо побольше равнодушия к происходящему. Тем временем стали высказываться ярлы. Первой взяла слово Идгрод Чёрная:
- Вы можете кидать в меня объедками, - сказала старушка. - Но из всех, кто присутствует на собрании, я знаю только троих. Тебя, Туллий, потом ещё Рикке, которая морозилась неподалёку от нашего городка в своём лагере, хотя я предлагала ей место потеплее, чем палатка на снегу, а ещё вон того мальчика. А всех остальных, я в глаза не видела. Так что если кого-то вдруг интересует моё мнение, то я буду голосовать за тех, кого я сама знаю, а не за этих...
- Господин военный трибун спас меня от головореза тёмного братства, - поддержал её Сиддгейр. - А ещё он лично уничтожил логово этой нечестивой шайки.
- А ещё, господин Марк Октавиан помог найти Мясника, который наводил ужас на улицы Виндхельма, - добавил Брунвульф.
Потом высказалась Мавен Чёрный Вереск, и отказалась голосовать за любого из предложенных кандидатов:
- Наш холд процветает, мы богатеем с каждым днём. Торговля и сельское хозяйство приносят доход в нашу мошну, и налоги в имперскую казну. Всё это благодаря господину Марку Октавиану, который навёл порядок в Рифте и уничтожил воровскую гильдию. Я не хочу, чтобы граждане Рифта разорвали меня на улице, если я проголосую за кого-то другого. Более того, мне будет страшно возвращаться в Рифтен, если легатом назначать кого-то из перечисленных людей.
-В Пределе, если я не ошибаюсь, отличился легат Адман? - Туллий повернулся к ярлу Игмунду и тот удивлённо посмотрел на генерала:
- Легат всё время был в моих покоях, охранял меня лично и никуда не отлучался. Всю работу выполнил какой-то ваш центурион. А мне лично очень помог вон тот офицер, про которого говорили другие ярлы. Только тогда я не знал, что он ваш офицер...
- Понятно, - сказал Туллий. - Ваше слово, королева?
Элисиф встала, неуверенно потеребила край своей мантии, потом тихо рассказала о происшествии в Синем замке. Потом так же тихо рассказала о мнении народа Солитьюда, о важности избавления от драконов и тоже отказалась голосовать за представленных кандидатов.
- Примерно этот результат я и предполагал, - генерал повернулся к Цезеннию и отдал ему листок с кандидатами. - Вы убедились, что ваша кандидатура не имеет шансов, несмотря на ваши происхождение и родословную? Итак, сейчас мы немного изменим регламент. Для начала мы присвоим звание легата военному трибуну Марку Октавиану Кинтиру, исполняющему на данный момент обязанности магистрата Скайрима, внесём его в список голосования, а потом перейдём к выборам. Полагаю, это будет честно по отношению к народу Скайрима, и будет отвечать интересам Империи.
Мне опять пришлось собрать всю волю в кулак, но на этот раз чтобы не подпрыгнуть от радости.


А вот мне непонятно, что это был за фарс? Главнокомандующий имперскими войсками в провинции Скайрим, является генерал Туллий, которого туда назначили обличенные властью ( возможно сам император), и только он занимает этот пост. Нет, конечно может статься, что его отзовут из Скайрима, и он назначит своего заместителя, но ярлы тут причем? Ярлы выбирают Верховного Короля, представителя гражданской власти Скайрима, которого они и наделяют наивысшими полномочиями. И это должна была стать Элисиф, после того,как восстания Братьев бури усмирили.

Вместо этого автором выдумано невесть что, не имеющее отношения к канону. Хотя ясно, он же в императоры метит, поэтому в следующей части ( ее обозревать не буду) умрет Тит Мид Второй, и Прыщ будет рваться во власть.

Ну что, подведем итоги? Работа удивительно бездарна, да-да, бездарна. Обычно так говорят про откровенно безграмотные и нелепые фики. а здесь бездарность маскируется под римский антураж, с патрициями, плебеями и прочим подобным. Но люди, не дайте себя обмануть! От того что автор криво приклеил что-то там римское, фик лучше не стал, и его имеющиеся недостатки не спрятаны.

По триаде:
1. Смысловое наполнение просто наихудшее из всех возможных. Автор все свел к тому, что быть упырем, сволочью и мерзавцев - правильно и хорошо. Никаких годных и хороших идей фик не транслирует,в нем нет буквально ни одной мысли, которая была бы полезна, или побуждала к хорошему. Вместо этого вышла ода расизму, самодовольству, жадности и черствости. Возможно автор пытался поведать о том, что порядок бьет хаос, и что лучше действовать по уму, но это надо притягивать за уши.

2. Сюжет и персонажи тут аховые. Ладно там повторение сюжета и квестов из игры, это можно простить. Но нельзя простить как оно передано. Все сжато, перекроено, подается с позиции отвратительнейшего персонажа. Как результат, сюжет никому не интересен, плюс в нем имеются серьезные косяки.

Главный герой вышел весьма жизненным, ибо уверен, подобных гнид вы в жизни видели. Но нафига такого тащить в текст, особенно если за ним не интересно наблюдать? Вернее не так, почему с ним не происходит ничего, зачем было бы интересно следить? Окружающих он говняет профессионально, чисто бабка с лавочки, а что еще он может? Он не великий воин, не крутой маг, не является умным командиром - он никто. А если это никто, с мерзким характером, но поздравляю автора , он все просрал.

3. Динамику и экшн я уже проговаривал. Здесь нет интересных драк и батальных сцен, те что есть, куцые, нежизнеспособные. Сюжетных поворотов тоже.

4. Соответствие первоисточнику отсутствует. Все персонажи не похожи на самих себя, полный мискастинг, от центровых лиц, до персонажей третьего плана. При этом автор зачем-то налепил условностей из Древнего Рима, видно думаячто это будет красиво. Так вот, это не так. Рим и Тамриэль - разные государственные образования, выдуманное и реальное, моновидное и многовидовое, с магией и без, в одном случае богов нет, в другом есть... Короче, эти кивки на Рим фику ничего хорошего не привнесли.

Вообще этот фик сквозит пренебрежением к первоисточнику. Выражается это в позиции главного героя, и том, как массово авторскими стараниями выносят персонажей и организации. Учтывая, что главный герой не встречает на своем пути препятствий, возникает ощущение, что это не фанфик, а авторская площадка для самовыражения. Ну окей, а мы причем?

Ну и на сладкое - мне птичка напела, что когда автору, на фикбуке высказали, что фик у него плоховат, и герой мягко говоря гад, автор отреагировал бурно, злобно, генерируя вибрации в пространстве. Что окончательно убеждает нас в том, что мы имели дело с МС. А появляются МС там, где либо у автора мастерства не хватает, либо там где имеет место сублимация. Что из двух здесь было, выбирать вам, а я только повторю, что фик плох, и хорошего в нем не нашлось.

Ну и на этом все, жду ваших мнений, уверен что высказаться захотят как знатоки, так и те, кто с миром TES не знаком. А мне дайте ром! https://www.youtube.com/watch?v=_Q7XF1qwrak&list=RD_Q7XF1qwrak&index=1

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 17 комментариев

Онлайн
Хальве!
Скоро я закончу обозревать фик Из пыли, и можно будет сделать полновесные выводы. А пока давайте глянем на то, как орда мертвых нордов дает бой Алдуину, под руководством Прыща. При этом никто так и не спросил, с каких таких борщей это он командир?

Глава 19.
Всё происходящее Было нелепыл, странным и страшным. Жуткие декорации Совнгарда; невесомые, светящиеся тени мертвецов, бесшумно плывущие мимо меня; непроглядный туман, окутавший ледяной, неприветливый мир. Всё смешалось в сознании, которое отчаяно сопротивлялось и отказывалось верить в реальность происходящего.
Мертвецов я расположил так, как в своё время научился управлять живыми солдатами. В центре - ударная группа самых тяжёлых бойцов в броне, с секирами и молотами, за ними - отряд лучников. По флангам встали те, кто владел искусством крика, они вообще не должны были участвовать в бою. Два отряда бойцов вооружённых мечами и топорами, составили резерв, готовый вступить в бой с рептилией, если ударная группа начнёт терпеть поражение. Сам забрался на камень, чтобы видеть окрестности и подал знак крикунам:
- Для начала «чистое небо». Хором!
Крикуны разогнали туман, но не надолго. Где-то вдали прозвучал ответный крик и туман наполз снова. Вновь и вновь разогнали мглу мастера голоса, прежде чем Алдуин почтил своим присутствием поле боя.
Как только дракон завис над мостом, я сбил его «драконобоем». Это было условным сигналом, и мастера голоса хором выкрикнули «Смертный приговор». Тут же дали залп лучники и грудь ящера покрылась щёткой стрел. Я отметил, что чешуя у него на груди стала прочнее, чем прежде. Если бы не мастера голоса, вряд-ли стрелы причинили ему хоть какой-то вред. Алдуин поперхнулся, неуклюже взмахнул крыльями и повалился на площадку перед мостом. В бой вступил ударный отряд. Алдуин поначалу барахтался в грязи и пытался взлететь, затем развернулся, чтобы дохнуть огнём, но в это время рассеялся «драконобой», и он взмахнул крыльями. Командир ударного отряда скомандовал отступление и мастера голоса ударили по Алдуину новым криком. Когда ящер оторвался от земли, я вновь сбил его вниз. В этот раз Алдуин уже не пытался взлететь и сразу вступил в бой с ударным отрядом. Он был невероятно силён, и вскоре бойцы дрогнули под его огненным дыханием. По моей команде резервные отряды насели на дракона с флангов и принялись кромсать его топорами и мечами. Я прикинул время и скомандовал отступление. Бойцы отхлынули от Алдуина в стороны, и в этот момент мастера крика ударили по Алдуину поверх их голов. Вновь завязалась потасовка. Дракон отвечал всё реже и слабее, наконец повалился на бок и издал последний крик. Его тело содрогнулось от страшной агонии, затем какая-то сила подбросила его в воздух и разорвала на части. На площадке перед мостом не осталось ни одной чешуйки от тела Хелгенского Монстра. Рядом раздался довольный голос Тсуна:
- Алдуин Пожиратель Мира повержен! Слава Драконорожденному!
Я повернулся, плюнул ему под ноги, и процедил сквозь зубы:
- Мог бы и помочь, трус.
- Я не могу покинуть свой пост, - сказал Тсун, ничуть не обидевшись.
- Врёт, - раздался голос Ульфрика у меня за спиной. - Но в одном я с ним согласен: слава драконорожденному! Слава Довакину!
- Ой, заткнитесь... - я поморщился и сел на камень. - Вы же сами завалили эту тварь. Я его пальцем не тронул.
- Время и место каждого подвига определяется судьбой, но если не придёт герой, не будет и подвига. - сказал Ульфрик. - Это слова Зурина Арктуса, который был мудрецом и советником самого Талоса. От себя я добавлю, что герой может лишь толкнуть мир в нужном направлении, собрать людей, вдохнуть в них жизнь, стать первопричиной подвига, который может быть совершён руками и волей других людей. Это не уменьшит славу героя и не сделает его деяния менее значимыми. Оглянись вокруг, теперь ты видишь царство Шора во всём его величии, и это твоя заслуга!
Я осмотрелся и действительно увидел перемены. Туман ушёл, воздух стал теплее, всё вокруг залил мягкий свет, в котором светящиеся души героев севера стали выглядеть больше похожими на живых людей. Теперь на их лицах была искренняя радость и какое-то возвышенное умиротворение.


Ульфрик сказал весьма хорошие, мудрые слова. действительно, подчас бывает, что герой это не тот, кто за всех все сделал, а тот кто все организовал. Или ( не реже), что герои все, кто делал свою работу. Речуга хорошая.
Вот только непонятно, с каких это борщей она обращена к Прыщу, если идти биться был готов сам Ульфрик? А сам Прыщ только Драконобоем Крикнул - но это могли бы сделать и Хакон, Феллдир и Гормлейт, кабы автор их не вырезал. Да и вообще, он всю дорогу пренебрегал нордами, называл их дикарями, обсирал их традиции - а тут значит он их герой, ага.
(Вообще было бы забавнее, кабы он прибывает в Совнгард, а норды там сами Алдуина гоняют, а он нужен сугубо как тот. кто его добьет. И чтобы при этом смелый покойнички его не шибко уважали, за его гнилую сущность.)

Теперь его возвращают обратно, в мир живых.
Тсун встал передо мной и заорал какой-то незнакомый крик. Последним, что я почувствовал в Совнгарде, были слюни Тсуна на моём лице. Затем всё заволокло непроглядным мраком.
Медленно пришло понимание, что я уже в мире живых, что темнота на самом деле не темнота, а просто я лежу ничком в сугробе. Когда выбрался из снега и протёр глаза, оказалось, что Тсун швырнул меня прямо на макушку Глотки Мира. Вокруг на скалах сидело не меньше десятка драконов и всё происходящее было чертовски похоже на какое-то странное судилище. Первым заговорил Одавинг:
- Ты вернулся, йорре, значит Алдуин мёртв.
Экипировка была малоподходящей для разговоров на ледяном ветру, но приходилось терпеть. Тем более, что следом взял слово Партурнакс, а этот дракон говорить лаконично не умел и не любил. Битый час он развозил одно и то же разными словами, так что даже другие драконы очумели его слушать, и Одавинг грубо оборвал поток красноречия:
- Мы поняли тебя, Партурнакс. Время покажет что хуже, диктатура Алдуина или тирания Голоса.
- Пока все не разлетелись... - сказал я, выстукивая зубами модную мелодию, - давайте сразу договоримся. Все драконы должны пройти учёт. Нападать на граждан империи запрещено!
- А на не граждан империи? - спросил какой-то пепельно-серый дракон.
- На бандитов, великанов, а также на представителей иных государств - можно. И даже нужно. Можно договориться о награждении таких нападений.
- Я хочу в награду чистку в Драконьем пределе! - сказал Одавинг.
- Договорились! - быстро сказал я, подавив внутреннее ликование.
- И чтобы меня не хватала за шею эта ловушка!
- Не будет, - успокоил я дракона. - Значит, решено. Всё, что я хочу, это порядок и безопасность граждан империи. Уверен, что мы с вами сможем жить вместе и не мешать друг другу. Глотка мира и прочие вершины с вашими гнёздами я объявлю заповедными, закрытыми для посещения людям и мерам. Главное, чтобы везде был порядок, чтобы никто не нарушал установленных правил. Если кто-то захочет вам помешать, подавайте жалобу в установленном порядке, в канцелярию Имперского легиона в Совнгарде... Тьфу, в Солитьюде! Нарушители будут наказаны по всей строгости закона. А теперь, если вам не трудно, спустите меня куда-нибудь поближе к Паровому лагерю.
Несколько часов в горячей ванне вернули меня к жизни, но возвращаться на ночь глядя я не стал, а отправился к охотникам, живущим в небольшой рощице поблизости. Те очень удивились офицеру Имперского Легиона в такое позднее время, накормили меня жаренными куропатками и угостили дешёвым элем, а затем пустили в свой балаган, где меня всю ночь жрали комары. Несмотря на жёсткую и неудобную постель, утром я проснулся бодрым и отдохнувшим, позавтракал с охотниками, хотел им заплатить за ночлег и угощение, но не нашёл ни единой монеты. Тогда я оставил им свой щит и приказал явиться с ним в Винтерхолд, отдать щит легионерам и получить причитающуюся награду.
- Спасибо тебе, господин! - поклонился охотник. - Нам не нужна награда. Мы помогли тебе просто из гостеприимства.
- Вы не просто оказали гостеприимство, - ответил я. - Вы помогли офицеру Имперского Легиона, выполняющему особое задание легата Скайрима генерала Туллия, а такая помощь должна быть вознаграждена. Скажите солдатам, что вас послал магистрат Скайрима Марк Октавиан Кинтир и приказал выдать вам из казны сотню септимов.
Охотник вытаращил на меня глаза. Сначала я подумал, что он ошалел от озвученной суммы, но ошибся:
- Ты Довакин?! - спросил охотник, когда обрёл дар речи. - Но этого не может быть! Довакин сгинул в Совнгарде!
- Нет, это он! - выкрикнул другой охотник. - Я его знаю! Я видел его в Солитьюде! Довакин вернулся! Значит Пожиратель Мира мёртв!
Началось невообразимое. Дикари кинулись ко мне, попытались устроить овацию, но не смогли толком подбросить в воздух сытого имперца в тяжёлой броне, и чуть не уронили меня на землю. Тут же перепугались и стали молить о прощении. Кое-как отделавшись от своих восхищённых поклонников, и проклиная все пророчества о героях разом, я перебросил через плечо ремень с мечом и пошагал вверх по дороге в сторону Скулдафна.


Когда я это читал, у меня создалось ощущение, что драконы все не в образе. Он им значит указания раздает, они его слушаются, Одавинг продается за возможность посещать дракономойку. Понятно что автор в свое произведении хозяин, но в целом получилось что-то непереваримое.

И как видите, стоило ему вернуться в мир живых, где он человек с бумажкой, и за ним некоторые силы, то сразу вернулся к нему его пакостный настрой. Ну неужели нельзя гостеприимных людей хотя бы в мыслях не обзывать дикарями? Или опухшее ЧСВ мешает?

Усилиями регулярных патрулей дороги были очищены от зверья и прочей нечисти. Я шёл и радовался завершению нелёгкой экспедиции. Солнце уже скрылось за горными вершинами, когда я подошёл к лагерю у подножья горы, за которой был расположен Скулдафн и вход в Совнгард. Вокруг высокого частокола раскинулся огромный палаточный лагерь, разбитый паломниками-нордами. Никем не замеченный, я подошёл к воротам и постучал в них. На башенке у входа показался легионер и попытался рассмотреть меня при свете факела.
- Кто там шарахается? - недовольно сказал он. - Проваливай, а то стрелой угощу.
- Заткнись, придурок, - ответил я. - Военный трибун говорит. Позови Гнея Бассия!
- Какой ещё военный трибун? - проворчал легионер. - Господин старший ликтор сейчас занят, он наверху, в Скулдафне.
- Тогда отведи меня к нему. И оторви наконец свою задницу от стула, иначе я прикажу выпороть тебя!
- Скажи пароль!
Вот новость! О пароле я не слыхал. И вообще не подозревал, что проблема паломников стала такой серьёзной, что пришлось вводить пароли на воротах.
- Идиот! - сказал я. - Откуда я знаю ваш дурацкий пароль? Кинь сюда свой факел!
И едва успел отпрыгнуть в сторону, так как легионер явно метил своим факелом мне в голову. Я поднял коптящую палку и осветил им свою золочёную броню военного трибуна. Легионер скатился со своей башенки, но не для того, чтобы открыть мне ворота.
- Госпожа Рикке! - раздалось из-за стены. - Госпожа Рикке! Господин Марк Октавиан вернулся!
Его крик всколыхнул весь лагерь. Засверкали огни факелов, послышались возня и топот множества ног. Я обернулся и с ужасом заметил, что лагерь паломников тоже пришёл в движение. Там сновали люди с факелами, что-то кричали.
- Довакин вернулся! - раздался вопль с их стороны.
Я основательно перепугался, и принялся колотить ногами в ворота. Ворота неожиданно распахнулись, я влетел внутрь лагеря и растянулся на земле у ног Рикке - легат почтила наш лагерь собственной персоной. Она вытащила свой меч, воткнула его в землю, встала на одно колено и заговорила медленно, как упавшая с лошади:
- Великий Довакин, я не достойна просить твоего прощения, но позволь мне выразить своё глубокое сожаление за слепоту и неверие, которые мешали мне помочь тебе...
Не дослушав её высокопарную речь, я вскочил, увидел, как по дороге в сторону лагеря бежит толпа паломников с факелами, и заорал во всю глотку:
- Ворота! Ворота закрывайте, идиоты!
И сам первый бросился к тяжёлым створкам. Мне на помощь пришли легионеры, тяжёлые створки с грохотом сомкнулись перед самым носом у паломников. Я приказал легионерам встать на стены и оборонять лагерь любой ценой, лишь после этого вернулся к по-прежнему стоящей на одном колене Рикке. Та не шевелилась, лишь из её глаз текли слёзы:
- Прости меня, Довакин... - тихо сказала она и всхлипнула. Я взял легата за руку и поднял с земли:
- Меня зовут Марк Октавиан Кинтир, а не какой-то там Довакин. Не нужно пользоваться кличками, а так же не нужно показывать свои слабости перед солдатами, госпожа легат. Идёмте в шатёр, у нас у всех была трудная неделя, которая, к счастью, закончилась.


Его опухшее ЧСВ точно затмевает все остальное. Нет бы подумать " ай какие молодцы солдаты, укрепления поставили, постовых назначили, пропускной режим работает, пароль надо назвать." Его волнует что солдат его впускать не разбежался - а у солдата понятная ситуация, он проход к порталу сторожит, чтобы фанатики и паломники не ломились, и не мешали военной операции. С него же потом спросят,почему кого попало пускает. Но сторонник дисциплины и твердости, Прыщ, и на это говнится, если ему мешает. Фу таким быть.

Легата Рикке жаль. Нет, я верю что она бы извинилась перед тем, кого ( как она считает) оскорбляла недоверием, это понятно. Но тут она низкопоклонствует перед таким мерзким человеком, какого еще поискать. Очевидно что ее убить и сказать что так надо, он не может. Поэтому создается унизительная сцена.
Зато я это буду плагиатить. Если/когда напишу свой фик про Довакина аргонианской расы, его тоже некоторые почтенные норды будут упрекать во вранье, куда мол ящерицы в нордские герои. А когда они будут перед ним виниться, за неподобающие слова, он им скажет, что все понимает, и не пристало достойным нордам перед ним на колени бухаться.


В контексте того, что автор прочит Прыщу становление Императором, все понятно. Сперва Прыщ хочет наилучшую военную должность, а дальше как старуха из сказки про золотую рыбку, хотелки множатся.Правда сам процесс его так называемой эволюции, показан крайне упрощенно. Надо прославиться? Отлично, гасим темное Братство. Надо чтобы порекомендовали? Платим взятку.

И никаких проблем. На взятку всегда найдутся средства, а рисковые авантюры непременно находит понимание начальства ( хотя в каноне Туллий очень скептично отнесся к идее найти Зубчатую корону, разумно считая что она навеки утрачена). Нету даже тени возможных проблем и трудностей. Замкнутый круг прямо, герой не может ошибиться, дабы не повредить самооценку, и автор от опухшего ЧСВ героя уже никак не может вернуть ему интересность.

Финальнй обзор завтра. От этого фика я устал, но выхода нет https://www.youtube.com/watch?v=pvVYk0eUOrc&list=RDGMEMJQXQAmqrnmK1SEjY_rKBGAVMktQfK3Jo-zk&index=17

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 9 комментариев

Онлайн
Хальве!
Знаете, ненастроенные микрофоны, и люди говорящие через них - это перебор. Не надо так делать. Вот сами видите, тут значит какое-то соревнование http://www.yaplakal.com/forum28/topic1964165.html , и ведущий что-то говорит. Говорит настолько четко, что вообще ничерта не понятно. Уж если вы настроить микрофон не можете, или в здании слишком хорошая акустика, то уберите микрофон.

А я продолжаю обозревать фик Из пыли, и напоминаю, что Прыщ поймал Одавинга.

Глава 15.
Разговор с Одавингом затянулся. Оказалось, что многие драконы не в восторге от политики Алдуина и вовсе не поддерживают его идею разрушения мира. Вообще, у драконов и людей обнаружилось много общего, особенно в области недостатков. Спустя некоторое время Одавинг стал намекать, что пора бы освободить его из ловушки.
— Да, извини... - сказал я, но пока не стал подавать сигнал к освобождению дракона. - Только давай сразу договоримся, если ты задумал пакость, это будет последней пакостью в твоей жизни. Потому что солдаты, которые окружили тебя, уже разорвали в тряпки самого Алдуина, который удрал от них как побитая собачонка и спрятался в Совнгарде. Поэтому, если ты не хочешь мне помогать, просто улетай отсюда, даю слово, что не буду задерживать тебя. Однако, больше на глаза мне не попадайся. Если ты решил остаться со мной, я буду рад такому союзнику и обещаю, что ни я сам, ни мои люди не обидят тебя, а твоя помощь не останется без достойной награды.
— Хорошо, я согласен на твои условия, - сказал Одавинг и опять крутнул головой.
По моему приказу ловушка раскрылась и дракон радостно заревел, а потом фыркнул в меня дымом из ноздрей.
— Будем союзниками, Довакин. Как наши с тобой родичи, Талос и Нафаалиларгус.
— Обещаю тебе, что пока я жив, наш союз будет нерушимым.
— В таком случае береги себя, йорре.
— Постараюсь, - ответил я и повернулся к солдатам. - Ей, ребята, давайте почистим нашего дорогого гостя! Наш приём был не слишком гостеприимным, нужно навёрстывать упущенное!
Солдаты тут же притащили большие бадьи с тёплой водой и принялись оттирать Одавинга от мусора и грязи, которыми сами же закидали его. Дракону, по всей видимости, эта процедура понравилась, но ещё больше удовольствия он получал от всеобщего внимания.
Из-за двери выглянул Фаренгар, потом подобрался ко мне поближе и осторожно спросил:
— Господин... Нельзя ли мне взять немного чешуи и крови у вашего дракона? Совсем немного...
Я посмотрел на него, потом на Одавинга, который закатил от наслаждения глаза, когда солдаты начали тёреть ему брюхо швабрами.
— Это не мой дракон, - сказал я негромко, но чтобы мои слова были услышаны драконом. - Это просто дракон. Его зовут Одавинг. Я не могу ему приказывать что-то. Если у тебя есть к нему просьба, подойди и спроси сам.
Я видел, как Фаренгар осторожно приблизился к дракону и принялся что-то ему шептать и поминутно кланяться. Одавинг перевернулся на бок, величественно выслушал болтовню придворного мага, после чего важно изрёк:
— Я подумаю над твоей просьбой, йорре! А сейчас убирайся, я занят, - и снова перевернулся на спину, подставляя своё брюхо под солдатские щётки и швабры.
Глядя на эту сцену, я стал догадываться, что стало причиной возникновения драконьего культа древности. Одавинг, как, скорее всего, все его сородичи, оказался ужасно тщеславным. Там, где были бессильны золото и угрозы, наиболее востребованными оказались лесть и комплименты. Впрочем, очевидно, что дракону нравилось не слепое поклонение, как божеству, а искреннее восхищение его объективными способностями и реальными поступками. По всей видимости, люди в прошлом свели восхищение и лесть к отправлению формальных обрядов, что и привело к падению культа. Зато сейчас Одавинг нежился в потоке внимания, как молодая красавица на светском приёме.
Ночью Одавинг, следуя моему совету, слетал на Глотку Мира для совета с Партурнаксом. Старый философ, вероятно, выполоскал ему все мозги, потому что утром Одавинг вернулся в Вайтран задумчивым и хмурым, о чём-то долго думал, а потом послал за мной.
— Ты звал меня? - спросил я дракона, когда пришёл в галерею Драконьего Предела.
— Да, я тебя звал, - отозвался Одавинг. - Когда мы отправляемся в Скулдафн?
— Когда тебе будет удобно.
— Тогда летим прямо сейчас. Ты готов?
— Конечно, - ответил я. - Эй, кто-нибудь, дайте мне меховой плащ!


Походу Прыщ вздумал возродить драконий культ. Пока что для одного дракона. Ну или он увидел в Одавинге себя.
А уж его умозаключение про крах драконьего культа, и вовсе идиотичен. Драконов сразили потому, что у нордов терпелка кончилась, плюс Партурнакс научил Крикам ( и еще какую-то роль сыграла богиня Кинарет), вот они и вломили угнетателям, залив Скайрим кровью, своей с драконьей пополам.

Что происходит в игре, и вообще в нормальном фике по Скайриму? Прибыв в Скулдафн , Довакин пробивается к порталу в Совнгард, мимо драконов и драугров. Но Прыщ снова хочет напрячь других.

— Это Чертог Пожирателя Мира. За ним - вход в Совнгард. Скажи мне и я спущу тебя к руинам.
— Не сейчас... - ответил я и выглянул за край скалы. - Так, это не очень далеко от Рифтена. Я уже понял, где эти руины расположены. Мы можем возвращаться.
— Ты не будешь идти в Совнгард? - удивился Одавинг.
— Нет, - я махнул рукой. - Пробиваться через эти руины... Представь, мне в Совнгарде драться с Алдуином, а я уставший после всех этих мертвяков. Возвращаемся. Будем действовать организованно.
— Ты не похож на героя, - усмехнулся дракон.
— А кто сказал, что я герой? - я закутался в меховой плащ, но всё же с трудом подавлял стук зубов.
— Ты бросил вызов Алдуину, прогнал его из нашего мира в Совнгард, а теперь собираешься достать его даже там. Разве это не поступки героя?
— Как тебе сказать... - я сел в сугроб и задумался. - Перед каждым рано или поздно возникают препятствия, которые нельзя обойти. Приходится или преодолевать их, либо отступать, если есть куда. Сейчас я в таком положении, что отступать некуда. Один шаг назад, и мне конец. Может быть, было бы проще открыть магазинчик где-нибудь в Фолкрите, завести семью, наплевать на всё. Никто ведь меня силой не тащил в вельможи, никто не заставлял копить деньги, рваться к власти, убивать своих врагов... А сейчас у меня не слишком богатый выбор, либо лезть в Совнгард, либо помереть с кинжалом в боку, как только Рикке станет легатом Скайрима.
— Поэтому ты хочешь, чтобы солдаты перебили мертвяков?
— Именно поэтому. Будь моя воля, я бы вообще ни в какой Совнгард не полез. Дурацкие пророчества про «драконнорожденных»...
Одавинг хрипло засмеялся и показал головой вниз, на дорогу, соединяющую Рифтен с Виндхельмом:
— Знаешь, я видел много йорре, они были не похожи на тебя. Каждый хотел выглядеть лучше, чем он есть на самом деле. Поэтому они погибали от моих когтей и моего огня. Ты первый, кто преподал мне урок.
— Ну, хоть что-то полезное в своей жизни совершил... - отозвался я, достал из сумки бутылку вина и ополовинил её содержимое.
— Да, хороший урок. Не каждый, кто от тебя бежит — побеждён; не каждый, кто поверг тебя — победитель.
— Пора отправляться обратно, - я встал и отряхнул с себя снег. - Иначе я на этой горе превращусь в ледышку, и мир лишится своего великого героя!


А бы кстати почитал, про то, что Одавинг подобного персонажа принимает потому, что он - один в один драконий жрец, по психотипу. Доминирует над кем может. пресмыкается перед сильными, и жаждет власти. Вполне можно было бы провести парралель, между древними нордскими отступниками, которые служили драконам, и одним гнилым уродцем, который пошел в Легион за властью и баблом.

Вернулись в Вайтран, Прыщ толкнул речугу:
— Граждане Империи! - начал я свою речь. - Все вы устали от бесконечных войн. Все вы устали от постоянной угрозы с неба. И ваши страхи не оставлены без внимания. Они болью отзываются в сердце нашего Императора, который живёт одними лишь чаяниями своего народа. Мы, вместе со всеми вами, победили бунтовщиков, которые грабили и разоряли земли Скайрима, теперь же настало время избавиться ещё от одной напасти. Я, магистрат Скайрима Марк Октавиан Кинтир, от лица Имперского Легиона и самого императора, обещаю вам избавление от враждебных к нам драконов. Потому что есть и другие драконы. Есть те, кто помогает нам. Драконы-союзники.
Пришлось позвать Одавинга, который сел на крышу Йоррваскра и упивался вниманием толпы. Я не пожалел лестных слов в его адрес и толпа, которая готова была разбежаться при виде зубастого чудовища, быстро успокоилась.
После этого народного собрания ко мне подошёл Гней и рассказал, что в толпе поколотили проповедника, который пытался перечить и указывал на статую Талоса. Какие-то горожане сказали, что Довакин и есть новый Талос, а дракон Одавинг, это новый Нафаалиларгус, после чего надавали проповеднику по шее и прогнали с площади. Это были чертовски приятные новости и, если бы не висящая камнем на шее перспектива лезть в Совнгард, я был бы безумно счастлив от таких новостей.
Через два дня пришлось покинуть Вайтран и отправиться в Истмарк, чтобы проложить путь к руинам Скулдафна. В Рифтен был отправлен гонец с посланием, и на месте мы встретили большой отряд ополчения и мастеровых. Тут же принялись валить лес и строить подходы к недоступным руинам, прокладывать гати на снежниках и наводить мосты через пропасти.
Слухи о том, что Имперский Легион пробивается к входу в Совнгард, где прячется Алдуин, охватили весь Скайрим. Пришлось построить настоящую крепость вокруг нашего лагеря, но фанатики, стремящиеся попасть в дикарский рай, находили всё новые и новые лазейки. Каждое утро легионерам приходилось вышвыривать десяток фанатиков, спрятавшихся между ящиков и мешков. Ещё для пары-тройки нордов эти попытки заканчивались плачевно — они падали с недостроенных мостов, срывались со скал, а потом, когда работа была близка к завершению, многие нарушители погибли от стрел и топоров драугров, которые лезли из недр древних руин в невероятных количествах. Последние переходы и мосты делались уже под прикрытием легионеров и магов-рекрутов, которые сбивали мертвецов со стен.
Легионерами теперь руководили Гней Бассий и Септимий Фол. Когда пришло время, солдаты под их командой начали зачистку руин, и через четыре дня добрались до странного портала, который охранял очень сильный мертвец из жрецов драконьего культа. Не без помощи магов, жреца удалось прикончить.
Рядом с порталом установили три катапульты, натянули сети и цепи с крючьями, чтобы никто не смог вырваться из него. Возможно, эта мера предосторожности была лишней против самого Пожирателя мира, но, как верно сказал Гней, бдительности не бывает слишком много.
Как я ни оттягивал этот час, он настал. Час путешествия в Совнгард. В этот день мне с утра принесли подарок от легата Рикке. В большом ящике я обнаружил броню легата, укреплённую и зачарованную. Очень хорошего качества сделанную специально на меня. Рядом с бронёй лежало письмо, в котором Рикке извинялась за прежние размолвки: «Я считала тебя обычным самозванцем, который с грехом пополам освоил пару криков и поспешил назвать себя Довакином. Однако, упорство, с которым ты идёшь по пути драконнорожденного не оставляют для сомнений места и я, как дочь Скайрима, пусть и с опозданием, хочу помочь тебе. Прими эту броню как знак моей дружбы и преданности. Надеюсь, она защитит тебя в трудную минуту и сохранит жизнь. Если нам суждено встретиться вновь, я буду защищать твою жизнь так же, как свою, если же нет, я буду искать тебя в залах истинных героев Скайрима. В Совнгарде.» Сначала мне хотелось проверить броню на наличие каких-нибудь отравленных иголок и других ловушек, но потом махнул рукой.
У портала собрались все, кто желал мне добра. С каждым я попрощался лично, потом подошёл к порталу и вытащил меч из ножен. Повернулся к легионерам и крикнул:
— Если через неделю не вернусь, ломайте стены и заваливайте этот портал!
А потом шагнул в ослепительный столб света.


Клавишу энтер автор игнорирует, слеплен текст, а ему норм.
Ну и сами видите, какой он герой. В другое время, будь это другой персонаж, я бы только порадовался за работу его соображалки. Но вместо этого получился отвратительный уродец, который непонятно с чего стал любим солдатами, ажно они за ним в огонь и воду готовы.

Глава 18.
Путешествие не прошло гладко. Голова кружилась, навалилась какая-то неподъёмная тяжесть. Не сразу мне удалось подняться и осмотреться. Дикарский рай был поразительно похож на план какого-нибудь принца дэйдра. Если не Дагона, поскольку не было рек кипящей серы, то уж точно Малаката или Намиры. Вечная ночь с застывшими на небе созвездиями, промозглый холод, непроглядный туман, оседающий ледяными каплями на осклизлых скалах. Рядом валялся мой меч, тут же лежал щит-скутум. Я подобрал свои вещи и почувствовал себя немного увереннее.
Невдалеке маячила за завесой тумана какая-то фигура. Я подошёл ближе и увидел дикаря в бунтарском доспехе. Тот потерянно ходил кругами, дотрагивался до скал и чахлых кустиков, поминутно поднимал голову к небу.
- Где я? – спросил он меня слабым голосом.
- Ты умер, братец, - сказал я.
- Мы были в Виндхельме. Защищали короля Ульфрика…
- Ульфрик тоже мёртв.
- Значит, мы проиграли? Всё было напрасно?
Бунтарь стал меркнуть, смешиваться с туманом, его лицо стало расплывчатым, черты лица смазались и потекли, как гнилой плод. Он шагнул в сторону, вновь ухватился на скалу.
- Всё было напрасно. Где я? Почему я тут?
- Если я не ошибаюсь, это Совнгард. Ваш рай для воинов, честно погибших в бою.
- Совнгард? – переспросил бунтарь и его фигура стала чуть более чёткой, более материальной. Но почему здесь так холодно? Здесь должно быть весело. Должны быть сражения героев, неиссякаемые мёды. И ещё куртизанки…
Я залез на камень, но ничего не разглядел в тумане. Были видны лишь вершины чёрных скал и чудовищное небо с пылающими созвездиями.
- Здесь точно нет куртизанок, - сказал я бунтарю. – Нужно идти, искать чертоги героев. Или как они там называются? Для начала нужно найти мост из драконьих костей…
После моих слов бунтарь вздрогнул и попятился. Вновь опасливо взглянул на небо и ухватился руками за скалу:
- Нет! Нельзя… Я уже давно брожу в этом бесконечном тумане. Бесконечно долго брожу в тумане. Многие прошли мимо меня, но их поглотило чудовище… Я не пойду дальше. Я останусь здесь.
Мой крик разогнал на мгновение туман, но тут же, откуда-то издали, раздался ответный крик и скалы вновь затянуло туманом. Всё же я успел заметить где-то вдалеке отблески огня.
- Это он! Это пожиратель! – затрясся бунтарь и вжался в скалы.
- Ты уже всё равно мертвец, так что не трясись, пошли со мной, сказал я, вытащил меч и стал медленно спускаться по тропинке. Туман становился всё гуще, крик уже был не в состоянии разогнать его полностью, лишь на некоторое время делал более прозрачным.
Неожиданно я почувствовал чьё-то присутствие. Не очередного ноющего нордского мертвеца, но чего-то неизмеримо большего. Я остановился на месте и стал прислушиваться, но тишина была абсолютной, словно мне залили воском уши. В это мгновение я скорее почувствовал, догадался, чем услышал или увидел опасность и успел крикнуть: «Вульд!», как тут же услышал за спиной лязг смыкающихся челюстей.
Норд закричал, побежал вперёд и скрылся в тумане, а я наугад махнул мечом, но лезвие лишь высекло пучок холодных искр из скалы. Где-то надо мной раздалось хриплое хихиканье и мне пришлось вжаться в скалу.
- Довакин… - это определённо был голос Хелгенского Монстра. – Вот мы и встретились. Сначала я буду гонять тебя как мышку в этом лабиринте, наполненном туманом. Потом, когда ты устанешь и отчаешься, я пригоню к тебе души твоих друзей-нордов, и расправлюсь с ними у тебя на глазах. А потом придёт твой черёд.
Я выкрикнул «чистое небо» и прикинул расстояние до другой скалы, под которой можно было бы укрыться от Алдуина.
- Тебе не помогут ни крики, ни магия, ни оружие… - продолжал вещать Алдуин. – Это твоя судьба, смирись с ней.
- У тебя хорошо поставленный голос, - отозвался я. – Долго тренировался произносить эту речь? Если ты сейчас корчишь злобные рожи, то я вынужден огорчить тебя, туман скрывает твоё актёрское мастерство.
Алдуин заревел и я услышал шум его крыльев. Где-то у тумане закричал очередной мёртвый герой. Крик удалялся от меня, затем прекратился. Одним рывком я преодолел расстояние до следующей скалы и укрылся у её подножья.
- Ты напрасно прячешься, Довакин! – заревел Алдуин.
- Не психуй! – крикнул я в ответ, и эхо разнесло обрывок фразы, рассыпало между скалами. – Я тут. А то ещё расплачешься от одиночества…


Помните я говорил, как плохо, когда новых героев, которые плоть от плоти этого самого мира, создают по лекалам попаданцев? Вот тут пример того самого, что это не местный, доросший до высоких чинов, это попаданец, который хочет обозвать Алдуина, и который уверен в своем бессмертии, так как он сюжетно важный персонаж.
Ну или как вариант, это авторский МС, который воплощает авторское желание. Желание не победить Алдуина, а бегать от него, и обзываться.

По туману он убежал от дракона ( хотя Алдуин этот туман напустил, и отлично в нем ориентируется), до самого Тсуна, что встречает павших.
- Стой, - сказал великан, когда я приблизился и преградил мне путь своей секирой. – Я Тсун. И я спрашиваю тебя, живая душа, по какому праву ты желаешь войти в Совнгард, чертоги героев севера?
- Я магистрат Скайрима, разыскиваю злостного неплательщика налогов в имперскую канцелярию. К нам пришло уведомление, что он умер, поэтому мы проверяем все места, где может скрываться его душа. Другие магистраты отправлены в Хладную Гавань, на Дрожащие острова и во владения Гирцина, на тот случай, если разыскиваемый нами гражданин попытался спрятаться от уплаты при помощи ликантропии, сумасшествия или вампиризма.
Тсун выслушал меня и какое-то время пытался осмыслить мои слова. Судя по выражению лица, ему это не удалось, поэтому он снял с плеча свой топор и изрёк:
- Ты говоришь слишком сложно. Докажи мне, что достоин войти во врата Зала Доблести!
- Это обязательно? – спросил я. – У меня простой вопрос, я его быстро решу и вернусь. Могу оставить тебе в залог свой щит.
- Дерись со мной, живая душа! – сказал Тсун и я по глазам понял, что мои слова просто не достигают его разума.
- Это хороший, дорогой щит!
- Дерись как воин, ибо не действуют на меня ни магия, ни крик!
Пришлось доставать меч и соглашаться на дуэль. Тсун размахивал своей секирой, как мельница крыльями, и гонялся за мной по площадке у моста. Так не могло продолжаться долго, потому что я устану, а этот верзила нет. В конце концов он меня догонит и прикончит. Можно было бы сбросить его в пропасть, но великан не врал — туум на него действительно не действовал. Впрочем...
- Стой! – резко заорал я и, когда Тсун удивлённо остановился, я выставил вперёд лезвие меча, прицелился в живот Тсуну и крикнул:
- Вульд!
Рывок впечатал меня в потный живот Тсуна, а меч вошёл в него по самую рукоятку. Прежде чем великан успел сообразить, что происходит, я отсёк ему правую руку вместе с чудовищной секирой. За моей спиной раздался смех и я вдруг понял, что рублю мечом воздух. Великан вновь стоял у моста, целый и невредимый, хохотал густым басом:
- Ты хороший воин, Магирса! Не честный, но хороший! Ты можешь пройти в Совнгард за своим Злостным Нологмом. Передавай ему привет от Тсуна!


И снова риторика сьюшных попаданцев, когда вместо того, чтобы нормально ответить на вопрос, надо налепить какой-то чепухи, словно это остроумно. Разочарую автора ( если читает), остроумие хорошо смотрится из уст героев, а не таких как Прыщ.

В чертогах Шора царит уныние.
От райских чертогов я ожидал большего, чем просто длинного стола, заставленного бутылками и заваленного полусырым мясом. В чертоге играла музыка, светящиеся души мёртвых нордов старательно изображали какое-то вымученное веселье. Одна зала сменялась другой, такой же, так же наполненной душами, празднующими свою смерть. Череда арок и столов терялась где-то вдали, так что определить размеры помещения я не смог, как ни пытался. Кого здесь только не было. За одним из столов я заметил даже Ульфрика, но не стал к нему подходить.
Души слонялись из угла в угол, беспрестанно пили из бутылок и смеялись. От всего увиденного у меня осталось тяжкое впечатление, словно я нахожусь в доме призрения, где содержат тихо помешанных. Я попробовал мёд со стола, он не пьянил, мясо не насыщало, а музыка не радовала. Разговор с душами тоже ничего не дал. Все они были сонными, твердили одно и то же, стоило покинуть их на минуту, не могли вспомнить, о чём я с ними говорил.
- Эй, герои! - заорал я. - Вы герои или тряпки?! Там, снаружи, Алдуин гоняет ваших товарищей, а вы сидите тут и жрёте!
С таким же успехом можно было призывать на подмогу скалы. Души лишь на мгновение обратили на меня внимание, но сразу потеряли интерес и занялись своими обычными делами. Только за моей спиной раздался слабый смех. Я обернулся и увидел Ульфрика:
- Довакин... - сказал он и снова засмеялся. - Что тебе нужно в Совнгарде? Пришёл рекрутировать новых легионеров? Должен тебя огорчить, это место — ловушка. Последняя ловушка, из которой нет выхода. Мы все здесь похожи на рыбу, которую засолили в бочке. Запас пищи для Пожирателя Мира. Пока нас защищают эти стены, мы можем пировать и веселиться, но даже эти стены не вечны...
Ульфрик выглядел неожиданно материальным на фоне бесплотных светящихся теней, в которые превратились души героев. В отличии от них, он ещё не потерял способность чувствовать и рассуждать.
- Моя война напитала своей кровью кости драконов, призвала Пожирателя Мира. Это моя вина, потому что нет ничего страшнее братоубийственной войны. Как жаль, что понимание этой простой истины, пришло лишь здесь, в Совнгарде. Лишь тут я понял, что моя война приносила пользу лишь Алдуину и Талмору. Мне здесь не место. Если ты не отвергнешь мою помощь, я буду сражаться вместе с тобой. Лучше пусть меня пожрёт Алдуин, чем я буду мучить себя до конца мира бесплодными сожалениями.
Я молча протянул ему руку и Ульфрик крепко её пожал. Его ледяная рука стала теплеть, в бледное, бескровное лицо словно стала возвращаться жизнь. Он тряхнул головой и заревел медвежьим криком так, что задрожали стены Зала Доблести:
-Встаньте герои прошлого! Настало время битвы! Алдуин Пожиратель Мира зовёт нас на бой! Вы, воители, странники, поэты, помните ли вы свои имена?
Души зашевелились и стали поворачивать свои лица к Ульфрику. По залам пролетел шёпот:
-Я, Свакнир, бард...
-Я, Галмар Каменный Кулак, воин...
-Я, Хунрор, искатель истины...
-Я, Торуг, король...
-Я, Олаф... Я, Грендель... Я, Фроки... Я, Юрген... Я, Храафн...
Многие сотни душ стали стекаться в общую залу, раздвигая её стены. Бесчисленные лица смотрели на меня и Ульфрика, который расправил плечи, стал энергичным, живым. Куда живее, чем он был при жизни.
-Веди нас, Довакин! - Ульфрик встал в сплошную стену мертвецов и повернулся ко мне. - Мы готовы сражаться!
Я кивнул и приказал:
-Владеющие криком — налево. Лучники и маги — направо.


То есть, там находился более-менее деятельный Ульфрик, который рад искупить свою вину, который готов сразиться с Алдуином, готов вести людей в бой и сам на риск готов - но все чего-то ждали Прыща. Ну чисто игромех, когда банда/отряд/армия крутых никуда не идет, пока к ним гг не пожалует.

При этом прошу заметить, автор вычеркнул, не стал о них вспоминать - о героях древности, первых Языках. Феллдир Старый, Хакон Одноглазый, Гормлейт Золотая Рукоять - он их словно вычеркнул, скипнул. Хотя это герои, без шуток.

наконец-то понял, в чем сила гг. Он, подобно всяким Сью, гнет пространство, время и разумных. У него легионеры превращаются в имбу, он легко сгоняет в армию павших в Совнгарде, он везде самый-самый командир, и никогда нигде нет ему противостояния. Интриги о которых он параноит, не случаются, а окружающие его персонажи, все враз теряют волю. Был волевым, смелым и решительным - стал ползать на пузе перед Прыщем.

На этом мой обзор закончен.И делая промежуточный вывод о произведении ( а я могу), скажу что в этом фике наибольшая проблема с экшеном и динамикой. Все повествование летит бегом да кувырком, вдумчивых описаний что происходит, толком и нет.То Прыщ в одном месте, то в другом. все врем раздает команды, а мы уже потом узнаем, что было сделано. Хотя вырезать Темное Братство и прищучить Гильдию воров - это дела серьезные, тут сам Акатош велел уделить побольше времени, и расписать, что происходит, как и в каких условиях.

Нет, я могу понять, когда автор некоторые события считает незначительными, и упоминает вскользь, потому что впереди у него нечто важное. Но в данном случае, непонятно, чего ради автор так экономил усилия. Мы видели пейринготу, когдавсе отдается романтике, всякие там войны и открытия побоку, пока два сердца бьются в унисон. Но это хотя бы можно понять, почему так. А тут...

Что с экшеном? А все плохо, его мало, а где он есть, там он страшно куцый, и нелепый. Вот например, маячит угроза вампирского клана. И есть профессиональные охотники на вампиров. Что же будет? А просто герой пошлет их умирать вперед легионов, вампиров победят, и на них уже ставим крест. Описания битвы не будет.
А еще автор применяет прием " герой-ваза". когда в самый важный момент можно потерять сознание.

Ладно, жду мнений https://www.youtube.com/watch?v=MH9FyLsfDzw

#дети_кукурузы #мультифандом #длиннопост #фикопанорама
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 6 комментариев

Онлайн
Хальве!

Продолжаю обозревать фик Из пыли. В прошлой главе автор убил Серану, потому что... потому что захотел.

Глава 15.
Ко мне в кабинет ворвался Гней и, задыхаясь, выкрикнул:
— Та девчонка, с которой ты обедал...
Я повернулся на стуле, посмотрел на ликтора и поморщился:
— Не кричи, я знаю.
— Её убили!
— Я знаю.
Гней ошарашено уставился на меня:
— Трое убийц! Откуда ты знаешь?
— Я видел из угловой башни.
Гней растерянно хлопал глазами и никак не мог сообразить, что ему нужно сказать или сделать. Чтобы помочь своему другу, я налил в кубок вина и протянул ему:
— На, выпей. И садись уже, хватить стоять столбом.
— Маркус, - сказал Гней и выпучил глаза. - Её убили! Размазали в лепёшку! Там собирать нечего. Кровавая каша на мостовой.
— Марк! Меня зовут Марк Октавиан! - резко сказал я. - Прекращай называть меня Маркусом. А то ещё ляпнешь при свидетелях. Пусть нападавших арестуют и судят.
— Мы их уже схватили.
— Что они говорят?
— Пока ничего. Мы их не расспрашивали. Намяли бока и отправили в тюрьму...
— Отлично! - я улыбнулся. - Значит, всё идёт как надо.
— Иногда ты меня пугаешь... - Гней поёжился. - Можно мне ещё вина?
— Да, наливай, - я снова погрузился в бумаги.
— Я думал, что она тебе понравилась...
— Она мне понравилась. Милая девушка. Ещё немного, и я бы в неё влюбился.
— Тогда почему... - начал Гней, но я поднял вверх палец.
— Например потому, что она была вампиром, причём каким-то особым. На ней были почти не видны признаки вампиризма, но мощность её соблазняющих чар была такой, что я едва устоял, несмотря на всю мою защиту.
— Тогда её нужно было схватить!
— Нет, не нужно. Её нужно было убить, поэтому я связался с орденом охотников на вампиров, и те прислали своих инквизиторов...
— Так это ты нанял тех троих?.. - Гней от удивления окаменел на своём стуле.
— Не нанял, а просто сообщил им, что сегодня вечером из Мрачного замка выйдет их цель. Честно говоря, очень боялся, что они не успеют, или что мой курьер не встретит ни одного их патруля.
— Но ведь тогда... Тех троих...
— Что?
— Их нужно отпустить, да?
— Ни в коем случае, - я огорчённо посмотрел на ликтора и тот покраснел. - Их нужно судить за убийство на улицах города, и казнить в соответствии с законом.
— Я ничего не понимаю... - лицо Гнея сморщилось, как варёное яблоко.
— Вампира я узнал в этой девчонке как только она подняла глаза, только я никак не мог понять, для чего весь этот маскарад. Её обязательно нужно было нейтрализовать, только как? Если бы я её арестовал или убил, вампиры тут же организовали бы нападение на Мрачный замок, а у наших солдат нет навыков для борьбы с таким противником. Нам нужно время для подготовки. Если бы я её просто отпустил, она бы рассказала, что Свиток у меня точно есть и можно немедленно штурмовать замок. Значит, я не мог её убить и не мог отпустить, мне нужно было её задержать, а потом прикончить чужими руками. Для этого идеально подходят болваны-инквизиторы из ордена... этого... как их там... воины добра, воины света... стражи рассвета. Их руками можно достать из костра горячую печёную картошку. Если их теперь отпустить, вампирам станет ясно, что их план раскрыт, поэтому этих воинов света... то бишь стражников рассвета мы казним, вампиры останутся в неведении, а у нас будет время, чтобы подготовиться.
— А Стража Рассвета не обидится?
— На кого? Я отправил им анонимное письмо, вычислить автора невозможно. Они, конечно, попытаются выручить своих, так что тебя, как старшего ликтора, скорее всего постараются подкупить. В этом случае соглашайся, только смотри, не продешеви. Ну и кроме того, если эти трое сбегут, я запорю плетьми тех, кто отвечает за охрану тюрьмы. Это ты тоже должен предусмотреть.
Гней опустошил бокал и надолго задумался. Потом встал и взъерошил короткие волосы:
— Слушай, Маркус... Прошу прощения! Марк, если бы я знал, как всё запутано в политике, я бы лучше остался простым легионером.


Знаете, наверное это произведение могло быбыть интересным рассказом, про то как человек ищет свое место в мире, ожесточается, и в начале пути он один, а вот позднее - совсем другой. Метаморфоза от члена боевого братства, до мразотного политика.

Но автор нам этого не предоставил, Прыщ был явлен сразу уродом, уродом и остался, только оброс одеждами и должностями.

На следующий день состоялся быстрый суд над тремя инквизиторами и всех троих приговорили к смерти за убийство и крайнее презрение закона. Казнь назначили на следующий день, а уже вечером ко мне попросились на приём члены Стражи Рассвета.
— Я Изран, - представился благообразный старик с сухими, колючими глазами. - Глава ордена и старший инквизитор.
— Марк Октавиан Кинтир, военный трибун и магистрат Скайрима, - снисходительно кивнул я. - По какому вопросу ты отвлекаешь меня от работы?
— Сегодня судили трёх членов нашего ордена. Я хочу, чтобы их отпустили на свободу.
— А я хочу, чтобы у меня были крылья, - улыбнулся я. - И чтобы я мог парить в небесах, среди туч и драконов.
— Наши люди убили вампира из клана Волкихар. Очень опасного монстра.
— Сожалею, но ты никак не можешь подтвердить свои слова, - я пожал плечами и развалился на своём стуле. - Ваши убийцы оставили на мостовой отбивную котлету и во-от такую лужу крови. Теперь мы не можем узнать, была ли та несчастная вампиром, или же вашим людям приглянулся эбонитовый перстень с рубином на её пальчике.
— Такой? - старик нахмурился, затем достал из-за воротника грязную бумажку и подал мне.
Я поморщился, брезгливо развернул листок и увидел изображение того самого перстня, который видел на пальце своей посетительницы.
— Это знак вампиров клана Волкихар! - крикнул Изран, и я вновь недовольно поморщился:
— Если ты будешь орать, я прикажу выпороть тебя за буйное поведение в городе.
Лицо старика перекосилось едва сдерживаемым гневом, он сжал кулаки, но не посмел шевельнуться. Я взял со стола спелое яблоко и стал с удовольствием его есть. Изран резко развернулся, махнул рукой своим людям и направился к выходу, но ликторы не дали ему выйти.
— Наш разговор ещё не окончен, Изран, - сказал я и зашвырнул недоеденное яблоко в угол. - Вернись.
— Да, господин... - сквозь зубы прошипел тот и встал перед моим стулом.
— Итак, кто был организатором убийства? От кого ваши люди получили клеветническую информацию о том, что убитая была вампиром?
— Я сожалею, господин, - видимо, Изран понял, что я могу не удовлетвориться тремя исполнителями преступления и начну искать его организаторов. - Это слухи. Я не смог отговорить наших братьев от этого неразумного нападения и не успел никого предупредить об их планах.
Настало время сбросить с себя маску глупого вельможи, выпрямиться на своём стуле и прямо посмотреть на Израна:
— Не ври мне, старик. Что ты знаешь об этой девушке?
Теперь Изран перепугался по-настоящему, его глаза забегали, свои руки он попытался спрятать за спину.
- Господин... Я знаю не очень много. Один из наших патрулей был встречен гонцом, который передал, что в Мрачный замок ходит девушка-вампир. Патрульные отправили курьера в форт Рассвета, а сами поспешили сюда, в Солитьюд. Клянусь вам, если на ней было это кольцо, она вампир! Очень сильный вампир!
— Ты упоминал о каком-то клане вампиров, - я встал и подошёл вплотную к Израну.
— Клан Волкихар, господин. Это очень опасные твари. Они способны вмерзать в лёд на северном побережье и поджидать случайного путника. Они могут выскакивать из-под льда, а могут протягивать свои руки прямо сквозь лёд, не разрушая его. Эта девушка... Я знаю её. Один из членов нашего ордена нашёл её в древнем склепе, и я приказал отвести её туда, куда она захочет. Он отвёл её на северное побережье, там они сели на лодку и поплыли на северо-запад от Солитьюда. Больше я его не видел. Вернее, не видел человеком. О, как я ошибся!.. Но, когда мне донесли о появлении девушки-вампира в Солитьюде, я всё понял. Господин, прошу вас, скажите, убитая... Она была вампиром? Ведь я не мог ошибиться!
— Я не знаю, - сказал я и отвернулся. - Идите прочь, иначе будете казнены вместе с убийцами.


Вот не играл еще в дополнение про борцов с вампирами, но мне уже жалко, и Серану, и упыреборцев. Наехал на них утырок, без моральных качеств, без мозгов и умения предугадывать развитие событий.
И зовут утырка Бианор Прыщ


А дальше он решает, что надо нанести по вампирам контрудар.
Теперь следовало готовить упреждающий удар по логову. Вдоль побережья были отправлены усиленные патрули, которые вскоре обнаружили одинокий полуразрушенный замок, возвышающийся далеко на севере от побережья. В Солитьюде, тем временем, проходили особую тренировку солдаты двух первых центурий. Их доспехи были дополнительно зачарованы на сопротивление магии, а шлемы на обнаружение жизни. Все солдаты получили новые эбонитовые мечи, зачарованные на урон огнём. Через неделю всё было готово и отряд выступил на штурм.
Нас ожидали несколько часов изнурительной качки, ледяные брызги солёной воды, стук льдин о борта нордского когга. Большой радостью стал для нас хруст камней под килем, когда когг достиг одинокого острова.
У входа в замок уже собралась большая группа Стражей Рассвета, во главе с самим Израном. Он подошёл ко мне, поклонился и попросил разрешения участвовать в битве за замок Волкихар.
— Наше снаряжение лучше приспособлено для убийства вампиров, - сказал он и показал на группу воинов с чеканами, топорами и небольшими круглыми щитами. - Ещё мы можем разбить ворота замка своими топорами.
— Твои солдаты не смогут держать строй. Это воины одиночного боя. Я не могу взять их в отряд, но могу пустить вперёд, если они так хотят сражаться. Однако, в этом случае вы все наверняка будете убиты.
— Благодарю вас, господин! - Изран поклонился мне и добавил: - Это великая честь для меня. Как только вы скомандуете атаку, мы не станем медлить.
Он ещё раз поклонился и побежал к своим. Я поднял руку и центурионы подняли мечи.
— Начинайте!
— Первая центурия! - тут же заорал примипил. - Щиты сомкнуть! Пилумы к бою! Держать стой!
— Вторая центурия! - подхватил примас-ордер. - Строй восемь, глубина десять! Щиты сомкнуть!
Грохот щитов перекрыл их команды и центурии двинулись к замку. Это было так знакомо, что я едва подавил в себе желание схватить большой щит и встать в одну шеренгу с легионерами. Ощутить знакомый холодок где-то в груди, дрожь в напряженных ногах и этот особый, тщательно подавляемый страх. Совсем недавно я, так же, как эти легионеры, шел в атаку; так же, как они, держал строй и укрывался щитом. Только тогда от всей первой когорты осталось меньше одной центурии и за нашими спинами не было никого, кто мог бы прикрыть и принять на себя натиск врага.


Дальше был скоротечный и скучный бой, где вампиров порезали, Изран умер, Прыщ торжествует. И знаете, он снова напомнил мне Колчака, который перехватывая немецкий конвой рудовозов ( в Балтийском море, немцы везли руду из Швеции), действовал наперекор плану Трухачева, и не сумел перехватить конвой, а утопил только коммерческий пароход, на который немцы наскоро вкорячили пару пушек - и это вместо шестнадцати рудовозов.
Вот судите сами, вампиры клана Волкихар - это как я понял, твари опасные, могущественные, и полные сюрпризов. Стража Рассвета давно им мечтает хвосты накрутить, изучила противника. Так разве не логичнее было бы некоторое время с ними вместе готовиться? Позволить им погонять легионеров? Дать им шанс поделиться разведданными?

Мечи из эбонита - это простите, страшно дорого, уж по игре-то. Не говоря уже про гору зачарованных шмоток. Он что, уже такой независимый и могущественный, что может такими средствами распоряжаться, и быть неподотчетным никому?

(А еще меня не покидало чувство, что пока охотники на вампиров штурмовали логово упырей, силы Прыща выступали в роли заградотряда, кидающего пиллумы в спину.)

Глава 16.
Прыщ походу решил отыграться на всех персонажах, которые в игре, будучи неписями, не вылизывали гг при первой встрече.
Реализацию плана Партурнакса я откладывал как мог, но выборы легата Скайрима неумолимо приближались. По всем расчетам, экспедиция на тот свет должна была предварять эти выборы, так как в случае успеха давала мне такие козыри, которые никто из легатов не смог бы побить. В случае же неудачи, все мои планы не стоили и комариного писка.
В ожидании ответа тянулись однообразные дни магистрата. Посетители шли друг за другом, одних приходилось прогонять, другим помогать. Как я впоследствии выяснил, на эту должность меня порекомендовала Рикке лишь потому, что магистрат должен исполнять свои обязанности безвозмездно. Впрочем, даже после расчёта за родословную, у меня ещё оставалась более-менее приличная сумма, чтобы вести безбедный образ жизни, как и подобает вельможе.
Вечером меня стали приглашать в Синий Дворец к Элисиф. Я брал с собой Гнея и просиживал почти до полуночи за бестолковыми разговорами со свитой королевы Скайрима. Там я смог познакомиться с её окружением и сделать некоторые выводы.
Больше всего мне не понравился альтмер Меларан, заносчивый и высокомерный, впрочем, как и все его сородичи. Когда моё терпение истощилось, я решил устроить одну невинную шутку.
- Послушайте, милейший, - обратился я к нему во время очередных посиделок, - Как вы относитесь к Сибилле?
- К придворному магу? – спросил тот и, когда я кивнул, скривил лицо: - Не уверен, что это та тема для разговора, которая мне интересна.
- И всё же.
- У неё много странностей. Например, она любит бывать в подземельях и в зале мёртвых. Ей уже много лет, но я не замечаю признаков старения…
- Вы хотите сказать, что она вампир?
- Послушайте, Марк, я знаю вашу нелюбовь к вампирам, но это не тот случай!
- Почему-то мне кажется, что это как раз тот самый случай.
- Вы хотите поругаться с Элисиф? Прошу! – Меларан сделал величественный жест в тёмный угол, где сидела Сибилла.
- Вовсе нет, – я глотнул из кубка и поставил его на стол, затем нагнулся к альтмеру и тихо сказал: - Однако, Талмору было бы очень интересно, если бы придворным магом стала более лояльная к Доминиону личность, чем бретонка-вампир… Или я ошибаюсь?
Меларан внимательно посмотрел на меня, но я выдержал его взгляд с каменным лицом. Похоже, моя стрела попала во все цели сразу. Меларан действительно метил на место Сибиллы, действительно был связан с Талморским посольством, а Сибилла действительно была вампиром.
- Как вы узнали, что Сибилла вампир? – спросил Меларан.
- Очень просто. Вы ведь знаете, что внешность вампира меняется, если он вынужден голодать. Сибилла питается ночью, весь день торчит в приёмной Элисиф, а весь вечер проводит на этих вечерах. Сделовательно, ближе к полуночи она голодна и вынуждена, обратите на неё внимание, прятать лицо за капюшоном, который опускает всё ниже и ниже. Хотите убедиться сами? Когда она встанет, чтобы покинуть общество, подойдите к ней сзади, ущипните за задницу и посмотрите в глаза, вам всё будет понятно без слов.
Меларан недоверчиво скривился, но я не дал ему перебить себя:
- Не бойтесь! Проявлять себя она не станет, это смертельно опасно для неё. А вы всегда можете разыграть невоспитанного болвана-солдафона и принести тысячу извинений.
- Но зачем это мне? – спросил Меларан.
- Очень просто. Поняв, что вы знаете о её секрете, она сама уступит вам своё место!
- Скорее она прикончит меня, - поёжился альтмер.
- Где? – я удивлённо вскинул брови. – Здесь, в Синем Дворце? Чтобы её тут же проткнули мечом?.. Знаете, я не удивлён, почему Талмор, даже захватив столицу Империи, не смог добиться выполнения всех пунктов Конкордата. Такая нерешительность в мелочах…
Альтмер, очевидно, разозлился, так как его желтая физиономия стала отливать оранжевым цветом:
- Следи за языком! Эльфы – высшая раса!
- Высшая, только трусливая, - я с сожалением кивнул и отвернулся.
Мой собеседник резко встал из-за стола, ударился коленом о дубовую столешницу, и отошёл в сторону, слегка прихрамывая на левую ногу. Я подозвал к себе Гнея и тихо сказал:
- Встань рядом с выходом, держи оружие под рукой.
- Понял, - Гней кивнул и отошёл к двери.
Когда гости стали расходиться, я подошёл к Элисиф и долго рассыпался ей в любезностях, а в завершение своей речи, которую та слушала со смесью смущения и страха, добавил:
- Наверняка, у вас много завистников и недоброжелателей. Вам нужно быть очень осторожной. Только Имперский Легион может по-настоящему защитить вас.
- Но у меня… Вот. Таны и охрана… - неуверенно сказала королева.
- Госпожа, простите мне бестактность старого солдата, но лишь Имперский Легион напрямую заинтересован в сохранении порядка в Скайриме, а значит лишь Имперскому Легиону выгодно, чтобы вы оставались королевой как можно дольше. К нашему генералу можно относиться как угодно, но никто не усомнится в его верности Империи, а значит и вам лично.
- Эти люди со мной уже давно. - Элисиф улыбнулась и сделала шаг в сторону. – Я верю им…
Её слова были прерваны оглушительным ударом молнии. Я резко обернулся и увидел, как Меларан рассыпается в пепел, а Сибилла, с ярко горящими глазами, набирает в кулаке энергию для следующего разряда. Не теряя времени, я оттолкнул в сторону Элисиф, выхватил меч и бросился к вампирше. Та успела пустить в меня молнию, но в этот момент её ткнул гладиусом Гней, поэтому разряд лишь слегка зацепил меня. В следующее мгновение я отсёк твари голову.
Небольшая шутка превратилась в кровавое побоище, а моя дорогая сенаторская тога была безвозвратно испорчена безобразной дырой с обугленными краями. Впрочем, я остался доволен результатом.


Сибилла Стентор - придворный маг королевы Элисиф, занимала свою должность еще при Торуге, и даже при его отце. Бретонка, и еще вампир. Но при этом служила короне честно и преданно, честных людей не пожирала, знать не околдовывала, и вообще, была одним из самых проимперских персонажей, и могла аргументировать свою позицию.
За что же она погибла? А за то, что имела скверный характер, и небось при первой встрече не кинулась обнимать Прыща, за что и поплатилась. Пока что он - воплощение больного самолюбия, карающее любого, кто не раскинулся перед ним в земном поклоне в первую встречу.
Это не тот случай, когда у героя есть характер, система ценностей или некие предубеждения, на чем-то основанные. Мы так и не узнаем, в кого он такой "мамкин расист", пускающий пузыри.

Тем временем Балгруф написал, что ловушка на дракона готова, ждет своего часа.
- Партурнакс и Седобородные говорят, что окончательно победить Алдуина можно лишь в одном месте, - тут Рикке ухмыльнулась. - В Совнгарде. Для этого необходимо поймать любого дракона из последователей Алдуина, и заставить его показать вход или портал в Совнгард. Затем, мне придётся войти в этот портал, найти там Алдуина и прикончить его. После этого, все живые на этот момент драконы, лишённые воли лидера, станут обычными зверушками, с которыми не составит труда расправиться.
Туллий некоторое время мерил шагами кабинет, потом остановился у стола с картой:
- Справишься?
- Не знаю, - честно ответил я.
- Будешь брать с собой солдат?
- Нет. Если верить Седобородым, для них это дорога в один конец, они не смогут вернуться. Однако, солдаты нужны мне для пленения дракона в Вайтране.


Ловля дракона заслуживает полного воспроизведения. Зрелищ еще то.
С трудом подавляя дрожь в ногах, и стараясь сохранять равнодушное выражение лица, я вышел на балкон и заорал:
- Одавинг!
Получилось громче, чем я рассчитывал. Ярл и его придворный маг, которые хотели присутствовать во время поимки дракона, оперативно ретировались во внутренние помещения. Прошло четверть часа и у солдат стали сдавать нервы. Кто-то уже начал посматривать на ворота, за которыми скрылся ярл со своими помощниками. Нужно было срочно поднимать боевой дух:
- Солдаты! – закричал я. – Грязная тварь боится нас! Боится наших силы и храбрости!
Солдаты загудели, как рой рассерженных ос, потом начали постукивать гладиусами по щитам. Стук перешёл в грохот, сквозь который прорезался и окреп зов дракона:
- О-да-винг! О-да-винг! О-да-винг!
Когда на горизонте показался силуэт дракона, возбуждённые солдаты принялись выкрикивать грязные оскорбления в адрес гигантской рептилии, осыпать её проклятьями и ругательствами.
Дракон сделал несколько кругов вокруг замка, затем завис перед балконом. Я прикинул расстояние и сбил его криком, после чего Одавинг рухнул вниз. Я выглянул между каменных зубьев и увидел, как он ползает в кустах под стеной замка. Когда крик рассеялся, Одавинг взмыл в воздух, отлетел подальше, развернулся и с оглушительным рёвом ринулся в нашу сторону. Я вновь выкрикнул «драконобой», но поторопился, так что дракон с разгона врезался в край балкона, попытался зацепиться за него когтями, не удержался, и со скрежетом сполз по стене под свист, хохот и улюлюканье солдат.
Дракон сделал ещё один заход и грохнулся справа от балкона. Потом слева от балкона. Попытался напасть сверху, со стороны Облачного района, попал под «драконобой», перевернулся через голову, ударился спиной о стену и снова упал вниз.
Солдаты уже побросали пилумы и хохотали до упаду. В галерею вернулись Балгруф и Фаренгар, встали у стены и осторожно выглядывали из-за колонны. Фаренгар при этом тоже хихикал, хотя и не понимал причины веселья легионеров.
Я свесился с балкона и крикнул барахтающемуся в кустах Одавингу:
- Эй, ты! Заходи к нам пешком! Вход в город с другой стороны!
Огромный ящер плюнул в ответ огненным шаром, но я успел спрятаться.
Лишь спустя час, после полутора десятков неудачных попыток, дракон умудрился попасть на балкон и кубарем покатился по каменному полу, а мне пришлось устроить стремительное тактическое отступление вглубь галереи. Увидев бегущего военного трибуна, Балгруф и Фаренгар словно растворились в воздухе, я даже не заметил, как открылась и закрылась дверь.
Одавинг, уже основательно уставший и измученный неудачными атаками, неуклюже потрусил за мной. На голову ему посыпались камни и объедки, приправленные самой отборной солдатской руганью. Когда дракону на шею опустилась ловушка и защёлкнулась под горлом, он не вырывался, не дышал огнём и не рычал. Лишь произнёс усталым голосом одно слово:
- Сволочь…
- Покажешь, где вход в Совнгард? – спросил я.
- Покажу, - буркнул дракон.
- Это хорошо.
- Почему?
- Потому что иначе я бы приказал солдатам стянуть тебе морду ремнями, пообрубать крылья и сбросить тебя с балкона.
- Сволочь, - повторил Одавинг.
- А мне кажется, что мы станем друзьями.
- Сомневаюсь.
- Не сомневайся. Ты ведь тоже не в восторге от Алдуина, верно?


Знаете, игровой Одавинг ( а точнее момент как его дожимают, чтобы он проводил до Совнгарда), еще тот образец поддавков, и логики там маловато. Только что дракон прилетел сожрать наглеца, а теперь уже согласен ему служить...
Но то что будет далее в фике, дальше от здравомыслия и логики, чем игровое. ООС Одавинга нам обеспечен - но это уже завтра.

Всем сов https://www.youtube.com/watch?v=bLZJHBZYkSs

#дети_кукурузы #длиннопост #накипело #фикопанорама #мультифандом
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 16 комментариев

Онлайн
Хальве!

Смертельные аномалии,опасные мутанты, анархисты и бандиты, не остановят "Долг", когда за "Долгом" гонится сталкер Петров!

Продолжаю делать обзор на фик Из пыли.
Глава 13 отведена под болтовню:
Шло время, приближалось реформирование Четвёртого Легиона, я постепенно привыкал к новому положению в обществе, обкладывался новыми друзьями и приближал к себе старых. Гней и Септимий Фол стали ликторами и теперь как привязанные ходили за мной в богатых нарядах, с пучками розог, перетянутых пурпурными лентами. Иногда я оглядывался на них, видел их довольные лица и не без улыбки вспоминал, что когда-то должность ликтора была моей недостижимой мечтой.
ормально всё осталось по-прежнему. Я так же склонял голову перед Туллием, так как он был старше меня по званию, фактически же, генерал теперь старался привлечь меня к решению всех важных вопросов. Я старался платить той же монетой и регулярно советовался с ним в решении серьёзных вопросов. По крайней мере в решении проблемы с драконами. Он не был в восторге, когда я рассказал ему план Партурнакса, зато его горячо поддержала Рикке, которая не скупилась на хвалебные речи в адрес моей находчивости и смелости. Ещё бы! Изловить дракона и на нём полететь в Совнгард! Что может быть лучше для реализации её планов? Только если я попрошу немедленно отсечь себе голову.
Пришлось придумывать объяснение своему быстрому взлёту, чтобы легаты если не признали меня за вельможу, то по крайней мере были дезорганизованы. Каждый вечер приходилось проводить в компании высших офицеров Легиона и каждый вечер повторялись одни и те же намёки, расспросы.
— Мой отец перед самой своей смертью, - вдохновенно врал я за кубком хорошего вина своим внимательным слушателям. – Был очень невысокого мнения обо мне. В детстве я был слабым и болезненным мальчиком, поэтому отец лишил меня своего покровительства и сказал: «Марк, если ты хочешь быть наследником нашего славного рода, ты должен доказать, что достоин его!» Мать, конечно, расплакалась, а я из упрямства удрал из отеческого дома и отправился странствовать по Тамриэлю.
— Какой смелый поступок! – тут же воскликнул Адман, который точил зубы на мои деньги. – Достойно уважения!
— Опрометчиво! – недовольно морщился Цезенний. – Можно списать на пылкость юности, но всё же, добровольно устраняться от государственной службы и уходить в плебеи, это очень необдуманный поступок.
Ключевое слово в его фразе было: «плебеи». Ему вторили Рикке и Фейсендил, причём так настойчиво, что у меня не оставалось никаких сомнений относительно их недружелюбия. Эти трое были настроены серьёзно, и планировали оставить Рикке в качестве генерала Скайрима. Подкупать их было бесполезно, убивать опасно, поэтому приходилось лишь улыбаться, качать головой и сводить всё в шутку:
— Кто из нас, будучи молодым и глупым, не грезил о ратных подвигах? Кто не представлял себя великим героем, который в одиночку повергает толпы врагов и защищает слабых, а потом приводит нашу любимую Империю к изобилию и процветанию! Все мы были в плену подобных идеалистических фантазий. Лишь опыт и шрамы, полученные в битвах, научили нас истинной мудрости.
— И что же по вашему является истинной мудростью? – ехидно поинтересовался Фейсендил и тихо добавил: - Сенатор…
— Истинная мудрость, с моей точки зрения, - ответил я и отхлебнул из кубка, – Это умение находить тонкую грань между добром и злом. Между честью и предательством. Наконец, между другом и врагом.
— И вы постигли эту мудрость? - спросил меня Цезенний и едва заметно прищурился.
— Полагаю, что да. Иначе, мы с вами не разговаривали бы. Мне пришлось пережить падение до самого дна пропасти, а потом долго и упорно работать, чтобы вернуть себе имя и состояние...


Я не знаю, наверное автору было бы лучше писать фанфик по сериалу Рим. Или оридж по римской эпохе. Чтобы все знания римских реалий работали в тексте, а не торчали из него, подобно члену во лбу. Ибо хоть разработчики и оглядывались на римские легионы, они творили совсем про другое. И патриции, плебеи и остальное - в данном фике оно все не к месту

Вы помните, что Прыщ отправил своего человечка вербоваться в Соратники? Ну так вот, это тоже нашло продолжение.
После окончания одной из этих ежевечерних повинностей, я завёл разговор с Гнеем относительно Соратников. Мне давно хотелось узнать, как обстоят дела в Вайтране, но ликтор упорно уклонялся от разговора под всевозможными причинами.
— Слушай, Гней, - начал я разговор, когда Септимий Фол ушёл в свою комнату. - Я понимаю, что тут какие-то личные дела, но знать все подробности твоей работы мне необходимо.
— Маркус... - Гней покачал головой. - Я ведь сказал, что там всё в порядке.
— Если ты не хочешь рассказать мне как другу, мне придётся заставить тебя это сделать как военному трибуну. Я не хочу этого делать, но ты меня вынуждаешь. Я вижу, что тебя что-то тяготит. Расскажи мне, может быть тебе станет легче.
— Легче не станет, - Гней сдвинул брови и помрачнел. - Но раз у меня нет выбора, придётся рассказать. Как ты и приказал, я отправился в Вайтран и вступил в их шайку. Больших проблем с вступлением не было, просто намял бока одному из их бойцов во дворе Йоррваскра. Парень оказался паршивым бойцом, любителем очень большого оружия. В общем, он промазал по мне и в следующую секунду я засунул ему за шиворот свой гладиус. Как потом рассказывали, ещё и шкурку ему зацепил немного. В общем, все остались довольны, и меня приняли. Потом начались поиски осколков секиры самого Исграмора, которые были растеряны несколько веков назад. Мы вычищали древние гробницы и заброшенные укрепления, собирали кусочек за кусочком.
— Что там с оборотнями? - спросил я.
— Да, - кивнул Гней. - Я сразу и озадачился этим вопросом. Выяснить, кто из них оборотень, не составило труда. Норды презирают омовения, поэтому мне достаточно было пару раз пообедать с ними за одним столом. От некоторых шёл такой тяжёлый смрад, что сомнений не оставалось. По запаху псины я вычислил, что оборотнями были всего несколько человек. Сам Кодлак, братья Вилкас и Фаркас, Скьор и ещё одна дикарка по имени Эйла...
Гней закусил губу и я понял, что тут дело не чисто. По всей видимости, бедняга запал на эту дикарку по-серьёзному. Тем временем, он продолжал:
— После нескольких испытаний Соратники признали во мне настоящего воина и предложили войти в их общество оборотней...
— И ты согласился?
— Да... - поморщился Гней. - Но ты не подумай, сейчас со мной всё в порядке! А тогда для меня начался кошмар наяву. Чтобы поддержать свою репутацию, мне пришлось превращаться в чудовище, жрать трупы. Потом я перекидывался обратно в человека с полным брюхом мертвечины, и меня выворачивало наизнанку в течение нескольких часов. А соратники по большей части наслаждались этим, считали это варварство чем-то возвышенным. Если бы не задание, я бы, пожалуй, последовал примеру Аппия. В общем, я наплевал на все их правила, пришёл к Кодлаку и сказал, что быть оборотнем не хочу.
— И как отреагировал Предвестник?
— Он меня поддержал. Сказал, что сам не против избавиться от этого проклятья. Кодлак рассказал мне, что к сделке с Гирцином их обманом привели ведьмы из Гленморильского ковена, и что только их смерть может разорвать эту сделку. В общем, я взял гладий, пошёл к этим ведьмам и выпотрошил их как кроликов. Если бы ты слышал, как они визжали... А когда вернулся, оказалось, что на Йоррваскр напали головорезы из Серебряной руки и побили много народу. Кодлака тоже завалили. Позорно завалили. Он перекинулся в оборотня, но его забили серебряными мечами, так что, когда я вернулся, он валялся голый, как бродяга в подворотне.
— Так, и кто стал Предвестником вместо него?
— Можешь смеяться, но Предвестником стал я.
Я присвистнул и похлопал Гнея по плечу. Стать Предвестником Соратников - это большая честь в Скайриме.
— Да, Кодлак написал в своём завещании, что оставляет свой пост за мной. И ещё написал, что избавиться от ликантропии можно только в гробнице Ну, я первым делом организовал уничтожение Серебряной Руки. Всё равно они были бандитами, которые только прикрывались борьбой с оборотнями. А потом кузнец из осколков собрал секиру Исграмора, которая оказалась довольно паршивеньким оружием. Зато, с её помощью мы проникли в его гробницу и там провели ритуал очищения души Кодлака от ликантропии. Я тоже вылечился от этой заразы.
— Значит, теперь мы можем не убивать оборотней, а лечить их? - удивился я.
— Нет. В том-то и дело. Вылечиться можно было только тем, кто стал оборотнем от Гленморильских ведьм. Их кровь скрепляла проклятие. Ведьм было пятеро. Я притащил пять голов. Кровью одной головы вылечил Кодлака, второй вылечился сам. Скьора завалили раньше. Осталось три оборотня. Я стал убеждать их, что проклятье крови делает нас слабее...
— Надеюсь они послушались? - спросил я. - Потому что в противном случае...
— Слушай дальше, - Гей низко опустил голову и продолжил свой рассказ: - Самый умный из этой троицы был Вилкас. Он быстро обмозговал проблему и согласился со мной. Его слабоумный братец согласился прицепом. Но Эйла... Она упрямая... Я множество раз уговаривал её...
Гней замолчал, но я не мешал ему собираться с мыслями.
— В общем, когда у меня закончились доводы, я сказал, что сила оборотня не настоящая. Она фальшивая и не делает чести воину. Что нужно самому быть хорошим бойцом, а не полагаться на зверя, который живёт внутри тебя. Мы долго спорили и совсем перессорились. Чтобы доказать мне, что она хороший боец, Эйла отправилась в одиночку зачищать гробницу. Сказала, что перебьёт драугров, не превращаясь в оборотня. Я нашёл её изрубленной в куски. Она...
Гней тряхнул головой, взял со стола бутылку мёда и одним залпом опустошил её.
— Я толкнул её на смерть. Как я мог после этого оставаться в Йоррваскре? В общем... Сейчас Вилкас стал Предвестником, а я здесь. Вилкас обязался согласовывать задания гильдии с Имперской Канцелярией, так что всё в порядке. Всё в полном порядке, как ты и хотел.
— Ты любил её? - спросил я, и Гней злобно уставился мне в лицо.
— Какая теперь разница?
— Разница есть. - Я отошёл к окну и какое-то время смотрел на яркое сияние, мерцающее в небе. - Разница есть. Все мы теряем близких нам людей. Когда-то какой-то другой человек точно так же скажет о нас с тобой.
— Кому мы нужны?.. - буркнул Гней.
— Кто знает? - я пожал плечами. - Наверняка у такого знаменитого воина как ты, много поклонниц. Кто-то из них влюблён в тебя всей душой.
— Но все они не стоят и волоска с головы моей Эйлы...
— Потому что ты их отвергаешь. Но это не означает, что твою смерть они не будут оплакивать. Так что прекращай раскисать. Ты мне нужен сильным и бодрым, а не размазнёй, которая скулит о потерянной любви.
— Знаешь, Маркус... - Гней резко встал и, видимо, хотел сказать что-то резкое, но я перебил его:
— Заткнись и сядь! Когда не нужно, на тебя нападает красноречие, а когда оно необходимо, из тебя слова не вытянешь! Ты мог бы сразу сказать мне в чём дело, а не играть роль бодрячка-весельчака, который начинает ныть и плакать, как только остаётся один. Если тебе нужно время, чтобы придти в себя, я дам тебе отпуск. Если тебе нужны бабы и вино, чтобы отвлечься, я дам тебе денег. Если ты хочешь облегчить душу, я за руку отведу тебя в храм. Молчать не нужно! Рассказывай мне о своих проблемах! Договорились? Вот и отлично. Завтра с утра расскажешь мне о своём решении. Мне нужно знать, рассчитывать на тебя в грядущем деле или нет. Твои связи в Вайтране очень пригодились бы, но если это будет для тебя слишком тяжело...
— Нет, я готов. - Гней встал и я увидел перед собой его прежнего: энергичного солдата и свирепого бойца. - Извини, что дал слабину. Больше не повторится.
— Тебе нужно чаще быть у женщин.
— А сам-то! - уже с ехидной ухмылкой сказал Гней. - Ты у нас в последнее время стал целомудренный, аки драугр. Наведался бы в кабак, как бывало раньше!


Это был пересказ квеста Соратников, который нам не показали, только пересказали. Этот фик я заметил, вообще очень сильно страдает тем, что почти никаких действий в нем нет, только краткий пересказ, что замок штумовали, воров вешали, с Соратниками были, и что Алдуина прогнали. Возможно автор слаб в экшене ( и правда, имеющиеся отрывки весьма средненькие), но в чем тогда силен? В калометании в персонажей?


Глава 14.
Прыщ сидит в кабинете, и подобно чиновнику, принимает просителей, и решает, что и как делать. То крестьянина взашей прогонит, то купцу солдат пообещает за деньги. То посылки принимает.
Третий посетитель оказался курьером из Рифтена. Он принёс в подарок большую корзину черновереского мёда и передал самый глубокий и преданный поклон. Мавен Чёрный Вереск написала мне большое письмо, которое курьер зачитал с большим старанием и артистизмом. Ярл Рифтена горевала, что я давно не одаривал подчинённый ей холд своим драгоценным посещением. Если бы кто-то поверил написанному в письме, он бы решил, что Мавен боготворит меня и целует камни мостовой, по которой я когда-то ходил, однако я прекрасно знал, на каком прочном крючке сидит у меня ярл Рифтена и чем продиктованы эти медовые строчки. В конце своего письма Мавен осторожно упомянула, что у неё возникли «разногласия» с некоторыми уважаемыми семьями холда, которым не понравилось тёмное таинство, найденное в подвале её особняка. Никаких прямых вопросов или просьб в письме не было, однако намёк я понял - посетить Рифтен и своим присутствием укрепить её позиции.
— Передай своей госпоже, - сказал я курьеру, - Что я высоко ценю наши с ней дружеские отношения и нанесу ей визит через три недели. Передай также, что мёд её предприятия выше всяких похвал. Ах да, совсем забыл. Вот, держи это серебряное кольцо. Покажешь его своей госпоже и скажешь, что получил его в подарок от магистрата, которому понравилось, как ты читал её письмо.


О да, разумеется он так запугал Мавен, что та под впечатлением, угу. Да у нее амбиций, знакомств и денег столько, что если пожелает, этого самого прыща сковырнули бы быстренько, и азотом прижгли.

— Кто там последний? - крикнул я. - Пусть не мешкает, иначе я пойду обедать.
В комнату вошёл Гней и пожал плечами:
— Там ещё какая-то девчонка, только она просит поговорить наедине. Выгнать её?
— Красивая? - ухмыльнулся я, предполагая одну из поклонниц, которые досаждали последнее время.
— Ничего так. - пожал плечами Гней. - Тощевата, правда...
Девушка действительно оказалась стройной и бледной, но была хорошо одета, имела вполне благородный вид и хорошие манеры.
— Здравствуйте... - тихо сказала она и потупилась, потом искоса глянула на стоящих за моей спиной ликторов.
Я дал подал знак и ликторы вышли из комнаты. Гней на мгновение задержался, я двинул рукой и он вышел вслед за своими подчинёнными. Мы остались наедине, но девушка не спешила делиться со мной своими проблемами. Лишь стояла посреди большой комнаты и теребила край своего широкого пояса. Я встал со своего кресла и как можно более мило улыбнулся:
— У меня сейчас обед, если желаете, мы можем обсудить ваш вопрос за рагу из кролика и бокалом хорошего вина. Проходите сюда...
Она прошла со мной в обеденный зал и села за стол напротив меня. Я налил ей вина, она сделал маленький глоток, глянула на меня и снова потупилась. В течении обеда она произнесла лишь несколько слов, всё больше и больше смущалась и в конце концов заплакала:
— Простите меня, пожалуйста! Я отняла у вас так много времени...
— Ничего, голубушка! - я подал ей руку, помог ей выбраться из-за стола и дотронулся пальцами до её плеча. - Если у вас какое-то горе, или кто-то обижает вас, скажите мне. Я исполняю волю Императора в Скайриме, а он всегда приходит на помощь гражданам своей Империи. Тем более, мне приятно будет помочь такой красивой девушке как вы.
Она ещё больше смутилась, принялась бормотать слова благодарностей, совсем запуталась и замолчала.
— Вы взволнованы, - сказал я. - Сейчас вам нужно отдохнуть. Завтра я, к моему великому сожалению, слишком занят, а послезавтра приходите к ужину. Мы обсудим ваш вопрос и подумаем, как решить его. Хорошо? Послезавтра вечером я буду ждать вас.
Она закивала, вытерла глаза платочком и вышла из комнаты. Я позвал дежурного легионера и приказал проводить посетительницу к воротам замка.
Следующий вопрос не терпел отлагательств, поэтому я немедленно засел за составление короткого письма. Когда письмо было закончено, я вызвал курьера, вручил ему пакет и кошель с золотом, после чего отправил из Солитьюда.
— Ещё приказ, - сказал я курьеру. - Ты никому не должен говорить, кто тебя послал. И ещё, переоденься в гражданскую одежду.
— Господин, - курьер поклонился. - Это может задержать доставку вашего письма.
— Для этого я дал тебе золото. Отдавай каждому начальнику разъездов и постов ровно по четырнадцать монет. Всё понятно?
— Так точно, господин! Я могу идти?
— Иди, - я кивнул. - Возьми лошадь в конюшне и поторапливайся!
По городу уже молнией пролетела молва, что военный трибун Марк Октавиан, магистрат Скайрима, влюбился в прекрасную незнакомку. На следующий день, я оставил ликторов в замке, а сам обрядился в богатую сенаторскую тогу и отправился по магазинам. Купил несколько золотых безделушек, затем зашёл на рынок и заказал корзину лучшего вина к завтрашнему вечеру.
Зеваки почтительно кланялись мне, я кивал им в ответ. По уже принятой традиции, ко мне не лезли со своими проблемами, лишь желали долгих лет жизни. Впрочем, в этот раз к здравнице добавляли ещё и пожелание множества детей, первый из которых обязательно должен быть мальчиком и наследником.
Вечером следующего дня меня вновь посетила красивая девушка, чьего имени я ещё не узнал, и мы очень мило провели время, болтая о разных вещах. Я рассказал о столице Империи, которую видел ещё ребёнком, в красках описал её величие и богатство. Честно говоря, столицу я помнил разграбленной и сожжёной. В нищенских лачугах и выгоревших зданиях с обрушившимися кровлями, ютились остатки населения гордого и великого города. Но, зачем эти неприятные подробности? Я рассказывал не свои воспоминания, а свои фантазии и девушка заворожено слушала меня.
— Столица! Наверное, это прекрасный город. Там много магазинов?
— О, да! Там каждый квартал, как весь Солитьюд. В каждом полно магазинов, а кроме того, есть ещё и торговый квартал, который весь состоит из одних магазинов.
— Вот это да! - у девушки загорелись глаза. - А там есть театры, библиотеки?
— Там даже есть арена, где можно увидеть смертельные бои гладиаторов! Есть книжные магазины, которые ломятся от книг, а ещё есть имперская библиотека.
— Это та самая, где хранились Древние Свитки? - спросила девушка и я вдруг понял, что чуть было не перестарался со своими фантазиями.
— Именно! До того, как на библиотеку напали эти дикари-альтмеры, там работали Жрецы ордена Мотылька. Они изучали пророчества свитков и передавали свои знания самому Императору. Потом библиотека сильно пострадала во время великой войны, и свитки оказались разбросанными по всему Тамриэлю.
— Как это интересно! Я бы хотела хоть раз увидеть такой свиток!
— У меня есть один, - похвастался я. - Мне даже пришлось однажды прочитать его!
— Правда? - девушка восхищённо раскрыла рот. - А вы можете показать этот свиток?
— Конечно, голубушка! - ответил я. - Только давайте я покажу вам его завтра. При солнечном свете он выглядит намного эффектнее. Все эти драгоценные камни, магическая отделка золотом!
— Да, конечно, - улыбнулась она. - Боюсь даже предположить, что вам пришлось испытать, чтобы добыть его.
— О, нет, - я снисходительно улыбнулся. - Я офицер Имперского Легиона и мне вовсе не нужно самому лезть в опасные руины и подземелья. Достаточно отдать приказ своим солдатам.
— Вы такой известный человек, наверное, вам многие хотят помочь?
— Честно говоря, это так! От меня мало что зависит, всё делают мои подчинённые.
— Вы так скромны. Но я слышала о вас множество героических историй. Неужели вы не расскажете мне, как выглядит дракон? А какой вид с Высокого Хротгара? Наверное, с этой вершины можно увидеть весь Скайрим, да?
— Я могу долго рассказывать свои истории, но боюсь утомить вас. Право, солдатская жизнь... Это совсем не то, что было бы интересно слушать молодой красавице!
— Вы так добры ко мне...
— О, полноте! - я подлил ей вина. - Какие пустяки! С такой прекрасной особой как вы, можно просто забыть о времени! А ещё у вас такой редкий и дорогой перстень.
Девушка засмущалась и принялась теребить эбонитовое кольцо с рубином, украшенное лучистой розеткой и сложной резьбой.
Мы долго болтали, поэтому уходить ей пришлось уже ночью. Я предложил девушке солдат для охраны, однако она качнула головой и сказала, что в городе сейчас тихо, поэтому охрана ей не нужна.


Вы небось удивились, но я выдам вам спойлер , чуть позже. А пока полюбуйтесь.
Как только за ней закрылась дверь, я перебежал на другую сторону комнаты и вышел на балкон. Вскоре я увидел, как она пересекла двор Мрачного замка и направилась к выходу на улицы Солитьюда. В темноте я не разглядел, повернулась она ко мне или нет, но всё же прощально помахал ей рукой. Как только она скрылась за воротами, я пробежал длинный коридор, вошёл в тесную каморку угловой башни и через узкую бойницу рассмотрел на тёмной улице свою знакомую. Она повернула вниз по улице и быстрым шагом направилась к выходу из города. В неверном свете факелов я увидел, как из тёмного переулка выбежали трое дюжих бойцов и набросились на девушку. Один из нападавших первым же ударом сбил её с ног, ещё двое принялись молотить беззащитное тело тяжёлыми чеканами на длинных ручках.


Для тех кто не в курсе, расскажу.
Разработчики Скайрима, по своему обыкновению, накинули к игре пару ДЛС, одно из которых - про вампиров. Оно открывает еще одну сюжетную ветку, где мы можем либо присоединиться к древнему вампирскому клану, либо воевать с ним. Я в это дополнение пока не поиграл, но много о нем слышал.

Так вот, эта девушка что к нему приходила, ее зовут Серана, и она вампир. В игре ( насколько я знаю) она сражается против папки-упыря. а здесь ее убили, по заказу прыща. Который разумеется вампирским чарам не поддался, все прозрел, все предугадал - и убил Серану. Может гордиться собой, отомстил компьютерной модельке, убив ее в фике, герой.

Что тут скажешь? Автор решил отдоминировать еще и вампиров, чтобы никто не остался обиженным. Самый что называется жирный прыщ, какой только может быть.

Впереди нас ждут облава на Волкихар, и мутки с Драконьим Пределом. Но это позже...

Кстати, я нашел идеальное музыкальное сопровождение, к похождениям Прыща. Вот в самую его суть https://www.youtube.com/watch?v=1gVj-A06yMo

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 18 комментариев

Онлайн
Хальве!

Продолжаю обозревать фик Из пыли, и Прыщ продолжает идти по сюжету игры. Теперь он собирает солдат, чтобы с ними взойти на гору. Однако он объясняет, зачем.

Глава 11.
В этот раз я взял всю первую когорту вместе с офицерами, штандартами и даже сигнум с золотым имперским драконом - символом четвёртого легиона. После окончания гражданской войны, многие местные жители, спасаясь от нищеты и разрухи, кинулись служить в Легионе, поэтому все когорты вскоре оказались полностью укомплектованными. Пришлось приложить немало усилий, чтобы все ветераны - нибенейцы и коловианцы - были собраны в первых трёх когортах, а остальные в основном комплектовались новобранцами из местных. В первой когорте теперь, как и положено по уставу, удвоенной относительно всех остальных, было восемь с небольшим сотен бойцов.
Туллий не сразу согласился на мой выезд, но больше всего мешала Рикке со своими назойливыми комментариями:
— Это напрасная трата ресурсов и солдатских сил.
— У меня особое задание, которое может требовать значительных вложений, - отбивался я. - Кроме того, Вайтран сейчас - это новый очаг сепаратизма, так как там сидит слишком хитрый ярл, который ловко маневрировал между нами и мятежниками. Лишний раз показать ему силу Империи не помешает. К тому же, наши солдаты всё это время будут питаться за счёт ярла.
— Есть более хитрые ярлы, которых ты покрываешь! - не унималась Рикке. - Например, Мавен из Рифтена или Сиддгейр из Фолкрита.
— Мавен сейчас ведёт дела честно и открыто, - сказал я, не обращая внимания на кривую усмешку Рикке. - Когда в городе ловят и прибивают к крестам полсотни человек, это производит впечатление. Сейчас Мавен очень хорошо поняла намёк и работает на благо Империи, а работать она умеет. Сиддгейр хоть и дурак, зато абсолютно лоялен, не нарушает графика поставок леса и вовремя платит налоги. От Фолкрита больше никакой пользы и не получишь, так что всё в порядке.
— У нас ни один легат не позволяет себе взять целую когорту лишь для того, чтобы сходить на какую-то гору.
— Странно, что у нас не один легат, - я позволил себе больно уколоть Рикке. - По уставу, в каждом легионе должен быть один легат из патрициев, на должности генерала, а все остальные старшие командные должности должны быть заняты одним военным трибуном из сенаторов и пятью военными трибунами из всадников. Почему-то, лишь в нашем, четвёртом легионе, легаты командуют когортами, как простые центурионы.
Туллий тихо засмеялся и отошёл от стола. Я не подал виду, хотя и был польщён его реакцией.
— Но, ты даже не из сословия всадников! Скорее всего, ты даже не гражданин! - сказала Рикке.
Сказала напрасно, потому что сама была нордкой. Я внимательно посмотрел на её пальцы, где должен был красоваться золотой перстень всадника. Она поняла мой взгляд и спрятала руки за спину. Каждый помнил, как после войны с Доминионом, в легаты лезли все, кому не лень и у кого в кармане найдётся горсть монет на красивую броню.
— Легионер, дослужившийся до примипила, приравнивается к сословию всадников, - сказал Туллий, вернувшись к столу. - Маркус, закажи себе у ювелира перстень, чтобы твой статус ни у кого не вызывал сомнений.


Я так понял, автор взялся копировать римские легионы, и вообще Римскую Империю ( хотя она всегда называлась Республикой, будучи таковой де-юре), а там в самом деле, были мутки с тем, кто гражданини, кто нет, кто пролетарий, кто раб, кто из какого сословия. История Рима, его культуры, армии и экономики интересны - но автор зря их натягивает на реалии TES. В мире Свитков даже рабство вне закона, чего в Риме не было.
Это было во-первых. А во-вторых я замечу, что ранее автор не потрудился объяснить нам, почему при его ново-выдуманных правилах, окружающая реальность канонная, и легатами являются нордка Рикее, и альтмер ( совсем не человек) Фейслендил. Почему они легаты в каноне - понятно, Империя мультирасовая. и Легион с радостью примет каждого, кто готов служить. И если человек или мер верно, преданно служит, то нет ничего странного, что он растет в должности. А тут значит он заявляет картинку, что только сиродильцы труе люди, но тогда непонятно, откуда бретоны, норды и эльфы в Легионе?

К тому же, у меня есть недостоверные данные ( поправьте меня, эксперты) что Рикке начала воевать еще на Великой Войне, а значит свою преданность и надежность доказала давно.И это скорее он - выскочка, который захотел под шумок пролезть в эшелоны командования, нагло и без вазелина.

Ну и его наезд на Балгруфа тоже отвратителен, ведь согласно канону, когда Ульфрик прижимает Вайтран, и идет обмен топорами, Балгруф принимает сторону Империи, а не Братьев Бури. Свою надежность он доказал делом, и как по мне, это серьезнее, нежели проимперских проплаченный придурок, или медовый олигарх.

Когда Солитьюд остался позади, я снова порадовался своему решению вести всю первую когорту с собой. Денег у меня пока было достаточно, поэтому я добавлял от себя на закупку провизии. Солдаты под моим руководством питались лучше и выглядели бодрее. Не раз я ловил краем уха обрывки разговоров:
— Хорошо, что мы с Маркусом! Он солдатские пайки не ворует.
Впрочем были и другие, менее приятные:
— Наш командир из какого сословия? Вроде, он сам бывший легионер?
Я по своему опыту знал, что солдаты не любят, когда ими командует простолюдин, каким бы он ни был хорошим командиром, и ещё раз порадовался, что вовремя решил выправить себе родословную. Кольцо всадника я не стал заказывать принципиально, и решил дождаться патрицианских бумаг, а не размениваться на средний класс. Пока же можно было ломать комедию и сохранять интригу.
На вершине горы я сразу расставил когорту между естественных укрытий таким образом, чтобы любая цель в воздухе была под прицелом как минимум трёх отрядов и вынуждена была атаковать с неудобной позиции. Конечно, все двести человек не поместились на макушке горы, и значительные отряды пришлось оставить на склонах и спусках. Легионеры опасливо посматривали на Партурнакса, который, в свою очередь, постарался убраться от них подальше за стену слов так, что из-за стены остались торчать только голова и кончики крыльев.
Я объяснил примипилу задачу и тот бросился выстраивать содат:
— Легионеры! Щиты сомкнуть! Пилумы отделить, воткнуть в снег по правую руку древком вверх! Приготовить луки!
— Довакин... - подал голос Партурнакс. - Зачем так много «Джул» - зачем так много людей?
— Чтобы не было неожиданностей, - отозвался я. - Кто тебя знает, сегодня ты «фадон», а завтра «хокорон»...
Дракон ещё что-то ворчал, но я не обращал на него внимания. Только когда расположение и готовность легионеров меня удовлетворили, я подошёл к Партурнаксу и достал Древний Свиток.
— Вот та вещица, которую ты просил. Что теперь?
— Теперь ты должен прочесть этот «Кель» - этот свиток.
— Я?
— Да, ты. И я объясню тебе почему. То, что вы зовёте туум, или крик, это язык драконов. Каждое «Рот» - Слово. Несёт в себе силу. Люди, в чьих жилах течёт кровь драконов, могут постигать эту силу. Так вы учитесь нашему языку. Но, для

того, чтобы победить твоего врага, нужны особые слова. Эти слова созданы не нами и поэтому мы не можем постичь их. Ты сам должен услышать их от «Хун» - от героев прошлого. И выучить. В этом я не могу тебе помочь.
— Так я же ослепну...
— Я помогу тебе, направив твои мысли по потокам времени. Я буду шептать тебе музыку свитка.
Деваться было некуда. Я глубоко вдохнул и развернул свиток. Вспышка яркого света пронзила меня, как казалось, до самого затылка. Перед глазами поплыли какие-то круги и закорючки.
— Ещё раз, - послышался голос Партурнакса. - Разверни свиток ещё раз! Прямо сейчас!
Я с трудом разлепил глаза и снова посмотрел на древний пергамент. На этот раз круги на свитке были не такими яркими, они провернулись, вокруг них закружили непонятные символы. Мир вокруг меня наполнился голосами, которые перешёптывались между собой, звали кого-то, плакали. Сквозь этот шум постепенно пробился голос дракона:
— Ещё раз, Довакин!
Не особенно понимая, что делаю, я развернул свиток в третий раз и тут всё моё тело пронзила такая боль, что я заорал и задёргался. Всё было бесполезно, я беспомощно повис в воздухе, разрываемый всеми ветрами мира. Солнце склонилось к горизонту и скрылось за горами. Скрылось за горами на востоке. Вскоре взошло на западе, быстро пробежало по небу и вновь скрылось на востоке. Не прошло и минуты, как настал новый странный день, потом ещё один. Дни сменяли друг друга всё быстрее, солнце слилось в сплошную огненную полосу от запада к востоку. Эта огненная полоса стала метаться от севера к югу и обратно, но затем и она размазалась по небу, на котором то появлялся, то исчезал медлительный и величественный Мессер.
И вдруг всё прекратилось. Осталась только боль в мышцах, гул в голове и резь в глаза. Я попытался пошевелиться и не смог двинуть даже пальцем. Мимо меня пробежали какие-то воины в архаичной броне и стали вглядываться в небо. Когда моё зрение немного восстановилось, я увидел, что в небе кружит множество драконов. Один из них пролетел слишком близко к группе воинов и те заорали:
— Джор! За! Фруль!
В дракона словно вонзилась сотня светящихся копий, и огромный ящер тут же грохнулся на снег. Воины оперативно прикончили его огромными кувалдами и принялись метаться по вершине горы. Они о чём-то разговаривали, но в голове у меня так гудело, а я так старался запомнить слова этого крика, что пропустил нечто интересное - на стену слов опустился ещё один дракон и я узнал его. Это был Хелгенский Монстр. Тот самый, чёрный, безобразный дракон, который эффективно отменил мою казнь. Фактически, спас мне жизнь.
Воины вновь заорали свой фирменный крик и сбили Хелгенского Монстра на землю, но справиться с ним не смогли. Тогда один из них отбежал в сторону, развернул свиток и принялся колдовать какое-то заклинание. Дракон исчез, а воин бессильно опустил руки. Меня вновь тряхнуло, видение исчезло, и я без сил распластался на снегу.


Автор заботливо ответил на мой вопрос из прошлой темы. Его солдаты любят за еду.

Ну и да, интереснейшую сцену из канона, когда главный герой через врем глядит на то, как Языки повергли Алдуина, перебросив его во времени - автор безбожно обкорнал. Фу таким быть.

А еще он обкорнал свою битву с Алдуином. включив режим героя-вазы. Судите сами:
— Дракон! - заорал кто-то из легионеров. - Смотрите ещё один!
— Это Алдуин! - Партурнакс рявкнул так, что задрожала земля и тут же спрятался за стеной слов, откуда послышалось: - Довакин, используй крик!
Всё, что мне удалось, это перевернуться на спину и выдавить из себя только что услышанные слова. Я ещё успел увидеть, как Хелгенский Монстр с размаху ударился о землю и его тело тут же покрылось густой щёткой тяжёлых пилумов.
Монстр бился на земле, хватал зубами древки пилумов, с мясом вырывал из себя зазубренные наконечники и ревел:
— Довакин! Кто из вас Довакин?!
Всё остальное происходило без моего участия. Глаза нестерпимо защипали, сознание подёрнулось кровавой сеткой боли, но я ещё смог натянуть на лицо край своего плаща. У меня не было сомнений, что это конец, а солдатам не пристало видеть лицо командира, искажённое предсмертной мукой.


Видали? Этот неженка ничего не сделал. а тупо вырубился, не схлопотав приличия ради, чем-то по голове.Забегая вперед, скажу что Алдуин его не убил, и вообще потерпел поражение. Наверное легионеры шлемами закидали.

Глава 12.
Сознание возвращалось, медленно, неохотно и мучительно. Когда я первый раз открыл глаза, перед которыми всё ещё пульсировали огненные круги, мой желудок тут же свела судорога и я дёргался на козьих шкурах, отплёвываясь горькой желчью и хрипя, как старый хоркер. Потом было ещё много подобных пробуждений. Отпечаток свитка постепенно бледнел, уходила боль.
В очередной раз открыв глаза, я не увидел перед собой вращающихся окружностей и даже удивился этому. Голова была словно накачана воздухом, по всему телу разливалась болезненная слабость, но в остальном я чувствовал себя вполне сносно.
— Кажется, мне сейчас нужно съесть пару драконов, чтобы наполнить желудок...
Рядом послышалась возня и я повернул голову. Сидевший у окна Гней встал, подошёл к моей кровати и внимательно всмотрелся в лицо.
— Выздоровел? Ну, наконец-то!
— Ещё не совсем, но уже хочу чего-нибудь пожевать... Долго я валялся?
— Месяц, без малого, - ответил Гней, подошёл к двери и крикнул в коридор: - Эй, там! Принесите чего-нибудь горячего и жидкого! С мясом!
— Месяц? Неплохо...
— Ну, это ещё цветочки. Наделал ты шуму в Солитьюде своим появлением.
— Мы в Солитьюде? - спросил я, тут же обратил внимание на обстановку и понял глупость своего вопроса. - Это меня с Хротгара в Солитьюд тащили?
Гней выдержал драматическую паузу и ухмыльнулся:
— Если бы всё было так просто!
— Тогда что? Да перестань ты кривляться, говори по существу!
— Ну, как хочешь. Сам я не видел, но говорят, что в один прекрасный день во дворе Мрачного замка приземлился некий дракон, с которого примипил Септимий Фол стащил знакомого мне военного трибуна, пребывающего в глубокой отключке. Так как драконы прибывают в Солитьюд не часто, а уж в качестве вьючного транспорта и подавно, твоё появление было очень эффектным!
— Проклятье... Значит Партурнакс принёс меня прямо сюда, в Солитьюд?
— Именно так. Сейчас он просиживает всё время на крыше замка, иногда отлучается к берегу моря, чтобы закусить животиной или бандитом, потом возвращается и продолжает забивать уши всех, кто посмелее, какой-то дикой болтовнёй.
Я представил Партурнакса на крыше Мрачного замка и сморщился. Зрелище и впрямь было не самым обыденным.
— Он не говорил, что ему нужно?
— Сказал, что ему нужно обязательно поговорить с Довакином. Это он тебе такую кличку придумал? Мол, должен рассказать тебе что-то важное и тогда он оставит город в покое.


А это очередной пример того, как автор просрал реакцию персонажа, на явление/действие/другого персонажа. Сами посудите. этот сослуживец гг гооворит, дракон мол задолбал болтовней, поговори с ним. Чувак, ты простой служака, воюющий с сепаратистами, колдунами и эльфийскими фашистами, и тут вдруг в город, где ты квартируешья, прилетает дракон, и привозит твоего начальника.

Дракон, прилетел в Солитьюд.
Не пытался никому навредить, ничего не разрушил, никого не убил.
Привез человека, что нонсенс.
Общается, идет на контакт.

А реакция, словно привезли надоедливого деда, надо с ним погутарить, и увезти. Это что вообще? Тут либо персонаж образец римского стоицизма, либо у горе-автора персонажи обладают эмоциональным диапазоном чайной ложки. И я склоняюсь ко второму варианту.

Гней подал мне тёплую шерстяную тогу, и я с удовольствием завернулся в неё.
— Аппий не возвращался?
— Дня три как вернулся. Он и приволок эту тогу.
Я глянул на свой наряд и удивился — по краю тоги шла широкая красная полоса. Не двойная тонкая, как у патрициев, а одна широкая, как у высших консулов Империи. У меня, от осознания этого, отвисла челюсть.
— Это же... - пробормотал я. - Где он её взял?
-Пришла из столицы в комплекте с бумагами. А ты думаешь, иначе тебя бы держали в таких хоромах и так за тобой ухаживали? Когда Туллий увидел твои бумаги, у него глаза на лоб полезли. Так что не удивляйся, если он начнёт к тебе подлизываться и веди себя естественно, как вельможа. Есть, конечно, и плохие новости, но с ними потом решим.
— Например?
— Например, ты должен почти полмиллиона членам Совета Старейшин, которых люди Адмана уговорили поставить свои резолюции авансом. Оплатить долг нужно до конца года. Ну и самому Адману придётся отсыпать мешок золота, чтобы он молчал.
— Я хотел просто убрать его... - послышался слабый голос Аппия с постели, стоящей в тёмном углу. - Но на нём повязано слишком много полезных политических ниточек.
— О, наш болезный опцион проснулся! - радостно сказал Гней и подошёл к постели больного. - Ну как, тебе хоть немного лучше? Мясо есть. Будешь?
— Успеется... - Аппий с трудом поднялся с постели и я не узнал своего друга, так осунулось и покрылось морщинами его лицо. - Маркус. Прежде чем вы уйдёте, нужно...
— Мы сейчас вернёмся... - попытался я объясниться.
— Нет. Постой. Я должен всё рассказать тебе именно сейчас, потом может быть поздно. Слушай меня внимательно и запоминай. У Адмана хорошие связи в высших кругах Империи. Его отец продул всё состояние и оставил сына с кучей долгов, поэтому сейчас Адман изо всех сил старается восстановить богатство своей семьи, а это тебе на руку. Ещё. Из столицы пришли новости о реформировании четвёртого легиона. В ближайшее время будут отозваны все легаты, кроме генерала, чтобы легион пришёл к уставной форме. Туллий уже набил карманы и уедет в Сиродил. Легата Скайрима на генеральскую должность будут избирать внутренним советом, может быть подключат ещё и ярлов, чтобы они сказали своё слово. Короче, легаты и ярлы будут сами решать, кто останется доить Скайрим дальше. Из легатов больше всех старается Рикке, что понятно, ведь она местная, остальные хотят удрать с этих проклятых богом земель и ничего более.
Аппий закашлялся и выпил из стоящей на тумбочке бутылки.
— Слушай, Маркус. Это важно. Можно подкупить практически всех легатов, чтобы они проголосовали за тебя. Если ты купишь большую часть голосов, станешь главой четвёртого легиона и генералом Скайрима. С твоим нынешним положением, это не станет проблемой. Людям Адмана несказанно повезло, когда они раскопали одну интересную аферу. Оказывается, во времена Кризиса Обливиона, когда император был убит Мифическим Рассветом, а Мартин Септим ещё не был найден, одна группировка патрициев решила продвинуть своего человека на пост Верховного Консула. Фактически, этот человек должен был стать регентом при отсутствии законного императора. Родословная этого человека шла от королевы Кинтиры Второй, дочери короля Антиохуса, которая была свергнута Потемой. Эта родословная была выправлена ещё двести лет назад и заверена самим Окато... - Аппий слабо улыбнулся и поднял глаза. - А теперь я надеюсь увидеть больного пляшущего военного трибуна. В прошлом году скончался последний из этой династии. И звали его Марк Октавиан Кинтир. Теперь это твоё имя. Конечно, сейчас в Империи такой бардак, что можно написать родословную хоть от Шеогората, лишь бы денег хватило, но чтобы получить документы двухсотлетней давности, да ещё и с твоим именем, это редкая удача... В этой шкатулке твой амулет сенатора. Теперь ты выше по сословию, чем кто угодно в Скайриме. Только не радуйся слишком сильно. Во-первых, ты теперь должен гору золота всем этим столичным толстопузам...
— Я Маркуса уже огорчил, - перебил его Гней, улыбаясь от уха до уха.
— А во-вторых, ты вляпался в очень тухлое болото. Может быть здесь, в Скайриме, ты какое-то время сможешь наслаждаться новым титулом, но в Сиродиле тебя скорее всего отравят или зарежут завистники, так что будь очень осторожен. Теперь идите оба... Мне нужно отдохнуть...


И снова автор все пролюбил, пытаясь выпендриться знанием истории Рима. С каких-то щей у него легион доит Скайрим, и отправляет ресурсы в Сиродил. Но это идет в конфликт с каноном, где у Скайрима вообще-то есть Верховный Король, каковым как правило является ярл Хаафингара, и которого выбирают ярлы. Да, за долгие годы по большей части это империя назначала верховного короля, а ярлы его утверждали, но законы никто не отменял. По сути вся бойня в Скайриме идет еще и потому, что Ульфрик и его сепаратисты нарушили ход вещей, когда убит Торуг ( Верховный Король), а его вдова Элииф, не может полноценно вступить на престол Верховной Королевы, потому что туда метит и Ульфрик. И в провинции разлад, когда половина владений за Элисф, половина за Ульфрика, а Вайтран нейтрален.

Я это все к тому, что зря Прыщ варежку разинул, Легион в Скайриме нужен не как орган управления, а как орган надзора, и орган занимающийся военными действиями. Но меня, право слово, убивает эта дурость, потому что в каноне Легион был в Скайриме всегда, не как завоеватели, ачасть имперской армии, которая по всей империи раскинута.

Кстати, у автора нет нормальных переходов от события к событию, и буквально сразу, без нажатия кнопки Энтер, мы узнаем про сражение с Алдуином:
Партурнакс рассказал мне как прошла битва с Хелгенским Монстром, которого он называл Алдуином-Пожирателем-Миров. Легионеры довольно быстро утыкали дракона пилумами так, что тому пришлось позорно бежать. Алдуин не был убит, но его смертная оболочка была по сути уничтожена.
— Теперь он скрывается в Совнгарде и откармливается, пожирая души героев. Как только он пополнит свои силы, он вернётся, чтобы уничтожить тебя. Поэтому, тебе самому придётся не мешкая отправиться вслед за ним, чтобы прикончить не только его смертную оболочку, но уничтожить и пожрать его душу.
Дракон ещё долго объяснял, кто может помочь мне добраться до врат Совнгарда и что для этого нужно сделать, однако наш разговор был прерван. Подбежал какой-то неизвестный легионер, поклонился мне и сказал:
— Господин! В ваших покоях совершено убийство!
Партурнакс, понимая, что разговор пора заканчивать, сказал:
- Я уже рассказал тебе всё, что ты должен знать. Если у тебя будут вопросы, ты найдёшь меня на Высоком Хротгаре. Помни, что в Совнгарде ты будешь совсем один, там тебе не смогут помочь твои легионеры. А пока прощай, Довакин!
Дракон взмахнул крыльями, поднялся в воздух и улетел по темнеющему небу на восток, а мы с Гнеем поспешили обратно в замок.
Посреди комнаты в огромной луже крови лежал Аппий. Я тут же понял, что это не убийство. Опцион явно сам бросился на меч, затем ещё успел перевернутся на спину и закрыть своё лицо полотенцем. Его левая рука так и застыла у подбородка, сжимая край окровавленной ткани.
— Здесь письмо, - сказал Гней и протянул мне записку.
Я сразу же принялся читать: «Друзья мои. Да простят мне боги эту слабость, но так жить дальше я не могу. Я подцепил эту заразу в Рифте и долго пытался с ней справиться, но болезнь всё сильнее поедала меня. Я многое перепробовал, даже обращался к Меридии и очистил её заброшенный храм от некромантов, но излечиться так и не смог. Я не хочу превращаться в кровожадное чудовище, похожее на тех, с которыми мы с вами сражались плечом к плечу...»
Дальше я читать не смог. В глазах защипало, я стиснул зубы, опустился рядом с Аппием на колени и сжал в руках его ледяную, одеревеневшую ладонь:
— Дружище, зачем же ты так поступил? Как теперь четвёртый легион будет идти в бой, если некому будет запеть боевую песню? Именно сейчас, когда ты мне так нужен, ты покидаешь меня и бросаешь наше общее дело...
Гней опустился на колени рядом со мной, вытащил гладиус из груди Аппия, как мог сложил ему руки и связал их ремнём. Потом снял с лица полотенце, закрыл чуть приоткрытые глаза и придавил веки золотыми септимами. Развязал ворот, провёл пальцем по груди Аппия и показал характерный пепельный налёт, оставшийся на пальце:
— Вампиризм... Это не лечится.
Теперь, когда лицо Аппия избавилось от неутолимой жажды крови, которой от сопротивлялся последние месяцы, оно расслабилось и помолодело. Он обманул проклятие и теперь чуть заметно улыбался нам, может быть даже из Совнгарда.
Я не поскупился на отпевании своего друга, и у жрецов Аркея было много работы в эти дни. Для Аппия вырубили отдельный склеп в зале мёртвых и подвесили над гробом неугасимый огонёк. Его зажгли жрецы с помощью камня душ, который был напитан от молодого быка, принесённого в жертву. Мы надеялись, что эти ритуалы помогут душе славного солдата и нашего верного друга обрести покой.
У его гроба мы с Гнеем просидели по очереди четыре дня и лишь тогда позволили себе снять с плеч серое траурное покрывало, чтобы вернуться к своим обязанностям.


Оахр! адно, легионеры прогнали Алдуина, он тут резиновый, и ненастоящий, я почти привык. А вот момент с самовыпилом заболевшего вампиризмом человека, неожиданно неплох. Я всегда питал слабость к самопожертвованиям, и нежеланием обратиться в монстра, так что момент вышел неплохим, а на контрасте со всем прочим дерьмом и вовсе хороший.

И на этом обзор закончен. Фик все так же плох, и попытки присовокупить к игровой вселенной услови и реалии Древнего Рима, терпят неудачи. Потому что хоть разработчики и поглядывали в ту сторону, при работе над игровой серией, они творили историю НЕ про Рим. В результате чего эти куски не приживаются, происходит отторжение.

Шикарные игровые моменты автор испортил обрезанием, а компенсации не додал. На канонные реалии он плюет, ему главное своего нагибатора продвигать. И продвигает, уже вон чего ему далось.

На сегодня все, увидимся завтра. И помните, бой продолжается https://www.youtube.com/watch?v=OqIu96FG6Uk&list=RDMM1Jof-hZhO_0&index=19

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 43

Онлайн
Хальве!

Обожаю рок-музыку, но не понимаю и принимаю все эти разделения, на шок-рок, фолк-рок, глэм-рок, хэви-метал, хард и панк, и прочее и прочее. Как говорится 2 в сортах говна не разбираюсь". и считаю что это проделки недоделанных эстетов, которые друг перед другом понтуются глубокм пониманием.


Так, шокирующее начало есть, можно начинать. Продолжаю обозревать фанфик Из пыли. Ранее Прыщ непочтительно завалился к Седобородым, и к Партурнаксу, узнал что надо добыть Древний Свиток, и отправился за ним в Винтерхолд. Но не один, а взял с собой солдат, которые при нем как вышибалы при мафиози.

Глава десятая.
Кретин, окопавшийся в ледяной пещере, был найден легионерами и доставлен в Винтерхолд связанным. Идти самостоятельно он отказался и солдатам пришлось стянуть ему руки за спиной и гнать перед собой, а местами просто тащить на буксире.
Длинные вечера, подсвеченные в окно северным сиянием, проведённые за допросами этого проклятого слуги Шеогората, дали некоторую информацию.
— Двемеры постигали мудрость свитков, записывая их в свои словари, - бормотал безумец и хихикал, как гиена из пустыни Анекина. - Словари! Ха-ха-ха! А кто-то называет эти носители мудрости «головоломками»! Только вдумайтесь, каких высот достигли их знания. Читать Древние Свитки без риска ослепнуть, только силами механизмов и оптических приспособлений. Да, кто-то... Ха-ха-ха! Кто-то говорит, что механизм не может считать все версии будущего, так как напряжение даэдронного поля гасит аэдрическое излучение свитка, формирующее оптическую интерпретацию, но они забывают о Костях земли. Кости земли - это суть и энергия Древних Свитков, которые выстраивают всю бесконечную вариабельность будущего в единую и логическую систему визуальных образов, которую способен прочесть отъюстированный по оку Магнуса оптический механизм окулатории. Лишь после свершения, событие становится прожжённым в свитке и неизменным. Весь вопрос силы нашего мира, заключён в знании, которое концентрируется в идеальной сущности Хермеуса Моры. Не в нём самом и даже не в его плане, а в самой его идее, которая оторвана от имени и носителя и отображена только в Свитках.
— Ты что-нибудь понимаешь в его болтовне? - спросил я орка-библиотекаря, который заворожено слушал безумца.
— Не всё, господин, - отозвался тот. - Он говорит, что двемерская окулатория была построена для считывания Древних Свитков без риска ослепнуть. Возможно, что там ещё остались какие-то свитки.
— Окулатория - это какие-то двемерские руины, как я понимаю?
— Их несколько. Двемеры предпочитали отдавать Свитки своим машинам, а не читать самостоятельно. Возможно в этом и кроется причина их исчезновения, ведь машина не в состоянии постичь всю...
— Акатош! Избавь меня от этих двух идиотов! - взмолился я. - Вы что, не можете говорить по-человечески? Где эта ваша окулатория находится?
— О, господин! - неожиданно оживился безумец. - Ты даже не представляешь, как ты прав! Дракон Акатош, опирающийся своими крыльями на ткань времени, даёт движущую силу нашему миру. Сквозь временные потоки и вне их существуют Древние Свитки, поэтому ты не можешь изменить их, но сами они меняются каждую секунду. Каждый свиток - это Прорыв Дракона в миниатюре, это дверка в будущее и единственно правдивое описание прошлого. Это весь цикл, сжатый в одном начертании. Именно время, сам Акатош есть причина и следствие всего, что происходит и может произойти, ведь ни одно событие не может быть вне временного потока!
— Он говорит, - вмешался библиотекарь, - Что с помощью свитка можно видеть будущее, А ещё, можно видеть прошлое именно так, как оно было...
— Это понятно! - отмахнулся я от его помощи. - Только мне сейчас интереснее было бы послушать о драконах.
— Свитков бесконечно много, - продолжал сумасшедший учёный. - Их ровно столько, сколько аспектов нашего мира. Это может звучать парадоксально, потому что мы обычно употребляем эпитет «точно» лишь к конечным числам. Представить бесконечность мы не в состоянии. И тем не менее, именно бесконечность есть сущность и среда существования Акатоша. Всё остальное существует как бы внутри него. Именно поэтому, его первенцы - драконы - способны опираться не только на землю, как мы, или на воздух, как птицы, но и на временные потоки. Однако, так же как люди гибнут от землетрясений, так же как птиц подхватывает шторм, драконы уязвимы к любым вихрям и искажениям во временных потоках, и это замечательный парадокс!
— Так-так. Продолжай. - заинтересовался я.
— Ты же не думаешь что такие маленькие крылышки могут поднять в воздух огромного дракона? - спросил Септимий Сегоний, и с его лица внезапно сползла маска безумия, а глаза блеснули острым интеллектом. - Стихия Древних Свитков та же, что и стихия драконов. Это суть от сути одного явления. Только Свитки ещё древнее, чем драконы, так как остались от времён, предшествовавших существующему миропорядку. Поэтому, свитки могут изменять структуру существования драконов, а не наоборот.
— Значит, при помощи древнего свитка можно влиять на драконов?
— В некотором смысле, - Сегоний окончательно овладел собой и развалился в кресле. - Свиток предрекает события и лишь в некоторых случаях способен влиять на них. Но цена такого использования очень высока. Причём, мгновенная и абсолютная слепота - это ещё не самое страшное. И то, что картина мира, изображённая на свитке, будет выжигать твою душу, это тоже ерунда.
— И какие есть варианты?
— Варианты? - лицо Сегония вновь подёрнулось плёнкой безумия. - Ха-ха! Вариантов немного. Ослепнуть? Да! Ну, или прочесть его в присутствии тех, кто способен влиять на ткань самого времени-пространства.
— И кто же это? - нетерпеливо спросил я, видя, как угасает огонёк разума в глазах учёного.
— Кто? Ха-ха-ха! Драконы? И бабочки. Да! Бабочки! Ха-ха-ха! Мотыльки! Кто бы мог подумать?!


В то время как все прочие Довакины ищут сами Септимия Сегония, этот индюк сам велел чтобы Септимия к нему притащили, еще и слушает его через пень-колоду.. Впрочем знатоки скажут больше.

Между тем я расскажу, как обычно бывает в среднем хорошем фике-прохождении. Главный герой полезет доставать этот самый Свиток, который хранится в двемерском подземном городе Альфтанде. Игрок ( или герой текста) преодалевает массу опасностей, решает загадки, и открывает для себя много нового.

Но не здесь.

В Чёрный Предел организовали большую военную экспедицию, которая очистила обширные пещеры от населявших их тварей и древних механизмов, и доставила Древний Свиток. Кроме свитка, солдаты принесли груду сокровищ, которые с лихвой окупили финансирование экспедиции. Многое осело в карманах легионеров, но я смотрел на такие вещи сквозь пальцы - боевые трофеи - это святое для любого солдата.


Не очень понятно, насколько он следит за дисциплиной своих солдатиков. Опять сколотил лично преданную роту. Хотя стоило бы подумать над тем, что сегодня они цацки по карманам прячут, завтра насилуют местных женщин, а послезавтра это уже банда мародеров, а командир им никуда не упал.

Мы узнаем про обстановку в других местах:
Когда я с солдатами вернулся в Солитьюд, застал там Аппия, который как раз закончил свои дела в Рифтене:
— С ворами покончено, - весело сказал он. - Дорогу утыкали крестами от Рифтена до форта Гринвол. Святилище Ноктюрнал уничтожено.
— Молодчина! - похвалил я своего старого товарища. - Всех переловили?
— Всех, кто был в гильдии. Главарь шайки оказался сильным бойцом. Зарубил двух легионеров, прежде чем удалось его повязать. Он и под пытками держался хорошо, но всё же выдал нам и святилище, и всех своих подельников. Рассказал много интересного. Например, что внутри гильдии было ещё одно тайное общество. Именно то, о котором рассказано в книге. Соловьи - это настоящие адепты Ноктюрнал. И в Скайриме посвящённых Ноктюрнал «соловьёв», было двое. Он сам и некая Карлия, которая скрывалась в том числе от гильдии воров и самого мастера гильдии.
— И вы эту чертовку не нашли?
— Ты о нас плохого мнения, Маркус! - ухмыльнулся Аппий. - Мы ведь не зря распяли воров, а не стали рубить им головы. Эта самая воровка пришла, чтобы поговорить с болтающимся на кресте мастером гильдии, тут наши лазутчики её и прищучили. Не помогло ей даже зелье невидимости. А потом мы подняли её на крест рядом с самим мастером. Жаль, что к тому моменту он уже откинулся, иначе такое зрелище скрасило бы ему последние минуты.
— Отлично, Аппий! - я крепко обнял его. - Вот это победа! Если бы каждый служил Империи так же как ты!.. Кстати, ты что, болен?
— Ерунда! - отмахнулся тот. - Небольшое недомогание. Пройдёт.
— Ты бы сходил в храм.
— Я уже был там, но что-то не помогает. Само пройдёт, не бери в голову. Как там Гней?
— Не знаю, - я пожал плечами. - Давно не было новостей. Ну, думаю, что он выкрутится. Знаешь, давай я сейчас отнесу свиток в Мрачный замок и мы с тобой пропустим по кружечке эля в кабаке.
— А потом, бабы! - прищурился Аппий.
— Куплю тебе три штуки.
— Самых красивых?
— И самых мягких! Ты это заслужил! Кого предпочитаешь, дикарок или чёрных?
— Я бы предпочёл мерок. Люблю, знаешь ли, таскать ушастых за волосы по комнате!
— И всячески унижать?
— Именно, Маркус!

Ситуация с Гильдией воров, такая же как с ТБ, не вижу смысла повторяться. Ну и старое доброе " скажи кто твой друг, и я скажу кто ты."

Уже наступила ночь, кое-где зажгли факела на стенах, и мы шли по узким улицам столицы Скайрима, разговаривая о всяких безделицах. Мимо нас пробежал стражник с обнажённым мечом, и только тут мы обратили внимание на какую-то возню возле зала мёртвых.
— Что там? Драка? - спросил Аппий.
— Видимо... Давай поможем...
Мы выхватили мечи и побежали на помощь стражникам. В толчее не сразу стало понятно, кто с кем дерётся. Аппий зарубил какого-то огромного чёрного пса, а я проткнул со спины одного из разбойников. Кто-то толкнул меня, я споткнулся о распростёртое на земле тело и упал, загремев доспехами. Шлем откатился под куст паслёна, а меч отлетел в другую сторону. Из самой потасовки неожиданно выскочил какой-то совершенно потерявший человеческий облик бандит, и кинулся на меня. Я ударил его по голове футляром с Древним свитком, откатился в сторону и попытался достать свой меч. Бандит поразительно быстро очухался и вновь бросился ко мне. У меня в руках был только свиток, а этот ненормальный, с бешено пылающими глазами, уже замахнулся на меня своим мечом. Я резко развернул свиток и ткнул его в лицо нападавшего. Последовала короткая вспышка, бандит взвыл и закрыл глаза рукой, а потом рубанул наугад. Удар о ветхий пергамент свитка был похож на удар о камень - звон разлетевшегося на куски лезвия меча, и в руке бандита остался только короткий обломок.
Драка закончилась, стражники стали оттаскивать к краю дороги зарубленных бандитов и их собак.
— Вампиры, - пояснил один из них. - Нужно что-то делать с этими нападениями.
— Драконы, вампиры, изгои, бандиты, - проворчал я и повернулся к Аппию. - Когда же на этих землях воцарится мир? Когда придёт процветание?
— Разве не этим ты сейчас занят? - спросил Аппий.
— Не знаю, - отозвался я. - Всё выглядело куда проще, когда я был легионером. Вот свои, вот враги. Всё просто и понятно. А сейчас я ни в чём не уверен. Кстати, дружище...
— Что такое? - Аппий повернулся ко мне и в свете факела я обратил внимание, как осунулось и побледнело его лицо.
— Хотел попросить тебя об одной услуге...
— Ты теперь большая шишка, можешь не просить, а приказывать.
— Я не хочу приказывать тем, с кем я делил один котелок варёной пшеницы. Мои друзья либо идут со мной, либо идут сами по себе. Заставлять я никого не хочу и не могу.
— Ладно, не обижайся, - Аппий вздохнул и присел на камень. - В чём дело?
— Дело в нашем положении. Ты знаешь, мой род плебейский и дорога в легаты мне закрыта наглухо. А для реализации наших планов мне нужно больше, чем просто куча золота. Квинтилий был сказочно богат, но выше примипила не поднялся за пять лет.
— Наконец-то ты понял, - усмехнулся Аппий. - Давно пора выбиваться в патриции.
— Мне нужно чтобы кто-то от моего имени оплатил такую услугу. Легат Адман из Маркарта обязан мне. К тому же, я могу предложить ему очень хорошую сумму для компенсации риска и беспокойства. Пятнадцать тысяч сразу и пять сверху, когда получу новую родословную. И ещё, в качестве особого презента, я хочу подарить ему этот дорогой эбонитовый меч.
— Хорошо, Маркус, - Аппий устало вытер лицо и поднялся. - Я отправлюсь к нему завтра, с утра.
— Тебе нужно основательно подправить здоровье, - недовольно нахмурился я.
— Ерунда!.. Всё хорошо. Пройдёт.
— И ещё... - я не знал, как сформулировать свои мысли и долго морщил лоб.
— Я всё понял! - сказал Аппий и зловеще улыбнулся.


Нападение вампиров ( и вообще их активность) все же будет иметь некие последствия, так что это один из немногих ходов, которые для чего-то нужны.

А теперь, дамы и господа, перед тем как обзор закончить, я вам раскрою одну из карт. Дело в том, что на фикбуке этот текст писался по заявке "Довакин становится императором".
Смысл заявки на самом деле понятен, ведь империя Мидов весьма неустойчива, и переживает кризис. А вот династию драконорожденных Септимов люди уважают, даже не задумываясь о упырях и дурнях, которых в этой династии тоже хватало. Эдакое розовое прошлое, "империя которую мы потеряли".

Тут символично то. что как Талос появился непонятно откуда, и стал правителем континента. Так и Довакин, бывший неизвестным разумным, вдруг становится прославленным героем. Кстати! Талосу был партнером дракон Нафалар, красного цвета. А наш Довакин добивается расположения Одавинга, который тоже красный. Совпадение? Не думаю. (с)

Заявка интересная, идея амбициозная. Кто ее воплотит, тот создаст нечто интересное. Но пока я законченных хороших работ не видел.

На этом все, будьте здоровы.
https://www.youtube.com/watch?v=UpfZcEjopYE&list=RDMMBdEvuQE6t5c&index=7

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 18 комментариев

Онлайн
Хальве!

Надо отвлечься от кошмарных уродов, бродящих по Тамриэлю, и заправиться годнотой. А годноту нам предоставит человек, который у меня фигурирует под творческим псевдонимом " тезка Боярского". И он нам дарит фанфик На пути у цунами https://ficbook.net/readfic/6452401

Суть фанфика в том, что ситх Дарт Плегас эксперементировал с Силой, и вообще был мууном науки. И вот в тело одного такого эксперимента, и попал попаданец *духом*.
На залитом розоватой жидкостью полу, среди крупных осколков стекла лежал на спине самый настоящий робот. Металлический, человекоподобный... почти: голова, туловище, две ноги, но целых шесть рук, заканчивающихся различными по форме конечностями - наверное инструментами... Робот, повернувший свои светящиеся глаза ко мне и пытающийся подняться. Попутно я мельком заметил, что нахожусь в помещении, заполненном какими-то непонятными агрегатами.
Не дожидаясь, пока робот нападет (так как лучше ожидать от него худшего), я, не раздумывая, вскочил на его металлический корпус, предупредив: "Лежать!" - и одновременно прикидывая, что здесь можно использовать вместо оружия и справлюсь ли я с этим шестируким. Заметив, что через маску мой голос звучит недостаточно громко, сорвал ее и повторил: "Ни с места!"
Робот замер - похоже, он не стремился драться - и заговорил самым человеческим голосом:
- Сэр, попрошу вас воздержаться от применения грубой силы. Поскольку вы являетесь подопытным экземпляром магистра, не думаю, что я имею право как-то повредить вам. Но я должен доложить магистру о вашем выходе из комы.
"Подопытный экземпляр магистра" - эти слова не обещали ничего хорошего... Значит, я каким-то образом остался жив, меня кто-то подобрал и притащил сюда, чтобы экспериментировать над моим бесчувственным телом - и успешно изуродовал - в лаборатории, которая, похоже, сильно опережает современную науку и технику... Или прошло много времени?! Во всяком случае, этого робота точно нельзя отпускать. Кто бы ни был таинственный магистр - он пока не должен знать, что я очнулся.
Все это я сообразил в мгновение ока - даже сам удивился, что совершенно не растерялся от происходящего (точнее, растерянность заняла столь мало времени, что ее можно было и не заметить) и так быстро соображаю. А также понял, что робот сейчас мне вреда причинить не может - что значит, как то, что теоретически он способен на это, так и то, что это его ограничение надо использовать.
- Это я тебя сильно поврежу, если не ответишь на мои вопросы, - пообещал я, хотя и не был уверен, что смогу серьезно повредить металлическую машину. - Где я, кто ты такой и что тут происходит?
Тут пришлось на секунду отвлечься, так как произошла новая странность: лицо робота перед моими глазами вдруг словно увеличилось и приблизилось (в то же время оставаясь там же, где и находилось), позволив мне совершенно четко разглядеть мельчайшие детали одного из его "глаз". Я моргнул, точнее, попытался моргнуть, так как и век у меня, как оказалось, теперь не было - и все снова пришло в норму.
Что еще происходит?! Мое зрение стало подобным увеличительному стеклу?! Похоже, на мне и впрямь наставили опытов... К счастью, робот не заметил моей заминки.
- Вы находитесь в лаборатории магистра Хего Дамаска, - послушно ответил он. - Я - медицинский дроид 11-4Д, моя задача была наблюдать за вашим состоянием, чтобы ничто не мешало магистру проводить над вами эксперименты, но минуту назад стекло вашей бакта-камеры неожиданно безо всякой причины разбилось, вы вылетели оттуда и очнулись. Этого не должно было произойти, так как вы не имели никакой возможности выйти из комы, и я не понимаю причин...
- Дамаск? Мы что, в Сирии? Где находится эта проклятая лаборатория? - уточнил я.
- Мне неизвестно, какой регион галактики вы называете Сирией, сэр, но лаборатория магистра сейчас расположена на луне Тайник планеты Тайник в системе Тайник, сектор Каррион во Внешнем Кольце.
- Ага... - в моей голове вдруг быстро сложились фрагменты мозаики: робот называет себя дроидом, бакта-камера, галактика, Внешнее кольцо, экспериментирующий магистр Хего Дамаск (я вспомнил это неожиданно знакомое мне имя). - А столица Республики находится на планете Корускант, не так ли?!
- Разумеется, сэр, - голос робота казался озадаченным.
- Понятно. Вот только не повезло твоим программистам - я тоже фанат Звездных Войн! Так что, давай, не пудри мне мозги, говори правду!
- Сообщенные мной факты соответствуют истине, сэр, - робот (или дроид, как сам себя зовет?), кажется, озадачился еще больше. - И мне не ясно, какой вооруженный конфликт вы называете Звездными Войнами.
Хм... Я осторожно огляделся вокруг. Позади меня высился прозрачный цилиндрический резервуар вроде аквариума, половина которого была разбита вдребезги, на дне "аквариума" виднелись остатки той же розоватой жидкости, что залила пол.
Очевидно, я вывалился именно оттуда, а ранее там плавал в дыхательной маске. Прочая техника, заполнявшая, вероятно, медицинскую палату, выглядела крайне футуристично, но само по себе это все еще ничего не доказывало. Тем более, такого бреда, как... это, как его... попаданство. Да еще в вымышленную вселенную Звездных Войн. С другой стороны, программистам дроида не было бы смысла врать столь глупо. Да и мое тело - несколько раз проведя ладонью по лицу и ощупав макушку, я заключил, что моя голова изменилась еще сильнее, чем остальное тело, и в размерах, и в форме. Если меня тут перекроили, то перекроили всерьез. Но вряд ли такое возможно на современном уровне развития хирургии? Не говоря уже о том, что какие-то изменения произошли также с моим зрением и, похоже, со скоростью мышления, да и волнует все это меня куда меньше, чем должно.
Для проверки я взглянул на свою ладонь и попробовал перефокусировать взгляд. И тут же увидел перед собой клетки кожи, словно под микроскопом. Вернул взгляд в нормальное положение - все опять стало как положено. Невероятно!
- А ты знаешь, как меня зовут? - поинтересовался я у дроида.
- Магистр называл вас Венамисом, - ответил тот.
Так... Все сходится. Венамис - ситх расы битов, а эта раса отличается сильными аналитическими способностями и в то же время бесстрастностью. И Венамис был подопытным Дарта Плэгаса - он же магистр Хего Дамаск. Что ж, вероятность правдоподобия этой невероятной истории все же выглядит теперь довольно высокой. Тем более, что пока у меня нет никаких доказательств, что это не так, кроме своей уверенности, что "этого не может быть". Но раз со мной уже произошло то, что я ранее посчитал бы невозможным, значит аргумент ненадежен. И если нет других вариантов - лучше пока вести себя так, словно это правда.
Кстати... Плэгас, в конце концов, вообще прикончил Венамиса в своих экспериментах. А мне это совсем не нужно. Значит первоочередная задача - выжить.


Разумеется многим осточертели подобные пробуждения попаданцев в новом мире и в новых телах, но давайте будем разумные, и подойдем ко всему с умом. Человек жил обычной жизнью. и вдруг погибает/травмируется/попадает в непонятное - и приходит в себя в незнакомой обстановке. Естественно он будет сильно удивлен.

И конечно это идеальная возможность ознакомить читателя с героем, общими мазками обозначив его характер и внешний вид так, чтобы оно было обосновано по сюжету.

Конечно многим не нравится, когда попадает попаданец, с википедией в голове, фанат вселенной, все знающий. Это действительно ход неоднозначный, но если уметь им пользоваться, то текст ничего не потеряет. Тем более что я этого автора знаю, и у него герои предзнанием пользуются - но при этом и история меняется, по мере раздавливания бабочек.

Герой этой истории сумел от Плегаса сбежать, освободив с собой нескольких пленников. И решил - будет гадить ситхам в кашу, потому что они плохие. Все верно на мой взгляд.

Для фандома Звездных Войн я наработал правило, оценивать персонажа по его отношению к джедаям, и тому насколько оно статичное. Если устойчивый джедигад навеки - но сразу в корзину. Данный же фик характерен как раз тем, что хоть попаданец джедаям долгое время не открывается, различные пакости ситхам делает через них, и помогает им по мере сил. При этом его маскировка не потому, что параноика и джедаев не любит, а потому что хитрющие ситхи для джедаев временно недосягаемы, а проблем доставить могут много.

Таким обзразом, я постановляю - фик весьма неплох, рекомендую к прочтению. У меня есть конечно притензии к финалу, но полагаю автор нацелился на серию, и потом надо ждать продолжения.

На этом все, до встречи https://www.youtube.com/watch?v=t99KH0TR-J4

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 11 комментариев

Онлайн
Хальве!
Продолжаю делать обзор фика Из пыли, где главный герой, под условным именем Прыщ, продолжает нагибать Скайрим. Кстати, я вывел некоторую теорию, в конце мы ее обсудим.

Глава восьмая.
Новое звание давало и некоторые новые привилегии. Например, свободу перемещения. А ещё, свободный доступ к генералу Туллию, минуя Рикке и её бредни. В один из свободных дней мне удалось прорваться к генералу и предложить план по наведению порядка в Скайриме.
— Во-первых, - говорил я. - Нужно прищучить гильдию воров. Это культ Ноктюрнал здесь, в Скайриме. Культисты вызывают заметный беспорядок в южных холдах, подрывая торговлю и чувствительно уменьшая доходы имперской казны.
— Гильдия воров... - усмехнулся Туллий. - Более смешное словосочетание сложно даже придумать. Насколько мне известно, эта шайка сейчас в упадке?
— Так точно. Но для истребления этой скверны, будет мало переловить самих воров. Необходимо найти и уничтожить само языческое капище. При отсутствии святилища Ноктюрнал, для восстановления воровской гильдии не будет места.
— Хорошо, - кивнул генерал. - Сколько на это потребуется людей?
— Будет достаточно одной полной центурии. Более того, воры не владеют магией, поэтому подойдут любые легионеры, верные Империи и Дев... Восьмерым. Старшим группы я планирую отправить Аппия Красса, у него уже есть опыт работы в Рифтене.
— Согласен, - генерал наложил резолюцию на мой план. - Что ещё?
— Ещё, так называемые Соратники. Они поклоняются Гирцину и тоже могут считаться даэдропоклонниками. Однако, просто расправиться с ними нельзя, причём по нескольким причинам. Они действуют в рамках закона и не совершают убийств и грабежей. Они пользуются большим уважением у местных дикарей и простой разгром их группировки может вызвать беспорядки. Наконец, далеко не все соратники являются оборотнями. Однако, оставлять секту гирцинопоклонников-оборотней у себя под боком крайне опасно, поэтому необходимо вынудить их во-первых, отказаться от Гирцина, во-вторых, найти способ излечения их от ликантропии, в-третьих, заставить их согласовывать свои контракты с имперской канцелярией и платить с них налог.
— Твои слова хорошо звучат, но насколько они реальны? - пожал плечами Туллий. - Я ещё не слыхал, чтобы кто-то мог излечиться от ликантропии.
— Насколько мне известно, их случай особый. Именно поэтому они могут контролировать свои превращения, в отличии от обычных оборотней. Кроме того, Предвестник соратников давно ищет способ излечения от этого недуга и, возможно, у него уже есть какие-то идеи по этому поводу. При помощи Имперского Легиона его поиски могут увенчаться успехом.
— К соратникам хочешь отправить этого бравого легионера? Ну... Который был твоим тессерарием?
— Именно так. Его зовут Гней Бассий. Он великолепный боец и может легко завоевать уважение таких людей, как эти дикари.


Окей, если уничтожение Гильдии воров я принимаю и одобряю ( хотя это очевидное заигрывание с зрителем, и нагиб), то с какого хрена он попер на Соратников? Что они ему сделали?
Они аполитичны, нейтральны, и имеют определенные правила, по которым живут. И я не понимаю, какой для Империи прок, в подминании Соратников?

Ответ прост - для автора нагибаторского фика не важно над кем доминировать, главное процесс.

— Я считаю, что необходимо наладить контакт с коллегией магов в Винтерхолде. Их деятельность никак не регулируется имперской канцелярией и не облагается налогами.
— Считаешь, что с этих затворников можно получить какие-то налоги? - спросил Туллий. - Не думаю, что у них настолько богатые доходы.
— Я предлагаю взимать с них не денежный, а трудовой налог.
Туллий, видимо, представил толпу магов в неуклюжих рясах, которые машут мотыгами на поле, и усмехнулся.
— Коллегия магов мало на что годится, - продолжал я, не обращая внимания на его скептицизм. - Я предлагаю брать в счёт налога зачарование брони и щитов наших легионеров. Далеко не все солдаты могут получить защиту от магии у камня атронаха, но все они в ней нуждаются. Кроме того, сейчас в легионе много новобранцев, некоторые едва могут вытащить гладиус из ножен. Зачарование наручей соответствующим заклинанием, поможет им хотя бы не погибнуть в первой стычке.
— Дельное предложение! - Туллий встал и принялся энергично ходить из угла в угол. - Этот вопрос я решу сам. О, если бы мы предусмотрели это во время войны с Доминионом...
Он резко обернулся и посмотрел на дверь. Стало очевидно, что Туллий тоже ненавидит альтмеров и сотрудничает с ними только по приказу Императора.


А теперь оказывается что окружающие "ну тупыыыыыые!", раз не догадались массово привлекать магов, для помощи войскам. Автор видно игнорит канон, согласно которому у войска были штатные маги.
Но даже если нет, то что им ранее мешало сотрудничать с волшебниками, чтобы они заколдовывали снаряжение? У каждого ярла в Скайриме ( кроме винтерхолдского) есть придворный волшебник, которого можно приднапрячь на такое дело ( за деньги конечно).

А чтобы разобраться с драконами, он вновь отправляетсяк Седобородым.
У Седобородых я уже бывал и они пророчили мне какие-то героические подвиги. Я даже пытался выполнять их задания, но в конце концов махнул на них рукой. Денег эти задания не приносили, зато я отлично помнил другое... Как я забрался на крошечный выступ в стене под самым потолком древней гробницы. Как мне за шиворот лилась тоненькая струйка ледяной воды, затекала мне в штаны и выливалась из грязной и оббитой штанины в сапог. И как внизу, кряхтя и похрустывая суставами, ходили два драугра с пылающими глазами. Они искали меня и поэтому мне приходилось сидеть на выступе очень тихо, совсем не шевелясь, несмотря на пробивавший меня с ног до головы озноб. И всё это из-за какой-то дурацкой, никому не нужной дудки!..
В общем, пара таких приключений и я просто не стал возвращаться на промёрзлую гору, где с каждой скалы за тобой следит по три голодных и свирепых глаза. Легион дал мне всё, что было необходимо: одежду, броню, деньги, вкусную еду и размеренную жизнь. А ещё оказалось, что в Легионе можно проявлять личную доблесть, причём это заметят, наградят и в конце концов переведут в первую когорту. В отряд лучших воинов легиона. Может быть любой из нас был не таким сильным и не таким храбрым, как местные вояки, зато мы хорошо слышали голос центуриона. Мы быстрее всех строились в боевую манипулу. В бою мы крепче других держали стоящего впереди товарища за ремень на спине, чтобы его не выдернули из строя нападающие, зацепив топором за край щита. И мы плотнее других смыкали свои щиты, не давая врагу прорвать наш строй. И именно поэтому мы побеждали. Не безумной храбростью и не силой, а дисциплиной, порядком и выучкой.
Все эти мысли подбадривали меня, но в голове крутилась одна и та же мысль. Если хрычи с горы назвали меня «довакином», значит выкручиваться из проблемы с драконами мне придётся самому. А это было плохо.


Каминг-аут засчитан. Понятно что он топит за легион, только потому, что получает от него плюшки. Правда мне слабо понятно, какую же он размеренную жизнь ведет, если армия - это маневры и перемещения. Сегодня он осаждает Виндхельм, завтра пошлют в Предел, а потом может и вовсе в Сиродил. И даже высокий пост не гарантия, вон генерал Туллий, отправился в Скайрим, потому что приказ.
И вообще,я удивлен как Прыщ,с такими потребностями.уже не в Гильдии или в ТБ. Там и деньгу зашибать можно, и совесть его не мучает... Разве только давняя присказка, что неумелый, тупой и корявый - дорога только в менты или в армию. И тут-то и наблюдаешь наглядный пример.

Дракон! - крикнул один из легионеров и я чуть не подпрыгнул в седле.
— Легионеры! - крикнул я. - С дороги! Рассыпной строй! Укрыться под деревьями!
Сам завёл коня под крону огромного дерева и спрыгнул на землю. Убивать драконов уже приходилось, но вряд ли сейчас солдаты оценили бы некогда придуманный мной способ - забраться в какую-нибудь очень узкую щель и оттуда методично расстреливать огромного ящера из лука...
Дракон сделал пару кругов и грохнулся на дорогу так, что пыль поднялась столбом. Легионеры спустили луки и утыкали спину дракона тяжёлыми боевыми стрелами. Укрываясь за стволами деревьев от ледяного дыхания, я приблизился на нужное расстояние, затем выскочил из-за дерева и заорал:
— Га-а-ан!
Я готов был поклясться, что мерзкая рептилия удивлённо уставилась на меня своими тупыми глазками, когда по её шкуре пробежали синие сполохи этого крика. В этот же момент его спина покрылась новой порцией стрел.
- Легонеры! За мной! - заорал я и бросился вперёд.
Тут уже или со щитом, или на щите. Если спрятаться, останешься в живых, но что скажут о тебе солдаты?
Дракон запоздало щёлкнул челюстями у меня над головой, но я уже поднырнул под его длинную шею и рубанул мечом по чешуйчатому плечу, а потом всадил эбонитовое лезвие между чешуями по самую рукоятку. Покойный Клавдий был совсем не дурак, когда выбирал это оружие, и сейчас оно сослужило мне хорошую службу. В остервенении я тыкал и тыкал мечом в шею, пока кожа чудовища не стала покрываться огненными сполохами. Дракон запылал своим особым, призрачным пламенем, а я почувствовал, как мои внутренности переворачиваются, как кружится голова от наполняющей всё моё существо неведомой силы. Я так и не привык к поглощению драконьей души. Меня затошнило, и в бессилии я опустился на дорогу рядом с мгновенно истлевшим драконьим скелетом.
— Вот так... мы их... и будем убивать... - сказал я обступившим меня легионерам.
И порадовался, что среди них не оказалось ни одного северянина. Что никто не стал верещать свои нордские бредни о «довакине». Чтобы добавить драматизма, я оттолкнул плечом легионера, который хотел было помочь мне встать и поднялся с дороги сам, опираясь на рукоятку меча.


Победил дракона, поздравляем. Доехал до Вайтрана, и там своего доверенного оставил, за Соратниками приглядывать.

Девятая глава, и Прыщ прибыл в Высокий Хротгар.
Высокий Хротгар. Промёрзшее насквозь и страшно ветреное место. Ярл Вайтрана как-то ляпнул, что оно очень спокойное. Может быть и так. Однако, когда ветер готов вырвать тебя из седла, а из кустов то и дело выскакивают тролли и медведи, очень сложно быть спокойным.
Седобородые попытались встретить меня как заблудшего сына, даже попробовали прочитать речь, полную укоризны, но я перебил поток красноречия:
— Я здесь не для того, чтобы посвятить себя жизни монаха, собирающего слова в древних гробницах и живущего за счёт подаяний. Я представитель Имперского Легиона, и всё что мне нужно, это информация о драконах. А так же о способе борьбы с ними. Наши солдаты уничтожают каждого дракона, рискнувшего приблизиться к городу, но их не становится меньше.
— Ты слишком горяч, Довакин… - завёл прежнюю шарманку один из этих старцев.
— Я служу Империи и представляю тут волю Императора. Если вы откажетесь нам помогать, я могу приказать своим солдатам распять вас как изменников и бунтовщиков, а потом расставить вдоль пути сюда в назидание другим.
Старики принялись шептаться между собой, потом вперёд вышел один из них, видимо самый старший:
— Если ты дашь мне возможность говорить, я расскажу тебе всё.
— Говори, - я махнул рукой и сел за массивный стол, заваленный какими-то свитками.
— Чтобы победить драконов, нужно убить самого старшего из них. Как это сделать, мы не можем тебе рассказать, но это может рассказать наш предводитель, который живёт один, выше по склону.
Я уже собрался встать и идти к их предводителю, но старик помотал головой и попросил дослушать его.
— У меня есть три условия, с которыми ты должен согласиться, прежде чем мы пропустим тебя вверх. Ты можешь не соглашаться с ними, но тогда тебе придётся убить всех нас, а тогда ты не сможешь пройти выше, так как только мы знаем, как открыть путь. Первое условие. Ты должен идти один, без солдат. Второе условие. Ты не должен убивать нашего предводителя. Третье условие. Ты должен выполнить то, о чём он тебя попросит, даже если он попросит принести, как ты выражаешься: «бестолковую и никому не нужную дудку».
— Хорошо, – сказал я и встал. – Я всегда готов к сотрудничеству, если это не попытка навредить или обмануть. Сейчас я готов принять твои условия с одной оговоркой. Выполнять просьбу твоего предводителя я буду только в том случае, если она не навредит Империи.
— Большего я не могу от тебя просить.
Пришлось оставить солдат в ледяных кельях Высокого Хротгара, а самому отправляться вслед за стариками. Они подвели меня к узкому проходу, в котором ревел ветер такой силы, что удержаться на камнях не было никакой возможности.
— Это те врата, которые никто не сможет пройти, если не владеет искусством крика и не знает особого туума, разгоняющего шторм. Подойди сюда и наш брат обучит тебя этому крику.
— Теперь я могу помогать плебсу и разгонять тучи? – усмехнулся и подошёл ближе к пылающим на снегу буквам. Странные закорючки стали шевелиться, выстраиваться в сложные образы, проникать в мою память и создавать там какие-то новые, непонятные картины.
— Попробуй этот крик сам, - предложил старик и я бодро гаркнул:
— Лок!
— Нет… - покачал головой седобородый. – Произнеси все три слова крика.
— Лок! Ва! Кор! – рявкнул я и с удивлением увидел, как разбегаются тяжёлые серые тучи, проглядывает солнце и стихает ветер.
— Теперь ты знаешь, как пройти к нашему предводителю. Иди вперёд и, если вихрь преградит твой путь, ты сможешь отогнать его.
Я подошёл к узкому проходу, через который сейчас тянула тонкая позёмка и обернулся к седобородым. Потом вынул из ножен меч и протянул его рукояткой одному из них:
— Как я и обещал.
— Оставь оружие, - отказался тот и добавил: - Нам достаточно твоего слова. И кроме того, оно может понадобиться тебе по пути. Там иногда попадается зверьё.
Я уже собрался идти вперёд, когда один из седобородых вдруг дернулся вслед за мной:
— Довакин! Не пугайся, когда увидишь нашего предводителя и не нападай на него! Он совсем не то, что ты увидишь сначала!


Вот терпеть не могу персонажей, которые бычат на других тогда, когда все можно решить миром. Седобородые - мирные монахи, живут на горе, и не вмешиваются в течение мировых проблем, хотя обладают огромной силой. И согласно канону ( то есть игре, во всех вариантах), они Довакину всегда готовы пойти навстречу, нет нужды им угрожать.
Уверен, чаще всего таких персонажей пишут чмыри, на которых в реале рявкнешь - и из него говно посыпалось. А в тексте можно быть суперменом


Ну и выдам спойлер к игре. Лидер Седобородых, Партурнакс - дракон. Причем он младший брат Алдуина, первенца Акатоша. Что интересно, это Партурнакс обучил людей Крикам, благодаря чему они смогли скинуть иго драконье.

После очередного скользкого подъёма, из-за облепленной снегом скалы, я разглядел стену слов с сидящим на ней драконом и отпрянул к камням. Значит, проклятые хрычи решили отправить меня в ловушку и скормить этой гадине? Нет уж, не выйдет! Сначала прикончу дракона, а потом, как обещал, распну старикашек.
Сразу в голове закрутились мысли. Лука нет, теми заклинаниями, которые узнал ещё у Фаренгара, такого противника не завалишь. Остаются крик и меч. Не самое лучшее сочетание, но отступать нельзя. Я осторожно прокрался между камнями, набрал полную грудь воздуха для первого крика и чуть не поперхнулся:
— Я ждал тебя, - сказал дракон своей огромной зубастой пастью. – Спрячь свой «зун» - оружие. Здесь ты в безопасности.
Я выглянул из-за камня. Дракон болтался на своей стене слов и явно не спешил нападать.
— Кто ты такой? – крикнул я и снова спрятался.
— Моё имя Паар-Тур-Накс. Я предводитель седобородых. Не испытывай «Фаас» - не бойся. Выходи из своего укрытия.
— А я и не боюсь, - ответил я и вышел на открытое пространство.
— Это хорошо, - кивнул дракон. – Потому что тебе понадобятся все твои «Фус арк Акрин» - твои сила и смелость. А твои солдаты не смогут тебе помочь.
— Я убил уже полсотни твоих сородичей. Думаешь, с тобой не справлюсь?
— Думаю, что справишься, - засмеялся Партурнакс противным, каркающим смехом. – Но я твой «мид» - друг. И убивать меня нет смысла. Ведь я хочу помочь тебе.
— С чего это вдруг? – недоверчиво спросил я.
— Потому что твой «Хокорон» - твой враг. Это и мой враг. Я расскажу тебе…
— Только короче!
— Причина его «На» - его ярости…
— Ещё короче! Что нужно сделать, чтобы остановить нападения драконов на людей?
— Ты плохо воспитан… - проворчал дракон, и мне показалось, что в его жёлтых глазках отразилась обида. – Я старше тебя в тысячу раз. Мог бы проявить уважение и «Хузра» - послушать. Послушать старика дов.
Пришлось смириться и несколько часов на ледяном ветру слушать его философские разглагольствования. Я совершенно закоченел и устал от болтовни, поэтому отвечал всё более и более резко:
— В твоей философии звучат мысли слабого и одинокого старика. Сила в единении, сила в порядке и дисциплине. А то, что говоришь ты, о каких-то одиноких героях, которым под силу изменить существующий порядок вещей, это не более, чем сказки.
— Ты ещё убедишься, что я прав.
— Нет, это ты убедишься, что прав я. Одно полено не горит в костре. Одна медаль не звенит на груди. Точно так же один герой, если он не окружён своими товарищами, стоит не больше плевка.

Насквозь промёрзшие стены Высокого Хротгара были всё же куда лучше, чем стояние на ветру Глотки Мира. Отогревшись у очага и выпив залпом бутылку мёда, я стал понемногу отходить. Подошёл один из седобородых и подал мне небольшой пузырёк с какой-то тёмной жидкостью:
— Это поможет тебе согреться и не чувствовать холода.
— Ну что, пригодилась вам та дурацкая дудка? - спросил я и выпил содержимое бутылки, оказавшееся приторно сладким.
— Рог Юргена? - спросил седобородный. - Это было необходимое испытание твоей воли и твоей решимости.
— Я так и знал, что вся эта мышиная возня не стоит фальшивого септима...
— Что рассказал тебе наш предводитель? - спросил седобородный, ничуть не обидившись моим словам.
— Что я невоспитанный и слишком тороплю события.
— И всё?
— Ещё меня учили сидеть голой задницей на льду и размышлять о словах силы. Это называется «медитация».
— Хорошо. Медитация помогает осознанию силы туума и себя самого.
— А ещё она способствует появлению соплей по пояс.
— Наш предводитель рассказал тебе, о дальнейших испытаниях?
— Рассказал, что сам не в курсе. Поэтому нужно притащить древний свиток и заглянуть с его помощью то ли в прошлое, то ли в настоящее, чтобы подсмотреть, как это вообще делается.
— Это хорошее испытание. Ты продвинешься далеко вперёд по пути голоса. Надеюсь ты знаешь, что Древний Свиток нельзя читать, если не подготовился особым образом? Если ты посмотришь на его содержание, ослепнешь навсегда.
— Пусть ваш предводитель читает. Моё дело притащить вам свиток целым и невредимым.
Седобородый тихо рассмеялся себе в бороду:
— Это последнее, о чём ты должен волноваться. Повредить свиток очень сложно. На него не действуют ни наши инструменты, ни наша магия. Отправляйся в коллегию магов Винтерхолда. Маги должны знать, где находится Древний Свиток.


Он еще и на редкость тупой. Автор пишет его так, как геймер описывает прохождение, когда можно творить любую лажу, всегда можно загрузить сейв. Все же хамить дракону - неразумно.
Не менее неразумно, настраивать его против себя, учитывая что он союзник, в деле отсрочки апокалипсиса. Но Прыщ - идиот, и он не понимает, что если не побороть Алдуина, то миру несдобровать. И тогда все успехи Прыща на поприще карьеризма, обесценятся в момент.

А дальше все по игре, он отправился в Винтерхолд, в коллегию. В сопровождении солдат. И знаете, обычно я только за разумные поступки, за подготовку, и за использование союзников. Но здесь возникает ощущение, что когда он не по игровому бессмертен, в остальное время он все время ссыт, поэтому и ходит с охраной.

Через два дня мы прибыли в Винтерхолд. От большого города осталась лишь несколько руин и крошечная деревенька, раскинувшаяся на краю обрыва у главного входа в коллегию магов. Какая-то привратница хотела было заставить меня проходить вступительный экзамен, но я обрисовал ей такую замечательную перспективу, если она немедленно не пропустит военного трибуна и его солдат в коллегию, что больше вопросов не возникало.
Библиотекарь коллегии, оказавшийся престарелым орком, тоже проявил своенравность. Пришлось напомнить ему о том, что Малакат требует от верных ему Орсимеров заканчивать свои дни полными сил воинами, а не цепляться за жизнь даже будучи дряхлыми, беззубыми и плешивыми.
— Я не поклоняюсь даэдра, - обиженно проворчал орк, но всё же поделился необходимой мне информацией: - Вот несколько книг о свитках. Прочти их, может что-то найдёшь...
Я долго читал и перечитывал старые фолианты, и всё же пришлось лестью и угрозами привлекать к этому скучному занятию орка-библиотекаря. Тот тоже быстро запутался в массе информации, и в конце концов, скорее всего наугад, просто чтобы отвязаться от меня, сказал:
— Вот. Здесь указано имя Септимия Сегония. Он изучает какие-то двемерские развалины на севере от коллегии. Найди его, он расскажет тебе, где искать Древний Свиток. Я тебе покажу на карте, где его пост...


И снова он всем угрожает, и везде давит силой. Это уже не антигерой, это школота, которой выпал шанс вытворять разные гадости, безнаказанно. И идет вразнос, благо никто не заругает.

Ну и вот вам моя теория. Как пишутся хорошие фики? Путем работы над собой, работы над текстом, и через готовность повышать уровень образованности. А еще для этого необходимо любить первоисточник. Любить и уважать.
Потому что никто из хейтеров канона ( и это универсальная ситуация), не в состоянии написать по этому самому канону хороший фик.

А нагибаторы никакой канон не любят и не уважают. Им похрен на труды создателей, на персонажей, на сюжет, на смысловое наполнение. Им надо только одного - создать свою аватарку, и через нее самоутверждаться НАД ВСЕМИ. Не разделяя хороший, нейтральных и плохих.

И абсолютно точно - нагибаторские фики полное днище. В них никогда нет ни годного смыслового наполнения, персонаж всего один, а сюжета и нет, потому что какой же это сюжет, когда нагибатор всех походя скручивает в бараний рог?

А на сегодня все, спасибо что пришли. Космос подарит нам спокойствие https://www.youtube.com/watch?v=1439DEGUo2U&list=RDMMBdEvuQE6t5c&index=16

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 22

Онлайн
Хальве!

Обозреваю фик Из пыли, и глава шестая.

Прыщ подготовился,скоро будет представление.
Лучший вид на происходящее, по моим расчётам, должен был открываться от кузницы и мы отправились к Балимунду.
— Ну как, старина, жарко ли пылает горн в твоей кузнице? - спросил я.
Балимунд не сразу понял, с кем разговаривает и какое-то время заискивающе суетился передо мной, но потом до него стало доходить?
— Маркус? - удивлённо сказал он. - Ты ли это?! Уже выбился в центурионы? Глазам своим не верю! А ведь у меня ещё хранится огненная соль, которую ты мне принёс! Вот так встреча! Может зайдём в таверну, выпьем по чарке мёда?
— Прости, Балимунд, но сейчас мне не до мёда. Я здесь с официальным делом.
— Ну да, ну да... - согласился кузнец и вновь удивлённо осмотрел меня. - Нужно оружие? Или... Постой-ка! Что это?
Судя по выражению его лица, он заметил Нируина. Я резко обернулся и увидел на балконе поместья Чёрный Вереск тёмную фигуру с луком. Свистнула стрела и на балконе замка Миствейл раздался хриплых вскрик.
— Убийца! - заорал Балимунд и его крик подхватили на рынке. - Убийца! Держи его!
Раздался топот множества ног, мимо нас пробежали два стражника с обнажёнными мечами. Тёмная фигура, тем временем, метнулась в сторону и скрылась за дверьми поместья.
Переднюю дверь ревущая толпа вышибла одним незаметным движением. Народу было столько, что на балконе уже стали появляться люди, а снаружи толпа ещё не уменьшилась.
— Поймали! - донеслось со стороны поместья. - Живьём взяли!
Из парадного выволокли визжащего и дёргающегося Нируина и потащили к замку.
— Я не убийца! - орал Нируин, но его голос был слабо слышен в гомоне разъярённой толпы. - Я из гильдии! Из гильдии! Я не виноват!
На крыльцо замка уже вышла Мавен в окружении своих телохранителей. Её лицо было перекошено такой яростью, что я не сомневался в исходе судилища.
— Смерть убийце! - крикнула она и Нируина мгновенно растерзали.
Я перехватил её взгляд и приложил ладонь к сердцу, она чуть заметно кивнула мне в ответ.


Собственно что и было задумано Прыщем - исполнителя в расход, и это не обсуждается.В некотором роде, эта та самая прагматичность, которая с одной стороны полезна, с другой - длямногих является ступенькой к мразотности.

Но погодите, что дальше?
— Слушай, Маркус, - сказал Аппий, когда мы выехали обратно в Фолкрит. - А как ты умудрился уговорить Мавен на эту аферу?
— Я не уговаривал. Просто предупредил её о готовящемся покушении. Упомянул о покушении на Сиддгейра и сказал, что она следующая.
— Ну, это ладно. Но ведь ей пришлось подставить под выстрел Ануриэль...
— И что? - отозвался я. - Одной альтмеркой больше, одной меньше. Обрати внимание, что почти у каждого ярла есть советник или советница из альтмеров. У Мавен была Ануриэль, у Сиддгейра в Фолкрите - Ненья, у Балгруфа в Вайтране - Айрилет...
— Она же данмерка... - неуверенно возразил Аппий.
— Да? Какая разница?
— Страшная она, как смертный грех, - добавил Гней.
— Все меры одним миром мазаны, - продолжал я. - Данмеры, альтмеры, каджиты, орки, всё это тайные враги Империи, которые только ждут своего часа, чтобы ударить ножом в спину. Ануриэль наверняка шпионила в пользу Талмора, а значит убрать её было необходимо.
— Я бы лучше Мавен прихлопнул, - сказал Аппий. - От неё вреда не меньше, чем от Талмора.
— И был бы не прав, - возразил я. - Сейчас не время браться за Мавен. Да, Чёрный Вереск, это преступная шайка. Но эта шайка в данный момент поддерживает порядок в холде. Убери их семью и кто встанет во главе толпы? Клан Снегоходов, который был и остаётся лютым врагом Империи? Или какой-нибудь пустоголовый герой, типа Мьол? У тебя есть хоть кто-то на замену Мавен, кроме имперского легата?
— Чем плох легат? - спросил Гней.
— Тем, что он будет похож на наместника завоёванной провинции. А дикарям нужен свой лидер. Пусть это будет преступник, который дерёт с них три шкуры, зато это их, родной преступник. Теперь обиженная Мавен перетянет глотку воровской гильдии, а мы тем временем займёмся убийцами. Кстати, знаешь, кто легат в Рифте?
— Ещё бы не знать! Альтмерский ублюдок Фейсендил.
— И как по-твоему он будет править дикарями, которым такие же альтмеры как он, запретили поклоняться Талосу?
— Интересно, как он пролез в легаты? Я думал, что легатом могут назначать только патрициев.
— Пролез, - я скрипнул зубами. - Так же и мы пролезем.
— Что мне нравится в Маркусе, - замеялся Гней, - Так это его оптимизм!
— Это не оптимизм, болван. Это хорошее планирование и холодный расчёт.


*взрыв, вопли, крик Годзиллы, запах канифоли и пороха*

Знаете как в мультиках показывают злобу у персонажа.? Красная рожа, огонь, дым и пар изо рта и ушей ( а не из ануса, как нас пытаются убедить дети интернета). Вот все это сейчас у меня.

Этот утырок ( и я не знаю, только ли про персонажа говорю) явил свою мерзкую фашистскую натуру, обговняв разом целые расы! То есть я конечно знал что он нордов презирает, и на бретонов бочку катит, но он на них не останавливается. И цука такая, как же я его ненавижу!

Понмаете, рассматривая политические образования в мире Свитков, Империя мне больше импонирует, как минимум традициями мультикультуризма, когда все разумные расы ровны ( не считая сословий), а расизм это плохо. И тут значит образовался этот всратый великодержавный дерьмодемон, и прямо заявляет, что фашизм/расизм/ксенофобия - то что надо, так и надо. Але, идиот, какую ты империю строить собрался, если всех объявляешь унтерменшами? Сиродильцев на все легионы не хватит.

Знаете на что это похоже? Это как есть например вегетарианец, обычный человек, просто мяса не ест ( но может себя рыбкой побаловать), ничего в нем плохого. И есть веган, агрессивный типаж, который обзывает простых людей трупоедами, и всем лезет навязывать свою позицию. Да нормальному вегетарианцу нахрен не упало быть единомышленником с такими упоротыми.

Вот нахрена он высрался на Фейсиндила? Обычный легат, и не важно что альтмер. В годы Великой войны воевал за Империю, по зову долга. В игре персонаж не раскрытый, но и причин веровать, что это враг империи. никаких нет. Но все равно говнится.

Нет, у меня вопрос в пространство невольно лезет. Граждане фашисты, ненавидящие выдуманные расы - вы откуда бleаtь беретесь? Что за снаряд в голове, вызывающий баттхерт против ВЫДУМАННЫХ народов? Я могу понять что реальная ксенофобия подпитывается негативными контактами ( нарвался на агрессивного ЛКНа, и возненавидел всех), и пропагадной ( видал людей, которые ненавидят американцев заочно. не встречав их ни разу), но хейта к выдуманным видам/расам/народам - в упор не понимаю. Вот никак.

Причем я так и не понял, откуда он такой вылез ( шуточка "оттуда же, откуда все" не принимается),его что, эльфы в детстве обижали?
Вариант что он впечатлен жертвами Великой войны, не принимается, ему насрать на всех, кроме себя.

И разумеется ему Мавен милее всех, мрази притягиваются. Эх, вот в хорошем фике "Генерал!" генерал Туллий ( тоже не самый сахарный человек) наоборот, внутренне переживал, что в качестве верных Империи ярлов. приходится ставить то сволочную Мавен, то придурка Сиддгейра. Какая космическая разница....

В Фолкрите ему рассказали, что нашли Убежище ТБ. Решил проверить позже.
Проснулся я связанным по рукам и ногам. Кисти затекли от верёвок, но пальцы ещё слушались. Я покрутил головой и понял, что на голову наброшен какой-то тёмный мешок, сквозь который ровным счётом ничего не видно. Плохо дело.
— Ещё один очухался, - произнёс где-то неподалёку женский голос. - Можно приступать.
Судя по звуку, комната была невелика. Причём комната в доме в деревянными стенами - эха не было, а значит стены либо деревянные, либо плотно заставлены мебелью.
Кто-то схватил меня за плечи и дёрнул вверх, поставил на колени. Затем рядом послышалась какая-то возня и причитания, видимо, то же самое проделали с другими пленниками. Значит я не один.
— Итак, наш дорогой друг, перед тобой три пленника. Три жертвы. Ты хотел нашего расположения, поэтому должен скрепить наш контракт кровью. О нет, не своей. Выбери любую из жертв и выпусти из неё кровь во славу Ситиса. Это и будет нашим контрактом.
— Я знаю, кого отправлю в жертву Вечной Тьме, - сказал мужской голос, который показался мне знакомым. - Но, чтобы моя роспись осталась в веках, я прикончу всех троих. Но вон того - последним. Чтобы он слышал муки моих жертв, чтобы успел напустить себе в штаны.
Это же Клавдий! Центурион пятой когорты! Точно, это он. Неужели он меня ненавидит так сильно, что связался с Тёмным Братством?
— Это твоё право, - хихикнул женский голос. - Этот пленник так сильно навредил нашему братству, что я не буду против посмотреть на его мучения.
Рядом со мной раздался свист меча, хруст разрубаемой плоти и тут же завизжала какая-то старуха, видимо вторая жертва. Я уже приспособился по лязгу доспехов определять, где находится Клавдий. Вот он встал впереди и слева от меня. Из такого положения мечом не ударишь. А меч у Клавдия был дорогой, эбонитовый. Клавдий никогда не скупился на побрякушки. Старуха продолжала визжать, но её вопль был прерван хрипом и бульканьем. Видимо, Клавдий проткнул ей горло. Не перерезал, а проткнул. Теперь лязг доспехов переместился. Центурион встал прямо передо мной, чуть справа. Из такой позиции он меня пополам развалит своим замечательным мечиком. Перед замахом человек всегда с шумом вдыхает носом воздух. Впрочем, Клавдий может просто...
— Йол! - крикнул я, не дожидаясь удара.
Это слово я выучил случайно, когда решил попытать счастья у Соратников. Когда один из этих шавок превратился в оборотня, я понял, что мне с ними не по пути, но слово, прочитанное на стене гробницы, осталось в памяти, и теперь пригодилось. Других слов этого крика я не знал, но и одного было достаточно. Огненное дыхание прожгло дыру в мешке, накинутом мне на голову, через которую я увидел, как Клавдия охватили огненные струи и заполнили маленькую комнату. Клавдий заорал, выронил меч и принялся махать руками, сбивая с себя пламя. Откуда-то сверху скатилось ещё одно пылающее тело и с разбегу впечаталось в двери комнаты. Огонь был магический и вреда мне не причинил, однако, от него занялась ветхая мебель и стены. Наконец, тлеющий на голове мешок больно жёг мне кожу, так что нужно было срочно освобождаться.
Тело у двери попыталось достать ключ, но в него с разбегу врезался весело горящий Клавдий, и ключ отлетел в сторону. Я подкатился к валяющемуся на полу мечу, и после нескольких попыток смог сорвать с себя путы и остатки мешка.
Фигура в тёмном облегающем костюме пыталась найти ключ, а объятый пламенем Клавдий бестолково бился плечом в дверь, которая, впрочем, медленно поддавалась. Я ткнул мечом в спину Клавдию и бросился к тёмной фигуре. Та ловко увернулась от моего замаха и одним прыжком оказалась у двери. Щёлкнул замок, я попытался в прыжке достать фигуру, но та уже справилась с запором и скользнула за дверь. Я ещё раз махнул мечом и успел рубануть по ноге. За дверью раздался сдавленный крик, дверь широко распахнулась и я вывалился из пылающей хижины наружу. У входа была набрызгана свежая кровь, ещё одна клякса виднелась чуть поодаль.
С грохотом обрушилась объятая пламенем крыша хижины, я подхватил ярко горящий обломок доски и пошёл по кровавому следу. Он завёл меня в плотные кусты на болоте и там я обнаружил раненную мной киллершу. Мой удар почти отрубил ей стопу и она сильно истекла кровью, но всё же попыталась сделать слабый выпад с кинжалом, который я легко отбил.
— Где Мать Ночи? - спросил я и ткнул своей головёшкой ей в рану.
Она завизжала и скорчилась, тогда я снял с себя ремень и перетянул ей ногу чтобы остановить кровотечение.
— Ещё раз спрашиваю. Где Мать Ночи?
Утром я сбросил её обезображенный труп в болото и пошёл в Морфал. Судя по дорожным указателям, он был не очень далеко.
Убийца оказалась не кем-то, а главой тёмного братства по имени Астрид. Под пытками она выдала расположение логова своей организации в Фолкрите, но ничего не знала о Матери Ночи. Совсем ничего. Это был провал.


Я не люблю Темное Братство, но как жалко, что они его не прирезали нахрен. Потому что его глубины мразотности бесконечны.Он оказывается и у Соратников побывал, непонятно зачем. Вернее я знаю, но вам скажу позже. Покамест замечу, что он занят сугубо тем, что презирает этот мир, со всеми обитателями, кого не увидит - обдаст помоями. Это уже не антигерой слэш злодей ( они тоже бывают интересными, притягательными и познавательными), это престарелый ( не по возрасту, а по уму) брюзга, которому все и все не так. А они интересны так же, как бабушки на лавочке, у которых все девушки наркоманки, а парни отдаются за деньги.

Ну и да, так я и поверил, что Астрид ему все сдала. а про Мать Ночи ни слова. Либо трусы наденьте, либо крест снимите, черт побери!

Глава седьмая, он вернулся в расположение. и отправил бойцов брать убежищет ассасинов. Взяли они его просто - вынесли тараном дверь, после чего порезали всех внутри. А в канон Пенитус Окулатус на этой операции потеряли немало личного состава.
— Маркус! - крикнул один из легионеров. - Тут ребёнок!
— Держать строй! - крикнул я. - Легионер, назад! В шеренгу!
Когда строй щитов выровнялся, я подошёл к плачущей в углу девочке и приподнял её лицо. Сомнений не было:
— Это вампир. Вяжите её.
Маленькая девочка тут же преобразилась в чудовище, кинулась мне в лицо и попыталась достать зубами до шеи. Впрочем, ей это всё равно не удалось бы. Хоть и будучи уже довольно сильным вампиром, у неё оставалось тело маленького ребёнка с хрупкими костями и тонкими пальцами. Я не без труда отцепил маленькую тварь от своей груди и ударил рукояткой гладиуса в лицо:
— Эту мерзость сразу на костёр. Позовите жреца из Фолкрита, пусть угомонит их души.
Двое легионеров спеленали вампиршу ремнями, потащили на свет и вскоре за нашими спинами раздался душераздирающий крик.
Пещеру прочесали и нашли ещё двух обитателей — данмершу и гигантского паука. Паука быстро прикончили, а с данмершей пришлось повозиться. Она напала неожиданно и успела кольнуть одного легионера отравленным кинжалом. Солдаты избили её до полусмерти, повязали ремнями и отправили вслед за всеми остальными.
....
Расправу решили учинить прямо в Фолкрите. К двум столбам привязали маленькую вампиршу и опутанного сетями оборотня, обложили дровами и облили смолой. Остальных привязали к наскоро сооружённым неподалёку дыбам. Священник окончил молитву и я обратился к легионерам и зевакам, с короткой речью:
— Грязная шайка, именующая себя «Тёмным братством», уничтожена во всём Тамриэле. Но здесь, в Скайриме, ещё остался её порочный росток. И сегодня мы вырвем этот росток с корнем! Этих двух чудовищ, двух омерзительных монтров, порождённых нечестивой даэдрической магией, мы отправляем в эфириус первыми. Их подельники будут преданы пыткам и, когда наши экзекуторы приступят к своей работе, они будут завидовать сожжённым.
Толпа, которая продолжала прибывать, довольно загудела. Ликтор, старший экзекуторов, поднял два факела и бросил их под ноги приговорённым. Загудело пламя, пронзительно завизжала вампирша, оборотень начал было превращаться обратно в человека, но не успел и его обугленный труп повис внутри пылающей сети. Когда с сожжением было покончено, я оставил жреца Рунила для отпевания останков, а сам подошел к пока ещё живым убийцам.
— Вы можете облегчить свою смерть, если честно расскажете мне о Матери Ночи, - после чего дал знак ликтору.
Экзекуторы приступили к своей работе. Редгард терпел изо всех сил, а данмерка скоро начала сдавать. Через четверть часа я дал знак и ликтор отозвал экзекуторов, которые тут же принялись разжигать переносной горн и готовить новые инструменты для пыток.
— Готовы говорить? - спросил я у редгарда, но тот отвернулся и процедил:
— Будь ты проклят, имперская собака.
— Кости вашей собаки догорают в костре, - ответил я и повернулся к данмерке: - Ну, а ты готова?
Та стиснула зубы и молча отвернулась. Я махнул рукой и экзекуторы снова приступили к работе. На этот раз данмерка не выдержала и принялась утробно орать. Впрочем, редгард тоже застонал. Опасаясь не за жизнь убийц, а за их способность отвечать на мои вопросы, я остановил пытку чуть раньше положенного срока и экзекуторы недовольно отложили раскалённые крючья.
— Кто первым расскажет о Матери Ночи, умрёт немедленно, - сказал я убийцам. - Второй будет умирать в муках до захода солнца.
— Здесь нет никакой Матери Ночи! - выкрикнула данмерка.
— Я знаю. Так где она?
— Я не знаю! Никто не знает! Она была в Бравиле, потом Хранитель повёз её сюда. Месяц назад мы получили письмо, что он везёт гроб в наше убежище, а недавно пришло короткое сообщение, что он вот-вот прибудет. О, Ситис, прости меня!
Дальнейшие расспросы ничего не дали, так как она правда больше ничего не знала и готова была рассказать нам любые небылицы, лишь бы остановить пытку. Я подал знак и экзекутор отсёк ей голову, прекратив её мучения. Смотреть на истязание редгарда было тошно, и я покинул судилище, чтобы посовещаться со своими помощниками:
— Если гроб должен вот-вот прибыть, значит он уже в Скайриме. Гроб — штука большая, его не спрячешь в обычной поклаже караванщиков.
— А если от неё мало что осталось? - спросил Гней.
Я вспомнил останки Потемы и задумался. Череп или кучку праха можно перевезти хоть в наплечном мешке. И всё же...
— Нет, я несколько раз слышал упоминание именно гроба. Не урны, не мешка с костями, а именно гроба. За неимением лучшего, нужно разослать курьеров, чтобы предупредить посты на дорогах. Пусть высматривают большие ящики в повозках. Боюсь, что слухи о разгроме убежища быстро облетят весь Скайрим и тогда ищи ветра в поле.


Я уже пояснял свою позицию про Темное Братство, но даже их становится жалко, когда над ними изголяется Прыщ. Его мразотность многократно превышает таковой у ТБ. Как в конце обзора на девятую Пятницу https://www.youtube.com/watch?v=NYrurYVYuhQ было постановлено, что даже Джейсон Вурхес не заслужил такого дерьма, так и туи , даже ТБ не должно было быть поймано таким говнюком.

Дальше мы узнаем, что Цицерона тоже нашли, и повесили. Кончается глава этим:
В следующем месяце меня вызвали в Солитьюд и с большой помпой присвоили звание военного трибуна. Вручили новый золочёный шлем, грамоту от самого императора и золотую фалеру. После церемонии Туллий спросил меня, кого имеет смысл назначить на моё место:
— Центурион пятой когорты Корнелий выдвигался некоторыми легатами в примипилы, - сказал он. - Но Корнелий исчез, и я подозреваю, что навсегда. Кто из центурионов способен заменить тебя?
— Септимий Фол, - не задумываясь ответил я. - Примас-ордер первой когорты.
— Согласен, - кивнул Туллий. - Я давно отметил этого офицера, но полагал, что ты предложишь своего опциона.
— От моих опциона и тессерария будет больше пользы, если они останутся со мной.
— Хорошо... Итак, военный трибун, носи своё новое звание с честью и во славу императора. Прямых служебных обязанностей у тебя теперь не будет, но одно задание я хочу дать тебе лично. Узнай, как справиться с драконами. Отчитываться будешь непосредственно мне.


Нет, я конечно понимаю, что император благодарен, и все такое...

А черт, я не могу, эта мразь настолько абсолютна, что даже дорос до уровня МС - в жизнеспособных мирах такие мрази огребаеют, ибо перебор. Более того, в фике упоминаются намеки на его хорошие деяния, вроде разборок с Потемой. Из чего я делаю вывод: это наполовину фик про мразотного карьериста, наполовину похождения манчкина, для которого нет ролевой модели, но есть бонусы.

И на этом все, уф.

Написать такого отвратительного персонажа, которого охота убить больше, чем Темное Братство... Это успех блин!

Ладно, до встречи.

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост #накипело
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 17 комментариев

Онлайн
Хальве!

Словосочетание "полицейское государство" - бредовое. С тем же успехом можно выдумать пожарное государство, строительное государство, медицинское государство. медицинское государство, сантехническое, водительское, торговое, сисадминское... В общем называть государство по образцу профессии, это бред, даже с позиции пятилетнего ребенка.

А я тем временем продолжаю обозревать фик Из пыли, и глава четвертая, повествует о том, что когорта Прыща направлена в Фолкрит. Немного отдохнуть. Пропуская много текста, скажу что они добрались, встали лагерем, а потом офицеров ( и Прыща тоже) вызвал на званый обед ярл Сиддгейр. И за обедом видимо должны были налаживаться контакты, однако реальность вносит свои коррективы.
— Я всё хотел спросить, - сказал ярл и я сразу насторожился, хотя никакой причины для беспокойства вроде не было. - Вот вы воюете. Уже прикончили этого негодяя Ульфрика и почти разогнали бунтовщиков по самым глухим лесам и горам. У вас ведь наверняка должно быть много врагов? Ну вот скажите, ведь у вас есть враги?
— Враги есть у всех, - ответил я и покосился на клюющего носом Септимия. - У всех, кто хоть раз выходил за порог своего дома.
— Нет... - помотал головой ярл и сам подлил мне мёда. - Такие враги, чтобы вот прямо убить хотели!
— И таких полно, - махнул я рукой.
— Ну да... - покачал головой ярл и помрачнел. - Знаете, а пойдёмте на свежий воздух!
— Зачем?
— Ну... Разве вы выпили недостаточно мёда, чтобы захотеть на свежий воздух?
— Мне пока рано. Поэтому не смею мешать вам!
— И всё же... - ярл замялся и заёрзал. Видимо, его уже подпирало, но идти один он то ли боялся, то ли правда хотел сказать мне что-то важное.
— Хорошо! Идёмте! - громко сказал я и поднялся, попутно толкнув плечом Аппия. Когда ярл сделал пару шагов к дверям, я повернулся к своему опциону и изобразил натягивание тетивы лука, а потом выразительно показал пальцем вверх. Тот быстро кивнул, подхватил лук и колчан, после чего неслышно скользнул к лестнице.
На улице сильно похолодало, с гор тянуло свежим морозным воздухом, пролетали даже отдельные снежинки. Застывшая и покрытая ночным инеем трава тихо похрустывала под ногами. Ярл отошёл к ближайшей каменной стене и принялся делать своё дело, а я тем временем осмотрел улицу и прилегающий к ней палисадник. На первый взгляд всё было чисто. Только на первый взгляд. Из густого мрака за соседним домом метнулась какая-то гибкая тень. Я выхватил кинжал и швырнул в нападавшего, но тот ловко отбил его своим коротким мечом. Тут же свистнула стрела и впилась в живот убийце. Ярл вскрикнул и упал возле стены, прикрыв голову руками, а я прыгнул на нападавшего и попробовал скрутить его. Несмотря на смертельное ранение, тот сопротивлялся как даэдрот и успел распороть мне руку своим ножом, прежде чем я выломал ему пальцы в обратную сторону. Тут же подбежали Аппий и Гней, которые закрутили убийце руки и подтянули его к каменной ограде вожжой. Раздались крики, прибежали жители города с лампами и факелами, каждому хотелось убедиться, что их ярл здоров и что убийца схвачен. Тем временем Гней старательно вытягивал жилы из истекающего кровью наёмника. Тот скрипел зубами, но упорно молчал. В одном из карманов нашёлся заляпанный кровью контракт на убийство ярла за подписью какой-то Астрид.
— Говори, мразь... - бубнил Гней, загоняя свою спату всё глубже и проворачивая её. - Будешь, говорить, скотина?
Убийцу замучили до смерти, но к тому времени, когда он начал говорить, жизнь стала уходить из его тела и Гней так и не добился ответов на свои вопросы. Пришлось содрать с убийцы залитый кровью кожаный костюм какого-то особого кроя и забрать с собой, чтобы навести справки.
Разговор с ярлом больше напоминал уговоры перепуганного младенца, чем допрос. Ярла колотило, как в лихорадке, а его мысли путались. Впрочем, он всё же смог рассказать многое о загадочной организации наёмных убийц. Слухи о «Тёмном братстве» ходили и в Сиродиле, но прямо с их исполнителем я столкнулся впервые.
Утром в Солитюд отправился Септимий Фол с депешей генералу Туллию, в которой говорилось о покушении головореза Тёмного братства на ярла Фолкрита. Ответ прибыл через неделю, вместе с легатом Цезеннием, который лично допросил ярла, осмотрел место покушения, затем тщательно изучил костюм убийцы.
Закончив свою работу, он собрал центурионов и устроил совет:
— В Сиродиле мы вычистили эту порочную секту, - начал он собрание. - Однако, на дальних рубежах нашей Империи, которая переживает сейчас очень сложное время, сохранились отдельные группы, исповедующие поклонение Ситису и ведьме, которую они зовут Мать Ночи. Я передал всю вашу информацию в орден Пенитус Окулятус, но не уверен, что её достаточно для уничтожения местной группы.
— Нужно узнать у ярла, откуда он получил информацию о покушении, - предложил толковую идею примас третьей центурии.
— Хорошая мысль, - отозвался легат. - Так же имеет смысл узнать, кто и где мог проводить Тёмное таинство в последнее время.
— Я знаю по крайней мере два случая, - отозвался я. - Мальчишка Аретино в Виндхельме и Мавен в Рифтене. Правда, Аретино желает смерти старухе, которая содержит приют в Рифтене, и всё безрезультатно, вероятно, потому что у него денег нет. Про Мавен ничего не могу сказать.
— Откуда эта информация, примипил? - спросил Легат, и я пожал плечами:
— У меня в Рифтене есть соглядатай, который передаёт мне все интересные новости.
— Значит, все дороги ведут в Рифтен?
— Я этого не говорил. Вы спросили о Тёмном таинстве, а не о логове Ситисопоклонников. Что касается логова, то одно есть в окрестностях Данстара, ближе к берегу моря. О нём прекрасно знают местные жители. Однако, дверь в него запечатана на магический замок, требующий знание определённой речевой формулы. Кроме того, в него никто не входил и из него никто не выходил по крайней мере на памяти местных стариков, так что в наших изысканиях оно вряд-ли будет полезным.
— Тем не менее, я уведомлю Пенитус Окулятус об этом убежище. Пусть уничтожат его. Первой когорте поручается патрулирование и надзор на территории холда Фолкрит. Вы должны обеспечить безопасность ярла и основных торговых путей, в особенности дороги на Бруму. Найти и уничтожить все оставшиеся лагеря разбойников.


Ассасин Темного Братства затупил, и попер дуром на ярла, в присутствии легионеров. Словно это был не ассасин, который думает головой, а попаданец, который к ним устроился. не имея мозгов.

И тут автор пролюбил уровень осведомленности своего главного героя. Потому что сам Прыщ, от первого лица, не узнал ассасина ТБ, и вообще про ТБ явно не знал. А теперь он бодро рассказывает, что за черной дверью возле Данстара, находится их логово ( хотя в игре местные рассказывают только то, что они от этой двери держатся подальше).

На этом основная часть собрания была закончена, но легат захотел перед отъездом обратно в Солитьюд, поговорить со мной с глазу на глаз.
— Я получил хороший отзыв о вашей работе от легата Адмана из Маркарта. Не знаю, насколько он честен в своих высказываниях, тем не менее, хочу предложить вам одно особое дело. Нам необходимо приструнить этих сектантов, иначе, чего доброго, они замахнутся и на самого императора.
— Линейная пехота плохо подходит для таких операций, - возразил я. - Пенитус Окулятус более искушён в тайных операциях.
— Это не официальный приказ для вашей когорты. Это личное предложение. Если справитесь, я предложу вашу кандидатуру на должность военного трибуна. Это хорошее продвижение, особенно с учётом вашего происхождения.
Я сразу сообразил, что на моё место метит Корнелий - центурион пятой когорты - который долго копал под покойного Квинтилия и потерпел в своих интригах сокрушительное поражение, когда Туллий продвинул в примипилы меня. Сейчас, после Маркартских событий, сбросить меня с должности непросто, зато можно продвинуть на какую-нибудь бестолковую должность, вроде военного трибуна, а самому получить прямую дорогу в патриции. С учётом того, что все места военных трибунов сейчас заняты аж целыми легатами, я оказываюсь как пятое колесо в телеге. Впрочем, мы ещё посмотрим кто кого. Военный трибун - это всё же заметная шишка даже в Сиродиле, а уж здесь, в этих дебрях - тем более. Пришлось изобразить на лице удивление, приправленное восторгом и восхищением.
— Вот и отлично, - кивнул легат и противно улыбнулся. - Задание состоит в следующем: вам нужно совершить тёмное таинство, а потом, через отправленного к вам глашатая тёмного братства, выйти на местную организацию. Я много интересовался этими убийцами. Формально они поклоняются Ситису, но фактически Первый Брат никак не проявляет себя в их деяниях. Вся их структура повязана на одной ведьме, которую они зовут Мать Ночи. Скорее всего она альтмерка или данмерка, так как корни этой секты уходят в глубину веков и возраст этой ведьмы сейчас уже должен быть под тысячу лет. Если ты сможешь прикончить эту тварь, всей секте конец.
Конечно, пришлось кивать и внимательно слушать каждое его слово, хотя после слов о примипиле имперского легиона, совершающем тёмное таинство, мне стало ужасно смешно.
— Всё понятно? - спросил легат.
— Так точно! - чётко ответил я и добавил: - Слава императору!


Окей, тут значит намечается охота на ТБ, но я тоже не понимаю, что тогда делает Пенитус Окулатус, тыквы катают?

Глава пятая, коллеги Прыща ( по опасному бизнесу), накидывают идей.
— А если сделать проще… - задумчиво сказал Гней. – Если правда грохнуть эту хозяйку приюта и отчитаться пацану о выполненной работе? Убийцам наверняка будет неприятно, что кто-то работает под их именем. Может тогда они и проявят себя?
— Отличный план! – я развёл руками. - Центурион Имперского Легиона убил старуху! Я лучшего плана ещё ни разу в жизни не встречал! Ты думай, что говоришь…
— На самом деле, мысль интересная, - поддержал Гнея Аппий. – Можно в этом направлении продумать и спланировать что-то удачное. Не обязательно хвататься за Аретино, но найти способ как-то подгадить убийцам, чтобы у них появилась личная заинтересованность, это хорошая идея. Потому что таинство - точно не вариант. Привлечёт внимание ещё во время сбора необходимых ингредиентов.
— Маркус, помню, ты говорил, что ещё кто-то вызывал убийцу, - вспомнил Гней.
— Мавен, которая села на стул ярла в Рифтене.
— Эта воровка теперь ярл? – удивился Аппий. - Вот это поворот! Её саму имеет смысл извести.
Я задумался. Потом высказал свою точку зрения:
— Мавен? Это хорошая мысль. Конечно, преступления семьи Чёрный Верск давно стали притчей, другое дело, что привлечь их к ответственности никто даже не пытался, потому что были дела поважнее. И сейчас ещё проблема драконов, периодически нападающих на обозы и поселения, не решена, и отнимает большие людские ресурсы…
— Эй, Аппий… - прошептал Гней и я осёкся на полуслове. – Мне кажется, или Маркус уже тренируется на роль военного трибуна?
— Точно, – кивнул головой опцион. – Раньше он так складно не проповедовал.
— Молчите, идиоты, - разозлился я. – Короче, у меня есть план...

В Рифтен я выехал со своими товарищами, оставив за командира Септимия Фола. Этот фанатик, когда я развязал ему руки, принялся гонять разбойников с таким остервенением, что по моим подсчётам, ему могло понадобиться не больше пары недель, чтобы вырезать всю преступность в холде под корень. Охрана ярла была усилена беспрецендентно, регулярные патрули следили за дорогами и стоянками. Были выделены даже специальные наблюдатели, которые отмечали появление драконов и вовремя предупреждали жителей об опасности.
По пути обсудили предстоящую операцию:
— Мне и Гнею, как основным исполнителям, в город въезжать нельзя. Мы установим пункт наблюдения на ближайших скалах и постараемся получить необходимую нам информацию. Нужно постараться уложиться максимум в три дня. Второе. Нам нужен человек со стороны. Не очень умный, но очень, очень жадный, короче, классический «мешок». При этом он должен уметь хорошо стрелять из лука и хоть как-то взламывать замки. Аппий, твоя задача, найти такого человека в Рифтене. Мне придётся раскошелиться, но оно того стоит.
— На какую сумму рассчитывать? - спросил Аппий.
— От пяти до десяти тысяч, - ответил я и опцион присвистнул:
— Жирно! Может сами справимся?
— Во-первых, риск слишком велик, а во-вторых, не жадничай. На кону наша с вами карьера. Эти деньги вернутся к нам сторицей, если всё получится. Ну, раз тебя сумма впечатлила, значит нанять на неё «мешка» не составит труда. Всё же сразу на полную сумму не соглашайся, торгуйся до последнего септима. Деньги, полученные без борьбы, не дают удовлетворения. Обязательно договорись, что сразу «мешок» получает только треть, а две трети - после выполнения нашего задания. В Рифтен пешком не ходи, лучше одолжить где-то на берегу лодку и добраться до города по озеру. Старайся взять лодку в отсутствии хозяина, на месте лодки оставь мешочек с деньгами для компенсации. Когда найдёшь нужного человека, возвращайся тем же путём. Основную часть операции спланируем на тирдас следующей недели... Кстати, Гней, ты тот кожаный костюмчик захватил?
— Конечно! - отозвался тессерарий. - А ещё отмыл и починил. А то мы его здорово подпортили.
— Молодец! Значит пока всё идёт по плану.
— Там впереди форт Гринвол, - напомнил Аппий. - Он занят третьей центурией пятой когорты. - Нам лучше объехать слева.


В общем решили сыграть против Мавен, тем самым снова автор подыгрывает читателям, которые не любят емейку Черный Вереск. И на этом приеме я хочу остановиться особо.
Нет ничего плохого в том, что писатели пишут фики, где побеждают злодеев, которых в каноне тронуть никак не получалось.Жажда справедливостм, перспективный сюжет и его развитие - нет объективных причин этому сопротивляться.
Проблема тут в другом, что бывает так, что автор прописывает эти столкновения страшно неумело или неловко. отчего возникает чувство, что это не любительская литература, а геймер сводит счеты с игрой.
(У меня на очереди обзор фика, где попадун с детьми счеты сводил, от большого ума и нравственности.)

Между тем Прыщ и его команда проникают в Рифтен ( зачем тайно, если можно было через ворота, не светя доспехами?), чтобы подкинуть Мавен компромат, и устроить провокацию.Они проникают в поместье.
Первый свиток истратил на вход в поместье, запертый на какой-то жуткий замок. Сразу прикрыл пыльные окна деревянными ставнями, разжёг фонарь и принялся шарить по пустому дому. В подвале наткнулся на запертую дверь, из-за которой отчётливо несло тухлятиной. Я поковырялся в замке и понял, что с моими навыками его не вскрыть. Пришлось тратить второй свиток. За дверью была маленькая комнатушка, в которой я обнаружил именно то, что искал - следы тёмного таинства. Скелет, круг из свечных огарков, кинжал, книга, засохший цветок паслёна и гнилые куски какого-то трупа. Рядом валялась короткая записка. Я поднял её и прочёл. Это была замечательная записка! Написанная Мавен жалоба на неудачу убийцы тёмного братства. Собственноручно написанный приговор. Такой приговор, после которого одна дорога - на плаху. Имя жертвы указано не было, но кто мешает его дописать? Например имя Сиддгейра, ярла Фолкрита? Впрочем, и без этого обвиненний против семьи Чёрный Вереск было более чем достаточно. Теперь Мавен у меня в кулаке и не вырвется.
Записку я взял с собой и выбрался из поместья. Чтобы дверь не открылась от ветра или сама по себе, засунул в щель небольшую щепочку и вдавил её ногой, потом мигнул своим фонарём в сторону стены. Ответа не последовало. Я прислушался и различил шорох шагов. Какая-то фигура в тёмном капюшоне скользнула в старый склеп, раздался шум отодвигаемой каменной плиты, затем всё стихло. Мне посигналил Гней и через несколько мгновений я уже забрался к нему на стену.

Через два дня к нам вернулся Аппий:
— Я нашёл «мешка». Отлично стреляет, жадный до умопомрачения, тупой как пробка.
— Отлично! - обрадовался я.
— Это ещё не всё. Он из гильдии воров!
— Ух ты! Двойной приз! И кто же он?
— Некто Нируин.
— Мер?!
— Босмер.
— Ну просто слов нет! - я даже стал побаиваться такой удачи. - Полный набор!
— Сошлись на семи тысячах. Я ещё пообещал премию в две тысячи, если всё пройдёт гладко... А у вас что?
— Всё отлично. Побывали в городе, теперь наблюдаем за его жизнью... В общем, слушай и запоминай, потому что ты должен передать мои слова Нируину точно, без ошибок. Каждый день, вечером, перед заходом солнца, ярл Мавен Чёрный Вереск выходит на верхнюю веранду крепости, чтобы осмотреть свои владения. Нируин должен обрядиться в костюм тёмного братства и с балкона поместья Чёрный Вереск застрелить её из лука. Зачем это нужно? Дело в том, что у Мавен был контракт с братством и контракт был не выполнен. Поэтому Мавен хочет наказать тёмное братство и подпортить репутацию этим головорезам. Вечером в этот тирдас на веранду выйдет не она, а служанка, одетая в одежду Мавен. Для чего это нужно и как это организовать, нас не касается. Этот вопрос Мавен решит сама. Нируин у всех на виду убивает служанку и убегает. Ему ничего не грозит, так как все пути к отступлению уже продуманы. Сначала он укрывается в поместье Мавен в подвале. Если что-то пойдёт не так, если кто-то по ошибке запрёт дверь, у него с собой будет свиток разбивателя замков. Вот этот свиток, передай его Нируину. В подвале его никто не найдёт, так что о своей безопасности он может не волноваться. В результате его работы Тёмное братство будет скомпрометировано, Мавен довольна, а Нируин богат. Всё запомнил?
— Не дурнее двемерского паука, - кивнул Аппий. - Ну, я отправляюсь.
— Скажи ему, что задание конфиденциальное, что ему лучше не трепаться, потому что Мавен будет очень недовольна, если правда вылезет наружу! А что бывает с теми, кто гневит Мавен, этот босмер должен знать не хуже нас.
— Ему нет резона трепаться, - сказал Аппий. - Он сам просил меня держать его участие в секрете, потому что если о его контракте узнают, попрут из гильдии. Ну, я отправляюсь?
— Да. Удачи там!


Собственно такой вот план. Не самый глупый, но с оговорками - Прыщ не все карты раскрывает. Но это мы увидим позже.

Прежде чем обзор закончить, желаю заметить, что фик имеет волнообразную структуру. То он ровный, плавный и местами даже скучный, то вдруг начинает выносить нахрен, убойными дозами дурости, ляпов и мразотности главного героя

На этом все.

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 18 комментариев

Онлайн
Хальве!

Патриотизм иногда странным образом сочетается с идиотизмом. Я сам видел. как люди негодовали, что маститые американские режиссеры с мировыми именами, все время снимают про своих солдат, во Второй Мировой, обходя стороной Восточный фронт. Ну извините, а с чего американцам воспевать чужих героев? Своих героев должны воспевать мы, и то что у нас на этом поприще затык - проблема точно не американцев.

Продолжаю обозревать фанфик Из пыли, и вторая глава.

Утром вызвали к легату Рикке. Пошёл без особого удовольствия, потому что от этой вздорной бабы не ждал ничего толкового.
— Слушай, куда там хотят попасть местные после смерти? - спросил я у проходящего мимо легионера. - Тот пожал плечами, но у меня за спиной раздался голос вексиллария:
— В Совнгард. Вроде как они там целую вечность будут напиваться своим мёдом и рубить друг друга в капусту.
Показать полностью
Показать 19 комментариев

Онлайн
Хальве!

Сегодня день защиты детей, поэтому напоминаю всем - давайте защищать детей от некачественного или аморального контента. Нет, это не значит что их надо спрятать в бункере, это значит что с ними надо держать контакт, дабы знать, чем они увлекаются, и почему.

А я между тем начинаю обзор очередного ужасного фика. И тут его мерзость не сразу видна, плюс еще и я пристрастен - уж извините.
Сей фик был удален с фикбука ( автор снес), но на прозе он есть ( спасибо коллеге, кому именно - не скажу, это секретная информация). Зовется фик Из пыли, и главным героем является вояка из имперского Легиона, не рядовой. Казалось бы, в плане фракций и взглядов, я за Империю, а не за ББ - но этот персонаж отталкивает. От такого и к Братьям Бури пойдешь, и Талмор смотрится честнее ( они хоть сразу говорят, что фашисты).

Но ладно, я приступаю. Первая глава.
Первая когорта развернулась для атаки города. Над головами легионеров с рёвом и клёкотом, оставляя за собой чёрные дымные хвосты, пролетели ядра, выпущенные с катапульт. Где-то за спиной, едва слышно, раздался крик генерала:
— Легион! В атаку!
— Первая когорта! В атаку! — подхватил его крик наш центурион.
Вексилларии подняли штандарты, и когорты стали по одной выступать в сторону длинного моста, за которым уже пылали ворота города. Вновь и вновь над головами проносились огненные снаряды, и казалось, что там, где они падают, невозможно выжить. Но дикари не сдавались. Едва наша когорта втянулась на каменный мост, на стенах показались их лучники.
— Тестудо! — заорал центурион и примкнул к строю слева.
Его голос заглушил грохот смыкаемых щитов - легионеры первой когорты прекрасно знали, что делать и не нуждались в понуканиях. По щитам забарабанили стрелы, но когорта продолжала медленно продвигаться к пылающим воротам.
— У них маги! — раздался за спиной чей-то крик и меня тут же швырнуло на промёрзшие камни моста ослепляющей волной боли.
— Цепная! — заорал центурион. — Рассредоточиться!
Сквозь пелену боли я видел, как легионеры бросились в стороны, за массивные контрфорсы моста. Вновь небо прочертили огненные линии, засвистели стрелы, но это уже была чужая битва. Сознание таяло, как снег на моём кулаке, которым я сжимал свой гладиус.

В себя пришёл уже в лагере. Из разговоров раненых понял, что атака захлебнулась. Генерал недооценил дикарей. Вернее, он рассчитал правильно, они не признавали магию, но один маг у них всё же нашёлся. И я даже знал, кто это.
— Очухался? — раздался рядом голос хирурга. — На, выпей.
Я проглотил содержимое бутылки, горькое, как полынь. По телу разлилось приятное тепло, боль в мышцах, сведённых судорогой после электрического разряда, стала гаснуть, и вскоре я смог встать на ноги.
— Куда ты? У тебя ожог на плече, — сказал хирург.
— Мне нужно поговорить с центурионом, — глухо ответил я и пошёл к Квинтилию. Тот сидел на походной кровати и пытался хоть как-то восстановить обожженный гребень на шлеме.
— Маркус? — недовольно поднял он глаза. — Что нужно?
— Я знаю этого мага, — ответил я. — Это Вунферт Неживой. В Виндхельме больше нет магов, которые могли бы пускать такие молнии.
— Мне что, в пляс пуститься? — поморщился центурион. — Какой мне толк от того, что я знаю имя этого дикаря?
— Молния попала в меня, — ответил я. — Но я жив. А трёх легионеров рядом со мной уложило наповал.
— Ну и что? — спросил Квинтилий, но уже явно заинтересовано.
— Я был в этом городе до вступления в Имперский Легион. У них всего один маг. Устроить нам магический барьер некому, они могут только пошвырять в нас молнии. А здесь, на болотах, есть древний камень, который дарует защиту от магии. Дай мне полсотни легионеров, которые будут избраны этим камнем, и мы захватим ворота.
— Я пойду к генералу Туллию... — Квинтилий встал и отбросил полог палатки. - Ты идёшь со мной. Если камень выберет меня, я поведу отряд на штурм ворот.


В общем легионеры осаждают город Виндхельм, столицу холда Истмар, город Ульфрика Буревестника, и им мешает маг, Вунферт Неживой. И чтобы его магия не мешала, замыслил наш гг отправить солдат к камню Атронаха, который как и в игре, должен даровать защиту от магии.
Окей, положим этот менгир действительно работает, не поспорю. Но кое-что меня напрягает...
Пришлось повторять всю историю от начала до конца уже генералу. Тот долго слушал, делал пометки на рулоне бумаги угольком, потом вытер грязные пальцы о стоящую рядом легата Рикке и сказал:
— Я разрешаю. Отряд поведёт Квинтилий Спун. Сейчас вся первая когорта идёт к камню и пробует себя. Все, кого выберет камень, войдут в отряд, который будет штурмовать ворота. Сколько нужно времени, чтобы добраться до камня?
— Сутки туда, сутки обратно, - ответил я. - Это за Скелетным Гребнем, на болотах. По другую сторону от Парового лагеря великанов.
— Сколько требуется времени, чтобы узнать, выбрал камень бойца или нет?
— Нужно подойти и коснуться камня. Если камень выбирает тебя, он начинает светиться и выбрасывает луч света в небо. Потом ему несколько минут нужно остывать.
— Сколько в первой когорте осталось легионеров? - генерал повернулся к Квинтилию.
— Семьдесят девять было перед атакой, семерых потеряли на мосту, четырнадцать до сих пор в лазарете. В строю остались пятьдесят восемь.
— И это первая когорта! - побагровел Туллий. - Пятьдесят восемь легионеров из восьми сотен! Даже одну центурию не соберёшь! Отправляйтесь немедленно. Даю трое суток.

Лагерь у камня Атронаха разбивать не стали. Только сварили на костре похлёбку для полусотни бойцов, да постелили походные одеяла на тёплые камни. Некоторые сразу полезли в воду, чтобы отогреть закоченевшие ноги. Я подвёл Квинтилия к постаменту и ткнул камень ладонью. В круглом отверстии засверкали призрачные разряды, потом в небо со свистом ударил тонкий луч.
— Вот так, - сказал я. - Можешь сам попробовать.
Квинтилий дождался, пока камень остынет и осторожно коснулся его поверхности. Камень его принял. Значит он всё же поведёт отряд на штурм. Видимо, моё огорчение отразилось на лице, потому что центурион криво ухмыльнулся и процедил сквозь зубы:
— Что, не удалось меня подвинуть? Знай своё место, легионер!
Он гордо забрался на камень, расправил плечи, как скальный наездник крылья, и заорал так же визгливо, как скальный наездник:
— Пе-е-ерррвая когорта! К камню атронаха! В шеренгу по одному! Стррро-ойсь!
Легионеры побросали свои дела и быстро построились. Центурион повернулся ко мне:
— А ты чего раскорячился?! Быстро в строй!
Проклиная этого болвана Квинтилия, генерала Туллия и этот дурацкий камень, я встал в хвост шеренги.
Камень выбрал чуть больше двух десятков легионеров.


Ну хоть камень его не выбрал, и вообще не всем дарит благословление.Кстати, почему автор пишет, что камень на болотах? Камень стоит окруженный горчими озерами, которые питаются из геотермальных источников.

Дальш идет батальная сцена, и я не к месту вспоминаю разбор фильма Адмирал, где рассказывали про Колчака, и как он награды получал. А может и к месту...
Утром отряд построился у моста и после нового обстрела из катапульт, пошёл по мосту к воротам. Я встал во втором ряду, крайним слева. Проверил щит, пилумы, подвигал гладиус в ножнах, проверил подвязки у шлема.
— Сомкнуть щиты! - заорал Квинтилий. - Шагом марш!
Дикари на стенах откровенно потешались над нашим маленьким отрядом. Показывали голые зады, выкрикивали остроты, достойные прокажённого из канализаций Имперского города. Среди них я заметил и знакомую фигуру в чёрном балахоне - Вунферта Неживого.
— Ничего... - процедил я сквозь зубы. - Сегодня ты станешь неживым. Совсем мёртвым...
Вунферт поднял руки и гомон на стенах прекратился. Он ждал, когда отряд подойдёт на расстояние цепной молнии. Это расстояние знал и я сам. Когда мы пересекли черту, я, подражая голосу Квинтилия, визгливо заорал:
— Тестудо!!!
Легионеры машинально подняли щиты, когда сверху ударила молния Вунферта. Это был триумф. Крайний справа в первом ряду лишь покачнулся, но даже не упал. Ошеломлённый центурион метнул в мою сторону взгляд, полный ненависти, встал в первую шеренгу и крикнул:
— Держать строй!
Ударили ещё две молнии, потом прилетел громадный огненный шар, который взорвался над щитами, не причинив никому вреда. Дикари на стенах заволновались и по щитам снова застучали стрелы.
— Первая когорта! Вперёд! - скомандовал Квинтилий, и «черепаха» медленно поползла к воротам. - Держать строй!
Теперь на нас обрушился настоящий град из стрел и заклинаний. Меня то пробивал озноб, то по коже пробегали мурашки от близкого удара молнией, но я всё же шагал вместе со своими товарищами. Опустив глаза, переставлял ноги. Вперёд, вперёд. Внезапно я обратил внимание, что у идущего впереди меня центуриона развязались ремешки на калигах и волочатся по камням. План созрел мгновенно. На следующем шаге я аккуратно наступил на кончик ремешка. Квинтилий с лязгом распластался на камнях, а в следующее мгновение его спину густо утыкали стрелами.
— Держать строй! - заорал я. - Вперёд! Не останавливаться!
От ворот уж осталась груда дымящихся головёшек и искорёженных железных листов, поэтому наш отряд беспрепятственно ворвался в город. Возле таверны дикари соорудили несколько ежей, однако они были нам не интересны. Главное - лучники на стенах. Главное - придворный маг. На Вунферта кинулись двое и тут же получили разряд прямо в грудь, отлетели к стене и остались там лежать, судорожно глотая воздух. Сам Вунферт был поражён не меньше, поэтому, когда я бросился к нему со своим гладиусом, смог лишь удивлённо сказать:
— Но почему?...
Это были его последние слова. Стена была взята, по мосту уже бежали наши солдаты, закреплялись в привратных помещениях, устанавали деревянные ежи. На площади перед таверной накапливались легионеры для штурма дворца и зачистки города от дикарей.
Меня неожиданно вызвал Генерал Туллий.
— Центурион первой когорты погиб в бою, - сказал он и протянул мне шлем Квинтилия. - Теперь ты центурион первой когорты. Носи это звание с честью. А сейчас, готовь своих солдат к штурму дворца. Мне нужна голова этого проклятого Ульфрика!
— Мой генерал! - я склонил голову в почтительном поклоне. - Это честь для меня. Я сделаю всё, чтобы оправдать доверие! Но сейчас я должен предупредить вас, что Ульфрик владеет туумом. С ним будет очень нелегко справиться.
— Это трусость, или у тебя есть план?
— У меня есть план. Я тоже владею этой силой, поэтому я должен войти в его зал первым. Когда Ульфрик воспользуется криком, ему нужно будет время, чтобы сила восстановилась. В это время успею прокричать я. После моего крика, в его покои ворвётесь вы и первая когорта. Ульфрик будет у ваших ног.
— Что ты прокричишь? - спросил генерал и я чуть не сказал: «Фус!», но вовремя осёкся. Так и не подобрав толкового объяснения, сказал:
— Вы не перепутаете.


Так вот значит как мы зарабатываем ордена, признание и звания. Через убийство однополчанина, да еще и в ходе боевых действий. Это великая подлость, и не менее великая тупость с наглостью. Потому что велик риск, что кто-то что-то видел, и тогда за это ждет армейский трибунал. Учитывая что он покамест для Туллия не представляет ценности, как Довакин ( а генерал при всем пренебрежении к культуре нордов, явно понимает, какой это весомый аргумент - живая легенда в его армии), можно было загреметь.

Но этого не будет. Они идут во дворец.
Крик Ульфрика был так силён, что меня впечатало в стенку и завалило яствами со стола. Серебряная тарелка, подхваченная его туумом, воткнулась в щель между камнями на добрый вершок. Всё же мне хватило сил подняться. Я поскользнулся на куске жаренного лосося, снова распластался на полу и снова вскочил:
— Фус! Ро! Да!!!
Ульфрика и его телохранителей размазало по стене, одного дикаря убило тяжёлым стулом. В залу вбежали Туллий и остатки первой когорты.
— Ульфрик Буревестник! - начал свою речь Туллий. - Ты...
Дальше я не слушал. Силы были на исходе. Я подобрал с пола кусок конины, смахнул с него грязь, сел на лавку и принялся медленно жевать.
— Маркус! - я не сразу понял, что генерал зовёт меня. - Центурион Первой Когорты!
— Пусть меня убьёт Довакин. - попросил Ульфрик.
— Что скажешь, Маркус? - спросил Туллий и я встал:
— Если прикажете.
Туллий с ненавистью посмотрел на Ульфрика и процедил:
— Даже если ваши нордские бредни про людей-драконов верны... Особенно, если они верны. Я не позволю делать из тебя героя. Ты умрёшь как предатель своего императора и своего народа.


И тут я понял, что меня бесит. Он и пары слов про нордов связать не может, чтобы не назвать их дикарями. Это при том, что норды - равноправные жители империи. молятся почти тем же богам ( в Тамриэле боги плюс-минус одинаковые, только названия местами разнятся, где-то чтут одних богов сильнее других, ну и местами даэдра поклоняются), находятся на том же самом уровне развития, и вообще, это с них заселение материка пошло в том числе.

Да. нордский культ предков, их религия о посмертии в Совнгарде и некоторые другие особенности, нетипичны для имперцев из Сиродила, которые копиркины Рима. Но это не повод считать их дикарями. Легион в Скайриме вообще-то не дикарей вырезать прибыл, а гасить очаг сепаратизма.

Собственно что интересно, Империя и имперцы ( сиродильцы, как нация) разработчиками из студии Бетезда, создавались как основоположники мультикультуризма, который так мил современному человеку - в пику режимам и государствам с национализмом, расизмом и ксенофобией. Тем самым Империя выходит более развитым, и человечным государством - при том, что для настоящих государств средних веков, больше была характерна ксенофобия (это просто как этап развития социума в истории). А тут значит нарисовался кадр, по заветам австрийского художника, всех в унтерменши записать, себя к белой кости приписав.

Как там его зовут. Маркус? Отныне на все обзорное время, он Прыщ. Думает он пуп Земли - а он прыщ.

Короче, глава закончена, и мой обзор тоже. Приглашаю, будем изучать этого который счел себя близким этих, веселых, не хмурых https://www.youtube.com/watch?v=0rr_OQJRpOM

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 25

Онлайн
Хальве!

Продолжаю обозревать фик Время придет, и плавно подходим к концу.

Глава12, СУН едет в Морфал. Едет странно - сама в телеге, и лошадь к телеге привязала.
Они ехали уже несколько часов, передвигаясь неспешно, но достаточно быстро, чтобы поспеть к Морфалу до того, как зайдет солнце. За все это время девушка смогла лишь немного подремать и сейчас решила, что отсутствие в желудке еды ей уж точно не поможет. Поэтому она достала из котомки остатки запасов и, разделив их на две равные части, скудно поужинала вяленым мясом и куском черствого хлеба. Остальное она завернула в мягкую ткань и спрятала обратно, на случай, если сегодня не удастся запастись едой.

Ее лошадь Арут, привязанная к телеге веревкой, спокойно шагала рядом с ней, изредка спотыкаясь о неровности дороги. Недавно они останавливались возле встретившегося родника, чтобы напоить лошадей, и потому Арут была бодрой и спокойной. Довакин протянула к ней руку и потрепала по шелковистому загривку, и лошадь подалась вперед, отвечая на ласку.
- Скоро приедем, - прошептала она тихо, не желая злить ворчливого возницу. Но видимо, слух того оказался лучше, чем она ожидала.
- Что тебе неймется-то, а? Сказали тебе - доедем до захода, значит, доедем. Вон уже, вдалеке огоньки виднеются, а ты все ноешь и ноешь, - пробрюзжал он, - Тьфу ты, чтоб вас, нытиков, даэдра побрали...
- Извините, - кротко сказала Ева, не желая слушать продолжения тирады возничего. Того, видимо, ее тон устроил, и он, взмахнув кнутом, прикрикнул на старую лошадь. Та пошла немногим быстрее первого, вынуждая Арут также ускорить шаг. Тихо вздохнув, девушка откинулась на деревянную спинку повозки и стала глядеть в уже начинавшее окрашиваться в красный цвет небо.


Честно говоря.я не смог понять логики этого поступка. Не написано что от езды верхом она потом весь день в себя придти не может. Не написано и того, что верхом ездить не умеет ( к Высокому Хротгару же ездила).
В Скайриме есть дороги, на дорогах есть указатели, а Морфал - это столица владения Хьялмарк, его не пропустишь. Единственная причина ехать на телеге - это в игре, когда ты в городе еще не был, а мгновенно переместиться в него хочется. Тогда да, повозка тебе в помощь.

Пока ехали, напал медведь. СУН не сумела его убить фаерболом, и он почти сожрал ее. Но возница спас, убил мишку.
Над Евой стоял мокрый от волнения возница. Молча,без вопросов он помог девушке столкнуть с себя тяжелую тушу и протянул руку. Драконорожденная встала с пыльной земли и, кое-как отряхнувшись, неловко посмотрела на старика. Тот не соизволил поднять глаза в ответ.
- Спасибо за помощь. Вы спасли мне жизнь.
- Жизнь за жизнь, - кратко ответил он, - не обольщайся.
- Но ведь вы могли воспользоваться моментом, пока медведь был отвлечен, и сбежать, - возразила принцесса, - а вы остались и спасли меня от смерти.
- Я норд, - твердо сказал он, расcтавляя тем самым все точки над i. Но потом, чуть смягчившись в лице, добавил:
- Надо быть внимательней. Все существа Скайрима - хитрые. Не доверяй глазам, они могут подвести.
- А вы часто имели дело с этими существами?

Старик смерил ее холодным взглядом, будто укоряя за что-то. Ева вздохнула и уже приготовилась пойти пешком, однако когда возница заговорил, мысленно возблагодарила Акатоша.
- В юности я был тем еще искателем приключений. Но с годами приходит мудрость, и я научился ценить свою жизнь, которую в любой момент может оборвать что угодно - болезнь, неудачно упавший камень, предсказание или, - старик усмехнулся, - вот такой медведь. У этих зверей повадки особенные, с ними нельзя вести себя вызывающе и резко. Поняла меня, девочка? И с огнем таким поменьше играй в их присутствии - они его боятся, и это еще больше их злит. А теперь садись в повозку, сейчас двинемся.
- Я поняла. Спасибо вам еще раз.


Простите, вы тоже ощущаете эту фальшь, в моменте когда он заявляет, что он не бросит в беде, потому что норд? Это так же нелепо, как сказать " я помогаю потому что русский/француз/советский человек/гражданин Соединенных Штатов Америки". Норды - они все разные, есть среди них и хорошие, и плохие, и серединка на половинку. Да, они ценят доблесть и честь - но среди них так же хватает и подлецов, и трусы есть, и вообще, заявлять что все представители некоего вида/некой расы/определенной национальности живут по одному шаблону, это великое упрощение. Это свойственно людям ( упрощение), но в данном случае выглядит лубочно, как американцы в ковбойских шляпах, русские в кокошниках с балалайками, и чубатые украинцы в шароварах.

А ведь потом возница ей нож подарил, еще и настойчиво впихивал. Пришлось ей согласиться.
Принцессе ничего не оставалось, как поблагодарить старика и убедить его взять хотя бы немного денег за такой ценный подарок. Когда она уже собиралась идти в таверну, уезжающий возница окликнул ее, и дождавшись, пока она повернется, негромко сказал:
- Да хранит тебя Талос.
Пораженная девушка лишь кивнула в ответ. Возничий еще мгновение сопровождал взглядом ее удаляющуюся фигуру, а затем прикрикнул на лошадь и та потащила повозку в обратную сторону.

Девушка тем временем думала о последней фразе старика. Талос - ее предок, основоположник ее семьи, обожествленный император. Но всю ее недолгую жизнь она смела обращаться к нему как к Одному из Девяти только в мыслях, ведь поклонение Талосу было запрещено Альдмерским Доминионом. Каково же было ее удивление теперь, когда она услышала из уст обычного возничего то, за что Талмор называет ересью и за что карает смертью. Неужели здесь, в Скайриме, существуют те, кто не боится власти эльфов? Если это так, значит, в этом мире не все потеряно.


А слона-то она и не приметила.
Это показатель ,насколько она... ненаблюдательна. Ведь вообще-то весь Скайрим на ушах как раз потому, что одни норды продолжают почитать Талоса, но тихо ( чтобы эльфы-фашисты не привлекли), а другие норды из-за этого решили отделиться от империи. В игре эта тема страшно популярна, и то. что для нордов Талос всегда будет богом -это очевидно. И тогда СУН выглядит неумной.

Но тут флэшбек.
Ева относилась к Талмору с настороженностью и неприязнью, чем, собственно, была обязана своему отцу. Король Вэйреста соблюдал положения и условия, продиктованные Талмором, но самих эльфов он никогда не любил, и этому были доказательства. Во-первых, он не держал высоких эльфов как в качестве приближённых советников, так и обычных слуг. К тому же, однажды Драконорожденная стала свидетельницей сцены, когда отец едва не убил в тронном зале человека, посмевшего спорить с ним о назначении на пост придворного волшебника представителя Талмора.
- Они приставят ко мне своего шпиона в мое личное пространство! - кричал тогда король, - Я не желаю видеть их в своем дворце! Достаточно того, что я позволил им жить в городе и они имеют титулы почетных граждан!
- Но Ваше Величество, подумайте..., - попытался возразить собеседник.
- Нет! Вон!

Эта сцена всплыла перед глазами и отозвалась в душе тоской. Девушке вдруг захотелось зарыться в шуршащий под ногами грязный снег, замерзнуть в нем и разбить все терзающие душу мысли о лед, в который превратится ее душа.
Но впереди долгий путь, ее жизненный, опасный путь, и она не может позволить себе сдаться. Не сейчас. Пока что ей еще не удалось разгадать тайну своего рождения и понять, как так получилось, что она стала сосудом для дара, которым в последний раз был отмечен ее предок, известный как Черный Император. Когда она добудет рог Юргена Призывателя Ветра, Седобородые все ей расскажут. Обязательно.


И снова прошлое героини не работает так ,как должно было. Она о талморцах знает только то, что папаня с них бесился. А этого слишком мало, чтобы понимать ее отношение к ним. Тут больше пригодились бы сноски на то, что она про них читала, или можно было бы накидать побольше диалогов, как она беседует с окружающими, а те, между делом, ругают эльфов, запретили мол гады Талосу поклоняться, еще и в по ночам хватают.

Доехала она до Морфала, поселилась в таверне " Верески", и что забавно, ноль описаний того, какая комната плохонькая. Зато потом, в едальне, она услышала, как посетитель жалуется:
- Где уже этот заказчик? Еще чуть-чуть, и я сам прикончу этого уродливого барда.
Драконорожденной показалось, что она ослышалась:
- Простите, что вы сказали? - обратилась она к мужчине.
Тот обернулся и сверкнул глазами из капюшона.
- Лучше бы тебе быстрее доесть и убираться отсюда. А то я, знаешь ли, люблю любопытных, - он прищурился, - на вкус.

Ева застыла с куском мяса в руке. На секунду ей показалось, что в районе рта ее собеседника блеснуло нечто, похожее на клыки недавно встреченного ею медведя. А потом она услышала звук, очень похожий на приглушенней рычание голодного волка. Резко вскочив, она схватила свою котомку и выбежала из таверны.

"Я думала, это легенды... Неужели помимо драконов существуют и оборотни?!"


Поразительный уровень познаний о мире. в котором живет. Вообще-то в Нирне не секрет, что есть оборотни, вервольфы, результат деятельности Хирсина, даэдрического Лорда охоты. И встречаются они относительно часто, и в отличии от драконов - не только в прошлом.

Глава 13.

Последнее, что она читала об оборотнях, врезалось в ее память так же отчетливо, как первый убитый ею дракон.
"В человечьем обличье практически неотличимы от обычных людей. Однако есть несколько незаметных на первый взгляд признаков, по которым можно вычислить оборотня в любом человеке:
1. В большинстве своем недружелюбны.
2. Мужские особи обладают низким, гортанным голосом, женские - грудным. Если прислушаетесь, обязательно услышите вибрации в словах.
3. В правом глазу каждого оборотня обязательно присутствует крапинка, имеющая вид молнии. Также, даже в человечьем облике в темноте глаза каждого оборотня едва светятся."

Тот тип совпадал практически по всем критериям. Единственное, что она не приметила - крапинки в глазу, однако там было так темно, что не представлялось возможности увидеть что-либо в деталях. Зато свечение девушка заметила определенно точно - оно было красноватым и зловещим.

Сейчас страх стал сходить на нет, но это не удивительно, ведь она была уже за несколько миль от Морфала и теперь верхом на Арут направлялась в сторону Устенгрева. Вокруг бушевала метель, бросаясь пригоршнями снега, а небо заволокло серыми тучами. Арут под наездницей брела по мерзлому полю, периодически спотыкаясь о неровности и ухабы. Но Ева не обращала внимания на тяжелую поступь лошади, от которой она едва ли не скачками удерживалась в седле. Ее мысли занимал оборотень.

Как так получилось, что она встретила человека-волка именно в Скайриме? Неужели искоренение благословения Хирсина распространялось только на Вэйрест? Девушка вспомнила ту ужасную историю, из-за которой ее относительно недавный предок, тогдашний король Вэйреста по имени Аарон Хлипкий, велел уничтожить всех жителей своего королевства, подозреваемых в обладании звериной сущностью. Дело было в том, что жених его старшей дочери и наследник престола оказался верфольфом. Все могло обойтись, если бы не беда, случившаяся в одну из таких ночей, когда сгущающаяся темнота сумерек кажется не просто природным явлением, а ловушкой, сетью; когда воздух будто пропитан множеством предсмертных криков и запахом еще не пролившейся крови. Та ночь получила название "Проклятая". Новоиспеченный жених и зять короля был новообращенным, а полнолуние выпало именно на Проклятую ночь, и, как говорят весьма туманные источники, она была ознаменована жестоким убийством старшей дочери короля Вэйреста. В любом случае, на следущее утро в покоях новобрачных обнаружили истерзанный труп несчастной, а опальный жених куда-то исчез. Обезумев от горя, Аарон Хлипкий повелел в тот же день избавить свое королевство от проклятия Хирсина.


Определение признаков оборотня очаровательны, а история интересна. Но рассуждения героини наивны, ибо Хирсин - даэдрический Лорд/Князь, он по сути бог, с ограниченным функционалом. Вы вытравите оборотней - он наделает новых. Более того, найдутся умники, которые сами у него попросят подарить звериную ипостась, так что ее мысли звучат странно.

Далее на нее (пока она едет) нападает дракон.
Внезапно она услышала голос, родившийся внутри нее:
- Не бойся... Слушай его дыхание... Почувствуй его слабое место... Он не убьет тебя, если ты не позволишь...
Мирмулнир.
Имя первого поверженного дракона придало ей сил.

Огненное дыхание дракона вырвалось из его пасти совершенно неожиданно. Оседлав ветер, оно устремилось в ее сторону. Однако ему не суждено было долететь.
Морозная стена, внезапно выросшая вокруг девушки, встретила столп огня и прогнулась под его ударом, как подушка под головой. Она разрушилась, но перед этим успела проглотить огонь дракона. А Ева не стала терять времени и вновь пустила в путь свою Безжалостную Силу, а за ним два огненных шара. Прежде чем ящер оправился от ударов, она юркнула в запримеченную ранее неглубокую пещерку у подножия той самой скалы, откуда вылетел дракон. Вслед ей покатился невидимый, но до ужаса мощный шар, родившийся из пасти раненого змея. Она не успела добежать до пещеры, как вдруг ураган подхватил ее и что было силы ударил об землю. В глазах потемнело, но Ева огромным усилием воли заставила себя подняться и, теряя последние запасы энергии, поковыляла в пещеру. Благодарение небесам, следующий драконий шар, на сей раз огненный, уже не настиг ее.
.....
Электрический шар нервно потрескивал в руке девушки, словно желая как можно быстрей ринуться в бой. Дракон спикировал вниз и теперь был настолько близко от пещеры, что Ева слышала, как шуршит его хвост, волочащийся по земле. Решающий момент через три... два... один... Накренившись вперед, Драконорожденная выгнулась, выкинула вперед руку, а затем что было силы крикнула. Сгусток электрической энергии, подхваченный ее Голосом, взмыл под своды пещеры, прошел сквозь камень, будто это было масло, и устремился к дракону. Миг, и раздался душераздирающий вопль, потрясший, казалось, сам Совнгард, дракон повалился всем телом прямо на скопление горячих источников. Его глаза потухли. А потом на землю вдруг спустилась гробовая тишина.

Если бы Ева видела, что произошло спустя несколько мгновений после того, как дракон мертвым покрыл песчаную сухую землю, она бы всё равно удивилась, несмотря не то, что это происходило с ней раньше. Она бы изумилась, глядя, как плоть летучего ящера медленно растворяется в воздухе, превращаясь в золотистое свечение, оставляя после себя поразительно гладкие белые массивные кости, и устремляется тихим потоком к ней, врождается в ее сердце, в душу. Да, она бы удивилась этому. Если бы была жива.


И на этом фик окончательно замерз, и теперь линейка обзоров тоже закончена. И думаю мы все извлекли из этой линейки урок ( я уж точно). Как минимум наглядно видно, как плохо, когда автор сюжет и мир не пишет, а пересказывает.Смотрится это не слишком приятно, фик для тех кто не в теме становится априори непонятен, но и знающая аудитория не может насладиться произведением.

И тут даже по триаде не разобрать, потому что смысл не проглядывается, сюжет и персонажи куцые, да еще и взяты из канона, то есть не авторскими стараниями созданы. Экшн и динамика только присутствуют, но и с ними проблемы. Та же динамика мечется, то все пролетает моментом, то события текут размеренно.

Хотя коллеги послали мне хорошую мысль - если плохой фик заброшен, то возможно автор осознал все минусы, и теперь пилит хороший, без старых ошибок. Хорошо бы.

И на этом все. Спасибо за внимание, жду ваших мнений.

П.С А фильм "Стиляги" все же прикольный https://www.youtube.com/watch?v=sD7JcIsfjGw

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 14 комментариев

Онлайн
Хальве!

Когда я слышу фразу что " город для людей, а не для собак", которой истерички обоих полов говорят, когда не хотят уживаться с владельцами зверей, то я предполагаю, что если им уступить. то потом город должен будет быть для людей, а не для велосипедов, для людей а не для стариков, не для детей - и потом, когда останутся только молодые и красивые. они устроят войну. на тему, какой же пол должен обладать городом. Учитесь договариваться, люди.

Продолжаю обозревать фик Время придет, глава десятая.
- Дова-что?
Ева была совершенно сбита с толку. Воин смотрел на нее почти с благоговением, как на божественное явление, а она просто не понимала, что происходит. Кости дракона, еще совсем недавно кружившего над Западной сторожевой башней, казались матовыми на фоне заката.
- Довакин, - повторил мужчина, - так называли раньше людей, в жилах которых текла кровь драконов...
- Так, так, стой! А я то тут причем?
- Тебе только что удалось поглотить душу дракона, - объяснил воин, - насколько я знаю, это так называется. Такой способностью обладает только человек с кровью дракона.
- Не может быть... Наверное, ты ошибаешься...скорее всего, это просто какая-то магия! Драконья магия, а ее ближайшей целью стала я! - взволнованно проговорила принцесса, убеждая в этом не столько других, сколько саму себя.

Но выражение лиц вокруг нее не изменились. Воины стояли раненые, покалеченные, измученные битвой, но в их глазах ясно читалось удивление и трепет, словно она стала Принцессой Даэдра.
- Как в древних легендах...
- Настоящая Драконорожденная...
- С силой ту'ума...
- Не может быть...
Было ощущение, что каждому присутсвовавшему надо было вставить свой комментарий. Девушка не выдержала.
- Да, не может этого быть! Это же ваши легенды, северные сказания! Какое отношение они имеют ко мне, если я не норжанка?!
- Мартин Септим тоже не был нордом, но он же был Драконорожденным, - возразил воин, первым назвавший ее Довакином.

Девушка застыла на полуслове. Упоминание о последнем императоре Тамриэля из династии Септимов, ее непосредственном предке, лавиной предсказаний и пророчеств обрушилось на принцессу. Прочитанные ею в детстве легенды и истории о прошлом ее семьи были ключом к этой загадке. Возможно ли это...? Могло ли случиться так, что именно она, Ева Сирим, стала сосудом для той самой силы, которыми обладали ее героические предки?
- Люди с кровью дракона имели также возможность получать вместе с душой дракона и его знания, - прервал ее размышления воин, - мне так дед рассказывал.
- Но ведь и Тайбер Септим был Драконорожденным, - вставил другой, - а я что-то не припомню, чтобы он убивал драконов.
- Да не было тогда никаких драконов, бестолочь! Они только сейчас появились, в первый раз за целую...вечность. В любом случае, Довакины могли красть души убитых ими драконов. И похоже, ты только что это сделала.

Еве было нечего возразить. Хоть она и не особо верила в то, что в ней течет кровь драконов, такую возможность нельзя исключать.
- Что ты думаешь, Айрилет? - спросил мужчина у данмерки. Та, видя, что девушка в растерянности, не стала подливать масла в огонь.
- Что стоять да попусту чушь молоть? Ярл ждет отчета. Все назад, в Вайтран!
Стражники послушались и замолчали, но любопытство с их лиц никуда не исчезло.
Принцесса благодарно кивнула эльфийке и побрела вслед за воинами, стараясь не слушать их тихие перепалки по поводу ее принадлежности к Драконорожденнным.


Знаете, это мой индивидуальныйсквик, и я его никому не навязываю - но меня до зубного скрежета бесит, когда Довакин оказывается потому Драконорожденный, что родня Септимам, а не потомучто этой силой его одарил Акатош, аэдра времени. В расширенном понимании, драконорожденные выполняют некие важные функции, и за этим боги наделяют их этой силой.В свое время нордов научили использовать драконьи Крики, при прямом содействии богини ветров Кинарет. А возможность быть дракнорожденным, Кричать и пожирать драконьи души - это уже дар Акатоша. И куда драматургичнее и интереснее выглядит, когда рандомный разумный, рандомной расы, оказывается божественным избранником, на великую миссию ( в данном случае это остановить драконов, и дать фитиля вернувшемуся Алдуину), а не когда это очередной представитель династии Септимов.

Уф, выговорился.

Солнце уже почти ушло за горизонт, когда они подходили к Драконьему Приделу. Девушка была измучена: ожог, оставленный на ноге драконом, давал о себе знать на каждом шагу. Улицы Вайтрана были уже не так пустынны, как когда они покидали город днем; иногда им навстречу мог выйти какой-нибудь бродяга и начать допытываться подробностей о бое с драконом, но к счастью, они попадались нечасто.
Когда девушка уже взошла на холм, над землей вдруг пронесся грохот. Невидимым вихрем он пролетел по всему городу и задел всех, кто попал в его зону. Ева чудом не поскользнулась, когда до ее ушей донеслись голоса, похожие на шелест ветра:
- DovahKiin!
Все застыли. Несколько мгновений тишина была почти осязаемой.
- Что это было? - заволновались воины.
- Все, парни, отправляйтесь по казармам, - велела Айрилет, тем самым пресекая лишние вопросы и ненужную панику,- вам нужно отдохнуть.
Никто не стал возражать. Каждый пошел в своем направлении - а Ева и Айрилет вошли во дворец ярла. Девушка даже не стала удивляться сему странному феномену, она надеялась узнать об этом у Фаренгара, ведь тот был в своем роде экспертом по драконам. Ох, какой тяжелый день...

Балгруф, похоже, никуда не уходил. Он сидел на троне и казалось, что он - натянутая до предела струна, готовая лопнуть в любой момент. Ярл нервно теребил свой кожаный пояс, губы были сжаты, прищуренные глаза смотрели в одну точку. Увидев данмерку и ее спутницу, мужчина буквально вскочил.
- Ну, что?! Вам удалось?!
Молчаливый кивок эльфийки заставил ярла облегченно вздохнуть. Возникло ощущение, что со вздохом из главного зала исчезла атмосфера тревожного ожидания. Балгруф обернулся к Еве.
- Спасибо тебе.
Девушка устало улыбнулась.
- Всегда рада помочь.
В главный зал потихоньку стекались обитатели дворца - слуги, стражники, члены семейства Балгруфа.

Ярл приосанился и приняв торжественное выражение лица, произнес:
- За неоценимую услугу я дарую тебе титул Тана и жалую личного хускарла. Понимаю, сейчас не самое лучшее время для церемоний, но все же. И поскольку я помню, что ты не носишь оружия, я даю тебе в награду золото и покои в моем дворце,- к ним подошел слуга и протянул ярлу увесистый кожаный кошель. Тот вручил его Еве.
- Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, - прошептал ярл незаметно для остальных. Она благодарно склонила голову.
- Спасибо тебе, мой ярл, однако я бы не справилась без Айрилет и ее доблестных воинов.
- Не волнуйся, об этом я позабочусь, - успокоил ее Балгруф, бросив взгляд на хускарла, - вам следует отдохнуть. Айрилет, с тобой мы поговорим позже.
Темная эльфийка вновь только кивнула. Похлопав по спине Еву, воительница покинула главный зал.
Ярл пошел вслед за ней, в свои покои. К принцессе подошла милая старушка в простом платье и предложила проводить ее в спальню, чтобы та могла отдохнуть и прийти в себя.
- Один момент, - попросила девушка, - ярл!
Балгруф обернулся на оклик и остановился. Ева догнала его.
- Понимаю, что сейчас этот вопрос некстати, - сказала она, - но мне нужно узнать о Драконорожденных. Чтобы хотя бы иметь представление, с чем я имею дело. Видишь ли, когда...
- Подожди, подожди! О ком, ты сказала, тебе нужно узнать?
- О Довакинах. После того, как дракон умер, случились нечто непонятное. Я не помню, что произошло, но один из воинов сказал мне, что я поглотила душу умершего дракона.
- Так это ты... - взгляд Балгруфа стал очень похож на взгляд того воина, - Значит, мне не показалось. Седобородые действительно призывали Довакина.
- Кто такие Седобородые?
Ярл, казалось, не услышал ее вопроса.
- Последний раз они призывали Тайбера Септима, Как Довакина. Но это было так давно! Вот уж не думал, что воочию увижу настоящую Драконорожденную...
- Так, подожди! - перебила его Ева, - еще нет никаких доказательств этому. Возможно, это просто драконья магия или что-то в этом роде. Скажи, ты сможешь помочь мне разобраться в этом?
- Я бы не стал сомневаться на твоем месте, - подумав, ответил мужчина, - но раз ты сомневаешься, тебе нужно поговорить с Фаренгаром. Возможно, он подскажет, как тебе правильно поступить.
- Спасибо.
- Однако тебе нужно отдохнуть, - прибавил он, - я переговорю с Айрилет, мне нужен более подробный рассказ. Но то, что Седобородые призывали Довакина - это точно.
- Так кто они? - настойчиво спросила она.
- Я так понимаю, ты не уснешь, если не узнаешь? - усмехнулся ярл, но поняв, что принцесса не шутит, он объяснил, - это мастера ту'ума или Крика - силы драконов. Они обучают пути Голоса. Их последним учеником с кровью дракона был Тайбер Септим. Их призыв - великая честь.
- Значит, их призыв и означает приход Драконорожденного?
Балгруф кивнул. Девушка закрыла глаза.
- Сколько же непонятного, - простонала она.
- Тебе нужен отдых. Когда придешь в себя, найди меня.
- Хорошо. Спасибо тебе.


Как-то автор события местами меняет. Сначала ярл Балгруф расспрашивает героя, что было возле башни. А уже потом, узнав что герой не только убил дракона, но и является Довакином ( личность для нордов священная), тогда ярл дает титул тана, хускарла и право купить дом. А тут ей значит деньжат, и покои во дворце...

Вообще-то Вайтран - город серьезный, не провинциальный Фолкрит или Винтерхолд. Тут уж ярл может подарить недвижимость ( что в игре и делает), потому что знатная персона, должна обладать своей недвигой, а не квартироваться у ярла в замке.
(В дополнениях кстати, даже в Фолкрите и Данстаре эту проблему пофиксили, там ярлы уже не предлагают с ними угол делить, а землю выделяют под строительство.)

Не говоря уже кстати о том, что по средневековым правилам, если человека повысили в социальном плане, то ему положена статусная вещь, вроде той самой шубы с царского плеча. В игре это тоже реализовано - ярлы дарят оружие или щит, причем зачарованные и дорогие. И не принять такой дар - значит обидеть дарителя, а это нехорошо.

На следующий день, ей рассказали как проехать к Седобородым, даже выделили лошадь. А вот канонного персонажа, хускарла Лидии - нет.

И снова автор скипает дорогу, и героиня шустро добирается до Айверстеда, а потом - подумать только - верхом продолжает путь на гору, по легендарному подъему! По обледенелым ступеням, на лошади, не на козе или серне. Это У - успех.

На гору она забирается легко, никаких троллей, ледяных духов, лавин или проблем. Зачем автор снова ступает на скользкий путь пустоты - не знаю.

- Кто ты?
Обернувшись, принцесса увидела старца в серой одежде с мудрым взглядом. Он испытующе смотрел на нее и ждал ответа. Сглотнув, она произнесла:
- Седобородые призывали Довакина. У меня есть основания полагать, что я именно та, кого они ждут.
Взгляд старца изменился. Он отвернулся и взмахнул рукой, словно зовя кого-то. Из темноты сводов вышло еще трое человек в серых одеяниях. Они встали по разные стороны от нее, будто направления на компасе. Ева вопросительно посмотрела на старца.
- Докажи нам свою силу, - сказал он, - покажи, что умеешь.

Девушка вспомнила свою попытку повторить Крик драугра в Ветреном Пике. Тогда не получилось - может, получится сейчас?
"Тебе удастся сделать это, - всколыхнулся вдруг голос в ее мозгу, - доверься"
И набрав в грудь побольше воздуха, она выпустила звук, словно рвавшийся из нее наружу, прочь отсюда:
- FUS!
Стены Хротгара содрогнулись. Седобородые пригнулись, точно деревца под ветром, закрыв лица руками. Мощный порыв облетел весь храм, отражаюсь от сводов звонкими нотами. Потом еще несколько мгновений слышалось эхо, и наступила почти осязаемая тишина. Ее завершил хриплый низкий голос старца:

- Ты - та, что с кровью дракона. Ты - Довакин.


Как и в каноне. она добралась до монастыря.Будут ее учить.

Глава номер одиннадцать.
Седобородый, не отрывая от нее спокойного взгляда, ответил.
- Мы рады приветствовать тебя, Довакин. Я мастер Арнгейр, и я говорю от лица Седобородых. Мы призывали тебя, и ты пришла. Но скажи, каковы твои цели здесь, на Высоком Хротгаре?
Несмотря на то, что внешне вопрос казался простым, Ева не сразу ответила на него. Ведь целей как таковых у нее не было - она просто должна была понять, что все это значит. Теперь же ответ должен был быть ответом Драконорожденной, а не ответом потерянной девушки. Пока она размышляла, Седобородые просто смотрели на нее, стоя каждый на своем месте. За стенами бушевал ветер и злилась метель, а старцы стояли подобно своей обители - твердо, как камни. Ненадолго в зале воцарилась мертвая тишина.

Наконец девушка сказала.
- Я не ожидала, что так все повернется. Но раз уж такова моя судьба, значит, она вела меня.
Седобородые чуть заметно кивнули, и Арнгейр торжественно произнес.
- Мы хотим наставлять тебя на пути, проложенным твоей судьбой, - он поднял голову наверх, будто обращаясь к духам, - ибо до тебя Седобородые всегда стремились наставлять тех, в ком течет Кровь Дракона.
Ответ показался Еве двусмысленным.
- Ты имеешь в виду, что есть другие Драконорожденные?
Старик вздохнул.
- До тебя были другие. Когда Акатош дал этот дар смертным, многие были награждены Кровью Дракона. Есть ли другие Драконорожденные ныне - нам неведомо. Пока мы нашли только тебя. Это все, что я могу сказать.
- Но нельзя исключать такую возможность, верно?
- Я не знаю, Довакин. Если богам будет угодно, они откроют нам правду.
- Я понимаю. Спасибо, мастер.
Арнгейр кивнул.

Что ж, получается, путь ее теперь определен. Он неведом и мрачен, наверняка полон смертельных опасностей и неизвестно, что ждет ее в конце. Да, Еве было страшно. Когда-то давно она читала о Драконорожденных, о Великой Войне Драконов, но все это казалось легендой, сказкой. Теперь же, когда сказка стала явью, да еще и она оказалась в ее центре - Довакин, девушка с кровью Дракона, - жизнь перевернулась с ног на голову. Однако похоже, что выбора нет. Да и стала бы принцесса выбирать, будь у нее такая возможность? Вряд ли.
- Мастер, - обратилась она к единственному старцу, который разговаривал, - я хочу учиться.
Лицо Арнгейра озарила одобрительная улыбка.
- Ты воистину Довакин. У тебя врожденный дар и любознательность. Мы научим тебя Пути Голоса.
- Тогда приступим?

Вместо ответа к ней подошел один из молчаливых Седобородых, которого Арнгейр представил как Эйнарта. Арнгейр взял слово.
- Кровь Дракона дает тебе врожденную способность изучать Слова Силы - те Слова, с помощью которых ты обращаешь свой Голос в Крик. Ты кричишь на драконьем языке, и каждый раз, когда ты выучиваешь новое Слово Силы, твой Ту'ум становится сильнее. Мастер Эйнарт научит тебя второму Слову Безжалостной Силы - RO, что на языке драконов означает равновесие. Соедини его с FUS - силой, чтобы еще лучше отточить свой Ту'ум.
- Я попробую.
Арнгейр кивнул Эйнарту и тот произнес неожиданно раскатистым голосом, от которого, казалось, содрогнулась сама метель.
- RO!
Ева обнаружила, что под ней, подобно землетрясению, выгравировались странные символы. Они чуть посверкивали каким-то мистическим светом, заставив все остальное вокруг погрузиться в темную дымку. Слышным только ей голосом Слово звало к себе, манило, и она подалась вперед и присела, чтобы лучше рассмотреть его. Девушка вглядывалась в Слово, пока то не заструилось змеей по ее телу, не вжилось в разум и пока символы, вдруг ставшие понятными, не погасли и ни превратились лишь в несколько линий из огромного количества борозд, усевавших каменный пол Высокого Хротгара.

- Что ж, Слова даются тебе легко, - послышался сквозь туман, все еще отделявший принцессу от реальности, голос Арнгейра, - но выучить Слово мало. Для того, чтобы воплотить его в Крик, нужно постичь его смысл постоянными упражнениями...
- И много на это уйдет времени? - поинтересовалась Ева, наконец придя в себя.
- ...Именно так мы изучали Крики. Ты же, Довакин, можешь напрямую поглощать силу и знания сраженных драконов, - закончил Седобородый.
" Мирмулнир" - поняла девушка, но вслух ничего не сказала. Постепенно отдельные детали складывались в одну картинку, подобно внутреннему устройству хорошо слаженного двемерского механизма. Значит, она Драконорожденная - по неизвестным, туманным причинам, но это факт. Она способна разговаривать на языке драконов, способна поглощать их души и способна быстро учиться управлять основным оружием драконов - Голосом. А первый сраженный ею дракон позволил ей познать первое Слово Силы и воплотить его в Крик. Но... Значит ли это, что теперь надо будет провести за постоянными упражнениями долгое время лишь для того, чтобы познать второе Слово? Или же нужно победить еще одного дракона?! Ох, не дай Бог...

- На сей раз мастер Эйнарт поделится с тобой своим знанием RO, - развеял ее опасения Арнгейр.
Ева с готовностью повернулась к мастеру Седобородому. Тот запрокинул голову наверх, закрыл глаза и что-то прошептал. Капюшон его одеяния съехал от резкого движения, обнажив седую голову. Словно повинуясь его движениям, вокруг Седобородого возник светящийся ореол, и когда Эйнарт направил обе руки в сторону принцессы, свет устремился к ней и ударил в ее сердце. Девушка чуть пошатнулась, невольно закрыла глаза и приняла то, что принесла с собой эта магия, если можно было так ее назвать. Новое ощущение смелО все остальное внутреннее содержимое и вселило то же самое спокойствие, как и при случае с первым сраженным ею драконом.


Копипаста канона в словах и деталях детектид. Причем это даже не литературное описание того, что было в игровом сюжете, это буквально побуквенный пересказ, как оно все проходит.
Дальше Седобородые создавали фантомов, она их побеждала - все как в игре. И тут я снова пристрастен: с одной стороны я понимаю авторов, от описания канонных действий и диалогов не убежишь, но когда это делается без души, то и впечатления не производит. Нет, может не игравшим зайдет, не могу судить.

Дальше Арнгейр решил побыть дядей Беном Паркером, и человеком-историей:
- Твоя сила велика, - ответил Арнгейр, - но запомни: гордыня поведет тебя по неправильному, темному пути. Не завлекайся соблазном сокрушительного могущества, ведь чем больше сила - тем больше ответственность. Будь осторожна.

Азарт принцессы слегка поостыл. Задумавшись, она не заметила, как Арнгейр кивнул последнему Седобородому, собиравшемуся выйти вперед и остановившемуся по его знаку. Когда она подняла глаза на Арнгейра, тот был готов ответить.
- Что же это за темный путь?
Взгляд мастера потяжелел.
- Это долгая история. Расскажу вкратце, - Ева кивнула, - когда-то у нас появился шанс воспитать и принять в свой орден нового члена. Это было достаточно давно, но я помню до сих пор. Этого юношу звали Ульфрик. Он был сыном ярла самого древнего города Тамриэля, первого поселения людей - Виндхельма. Он бы мог стать мастером Пути Голоса, но он предпочел войну. Не мне судить этого человека, но я совершенно и абсолютно не понимал его выбора, и не понимаю до сих пор. Поэтому я призываю тебя к тому, чтобы ты была осторожна с тем могуществом, которым одарили тебя боги. Он может стать твоим проклятьем, какими бы ни были причины решения богов дать его тебе.
- Но ведь бывают причины, не согласованные с побуждениями, - тихо возразила Ева, - что, если я совершу ошибку, не желая никому зла, не из корыстных намерений, а из жизненной необходимости?
- У тебя нет такого права, Довакин, - неожиданно резко ответил Арнгейр, - вернемся к упражнениям. Вульфхарт!

На середину вышел последний Седобородый. Одарив принцессу долгим взглядом, он сложил мозолистые руки вместе и крикнул.
- FI-LO-SA!
Появившийся призрак пошел по направлению к ней, не дав времени подготовиться. Ева поспешно собралась и выкрикнула, от волнения зажмурив глаза.
- FUS-RO!


Ей решили поведать то. что не укладывается в канонную парадигму Седобородых. Да, они веруют в собственное учение, которое называется Путем Голоса, которое заключается в том, что дар голоса надо использовать в пацифистских целях - прославлять Кинарет.И научиться говорить на драконьем , для них оборачивается в годы и годы учебы, медитации, и прочего подобного. Это их индивидуальный путь, и они очень придирчивы к тому, кого брать в свои ряды. Однако Довакин, обладатель драконьей крови, благословлен Акатошем, и ему нет нужды следовать Пути Голоса, чтобы усваивать драконьи Крики. У Довакина это происходит иначе, нежели у простых смертных, через поглощение драконьих душ, и изучение слов силы.

Да, Седобородые объясняют Довакину, какой путь они считают более правильным, однако они никогда его не принуждают ни к чему. И речуга Арнгейра тут неуместна. Да, он ругался на Клинков ( по своим основаниям) и не любит говорить о Крике, под названием Драконобой - но Довакину всегда уступает.

И да - какой еще к Хирсину Вульфхарт?! В игре был мастер Вульфгар, один из Седобородых. А Вулфхарт - это исторический персонаж, нордский король очень древних времен, еще до всех-всех игровых событий, который повел армию нордов на Морровинд, и чью армию данмеры и двемеры у Красной Горы раздолбали. Что он тут делает?! опять небрежность?

Дальше ее научили Крику, который позволяет очень быстро перемещаться, и дали задание - принести рог Юргена, из гробницы. На этом глава обрывается.

Только я начал под прошлым обзором радоваться,что появились внятные описания и экшн, как меня жестоко прокинули.Описания снова пропали ( побуквенная копипаста не считается), моменты для экшена отброшены ( вот прямо ехала она по Скайриму, а зверье, бандиты, колдуны и прочие попрятались, ага), и нет ничего интересного. Это весьма раздражает.

А еще я бы хотел обратить внимание на то, что весь ранний авторский бэкграунд , в виде неканонной династии Шеогоратовичей и папаши-тирана, в тексте не работает. Он может быть безболезненно заменен кратким описанием, что она принцесса, бежала из Хай Рока - и это на текст никак бы не повлияло. Честно говоря,я думал что ей либо Ваббаджек нахаляву подкинут, либо ей будут помогать некие низшие даэдра, или что шпионы папки будут ее искать, а она будет трястись ( как бы не нашли, как бы местные ее не вернули папе). Но нет. пока ничего подобного. Возникает вопрос - зачем было огород городить? Или это заявочный кадр, который ничего не делает?

У меня есть на примере недописанный неплохой фик, где бретонку Довакина ее прошлое преследует, там оно на сюжет работает. А здесь...

Кстати, нам сказали что она сильная, умная и независимая. Пока только первое увидел.

Ну ладно, скоро финал, ждите, покемончики мои дорогие https://www.youtube.com/watch?v=AjSuZgNgMZc&list=RDGMEM_v2KDBP3d4f8uT-ilrs8fQVMAjSuZgNgMZc&index=1

#дети_кукурузы #мультифандом #фикопанорама #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 16 комментариев

Онлайн
Хальве!

В начале лета предупреждаю - не хватайте слетков! Они хотят жить в природе, а не у вас дома. Если на природе вы увидели дрозденка, вороненка, сороченка и тп - не надо их никуда тащить, это такой пероид взросления гнездовых птиц. Нет, если слеток на открытом опасном месте, а ваше благородство не позволяет оставлять птичку в опасности - перенесите ее в укромное место, аккуратно и бережно.
И ради всего святого, не надо забирать птенца домой, мотивируя это тем, что " он пахнет человеком, птички его не примут", это лажу выдумали затем, чтобы граждане не трогали их - но вместо этого породили другую опасную ситуацию, когда птицу забирают домой, воспитывать до момента когда окрепнут крылья, чтобы потом выпустить на волю - а на самом деле на погибель.
Обоняние у птиц в лучшем случае на уровне человека, и то, не у всех. А если вы заберете слетка домой, то отныне вы его родня и мама-папа. Выраить и выпустить на волю, значит потратить все душевные порывы зря. Потому что воспитанная человеком птица не умеет добывать в дикой природе еду, не имеет социальных навыков среди сородичей, не умеет скрываться от хищников, и не боитсялюдей. Кончитсявсе тем, что выкормленная вами птица попадет в беду, и погибнет - а вы этого не увидите, и будете думать что все хорошо. А вот нет.

Поэтому не лезте в дела природного баланса, а если влезли, то несите ответственность до конца.

Так, ликбез провел, пора обозревать фик Время придет

Восьмая глава начинается на Ветренном Пике.
етреный Пик был местом назначения.
Ева добиралась туда долго из-за плохой ориентации в скалистых холодных землях Скайрима. Пытаясь найти незаметные тропки и подходящие лазейки среди бесконечных каменных гряд, принцесса мысленно благодарила богов, что догадалась запастись картой, на которой черной точкой было выделено нужное ей место.
Чтобы лучше изучить местность, а заодно повысить навыки географа, девушка отмечала все встречавшиеся ей на пути рощи, руины, форты и пещеры. Она старалась двигаться незаметно, но это все равно не спасало от волков, некромантов и бандитов. Пару раз попались тролли, что заставило девушку в очередные и особо изнуряющие разы попрактиковаться в магии разрушения. Форты и руины со слишком большим количеством враждебно настроенных обитателей Скайрима она обходила стороной.

Огненные заклинания давались ей особо хорошо, чего нельзя было сказать о молниях. Один раз это чуть не стоило девушке жизни, когда она забрела в какую-то темную рощу, надеясь немного отдохнуть после нескольких часов ходьбы. Не успела Ева как следует осмотреть рощу, как вдруг услышала шипение у себя за спиной. Резко обернувшись, она увидела странное существо, бывшее, возможно, в далеком прошлом человеком. Монстр обладал отталкивающей внешностью, и отнюдь не от кровожадного выражения черных глаз: на иссохшихся руках вместо ногтей росли огромные острые когти, и тело было частично покрыто перьями.

Девушка, скорее всего, легко бы вспомнила название этого существа из какой-нибудь прочитанной ею книги, но сейчас ей было не до того. Полуженщина-полуптица с нарастающим шипением двинулась к ней, а в ладонях загорелись пугающие огоньки магии разрушения.
Ева еле успела отпрыгнуть, когда монстр кинул в нее разряд молнии. Тотчас же сосредоточившись, она, не отрывая взгляда от шипящей полуженщины, собрала жизненную энергию в кулаке. Почувствовав знакомое тепло огня на ладони, принцесса почувствовала себя уверенней и с криком кинула огненный шар в монстра. Та успела пригнуться, и шар врезался в листву позади, лишь чуть-чуть опалив сухие, словно солома, волосы. Жуткая тварь издала звук, похожий на смешок, и опять послала в нее молнию. Ева в последний момент увернулась, но недостаточно: ее рука, готовая
бросить новый огненный шар во врага, попала в траекторию заклинания монстра и девушка, крикнув от боли, схватилась за запястье, уже начинавшее заливаться кровью.

Полуженщина-полуптица запрокинула голову наверх и глухо, жутко захохотала. У Евы уже начинала кружиться голова, а в глазах темнеть. Теряя координацию и сосредоточенность, девушка выкинула вперед здоровую руку и пустила в монстра что-то яркое, аж резануло по затуманенным глазам. Послышался странный, словно сдавленный писк и грохот. Принцесса инстинктивно откинулась в сторону и прикрыла лицо окровавленными руками, словно защищаясь. Все произошло очень быстро, и когда грохот смолк, девушка еще некоторое время лежала в таком положении, боясь пошевелиться. Наконец открыв глаза, она осторожно осмотрела себя, словно сомневаясь, что жива. Дурнота уже прошла и хотя боль в раненой руке все еще давала о себе знать, кровь текла теперь лишь маленьким ручейком.

Ева выглянула наружу и только сейчас поняла, что свалилась в яму. Тварь оказалась неподалеку, лежащая в луже собственной крови. Она еще некоторое время билась в конвульсиях, а по телу пробегали быстрые полосы тока, но наконец она затихла.
Принцесса оглядела поле боя. Трава была смята, а листва кое-где обуглена, благо, волшебный огонь перестал гореть, а то так мог случиться целый пожар. Ева часто удивлялась этому свойству магии - та всегда действовала на благо своего создателя.
"Ворожея" - вдруг вспомнилось название монстра.
На том месте, куда она упала, поскользнувшись, были видны капли крови, а трава была черной. Еве захотелось плакать от радости и облегчения - то было место, которое могло стать причиной ее смерти. Как раз на нем она была, когда пустила молнию из здоровой руки, но из-за не достаточного умения владеть этим видом магии разрушения, пустила ее неправильно. Молния была слишком сильной и полетела совершенно не в ту сторону. Принцесса подняла взгляд и увидела напротив разломанный надвое ствол, который, видимо, и стал "целью" неудачного заклинания. Попав в него, молния отразилась и быстрыми стрелами полетела в разные стороны рощи. Девушке повезло дважды: она успела откатиться и упала в яму до того, как ее же молния поразила ее, и другая стрела попала прямо в ворожею, убив последнюю.
- Но все же с молниями надо потренироваться, - пробормотала девушка, вылезая из ямы.

Где она нашла ворожею, мне непонятно. Авторская география вообще блещет альтернативностью, потому что Ветренный Пик - гора возле Ривервуда, откуда она и пришла в Вайтран. А значит ей следовало вернуться обратно в деревню, и оттуда лезть на гору. Где она вместо этого шарохалась - ума не приложу.

Вообще автор очень быстро все пробегает, не успеваешь уловить, о чем пишется, и что персонаже чувствует. Напоминает скупо описанное прохождение игры.
Становилось ясно, что когда-то это место служило храмом, где им поклонялись.

Теперь же основным назначением этих подземелий было кладбище. Почти каждый зал был склепом, и это немного ужасало. В преддверии храма Ева наткнулась на нескольких бандитов, но расправилась с ними быстро - суровая школа выживания на родине нордов.
Когда Ева увидела первого ходячего мертвеца с жутко светящимися синими глазами, восставшего из гроба, ее ум привычно начал вырабатывать план действий. Однако после двух заклинаний огня нежить отлетела и, глухо ударившись об стену, затихла. Девушка поняла, что противники из них не особо страшные, во всяком случае, для нее.

Двигаясь по направлению к искомому предмету, принцесса сталкивалась в основном с ходячими мертвецами и огромных размеров пауками. Самого большого паука она убила, когда прорвалась сквозь прочную паутину в его логово, так как другого пути не было. Расправившись с ним, она увидела болтающегося в ловушке паутины бандита, который попросил о помощи. Девушка подошла к нему и уже достала было небольшой кинжал, взятый с трупа одного из убитых ею разбойников, но не поспешила разрезать паутину. Вместо этого она спросила:
- Что ты знаешь про золотой коготь?
Не имея возможности спросить об этом кого-то еще, так как все потенциальные знающие про коготь дракона набрасывались на нее, едва завидев, Ева обрадовалась такому везению.
Данмер ответил:
- Золотой коготь у меня! Давай, освободи меня, девочка, и я покажу тебе, что за силу спрятали норды в Зале Легенд.
" Наверно, этот Драконий Камень действительно огромное сокровище, раз даже бандиты охотятся за ним" - подумала Ева, припомнив наставления Фаренгара и начала разрезать путы.

Как только бандит смог пошевелить руками и ногами, он вдруг сорвался с места и побежал. Чертыхаясь, девушка помчалась за ним следом, но видимо, кто-то или что-то успело раньше нее, - когда она прибежала, разбойник был мертв. Принцесса обыскала его тело и почувствовала облегчение, нащупав гладкий металл. Она вынула красивый изогнутый коготь из-за пазухи мертвого и отряхнув руки, пошла дальше.

Вскоре она добралась до Зала Легенд, упомянутого бандитом, и внимательно осмотрев коготь, повернула кольца двери в соответствии с рисунками на его оборонной стороне. Пройдя еще несколько комнат и коридоров, девушка оказалась в огромном зале, в центре которого стоял полукруг с какими-то непонятными символами. Принцесса вдруг почувствовала какое-то странное притяжение. От полукруга исходила некая энергия, которая действовала на Еву, словно магнит. Она подошла ближе, провела рукой по шершавому камню полукруга. Затем, сузив глаза, остановила взгляд на трех символах. Они почему-то светились голубым светом.

Вдруг в нее словно ударила молния прозрения, и девушка чуть не закричала от неожиданности. Символы, излучающие свет, стали ей понятны. Как-будто она всю жизнь знала, что они означают.
FUS. СИЛА.
Как только это слово прозвучало в мозгу, свет букв словно начал перетекать в нее подобно ручью. Душу охватило необычайное спокойствие. Уверенность, смелость и СИЛУ теперь ощущала она. Свет иероглифов прочно впился в разум, став ее неотъемлемой частью.


Да. это прохождение игры, основного квеста. Да. это мы видели много раз. Но это не значит, что такие события надо описывать второпях и кое-как. Храм очень большой, разных интересностей ( ловушки, головоломки, естественные пещеры) в нем много, и скипать их описание при написании фика -ну такое. Нехорошо в общем.

Потому что даже с учетом того. что я геймер заядлый, и этот храм помню наизусть. читать хорошие и красочные описания этого самого храма - приятно. Это в конце-концов художественно ( а фанфики - любительская художественная литература), а если художественность обрезают, то произведение не приносит удовольствия.

На нее нападает главный драугр, и она пытается на него Крикнуть, но у нее но получается. Слава Талосу, еще одну рано Кричащую я бы не вынес.Бились они не слишком долго - он на нее Крикнул, она его сожгла фаерболом. А потом выбралась, и пошла в Вайтран.

Глава девятая

На этот раз стражник у ворот позволил ей пройти без разговоров.
Уже стемнело, город был погружен в сон. Лишь редкие бродяги да хранители порядка ходили по его улицам, освещенным лунным светом.
Ева вошла в просторный, согретый огнем камина зал таверны "Гарцующая Кобыла". Она была жутко уставшей, грязной и голодной. Последние припасы еды были съедены еще в середине пути от Ветреного Пика, а спать и отдыхать она не смела - слишком уж боялась уснуть крепко и глубоко.
"В Скайриме, если ты не находишься под защитой городских стен или хотя бы одного человека, нельзя позволять себе расслабляться" - думала она, быстрыми шагами пересекая равнину. Когда вдалеке показались силуэты домов, девушка прибавила скорости. Но увидев, что солнце садится за горизонт, а небо начинает принимать темные тона, она поняла, что уже меньше чем через полчаса землю окутают сумерки. Когда же она достигнет Вайтрана, будет ночь. Смысла идти во дворец ярла не было. Потому она решила остановиться в городской таверне.

И вот теперь, преодолевая желание закрыть глаза и рухнуть прямо на пол от усталости, принцесса подошла к стойке, за которой стояла хозяйка таверны. Благодарение Акатошу, люди почти не обращали на нее внимания, занимаясь каждый своим делом. Женщина-норд смерила ее скучающим взглядом.
- Я хочу снять комнату, - произнесла Ева, слишком утомленная, чтобы обращать внимание на нюансы вежливости.
- 10 золотых, - кивнула трактирщица, - что нибудь еще?
- Да. Мне бы чего-нибудь поесть и попить.
- Выбирай, - указала она на прилавок.
Девушка взяла жареную куриную грудку и кувшин молока. На большее ее сейчас не хватало. Когда она расплатилась с трактирщицей, та предложила:
- Пошли, я покажу тебе твою комнату.
Ева покорно пошла за ней, предвкушая вкусный ужин и сладкий сон.
Оказавшись одна в комнате, она со стоном скинула с себя тяжелую ношу. Тем не менее, прежде чем приниматься за оставленную на столике еду, Ева спрятала сверток с Драконьим Камнем под подушку кровати, застеленной звериными шкурами. Затем заперла ветхую дверь.

Не сказать, что комната ей понравилась: бедно обставленная, с трещинами на крыше и в стенах, со старой испорченной мебелью она скорее походила на каморку какого-нибудь бандита, но принцессе сейчас было все равно. Быстро расправившись с ужином, она просто рухнула на кровать, из-за усталости забыв снять с себя грязную одежду и хоть как-то привести себя в порядок. Едва ее голова коснулась подушки, она погрузилась в глубокий сон.


Чтож, принцессе не нравится в гостиннице, и это неплохо, на самом-то деле. Похоже автору напомнили, что ее героиня- принцесса, а значит привыкла к комфорту.

Ну сон. сон не просто так скорее всего:
"Ветер был несильный, но все равно поддувал ей в спину, словно торопя куда-то. Солнце грело и рисовало своими мягкими лучами затейливые фигурки на неподвижной глади озера, прозрачного, как слеза. Трава вокруг была высокой и сочной, она шуршала и словно пыталась взлететь за ветром, нагибаясь вслед его ласковым дуновениям. Среди яркой зелени прятались разноцветные бантики цветов, источающих аромат свежести и счастья.
Она шла, ни о чем не думая, слишком легкая, чтобы какие-то мысли долго задерживались у нее в голове. Черные волосы щекотали светлую кожу, а синие глаза смотрели на мир зачарованно и удивленно. И вдруг их выражение изменилось. Она застыла на месте, словно остановленная магическим барьером.
Он ее ждал. Глубокие серые глаза смотрели прямо, но не нагло, а мудро. Было ощущение, что они видели многое.
Необычный темно-рыжий цвет волос и солнце создавали вокруг его головы волшебный ореол, похожий на костер. Как-будто он был порождением сумерек.
Он протянул руку, словно приглашая пойти с ним. И она не смогла не ответить на этот жест. Его рука была на удивление теплой и немного шершавой. У него вообще были очень красивые руки.
Они зашагали по бесконечному полю, вечно юному и пестреющему буйной палитрой красок. Но теперь она не замечала ничего вокруг, она глядела лишь на вьющиеся волосы цвета огня, в которых игрались солнечные зайчики. Ветер больше не дул в спину, уступив место другому проводнику - юноше с глазами старца.
Вдруг он остановился. Оторвав взгляд от его волос, она огляделась. Солнце залило небо алым светом, а само потихоньку уходило за горизонт. Краски вокруг стали приглушенней, спокойней. Занимался закат. Этот вид показался ей более прекрасным, чем днем. И почему-то совершенно отсутствовало чувство времени.
Потом она посмотрела на него. Он удивительно вписывался в окружающую среду, почти сливаясь с ней. "Как же красив" - промелькнула мысль в ее голове. Его взгляд скользил по утопающему в свете заходящего солнца полю. Когда он посмотрел на нее, она улыбнулась. Он улыбнулся в ответ. У него была трогательная улыбка, такая неподходящая для серьезного облика. И губы были очень выразительные, бледные и изящной формы. Она провела пальцем по ним. Он мягко взял ее за запястье и закрыл глаза.
Девушка была счастлива. У нее было ощущение, что она знает его всю жизнь. Сердце билось спокойно, душа напевала нежные мотивы, и была весна."


Личное - меня порой раздражает такой ход, как описалово персонажа, через неожиданные глаза. Тут два варианта: у старого они горят как у молодого, а у молодого в глаза вселенская мудрость. Прием неплохой, но иногда он подобен " походке хищника" и "танцу в вихре стали".

Поутру принцесса возжелала помыться, и ей это обеспечат.
Проснувшись на следующее утро, Ева чувствовала себя на удивление хорошо. Спустившись вниз, она купила на завтрак хлеб и сыр. Наевшись, девушка поинтересовалась у хозяйки таверны:
- Скажите, у вас есть место, где можно помыться?
- Есть, только им редко пользуются. Если там ничего не сломалось, можешь воспользоваться. Садия тебя проводит.
К принцессе подошла редгардка в засаленном платье кухарки. Она ожидала увидеть застенчивую женщину с покорным взглядом, но та прямо и даже горделиво посмотрела на нее и жестом предложила идти за собой. Ее походка была уверенной, а спина - прямой.
"Бывает же," - подумала Ева, следуя за кухаркой.


И снова в текст пробрался хороший момент, когда принцесса, человек знатный, невольно замечает, что персонал тоже похож на знатных. Это неслучайно, ведь Садия ( подавальщица в трактире) действительно из знатного рода, на это даже квест есть.

Дальше она идет по городу, и кажется мой вой был услышан:
День был солнечным, но холодным.
"Разве в Скайриме может быть по-другому?" - мысленно усмехнулась девушка, идя по направлению к Драконьему Пределу. Трофей, нелегко доставшийся ей в Ветреном Пике, теперь лежал, укутанный в кусок ткани, на самом дне котомки. Принцесса спрятала его подальше не только из чувства безопасности, чтобы его не украли, но и по другой причине: от Драконьего Камня веяло какой-то странной силой, и она притягивала Еву. Она слышала голоса, тихие и древние, но властные. Они шептали что-то на непонятном ей языке, который, достигая определенных участков ее сознания, заставлял их отзываться тем неприятным ощущением, когда ты что-то знаешь, но не можешь вспомнить. Похожее чувство она испытала, прочитав слово "СИЛА" на том необычном полукруге, найденном в Ветреном Пике. Но тогда какой-то участок сознания Евы словно освободился от пелены, буквально впитав в себя слово. И это тревожило.

Город вокруг тем временем продолжал жить. Проходя мимо рынка, девушка слышала веселые голоса ребятишек, играющих в салки, торговцев, вовсю расхваливающих свой товар, звуки кузницы и запахи свежей пищи. Около огромного раскидистого дуба, как и в прошлый раз, стоял жрец Талоса, поклонение которому было запрещено вот уж несколько десятков лет, и громко проповедовал. Принцесса невольно загляделась на статую своего обожествленного предка, очередной раз восхищаясь искусством нордов. Лицо Тайбера Септима было грозным, и казалось, будто он недвижимый страж, пристально наблюдающий за людьми и готовый в любой момент вступить в бой. В его ногах лежал поверженный змей, во всем облике которого навсегда застыла предсмертная агония. Статуя будто бы излучала силу и атмосферу тех времен, когда только образовалась Империя.



Вот, немного обстановки, но уже текст малость оживился.

Дальше события развиваются канонично и стремительно. Принцесса принесла камень Фаренгару, и тут же их известили о нападении дракона. И конечно героиня пойдет со всеми, ведь ее туда ведет некое внутреннее чувство.
Выйдя из города, Ева заметила вдалеке струю черного дыма.
"Дело рук дракона" - поняла она и оказалась права. Они двинулись в сторону дыма, стараясь идти настолько незаметно, насколько это было возможно с целым отрядом мужчин в доспехах.
Вскоре они достигли цели. Ветер нес с собой запах гари. Башня была частично разрушена, где-то валялись трупы солдат. Трава вокруг была черной.
- Ничего себе дракон..., - протянула Айрилет, рассматривая место нападения из укрытия, - Итак, наша задача сейчас - найти уцелевших и понять, улетел ли дракон или затаился где-то поблизости. Вперед!
Воины пошли к башне, передвигаясь в полусогнутом положении. Принцесса последовала их примеру и засеменила на корточках к внутренней стороне башни. Забираясь по обломкам ко входу, она постоянно смотрела в небо на случай появления дракона, и поэтому чуть не упала от неожиданности, когда рядом раздался голос:
- Нет, назад!
Источником голоса оказался мужчина-норд в доспехах, впрочем, потрепанных, грязных и кое-где разорванных. Ева поняла, что нашла выжившего.
- Не бойся, я не враг, - произнесла она, - помоги мне взобраться.
Норд протянул ей руку и вытащил на ровную поверхность. Пока принцесса отряхивалась, он объяснил:
- Дракон еще где-то здесь. Он схватил моих друзей, Хроки и Тора, когда они бросились бежать, -
внезапно раздался отдаленный рев. Ева замерла,- Храни нас Кинарет, он возвращается! - закричал воин и кинулся под укрытие башни.

Но принцесса не сдвинулась с места. Она завороженно глядела на стремительно растущую точку в небе. Дракон приближался. Кровь вновь забурлила в девушке, словно рвясь навстречу этому существу, огромному, могучему и страшному, как ночной кошмар. Она ждала. В голове мысли превратились в один всесильный вихрь, но среди них она отчетливо видела то самое слово " FUS". "СИЛА".
- Что ты делаешь, безмозглая! Прячься! - послышался отчаянный крик Айрилет. Ева словно очнулась от транса и бросилась в башню. В самый последний момент. На то место, где она только что стояла, обрушился столб драконьего огня. Принцесса что было сил заткнула уши, настолько пронзительным и оглушающим был при этом звук, издаваемый драконом.

Часто и тяжело дыша, девушка огляделась. Внутри башни никого не было. Выживший норд, видимо, нашел другое укрытие или погиб. В любом случае, действовать нужно быстро.
Собрав всю свою волю в кулак, принцесса вдохнула и побежала наверх. Был слышно, как дракон рассекает крыльями воздух, летая вокруг башни.
"Пока он в полете, я могу сбить его заклинаниями" - мелькнула мысль в голове. Добравшись до верхней площадки башни, девушка выглянула наружу. Дракон приземлился на землю и убивал сражающихся с ним воинов. Нескольких он уложил огнем, другого схватил и, фактически разжевав его, буквально выплюнул труп. Затем он стал вновь подниматься в небо.

"Мой шанс."
Ева призвала магию. Когда в руке образовался внушительных размеров огненный шар, дракон уже летал вокруг башни и в любой момент мог заметить ее. На секунду зажмурившись и судорожно вдохнув, девушка с отчаянным криком перегнулась через каменные перила башни и кинула в летающего ящера огонь.
Тот, видимо, не ожидал магической атаки, и потому заревел от боли, когда огонь прошелся по всему его огромному телу. На секунду принцессе показалось, что дракон теряет координацию и вот-вот рухнет на землю, но ящер сумел выправить крыло и вновь оседлал воздух. Только теперь он был намного злее и знал, где находится источник огненной магии. Он заметил Еву.

Сердце ушло в пятки, когда она встретилась с его взглядом. Лишь на долю секунды, но это мгновение показалось ей вечностью.
Дракон смотрел на Еву желтыми зрачками, будто обнажив ее душу. Кому-то могло показаться, что его глаза абсолютно ничего не выражают, но девушка увидела в них чувство. И это было удивление и ярость, от которой внутри все замерло.

Она рухнула на землю, когда он пролетел буквально над ее головой, пытаясь схватить когтистой лапой. Взревев от злости, дракон вновь спикировал вниз и раскрыл пасть, выпуская столб леденящего холода, который непременно убил бы принцессу, если б она не скатилась вниз по ступеням. Девушка застонала от ударов об каменные плиты, но опять услышав рев дракона, сразу вскочила. Взбежав обратно на "крышу" башни, Ева заметила, что дракон отвлечен. Его взор и злоба были сейчас обращены на землю, на воинов и Айрилет, если та, конечно, еще жива.

Не теряя времени, Ева решительно подбежала к перилам башни и пустила в ящера ледяной стрелой. Тот не сразу понял, откуда прилетело заклинание, но увидев второе такое же, с силой взмахнул крыльями, попытавшись избежать стрелы, но та все же врезалась в его хвост. Взревев от злобы при виде третьего морозного заклинания, летящего в него, дракон направил в обидчицу столб огня.

Девушка была готова к этому и потому упала на землю и закрыла лицо руками. Горячий воздух касался ее, огонь прошелся буквально в нескольких сантиметрах от ее лица. Когда дракон перестал издавать жуткий звук, Ева резко вскочила и побежала к ступенькам. Ящер заметил ее и вновь раскрыл пасть, выпуская струю огня. Принцесса почувствовала резкую боль в ноге и споткнулась. Быстро оглянувшись, она увидела, что дракон стремительно приближается к ней, готовый разорвать на куски. Она что было силы поползла в сторону спасительных ступенек, но звук крыльев, рассекающих воздух, становился все ближе с каждым мгновением.
"Я не успею" - мелькнула отчаянная мысль, и вдруг девушка увидела воина с луком. Он выпустил стрелу, и звук крыльев сменился жутким ревом. Оглянувшись, Ева углядела лишь немного, но поняла, что дракон серьезно ранен и опускается на землю. Стрела ее спасителя окончательно сбила его.

Ее спасителем оказался тот самый норд, который был единственным выжившим до их прихода. Принцесса, превозмогая боль, встала и поблагодарила его. Он лишь кивнул в ответ.
Однако дракон еще не был убит. Даже не способный летать, весь утыканный стрелами и серьезно раненый, он все равно был опасен. Потерев потной ладонью рану на ноге, девушка поняла, что еще легко отделалась. Дракон оставил на коже огромный ожог, но вроде бы это были все повреждения.
Ее спаситель уже бежал вниз по ступеням к выходу из башни. Ева поспешила за ним, насколько это позволяла раненая нога. Когда она увидела дракона, тот яростно сражался, используя хвост, крылья и клыки как средства убийства. Чешуя ящера блестела в лучах заходящего солнца.
Вдруг он начал подниматься. Искалеченные крылья едва держали его, и Ева, пользуясь удобным моментом, выпустила огненный шар в ящера. Судорога сотрясла тело дракона, крылья безвольно опустились, и он начал падать. Однако последним его звуком был не злобный рев.

- Dovakhiin!? Нет..., - раздался низкий тягучий голос и огромная туша упала на землю, затрясшуюся под столь тяжелым грузом. Девушка рухнула, не сохранив равновесия, и больно ударилась головой. Перед глазами все поплыло, и она, прислонившись к камню, потерла лоб. Секунду вокруг была полная тишина, но потом звуки окружающего мира вернулись.
- Ты в порядке? - наклонилась к ней Айрилет. На ее лице была кровоточащая царапина, спутанные волосы торчали во все стороны.
- Да, вроде бы...
- Ты молодец. Я и не думала, что ты так владеешь магией. По тебе вообще не скажешь, что ты можешь за себя постоять, - потрепала ее по плечу данмерка. Ева улыбнулась в ответ. Было приятно услышать такое от обычно суровой и жесткой воительницы. Встав, принцесса медленно пошла к трупу дракона, лежащему неподалеку.

- Хорошо стреляете, парни! - похвалила тем временем Айрилет выживших воинов. В ответ ей раздались усталые, но одобрительные возгласы.


Неожиданно прорезался более-менее экшн. даже глянуть приятно. Видали конечно и лучше, но и не сказать что вах как плохо. Как минимум неплохо.

Собственно на что это похоже? На то что автор расписывается, сначала язык не очень, а потом уже все смазано. и речь идет бодро. описания есть, все как надо.

Один момент...
Ранее автором были планомерно и подробно расписаны и династия Шеогоратовичей, и король-говнюк, который дочку считает только инструментом. То есть навики писательские имеются, но в некоторых местах автор ими пользуется, а в некоторых словно забывает о них.

Ну и как по канону должно быть- она Довакин.
Внезапно послышался звук горящей бумаги, только очень громкий. Все обернулись на его источник.
- Всем назад! - приказала темная эльфийка, увидев странную картину.
Тоненькая фигурка Евы стояла над трупом дракона. Ветер развевал подол платья и выбившиеся пряди темных волос. Дракон у ее ног светился странным свечением, которое, казалось, съедало его плоть.
- Это еще что такое..., - пробормотала Айрилет, когда свечение превратились в воздушные потоки и будто бы втекли, вселились в юную девушку, смотрящую на все это с неменьшим удивлением, чем все остальные.

На миг Ева закрыла глаза, почувствовав невероятно приятное тепло, охватившее ее тело, принесшее с собой что-то новое, доселе ей неведомое.
"Я Мирмулнир, мои знания - твои знания" - услышала она шепчущий голос. Потом он слился с теплом и стал ее неотъемлемой частью, поселившись в ее душе. Вот и оно. Близкое. Знакомое. Родное.
Постепенно тепло исчезло. Девушка открыла глаза.
Воины смотрели на нее с таким удивлением, будто она стала драконом. Она вопросительно обвела взглядом весь оставшийся отряд:
- Что произошло?
Айрилет молча указала ей на что-то позади. Обернувшись, принцесса увидела, что от дракона остались лишь кости. Огромный белый скелет, алеющий в лучах заката. Ева замерла.
- Просто не могу поверить, - вдруг произнес какой-то воин, - ты Довакин!


И на этом мой обзор заканчивается. Честно говоря, был приятно удивлен. Но правда удовольсвие подвезли поздненько, да и впереди не все гладко. Ну да это мы и обсудим.

Спасибо за внимание https://www.youtube.com/watch?v=UpfZcEjopYE&list=RDMMyTRicqzveIE&index=33

#дети_кукурузы #длиннопост #мультифандом #фикопанорама
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 21

Онлайн
Хальве!

Знаете где грань, между фикером который меняет мир канона в своем фике, на пользу, и тот который изменениями все говнит? Поглядите как фикер характеризует канон, если у него создатели первоисточника " дураки, ничего не понимают, а я канон своим фиком улучшаю" - знайте. этот типаж ничего хорошего не привнесет.

А между тем я продолжаю обозревать фик Время придет. В прошлых главах наша дорогая СУН попалась имперцам, которые ловили Ульфрика Буревестника. Всех скопом привезли в Хелген, где по канону появляется Алдуин.

Глава шестая начинаетсяс того, что Алдуин громит Хелген, а СУН сбегает с плахи, попутно прихватив свою котомку, которую при себе нес один из имперцев.

Вместе с ББ она забилась в одну из башен.
Дракон... Еве едва верилось во все происходящее. Драконы казались лишь мифом, сказкой. Их никто не видел несколько тысяч лет. По своим знаниям принцесса могла сделать вывод, что последнее упоминание о них относится к началу Третьей Эры, когда ее косвенный предок, Тайбер Септим, приручил дракона по имени Нафаалиларгус. И вот вдруг...

И без того недолгие размышления Евы прервал, опять таки, голос Ралофа.
- Ярл Ульфрик! Что это? Неужели легенды не врут?
Девушка удивленно распахнула глаза и уставилась на предводителя Братьев Бури. Он был жив. И кляп исчез. Голос ярла оказался глубоким и бархатистым:
- Легенды не сжигают деревень.
Когда совсем рядом с их укрытием пролетела черная "легенда", Ульфрик крикнул:
- Надо уходить отсюда! Быстро! - все засуетились. Ралоф добавил:
- Наверх, через башню, бежим!
Принцесса кинулась по указанному пути. До того, как воин успел отдать команду расчистить путь от камней, в стену совсем рядом с девушкой врезалось нечто тяжелое, проломив ее.
Ева буквально замерла, когда в паре метров от нее появился дракон. Даже не заметив ее, он зарычал и замахал крыльями, взлетая. Она едва успела отползти, и тут же в пролом в стене ворвалась струя огня. Пахнуло жаром, заслезились глаза.

Когда ящер отлетел, Ралоф подбежал к девушке и помог ей встать. Но действовал он быстро: осторожно выглянув и осмотрев территорию, мужчина сказал, на что-то указывая:
- Видишь трактир на той стороне? Прыгай на крышу и беги! Мы за тобой, как только сможем!
Принцесса хотела было напомнить про связанные руки, но не успела. Ралоф убежал вниз помогать остальным.


Вот забыл фамилию актера, который в нашем дубляже озвучивал Смога из Хоббита ( и Холмса из сериала с Кембертетчем), но тут та же ситуация - Сергей Чонишвили, ты делаешь Ульфрика для женской аудитории желанным, при помощи голоса. Не хуже чем Всеволод Кузнецов. который заставил некоторых влюбляться в Бриньольфа.

Но я отвлекся. СУН убегает от дракона, потом ее ведет Хадвар, но потом она идет за Ралофом. Игровой сугубо выбор, но ладно.
Ева тем временем бросилась вслед за Ралофом.
Войдя в крепость, девушка вновь припала спиной к стене. Сердце сильно билось от эмоционального и физического напряжения. Ралоф тем временем подошел к мертвому человеку, лежащему около стены и наклонившись, тихо сказал:
- Увидимся в Совнгарде, брат.
А потом обратился к ней:
- Похоже, только мы с тобой живы остались. Надо же - дракон! Прямо как в детских сказках и легендах. Драконы - предвестники конца времен!
- Да уж, - согласилась принцесса.
- Дай-ка я попробую разрезать тебе путы, - с этими словами воин достал нож и через секунду ее руки наконец-то стали свободными.
- Можешь взять вещи Гуньяра. Они ему больше не понадобятся, - Ралоф грустно посмотрел на труп. Еве было жаль его. Она осторожно похлопала воина по спине, совсем легонько. Но видимо, этот жест успокоил его.

- Подожди, у меня тут должно быть что-то..., - девушка открыла котомку и произвела проверку. Исчезла вся еда и зелья, но деньги и одежда по прежнему лежали на месте.
- Дай мне время переодеться, - попросила Ева.
Воин молча кивнул и отвернулся. Принцесса облачилась в кожаные штаны и сапоги, а поверх верхней части лохмотьев за неимением какой-бы то ни было рубашки, одела изрядно испортившийся, но зато теплый коричневый плащ, в котором она была в последний раз. Затем, закинув котомку через плечо, Ева предложила Ралофу двигаться дальше.

Внезапно послышались голоса, среди которых девушка узнала голос женщины-капитана, присутствовавшей на ее несостоявшейся казни. Прежде чем они успели скрыться с поля зрения, имперка заметила их и закричала:
- Да это же беглые заключенные!
Имперский солдат, сопровождавший ее, кинулся к механизму, открывающему ворота, и через миг преграда исчезла. Имперцы вынули мечи и смелый Ралоф с криками "Смерть Империи!" бросился на них. Ева тоже не стала медлить и пустила в капитана огненный шар.
Имперцы оказались несложными противниками. Вскоре Ралоф и девушка бежали по темному сырому коридору крепости, к видневшемуся дневному свету. И вот, когда они были так близко к цели, внезапно рядом послышался знакомый рев и на спасительный проем обрушилась груда камней, засыпав его.
- Проклятый дракон никак не уймется, - проворчал Ралоф и побежал к двери. Там их ждали два охранника, но и они через несколько минут боя лежали на холодном каменном полу, а принцесса запаслась несколькими зельями, найденными в бочонках здесь же.

Весь их дальнейший путь по подземелиям, переходящим в пещеру, сопровождался вынужденными боями с имперскими солдатами, странными огромными пауками и даже медведицей. Принцесса почувствовала усталость, только когда выбралась вслед за своим спутником на свежий воздух. Вокруг было много снега и хвойных деревьев, а издалека все еще слышался отдаленный рев дракона. Ева увидела его силуэт, быстро растворяющийся в вышине неба. Он улетел.


Знаете, это самый беспомощный пересказ начального квеста Скайрима. Да, я понимаю что многие уже сотню раз его прошли сами. и не нуждаются в повторении всего и вся. Это с одной стороны. С другой - описание всех этих приключений ( сбежать из разрушаемой драконом крепости, в условиях наличия противников, и при этом не умереть) очень важно для сюжета, банально тем, что это может работать на ознакомление с персонажем. Как он сражается, как действует, о чем думает - и все это от нас отделили. Они просто прошли, и все.

- Невозможно понять, остался ли кто еще жив. В любом случае, здесь наверняка шныряют имперцы. Так что лучше убраться отсюда поскорее, - сказал Ралоф. Девушка кивнула.
- Моя сестра Гердур неподалеку отсюда, в Ривервуде, держит лесопилку, - продолжил он, махнув рукой в верном направлении, - думаю, она тебе поможет. Нам лучше разделиться. Ей просто скажи, что ты от меня. И да, спасибо тебе за помощь. Без тебя я б не выбрался.
- И тебе спасибо, Ралоф. Ты хороший воин и верный друг. Надеюсь, мы еще увидимся, - улыбнулась принцесса.
Брат Бури улыбнулся в ответ, и, отвернувшись, зашагал в другую сторону. Ева еще немного постояла, приводя мысли в порядок и позволяя сердцу принять обычный ритм, а затем отправилась в Ривервуд


Простите, а из чего мы можем видеть, что Ралоф такой хороший друг, если все потенциально интересные сцены с ним. нам не показали? Отчего принцесса питает к нему такую приязнь? Они друг-дружку выручали, пока из Хелгена бежали?
Нет ответа.

Так же мне неясно, почему она и Ралоф до Ривервуда идт раздельно, ведь она в этой местности впервые, немудрено убиться в дороге.

Седьмая глава демонстрирует авторскую фишку , сжато описывать то, что стоит описывать развернуто.

Ева прожила у Гердур два дня.
Та оказалась на редкость проницательной и ненавязчивой. Выслушав рассказ девушки о событиях в Хелгене, крестьянка без разговоров вызвалась помочь. Она позволила принцессе занять пусть не королевскую, но все же уютную кровать в своем доме, исправно кормила и ухаживала за ней, пока та отходила после пережитого.
И в благодарность за это Ева охотно согласилась, по просьбе Гердур, сходить в Вайтран, и как свидетель и непосредственный участник события с драконом, попросить ярла о помощи для Ривервуда. Но причина ее быстрого ухода была не только в этом - Ева вспомнила, как видела ярла Вайтрана в десять лет на приеме у своего отца и помнила впечатление, произведенное им. Девушке хотелось понять, оправдается ли оно сейчас.

Когда Ева уже подошла к воротам города, ее вдруг остановил стражник.
- Стоять! - приказал он, - из-за драконов вход в город закрыт. Только по официальной надобности.
- Ривервуд просит помощи, - спокойно ответила она.
- Ривервуд тоже в опасности? Скорей проходи. Ярла найдешь в Драконьем Пределе, это на вершине холма.
Ева благодарно кивнула и вошла.


И тут не описано ничего толком. Ни как ее приняли в Ривервуде, ни как она дошла до Вайтрана, ничего. Такое чувство, что автор куда-то спешит, и не разменивается на мелочи. Мелочи, из которых состоит главное.
Вообще это проблема начинающих (и не только) авторов, когда они начало пишут бегом и кувырком,чтобы быстрее к самому главному перейти. но это только во вред. Потому что с чего мне быть уверенным, что рвано пишущий автор вдруг начнет писать подробно, интересно и обстоятельно?

Вайтран ее впечатлил.
Город показался ей интересным: приземистые деревянные постройки, окруженные каменной стеной, обладали своим очарованием. Прежде чем идти во дворец, принцесса нашла рынок, где закупила припасов на несколько дней вперед.
Когда девушка входила в Драконий Предел - так назывался дворец ярла, - она не могла скрыть восхищения. Здание было по-настоящему прекрасным во всем своем суровом величии, лишенное буйства красок Вэйреста и словно источающее какую-то древнюю могучую силу.
"Как норды," - подумалось ей.
Стражники у входа недоверчиво косились на Еву, и она тому не удивлялась. Решив не выделяться, принцесса с радостью приняла подарок Гердур - простое охровое платье, больше присущее крестьянскому образу жизни. И правда, с убранными в простую косу волосами и небольшой котомкой на поясе она больше походила на пастушку-путешественницу, нежели на девушку знатного рода.

Тем не менее, ее пропустили. Войдя во дворец, Ева сразу направилась к трону. Немногочисленные присутствовавшие не обращали на нее внимания.
Ярл Балгруф сидел на троне, задумчиво куда-то смотря. Рядом с ним стояла женщина-данмерка в доспехах и с суровым лицом. Когда девушка приблизилась, та внезапно обнажила меч и угрожающим голосом произнесла:
- Что за бесцеремонность? Ярл Балгруф не принимает посетителей.
Ева выглянула из-за широкого плеча данмерки и попыталась понять, о чем думает ярл. Но тот продолжал отрешенно глядеть вперед, выражая глубокую задумчивость.
Балгруф немного постарел с того момента, как принцесса видела его в последний раз, но все равно остался сильным и могучим. Взгляд серых глаз отличался прямотой, а седина в светлых волосах практически не была видна.
- У меня новости из Хелгена, - объяснила Ева.
- Ну тогда понятно, почему стражники тебя пропустили, - кивнула женщина и убрала меч. Но взгляд красных глаз по прежнему оставался колючим.

Девушка подошла к Балгруфу. Тот заговорил первым:
- Так значит, ты свидетель нападения на Хелген? И что, там правда был дракон?
- Хелген уничтожен. Его сжег дракон..., - Ева вкратце изложила рассказ, - ...поэтому Ривервуду нужна помощь, - закончила она.
Ярл слушал не перебивая. Как только голос девушки смолк, он обратился к стоящему около его трона человеку в добротной одежде:
- Что скажешь, Бровентус? Разве способны стены уберечь нас от дракона?
Но тому не дала ответить данмерка. Пока Ева стояла в стороне и ждала, двое поданных ярла громко спорили, как лучше поступить. Наконец Балгруф остановил их:
- Бровентус, Айрилет права. Войска в Ривервуд.
А потом обратился к принцессе:
- Спасибо за помощь. Возьми в награду оружие из моей оружейной.
- Благодарю вас, но буду вынуждена отказаться. Я привыкла путешествовать налегке, - ответила Ева. Почему-то во взгляде ярла проскользнуло удивление:
- Необычные у тебя манеры. Да и предпочтения тоже... Я хочу тебя кое о чем попросить. Мой маг по имени Фаренгар ищет человека, способного справиться с неким нелегким заданием. Хоть я и удивлен, что ты не носишь оружия, но если ты сумела выжить в Хелгене, то думаю, вполне подойдешь для этого. Ну как, согласна?


В одной главе ужато все, что по-хорошему надо раскидать на две, или даже три главы, с правильными акцентами, подробностями и описаниями. А вместо этого пересказ вышел: пришла девочка в Вайтран, рассказала ярлу что Хелген сжег дракон. Это несерьезно.

Да и диалоги вышли весьма дурацкими, даром что почти полная копипаста канона.

Ева начала быстро размышлять. Пока все шло как по маслу, пусть и не совсем ровному, но все же. К тому же дракон - это не просто ситуация, с которой хочешь - разбирайся, хочешь - нет. Даже если она откажется участвовать в этом сейчас, все равно ее это коснется потом, непременно. Она чувствовала и знала, что для нее это - далеко не самое последнее дело, о котором бы она стала думать. Нет смысла убегать. Нет и желания. Девушка хотела этого. Ей хотелось еще хотя бы раз увидеть дракона и вновь ощутить то странное покалывающее чувство чего-то знакомого и близкого. Чего-то таинственного и неизведанного.
К тому же, отец вряд ли станет искать ее тут. Даже если попытается, не найдет. Ведь никто не знает, кто она на самом деле такая, и потому вероятность того, что попытки короля Вэйреста увенчаются успехом, была до смешного мала. Опасность, правда, была, когда Ева попала в плен к имперцам - она определенно вселяла интерес своей персоной в том смысле, что было неизвестно, откуда она взялась. И потому она была отчасти рада тому, что Хелген разрушен, ведь заодно раз рушились подозрения. Она теперь почти вольная птица.
Безусловно, Еве было жаль тех людей, которые потеряли дом или жизни.

Дракон - определенно то, на чем стоит остановиться и зафиксировать внимание.

- Я согласна, - сказала принцесса.


И дальше все, глава закончится, и мы не узнаем, на что она подписалась. Вернее незнакомые с игрой потеряются, мы-то, игроки, все знаем.

Я всегда был и есть, адепт мнения, что фики в первую очередь пишутся для людей " в теме", которым не нужно разъяснять, кто есть кто, где, когда, куда, откуда. почему, зачем и как. Однако при этом считаю, что фик, который одинаково интересен как знатокам канона, так и тем, кто его не знает=хороший фик. Высокий класс писательского мастерства, написать так, чтобы было интересно всем.

В данном случае фик страшно неинформативный, и кто канона не знает, те ничего не поймут.Поэтому, господа и дамы, спрашивайте, попробуем ответить.

И меня не покидает чувство, что автор торопилась потому, что у нее была идея. Идею я вижу в шапке фика, в пейрингах:
Ж!довакин/Одавинг


На сегодня все, и я, подобно ЙА, накину в качестве сопроводительного музла Арию https://www.youtube.com/watch?v=7GuxJARQwXQ

#дети_кукурузы #фикопанорама #мультифандом #длиннопост
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 42

#цветы_жизни #доброобзор #мультифандом
«Горючие слезы»

and in the end, i'd do it all again (перевод)
Мстители
Питер Паркер (Человек-паук), Харли, Морган Старк
Джен, General, Ангст, 12 Кб

Теплый вечер, горестные воспоминания и слезы. Непереносимая потеря, особенно для Питера. Но на этом жизнь не останавливается! Богат детский конкурс на эту тему. Жизнь пойдет дальше, ведь кроме отца, которого он потерял, есть брат и сестра. Они есть! Есть прямо сейчас и рядом! Сижу, улыбаюсь, радуюсь за них. Пусть и жаль их потерянного отца, жаль их, но здесь видно главное – они вместе!

Акант – верность, печаль

Показать полностью 4
Показать более ранние сообщения

ПОИСК
ФАНФИКОВ









Закрыть
Закрыть
Закрыть