Страница фанфика
Войти
Зарегистрироваться


Страница фанфика

Когда дерется львица (гет)


Переводчик:
Оригинал:
Показать
Бета:
Lisolap главы 12+
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Angst/AU/Drama/Romance
Размер:
Макси | 1874 Кб
Статус:
Закончен
Гермиона становится шпионом Ордена Феникса среди Пожирателей смерти, о чем известно только Дамблдору. Чтобы завоевать доверие Волдеморта, Гермиона рассказывает всю правду о Снейпе. Освобожденный от роли шпиона и необходимости притворяться лояльным Пожирателем, Снейп какое-то время просто наслаждается жизнью, но затем узнает, кому всем этим обязан.
QRCode

Просмотров:633 070 +423 за сегодня
Комментариев:660
Рекомендаций:13
Читателей:2901
Опубликован:21.07.2011
Изменен:11.02.2018
Иллюстрации:
Всего иллюстраций: 1
От переводчика:
Работающие/работавшие беты:
Neirina, главы 1-7.
Blanca, главы 8-11.
Lisolap, главы 12+

Фанфик обзавелся шикарной обложкой, ее можно увидеть здесь - http://www.pichome.ru/image/2s Автор обложки - Yeah_nocuus (спасибо!)
Благодарность:
Спасибо предыдущему переводчику Wolf. Без нее я бы никогда не взялась за этот фанфик.
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
 

Эпилог. Часть II

Северус выскользнул из-за стола, как только погас свет. У такого события всегда имелось какое-нибудь безобидное объяснение. И, хотя зельевар никогда не попадал в положение, где безобидное объяснение было бы правильным, он считал, что нужно мыслить шире. Не повредит быть готовым ко всему.

Северус сжал руку Гермионы, чтобы предупредить любимую, и вышел из-за стола в темноту, проскользнул в маленькую боковую дверь, ведущую на редко используемую террасу, а оттуда — на прилежащие территории.

Защитные чары позволяли покидать Хогвартс, а заклинания Гермионы без труда распознали Северуса. Однако, даже если бы сработали аварийные чары, за двадцать лет пребывания в замке Северус выучил несколько трюков.

Он использовал близость Хогвартса, чтобы применить заклинание обнаружения на комнаты, где находились ученики. Заклинание не нашло опасности, и Северус привел в действие дополнительные чары, окружающие общежития; они не были активны, когда исчезла основная защита. Чары сработали без осечек. Хорошо, что Северус долгое время преподавал в школе: он знал порядок действий и не сомневался, что ученики в безопасности до утра.

Убедившись, что поблизости никого нет, и надежно спрятавшись среди деревьев, Северус установил связь с Гермионой. Это была гениальная технология, хотя процедура для создания связи была мерзкой, как выразилась Гермиона. По магическим правилам для окклюменции требовался контакт с кожей. Чтобы обойти это правило, пришлось имплантировать кусочек кожи в ушную раковину. Жертва того стоила.

«Что происходит?» — спросил Северус.

Вместо ответа Гермиона позволила наблюдать своими глазами и ушами: еще один трюк, которому они научились за годы совместной работы.

Северус слушал бред, вещаемый голосом, и не знал, то ли смеяться, то ли разделить раздражение Гермионы.

«Да, злодеи уже не те», — подумал он, и Гермиона весело усмехнулась.

«Однако им удалось преодолеть чары. Это работа профессионала, даже если после Волдеморта все расслабились, — ответила Гермиона. — Мы что-то упускаем»

«Тайный агент?»

Такой обмен мыслями давал время обдумать и развить собственные теории; Северус любил их уже бы за это.

«Не меньше одного, — сообщила Гермиона. — Посмотрим, получится ли их выманить»

«Помни, кроме авроров все отвыкли от сражений», — предупредил Северус. Он немного огорчился, что не увидит представление любимой. Гермиона и Гарри были отличной командой, обыгрывали противников с легкостью, для которой требуются многолетние тренировки.

Интересно, кто-нибудь из авроров в подчинении Гарри знал, кого глава департамента выбрал партнером в самых опасных заданиях. Наверняка нет. Сейчас авроры еще бóльшие идиоты, чем двадцать лет назад.

«Не надо постоянно напоминать, ты и так каждый раз жалуешься при встрече с ними, — в мысли вмешался насмешливый голос Гермионы. — Готов провести разведку?»

«Конечно».

Вдали от Большого зала и общежитий Северус мог применить несколько заклинаний, чтобы определить число и положение противников. Результаты не принесли облегчения.

«Тридцать шесть поблизости, — сообщил он Гермионе. — Находятся вокруг Большого зала. Безопасного способа вывести учеников нет, снаружи подкрепление тоже не пробьется».

«Тогда придется оставить учеников в замке. Мои чары держатся, так что есть время подготовиться. Сообщим властям?»

«Я об этом позабочусь», — пообещал Северус.

Лучшее решение — отправить сообщение доверенному невыразимцу, так что Министерство будет в курсе, но избавит от авроров, которые все только усложнят. При захвате заложников лучше всего действуют маленькие команды, а в таком положении в любом случае вызвали бы Северуса и Гермиону.

Взмах палочки — и патронус исчез в ночи с сообщением для одного из оперативников Луны. Северус снова проверил территорию рядом с Хогвартсом, подтвердил первые результаты, но также обнаружил двух новых противников ближе к озеру.

«Тридцать восемь», — сообщил он Гермионе.

«Спасибо. Не затруднит немного сократить число врагов?»

Ее голос звучал яростно и возбужденно, как и всегда, когда она выпускала шпионку поиграть.

Северус ухмыльнулся, обнажив зубы; в глазах появился хищный блеск. Он тоже любил поразвлечься.

«С удовольствием, милая, — пообещал он. — Удачной охоты».


* * *

Когда тело убрали, учеников успокоили, а Гарри и тетя Гермиона допросили заложников, члены Ордена решили придерживаться первоначального плана.

Учеников и гражданских эвакуируют. Билл, Минерва и Луна восстановят чары, чтобы задержать нападавших, остальные воспользуются временем, чтобы подготовить Большой зал к битве.

Все казалось Лили нереальным, она даже представить не могла бой в Хогвартсе, но два узника, обездвиженные и лежавшие в стороне, болезненно напоминали о настоящем.

Это вправду происходило. Она была в одной из тех историй, которые всегда рассказывали родители. И она собиралась сражаться.

Лили помогла организовать учеников и проводить их в комнату под Большим залом, похожую на хранилище. Она отодвигала столы к стенам и складывала заграждения из скамеек у входа.

Все это время она наблюдала, как Гермиона, старый Грюм, Драко и Гарри перемещаются по залу, отдают указания, выкрикивают друг другу вопросы. Они совершенно точно находились в своей стихии.

Ожидалось чуть более тридцати противников, Гермиона сообщила сведения об оружии и схеме атаки врагов, хотя Лили представления не имела, откуда она могла это знать. Лили снова задалась вопросом, куда исчез Профессор и как он узнал, что произойдет, как только исчез свет.

Она выросла с этими людьми, но никогда не знала, на что они способны. Она считала тетю Гермиону скучной.

— Почему ты до сих пор здесь, Лили?

Гарри вдруг появился из ниоткуда, и девушка чуть не подпрыгнула от удивления.

— Ведь именно здесь будет битва, так? — она старалась, чтобы голос звучал уверенно, но получалось ужасно.

— Да, — спокойно ответил Гарри. — Поэтому сейчас ты должна находиться в защищенной комнате с остальными учениками.

— С детьми? — несмотря на опасность, Лили почувствовала, как внутри просыпается раздражение. — Я больше не ребенок, Гарри, мне семнадцать. Я знаю, что вы делали в моем возрасте. Мне не нужна защита!

— Я знаю, — сказал Гарри.

Лили всегда нравилось, что крестный воспринимал ее всерьез. Он разъяснял вопросы, для которых, по мнению родителей, она была слишком мала. Он рассказывал истории, которые хотели скрыть родители. И сейчас Гарри относился к ней, как к равной, несмотря на возраст.

— Ты очень способная, Лили, — продолжил он. — Но дело не в тебе, а в твоих родителях и всех, кто тебя любит. Двадцать лет назад мы поклялись, что никогда не позволим детям сражаться за нас. Ты веришь, что рисковать собственной жизнью — это твое право, так и есть. Но право родителей — защитить тебя. Ты действительно хочешь отнять у них эту возможность?

Лили поникла. Меньше всего ей нравилось, что почти всегда крестный был прав и говорил это так, что она соглашалась даже вопреки собственному желанию.

— Ладно, — вскоре сдалась она. — Тогда пойду вниз.

В этот миг двери взорвались, заполнив зал щепками и пылью. Враги прорвались через защитные чары.


* * *

Взгляд Гермионы метнулся к дверям Большого зала, как только она получила предупреждение от Северуса.

— Соберитесь! — крикнула она, но взрыв уже потряс старые дубовые двери; щепки и пыль наполнили зал.

Противники прорвались быстрее, чем ожидалось, — лишнее подтверждение, что действуют профи.

Гермиона задумалась о причинах и средствах осуществления плана. Она сообщила Северусу о случившемся и осмотрела зал; необходимо убедиться, что все в порядке и дети в безопасности.

Она заметила Лили, ее прикрыл Гарри, а также Рона и Джинни, пожелавших остаться, хотя они давно не участвовали в дуэлях. Остальные могли защитить себя сами.

Гермиона даже не заметила кинжал в руке, пока не появился первый нападавший в мантии, и оружие тут же полетело в его сторону, как всегда достигнув цели. Ни секунды не раздумывая, она призвала кинжал. Она проанализировала увиденное и мысленные образы Северуса и определила точную схему нападения.

Враги действовали консервативно, но агрессивно. Профессионалы. Судя по боевым мантиям и позам, скорее солдаты, нежели фанатики. Теперь она по-настоящему заинтересовалась этой группой.

Гермиона подала сигнал Гарри. Тот спрятал Лили в безопасное место и теперь направлялся к подруге через зал, используя столы и скамейки как прикрытие. Взмах палочки, и громкий голос Гарри эхом раздался в почти пустом зале.

— Кто бы вы ни были, последнее предупреждение. Сдавайтесь или мы перейдем к более серьезным заклинаниям!

Подействовала ли смерть соратника или слова Гарри, однако в проходе никто не появился. Гермиона снова осмотрела зал и оценила положение. Их всего тринадцать: Гарри, Драко, три телохранителя Невилла, Ремус, Тонкс, Грюм, Кингсли, Джинни, Рон, Минерва и сама Гермиона.

Она уже давно не сражалась в такой большой команде, но многие из участников продолжали тренировки, поэтому весьма грамотно расположились по залу. Хотя Гермиона и не собиралась пускать противника дальше первой линии защиты, которую составляли Гарри, Драко и она.

— Помнишь? — прошептал Гарри, широко улыбаясь. Слишком уж он веселился. — Двадцать лет назад.

— Пятеро против Волдеморта?

— Ты, наверное, ждешь, что кто-нибудь скажет глупость в духе «вот были времена»? — беззлобно заметил Драко. — Так вот, к твоему сведению, нынешние времена мне нравятся куда больше.

— Мне тоже, — после раздумий сказал Гарри, все еще ухмыляясь. — Только бумажная работа с этим ни за что не сравнится.

— Мы по-прежнему не знаем, с кем имеем дело, — предупредила Гермиона; она не отрывала взгляда от входа, пока Северус наблюдал за боковой дверью, которую выбрали враги. Снейп мысленно с ней согласился. — Пока все не прояснится, положение остается опасным.

— С возрастом ты все серьезнее, Гермиона, — поддел Гарри. — Наверняка Северус там уже всех расчленил.

— Ну, он там веселится, — призналась Гермиона, но тут же напряглась, получив сигнал от Снейпа.

— Приближается лидер, — прошептала она, и друзья тут же посерьезнели.

Человек в черной одежде и темно-зеленой мантии прошел через дверь. Фигура чуть светилась от окружающих ее мощных защитных чар. Судя по размеру и сложению, женщина. Она приподняла мантию, чтобы не зацепиться за обломки. Определенно женщина.

Гарри, назначенный за проведение переговоров, создал такой же мощный щит и встал во весь рост.

— Объясните, чего на самом деле желаете. Возможно, нам удастся разрешить все мирно, — предложил он. В его голосе сквозило спокойствие и уверенность.

— Мир? — голос женщины все еще был искажен магией, но теперь звучал визгливее и немного сумасшедше, с тревогой отметила Гермиона. По ее мнению, нет ничего хуже спятившего террориста.

— Ты растоптал мир, Гарри Поттер, когда убил нашего Лорда, когда уничтожил его планы двадцать лет назад!

Гермиона обменялась раздраженным взглядом с Драко. Одна из этих.

Ранее им уже доводилось разбираться с разрозненными последователями Темного Лорда. Они не могли оставить прошлое или, что еще хуже, считали, будто победив Гарри Поттера, могут продолжить политику Волдеморта. Такие «злодеи» обычно были неорганизованны, плохо информированы, вооружены и вообще жалки.

И они определенно не смогли бы прорваться через чары Хогвартса и напасть группой из сорока солдат.

— Прошло уже два десятка лет, — ответил Гарри. — Зачем жертвовать жизнью ради идей, с которыми давно покончено?

— Ничего не кончено! — рявкнула женщина.

Точно. Сумасшедшая.

— Я была там, когда ты напал и превратил их жизни в сущий ад! Мне приходится жить с этим каждый день!

— Я никогда не нападал, — спокойно ответил Гарри. — Волдеморт пришел за мной, и я...

— Не спорь со мной! — закричала женщина. — Прежде чем все закончится, ты признаешься, Поттер, ты во всем признаешься! Вперед!

Наемники без колебаний повиновались, и разум Гермионы плавно перешел в боевой режим. Она подала сигнал импровизированному отряду взять на себя нападавших, продвигающихся по флангам, пока она, Драко и Гарри сосредоточатся на центральном участке.

Гермиона выпустила быструю очередь оглушающих заклятий, крутанулась на левой пятке и резко ударила ногой в лоб нападавшего. Минус один. Она заблокировала особо неприятное режущее заклятье и ответила Сектумсемпрой. Один кинжал долетел до цели, другой, просвистев в воздухе, пригвоздил руку наемника к стене.

Минус четыре.

Заклятие оглушило наемника, крадущегося позади Драко, два других ослепли от направленного заклинания света, другому не повезло с огненным шаром.

Минус восемь.

Соратники справлялись неплохо, одолели около двадцати нападавших, еще несколько ранили. Рон выглядел немного недовольным, потому что ни один соперник до него еще не добрался, но Уизли хватало ума не двигаться с назначенной позиции. В конце концов его дети находились за дверью.

Четверо насели на Гарри, и Гермиона решила прийти на выручку. Кинжалы и заклинания прорезали воздух. Она заблокировала заклятье, выпускающее кишки, и ответила огнем. Она отметила, что загадочный лидер не присоединился к битве. Женщина в голубом шаре из мощных защитных чар все еще стояла у двери под охраной двух наемников и молча наблюдала за битвой. Оценивает реакцию и навыки.

Ее поведение начинало пугать Гермиону. Она подумывала попросить Северуса разобраться с незнакомкой, пока уворачивалась от обжигающего проклятья, пинала и связывала врага, прежде чем тот падал на пол.

Но защитный пузырь выглядел достаточно мощным, и Гермиона не хотела преждевременно раскрывать козырь. Не раз тайный партнер спасал жизнь.

Минус пятнадцать. Битва была почти окончена.

Похоже, загадочному лидеру пришла в голову та же мысль. Женщина поднесла палочку к горлу, и резкий голос эхом разлетелся по залу:

— Перегруппировка!

Жалкие остатки наемников доковыляли до работодателя. У них явно не хватит сил защитить женщину.

Однако нет причин терять бдительность. Гермиона скомандовала соратникам занять безопасные позиции и улыбнулась Грюму, тот одобрительно кивнул.

Гарри снова выступил вперед.

— Не думаешь, что уже поздно договариваться? — спросил он скорее с любопытством, чем раздражением.

Что задумала эта женщина?

Со стороны Гарри не было потерь, и нападение выглядело глупым.

Женщина подняла руку, призывая наемников к тишине. Что-то в ее позе подсказало Гермионе, что она довольна результатом.

— Напротив, — холодно сказала она. — Сейчас самое время. Мои заклинания пришли в действие.

— Твои заклинания? — глаза Гарри ни на секунду не оторвались от лидера, а Гермиона уже применила обнаруживающие и проверяющие чары так быстро, что образы и огни слились в одно пятно.

Результаты удивили, но она отправила их Гарри и Драко, отметив то же замешательство на лицах друзей.

— Заклинание, направляющее воздух? — скептически спросил Гарри. — Какая тебе польза от свежего ветерка?

«Есть мысли?» — спросила Гермиона Северуса, но почувствовала лишь его неопределенное беспокойство.

«Полагаю, составное заклинание, — тихо ответил Северус. — Есть сотни возможных комбинаций, большинство из них безобидны, но другие...»

Гермиона молча согласилась. Нападение было слишком хорошо спланировано и подготовлено, чтобы закончиться глупой ошибкой. Кто бы ни была эта женщина, она представляла опасность.

Будто подтверждая мысли Гермионы, незнакомка холодно и угрожающе усмехнулась.

— Вы обнаружите, что воздух движется от меня, а не в мою сторону, — сообщила она. — Какую пользу принесет? Зависит от того, что случится, когда я открою это...

Она потянулась в карман и достала оттуда...

Гермиона молча уставилась на флакон. Невозможно.

Однако она слышала только об одном зелье, которое переливалось жемчужно-голубым. Всего лишь слух, на который они натыкались во время исследований. Потрясение Северуса смешалось с ее собственным, побежало по венам, оставив после себя только холодную ясность.

Невозможно. Но если зелье настоящее, они в смертельной опасности.

Гарри заметил внезапное напряжение подруги, но они не могли обсудить новость, не прервав переговоры, а им требовалось немедленно узнать, что замышляет незнакомка.

Гермиона дала знак продолжать и добавила незаметный сигнал, разработанный несколько лет назад. Теперь Гарри знал, что стоит вопрос жизни и смерти.

— Что во флаконе? — потребовал он ответ. Груз положения и прожитого опыта опустился на его плечи. — Не играй с нами.

— Ты не настолько мне нравишься, чтобы играть, — прошипела женщина. — Да и это совсем не игрушка. Скажи, Гарри Поттер, ты когда-нибудь слышал о Пожирателе магии?

Гермиону замутило. Драко, стоявший справа, побледнел, как полотно, а Северус будто окаменел. Это же невозможно!

— Нет, — сказал Гарри чуть хрипло. Он чувствовал страх друзей, и это его пугало.

— Столько времени среди змей и до сих пор не знаешь о ядах, — насмехалась женщина. — Ну давай, Малфой, будь прилежным предателем крови расскажи своему карманному аврору, с чем он имеет дело.

Незнакомка злорадствовала, наслаждалась своим превосходством и замешательством остальных, радовалась, что враги полностью в ее власти. Она не знала о мысленном обмене Северуса и Гермионы, лучшего зельевара и блестящего заклинателя, который проходил прямо у нее под носом. В противном случае, она не была бы так самоуверенна.

«Она привязала заклинание ветра к собственному щиту и Хогвартсу, Северус. Уйдет время, чтобы распутать клубок».

«Я могу отрезать воздушные потоки к общежитиям».

«Она и туда направила заклинание?» — ужас Гермионы на мгновение наполнил их мысленную связь. Это же массовое убийство!

Гермиона глубоко вдохнула, чтобы прийти в себя, и увидела, как Драко поднялся на ноги. Он все еще был бледен от напряжения, но ни лицо, ни голос не выдавали чувств.

— Пожиратель магии — это легенда зельеваров, — тихо сказал он, не отрывая взгляда от сверкающей голубой жидкости. — По слухам, его создал искусный волшебник в девятнадцатом веке, однако его записи так и не нашли, только последствия зелья — деревню, заполненную трупами.

Он глубоко вдохнул, и Гермиона использовала молчание, чтобы продолжить внутренний диалог.

«Мы можем спасти учеников в общежитиях, но заразимся и умрем через минуту. Сомневаюсь, что чары вокруг остальных спасут от зелья. Под нами больше двух сотен человек, большинство дети».

«Северус...»

«Мы можем разрезать ее щит, если будет достаточно времени...»

«У нас не будет столько времени, только если мы не займем ее разговором».

— Активный ингредиент зелья мгновенно оказывается в воздухе и перемещается невероятно быстро, — продолжал Драко, его голос звучал твердо. — Одного вдоха достаточно, после заражения невозможно исцелиться. Зелье обращает магическую суть против носителя. Сначала ты становишься сквибом, потом умираешь. Судя по лицам тех жертв, это самая болезненная смерть.

Драко уже пытался выиграть время, подробно описывая зелье, но этого было мало. Северус и Гермиона знали это.

«Сообщи тем, кто снаружи, Северус. Если что-то пойдет не так, Хогвартс нужно немедленно изолировать».

«Все будет хорошо, дорогая».

«И все же».

— И я должен поверить, что ты нашла способ создать это зелье? — спросил Гарри.

Казалось, женщина развлекается.

— Я годами готовилась к этому дню, Поттер. Но если сомневаешься, могу продемонстрировать, — сказала она и медленно потянулась к крышке флакона.

— Нет! — крик Драко эхом пронесся по неестественно тихому Большому залу. Драко ответил быстро и громко, чтобы Гарри не потерял лицо, пойдя на попятную.

Женщина усмехнулась.

— Полагаю, сейчас вы принимаете меня всерьез? — спросила она.

— Что тебе нужно? — спросил Гарри. Он был слишком зол и раздражен, так что не мог полностью скрыть свои чувства. Все в комнате были профессионалами, однако застряли в неразрешимом тупике, их обвели вокруг пальца.

Что-то изменилось в позе женщины. Она чуть подалась вперед, сильнее сжала флакон со смертельной жидкостью.

— Я хочу знать, — прошептала она, в ее голосе чудовищно смешались жажда, отчаяние и безумие. — Я хочу знать, что действительно произошло двадцать лет назад, когда ты победил Темного Лорда.

Гарри не мог поверить своим ушам:

— Все эти усилия и смерти только чтобы удовлетворить любопытство?

— Это не любопытство, — прошипела она. — Это единственное, что имеет для меня значение. Так что говори, что произошло. Только не прекрасную сказку, которую сегодня поведал твой ручной министр, а правду. Хочу знать, кто разрушил мою жизнь двадцать лет назад, и как это произошло.

Гарри почти не подал виду.

— Не следует верить в теорию заговора, — сказал он совершенно спокойно.

— Я и не верю, — прервала женщина. — Но знаю, что все было не так просто и гладко, как представил Орден. Знаю, что у вас был свой человек среди Пожирателей, и я знаю, что этот человек заманил Темного Лорда в Тинтагель. Это была отрепетированная и подготовленная засада. Я хочу знать, кто это сделал и как.

— Все было не так, — снова попытался Гарри, но терпение женщины было на исходе.

— Говори сейчас же! — визгливо потребовала она. — Или зелье случайно выскользнет из рук!

Пока Гарри пытался предотвратить неизбежное, мысли Гермионы неслись наравне с Северусом.

Кто эта женщина? Всего несколько человек не из числа Ордена знали такие подробности, и все были под наблюдением. Единственная возможная связь — Пожиратель смерти из внешнего круга. Она появлялась на нескольких балах и празднествах, всегда меняла внешний вид. Все ключевые игроки давно пойманы, они и семьи допрошены. Гермиона представить не могла, что кого-то упустила.

Возможно, незнакомка просто услышала неподходящие сведения в неподходящее время? Теории заговоров широко разошлись после битвы, и на этот раз даже «Придира» имел некоторое влияние. Возможно, женщина связала информацию воедино?

Она и раньше ошибалась. Нынешние события — это не очередная попытка воскресить Волдеморта или построить новую империю на его имени. Незнакомка была лично заинтересована и очевидно посвятила всю жизнь поиску ответов.

Гермиона может использовать это себе во благо. Может торговаться, учитывая, что женщине нужны знания, а не смерть врагов.

Но было слишком много переменных. Нельзя рисковать детьми из-за догадки. Если все провалится, сегодняшний вечер закончится катастрофой.

Северус согласился, хотя сердце болело за Гермиону.

«Попытайся собрать как можно больше сведений. Не рискуй понапрасну».

«Придется сказать правду. Она может заметить любую ложь».

«Знаю. Просто займи ее. Когда увидишь слабое место, я буду ждать в тени».

Планы и расчеты перетекали из разума в разум, обрастали деталями, некоторые идеи отметали, меняли, пока не выкристаллизовалась идеальная стратегия, ожидающая, когда ее приведут в жизнь. Северус стоял у вестибюля, готовый в мгновение ока выполнить свою часть, но Гермионе потребуется сначала подготовить почву.

Она сделала мысленную связь шире, подготовила для предстоящей передачи сведений и спрятала палочку в мантии. Говорить и резать одновременно — не самое простое, что Гермионе приходилось делать.

«Я тебя люблю, — прошептала Гермиона в их общем тайном месте. — Всегда буду, Северус».

«С каждый днем я люблю тебя все больше, моя Гермиона».

Она глубоко вдохнула и приготовилась к тому, что сейчас скажет. Ей совсем не нравилось предстоящее, но она хотя бы находится среди друзей. После этой ночи у незнакомки не останется возможностей рассказывать другим байки.

Дав Гарри и Драко знак сохранять спокойствие, а всем остальным — ждать команды, Гермиона встала. Сердце бешено колотилось.

— Если хочешь услышать мою историю, сначала покажи лицо, — резко потребовала она. — Я не люблю разговаривать с незнакомцами.


* * *

Гарри приказал найти укрытие и спрятаться, так что Лили прокралась вдоль неиспользованных столов и скамей, пока не оказалась в углу Большого зала. Она спряталась за старым столом и креслом, прижала колени к подбородку, до боли сжав палочку в руке. Она видела зал и находилась достаточно близко, чтобы все слышать, но она с удовольствием обменяла бы эту возможность на безопасное место среди других детей.

Битва захватывала дух. Ничего общего с тем, что она видела в дуэльном клубе или на дружеских дуэлях, которые устраивали дяди и тети. Ее родители отлично показывали себя в поединках, а Гарри всегда был на высоте, но больше всего ее поразила тетя Гермиона. Она прыгала, крутилась и пинала, в ее руке всегда был кинжал, и она даже использовала его, чтобы создавать заклинания.

Все это выглядело, как странная смесь магической дуэли, «Звездных войн» и фильмов про мастеров кунг-фу, которые Лили не разрешали смотреть до недавнего времени, только все происходило наяву и сумасшедшие трюки выполняла крестная.

Она ударила в лицо одного человека, затем распотрошила другого (Лили стало плохо, но она не хотела выдавать свое положение таким неприятным образом). Тетя выглядела такой яростной и дикой, что попросту пугала.

Чем еще драка отличалась от кино? Родители, дяди и тети, двигались так быстро, сражались с такой точностью и напором, что все закончилось, толком не начавшись, и Лили показалось, что большую часть она пропустила (и была за это безмерно благодарна).

Но затем враг поднял флакон с какой-то жидкостью, и Гермиона с остальными испуганно замерли. Что-то пошло не так.

Лили дрожала от мысли, что ученики, братья, родные и друзья умрут от зелья, которое съест магию, поглотит тела жертв. Она так сильно дрожала и наконец поняла то, о чем всегда говорили члены Ордена, и о чем сегодня рассказывал дядя Невилл.

«Тогда в этом не было ничего героического. Было страшно и захватывающе, мы все совершали поступки, к которым не были готовы».

Как же хотелось, чтобы все оказалось сном! Хотелось проснуться в безопасной спальне для девочек, ожидая лишь скучные уроки и домашнюю работу.

Но все происходило наяву, и тетя Гермиона послушалась приказа врага. Лили хотелось отвернуться и закрыть уши, чтобы почтить секрет крестной. Останавливала только опасность повернуться к врагу спиной.

— Если хочешь услышать мою историю, сначала покажи лицо. Я не люблю разговаривать с незнакомцами, — сказала тетя Гермиона, ее голос звучал холоднее, чем когда-либо слышала Лили. Если раньше она только выглядела опасно, то теперь и говорила опасно.

Лили заметила, как незнакомка вздрогнула, будто от удивления, явно колеблясь. Даже Лили поняла почему. Если она раскроет лицо, то либо придется убить свидетелей, либо она станет разыскиваемой преступницей.

Интересно, почему тетя Гермиона так подняла ставки? Она что-то замыслила? Но на что им надеяться против такого зелья?

Возможно, заклинание головного пузыря некоторое время их защитит, но даже Лили могла поддерживать его около пяти минут, а она была лучшей на уроке заклинаний! Если зелье распространяется очень быстро, то ученики и гости погибнут до того, как поймут, что происходит.

Так что у врага не было совершенно никаких причин выполнять желание Гермионы. Но все же незнакомка подняла руку к капюшону, решительно схватила ткань и откинула.

На мгновение в Большом зале повисла совершенная тишина, будто даже стены затаили дыхание и ждали.

Затем голос тети Гермионы нарушил напряжение. Он звучал удивленно и немного выше обычного.

— Пэнси... — прошептала она.

Женщина кивнула, лицо исказилось уродливой гримасой.

— Пэнси Паркинсон, — мрачно согласилась она. — Полагаю, вы ожидали кого-то менее знакомого? Ваши военные герои не замечали никого дальше собственного носа.

— Но... твой отец входил во внешний круг, почти не имел отношения к происходящему, — тетя Гермиона выглядела смущенной.

Женщина — Пэнси — горько усмехнулась.

— Достаточно, чтобы все имущество конфисковали, а его — изгнали из общества, — словно выплюнула она, но что-то изменилось, и она стихла.

— Мать ушла. Внезапно мы стали нищими, никто не хотел иметь с нами дела. Отец не мог этого вынести. Исчезло все, во что он верил, имя нашего рода втоптали в грязь. Он покончил с собой, а мать — предательница крови — вышла замуж за грязнокровку, только это ее не спасло. Видите? Вы разрушили мою жизнь, все вы, и даже не заметили!

Лили заметила слезы в глазах женщины и задумалась, как бы справилась сама — отец мертв, мать ушла...

Точно бы не стала террористом и массовым убийцей, в этом она не сомневалась.

Голос тети Гермионы смягчился, когда она заговорила. Возможно, ей в голову пришли те же мысли.

— Сочувствую твоим потерям, Пэнси, — сказала она. — Было слишком много смертей, даже после падения Волдеморта, признаю, некоторые из них лежат на нашей совести. Но твои родители добровольно приняли решение, мы их не заставляли.

— Не надо снисхождения, Грейнджер! — взвизгнула Пэнси Паркинсон. — Ты — пай-девочка с идеальной карьерой! Мне не нужна твоя жалость, я хочу знать, что произошло! Что вы сделали? Сейчас же рассказывай, или я не отвечаю за последствия.

Она потрясла флаконом, и у Лили дыхание перехватило от страха.

Тетя Гермиона поморщилась, но кивнула.

— С чего начать? — вслух подумала она, но Пэнси тут же ответила.

— Каков был план? — потребовала она ответ. — Как вы это сделали? Как обманули Темного Лорда?

Тетя Гермиона хмыкнула.

— Это было на удивление легко, — ответила она, но неискренность тона говорила об обратном. — Когда мы проникли во внутренний круг, мы предоставили двойному агенту ложное пророчество, которое убедило Волдеморта, что он может навсегда уничтожить Гарри, если застать его в древнем месте в ночь, когда просыпается древняя магия. Он заглотил наживку. Затем мы скормили ему надуманную причину, по которой Гарри, Рон и я проведут ночь Хэллоуина в Тинтагеле. Он и в это поверил. Осталось устроить засаду и провести ритуал, который навсегда уничтожил его душу. Все просто.

Она говорила медленно, бесстрастно рассказывая сказку, которую Лили слышала множество раз. С одним исключением.

В историях родителей и родни никогда не было двойного агента, который обвел Волдеморта вокруг пальца. Лили удивленно раскрыла глаза, сложив еще одну мозаику.

Пэнси упомянула женщину; только если один член Ордена не исчез и забыт, значит...

Лили еще шире раскрыла глаза. Невозможно!

— Кто? — спросила Пэнси Паркинсон, слово звучало жестко. — Кто все спланировал? Кто был двойным агентом?

Мгновение тетя Гермиона колебалась, ее лицо омрачила боль.

— Я, — призналась она. — И в том, и в другом случае.

Лицо Пэнси исказилось от ярости.

— Невозможно! — закричала она, повторяя размышления Лили. — Ты грязнокровка, простая девчонка! Темный Лорд никогда бы...

— Темный Лорд считал меня своим питомцем и превозносил над всеми, — перебила Гермиона, ее лицо не выражало чувств. — Он дал мне власть над всеми чистокровными волшебниками внутреннего круга, и в конце я победила его в битве разумов. Твой драгоценный хозяин — не более чем сумасшедший полукровка, попавший в ловушку девчонки. Вот правда, Пэнси. Прости.

— Нет, — прошептала женщина, ее руки задрожали.

Лили не знала, что сильнее потрясло врага: хитрость грязнокровки или не чистокровное происхождение Волдеморта.

— Нет! Отец описывал ее! Она была словно королева тьмы, говорил он, все боялись ее...

Что-то изменилось в тете Гермионе. Она будто стала выше, глаза мрачно засверкали, губы сложились в опасную и странно чувственную улыбку.

Лили пробрала дрожь. Несмотря на все услышанное, тетя по-прежнему оставалась тетей. Но сейчас она выглядела незнакомкой, которую девочка никогда не встречала, да и не особо желала встретить.

Она и правда выглядела королевой тьмы.

— Они были у меня в руках, все эти богатые чистокровные волшебники, я могла уничтожить их в любое время, — прошептала она, ее голос звучал хрипло и победоносно. — Они любили и боялись меня, доверяли, несмотря на мое происхождение. Так много власти и магии, но их победа зависела от меня. И я их предала. Я победила Волдеморта, убила Люциуса Малфоя, который любил меня больше кого-либо, и я смеялась, пока он умирал!

— Малфой, — Пэнси Паркинсон прошептала, ее взгляд метнулся к Драко и снова к Грейнджер. Все высокомерие и злость улетучились, их смыло откровение, которого она никогда не ожидала услышать.

— Он был моим любовником, — продолжала незнакомка с лицом Гермионы. — Я соблазнила его, и он делал все ради меня. Он представил меня Волдеморту, поддержал мое вступление во внутренний круг. Даже когда Малфой пытал меня, он отчаянно меня любил.

Она засмеялась, и все представление Пэнси Паркинсон показалось детской игрой по сравнению с этим смехом.

— Ты думала, что все знаешь, так, Пэнси? В безопасности среди змеек, рядом с отцом-чистокровкой ты считала, что понимала тот мир. Но ты ничего не знала о его тьме, величии и силе. У зла своя красота, своя мораль, но ты никогда не обращала на них внимания, ты и твоя жалкая семейка. Они были королями среди волшебников, а я — их королевой, и они ничего не предвидели.

— Как они могли? — прошептала Пэнси, всхлипывая. Лицо покрылось красными пятнами, и она выглядела словно ребенок, у которого отобрали игрушку. — Как тебя допустили? Мой отец ни разу не удостоился аудиенции. Как они могли забыть все свои принципы?

Гермиона вскинула подбородок и прямо посмотрела на Пэнси.

— Они были идиотами, — жестко сказала она. — И поплатились за это. Все на пол!


* * *

Тело Драко машинально откликнулось на команду Гермионы. Вот он стоял рядом с Гарри, глядя на удивленное и напуганное лицо Пэнси, и в следующий миг — лежал на животе, палочка наготове, чтобы защищать себя и семью.

Световой луч пересек зал примерно на уровне плеча, уничтожая все на своем пути. Он рассек бы Драко пополам, но его мощи хватило, только чтобы разрушить защитный пузырь Пэнси.

Паркинсон закричала от удивления и страха и потянулась рукой к крышке флакона, чтобы высвободить зелье и всех убить.

Ей не хватило скорости.

Вниз спикировал ворон, его черные перья блестели в свете свечей, и Пэнси снова закричала.

Прежде, чем все поняли, что произошло, в руках Пэнси уже ничего не было, а ворон устраивался на плечо Гермионы, передавая флакон в клюве.

Гермиона улыбнулась птице.

— Спасибо, Северус, — сказала она. Она единственная стояла в комнате, решительно направив палочку на всхлипывающую Пэнси, упавшую на колени.

— Останешься в образе или превратишься в человека?

Ворон склонил голову на бок, спрыгнул на пол, обернувшись Северусом Снейпом. Черная мантия развевалась, вторя крыльям черной птицы.

— В конце концов, она оказалась просто любителем, — заметил он спокойно и очень мягко.

Гермиона нежно улыбнулась и на мгновение склонила голову на грудь Северуса, они словно слились воедино.

«С ними все будет хорошо, — подумал Драко, — как и всегда, когда они вместе».

Гарри вскочил и принялся оглушать и связывать оставшихся врагов. Они были сбиты с толку ответным нападением и не сопротивлялись, слишком ошарашенные внезапной переменой судьбы.

Драко медленно последовал примеру Гарри. Он не зря выбрал зельеварение и, хотя по-прежнему мог сразиться в дуэли с лучшими, но устал от смертей, шума и хаоса.

Он годами беспокоился, как сильно похож на отца, и в итоге обнаружил, что мирная жизнь превратила его в совершенно другого человека. Он хотел жить исследованиями, полезной работой и приятными мелочами. Сегодняшнее событие заставляло его чувствовать грусть и усталость, сердце болело от потраченной впустую жизни слизеринца, проведенной ради отмщения и безумия вместо чего-то действительно полезного.

Пэнси лежала на земле, прижав колени к подбородку и тихо всхлипывая. Вероятно последние двадцать лет жизни она потратила на этот план — подготовку величайшего триумфа. По-настоящему слизеринский поступок. Но она не получила удовлетворения, только разрушила последние ценности в жизни — память о семье и веру в Волдеморта.

Драко аккуратно обыскал карманы и вынул ее палочку. Пэнси не сопротивлялась, в ней больше не осталось сил для борьбы.

«Еще одна из потерянного поколения, — с грустью подумал он. — Двадцать лет минуло, а прошлое все еще отравляет жизни».

— Вставай, Пэнси, — мягко сказал он. — Авроры прибудут с минуты на минуту, они не должны застать тебя в таком виде.

Они могли убить друг друга на поле битвы, но в конце концов, слизеринцы всегда держались друг за друга.

Пэнси отпрянула от рук Драко.

— Не трогай меня, предатель крови, — прошипела она, но в ее голосе не осталось яда.

— Я знаю, — прошептал он. Больше нечего было сказать, не было способа успокоить женщину, смягчить боль прошлого и будущего. Только эти слова он мог произнести, не солгав. — Я понимаю.

— Ты! — она будто выплюнула слово. — Да как ты можешь понять? Перебежал на сторону в самое подходящее время, слизеринский принц оставил своих друзей. Тебе всегда везло, жил беззаботной жизнью!

Драко тихонько усмехнулся и вновь протянул ей руку.

— Думаю, неплохо, если бы меня запомнили таким, — сказал он, и в этот раз Паркинсон не отказалась от помощи.

Она обмякла, пока Драко помогал ей встать. Гарри вопросительно посмотрел на друга — не нужна ли помощь?

Малфой покачал головой. Это его забота, уже много лет. Гриффиндорцы, может, и отстроили мир, сделав его почти безопасным, но кому-то нужно подбирать потерянных слизеринцев и заботиться о них. Драко — единственный кто мог бы это сделать.

— Я о ней позабочусь, — сказал он, и понимающая улыбка Гарри растопила лед, сжимавший сердце.


* * *

Не очень-то весело сидеть в комнате под Большим залом. Большинство учеников и гостей не особо понимали, что происходило, но Тед думал, что все прекрасно представляет. Военные истории родственников многому его научили.

Пара журналистов потребовали пустить их наружу, чтобы расследовать происшествие, но директор, тетя Луна и дядя Билл не сдались. Никому не было позволено покидать комнату, пока все не кончится.

Прежде чем начали создавать защитные чары, директор отвела детей членов Ордена в сторону.

— Знаете, что происходит? — спросила она, поочередно глядя на каждого.

Все кивнули.

— Тогда мне понадобится ваша помощь, — сказала она. Тед сразу почувствовал гордость: профессору МакГонагалл нужна его помощь!

— Другие ученики не подготовлены. Выберите не сильно шумные игры. Разрешаю немного магии. Полагаю, вы знаете, какие заклинания не помешают защитным чарам.

— Да, профессор, — подтвердили все.

Они играли в двадцать вопросов (маггловская игра, очень популярная), жмурки и даже прятки (подальше от дверей).

Иногда из Большого зала доносились слабые звуки, один раз послышался грохот и крик, но по большей части они ждали и успокаивали других учеников.

Теду нравилось поздно ложиться и знать больше старшеклассников, но даже он вскоре заскучал. Какое же он испытал облегчение, когда через дверь раздался голос дяди Рона.

— Все кончилось, — сказал он. — Можете открывать.

Директор, не будучи глупой, задала условный вопрос, который Тед заучил наравне с инструкцией к своему аварийному портключу. Хотя он никогда толком не понимал его значения.

— Кто наш шпион?

— Мата Хари. Открывайте! — послышался веселый голос дяди Рона.

Защитные чары едва успели исчезнуть, как дверь шумно открылась, и в комнату хлынули родители, в первую очередь проверяя собственных детей.

Теда постоянно обнимали — снова! — затем отец крепко сжал его руку, будто никогда не собирался отпускать.

Теду хотелось спросить, что случилось, но он знал, что родители ничего не расскажут при посторонних. Видимо, нужно подождать, пока они останутся наедине. Он радовался, что никто не ранен, и что авроры увели нападавших.

«В общем, вечер был неплохим», — думал он, лежа в постели в общежитии. Ужин прошел быстро, как и речи; кое-что удалось стащить с кухни, прежде чем родители уложили спать.

У них снова был тот самый вид, и Тед беспокоился, что следующие месяцы с него не спустят глаз, но родители также похвалили его за ум и поведение, а Гарри пожал руку и сказал, что он будет первоклассным аврором.

Он лишь завидовал, что Лили позволили остаться наверху со взрослыми и за всем наблюдать. Но сестра молчала как рыба. Совершенно нечестно! Единственный раз хоть кто-то из них увидел легендарный Орден Феникса в действии, и теперь она ни слова не скажет братьям? Уж он-то придумает для сестрицы парочку неприятных розыгрышей на каникулах. Пусть знает!


* * *

Ремус заставил себя дождаться, пока все нападавшие не будут связаны и оглушены. Как только последний враг упал на пол, он мгновенно пересек комнату и заключил дочь в объятия. Она храбро держалась, но Ремус чувствовал, как та дрожит, и только сильнее обнял Лили.

— Все хорошо, — прошептал он, проклиная Пэнси Паркинсон, себя и богов за то, что она все видела. — Ты в безопасности. Все кончено.

Лили ответила на объятия и через мгновение отступила. Ремус неохотно ее отпустил.

— Все хорошо, пап, — сказала она, даже улыбнулась. Вылитая мама. — Я в порядке.

Ремус глубоко вдохнул и почувствовал приближение Доры. Объятия повторились, Лили снова заверила, что все отлично. Страх Ремуса медленно уходил, на его месте появлялось глубочайшее облегчение.

Дора положила руку на плечо Лили, будто лишний раз убеждая себя, что дочь здесь. Она внимательно смотрела на Лили и тепло улыбалась.

— Знатная выдалась годовщина? — весело спросила она, и дочь кивнула.

— И не говори, — ответила Лили и кашлянула. — А кто эта Пэнси?

— Однокурсница Гарри и остальных, — ответил Ремус. — Из Слизерина. Очевидно, мы недооценили ее связи с Пожирателями смерти, но кто бы мог представить, что после стольких лет...

Лили рассеянно кивнула, явно думая о чем-то другом. Она не отрывала взгляда от группы людей, окружавшей Пэнси, особенно от Гермионы. Да. Об этом им придется поговорить.

— Почему вы никогда не рассказывали? — спросила Лили, множество чувств смешалось в этом вопросе: разочарование и злость, любопытство и страх. — Вы заставили всех поверить, что она безобидный исследователь, хотя она на самом деле...

Она беспомощно махнула рукой, не в состоянии выразить словами откровения вечера.

Ремус вздохнул. Он устал и хотел лишь сидеть и обнимать жену и детей, но Лили переполняли чувства от увиденного и услышанного. Она заслужила ответ, тем более они попросят дочь сохранить все в тайне.

— Мы это обсудили, — ответил он, переглянувшись с Дорой. — Это неприятная история. Гермиона чуть не умерла, а мы совершали поступки, которыми вовсе не гордимся. Но это было ее решение, она не хотела делиться своей историей. Мы уважаем ее желание.

Лили передернула плечами.

— Она правда была любовницей Люциуса Малфоя?

Драко рассказывал детям про Малфоя-старшего (хоть и смягчал описания). Судя по ужасу и отвращению в голосе Лили, история была впечатляющей.

— Мы уважаем желания Гермионы, — спокойно повторил Ремус, хотя в сердце закралось беспокойство.

— Да, я понимаю, — ответила Лили. — Учитывая, как журналисты преследуют Гарри. Но почему вы не рассказали нам, семье? Почему нам пришлось жить во лжи?

Теперь вздохнула Дора и крепче сжала плечо дочери.

— Непросто жить, зная, что кто-то был шпионом, причинял боль и убивал людей ради каких-то сведений. Возникли бы сложности и недопонимания. Только представь, как бы повел себя Тед, узнай то же, что и ты.

Злость Лили почти прошла.

— Сначала он бы испугался, — медленно проговорила она. — А потом вел бы себя с ней, как с героиней.

Дора кивнула.

— Ей бы этого не хотелось, — продолжила она. — Она всех вас любит, любит быть немного скучной тетей, которая помогает со школьными проектами, дает книжки и угощает полезными сладостями. Ей бы не хотелось быть для вас кем-то другим.

Лили кивнула, не отрывая взгляда от Гермионы. Больше она вопросов не задавала.

Они молча наблюдали, как прибыли авроры и арестовали Пэнси и других нападавших, как Минерва и Гарри занялись делами, а Гермиона и Северус начали создавать дополнительные чары, чтобы защитить Хогвартс на ночь.

Семьей они направились в комнату под Большим залом, забрали Теда и Сириуса (они скучали и представления не имели о минувшей опасности), быстро накормили и уложили спать. Затем они помогли Минерве ответить на вопросы гостей, отослали журналистов, пообещав дать пресс-конференцию на следующий день.

Было далеко за полночь, когда все вопросы были улажены, и Ремус совершенно выбился из сил, видя те же чувства на лицах жены и дочери.

Однако нужно было кое-что сказать, прежде чем они разойдутся на ночь.

Ремус взял руку Лили и нежно сжал в обеих ладонях.

— Я очень тобой горжусь, цветочек, — сказал он. — Ты сегодня отлично справилась.

Лили покраснела от удовольствия.

— Мам, пап, я вас люблю, — прошептала она и хитро улыбнулась. — Вы надрали всем задницы.

Дора ухмыльнулась, а Ремус почувствовал, как щеки тоже заливает краска.

— Мы не просто родители-старички, мы герои войны, знаешь ли. Равняйся на нас, — поддразнил он.

Лили закатила глаза.

— Спокойной ночи, примеры для подражания, — сухо сказала она и ушла.

В нескольких шагах Гермиона и Северус занимали одну из деревянных скамей, все еще занимаясь защитными чарами. Проходя мимо, Лили задержалась и повернулась к ним.

— Тетя Гермиона, — тихо и немного неуверенно позвала она.

— Да, дорогая?

Гермиона посмотрела на Лили: в глазах женщины было множество чувств. Ремус вздрогнул, заметив, что страх быть отверженной — самое сильное из них.

Насколько Люпин знал, Гермиона была счастлива, любила Северуса, выполняла полезную работу, вела ту жизнь, которую всегда хотела. Семья приняла ее. Женщина хорошо и непринужденно справлялась с выбранными ролями. Но в душе всегда оставалась та тень, которая временами появлялась и преследовала ее.

Ремус взмолился, чтобы Лили не обидела Гермиону, не совершила ту же ошибку, которую допустили все они двадцать лет назад. Но разве он не повторял, что ум дочери достался ей от крестной?

— У меня сложности с проектом по заклинаниям, — быстро сказала Лили. — Ты не могла бы помочь?

Гермиона улыбнулась и будто засветилась от удовольствия и облегчения. Северус победоносно хмыкнул. Он всегда говорил, что Лили в душе слизеринка, — величайший комплимент из его уст.

— Конечно, помогу, — с радостью ответила Гермиона. — Напиши, какие возникли вопросы, и я пришлю список для чтения. Может, останешься у нас на день-два на каникулах? Поработаем над практикой.

— Будет здорово, — улыбнулась Лили.

Она снова засомневалась и вдруг заключила крестную в крепкие объятия.

— Ты лучшая, тетя Гермиона, — прошептала она, помахала родителям и торопливо вышла из Большого зала.

Ремус с гордостью смотрел дочери вслед.


* * *

За ночь прокралась зима, заявив свои права на территорию Хогвартса. Серое небо нависало над замком, и в воздухе не осталось ни капли осеннего тепла.

Минерва взмахнула палочкой, и на плечах появилась уютная шаль. Она мало спала, нужно было позаботиться об учениках, восстановить чары, навести порядок с аврорами.

Разумеется, ей помогали, однако некоторые задачи мог выполнить только директор, а в отсутствие заместителя количество забот будто утроилось.

Минерва вздохнула. Уильям Гопман. Разве она когда-нибудь так ошибалась?

Гарри пытался приободрить ее, сказав, что все великие директора Хогвартса должны хоть раз ошибиться в профессоре ЗОТИ, но все равно хотелось устроить себе взбучку.

Минерва снова вздохнула. Нечего горевать о непоправимом. Все-таки прошлый вечер показал: есть за что благодарить жизнь. Это уравновешивает провал с Гопманом.

Директор улыбнулась, глядя, как члены Ордена, которых она проводила несколько минут назад, направились к главным воротам.

Самая странная годовщина, но в некотором смысле самая подходящая.

Минерва никогда не забывала чувства прошлого: страх, злость, постоянное беспокойство, но за годы они сгладились, и женщина думала, что эта ее часть навсегда исчезла. Однако нож Гопмана у горла мгновенно оживил все воспоминания. МакГонагалл снова поразилась силе друзей и семьи, выносливости и решительности, которые помогли пройти через прошлое.

Вчера она вновь увидела эту силу, сердце переполняла гордость от взгляда на мужчин и женщин, в которых превратились ее некогда маленькие ученики.

Такие храбрые и умные, прекрасные и яростные. Все они были ей детьми.

«Они никогда не изменятся», — поняла МакГонагалл, глядя, как члены Ордена дошли до ворот и аппарировали. Они справятся с любой сложностью и выйдут из нее целыми и невредимыми, потому что они — большая семья.

Прошлый вечер доказал, что награда той победы не была чрезмерной. Они сражались за свободу и получили ее. Они заслужили ее независимо от того, что принесет будущее.

— Они никогда не изменятся, — прошептала Минерва и рассмеялась.

Пора в замок, приступать к работе. Мир не остановился, и работа никогда не закончится. Минерва этому только радовалась.


* * *

P.S. от переводчика.

Мы справились, дорогие читатели! Спасибо, что все время меня поддерживали, оставляли комментарии и замечания и не переставали читать. А ведь перевод начался в далеком 2011 году. Желаю вам множество не менее захватывающих фанфиков.

P.P.S. Перевод обязательно пересмотрим и отредактируем по новой, но точно не в ближайшие дни.

Глава опубликована: 11.02.2018
КОНЕЦ


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 660 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
 

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх