Страница фанфика
Войти
Зарегистрироваться


Страница фанфика

Лжец (гет)


Автор:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Adventure/AU/Romance/Angst
Размер:
Макси | 510 Кб
Статус:
В процессе
Предупреждение:
ООС, AU, Смерть персонажа, Underage, Нецензурная лексика
«Живи по другим законам, Гарри. Лишь ты являешься хозяином собственной судьбы. Я лгал всю свою жизнь, лги и ты. Однажды я совершил огромнейшую ошибку, предав твоих родителей, и сейчас я могу искупить свою вину, оградив тебя от опасностей. Если не хочешь быть избранным - это твое право».
QRCode

Просмотров:191 512 +22 за сегодня
Комментариев:782
Рекомендаций:4
Читателей:2826
Опубликован:19.12.2013
Изменен:05.07.2017
От автора:
— Все, что ты делаешь, это… это… я не знаю, как это назвать.
— Двулично? Завуалированно? Неискренне? Коварно? Криводушно? Уклончиво?
— Все сразу. Почему ты никогда не говоришь и не делаешь ничего в открытую?
— Пусть я сдохну, если я знаю. Серьезно, пусть я сдохну.
(с) Стивен Фрай, "Лжец"
 
Фанфик опубликован на других сайтах:    
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 5. Гарри

Графство Суффолк. 28 августа.

Поместье Петтигрю, наконец, приняло обжитой вид.

Пленку со всех кресел уже сняли, портьеры на окнах раздвинули, а камины натопили до такой степени, что в верхней одежде в помещении находиться было уже невозможно. Пыли благодаря усердию двух трудолюбивых домовиков не осталось даже в щелях грузных дубовых комодов, убрали и зеленоватые разводы плесени на сыром чердаке, и паутину в кухонных шкафах, больше тринадцати лет не использовавшихся по назначению.

Когда Виктор зашел на кухню, чтобы налить себе чаю, его ноги подвергли тщательной обработке — эльф чуть ли не вылизал его ботинки, надраив их тремя разными тряпками, смыл за Крамом несуществующие следы и только тогда позволил взять ему горячую после помывки фарфоровую чашку. То же самое происходило по всему дому. Пока домовики не убедились в том, что хозяевам неоткуда брать грязь, чтобы разносить ее по полу, они ловко сновали между ног, приставая к каждому подозрительно выглядящему ботинку. Кэти несколько раз приходилось едва ли не пинками прогонять суетливых слуг, пока ее это не достало, она не скинула свои шлепанцы и не стала ходить везде босиком.

— Кэти, тут полно заноз, — заметил Питер, взглянув на девушку поверх кипы документов на недвижимость, которые нужно было перепроверить и подписать.

— Ничего, — лаконично ответила Белл, проходя мимо него в гостиную и вручая Виктору, сидящему в окружении подушек у камина и читающего учебник по истории магии, тарелку с бисквитами. — Имей в виду, Крам. В следующий раз туда пойдешь ты, и не накормленным точно не уйдешь. Мне пришлось съесть целую миску грибного супа, чтобы твоя мать от меня отстала.

— Спасибо, — Гарри отобрал у Виктора тарелку, установив ее себе на живот, и снова уставился в потолок, не обратив внимания на сердитый взгляд друга.

— Ты так и будешь лежать? — раздраженно спросила Кэти, скинув его ноги с дивана, и садясь рядом. Гарри закатил глаза, нехотя принял сидячее положение, и, отобрав те бисквиты, в которых было больше всего шоколадного мусса, отдавал тарелку Виктору. — Прекрати уже играть в молчанку, это как минимум непрофессионально.

Гарри ответил ей злобным взглядом сощуренных зеленых глаз. Взгляд Кэти в очередной раз зацепился за едва различимые на лбу три белые полосы шрама, образующие причудливый зигзаг.

— Это у тебя откуда?

— Он в детстве упал с метлы, — ответил Виктор, заляпав шоколадными крошками параграф о принятии статута о секретности.

— Вообще-то, я пытаюсь поддерживать с ним диалог, — заметила Кэти, ткнув пальцем в Гарри, снова завалившегося на широкий подлокотник дивана. — Как будто я виновата, что мистер Петтигрю не позволил тебе пойти с нами в Косой переулок!

— А вчера на прогулку в Лондон, — буркнул Гарри. — А позавчера даже в парк. В парк за два квартала отсюда, черт подери.

— Ну, это для твоей же безопасности, — протянул Виктор, откладывая учебник и глядя за окно, где вечернее небо постепенно становилось все темнее и темнее. — Питер же сказал тебе, что врагов у него здесь немало. А еще произошедшее после... матча...

Кэти и Гарри переглянулись: каждый раз, как Крам упоминал проигранный чемпионат, на лице его отображалась нечто эдакое, намекающее на явное нежелание развивать тему.

— В общем, после того, как Беллатриса Лестрейндж чуть не убила нас всех прямо там, — быстро продолжил Виктор, — Питер был бы рад запереть тебя где-нибудь, куда при всем желании не подберешься.

— Например, в Хогвартсе, — подтвердила Кэти, энергично кивнув. — Хогвартс, как говорит папа, самое безопасное место в Англии, пока там есть Дамблдор. Так что тебе придется ждать отъезда, как ни крути.

Гарри вздохнул, но спорить, вопреки ожиданиям, не стал.

— К тому же, мы купили тебе все необходимое к новому учебному году, — сказала Кэти после непродолжительного молчания, а Виктор указал на выстроенную из учебников и письменных принадлежностей башню — творчество заскучавшего утром Димитрия. — Я даже сову тебе подарила.

— Которую купила на мои же деньги? — усмехнулся Гарри.

— Сова нужна всем, — огрызнулась Кэти, сверкнув на него карими глазами. — Особенно тем, чьи друзья остались за океан от нового места жительства.

Гарри снова закатил глаза.

— Отлично. Потом как-нибудь придумаю ей остроумно-оскорбительную кличку, но сейчас моя фантазия не хочет решать этот вопрос.

— Не смей обзывать сову, — предупредила Кэти.

— При выборе оскорбительной клички не руководствуются пожеланиями клиента, — заметил Виктор, улыбаясь одним уголком губ.

— Я назову ее сама, — сказала Кэти, перебивая его. — Хедвиг. Пусть будет Хедвиг. А тебе, — она наставила указательный палец на Гарри, — советовала бы перестать изображать из себя трехлетнего ребенка. Мы с папой не просто так здесь торчим. Он единственный из мракоборцев, кто согласился защищать этот дом, по крайней мере, на то время, что ты здесь находишься. Не злоупотребляй его расположением к мистеру Петтигрю, твой отец не в фаворе в министерстве, ясно?

Гарри посерьезнел, переглянувшись с Виктором. Тот едва уловимо кивнул, как бы намекая на то, что с Белл стоит согласиться.

— Хорошо. Я переживу еще пару дней дома, — сказал Гарри, стараясь не думать о том, как хочется полетать на метле на свежем осеннем воздухе. — А сейчас, может, партию в драконье таро?

— Ненавижу ваши дурмстрангские игры, — пробурчала Кэти, впрочем, потянувшись к колоде на каминной полке. — Мне все время кажется, что вы не рассказали мне какого-то важного пункта в правилах, и поэтому я все время проигрываю.

— Смирись, Белл, — с усмешкой покачал головой Гарри, тасуя колоду. — С того самого момента, как ты продула близнецам Уизли пять галлеонов я понял, что ты безнадежна.

Когда в Гарри прилетел шоколадный бисквит, Виктор посмеялся от души.


* * *

На вокзале было людно и шумно, пахло сыростью рано наступившей осени.

Гарри впервые наблюдал такое столпотворение магов в общественном месте. В Дурмстранг ученики отправлялись на двух суднах, прибывая с родителями в порт в течение целого часа, каждый тогда, когда ему было сподручнее. Хогвартс-экспресс же пыхтел, выпуская из трубы густые серые клубы дыма и готовясь к отъезду в четко назначенный срок, поэтому на платформе за пять минут до отправки оказалась добрая половина всех учеников, еще не распрощавшихся со своими родителями.

Где-то в толпе Гарри увидел рыжую макушку Рона, но когда попытался до него докричаться, поезд издал очередной пронзительный гудок, и в следующий миг между Гарри и знакомым возникла преграда из шумного семейства, провожающего в школу миловидную темноволосую девушку.

— Дафна, обязательно отправь сову, когда доедешь, — сказала пожилая дама с клатчем, клюнув девушку в щеку, которую та тотчас украдкой вытерла.

— Да, бабушка Гринграсс, — вяло отозвалась Дафна, обернувшись на стоящего рядом Гарри. Взгляд ее голубых глаз стал озадаченным, она оглядела клетку в руке юноши, в которой трепыхался Хедвиг, взъерошенный и устрашающе каркающий.

«Или как называется звук, который издает поперхнувшаяся собственным пером сова?» — подумал Гарри отстраненно, кратко улыбнувшись девушке.

— Привет, — сказал он, но впечатление испортил Хедвиг, отхаркнувший мокрое перо на дно клетки и довольно ухнувший, сощурив желтые глаза.

— М-да, — коротко сказала Дафна с таким выражением лица, какое и должно было появиться на лице девушки при виде совы, которая не то неудачно чихнула, не то вывернула на дно клетки содержимое желудка. Гринграсс, не теряя времени на разговоры, помахала рукой собравшимся родственникам и ловко запрыгнула в вагон, даже не оглянувшись.

— Чертова птица, — с досадой обратился Гарри к Хедвигу. — Никаких понятий о приличии. Неудивительно, что Белл выбрала именно тебя.

— Гарри, — с двух сторон от него возникли будто бы из ниоткуда близнецы Уизли, одновременно хлопнув его по спине. — Спасибо, Гарри, за помощь со ставками. У нас теперь у обоих «Молнии», ты прикинь?

— Впечатляет, — кисло отозвался Поттер, подумав, что сам был бы совсем не прочь сменить свою «Комету» на новенькую, быстро порхающую метлу. Но, разве, его кто-то спрашивал, оставляя дома и оправляясь в Косой переулок? Он обернулся, посмотрев на сияющих, совершенно одинаково сияющих братьев, тут же передумав обращаться к кому-либо из них по отдельности. — Скажите лучше, кто такая Дафна Гринграсс?

Фред задумался, наморщив лоб.

— Когтевранка? Староста? — предположил он неуверенно. — За ней еще Перси увивался, а, Джордж?

— Ты путаешь ее с Пенелопой Кристалл, — возразил тот, лениво облокотившись о собственный чемодан, слегка покачивающийся на ножках. — Гринграсс — слизеринка.

— Факультет Слизерин обещает много, — протянул Гарри с ухмылкой.

Фред и Джордж весело переглянулись.

— Тебе-то только туда, — хмыкнул Фред. — После того, как ты содрал оброк чуть ли не со всего стадиона.

— Наверное. Я уже знаю о системе факультетов, — сказал Гарри. — На днях прочитал «Историю Хогвартса»...

— Занимательное чтиво, — прыснул Джордж. — Гермиона оценит.

— ...По диагонали, — добавил Гарри насмешливо. — До Когтеврана и Пуффендуя я уже не дошел.

— Да ну? — сказала подошедшая Кэти, уже сдавшая свой чемодан в багажное отделение. — Это я вчера читала ему вслух.

— Надеюсь, не наизусть, — сказал Джордж насмешливо, пожав руку прошедшему мимо однокурснику, высокому афроамериканцу с дредами. — В любом случае, Гарри, то, что ты должен знать о Слизерине — он делится на две части. Первая называется «Драко Малфой», или, в любительском переводе — «полный отстой». Единственное, в чем хорош Драко, так это в сливании всех квиддичных матчей в нашу пользу. Компания у него не самая подходящая, и если ты соберешься с ним связываться, прости, но мне придется самолично провести тебя через процедуру ежегодных шуток, приколов и оскорбительных прозвищ, на которые ты банально устанешь придумывать остроумные ответы.

— Для большей благозвучности и лучшего запоминания, мы все это зарифмуем в короткие четверостишия, — закончил за него Фред, подмигнув фыркнувшей Кэти. — Так что лучше тебе обратить внимание хотя бы на ту же Гринграсс. Соображает она, вроде бы, неплохо. По крайней мере, у нее хватает здравого смысла держаться подальше от Малфоя и его прихвостней.

Поезд издал очередной пронзительный гудок, окутав близнецов клубами густого серого дыма, который тут же рассеялся. Машинист объявил о том, что через две минуты поезд отправляется, и ученики тут же шумной стайкой отхлынули с платформы.

— Я так понимаю, на Гриффиндор ты вряд ли попадешь, — сказала Кэти, последней забравшись в вагон и бодро помахав стоящим на платформе Питеру и Эйдану. Петтигрю выглядел немного встревоженным, но он все же улыбнулся Гарри, приподняв руку в прощальном жесте. Черная перчатка скрывала отсутствие безымянного пальца.

— Что? — Гарри дождался, пока поезд наберет ход, скрывшись за поворотом, и вместе с Кэти покинул тамбур, направившись на поиски купе. — Что это за неодобрение в твоем голосе? Ты не посмеешь устраивать дискриминацию по факультетскому признаку, Белл.

— Это еще почему? — вяло спросила Кэти.

— Потому что я очень тебе нравлюсь, — подмигнул ей Гарри, на что девушка скептически приподняла одну бровь. — А теперь вынужден откланяться.

Он вдруг схватил за плечо Невилла, стоящего на пороге одного из купе к нему спиной. Лонгботтом тут же обернулся, неловко проведя рукой по светлой шевелюре, но взгляд его тут же прояснился.

— А, это ты, — сказал он, дружелюбно улыбнувшись. — Давай к нам в купе?

Гермиона и Рон сказали что-то приветственное, хотя судя по тому, что оба отводили глаза, до того они обсуждали что-то, не предназначенное для чужих ушей. Гарри понял это, стоило только Грейнджер густо покраснеть, когда она встретилась с ним взглядом.

— Меня уже пригласили в другое место, — сожалеющим тоном произнес Гарри, впихнув в руки опешившего Невилла клетку с угомонившимся Хедвигом. — Последишь за совой, ладно?

— Но...

— Огромное спасибо, — Гарри протиснулся мимо, направляясь туда, где уже заприметил Дафну, стоящую в окружении друзей.

— Гарри, — окликнула его Кэти, и когда он обернулся, сказала с легким намеком на насмешку. — Если что, я в крайнем купе.

Они одновременно кивнули друг другу, оба ясно понимая, что словосочетание «если что» означает «если что-то пойдет не так», и разошлись в разные стороны, оставив на пороге своего купе Невилла, пытающегося совладать со снова разошедшимся Хедвигом.

Гарри прошел мимо купе, в котором сидели ученики, уже переодевшиеся в школьные мантии. Нашивки на груди говорили о том, что все они слизеринцы. На миг Гарри встретился взглядом с блондином, сидящим у окна — тот ткнул под бок своего приятеля, что-то ему зашептав — но Петтигрю не остановился, решив прислушаться к совету близнецов, быстро проходя мимо.

— Дафна? — обратился он к недавно встреченной девушке.

Та повернулась, чуть склонив голову на бок, и хитро улыбнулась.

— Здравствуй, Петтигрю.

— Быстро новости расходятся, — оценил Гарри, оглядев ее друзей. Один из них, некрасивый худой юноша с бледно-серыми невыразительными глазами сказал:

— Я видел тебя на чемпионате с Виктором Крамом, а расспросить людей ничего не стоит, особенно слизеринцу.

— С Кра-а-мом? — протянула одна из девушек, округлив глаза, и тут же все, кто стоял в их узком кругу, выразил желание познакомиться с новым учеником, который, к тому же, еще не определился с факультетом.

Юношу, который узнал Гарри, звали Теодором Ноттом. Представляясь, он добавил зачем-то, что раньше ошивался в компании Малфоя, но с недавних пор перестал общаться с ним. Еще двое юношей были пятикурсниками — Теренс Хиггс и Грэхем Монтегю по большей части отмалчивались, а если и говорили, то только между собой, ни на кого больше внимания не обращая. Что они делают рядом с Теодором, Дафной, и ее подругой — Миллисент, Гарри решительно не понимал. Они разве что представились, и потом почти сразу же, зачем-то спросившись у Нотта, ушли в другой конец вагона.

— Эти двое все обо всех знают, — пояснил Теодор в ответ на недоуменный взгляд Гарри, входя вместе с ним и девушками в свободное купе. — Но кроме распространения досужих сплетен ничего не умеют.

— Играть в квиддич, — возразила Милисент.

— Хиггинса выперли из команды, когда туда взяли Драко, — заметила Дафна. — А на место Монтегю взяли не такого здоровенного увальня, он же совсем не умел от бладжеров уклоняться. Так что нам не удастся оценить эти их умения по достоинству.

— Нам вообще в этом году не удастся посмотреть на квиддич, — сказал Теодор, прислонившись щекой к оконному стеклу, и Гарри почувствовал жгучее разочарование и лютую ненависть к новому месту обучения, еще не проехав и половины пути к Хогвартсу. — В этом году ведь турнир трех волшебников.

Не успел никто и слова вставить, как на пороге купе нарисовался недавний блондин. За его спиной маячили двое слизеринцев, почти что одинаковых, в основном из-за отсутствующего выражения лиц. Драко Малфой сощурился, оглядев присутствующих.

— Привет, Дафна, Милисент, Теодор. Привет, Гарри Петтигрю.

— И как вы только успеваете, — протянул Гарри слегка удивленно, обращаясь к Теодору. Тот равнодушно пожал плечами.

— Не волнуйся, гриффиндорцы не с первого раза твое имя запомнят, когтевранцы успевают переврать твою фамилию не меньше тринадцати раз, а большая часть Пуффендуя вообще сможет запомнить тебя в лицо, — сказал он. — Кажется, я уже могу сказать «добро пожаловать в Слизерин?».


* * *

— Не думаю, что он будет проходить распределение с первокурсниками, — недоверчиво сказала Дафна в ответ на предположение Забини. — Блейз, будь добр, отстань от меня, я не «Ежедневный пророк». К тому же, невежливо спрашивать о чем-то девушку, когда она жует латук, ты вынуждаешь меня отвечать с набитым ртом.

Гринграсс потянулась к салфетке, вытерев губы, и, почувствовав пристальное внимание к своей персоне, подняла глаза, поймав на себе хмурый взгляд Кэти Белл, сидящей за столом Гриффиндора напротив. Кэти что-то отвечала своей приятельнице по квиддичной команде, но смотрела неотрывно на Гринграсс, с некоторым подозрением.

— Блейз, — протянула Дафна, обратившись к однокурснику. — Чего эта Белл на меня уставилась?

— Может, думает, что ты сожрала Петтигрю на ужин, раз его здесь нет, — раздраженно отозвался Забини, в свою очередь отворачиваясь от Драко, который тут же навострил уши. — Говорят, она его подружка.

— Подружка в смысле подружка, или в смысле друг? — спросила Дафна с интересом.

— Я в этой стране всего пару недель, а обо мне уже сочинен целый роман из сплетен, — сказал Гарри, неожиданно появляясь сзади и устраиваясь на скамье между Блейзом и Дафной. Он махнул Кэти рукой, изобразив на лице ухмылку, получил в ответ неприличный жест, и тут же потянулся к тарелке с овощным рагу.

— Подожди, что ты здесь делаешь? — спросил Теодор, удивленно приподняв брови. — Ты же, вроде как, еще не распределен.

— Профессор МакГонагалл сказала, что я могу выбрать любой понравившийся мне факультет.

— Правда что ли? — спросила Милисент.

— Естественно, нет, — фыркнул Гарри. — Я всего лишь заранее надел шляпу. Очень странная манера распределения, кстати. И шляпа сказала мне, что я должен отправляться в Слизерин.

В этот момент двери в зал распахнулись, и вдоль жарко натопленного зала прошелся сквозняк, чуть покачнувший зависшие в воздухе горящие свечи. Профессор МакГонагалл, сопровождаемая вереницей первокурсников, прошла к установленному у преподавательского стола табурету, и распределение началось. Слизеринцы, как отметил Гарри, на эту процедуру совсем не смотрели, и аплодировали только тогда, когда очередной ученик направлялся к их столу. Вскоре и ему наскучило наблюдать за определением ребят, многие из которых держали на себе шляпу гораздо дольше, чем он сам.

— Эй, а это еще кто? — вдруг спросила Дафна, привлекая внимание многих к двери напротив преподавательского стола, через которую достаточно тихо вошел, прихрамывая, человек в плаще. У него были жидкие желтоватого цвета волосы, шрамы по всему лицу и оскал, звериный оскал, от которого Гарри передернуло. Ему показалось, что безумный огонек глубоко посаженных глаз мужчины знаком ему, но никак не мог зацепиться хоть за одно из воспоминаний.

— Это Аластор Грюм, — сказал со знанием дела Драко Малфой, вальяжно облокотившись локтями о стол. — Бывший мракоборец. Видели заметку про то, что он непростительными обстрелял на днях мусорные баки, подумав, что в них затаились недоброжелатели? У него не все в порядке с головой, тот еще параноик.

— Он будет преподавать что-то? — спросил Гарри, чувствуя неприятный холодок плохого предчувствия. — Темные искусства?

— Что? — переспросила Дафна. — Нет такого предмета. Есть защита от темных искусств.

Аластор Грюм сел на свободное место рядом с директорским стулом.

— В Дурмстранге был, — пожал плечами Гарри, но тут же проигнорировал попытку Драко развить разговор на эту тему, принявшись обсуждать кубок мира по квиддичу. Волей неволей вовлечены в беседу оказались все, потому что многим не давала покоя победа Ирландии после ловко пойманного Виктором Крамом снитча.


* * *

Северная Земля. Тюрьма Азкабана. 2 сентября.

В коридоре третьего этажа, одна из стен которого была пробита и выводила прямо к утесу, о который поминутно разбивались волны, гуляла, гремя, кавалькада холодных ветров. К вечеру потоки воздуха начинали дуть с океана, и коридор наполнялся свистом и раскатистым гулом, мелодичным позвякиванием полых, перекатывающихся по каменному полу костей.

Запах сгнившей недавно свежей плоти становился резче, в дразнящей манере напоминая заключенным, что Слепой Бен недавно покинул этот мир. Пожизненно заключенный за убийство целого семейства волшебников, Бен был единственным, кто находил в себе силы говорить и заполнять мертвую тишину западного отсека. Каждое утро начиналось с его хриплой песни, ни один звук которой не попадал в долженствующий такт, но которая помогала осознавать, что жизнь еще не кончена, они еще живы, и, Слепой Бен, завали свой поганый рот, наконец.

Однажды они проснулись, а Бен уже не пел свою скверную песню, приободрявшую остальных.

Дементоры больше не скользили к его камере, чтобы напитаться его положительными эмоциями, но Сириус думал еще какое-то время, что Бен жив. Обыкновенно за несколько дней до смерти дементоры переставали навещать камеры, что говорило лишь о том, что человек смирился с неминуемой гибелью, и в нем не осталось тех крох жизни, которые так привлекали мрачных стражей Азкабана своим теплящимся светом.

Но Бен был другим, он до последнего надеялся и умер с мыслью о том, что все, в конце концов, не так уж и плохо.

Естественно, все было не плохо, потому что через несколько дней после смерти, наконец, наведалась проверяющая комиссия, забрать тело, и еще не подохшим заключенным принесли старые номера газет. Сириусу даже досталась относительно свежая, с развлекательной колонкой на последней странице.

— Фу, вонь какая, — поморщился один из мракоборцев, чарами отпирая скрипучую дверь камеры. — У него все тело в струпьях, быстро труп испортился, а?

Сириус листал страницы, лениво обследуя их взглядом. Уже несколько лет на глаза ему не попадалось практически ни одной знакомой фамилии, и, может, именно потому сразу в глаза бросилась небольшая заметка.

Его старый-старый знакомый возвращался в Англию после политической ссылки, привозя с собой в страну четырнадцатилетнего сына. Четырнадцать, какое до боли знакомое число. Сын, какое дурацкое слово.

Сириус поднял взгляд налившихся кровью глаз к потолку и вдруг расхохотался так мерзко, как в свое время смеялся только Слепой Бен, заставив других заключенных вздрогнуть в своих камерах. А когда к Блэку заскользили, едва касаясь пола краями плащей, дементоры, почуяв проснувшуюся в нем надежду, некоторые смогли услышать сквозь безумный лающий смех хриплое:

Я найду тебя, Питер.

Глава опубликована: 26.03.2014


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 782 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх