Страница фанфика
Войти
Зарегистрироваться


Страница фанфика

Молли навсегда (гет)


Всего иллюстраций: 9
Автор:
Беты:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Drama/Fantasy/AU/Romance
Размер:
Макси | 4257 Кб
Статус:
В процессе
Саньке Осинкиной не повезло - попала-то она в Поттериану, круто все, магия и прочий Хогвартс. Но в Молли Прюэтт? Если и был персонаж, который ну никаких чувств особо не вызывал, разве что раздражение и тоску, то именно эта рыжая ведьма с выводком невоспитанных эгоистичных уизлят. И рано она обрадовалась, что ещё не замужем.
QRCode

Просмотров:499 732 +276 за сегодня
Комментариев:1818
Рекомендаций:24
Читателей:3659
Опубликован:23.12.2015
Изменен:10.09.2018
Подарен:
minna - Пусть этот фанфик будет вам посвящен! Просто так!
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 43

Рабастан обожал двоюродного деда, хотя видел его очень редко. Альварес Гамп был заядлым путешественником и вечно пропадал в самых отдалённых, а порой и весьма опасных уголках земли. Когда Басти был маленьким, он очень любил устраиваться с кузенами Гюнтером и Эмили возле камина в доме Гампов под Рождество и слушать необыкновенные истории от доброго деда, который с лукавым прищуром покуривал трубку и пил свой любимый и неизменный жасминовый чай, рассказывая внукам о страшных и прекрасных приключениях.

Тогда Рабастан был другим, верил в чудеса, мечтал покорить горные вершины, спуститься в кратеры вулканов, залезть на самое высокое дерево в непроходимых джунглях или опуститься в магической капсуле на дно океана. Всё казалось ему по плечу. Если уж дедушка смог, скромный министерский работник, то он Басти — наездник на гиппогрифах, покоритель взбунтовавшейся папиной метлы и исследователь страшных подземелий под домом — и подавно сможет. И пусть за эти и многие другие подвиги герой был крепко выдран розгой или иначе наказан, исследовательский дух в нём не угасал.

Это позже он понял, что реальность порой лучше любой мечты. Что и в домашней жизни есть свои прелести. Что бабушкина мастерская — это свой огромный прекрасный мир, и для неизбывного счастья не нужно никаких заморских чудес. Достаточно подержать в руках безумно прекрасный, пусть и корявенький артефакт, созданный своими руками.

Впрочем, сейчас, сидя внутри магловского самолёта, он вдруг ощутил забытое волнение, не дающее уснуть. Дед похрапывал в соседнем кресле — старый Альварес заснул, едва они взлетели, а Басти всё никак не мог оторвать взгляд от иллюминатора — небольшого окошка, где помимо крыла железной птицы, можно было увидеть мириады разноцветных светящихся огоньков — внизу, в темноте.

Невольно в голове возникали вопросы: кто там живёт? Есть ли среди них маги? Спят они все, или быть может, занимаются каким-то любимым делом? Может, там кто-то ругается или познаёт радость любви, или как раз сейчас там рождается маленький волшебник, которому суждено стать великим. Огоньки поредели, земля осталась позади, а вода внизу казалась чёрной бездной. Но и там могла быть жизнь. Дед рассказывал, что большие магловские корабли построены из железа и бороздят океаны и моря, что внутри корабли похожи на дом с нормальными комнатами, пусть маленькими, в которых может плыть очень много людей и животных. И кровати там прикручены к стенам или полу, чтобы не сдвигались во время качки. Возможно, те огоньки, мелькнувшие снизу, это как раз такой корабль и был?

Ещё дед говорил, что в океане колдовать невозможно, если ты не маг воды, но и в этом случае лучше не рисковать. И приводил в пример огромный корабль под названием «Титаник», который в начале века потерпел крушение в северной Атлантике, столкнувшись с айсбергом. Из трёх магов, плывших на нём, выжил только один, и тот был ребёнком. Потому и совы не летают через океан.

Басти отвлёкся на стюардессу, спросившую, не хочет ли он поесть или что-нибудь выпить. Отказался, помотав головой. Опасался магловской пищи, да и не был уверен, что сможет проглотить хоть кусочек. Невольно потёр предплечье левой руки, татуировки ещё ощущались еле заметным покалыванием. Но он был рад, что потратил полдня, оставшиеся до встречи с дедом, на новую задумку, заодно усовершенствовав артефакт для Санни. К сожалению, очень некстати потерял где-то драгоценный блокнот с Протеевыми чарами. Сборы были бурными, комнату он оставил буквально вверх дном. Но это пустяки, Борги всё приберёт. Главное, что успел отправить письмо из аэропорта. Уже в самой магической почте, которую нашёл по указке деда, Басти увидел стопки пергаментов с перьями и чернилами, но переписывать письмо не было времени. Только выбрал себе сову из трёх имеющихся, привязал мешочек с подарком и сложенным в несколько раз посланием, и бегом назад, к стойке регистрации.

Он прикрыл глаза, представляя самое милое лицо в мире. Что она сейчас делает? О чем думает? Получила ли письмо? Может, спит давно, а посылку приняла её смешная домовушка? Или всё же Санни? Вдруг ей не спалось... Легко было представилось, как изогнутся в удивлённой улыбке её губы, замерцают любопытством синие как ясное небо глаза, как нетерпеливо заправит она выбившуюся из косы огненную прядку за маленькое ушко, как будет внимательно, немножко хмурясь, читать его письмо… Драгоценная, милая, немного наивная и беззащитно-открытая, трогательная, добрая, красивая, славное его солнышко.

Раньше у него такого не было. Жизнь вообще внезапно поделилась на две части — до встречи в поезде, где Санни ему впервые улыбнулась, и после. Сначала его охватил азарт, шутка ли, добиться благосклонности ровесницы брата, да ещё гордой львицы. План завоевать ещё одно трепетное девичье сердце лишь укрепился после единственного поцелуя, дерзко украденного, когда он передавал ей послание от Руди. У него сердце готово было выпрыгнуть из груди, а на него посмотрели, как на заигравшегося мальчишку — с непритворным удивлением и досадой.

Роковая красотка, как он тогда о ней думал, могла бы гордиться такой быстрой победой. С лёгкостью завладела всеми мыслями, стала отравой, наваждением и снилась каждую ночь. Казалось, что вот-вот, не видя успеха, она сделает следующий шаг, чтобы убедиться в силе своих чар. Логичнее всего было ожидать, что начнёт игнорировать или дразнить. Однако девушка не скрывала интереса к нему, неизменно находя глазами в Большом зале или встречая в коридорах, что шло вразрез со всеми представлениями Басти о сценарии завоевания объекта охоты, потому что не было в этих взглядах никакого кокетства, никакого намёка на особый интерес, никакой игры вообще.

Но всё изменилось на той игре в квиддич, где она взорвала стадион, устроив фейерверк в его честь. Храбрость это была, глупость, или тонкий расчёт — его уже волновало мало. Хотя нет, волновало, да ещё как! Да у него голова пошла кругом от мысли, что его заметили, выделили из всех! И плевать ему было на то, что возможно, превратился из охотника в добычу. Отдаться ей он готов был прямо там, на поле. И сам испугался накрывшего его желания.

А тем же вечером случилась беда. Эта девочка чуть не стала жертвой насилия, у него сердце кровью обливалось, когда несли её к Больничному крылу. Душу раздирали противоречивые чувства, а дрожащие руки придерживали разбитую голову. И что-то в тот момент переломилось, что-то, чему и названия он не знал. Просто понял, что не переживёт, если с ней что-то случится. Хотелось защитить от всего на свете, оттолкнуть приятелей и нести её самому, сил бы хватило. И чтобы избавиться от этого чувства, заполнившего всего его слюнявой нежностью, он даже цинично пошутил на следующий день при брате:

— Как ты думаешь, если б этот мудак не был пьян, она бы ему дала?

— Возможно, — спокойно отозвался Рудольфус, явно думая о чем-то другом. — Такой наивной девчонки больше во всей школе не сыщется. Задурить ей голову ничего не стоит. Доверчивая, как ребёнок. И какие силы хранили её до сих пор, одному Мерлину известно.

У Басти аж сердце ушло куда-то в желудок от этих слов, умению Руди видеть людей мог позавидовать Визенгамот.

И всё же Басти попытался усомниться, спросил, стараясь говорить небрежно, хотя в груди разливалась совершенно глупая радость:

— Не ошибся? Мне казалось, что она та ещё стерва.

Руди только растрепал ему волосы.

— Ты раб стереотипов, Рабастан. Любая женщина может быть стервой, а может быть ангелом. Но драккл меня раздери, я готов позавидовать мужчине, которому удастся завоевать это дивное создание.

И Рабастан улыбнулся, решив всё в один миг:

— Можешь начинать завидовать. Мне!

А Руди заржал:

— Мне уже её жалко. Пощади девочку, Басти! Хотя… Слушай, прекрасная мысль. Поухаживай за ней, будь пай-мальчиком.

Было не столько обидно, как досадно. Но он согласился и сбежал — к Эмили, задумал сделать цветы в походной мастерской кузины для своей принцессы… Как же давно это было! Сколько всего после этого случилось — и хорошего, и плохого.

И как же тяжело знать, что сейчас она за тысячи миль, а мантикоров Нотт не дремлет. Одна надежда, что до рождественских балов огневик ничего не предпримет, а к балам Басти уже вернётся.

Гул самолёта успокаивал, убаюкивал. Рабастан откинул голову на подголовник, решил посчитать гиппогрифов, садящихся на большую поляну, ведь поспать следовало, неизвестно, что будет после того, как приземлятся. Но не досчитал и до пяти, как провалился в сумбурный тревожный сон.


* * *

Цель поездки Басти узнал так буднично и просто, что даже был слегка обескуражен. Окутанный до этого мистической тайной внезапный вояж стал в одно мгновение довольно тривиальной прогулкой по экзотической стране. Это случилось в первый же день приезда в жаркую суматошную Индию на огромном восточном рынке, настолько беспорядочном, многолюдном и шумном, что пришлось напрягать слух, чтобы услышать стоящего очень близко деда Альви.

— Я планировал сделать это позже, — говорил дедушка, с удовольствием разглядывая поделки из слоновой кости, которые расхваливал тощий суетливый индиец. — Ждал, когда ты станешь совершеннолетним, Басти. Такой подарок ты точно заслужил. Вот только ты переплюнул всех, внучек, получив первую ступень мастерства по артефакторике, автоматически становясь совершеннолетним на год раньше. Так что пришлось срываться, отложив все дела.

— Подарок? — Басти сразу насторожило это вступление. Он оторвал взгляд от искусной фигурки слона, внимательно поглядев на задумчивого деда. — Совершеннолетним?

— Не бывало никогда несовершеннолетних мастеров, — ухмыльнулся его спутник. — Бывали только очень молодые. Раз приняли экзамен, то посчитали достойным. Однако, не забывай, что это не только дар магии за твоё мастерство и дерзость, но и большая ответственность. Что легко прощают мальчишке, не простят взрослому магу. Впрочем, ты и сам это понимаешь. Итак, о подарке… Пора тебе самому стать хозяином портативной мастерской, а не одалживать у кузины. Тем более что её мастерская крадёт время у всех, кроме хозяйки. Да-да, Эмили способна управлять временем, находясь внутри мастерской. Почему она вам с Руди это не сказала, для меня загадка. Невеликая тайна, как по мне.

— Ты подаришь мне мастерскую? — волнение охватило против воли. Вот так просто осуществить мечту…

— Не совсем, — покачал головой дед Альви, хитро щурясь. — Подарком будет возможность.

— Такие чемоданы можно купить в Индии?! — Басти обрадовался лишь отчасти. Несомненно, такой подарок был безумно дорогим, так что сам бы он не скоро смог такое приобрести. И просить у родителей точно бы не стал, понимал, что расходов у них на содержание ковена не просто много, а бесконечно много. И то, что дедушка расщедрился на царский подарок сильно обрадовало. Но... — Но разве не проще было бы заказать доставку?

— Эх, молодёжь! — всплеснул руками дед. — Всё-то хотят готовенькое получить, даже лучшие, талантливые умельцы. Куда катится мир? Скажи, внучек, вот что тебе не накупить этих цветов из слоновой кости? Или вон та пара кинжалов, чудная ведь работа.

Басти вгляделся. И впрямь искусная работа, только стебель в середине надо было сделать чуть толще, а лепесток…

— Я мог бы сделать это сам, лучше, — судя по довольной улыбке деда Альви, это был правильный ответ.

— Это Эмили может себе позволить пользоваться мастерской Олливандера. Она девочка талантливая, но и только. А тебе, Басти, стыдно доверяться чужим чарам и вкусам. Я верю в тебя, внучек, твоя мастерская должна стать именно твоей, неповторимой, удобной, родной. А почему Индия — так здесь самые лучшие материалы в мире, и всё можно купить практически в одном месте — на этом рынке. Нет, кое-что я захватил с собой, но лучшие мастера именно здесь. А пока приглядись, да не к фигуркам, а к необработанному материалу. Видишь разницу?

Сказать, что Рабастан устал — это ничего не сказать. К вечеру он падал с ног от изнеможения, обилия новых знаний и впечатлений. И ещё эта изматывающая жара…

Маленькое бунгало, куда привезли их на смешном такси из аэропорта, стояло на широкой возвышенности, среди десятков похожих. Здесь, как ни странно, было не так жарко, а вид на океан, открывающийся прямо от порога, заставлял замирать от смешанных ощущений внутри. Это был и восторг, и преклонение перед величием, и желание раскинуть руки и полететь, и робость перед чем-то огромным, непостижимым, и незамутнённая радость. Казалось, ты Властелин мира, и в то же время маленькая песчинка на ладони мироздания.

— Как прошёл день? — спросил дед, становясь рядом. — Много успел?

— Мало, — хмыкнул Басти. — Только с материалами определились, делать начнём завтра.

Мастер Давид со Шри-Ланки, с которым познакомил его дед Альви, оказался высоким сухопарым магом, загорелым до черноты. Шоколадного цвета глаза смотрели сонно и словно видели тебя насквозь. По словам деда, этот Давид хранил секреты с древнейших времен и считался одним из самых лучших мастеров по пространственным чарам и изготовлению сундуков и чемоданов «с внутренним миром». Давид был не просто мастером, а ещё и учителем.

Маленькая палатка, притулившаяся за лотком торговца изделиями из слоновой кости, внутри оказалась огромным ангаром, забитым похожими палатками, чемоданами, коробками, сундуками, сумками и множеством материалов, сложенных как штабелями, так и наваленных просто кучами. А для начала Басти пришлось бесконечное количество времени сидеть перед учителем, скрестив ноги и неотрывно глядя в глаза, прежде чем тот кивнул и сказал, что готов научить.

— Это не легилименция, — шепнул внуку дед Альви перед этим странным действом, — он видит суть человека. Кстати, помнишь автора книги о чудовищах? Ньют Скамандер — хороший друг мастера Давида.

А после началось самое интересное. Басти повидал больше сотни готовых чемоданов и сундуков, спускаясь в их недра и любуясь искусными интерьерами, мастерскими, комнатами отдыха, кабинетами, молельнями, гостиными, оранжереями, даже маленькими парками и лесными полянами. Чего только не прятали маги в глубины обычных с виду чемоданчиков.

В одном сундуке был даже склад стройматериалов, штабеля досок казались бесконечными. Но вглубь Рабастан не пошёл, остановился возле выставочных образцов рабочих поверхностей-верстаков. От разнообразия моделей разбегались глаза. Мастер Давид наблюдал, добродушно посмеиваясь. Еле уговорил ученика прийти сюда позже, когда дойдёт дело до внутреннего оборудования мастерской.

— Можешь ли ты определиться, что хочешь видеть в своём чемодане? — спросил мастер Давид, угощая его вкуснейшим чаем и восточными сладостями. Деда не было видно, он ушёл, сославшись на дела, сразу, как они начали осмотр палаток.

— Я уже определился, — подумав, ответил Рабастан, прекрасно понимавший, что не может охватить всё, да и не нужно ему это. Распыляясь на многое, можно было просто забыть о главном. — Мне нужна просторная мастерская, кабинет с полками для книг, столом и креслом, и обрыв с видом на бушующий океан.

— Неплохо, — кивнул мастер, ничуть не удивившись. — Иллюзия океана или окно на реальный океан? Первое — проще, второе сложнее. Но я бы порекомендовал окно. Разумеется, вы не сможете пройти сквозь окно, но сможете ощутить запах, почувствовать соленые брызги на губах, смотреть на натуральные волны, видеть закаты и рассветы, звёздное небо ночью и палящее солнце днём, бурю и штиль. Ваше решение?

— Окно, — решился Басти. — Это намного сложнее?

— Придётся потрудиться, молодой человек. Но я бы хотел услышать, как именно вы себе это представляете. Вы видели много вариантов сегодня. Отпустите свою фантазию, не пытайтесь за кем-то повторить.

— Попробую, — Басти взлохматил волосы, подбирая слова. — Выход из кабинета на широкий обрыв, площадка примерно в два-три кубических ярда. Окно в виде полусферы, чтобы не видно было его границ. Такое возможно?

— Вполне. Да, границы можно сделать невидимыми, разве что на ощупь, если доплывёте, то можно потрогать руками. Или взлетите на метле.

— Не хотелось бы протаранить это окно, — у Басти загорелись глаза. — Я люблю летать, и сейчас вы меня искушаете. Но если я не увижу границ...

— Понимаю, — усмехнулся мастер. — не волнуйтесь. Пробить окно невозможно, оно из такого материала, что легко прогнётся и также легко восстановит форму. Значит, вам нужно место, чтобы полетать? Вполне решаемо. Только я бы тогда посоветовал ещё полоску песчаного пляжа под обрывом протяжённостью, скажем, ярдов триста, и шириной пятнадцать-двадцать. Искусственный бассейн в ширину ещё ярдов семьдесят. Будет полная имитация океанского побережья, по величине сопоставимая с полем для квиддича. Так океан будет смотреться ещё натуральней. А летать практически над океаном — думаю, будет интересно. Окончание полоски пляжа с обеих сторон будет служить ориентиром для полётов.

— Непередаваемо, — мечтательно закивал Рабастан. — Как я понимаю, в бассейне будет можно и поплавать?

— Разумеется, но с осторожностью, — по улыбке мастера было заметно, что он сам увлёкся проектированием. — Во-первых, глубина. Нет смысла делать слишком мелкий бассейн, разве что у берега и до буйков. А дальше будет постепенное увеличение глубины, у самого окна не менее пяти метров, иначе синхронизация не получится.

— Синхронизация? — удивился Лестрейндж.

— А иначе какой смысл, — покивал мастер. — Ощутите силу прибоя, спокойствие полного штиля или трепет перед настоящей бурей. При синхронизации ваш бассейн станет подстраиваться под то, что происходит за окном.

— Потрясающе!

— Разделяю ваш восторг, молодой человек. Но помните, что при включении синхронизации окно не защищает от солнца, жары и холода, можно замёрзнуть ночью или сгореть на солнце. Окно защищает только от материальных проявлений — как вы не сможете пройти сквозь окно, так и акулы или другие твари, которых увидите на стыке бассейна и океана, не смогут пробраться к вам. Советую также сделать отключение синхронизации, с одновременным выключением окна. Тогда это будет просто бассейн с обрывом, песчаным пляжем и с синим куполом сверху. Как вам такое?

Конечно, Рабастан был в восторге. Детали обговаривали ещё часа три, потом пришла очередь материалов. Басти захотел небольшой кожаный сундучок, который увеличивался в четыре раза с помощью поворота рычажка на замке. После чего можно было открыть крышку — изнутри она была прозрачной — и влезть внутрь, спускаясь по лестнице в кабинет. При этом сундучок наверху автоматически уменьшался и включал чары невнимания. Прежде, чем увеличить его изнутри, чтобы вылезти, можно было посмотреть в специальную трубу, чтобы понять, безопасно ли выходить в данный момент. Этому способствовала внутренняя прозрачность крышки.

Долго спорили, из чего делать стены для мастерской и кабинета. Оказалось, у мастера есть материалы из разных уголков мира. Из самой Индии — кость и сандал, с Чукотки — китовый ус, из Бразилии — опалы, из Южной Африки — прочнейший металл для инструментов и сами инструменты, из Греции — древесина лавра. Всего и не перечислишь.

Рабастану нравилось, как говорит мастер, как он рассказывает о том или другом материале, как уважительно выслушивает его мысли, как задаёт уточняющие вопросы с лёгкой улыбкой. Верстак выбирали долго и вдумчиво, остановились на композитном, длинная столешница делилась на сектора для работы с разными материалами, в её состав входили цейлонский эбен, слоновая кость и африканский малахит. По всей длине — а верстак получился чуть не вдвое длиннее и шире, чем в сундуке Эмили — под столешницей, так же как у кузины, имелись ящики для инструментов и прочих подсобных вещей.

Разных приспособлений, помимо наковальни и тисков, Басти тоже подобрал прилично, с благоговейным ужасом думая о том, сколько же всё это будет стоить. Но дед Альви строго велел ни в чем себя не ограничивать.

Инструменты подобрал готовые. Всё равно многие из них пришлось бы делать на заказ, он ещё не достиг такого мастерства, чтобы изготавливать их самому. Всё отобранное стаскивали в угол ангара, где предстояло готовить будущую мастерскую.

— Не жалеешь, что поехал со мной? — спросил дед Альви, закуривая трубку. Он уселся прямо на циновку, постеленную у выхода из бунгало, наслаждаясь закатом, окрасившим океан и побережье во все оттенки оранжевого.

Басти покачал головой, опускаясь рядом на землю.

— Как можно! Это потрясающий опыт… И я не только о подарке. Мне тут всё нравится, и мастер Давид, и этот суматошный рынок, и океан…

— А почему в глазах грусть?

И ведь даже не смотрит в его сторону! В глазах ли?

— Думал о вечном, а это всегда грустно… Дед Альви! — осенило его внезапно. — А как ты с бабушкой познакомился? Ты обещал рассказать, когда вырастем. А я уже… Ну ты сам сказал.

Дед по-стариковски покряхтел, устраиваясь поудобнее.

— Обещал, значит? Кхе-кхе. Ну, ладно, слушай. Шёл тысяча восемьсот девяносто третий год. Мне только исполнилось семнадцать…


* * *

Трой Хейли очень не любил, когда обижают заведомо слабых, а значит беззащитных. Ничего не мог с собой поделать, внутри словно что-то загоралось, мощное, тёмное, звериное. И ни сдержать, ни унять эту ярость, пока хоть одна мразь на ногах держится, было невозможно. Зная это за собой, Лютный он не жаловал. Там слабых обижали постоянно, но было одно «но», жертвы сами были виноваты. Нахера лезть в волчье логово добровольно? Потому, в случае крайней нужды, посещал Лютный днём или утром, пока всякая шушера отсыпается от ночных подвигов.

Да и знали его местные прекрасно, днём улица будто вымирала. Прятались, гниды. И кличку свою он знал, какой местные его наградили. Берсерк. А что, ему даже нравилось. Что-то похожее на ярость воинов-берсерков происходило с ним, когда впадал в это состояние. Только вот контролировал он себя прекрасно, и до убийства никогда не доходило. А вот калекой сделать мог, это да.

Но в этот день всё получалось через пень-колоду. Пока забрал заказ в гильдии строителей, пока ругался с клерком, вздумавшим ему подсунуть плохонький пергамент, пока выполнял заказ миссис Робертс, а список там был весьма длинный, время и пролетело незаметно. И в Лютный он попал поздно, когда совсем стемнело.

Ох, как не любил он этот запах наживы и страха. Зрение сразу перестроилось, видел он в темноте прекрасно, даже оборотни могли бы позавидовать. Стайка мелких воришек рванула от него в узкую щель между домами, живо разнесут, кого видели, да ему это только на руку. Левое колено разболелось некстати — ремонт дома почти без магии оказался делом хлопотным и травмоопасным, почище боёвки. Так что никаких геройств сегодня не хотелось.

Миссис Робертс обещала сварить нужную мазь, Трой ещё удивился, откуда та прознала, вроде никому не трепался, что болит, а застав леди Бастинду, когда за списком зашёл, сразу всё на место встало.

Запах Лютного, которым пропитались даже стены домишек и сам воздух, сегодня особенно раздражал. Как же хотелось быстрее покончить со своим делом и уйти отсюда, да только Боргин с места в карьер принялся нахваливать новый товар, и Трой не удержался, «изволил» взглянуть. Тратиться он не собирался, только забрать заказанный артефакт — будет развлечение для его мальчишек. Хитрая диковина, дорогая, но того стоила.

Полюбовавшись на сомнительного вида артефакты, он молча покивал, расплатился и вышел из лавки «Боргин и Бёрк». Какие-то тени жались по щелям, где-то слышались вскрики, где-то пьяный бубнёж. Ночная жизнь Лютного вступала в свои права. Хейли шёл быстро, не останавливаясь, хотелось поспеть хотя бы к окончанию ужина у Робертсов, чтобы сразу отдать ингредиенты. Потому не сразу приметил кучку местных тварей, возившихся почти у самого выхода.

— Совсем обнаглели, — пробормотал он себе под нос, не собираясь останавливаться, когда внимание привлёк уж очень знакомый силуэт.

На Линка-кривоносого у Троя давно был зуб. Любила эта падаль куражиться и о своих дрянных подвигах направо и налево рассказывать, а слушать Трою об издевательствах и прочем непотребстве было противно, хоть и понимал, что большая часть — чистое враньё. Ну и своротил как-то нос доходяге, после чего тот из Линка-корявого превратился в Линка-кривоносого. А ведь просто зашёл тогда в дурной кабак от тоски, что жизнь у него никчёмная и пустая. Потом, конечно, лорд Лестрейндж на место мозги ему вставил.

Но сегодня марать руки не хотелось, даже ради ублюдочного Линка. Только Хэйли не удержался, свистнул зычно, чтобы напугать. Напугал, а как же. Ублюдки подхватились, поволокли что-то крупное в тупичок с лазом, хорошо знакомый Трою. Пришла мысль выяснить, по ком душегубствуют, но увяла, ещё не родившись. В два шага преодолел он лестницу, ведущую из этого вертепа, и замер, потрясённый.

Обратный путь занял куда меньше времени. Двигался Трой бесшумно, сам превратившись в тень. И Линка удалось схватить за ворот у самой дыры, куда утаскивали добычу его подельники. Тот беззвучно отлетел, шмякнувшись о стену, да так и сполз вниз в грязную лужу нечистот. А Хейли, с зашедшимся от ярости сердцем убедился, что не ошибся. Каштановый кудрявый локон, что сумел он невольно приметить, когда смотрел на ублюдков с лестницы, принадлежал девчонке. Той, или другой похожей, было уже неважно. Её почти протащили в узкий лаз, только голова и оставалась ещё снаружи.

Трой молниеносно метнулся к лазу, и нырнул следом, как только он освободился.

Далеко убежать они не успели. Да и не начали ещё толком убегать, не подозревая о смерти, идущей по пятам.

— Хочу прямо здесь, — услышал придушенный голос.

— А вдруг целка, — возразил писклявый, — ты проверь, бабла же выручим. Удовольствия после.

Хэйли перетёк к ним и вздёрнул того, кто полез проверять, за тощую шею. Отшвырнул и обернулся ко второму. Понятливый оказался, драпанул так, что пятки сверкнули.

Девушка оказалась та самая, лежала неподвижно, уронив голову на бок, кудрявые волосы рассыпались по земле пышным ковром. Она дышала, но явно была без сознания. Оно и лучше. Хейли не удержался, почти невесомо погладил шелковистые кудряшки, а лишь потом заклинанием привёл в порядок её одежду. Поднял, было, девчонку на руки и сразу выругался, почувствовав мокрый бок под рукой. Пришлось снова рвать одежду, осматривать рану, накладывать стазис, всё равно самому не разобраться. Да и не место. Аппарировал сразу к себе домой, в Мунго можно и позже.

Уложив на свою кровать, похлопал осторожно по щекам, напрочь забыв о подходящем заклинании. Или просто не захотел вспомнить. Кожа у неё была дивно нежная. Открыла глазки и сразу его узнала, по взгляду понял. А потом несколько секунд впитывал просто осязаемую благодарность и облегчение, написанные на лице.

— Мистер Хейли, — пролепетало это чудо, а он-то ждал истерики, как минимум.

— Трой, — зачем-то поправил он.

— А я Чарити, — ответила девчонка, словно он мог забыть её имя. — Спасибо, что спасли.

— Не шевелитесь, Чарити, — предупредил он. — Вы ранены, я сейчас осмотрю ваш бок, постарайтесь не шевелиться и не думать, что...

Что она должна не думать, он так и не договорил, но девушка просто прикрыла согласно глаза.

Рана выглядела не так плохо, как показалось сначала, но была глубокой. Крови, конечно, потеряла много, но… Всё-таки надо в Мунго, вдруг что-то задето. Хотя кроветворное у него есть, и стазис продержится ещё полчаса.

Малышка выпила зелье безропотно и доверчиво поглядела:

— Не надо в Мунго! Мистер Хейли, Трой… Не надо, прошу вас.

— Вы преступница, Чарити? — строго спросил он и обрадовался её улыбке. На редкость стойкая психика.

— Мне будет нечем заплатить, — отвела она глаза. — В долг я не возьму.

— А никто не спрашивает, — грубо ответил он. — Сколько у вас денег было?

— Девять сиклей, — отозвалась она неохотно, и вот тут прекрасные глазки наполнились слезами. — Всего девять, сэр. А ингредиенты самые лучшие, за несколько месяцев. Должны быть на три галеона, не меньше, но спроса нет…

Она затихла, вовсе от него отвернувшись. А Трой уже прикидывал в голове, в какой нужде живёт эта девчонка, и что если…

— Ну заплатили бы вам три галеона, — фыркнул он, — и что, легче бы было, если бы отобрали не сикли, а золотые?

— Легче! — сердито ответила девушка. И шмыгнула носом.

Думал, опять плачет, а она смеялась, тихонько так. И вдруг обернулась, глядя прямо в глаза и спросила:

— А что не так с моими волосами было вчера? Вы так смотрели!

— Потрогать хотел, — признание далось легко. — ЧуднЫе. Никогда таких близко не видел.

— И сейчас хотите? — глядя сквозь ресницы спросила эта пигалица.

— Допустим, — осторожно ответил он, стараясь не глазеть на предмет своих желаний. Сейчас они рассыпались по его подушке. И так легко было представить… то, что представлять нельзя.

— А косу заплетать умеете?

— Нет, — опешил он, даже отшагнул от кровати.

— Жаль, — девушка отвернулась, но не сдалась. — Если заплетёте, то так и быть, отправляйте в Мунго. Только вам и платить придётся, и объяснять, кто я для вас.

Трой восхитился, ещё и условия ставит! Такой наглости он от этого гордого воробушка не ждал, но ответил почему-то совсем не то, что хотел.

— Ладно, попробую.

И конечно, у него ни хрена не получилось. Пряди выскальзывали из рук, словно живые, а он, стоя как дурак на коленях, пытался связать их хотя бы в какой-то знакомый узел. Девушка послушно свесила голову с кровати.

— Обрежу, — вздохнула тяжело.

— Не надо! — вырвалось прежде, чем успел осознать. — Я научусь!

— А можно… Трой, у вас ванная есть?

Он покивал, подозрительно косясь на неё, словно она могла его видеть.

— Я чувствую себя ужасно грязной. Даже лицо. Я не могу так в Мунго.

— Очищающее не сгодится? — узел он всё же изобразил и с сожалением выпустил кудряшки из рук. — Я вам палочку дам.

— Не сгодится. У меня магии ещё двое суток не будет. Домовушка родила, я с ней поделилась.

— Вы сдурели совсем? — вспылил он, но продолжил мягко: — И потащились на ночь глядя в Лютный, одна, без магии, без палочки, с ценным товаром! Вы по жизни дурочка или это временное затмение?

— Палочка была, — буркнула она сердито. — А учить свою жену будете. Или дочь, или кто там у вас. А мне вы — никто, и не смейте обзываться. И вообще, верните домой. У меня там отец со сломанной ногой, новорождённый эльфёнок, две козы и семь кур! Понятно вам?

Трой выслушал молча, зверея от каждой фразы. Вот она благодарность!

— Да ради Мерлина! Верну, вот только в Мунго посмотрят, и сразу верну.

Подхватив её на руки, он прошагал к камину. Посмотрел с сомнением, и угрюмо поинтересовался:

— Обнять за шею можете? И коленки подогнуть.

— С неохотой, — ответила обиженно и обняла.

А он, можно подумать, удовольствие получает!

— Кабинет целителя Шелбрука, Мунго! — зелёное пламя подхватило, и скоро он вышагнул в светлом кабинете.

Молодой целитель вскочил из-за стола и указал на кушетку.

— Что с ней, Трой? — а сам уже колдовал, накладывая диагностические заклинания. — Леди, я Свен Шелбрук. А вы...А, вижу, удачно, удачно, а вот это плохо! Придётся потерпеть.

Лицо Чарити побледнело, почти сравнявшись цветом с больничной простынёй. Трой стоял рядом и переживал.

— Отвернись, Трой, мне надо её раздеть и осмотреть.

Он отвернулся, слушал, как вздыхает девчонка. Семь кур! Надо же!

— На что потратились так, леди? — спрашивал Свен. — Ладно, не моё дело. Колдовать вам нельзя, имейте в виду. Ещё недельку потерпеть придётся. Сколько уже без магии? Дня четыре?

— Сутки почти, — тихо ответила Чарити. — Через двое суток всё вернётся. У меня уже было так.

Шелбрук присвистнул.

— Леди, а вы замужем? Я как раз невесту ищу!

Трой скрипнул зубами, когда эта пигалица ответила:

— Я в невесты не гожусь, сэр.

— Да я и не больно рассчитывал, — веселился доктор. — Но такая сильная ведьма, к тому же красивая…

— Свен!

— Мы закончили, мисс, — сразу воскликнул тот. — Бок поболит ещё часа два, но обезболивающие не рекомендую.

— Спасибо, я потерплю! Сколько я вам должна?

Трой даже развернулся, к счастью, девушка уже снова была одета и сидела на кушетке.

— Не ваше дело, Чарити, пойдёмте! Из Мунго аппарировать нельзя.

— Я бы попросил, Трой, — подал голос Свен. — Полежать ей надо хоть четверть часа. Аппарировать точно сразу нельзя, да и камином…

— Понятно, — Хейли подхватил её на руки, Чарити только пискнула недовольно, но серьёзным возражением это считать было нельзя. — Спасибо Свен, увидимся.

И снова зелёный огонь камина, и его спальня.

— Полежать вам надо, — проворчал сердито, укладывая на кровать. — И не смейте двигаться, я отлучусь буквально на несколько минут. Камин я заблокировал, двери и окна тоже, так что даже не пытайтесь уйти.

— Я в плену? — спросила Чарити, но отвечать он не стал, себе дороже.

Через секунду он уже стоял на том же месте в Лютном. Никаких тел вокруг уже не было, а вот палочка и девять серебряных монеток лежали ровнёхонько на том месте, где была голова незадачливой девчонки.

Хейли свистнул по-особенному. Тишина была недолгой, худенький пацан лет десяти выдвинулся из какой-то щели, спросил опасливо:

— Чо надо? Борзый сказал, что всё вернул.

— Вижу. Значит так, один сикль твой, если покажешь лавку.

Глаза пацана заблестели, он опасливо приблизился ещё на шаг.

— Пойдёмте, тут недалеко.

Лавочник при виде Хейли, сразу нырнул под прилавок, пришлось ждать. Минуты через три показалась макушка, а потом и глаза.

— Берсерк! — старикашка исчез, послышался металлический грохот, потом всё стихло.

Трой вздохнул и присел на хлипкую табуретку возле прилавка. Терпения у него было много, а боевой дух успел как-то подрастеряться.

Буквально через десять минут лавочник со вздохом поднялся полностью. И мрачно поглядел на посетителя.

— Доброго вечерочка, мистер Хейли. Чем обязан? Травки какие? Всё лучшего качества!

— Почему людей обижаешь? Сколько не доплатил моей невесте? — нарочито лениво спросил Трой.

— Невесте, мистер Хейли? — лавочник заметно побледнел и разом взмок. Народ в Лютном отличался отменной сообразительностью. Другие тут не выживали. — Не извольте серчать! Я не знал! Мерлин великий, клянусь — не знал! Вот! Я просто не успел, обернулся, а она уже ушла.

Нырок под лавку длился всего пару секунд. Три золотых легли на прилавок.

— Я жду нормальную цену, — холодно процедил Хейли.

— Ах, нормальную, — всплеснул руками лавочник. — Прощения прошу, мистер Хейли, не серчайте. Невеста у вас чудо как хороша!

— Язык придержи!

— Молчу-молчу, — покивал лавочник, скривился, снова нырнул под прилавок. Появился с несчастным видом, и к трём золотым добавилось ещё пять. — Вот. Всё до кната, мистер Хейли. А девять сиклей я уже отдал.

Трой убрал золотые в карман, а потом поинтересовался, поглядев с прищуром:

— Ты навёл?

— Нет, — просипел старик, отшатнувшись. — Такое время, мистер Хейли, я ничего не мог поделать. Клянусь!

Хейли с отвращением сплюнул на пол, поднялся и вышел в смрадную темноту Лютного, не прощаясь.

Через пару минут появился в спальне и уставился на девчонку. Чарити подложила под щёку ладошку и мирно спала, лёжа на боку. Узел успел расплестись и её кудряшки снова рассыпались по его подушке.

Вздохнув, Трой подхватил свой мешок, который так и стоял у кровати, и отправился к Робертсам. Благо можно было камином. Отдал заказ, список и сдачу, выслушал слова благодарности и только потом аппарировал по уже известному адресу.

Стучать в дверь не стал. Защита была никакая и он легко прошёл до самого дома от хлипкого заборчика. Внутри первое, что удивило, это чистота. Почему-то крайняя нужда в его представлении сочеталась с грязью и плохим запахом. Главу семьи разыскал быстро. Тот приподнялся на кровати, глядя на гостя с любопытством.

Трою очень хотелось спросить, как он мог отправить дочь одну в Лютный, но Бербидж заговорил первым:

— Здравствуйте, не могу встать, как видите, дочь пригрозила, что свяжет магическими путами, а она сильная, я снять не смогу. Так что вы подождите, пока она вернётся, уже скоро должна. Обещала вкусного к чаю купить.

Хейли обалдело слушал. Потом тряхнул головой, собираясь с мыслями.

— Я Трой Хейли, наставник молодёжи из ковена Лестрейнджей. Так вышло, что Чарити неудачно упала, так что сегодня её не ждите. Утром приведу. — И увидев, что мужчина заволновался, порываясь встать, поспешил выложить на стойку галеоны. — Она просила вам передать деньги за ингредиенты. И сказала, чтобы не волновались. Вкусное утром купит.

— Где же она, моя девочка? — Бербидж зашарил по тумбочке, нащупал очки и надел на нос. Взглянул на Троя и отшатнулся. — Вы… наставник?

— Да, — Трою внезапно стало его жалко. На деньги мужчина не посмотрел, даже уронил пару монет, пока искал очки. — Вы не волнуйтесь, она просто спит, ничего серьёзного.

— Вы её наставник? — продолжал спрашивать Бербидж. — Я не понимаю…

— Я её жених, — решился Хейли. — Вот пришёл просить руки вашей дочери.

— Пусть сама решает, — отмахнулся Бербидж, — я ей так и сказал, как принесли на порог ещё вот такой крохой… Так и сказал: «Чарити, буду воспитывать как родную, а полюбишь кого, так препятствовать не стану». Так и сказал.

— Принесли на порог? — обалдело спросил Трой.

— Так Сельма, красивая ведьма, очень. Завлекла, а я что ж, дело-то молодое. Разок всего. А через девять месяцев — пожалуйста, принесла. Написала в записке: «Твоя, назови Чарити». Так и написала, да. А я же и не отказываюсь, было, да. Даже жениться хотел, не пошла. Рассмеялась в лицо, когда нашел, и того…

Он снял очки, протёр их, надел снова.

— А раз вы жених, то должны знать. Приданого не скопили. Да. А девочка она очень сильная, очень. Тёмненькая, тут уж ничего не поделать, но сильная. Значит, женитесь, а когда? Мне бы только на ноги встать, но Чарити лежать велела, да, она умненькая, не в отца. Не в отца, да. Так подождёте, пока встану?

— Подождём, — кивнул Трой. — Вам бы в Мунго.

— Дорого в Мунго, оклемаюсь. Так оклемаюсь. Сначала было тяжко, зелья кончились, а сам я варить не умею. Но Чарити приехала и привезла. Вы не подадите флакончик, в её комнате, как выйдете — направо и еще раз направо.

Комнату Трой нашёл, тоже чисто всё, даже уютно. Только чемодан бесформенной кучей лежит посреди комнаты. Крышка отвалилась и заметно, что чемодану никак не меньше лет сорока, а то и больше. Зелья стояли ровным строем на узеньком столе у стены. Тут же были перья, листы пергамента.

Хейли выбрал костерост, отнёс его Бербиджу. Тот выпил ровно три глотка, благодарно покивав.

— Вы не посмотрите… Трой, да? Вы не посмотрите на кухоньке, там омлета не осталось? Такой был вкусный обед сегодня. Но опять голодно. Чарити очень вкусно готовит. Да, готовит.

Никакого омлета Трой не нашёл. Кроме молока под стазисом и пакетика с крупой в кухне вообще ничего съестного не наблюдалось. Зато появилась домовушка, испуганно сжимая руки.

— Я Трой Хейли, жених твоей хозяйки, — отрекомендовался он. Скривился, вспомнив, как Чарити потеряла магию. — Ты как, нормально уже всё?

— Нормально, жених Хозяйки. Хлоя уже окрепла, Хлоя может работать.

— А умеешь покупать еду?

— Хлоя умеет.

— Возьми, — Трой вытащил из кошелька несколько золотых. — Надо купить еды, всего что нужно. Хлеба, масла, круп разных, мяса, сыра, овощей, чай, кофе. Сама справишься?

— На сколько времени Хлое делать запасы? — деловито осведомилась домовушка, забрав галеоны.

— Насколько денег хватит. Иди уже.

— Хлоя поняла, Хлоя сделает.

Домовушка исчезла, а Трой вернулся к Бербиджу. Тот вскинулся, отрываясь от книги.

— А, это вы? Смотрите, как интересно пишут. Впрочем, вы же не герболог?

— Нет, я наставник по боёвке.

— Как интересно, — вежливо уставился на него Бербидж, только было ясно, что ему совершенно это не интересно. И Трой вздохнул облегчённо, когда тот вернулся к книге. — Я почитаю, если вы не против.

— Читайте.

Домовушка уже гремела чем-то на кухне.

— Жених хозяйки, на сколько человек готовить ужин?

— Только отцу хозяйки, — Трой Хейли почесал в затылке, но понимая, что перед ним более разумное существо, чем отец Чарити, попросил. — Проследи, чтобы он поел, ещё тут, я слышал, животные есть…

— Хлоя знает, Хлоя всё купила. Козы и куры накормлены, Хлоя смогла сама.

— Отлично. Хозяйка вернётся завтра утром.

— Хлоя поняла.

Трой кивнул, попрощался с Бербиджем, хотя тот его, кажется, не услышал, вышел из дома, и вздохнул полной грудью. Всё, что мог, он сделал.


* * *

Нотт не любил сидеть без дела, читать уже осточертело и, получив с шустрой совой приглашение Антонина, обещающего интересное дельце, Магнус немедленно согласился. Предупредив Юджина, что уходит на неопределённое время, он взял из конверта портключ и активировал, оказавшись через мгновение в широком дворе долоховского дома.

Мужчины его уже ждали, и Нотт приветливо усмехнулся, пожимая обоим руки. Игоря окинул таким же внимательным взглядом, как и болгарин его. Друг Антонина Магнусу понравился ещё тогда, у Малфоя, явно умный и с нормальным чувством юмора.

— Зачем звали? — не удержался он первым.

— Да вот, — Антонин развёл руками. — Бассейн крытый хочу сделать на заднем дворе. Уже всё купил, но котлован рыть магией нельзя, Ерофеич сказал, что слишком близко к алтарю, так что только руками. Нам с Игорем не трудно, но работа скучная и тяжёлая. А втроём всяко веселей.

— Сказал бы сразу, я бы Юджина прихватил, — поморщился Нотт для виду. Хорошая разминка как раз ему не помешала бы. И лишние мысли уйдут.

— Юджин пусть валит нахер, — фыркнул Антонин. — Тебя нам за глаза и за уши. Ну так что, идём? Только мантию в доме оставь, что ли. Ерофеич!

Странный бородатый домовик Долохова появился рядом и принял у Магнуса мантию.

— Лопаты и ломики уже на месте, — скрипучим голосом сообщил Ерофеич. — Обед через три часа, надеюсь, господа уложатся в это время. Тем более, что землю я вам осторожно прогрел, как раз на это время. Больше там магичить не вздумайте.

— Идёмте уже, — поторопил Игорь, натягивая перчатки. — Магнус, где такие ботфорты раздобыл? Познакомишь с мастером?

— Да Уркхарт же, — хмыкнул Магнус, — которого Долохов не выносит. Сам загоняет зверя, сам разделывает и шкуру как-то хитро обрабатывает. Полковена в его сапогах щеголяет. Только сейчас его трогать не рекомендую, настроение у него не то.

— С бодунища, что ли? — спросил Долохов, идущий впереди. — Неужели не дала ему та красотка?

— Ни о какой красотке не знаю, — Магнус остановился возле груды камней, кое-как обведенные жирной чертой. — Это что?

— Валуны, — развеселился Каркаров, — ну а что, быстро раскидаем. А потом уже рыть будем. Или не по силам?

— Без магии? — уточнил Нотт.

— Ручками, — кивнул Долохов и принялся стаскивать с себя свитер крупной вязки. — Запаримся за пять минут. — Не передумал?

— Не дождёшься, — усмехнулся Нотт, снял жилетку и верхнюю рубашку, оставшись в нижней тонкой. Штаны то потом отчистит, кожаные, а новую рубашку было жалко. Сапоги тоже жалко, но Уркхарт ещё сделает. — Хоть бы предупредили.

Перчатки он надел снова, и разом ухватил большой валун. Примерился и перекинул куда указал Антонин. Там начинался скат, и валун весело поскакал вниз к редкому перелеску.

— Погнали! — заорал балбес Долохов и с гиканьем прихватил следующий камень, его полёт тоже проследили, понятно стало, что кидать далеко смысла нет, достаточно попасть на склон.

Работа закипела, от дури, не иначе, перекидывали валуны поменьше друг другу, прежде чем швырнуть на склон. Жарко стало достаточно быстро, и Магнус по примеру остальных промокшую нижнюю рубаху тоже снял, развесив сушиться на голом кусте с твёрдыми тёмно-красными прутьями.

Мышцы приятно гудели, а шутки и мат Долохова создавали здоровую рабочую атмосферу. Камни закончились внезапно. Пришлось браться за лопаты.

Ерофеич появился рядом, когда они уже разметили котлован радиусом в сорок футов, и успели его углубить футов на шесть. На склоне потихоньку вырастал холм из свежей земли и песка. Рыли Долохов с Ноттом, Игорь работал ломиком, ловко извлекая встречающиеся камни и перекидывая их на склон.

— Охальники, — сразу заворчал домовой, держа в руках большой запотевший кувшин на цветастом полотенце. — Мало того, что сквернословят, так оголились на радость барышням, и не совестно?

Совестно Магнусу стало сразу, когда поднял взгляд на высокий балкон долоховского дома и увидел собравшийся там цветник. Одна девушка сразу отпрянула от перил, а две другие засмеялись и приветливо помахали руками.

— Квас! — обрадовался Антонин. — Ерофеич, спаситель! Эй, барышни, вам тут что, цирк?

— Оставь, — одёрнул его Игорь. — Пусть смотрят! Ерофеич, и мне налей, будь добр!

Магнус со вздохом стянул перчатки и дошёл до кустов. Тонкая рубаха успела высохнуть, и он не спеша натянул её на себя, лишь потом приняв кубок у одобрительно посмотревшего домового.

— Что это? — спросил осторожно, вглядываясь в тёмную жидкость. Название: «Квас» ему ни о чем не говорило. Попробовал, не дождавшись ответа, хмыкнул и опустошил кубок одним махом. — Вкусно, спасибо.

— На здоровьичко, — кивнул степенно домовой и исчез, забрав кубок.

— Перекур закончен, — дурашливо объявил Антонин. — Копаем вглубь еще футов на семь-восемь, конструкция должна поместиться.

Конструкция оказалась миниатюрным крытым бассейном круглой формы с прозрачным стеклянным куполом сверху, вокруг бассейна внутри можно было разглядеть широкий дощатый настил с несколькими лежанками.

— Отменим уменьшение, когда поставим в готовый котлован на центр, — объяснил Антонин. Прикольная штука, досталась практически даром.

— За пятьсот галеонов, — дополнил Каркаров, потыкав пальцем купол. — Летом в нём будет жарко.

— Затемняется, — фыркнул Антонин. — Нормально будет. Ладно, продолжаем.

Нотт удивлённо покрутил головой и подхватил свою лопату. Решил позже расспросить про это чудо. Можно ведь и у себя сделать, территория за его новым домом по размерам позволяла. А уже вокруг разбить сад. И магией там было можно действовать, с Уркхартом бы справились.

Копать закончили даже раньше срока, как раз в меру устали, и до обещанного обеда оставалось ещё больше часа. Даже вырытую землю успели распределить вокруг котлована, утрамбовывая в эдакий бордюр. Антонин всё измерял длинной гибкой лентой с насечками.

— Левее, — командовал он Игорю, устанавливающему в центре конструкцию. — Ещё чуть-чуть на меня. Хорош. Вылезай оттуда.

Заклинание отмены сотворило чудо. Конструкция сначала поползла, вытягиваясь, вверх, потом стала расширяться. Нотт смотрел как зачарованный, увеличенный бассейн понравился ещё больше. Антонин рассчитал всё точно, крытый бассейн встал в яму, как влитой. Оказалось, что он уже успел наполниться, маня поплавать в подогретой воде, подсвеченной зелёным и голубым.

— Я бы предложил опробовать, — задумчиво сказал Антонин. — Но сначала нужно принять душ. А лучше в баню сходить.

Мужчины оглядели себя и друг друга, и согласились.

— Голосую за баню, — сразу отреагировал Каркаров. — Магнус, рискнёшь?

— Я знаю, что такое баня, — Магнус бросил взгляд на балкон, но девушек там уже не было. Усмехнулся и пошёл за Долоховым к отдельному строению, по виду больше всего напоминающему сарай.

Не успели войти в тёплый «предбанник», как явился Ерофеич, велев стаскивать с себя всё, мол, так и быть, отстирает и высушит, пока господа парятся.

Баню Нотт, если быть честным, видел только на картинке, в какой-то юджиновой книге, потому представление, что там и как, имел довольно смутное. Сначала всё казалось диким, но потихоньку основное понял, а веник из листьев, которым по очереди хлестали друг друга Долохов с Каркаровым, он тоже оценил в полной мере. Им лично занялся появившийся вновь Ерофеич, и было это абсолютно крышесносно. Такого массажа он не ощущал ни разу в жизни. Казалось, все мышцы расплавились вместе с костями в сухом жару. Потом обливались ледяной водой со смехом и весёлым матом. Благо, барышень тут и близко не было.

— Ну что, в бассейн? — ощерился Антонин, осматривая друзей.

— Я пас, — тут же отказался Каркаров, отдыхающий на скамье в одном полотенце. — Как-нибудь потом. Да и жрать уже хочется.

Магнус только согласно покивал.

На обед разморенный Нотт оставаться не решился. Во-первых, Юджина оставлять надолго не хотелось в его тёмной депрессии, во-вторых, клонило в сон после бани, в-третьих, встречаться сейчас с девицами, видевшими его полуобнажённым, не тянуло вовсе. Поэтому, одевшись — Ерофеич не обманул, и одежда и сапоги были чистыми и даже благоухали неприметным цветочным ароматом — Нотт поблагодарил друзей за интересный опыт и аппарировал домой, прихватив адресок лавки, торгующей уменьшенными бассейнами.


* * *

Роксана Каркарова терзалась сомнениями, рассказать ли брату и Долохову правду, куда они собрались с девочками на следующий день. Или пойти на поводу у подруг, и соврать, что это очередной вояж по магазинам. Умоляющие взгляды Агнешки, Люси Сабо и Кэти Хоган, следящих за её метаниями по гостиной, не давали сосредоточиться. И Роксана, топнув ногой, заявила, что идёт думать на балкон, чтобы проветрить голову, и чтобы не смели за ней ходить. Девчонки надулись, но Роксана умудрилась показать полное равнодушие, накинула шубку и действительно пошла на балкон. Брат с Антонином что-то затеяли в саду, и она заодно хотела взглянуть на них хоть одним глазком. Любопытно же, из-за чего они всё утро ругались с Ерофеичем на повышенных тонах.

Каково же было её изумление, когда вместо двоих, увидела внизу трёх полураздетых мужчин, перекидывающих внизу большие камни. И светловолосый широкоплечий маг был ей точно незнаком. Несколько мгновений она не могла оторвать от него глаз, и краснея рассматривала мускулистые руки, красивую спину и торс, сделавший бы честь скульптурам греческих богов. Только спустя вечность она осознала, чем занимается, и охнув, бросилась назад в комнату, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.

— Что там? — сразу вскинулась Агнешка. — Ты словно богарта увидела.

— Ничего! — Роксана перевела дух, чувствуя, как жарко стало щекам. — И не советую ходить, неприлично подглядывать за обнажёнными мужчинами!

Последнюю фразу Роксана явно произнесла зря, но что поделать, если у современной молодёжи нет ни стыда, ни совести?! Её просто смели с дороги, расчищая путь на балкон. Не могла же она остаться в стороне, и не проследить, чтобы девочки не натворили глупостей?

Но благие намерения осадить пускающих слюнки подруг просто забылись от вида греческого бога, то есть симпатичного блондина, тем более, вели себя девушки поначалу очень тихо и скромно.

Только Кэти, которая с утра себя неважно чувствовала, скептически поглядев на работу мужчин, хмыкнула и ушла в комнату, заявив, что ей надо дочитать пару глав нового романа. А Роксана, как ни было ей стыдно от этого, осталась, на всякий случай держась позади своих подопечных.

— Мерлин, какие великолепные самцы, — вздохнула Люси, выведя Роксану из транса. — Делаем ставки, дамы, кто самый сексуальный.

— Игорь! — хихикнула Агнешка.

— А по мне Антонин, — Люси прищурилась. — Нет, я передумала! Какая задница!

— У кого? — в нетерпении спросила Агнешка.

— У блондина! Ты не знаешь, кто это?

— Девочки! — к Роксане наконец вернулся дар речи. — Немедленно прекратите!

Агнешка оглянулась и показала язык. А Люси мечтательно посоветовала:

— Рокси! Наслаждайся, пока можно! Где ещё такое увидишь! Я сама себе завидую.

— Папа бы тебе всыпал ремня, — вздохнула Роксана, хотя решила прислушаться к совету.

— Мой папа мне доверяет, — мурлыкнула Люси. — Я же не руками трогаю, а просто смотрю. Хотя, если бы…

Роксана тут же прикрыла глаза, представила себе это невысказанное безобразие и покраснела до кончиков ушей — в её фантазии атлант раздевался полностью и выглядел ещё великолепней. Только вот лопата вписывалась в этот образ довольно плохо.

А потом всё испортил Ерофеич. Явно же что-то сказал мужчинам, появившись возле них с кувшином кваса. Все трое подняли головы, и пришлось Роксане срочно делать шаг назад. Быть застуканной за таким занятием было и вовсе за гранью. Только Люси с Агнешкой было всё нипочём. Они лишь засмеялись и помахали мужчинам.

— Ерофеич предатель, — вздохнула Люси. — Можешь вернуться, Рокси, они даже рубахи надели. И больше на нас не смотрят.

Греческий бог в рубахе выглядел ничуть не хуже. Он как раз вытирал лоб рукавом, задумчиво оглядывая яму, которую они зачем-то рыли вручную.

— И что ты решила, Рокси? — невинно спросила Люси. — Признавайся.

— Задница классная, — грустно вздохнула она и залилась краской от ужаса: — Ты про что?

Девчонки беззвучно захохотали и сползли на пол балкона. Роксана пострадала несколько секунд и тоже рассмеялась не удержавшись.

— Я спрашивала насчёт завтра! — еле успокоившись, выдохнула Люси Сабо, смахивая слёзы. — Но я полностью согласна насчёт задницы Долохова. Ладно-ладно, насчёт всех трёх задниц!

Агнешка прыснула по-новой.

— Какие же вы! — сидя напротив них на ледяном полу, Роксана решила: — Ладно, завтра по магазинам, уговорили.

Её, конечно, чуть не задушили в объятиях, потом облагоразумились, и все вернулись в комнату. Кэти оторвалась от книги и подняла на них вопросительный взгляд.

— Рокси понравилась чья-то задница, — радостно выдала Агнешка. — И мы едем завтра к драконам!

— А мне казалось, что они в штанах, — подняла брови Кэти. — Я рада, Роксана, что ты так решила. Спасибо тебе!

Роксана кивнула и устроилась на диване со своей книгой, больше не вслушиваясь в глупости, которыми обменивались подруги. Она читала про сложные руны защиты жилища от огня, а перед мысленным взором как назло проплывали все виденные в жизни статуи греческих богов. Даже зажмуривание не помогло. И она сильно обрадовалась, когда их позвали на обед.

В последний момент, когда уже была на последней ступеньке, почти спустившись в столовую, Рокси застыла в ужасе. Поняла, что просто не сможет спокойно обедать в обществе греческого бога.

— Нотт нас покинул, — услышала она голос Антонина. — Так что один прибор можно убрать.

— А что, Магнус хороший огневик? — поинтересовался её брат.

— Лучше только его папаша.

Роксана медленно выдохнула. Теперь она узнала его имя. Стихийный маг Магнус Нотт! Недаром она взяла сегодня книгу «Руны и огненная стихия». Улыбнувшись, она вошла в столовую, гадая, будет ли мистер Нотт на балу у Лестрейнджей, куда пригласили не только их с Игорем, а даже всех девушек из Гарпий? В любом случае руны защиты от огня на её новом бальном платье будут смотреться очень гармонично.

— Ну что, сестрёнка, — подмигнул ей Игорь. — Смутили нам боевика?

— Это ещё кто кого, — прыснула Агнешка, придвигая к себе тарелку борща, и несмотря на пинок под столом, сладким голосом пропела: — Мы выбирали, кто самый красивый, а Рокси участвовать отказалась.

— И кто же самый красивый? — лениво осведомился Антонин. — Дайте угадаю! Тёмный демонолог?

— Не-а, — хитро посмотрела Агнешка.

— Долохов, мне даже спрашивать не нужно, — осклабился Каркаров. — Это же я самый красивый, барышни? Агнешка, любовь моя?

— И опять не угадали, — развеселилась та.

Они переглянулись с Люси и хором выдали:

— Ерофеич!

Домовой ухмыльнулся в усы и каждой положил рядом с тарелкой лишний пирожок.

— Подлизы, — обиделся Долохов. — А где ваша подруга Кэти?

— Нет аппетита!

— Не может оторваться от книги.

— Ей нездоровится, — ответила Роксана. — Братец, мистер Долохов, завтра мы опять по магазинам хотим пройтись. Бал скоро. Вы с нами? Только мы на весь день, пообедаем в Косом, потом ещё в парке погуляем.

— Сестрёнка, честное слово, был бы рад, — преданно поглядел Игорь, — но мы с Антонином как раз наметили завтра важное дело.

— Ну, вы же справились сами вчера? — хмыкнул Антонин. — Но портключ в дом чтоб из рук не выпускали.

— Как мы выпустим, если он браслет? — фыркнула Агнешка. — Антош, ты мне метлу обещал, помнишь?

— Агнеш, ты разве не привезла свою?

— Может, не будем спорить из-за пустяков? — надулась она. — У Линды Маршалл четыре метлы, и все сделаны на заказ!

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но разве Линда Маршал не капитан команды Холихедских Гарпий? Да я уверен, что даже у простых игроков… Люси, сколько у вас мётел?

— Семь, — скромно улыбнулась та. — Папа дарит каждый год одно и тоже на Рождество. Только модели разные.

Агнешка взглянула на опекуна с торжеством.

— Вот и отлично, — обрадовался Антонин. — На Рождество получишь метлу.

— Как? — растерялась Агнешка. — И всё? А как же сюрприз? Рождественские подарки должны быть сюрпризом!

— Значит, не метлу, — Долохов отодвинул тарелку. — Дайте уже поесть спокойно. Ерофеич, добавки бы.

Агнешка угомонилась, подмигнув Роксане. Та вздохнула. Отвлекающий маневр был так себе, но зная Долохова, можно было не сомневаться, что метла у девчонки будет, и не только метла. А о походе по магазинам мужчины больше не спросят.

Утром на неё налетели сразу два урагана. Роксана застонала и попыталась накрыться с головой. Но одеяло тут же было жестоко отобрано.

— Рокси! Утро! Драконы ждут!

— Встаю, непоседы! — не открывая глаз, она села на постели.

— Кэти опять вырвало, может оставим её дома?

— Я вам оставлю, — послышался бодрый голос Кэти. — Говорю же, непривычна к русской пище. У меня такое бывает.

Собирались недолго, Кэти послушно выпила противорвотное зелье, от которого тут же и избавилась в ванной, заявив, что на этом всё. Никаких зелий три дня. А потом само всё пройдёт.

Роксана уже жалела, что согласилась на авантюру, но озвучивать свои сомнения не стала. Как и советовать Кэти обратиться в Мунго. Не ребёнок уже, сама разберё...

— Кэти! У тебя давно были…

Мисс Хоган явно практиковалась в невербальном Силенцио.

— Не надо, — шепнула ей девушка, умоляюще заглянув в глаза. Благо остальные спорили, как лучше добираться и не обратили внимания.

«Знает!» — поняла Роксана.


* * *

Том распрощался с Орионом крепким рукопожатием и вышел на морозный воздух, решив немного прогуляться. Было какое-то очарование в Косом в эти предпраздничные дни. Близилось Рождество, и толпы родителей с маленькими волшебниками суетились в лавках и перед витринами в погоне за подарками и разными развлекательными шоу. Невольно вспомнилось, как он оказался здесь в своё первое Рождество в магическом мире. Как страстно глядел на недоступные ему мётлы, как выскребал из карманов медную наличность, в надежде, что хватит на два сорта мороженого. Как пробегающий мимо пацан выбил их из руки, а мелкие воришки-оборванцы так быстро подобрали с земли его монеты и дали дёру, что Том ничего не смог сделать.

Реддл отогнал видения прошлого, медленно шёл в толпе, стараясь выкинуть из головы все мысли и просто насладиться атмосферой. С этой девушкой он столкнулся как раз у магазина мётел. Та вылетела из открытой двери, явно куда-то торопясь, и впечаталась в него, несмотря на мгновенно выставленный щит. Правда, впечаталась мягко, он даже успел оценить крепкое тело и соблазнительную грудь.

— Прошу прощения, мистер, — фыркнула девушка, отстраняясь. Серые глаза оглядели дерзко, потом сузились. — Мы не знакомы?

— Заочно, — хмыкнул Том. Память его никогда не подводила, а слабенькая иллюзия, скрывающая личико звезды для него не была преградой. — Гуляете, капитан Маршалл?

— Представьтесь, чтобы мы были на равных, — потребовала она.

— Равенство между мужчиной и женщиной — миф, мисс Маршалл. Впрочем, не вижу смысла скрывать. Томас Реддл. Не желаете провести со мной вечер в приватной обстановке?

— Очаровательное предложение, мистер Реддл, — улыбнулась ему Линда Маршалл, томно опустив глаза. — Дайте подумать… М-м. Нет. Не желаю. Всего доброго.

Девица развернулась и быстро растворилась в толпе восторженных мамочек, направляясь в сторону гоблинского банка.

Том почувствовал не досаду, а настоящее потрясение. Да, он захотел трахнуть звезду, что никогда его раньше не прельщало. Не самая красивая, не самая желанная, и вообще его идиотский минутный порыв. Но рискнул, как бывало уже пару раз — и оба раза без осечек. Беспардонно включил свой дар соблазнителя на полную катушку. Уговаривать звёздочку не было ни желания, ни времени. От магического посыла завертели головами сразу несколько дамочек вокруг, не понимая своего смятения, тогда как Линда Маршалл, находясь в самом эпицентре, вместо того, чтобы замереть, как кролик перед удавом, просто дёрнула плечиком и сбежала.

Сканирующий взгляд, подкреплённый невербальным заклинанием, всё-таки выловил нахальную Гарпию в толпе, Том проследил её путь к банку Гринготтс и улыбнулся. После чего зашёл в магазин мётел и обратился к шустрому продавцу, снующему между посетителями.

— Только что тут была девушка, какую метлу она отложила?

— Не только метлу, — заулыбался парнишка, — целый набор к ней, и несколько комплектов защиты. Я уже всё упаковал. Вы готовы оплатить?

— Сколько? — коротко осведомился Тёмный Лорд, доставая кошёль, полный золотых. Отсчитал озвученную сумму, добавив лишний галеон, и забрал увесистый свёрток с прикрученной сверху метлой в кожаном чехле.

И вовремя, мисс Маршалл, побив все рекорды, уже входила в магазин. И мгновенно оценила обстановку.

— Как мило, мистер Реддл, — скептически оглядев его, она протянула руку. — Давайте. Или готовы послужить носильщиком?

— Где вы остановились? — хотелось скрипнуть зубами, но Том лишь позволил себе улыбку.

— В магловском отеле, так что даже не думайте про аппарацию. Я очень ценю своих спонсоров, готова даже честно одарить вас парой билетов на следующую игру. Но мне в самом деле некогда, так что решайтесь быстрее.

— Провожу, — решил он, поудобнее перехватывая свёрток. Ему только что намекнули, что продолжения не будет, проводит он её или нет. Но рискнуть стоило.

Через толпу к Дырявому котлу пробирались молча. А уже на магловской стороне, мисс Маршалл пояснила:

— Можно нанять такси на соседней улице. Или прогуляться пешком, тут недалеко.

— Прогуляемся, — Реддл щелчком пальцев превратил мантию в тёплый плащ, при этом голова украсилась шляпой. — Если я вам ещё не надоел.

— Вы меня заинтриговали, — ухмыльнулась она. — Так что нет, не надоели. Направо, мистер Реддл. Только сразу предупреждаю, кофе у меня нет, а на чай приглашать как-то глупо.

— Не глупее, чем на кофе, — не согласился он. — В каком бы отеле вы не остановились, я могу пригласить вас в куда более комфортные апартаменты в старинном замке.

— И стать вашей должницей? — Линда даже не подумала сменить короткую светло-голубую мантию с белой меховой оторочкой на что-то менее броское. Только накинула капюшон. — Благодарю покорно.

— Не нравлюсь?

— Не нравятся ваши методы, уважаемый Тёмный Лорд. Трепетать не приучена, уж простите. Сексом не расплачиваюсь, имейте в виду. В покровителях не нуждаюсь.

— Добейте меня и скажите, что девственница и бережете себя для будущего мужа.

— Рада, что вас это так веселит, — нахмурилась Линда, резко остановившись. — Вы угадали. Будучи немного осведомлённой, что вы из себя представляете, в роли жениха я не смогу вас увидеть даже в самой невероятной фантазии. Так что разрешаю отдать мне покупки и распрощаться, пока этот фарс не зашёл слишком далеко. Я не юная наивная девочка, а вы достаточно умны и умеете владеть собой. Расстанемся по-хорошему?

— Разрешаете? — повторил он, словно смакуя это слово. — Вы так храбры? Или просто безрассудны?

Линда огляделась, только сейчас поняв, что они оказались в совершенно безлюдном переулке.

— Тёмному Лорду не отказывают? — вздохнула она. — Неужели возьмёте силой? Для вас это обычное дело?

— Как драматично, мисс Маршалл, — он всучил ей свёрток. — Вы в самом деле ничего не чувствуете?

— Конечно чувствую, — вспылила она, — это мерзко, что вы пытаетесь колдовать. Неужели просто так никто не клюёт на вашу красивую физиономию?

— Что именно вы чувствуете? — властно спросил он и, сделав шаг вперёд, приподнял её подбородок. — Посмотрите на меня!

— Желание врезать вам под дых и по морде, если совсем точно. Не пытайтесь взломать, меня окклюменции дедушка обучал с пяти лет.

— Снежинки? — хмыкнул он.

— Метель. Дальше будет буря. Потеряетесь.

— Линда, я впервые встречаю человека, которого не могу прочитать, которому безразлична ментальная атака. Вы думаете, я могу вас просто так отпустить?

Она мотнула головой, вырвавшись из слабого плена, и отступила на пару шагов.

— А вы постарайтесь! — сверкнула она глазами и просто исчезла вместе с прижатым к груди свёртком.

Ни следа аппарации, ни остаточного следа использованного портключа. Ничего! Была — и нет.

Том коротко рассмеялся и с удивлением поднял голову. В воздухе кружились снежинки. Дерзкая девчонка его переиграла.

— До встречи, капитан Маршалл, — криво улыбнулся он и аппарировал.


* * *

Кэти Хоган нервничала всю дорогу. И пришло же в голову Агнешке прокатиться на Ночном Рыцаре! Мол, когда ещё удастся?! Кэти храбро держалась полдороги, она в принципе не любила жаловаться и жалости к себе не терпела. Но потом подлый организм подвёл, тошнило невыносимо, несмотря на выпитое зелье, приготовленное лично домовым Ерофеичем. Солёное такое, освежающее, проясняющее мозги. Как она ему была благодарна! Разом ведь пропали все симптомы незапланированной беременности. И почему не попросила дать немного с собой? Но умные мысли порой приходят слишком поздно.

— Я наверх, — пока ещё могла, сообщила Кэти самому разумному человеку в их компании — Роксане Каркаровой. И бросилась на второй этаж автобуса, провожаемая восторженными визгами девчонок, искренне восхищавшимися манерой езды монстра, место которому на самом нижнем уровне в Азкабане.

Островок на втором этаже с красочным рисунком матери с ребёнком был не занят. И Кэти с осознанием полного права ринулась туда, с ходу плюхнувшись на удивительно мягкий диванчик. Организм замер, словно не определившись, что ему делать дальше, но не чувствуя более ни малейших рывков и других неприятных ощущений от безумных виражей адской повозки, решил успокоиться. Вот надолго ли?

— Малыш, — погладила Кэти ещё плоский живот. — Как мне хочется верить, что ты будешь светлым магом. Мы тогда всё переживём, правда, родной? Но если твой папа тёмный… Нет, малыш, не бойся, всё равно ты будешь жить.

Да, она прекрасно знала, что не каждая полукровка сможет выносить ребёнка тёмного мага, но крохотная надежда ещё оставалась, что Гидеон Прюэтт пошёл в матушку. А ещё оказалось, что у него есть младший брат. Об этом Кэти узнала совершенно случайно. Как раз в перерыве между матчами на чемпионате к ним в раздевалку влетела крайне раздражённая мисс Перкинс.

— Это не проходной двор! Мантикора вас всех задери! Амурные дела решать будете после игры!

— Кто рвётся? — меланхолично спросила Линда, единственная не пасующая перед гневом Кристи Перкинс, их бессменного тренера и железной леди.

— Некий Фабиан Прюэтт, — выплюнула Кристи, немного сбавив тон. — Кто?

Обведя девушек взглядом, она остановила взгляд на Аманде Стенфилд, которая стояла ближе всех.

— Аманда?!

— Да бросьте, тренер, — хмыкнула Мэнди. — Я и на старшего Прюэтта никогда не заглядывалась, что мне этот шалопай Фабиан!

— А он об этом знает? — совсем уже спокойно осведомилась Кристи. — Неважно, думаю больше не появится. Люси, как колено?

— Чудно, тренер! Спасибо за мазь!

Разговоры приняли деловой характер, а Кэти осторожно подобралась к Аманде.

— У Прюэттов двое сыновей? — спросила негромко.

— Угу, — мисс Стенфилд держала в зубах заколки, сооружая причёску. Волосы её были завистью всей команды. Если расплести — то ниже попы, а уж какие густые! Когда кто-то из девчонок спросил однажды, не хотела бы она их обрезать, Аманда посмотрела сквозь ресницы и заявила, что мужчине её мечты нравятся длинные волосы. И нет, никто не узнает его имя!

— Что угу?

— У Гидеона и брат есть, и кузен. Имя не помню, но кузен точно был на том празднике, помнишь?

Ещё бы Кэти забыла!

— И как брат? Похож на Гидеона?

— Подруга, ты ничего сказать не хочешь? — Аманда придирчиво рассматривала сооружённую причёску. — Фабиан и Гидеон как земля и небо! Настолько разных братьев ещё поискать. Как считаешь, нормально так?

— Тебе очень идёт, — искренне ответила Кэти. — А что, может, у них матери разные?

— Одна, — Аманда развеселилась. — Летиция Прюэтт. Кстати редкий случай — она светлая, а отец парней самый натуральный тёмный маг. И как только троих детей выносила!

Такой интересный разговор прервали, пора было на поле. А после матча, когда Кэти поймала очередной, и возможно, последний в своей недолгой карьере снитч, её сразу забрали девчонки. Долохов галантно предложил присоединиться к его «цветнику», если у мисс Хоган нет других планов на Рождество.

Автобус явно трясло и швыряло, а Кэти — вот чудеса — вообще не ощущала ничего, словно пребывала не во мчащейся со скоростью света душегубке, а в каком-то уютном уголке своей квартиры. Даже читать попробовала, вот только мысли о предстоящем разговоре с Гидеоном сбили весь настрой. А вдруг не вспомнит? Вдруг будет раздражён видом бывшей любовницы, или напротив, захочет ещё разок. И то, и другое было худшим вариантом. Прошла пора легкомысленных поступков. И отвечать за свои ошибки она будет сама!

Но не сообщить о ребёнке его отцу Кэти не могла. Так уж принято в мире магической Британии. У половины старых семей если не гобелены, так ещё какие определители, что растёт бастард — узнают всё равно, а так, возможно, отнесутся снисходительно к просьбе попробовать воспитать самой. Денег у неё хватит, и препятствовать встречам отца и сына она не будет. На брак тем более претендовать не собирается. Кто она, и кто наследник лорда Прюэтта — она понимала прекрасно. Кроме того, нужно было выяснить, что всё же ждать, и если, не дай Мерлин, отец её ребёнка темный маг, то не пора ли принимать какие-то меры? И не семье ли Прюэттов известно какие, раз уж их мать светлая волшебница.

Кэти усмехнулась. Так себе причины, а ведь она врёт сама себе. Ведь хочет хоть один раз увидеть Гидеона близко. И уж ладно, если предложит, ну не сможет она отказать в ещё одной ночи. Или сможет?

— Заповедник драконов! — под визг тормозов проорал кондуктор. — Дамы, ваша остановка!

Охрана на входе в заповедник остановила их, требуя представиться. Оба скучающих парня при этом рассматривали девушек во все глаза.

— К Гидеону Прюэтту с личным визитом, — Кэти шагнула вперёд, и парни расступились. Не очень-то серьёзное препятствие оказалось. — Они — со мной!

Только возле указанного им дома, Кэти замерла и повернулась к подругам.

— Иди-иди, мы тут подождём! — не дала ей и слова сказать Роксана. — Если что, сразу уйдём портключом, так что выше нос!


* * *

Щит Артур поставил сразу, как вошли на чердак Норы, только домовик Урс не стал за ним прятаться, держась чуть в стороне. Рита зажгла прихваченные на этот раз три магических светильника, пустив их парить под потолком. Упыря они увидели не сразу, оказалось, что он прятался в тряпье в самом углу, но не в том, что раньше, а в противоположном. Вокруг стало как будто чище, просторней. Странное создание с трудом поднялось на колени, тонкие как палочки руки дрожали, голова свисала почти безвольно. Он смог только чуть приподнять её, повернув к посетителям. Даже глаза лишь щелочками приоткрылись, словно сил у существа не было вообще.

— Урс, сможешь определить, кто это? — Рита повертела на руке накопители, с сомнением глядя на вялую реакцию упыря. Если, конечно, слабый стон можно было назвать реакцией.

— Надо ближе посмотреть, — глубоко вздохнув, ответил Урс. — Это домовой эльф, госпожа! Он сильно истощен. Жизнь в нем едва теплится. Он умирает, госпожа, его держит на этом свете совсем тонкая нить, но Урс не может сказать, что это за нить и откуда.

— Как считаешь, можно ему дать еще накопитель? — Рита сняла с руки одну из цепочек.

— Госпожа очень добра! Но сначала его нужно осмотреть! Позвольте Урсу это сделать?

Рита задумчиво кивнула, и домовик благоговейно принял из рук Риты большой камень, взяв его за цепочку. Он неторопливо направился к «упырю», держа цепочку так, чтобы не коснуться камня. Упырь настороженно следил за ним измученным взглядом. Урс остановился в шаге от пленника Норы, прижал свободную руку ко лбу, потом к груди. И только, когда бедолага прикрыл согласно глаза, быстро надел ему цепочку на шею. Домовик-упырь взвыл, почти призрачное тельце свела судорога, он упал в свои тряпки без сил и затих.

— Что с ним? — дрогнувшим голосом спросил Артур, убирая щит. — Умер?

Урс покачал головой, принимаясь деловито ощупывать тело несчастного существа. Пару раз щёлкал пальцами, отчего по-особому освещалась та или иная часть тела. Заглянул в рот, скорбно качая головой, поднимал веки, осматривая глаза, трогал большие уши.

— Слишком мало магии было, — заявил наконец. — А хлынуло много, и магия жёсткая, не из живого. Так что сразу переварить трудно и больно. Дайте ему несколько минут, оживёт. Наверное.

— Может и умереть?

— Запросто, — кивнул Урс хладнокровно. — Но то, что пережил этот домовик, мало кто смог бы перенести. Так что и это должен осилить.

— Что он пережил? Говори же!

Урс поклонился и спокойно ответил:

— Этот эльф… Точнее, то, что от него осталось… Очень похоже на то, что ему вырвали язык и перебили пальцы на руках и ногах антимагическими инструментами. Сами домовики не способны наносить себе подобные незаживающие травмы. Это противоестественно.

— Что ещё? — Рита подступила ближе к домовику, и Артур шагнул следом.

— Давно ли срослись пальцы этого эльфа, Урс сказать затрудняется. Судя по состоянию, его почти лишили магической подпитки, так что тратиться на восстановление он не мог, долгие годы испытывая изматывающую боль, постепенно сводящую с ума. Начать самоизлечение он мог только в том случае, если бы получил порцию магии извне — больше, чем обычно. Намного больше. Например, с накопителем или кровью.

— Два месяца назад, — кивнула Рита, — тот накопитель был более слабый, примерно втрое. Продолжай.

— Тогда понятно! — Урс вернулся к домовику, стал его снова осматривать и ощупывать. Потом посмотрел на хозяев: — Получив от вас магию, этот домовик, видимо, всё потратил на исцеление рук и ног. Только вот на нормальную жизнь совсем ничего не осталось. Язык и связную речь вернуть он не смог, и это понятно. Магии на восстановление языка нужно гораздо больше, а боли эта травма не причиняет.

Бывший упырь задёргался и застонал в своём тряпье. Урс уже бестрепетно бросился к нему, тихо задавая вопросы. Что ему отвечал бывший упырь скупыми знаками, Артур не понял. И вздрогнул, когда Урс подскочил, разворачиваясь к Рите:

— Урс ничего не смог поделать!… Госпожа! Он пытается восстановить язык и речь! Глупец, магии не хватит… Но уже не остановить.

— Быстро! — скомандовала Рита. — Вот ещё!

Она швырнула эльфу ещё один накопитель, Урс поймал и мгновенно нацепил его на шею «упыря», вздернув того вверх за костлявое плечо.

— Мало! — даже в голосе невозмутимого Урса теперь слышалось отчаяние. Он больше не отпускал калеку, вцепившись в руку выше локтя.

— Этот последний, — невозмутимо произнесла Рита, и ещё один накопитель полетел к несчастному. — А сейчас что?

Урс смог только пожать плечами:

— Не знаю, госпожа, должно хватить, но…

Голос домовика упал до шёпота, и когда тельце «упыря» изогнулось в судороге, а потом повисло без признаков жизни, он просто его отпустил.

Артур стоял, оцепеневший от шока, услышанное никак не могло уместиться в голове, он был в силах только наблюдать, но тут его самообладание не выдержало. Уизли рванул вперёд, разорвал на груди рубаху, подхватил крохотное тельце и прижал к груди.

Рита что-то спрашивала Урса, но Артур не мог разобрать слов, в отчаянии пытаясь хотя бы согреть несчастное существо, словно это могло отогнать смерть. Он усилием воли заставлял себя не думать о том, кто мог сотворить столько зверств с безобидным живым существом. И сколько же лет страданий, если он искренне считал его домашним талисманом, перешедшим по наследству, приносящим счастье и удачу. Раздери Мордред такую удачу, что знала его семья. И неспроста, как оказалось.

— Артур! — Рита с силой ущипнула его за руку. — Потерпи, Медведик, немного больно будет. Не двигайся и не шевелись.

Она просто разорвала рубаху на его руке и больно перетянула концами руку выше локтя. Он увидел в её руках продолговатую белую полупрозрачную трубку из которой торчала маленькая острая игла. Артур даже не дрогнул, когда она всадила эту иглу в его вену, набухшую под кожей. Потянула за поршень, и круглая трубка стала заполняться кровью. Выдернула иглу, только когда полностью заполнила кровью трубку, отбросила иглу в сторону, ножом раздвинула зубы на оскаленной мордочке «упыря», вставила в появившуюся щель кончик трубки и нажала на поршень. Голову домовёнка Артур держал крепко, так что мимо рта ничего не пролилось.

— Ждём!

Всего пару минут ничего не происходило, но Артуру они показались вечностью. И когда бывший упырь вдруг встрепенулся и закашлялся, выдохнули все трое.

— Теперь ещё поживёт, — сказал Урс, даже не пытаясь скрыть радость, и потер маленькие ладошки. — Сильный домовик, или что-то черпает извне.

Бедняга открыл мутные глаза, поглядел на Артура и четко произнёс скрипучим голосом четыре отрывистых слова:

— Алтарь… Быстрее... Осталось...Мало...

И задышал часто, опять обмякнув. Видимо, силы кончились.

— О чем он? — Артур бережно продолжал прижимать к себе своего «упыря».

— Думаю, где-то недалеко есть алтарь, — перевёл Урс с немалым удивлением, — от которого он получал магию. Похоже, связь с ним теряется. Надо выяснить, где он и быстро.

— Деревянный… нежилой… во дворе, — прошептал домовичок. — Внутри проход...

— Строение! — Урс щёлкнул пальцами. — Сарай! Тут есть сарай?

Артур не дослушал, бросаясь вниз по лестнице. Как пробежал по дому, даже не запомнил. Выскочив на улицу, он опрометью бросился за дом к густым кустам, сейчас совсем голым и колючим. Немалая роща неприветливого кустарника скрывала неказистое строение из грубых досок.

— Там мы давно ничего не храним, — объяснил он Рите, оказавшейся рядом. И ахнул, когда она с помощью Инсендио просто уничтожила рощу, которую он собирался брать штурмом.

Урс оказался возле хлипких воротин первым, по кивку Риты он отпер тяжелый замок с крупной ржавой цепью щелчком пальцев. Из-под крыши оттуда с криком вылетело что-то чёрное и большое, заставив людей шарахнуться.

— Богарт, — выдохнул Артур первым. И ринулся внутрь вслед за Урсом. Сарай был пуст, если не считать каких-то ящиков в конце помещения.

— Задняя стенка, — домовёнок на руках Артура теперь дышал очень часто, дрожал и глаз не открывал. — Сломать… Без магии...

Ящики оттащили, они были набиты песком и камнями. Стену пытались ломать все вместе. Толстые доски поддавались с трудом. Урс отлучился за ломиком, забытом на чердаке, и дело пошло быстрее, когда Артур нехотя передал домовика Рите, и взялся ломать всё сам. Рита зажгла свет на кончике палочки, освещая открывающееся пространство. Все трое поражённо рассматривали каменную стену, видневшуюся в метре за проломом. Артур пролез в пролом первым, помог вылезти из сарая Рите. А ведь он точно помнил, что за сараем просто какой-то мусор валяется, вроде железных труб и другого лома, а дальше начинается редкий лес с холмистыми залысинами. Значит, прямо в сарае был проход через барьер в магический мир? Прямо у них под боком!

— Что дальше, маленький? — спросил он домовика, простучав ломиком недвижимый камень. Они вообще словно в каменном мешке очутились, только тускло светился проём в сарае.

— Палочкой. Уэсли. Три раза. Красный круг.

Рита поднесла ближе к стене светящуюся палочку.

— Вот, Артур! — она указала на еле заметный на чёрном камне контур круга. — А палочка Уэсли, очевидно, твоя. Стучи!

Артур послушно стукнул три раза по кругу, теперь он тоже его видел. Стена дрогнула, круг разделила зигзагообразная вертикальная линия, через мгновение продолжившаяся вниз и вверх. Щель сразу стала расширяться, свет хлынул внутрь каменного мешка, освещая бледные лица. Эльф ожил на руках Риты, раскинул ручки-палочки и блаженно улыбнулся, что смотрелось дико на изможденном лице.

— Быстрее… — прошелестел он. — Дом. Вперёд. Из третьей залы справа ход вниз. Алта…

— Потерял сознание, ещё жив, — быстро сказал Урс, когда Артур, ахнув, бросился к Рите.

— Можно? — попросил умоляюще.

— Бери, — кивнула она. — И давай, Медведик, бегом к дому. Прямо, слышал?

Он слышал, и едва проём стал достаточно широким, выскочил наружу, оказавшись в очень густо заросшем саду или лесу. Никакой тропинки, а тем более дорожки, видно не было. И никакого дома впереди тоже рассмотреть было нельзя из-за густого леса диковинных высоченных кустов.

— Урс попробует провести, — предложил домовик. И когда оба хозяина кивнули, проинструктировал: — Идите сразу за Урсом, расстояние не больше трех футов.

Домовик расставил руки в стороны и двинулся вперед с приличной скоростью, пришлось всем бежать за ним. Кусты расступались перед домовиком, а сразу за ребятами смыкались снова. Сколько длилась эта гонка, сказать было трудно.

Дом появился внезапно, точнее, фронтальная часть с массивной дверью: высотой в два человеческих роста и шириной с давешний сарай. Широкие ступени уходили вправо и влево, как и крылья дома. Рассмотреть было нельзя — кусты подступали прямо к стенам.

— Великаны здесь жили, что ли? — озадаченно спросил Артур, всё же поднявшись по ступеням. Позади них послышался хруст дерева и шипение.

— Быстрее, Медведик! Дверь! Попробуй открыть! — голос Риты был ровным. Она развернулась спиной к дверям и выставила щит перед непролазными кустами. — Быстрее. У меня чувство, что мы потревожили отнюдь не книзлов.

Визг в кустах сменился рычанием, потом снова послышался хруст ломаемых кустов. Уже гораздо ближе. Урс растерянно смотрел на кусты вместе с хозяйкой. Артур встряхнулся и в два прыжка оказался возле монументальной двери. Схватился за массивную ручку в виде железной лапы какого-то зверя, поздно вспомнив о возможной защите. Руку тут же сдавили не маленькие когти, легко вспоров кожу сразу в нескольких местах. Он бы взвыл, не будь позади неведомой опасности и Риты. Испуг длился недолго, когти отпустили руку, кровь быстро втянулась в железо, и дверь поддалась.

Надо ли говорить, что никто ждать не собирался, все трое оказались внутри через пару мгновений. Дверь захлопнулась вовремя, передавив какую-то страшную лапу, сунувшуюся вслед за ними в последний момент. Снаружи раздался истошный визг, почти сразу смолкший — это окончательно захлопнулась дверь. Окровавленная лапа с неприятным звуком свалилась на пол, отсечённая от явно голодного зверя.

— Обратно не пройти, — хмыкнула Рита. — Молись, Медведик, чтобы здесь работала аппарация. Впрочем, чего стоим? Третий зал, ребята. Вперёд.

Артур кивнул, эльф на его руках всё ещё был без сознания, о худшем думать не хотелось. Затхлый запах, заросшие паутиной стены, тусклые светильники, загоравшиеся по мере их продвижения. Пол был грязным, липким, а каких-то вонючих лужах. Стены уходили ввысь, потолок терялся в темноте.

Собственно, не слишком они осматривались, спеша выполнить указания бывшего упыря. В третьем зале справа сразу увидели дверь, открылась она легко, ступени уходили вниз по спирали. Серые стены, серые ступеньки, усыпанные каменной крошкой, спуск длился и длился, хорошо и здесь освещение сработало в виде факелов, воткнутых в стены через каждые пятнадцать ступенек.

Кончился спуск небольшим квадратным помещением, в котором имелась ещё одна дверь. Прямо посередине двери был вдавленный отпечаток правой человеческой кисти.

— Артур, приложи руку. Не смотри так, ты ещё не понял? Это поместье Уэсли, ничего в голову не приходит?

— Мои предки носили эту фамилию, — нахмурился он. — Потом почему-то поменяли. Ладно!

Рука удобно легла в углубление, кожу закололо множеством иголок. Дверь поддалась сразу. Отдернув руку, Артур успел заметить, как входят обратно в дверной массив маленькие шипы, втягивая заодно капельки крови.

Зал внизу оказался ещё больше тех залов наверху. А ровно посередине находился непонятный бугор.

— Святотатство! — ахнул Урс. — Кто-то запечатал его. Но криво…

Теперь и они видели трещину внизу бугра, сквозь неё лился красноватый отсвет.

Бугор оказался мягким металлом.

— Свинец! — определила Рита. — Можно расплавить.

— Подождите, — Урс почти принюхивался к бугру, обходя кругом. — Здесь печать. Алтарь нарочно запечатали. Но до конца не довели. Не смогли или не успели. Что-то произошло.

— Что за печать? — поинтересовалась Рита, с интересом вглядываясь в рисунок широкого отпечатка.

— Печать Отречения от родовой магии, — Урс потупился. — Такая же, как у хозяина Артура на магическом поле. Такую ещё называют печатью Предателей Крови.

— Как сломать?

— Нужна кровь хозяина рода. И желание снять печать. Больше не знаю, — вздохнул Урс.

Артур больше не сомневался, протянул раскрытую ладонь Рите, та понятливо кивнула, достала из ножен свой нож-кинжал. Решительно полоснула по руке. Кровь закапала на неприятную печать, наполняя кровью все выемки. И когда под кровью печать исчезла, резкий треск их почти оглушил. Это развалился бугор, скорлупой упавший по обе стороны тускло светящегося прямоугольного красновато-прозрачного камня. Всполохи огня появились там, куда упали капли крови Артура.

Глава рода Уизли вгляделся в камень, ощущая странное тепло в душе, где, казалось, поселился навсегда холод. Та часть, которая хотела забыть мать, сейчас словно выжигалась добрым теплом. Повинуясь безотчетному чувству правильности, он шагнул вперёд, положил эльфа на алтарь и сам лёг рядом с ним на твёрдую поверхность камня.

Рита остановить не успела. Или не смогла, или не захотела, но он знал, что так правильно, даже когда тело стало ломать, словно дробя все внутренности и кости. Артур закричал, прежде чем его накрыла спасительная темнота, но так и не выпустил крохотной ручки бывшего упыря.

Когда он очнулся, ничего уже не болело, наоборот, всё тело словно налилось силой и медленно уходящим блаженством. Домовик рядом продолжал спать, а Рита обнаружилась перед алтарём. Сидя на полу, она обнимала согнутые ноги, положив подбородок на острые коленки.

— Десять часов прошло, — ответила она на его вопросительный взгляд. — Это твой дом, Артур, значит, будем обживаться. Но сначала реши, где наймём боевиков, у Лестрейнджей или у Ноттов? Потому что те твари, что поселились вокруг твоего замка, мне как-то не нравятся. Да, я помню, что ты терпеть не можешь Рудольфуса. Значит, Нотты? Ну, я согласна. Урс может отнести письмо. Мы проверили. Его звери не чувствуют, до пролома он добирался пешком, невидимый. Сквозь стену прошёл, сказал, что магия хозяина позволила. И вернуться смог так же. Аппарировать мы не смогли, ни Урс, ни я сама. Так что…

— Нотты лучше, — кивнул Артур, осторожно поднимаясь. — Напиши. Только оплата…

— Есть, не волнуйся. Договоримся.

— Домовика оставим пока на алтаре. Да?

— Думаю, да. Пусть сам проснётся. А ты изменился, Медведик, — Рита всё ещё сидела на полу, глядя снизу вверх. — Подними меня, я уже не чувствую рук и ног.

— Как изменился? — насторожился Артур, поспешно поднимая с пола свою невесту. — Мордред! Да ты вся холодная!

— Сильно изменился… Впрочем, мне так даже больше нравится. Пойдём уже, наверху гораздо теплее. Там уже зеркало наколдуем, и полюбуешься, каким стал красавчиком.


* * *

В кабаке «Кабанья голова» царил обычный полумрак, тёмные личности присутствовали, но в очень ограниченном количестве — до вечернего наплыва посетителей оставалось ещё несколько часов.

Не снимая капюшона элегантной мантии, Саманта Норрис сразу прошла к стойке, дожидаясь пока бармен и хозяин по совместительству обратит на неё внимание, оторвавшись от протирания кубков. Впрочем, ждать почти не пришлось.

— Добрый день, леди, — непроницаемое выражение лица кабатчика иногда выводило Саманту из себя, как сегодня. — Возьмите.

На прилавок лёг ключ совсем близко от её руки, пришлось сразу спрятать его в кулаке, а смотреть номер комнаты не было нужды. Аберфорт всегда выделял ей одну и ту же, с видом на школу Хогвартс, словно в насмешку. Вот, полюбуйся, где могла бы учиться, если бы родилась приличной ведьмой.

Миссис Норрис сунула ключ в карман вместе с тем клочком бумаги, который каким-то чудом оказался в кулаке. Говорить ничего не стала, боялась сказать лишнее, только мило улыбнулась и отправилась в боковой коридор справа от прилавка.

Внеплановый вызов Аберфорта озадачил и заставил волноваться, всё же та история с проклятием одного из фигурантов закончилась непонятно. Проверить ничего было нельзя, наводить справки слишком опасно, так что оставалось только ждать.

Тринадцатый номер ей, в общем-то, нравился. Саманта повесила тёплую мантию у входа, положила шляпку на стол и подошла к большому камину погреть руки, а заодно прочитать записку.

«Освобожусь через полчаса. А.Ф. тоже будет. Ждите условный сигнал».

Саманта фыркнула и подвинула к камину кресло, проигнорировав скверный кофе, появившийся на столе. Усевшись поближе к живому пламени, она достала блокнот, чтобы перечитать запланированные дела и визиты.

Странно представить, сколько дел появилось у неё в магическом мире за последний год. Всё-таки были плюсы в её браке с магглом, были. Где теперь её чистокровная родня, сбывшая с рук «очень слабую ведьму» при первом удобном случае. Вот именно, прибились к какому-то горскому клану, куда отдали младшую дочку-умницу. И отнюдь не на первых ролях там пребывают.

Саманте же повезло. Муж оказался из династии военных, сам успел дослужиться до подполковника, прежде чем бесславно погибнуть где-то в Индокитае, выговорить название той деревеньки она не смогла бы, даже если захотела. А богатая вдова в любом мире имеет массу преимуществ перед остальными представительницами прекрасного пола.

Связи в магловском мире тоже остались. Свёкр, генерал-лейтенант британских войск, её обожал, несмотря на то, что внука она ему так и не смогла подарить. Впрочем, другая невестка подарила аж четверых, а её самодур Бенедикт Норрис не жаловал. Что и говорить, пусть и мало было магии у Саманты, но вполне достаточно, чтобы рождать привязанность и просто хорошее отношение у окружающих. Вот и покойный муж души в ней не чаял. Подарки дарил самые экзотические, включая доступ на засекреченный склад оружия, приготовленный к уничтожению…

С Аберфортом она познакомилась ровно год назад. Ей нужен был союзник для грандиозных планов. Желательно сильный маг, и очень желательно с похожими устремлениями. Наводку дали её агенты в Лютном. А познакомившись, убедилась, что он то, что ей нужно — достаточно сильный маг, мучимый двумя страстями: ненавистью и завистью к брату, достигшему в жизни куда больше, чем он сам, а также ставшему причиной гибели их сестры.

Самое смешное, что директор Хогвартса относился к Аберфорту куда душевнее, пусть и считал недалёким дурнем. Альбус доверял брату некоторые свои мечты, считал надёжным союзником, часто проводя важные встречи именно в его заведении, а не в своей школе.

Аберфорт же копал под Альбуса, старательно, по крупицам собирая на него компромат. При этом уже много лет благополучно умудрялся ничем себя не выдать перед братом.

Саманте было выгодно поддержать и усилить эти чувства. Встряхнуть хотелось это болото, в котором варились британские маги.

Немножко озадачивал навязанный ей Аберфортом колоритный сквиб Аргус Филч. Внедрить его в Хогвартс — было откровенно странной идеей. А потом она оценила. Этот сквиб оказался далеко не так прост, как она подумала сначала. И позже Саманта даже наслаждалась, слушая условия, которые Филч выставил обалдевшему Аберфорту. К самой миссис Норрис Аргус вдруг проникся молчаливым обожанием, что её вполне устраивало. И идею приладить бомбу к портключу подал именно он… Кто бы мог подумать!

Аберфорт же иногда бесил своими порывами, вот как с тем же Лонгботтомом. Нет, чтоб убить и дело с концом, так нет — наложил проклятие. И какая разница, от Гриндевальда он узнал его или от кого другого, если в итоге всё пошло наперекосяк.

Условный стук в дверь заставил вздрогнуть. Пришлось подойти, открыть. Филч выглядел элегантно, даже галстук надел, улыбался робко и трогательно, что выглядело абсолютно нелепо в сочетании с его угрюмой внешностью.

— Я не люблю цветы, — подпустить в голос и взгляд печали, и расстроенное выражение лица Филча меняется на сочувственное. Даже интересно вот так им манипулировать. — Здравствуйте, Аргус.

Букетик глупых ромашек сквиб засунул в карман пиджака и бочком зашёл в номер, настороженно поглядывая по сторонам. Хорошо, разговаривать с ним сегодня не пришлось. Аберфорт появился быстро, велел всем садиться, после чего сообщил новость — Великий Светлый уже который день в Мунго.

Филч засопел, наверное, распрощался уже со съёмным жильём, надеясь вот-вот занять место завхоза в Хогвартсе.

— Надолго?

— Меня к нему пустили, но толку… То ли в коме, то ли просто спит. Целитель сказал, что недели две точно пробудет в больнице. — Аберфорт достал трубку и раскурил её от палочки. По крайней мере, табак он доставал отменный. — Подозреваю, что кабинет его опечатан, доступа нет никому. Но это может не продлиться долго. Так что надо использовать эту ночь, для чего я вас и вызвал. Доверять это дело кому-то ещё неразумно. Саманта покивала, Филч нахмурился, тоже кивнул, но счёл нужным уточнить:

— А у вас, надо полагать, доступ в кабинет директора школы есть?

Аберфорт победно ухмыльнулся и откинулся на спинку кресла.


* * *

Питер Аллен смог посетить Мунго только в четверг, желание бежать к Ники прямо с поезда пресекла сестра на корню.

— Незачем, — сказала твёрдо Марго, — поверь, сейчас ей уже ничего не угрожает, она в коме, и Сметвик запретил посещения. Даже я не смогу тебя провести. Да и незачем, она не услышит тебя и не увидит. Вот в четверг у меня дежурство, тогда и попробуем.

— В четверг, Марго? — вспылил Питер, но тут же закусил губу, отвернувшись. — Хорошо, я подожду. Домой?

— Братец, я понимаю тебя, поверь…

— Всё нормально, я понял.

Он даже попытался улыбнуться, Марго сразу его успокоила, подробно описав диагноз. Действительно смысла нет что-то делать, пока она в коме. А объяснять, что хочется хотя бы увидеть, подержать за руку, просто убедиться, побыть рядом… Он давно уже не ребёнок.

Встреча с родными окончательно примирила с ситуацией, Питер рад был видеть свою шумную большую семью. Патриарх рода устроил ему допрос с пристрастием, как любил делать, когда дети возвращались на каникулы. И, кажется, остался доволен уровнем его знаний. Притвориться спокойным и весёлым оказалось так просто, что было даже противно.

Хорошо, что его считали уже достаточно самостоятельным, он мог и не говорить, куда уходит. И он думал, что не выдержит, рванёт без Марго в Мунго, и уж как-нибудь прорвётся к Ники. Только старший брат Клод решил его взять на фабрику, где начал вводить в курс дел. И всю среду просто некогда было даже пообедать, не то, что пострадать или сбежать.

Клод и в четверг за завтраком поднял этот вопрос, но умница Марго перебила.

— Нет уж, братец. Сегодня Питер со мной, я не теряю надежды увлечь его целительским делом.

Патриарх рода Хьюго Аллен на это добродушно усмехнулся. Бабушка одобрительно покивала любимой внучке, а Клод скривился:

— Мелкая, у Пита вообще-то родовой дар, и отдел разработки мётел его давно ждёт…

— Я не мелкая! — привычно оскорбилась Марго, отпив горячий шоколад. — И насильно Пита никто не тянет. Он сам захотел поглядеть, правда, братец?

К счастью, Питер как раз расправлялся с большим куском мяса, так что ответить не мог, только покивал согласно, вызвав мелодичный смех бабушки.

— Отстань от парня, Клод, — сказала она. — Ты его так замотал вчера, что он бы не только в Мунго захотел сбежать, а обратно в Хогвартс. Дики говорит, что он заснул в полёте, до того, как на подушку голову положил. И это каникулы у ребёнка?

Питт покраснел и сделал себе заметку приказать Дики не докладывать бабушке о каждом его шаге. Только не послушает, все домовики Алленов обожали бабулю со всей страстью магических существ, несмотря на то, что она сквиб.

В Мунго Питер был только раз, ещё маленьким, прихватив простецкую инфекцию магической кори. Вылечили легко, но пришлось поваляться на больничной койке. Только сейчас он с трудом помнил, что тут где, и шёл за сестрой, с удивлением и интересом рассматривая всё вокруг.

— Сначала в нашу комнату отдыха, — быстро сказала Марго, подходя к камину на первом этаже со строгой надписью: «Только для персонала». — Там переоденемся.

Он заартачился было, когда Марго попыталась ему всучить целительскую бледно-зелёную мантию.

— Ты хочешь увидеть подругу? Тогда надевай.

Вздохнув, надел, когда Марго говорила таким тоном, проще было послушаться. Он с удивлением разглядел себя в большом зеркале. Пришлось признать, что неплохо смотрится в этой целительской робе. Даже мелькнула крамольная мысль, что целителем быть не так уж и плохо. Он поёжился, представив реакцию Клода на такое заявление, и поспешил за сестрой, которая покачав головой на его кривляния перед зеркалом, уже стремительно направлялась на выход.

Первый, с кем они столкнулись в отделении Проклятий, был целитель Сметвик, как раз выходивший из какой-то палаты.

— Марго, — тепло улыбнулся эскулап, — у нас сегодня любопытнейшая операция, так что готовься. Больного доставят с минуты на минуту… О, вас и не узнать в гриме, молодой человек!

— Это Питер, мой брат, — такую застенчивую Марго Питеру видеть не приходилось. — Ники Шелби его подруга…

— Помню, помню! — перебил её целитель и крепко пожал руку Пита. — Брат, значит? Полагаю, умница Марго уже ввела вас в курс дела? Отлично. Больше пока порадовать нечем. Мисс Шелби по-прежнему в коме, но ещё день-два и придёт в себя. Можете навестить, только недолго. Потом оба загляните в мой кабинет.

И целитель, хмыкнув, бодро умчался в другой конец коридора, где какой-то пациент ругался с молоденькой целительницей.

— Сюда, — потянула его сестра за рукав. — Ты в порядке, Питт?

Он закивал, последовал за ней, и глубоко вздохнул, когда Марго распахнула дверь. Сначала Питер увидел Ники, отчего перехватило дыхание. Бледное лицо почти сравнялась цветом с белоснежными бинтами, охватывающими голову. В горле появился комок, а глаза предательски защипало. А вот потом он заметил вскочившего со стула МакНейра в больничной пижаме. И руки сами собой сжались в кулаки.

— Я подожду снаружи, — Марго осталась в дверях. — Мистер МакНейр, вы не могли бы ненадолго выйти?

Тот кивнул, но остался стоять, прожигая взглядом Питера.

— Уолден, — нахмурилась сестра. — Вы меня слышите?

— Ничего, пусть останется, — тихо проговорил Питер, с трудом преодолев бешенство. — Ты иди, Марго. Я недолго.

Она вздохнула, неуверенно поглядела на брата и на пациента Макнейра, но всё же вышла, плотно прикрыв за собой дверь палаты.

— Доволен собой? — спросил Питер презрительно и, решив, что этого достаточно, и не стоит подонок, чтобы вообще его замечали, сразу направился к кровати Ники.

Только бесстыжий горец преградил ему путь, плавно переместившись вправо.

— Что тебе надо от моей невесты? — хрипло осведомился он.

И сдерживаться Аллен не стал, сразу врезал по наглой физиономии, правда, не слишком удачно, и ответ прилетел тут же, а потом и вовсе всё завертелось. О палочках оба забыли, а вот о Ники — нет. Потому дрались молча. Пит драться по-магловски умел, когда у тебя два брата — волей-неволей научишься. Но до Уолдена ему было далеко, так что сам не понял, как оказался в лежачем состоянии, придавленный немалым весом. Запал потихоньку отпускал, правую скулу саднило, а запястье он, похоже, вывихнул о железный пресс этого психа.

— Что у тебя с Ники? — Уолден тяжело дышал, и Питт с удовольствием увидел, что глаз у парня заплывает.

— Друзья мы, урод, — апатично ответил Аллен и охнул. — Слезь уже, ты мне ребро сломал, придурок.

Ничего, вскочил, и даже руку протянул, чтобы помочь подняться. Питер фыркнул, поднялся сам кое-как, с трудом подавив стон. Правое запястье на глазах опухало.

Хотел ещё высказать МакНейру, что о нём думает, не обращая внимания на ставший виноватым вид, только отвлекла Ники, тихо застонав.

Парни бросились к койке одновременно, какие уже тут разговоры! Ники тяжело дышала, сжимая зубы. А потом приоткрыла глаза, сквозь ресницы глядя на посетителей.

— Питер, — улыбнулась она. Точнее попыталась, вышло это неважно. И Питт опустился на колени, чтобы расслышать, очень уж слабым был голос. — Пить…

— Сейчас!

Руку свело судорогой, когда он попытался взять ею кубок, забыв о травме. Уолден отстранил его, сам взял кубок и наполнил его водой. Протянул Ники, но та даже не посмотрела на жениха. И Аллен вдруг сильно ему посочувствовал, против воли и всякой логики.

Он отобрал у растерянного МакНейра воду левой рукой, поднёс кубок к губам девушки.

Только отпив пару глотков, она уронила голову на подушку и прикрыла глаза.

— Что с рукой?

Питер засмеялся.

— Ники, это я тебя навещаю, а не ты меня. Как ты себя чувствуешь?

— Нормально так, словно тряпочка, на которой потанцевал дромарог. Ну или нунду, который ещё пожевал и выплюнул. Попроси этого… уйти.

Питер оглянулся на бледного горца. Тот мрачно глядел на девушку, словно хотел возразить, но не стал, развернулся резко и пошёл прочь из палаты. Дверь прикрыл мягко, а казалось, что хлопнет со всей дури.

— Я в Мунго? — тон Ники сразу стал деловым. Она попыталась сесть, но не смогла и пожаловалась: — Я слабее котёнка. Давно я здесь?

— В Мунго, — кивнул Питер. — У нас уже каникулы. Сегодня четверг.

— А ты…

Но закончить вопрос она не успела, Сметвик ворвался в палату как смерч, сопровождаемый целой толпой целителей.

— С возвращением, мисс Шелби, — палочкой целитель орудовал так молниеносно, что Питт искренне позавидовал. Диагностические заклинания слились в один непонятный монолог, разобрать слова было абсолютно нереально. — Молодец, девочка! Все показатели в норме. Голова болит? Кружится?

— Слабость, — улыбнулась она. — Я думала, мне конец. Спасибо, что спасли.

— Рудольфусу Лестрейнджу спасибо скажи, а ещё Санни Прюэтт и целителю Уайнскотту. Я лишь слегка подлатал, а спасли тебя они. Где болит? Ну же!?

— Голова… Немного. И пить хочется.

— Пить можно, но понемногу. Где-то тут сиделка бесплатная у тебя была. Ага, парень, пойди сюда.

Уолден, застывший в дверях, поспешно подошёл, а Сметвик смерил взглядом сначала его, потом Питера.

— Красавцы! — фыркнул он, поднимая палочку. Уже заплывший глаз горца тут же стал почти нормальным. А скулы у самого Питера перестали гореть огнём. — Руку покажи!

Аллен послушно поднял руку. Стало неимоверно стыдно, и судя по роже МакНейра, не только ему.

— Этому костерост, этому розги, — рявкнул Сметвик, заставив почти подпрыгнуть. — Марго, радость моя, забери брата и напои его костеростом. Номер два и номер три подойдут. На сладкое успокоительное в принудительном порядке! И ждите в кабинете. Все свободны. Ты, парень, будешь давать невесте по два глотка воды в час, ясно?

Ники попыталась запротестовать.

— Сэр, я не хочу…

— Цыц, мисс Шелби! Что вы хотите, надо было решать до согласия на дуэль. А теперь лежим смирно и выполняем назначения. Можете ненавидеть жениха, но принять его помощь придётся. Что не ясно?

Ники пробормотала что-то, но Аллен не расслышал, увлечённый сестрой в коридор.

— Питт, — только тяжело вздохнула Марго, втолкнув его в большой кабинет. — Сядь сюда. Сейчас зелья принесу.

Отсутствовала она меньше минуты. Сунула под нос флакон и жёстко велела пить. Пришлось глотать гадкое зелье. Потом ещё одно. Рёбра и запястья начали тут же неистово болеть и чесаться.

— Ты её любишь? — тяжело вздохнула сестра, заставив его закашляться.

— Конечно люблю, — вскинулся он. — Мы с первого курса дружим. Но не в том смысле. В том смысле, она этого урода любит, и похоже, он её тоже.

Марго даже улыбнулась, разом повеселев.

— А по-моему, он красавчик. Девчонки от него без ума.

— Что не гарантирует наличия этого самого ума, — буркнул Питт. — Можно запить чем-то?

— Нет уж, терпи. Сейчас ещё одно пить будешь. А нечего драться было. Неужели нельзя цивилизованно поговорить? Мальчишки!

Питер только вздохнул. Взял ещё одно зелье безропотно.

— А ты в кого влюблён? Может, признаешься, я никому не скажу.

Он закашлялся, но всё же смог проглотить очередную гадость.

— С чего ты взяла? — просипел потрясённо. Но расстроенный вид самой любимой сестры вдруг пронял. — В мисс Блэк среднюю. И можешь смеяться, если хочешь.

— А она что? — Марго вдруг погладила его по голове, и он даже фыркать не стал, ощутив вдруг навалившуюся усталость.

— А она даже не знает о моём существовании, — немного подправил он факты. — И хватит об этом. Где мы, и где Блэки…

— На одной планете, — мягко ответила сестрёнка и, присев на подлокотник, обняла его за плечи. — Папа сказал, нас пригласили на бал к Лестрейнджам. Ты не в курсе, с какого перепугу?

— На бал? О, Мерлин! — Питт оживился. Уж Блэки там будут точно. А ведь Рудольфус что-то такое говорил после дуэли…

— Пригласишь её на танец? — лукаво спросила сестрёнка.

— Боюсь, не согласится, — расстроено ответил он. — Она меня ненавидит.

— Не зная о существовании? — Марго засмеялась и вскочила. — Пойдём, горе моё. Провожу до камина. Зная целителя Сметвика, могу точно сказать, что сегодня к Ники ты больше не попадёшь. А нечего было драку устраивать. Пойдём же.

Пришлось уходить. Но хоть запястье перестало дёргать. А рёбра, судя по опыту, будут болеть ещё несколько часов. Подлый Макнейр. Красавчик, блин!

К счастью, Сметвик им по дороге не встретился. А вот высокий мужчина, прошедший мимо них с толстой папкой под мышкой, не слишком похожий на больного, и уж тем более, на целителя, оглянулся и проводил его сестру тоскливым взглядом.

Питт покосился на Марго, с удивлением заметив румянец на её бледных щеках.

— Кто этот мужик? — поинтересовался он достаточно равнодушным тоном. — Вы знакомы?

— Кристофер Сметвик, — на него глянули несчастные глаза. — Да, он сын целителя Сметвика. И лучше молчи!

— Как скажешь, — усмехнулся Питер.


* * *

Дома было тихо, а Чарити всё ещё спала, причём в той же позе. Отлевитировав себе кушетку из гостиной, Трой улёгся на неё прямо в одежде с книгой, предварительно наложив на Чарити сигнальные заклинания. Если она проснётся, его сразу разбудят.

Сработали сигналки крайне странно, Чарити уже сидела на кровати и смотрела на него круглыми глазами.

— Мистер Хейли, мне так неловко, — выпалила она, когда он сел и потёр лицо, чтобы быстрее проснуться. Девчонка выглядела смущённой.

— Трой, — напомнил он, — мы же договорились. Проголодались?

— Мистер Хейли, простите за вчерашнее! Я была не в себе. Мне так стыдно!

— Чарити! Прекратите извиняться! Я этого очень не люблю!

Она замолчала, выглядела при этом совершенно несчастной.

Трой вскочил:

— Ладно, извиняйтесь, если хотите, только сначала завтрак! Без завтрака я злой и бесчувственный. Так что вперёд, леди, в ванную, она справа от спальни, а потом на кухню, она слева.

Он вышел поспешно, надеясь, что без него Чарити хоть немного осмелеет. Жаря бекон, услышал шум воды в ванной и вздохнул — хоть что-то.

На кухню девушка пришла посвежевшая, без мантии, в свитере и юбке до колен. И босиком. Волосы влажно поблёскивали, Трой отвёл от них взгляд, поставил перед Чарити тарелку с полосками бекона, придвинул маслёнку, тарелку с сыром и ветчиной и поджаренный хлеб.

Ели молча. И ему даже понравилось. Как ни странно, молчание не тяготило.

— Я кофе сварю?

— Всё там! — Он махнул рукой в сторону плиты.

По крайней мере, кофе было можно пить. Точнее, его можно было пить литрами, такой варить Трой точно не умел.

— Был вчера у вас дома, — сказал он, наливая себе вторую чашку.

— Зачем? — насторожилась она.

— Отнёс деньги за ингредиенты, — пожал плечами Трой, с удовольствием рассматривая порозовевшие щёки своей… гостьи. — Навестил вчера торговца, он слёзно просил передать вам настоящую цену. Так переживал, что вы сразу убежали и он отдать не успел.

— И сколько там было? — глаза Чарити блестели с весёлым любопытством.

— Восемь галеонов и девять сиклей.

— Вы его припугнули?! — чистый восторг этой девчонки заставил его поморщиться. — Как здорово, Трой! Это ж целое богатство! Спасибо вам огромное!

— Ещё я нашёл вашу палочку. Она на тумбочке возле кровати. Но вы помните…

— Да, мне пока нельзя колдовать, — просияла она.

— Чарити, вам не кажется, что это не повод для счастья?

— Я теперь всем куплю подарки на Рождество! И вам, Трой, если вы не против, конечно, — на его вопрос она просто не обратила внимания. — И гуся, и фрукты для пудинга, и папе новую книгу. Нет, две. И ещё…

Она вдруг запнулась и виновато посмотрела на него.

— Ну, что не так?

— Я вас очень затруднила?

Он глубоко вздохнул.

— Так, самую малость. Я не в претензии. Кстати, ваша домовушка купила продуктов, так что ваш отец, козы и двенадцать кур были накормлены.

— Семь. Их семь, Трой. Спасибо! Как я могу вас отблагодарить?

Это, разумеется, не делают за кофе после завтрака, и тем более в ответ на такой вопрос, но Хейли подозревал, что более удачного случая может и не представиться. Она окончательно оклемается, вернётся в свою лачугу и начнёт снова его бояться.

— Если вы в самом деле хотите сделать мне приятное, — медленно произнёс он. И когда она радостно закивала, закончил: — Выходите за меня замуж, Чарити.

Расширенные глаза девчонки выражали такое потрясение, что он вдруг усомнился, что она этого может захотеть. Молчание длилось целую вечность, и он решил добавить аргументов в свою пользу:

— Ваш отец дал своё согласие.

— Он не мог! — тут же ответила она с жаром. — Он всегда говорил, что я вольна выбирать сама.

— Он так и сказал, — пришлось признаться Трою. — Я понимаю, что вам нужно подумать. Но мы столько пережили вместе. И вы уже спали в моей постели…

— Вы сами меня туда положили!

— Чарити, — он тяжело вздохнул. — Что вам мешает согласиться?

— А как же любовь? — нерешительно спросила она.

— Будет вам любовь, — усмехнулся он. — Сколько захотите.

Она ужасно мило покраснела:

— Я не об этом!

— Оно понятно, — Трой сделал серьёзную мину. — Но без этого, увы, никак.

— Понимаю, — теперь она ещё и глаза отвела, и скатерть смущённо теребила.

И куда делась та нахальная девчонка, что ставила ему условия? Не иначе, стресс приобрёл такие интересные формы.

— Вам понравится, — заверил он. — И вообще, я даже пойду вместе с вами покупать подарки на Рождество.

— Потому что не хотите отпускать одну? — сразу вскинулась она.

— И поэтому тоже. И чтобы сделать вам приятное. Одному ведь ходить за покупками не так весело. Не у кого спросить совета, некому сказать, что вещь в подарок не годится, да и некому похвастаться удачным выбором.

— Да, наверное, вы правы, — согласилась она. — Так вы серьёзно?

— Абсолютно!

— Вы передумаете, когда узнаете обо мне всё! — лицо её стало несчастным. — Но я должна сказать.

— Начинайте, — разрешил он.

— Отцу меня подбросили на крыльцо. Я была совсем маленькой, несколько дней, так что, возможно, я ему не родная. Но для меня он настоящий отец!

— Он мне рассказал об этом ещё вчера.

Чарити удивилась, но упрямо продолжила:

— Хотя, если учесть, что у папы в роду была дриада, а во мне точно есть немного крови магического существа, то могу оказаться родной.

— Тогда понятно, почему вы сильная ведьма, — улыбнулся Трой. — Разве плохо, что у нас будут сильные дети?

— Я не вернусь в школу! — слегка покраснела Чарити при упоминании детей, было трогательно видеть, как она старается обходить эту тему. — Это решено окончательно. И даже свадьба с вами этого не изменит!

— Я только рад, не хотелось бы расставаться с молодой женой сразу после свадьбы.

— Почему? Нет, не говорите! — она совсем смутилась, но тут же воспряла духом, воскликнув: — У меня ничего нет, самое дорогое — это палочка и несколько мантий. И несколько книг.

Он кивнул, восхищаясь её выдержкой:

— Когда я учился в Хогвартсе, у меня было и того меньше. А сейчас, видите, свой дом. Так что и у вас, Чарити, всё впереди.

— Я совершенно не владею боевыми заклинаниями. И по ЗОТИ у меня всё плохо.

— Ну, я мог бы научить, — расправил он плечи, — Только зачем вам это нужно?

— Экзамен в министерстве. Я намерена его сдать.

— Решаемо, — кивнул он. — Что ещё?

— Я не оставлю своих домовых эльфов. И я не могу бросить отца одного.

— Мы будем часто его навещать, пока он не согласится перебраться сюда со всеми вашими теплицами, — выдал Трой, радуясь, что продумал всё заранее. — Места тут хватит. А за рекой и вовсе можно поставить не три, а десять теплиц. Вы же знаете профессора Робертса? Он живёт тут неподалёку, и его жена мастер Зельеварения. Она наверняка будет рада покупать ингредиенты у вас, они ведь высокого качества.

Глаза у девчонки загорелись, но она опять сникла.

— Я была влюблена несколько лет в Фабиана Прюэтта.

Трой было напрягся, но, услышав страшную тайну, выдохнул:

— Полагаю, ключевое слово тут «была». Насколько я знаю, Фабиан Прюэтт ещё тот шалопай.

— Я написала ему письмо с признанием в любви, — упрямо продолжила девчонка, — Он ответил, что не давал повода, и чтоб я нашла себе кого-нибудь другого.

— Ну что ж, вы нашли, разве не так?

— И ещё, это письмо и ответ — он был написал на обороте — прочли девочки с факультета. И теперь надо мной все смеются.

— Мы не пригласим этих пигалиц на свадьбу.

— Я не хочу свадьбу! — выпалила она. — Хочу, чтоб скромно и только свои.

— Так и сделаем, — Трой уже давно допил кофе, но терпеливо ждал, что ещё она придумает.

— А можно тогда побыстрее? — робко спросила она. — Мне просто… Я просто могла бы тогда подать прошение в Министерство, что по причине брака, я прошу перевести меня на домашнее обучение.

— Вы ещё не дали согласие, — напомнил он. — Но я не против, чтобы побыстрее. Сам хотел предложить.

Она что-то пробормотала, опустив голову и снова краснея.

— Чарити! Поверьте, мы всё решим, но мне надо слышать, что вас беспокоит.

— Я ни разу не целовалась, — прошептала девчонка и закрыла лицо руками.

— Дело наживное, — проворчал Трой. — Это значит «да»? Чарити, посмотрите на меня!

— Я боюсь!

— Вы не побоялись пойти одна поздно вечером в Лютный без магии! И теперь говорите, что чего-то боитесь? Я вам не верю!

— Хорошо, — она всё-таки посмотрела на него. — Я согласна! Только... а когда свадьба?

— Думаю, завтра вполне удобный день, — Трой расслабился, наслаждаясь её смущением.

— Завтра? — поразилась она.

— Можно и сегодня, но вам же нужно собрать какие-то вещи. Повидать отца, который просил подождать, пока он сможет ходить.

— Трой?

— Что, моя радость?

— Откуда ты такой взялся?

Он широко улыбнулся, взял её за руку, заставив встать и обойти стол, и усадил боком к себе на колени. Чарити краснела, но почти не сопротивлялась.

— Сейчас исправим один недостаток, — предупредил он. — А потом пойдём покупать тебе платье и прочую фигню для свадьбы.

— Платье — не фигня!

— Тсс. Не порти свой первый поцелуй, милая. Сосредоточься, сделай глубокий вдох, теперь выдохни медленно, прикрой глаза, если всё ещё боишься. Умница…

Когда он отстранился, Чарити удовлетворённо вздохнула и упёрлась лбом в его грудь.

— Я ничего о тебе не знаю, — пожаловалась она.

— У нас для этого куча времени, — усмехнулся Трой. — Беги за мантией, сначала заглянем в твой дом, отец тебя ждёт. А потом за платьем.

— Я сейчас, — она радостно улыбнулась, и он неохотно позволил ей выскользнуть из объятий.


* * *

Леди Бастинда Лестрейндж приняла его сразу, даже ждать не пришлось. Малая гостиная, где свет заливал всё пространство из больших окон, была оформлена в пастельных тонах, но превалировал белый. Белоснежные кружевные занавески, в таком же стиле скатерть на круглом столе, такие же белые кружевные стулья, словно созданные из пены, светло-серый пол, как будто из какой-то очень плотной губки, та приятно и почти неприметно пружинила под ногами.

Трою здесь бывать приходилось, но каждый раз он чувствовал себя несколько неуместно в своих поношенных кожаных штанах и грубых ботинках. Рубаху он, по случаю такого визита, надел белую, ограничившись кожаной жилеткой. А очищающими по одежде и обуви прошёлся, наверное, не меньше десятка раз.

— Присаживайся, — кивнула Бастинда, откладывая в сторону какую-то вышивку. — Как продвигается работа с домом, Трой?

— Спасибо, мэм, почти закончил. Работы ещё буквально на пару дней, — он даже не удивился, что спросила. Всем известно, что Бастинда Лестрейндж знает о жизни вассалов всё, даже то, что они сами порой не знают. С этим фактом все давно уже смирились, но удивляться почему-то не переставали. Вот и теперь затопила благодарность, которую Хейли постарался скрыть. Чрезмерной почтительности и расшаркиваний Бастинда не любила.

Он бы даже не удивился, если б она сейчас спросила про завтрашнюю свадьбу, о которой кроме него и Чарити, знал пока что только отец невесты.

Не успел он сесть, как перед ним появилась полупрозрачная фарфоровая чашечка с ароматным чаем и вазочка с фигурным шоколадом.

— Со здоровьем всё нормально? — обеспокоилась хозяйка.

И он вдруг отчётливо понял, что в кои-то веки, она сильно недоумевает о причине его визита. Сразу стало немножко неуютно, Трой поёрзал на удивительно крепком стуле, таком хрупком на вид, кашлянул и словно нырнул в непроверенный тёмный омут:

— У меня свадьба завтра, мэм.

— Как это чудесно, Трой! — спокойно улыбнулась леди Лестрейндж.

Реакция была хорошая и Хейли даже позволил себе отпить немного чаю.

— Её зовут Чарити Бербидж, — счёл нужным пояснить Трой, — она не хочет пышной свадьбы, мэм. Чтобы только самые близкие. Семья.

— Она понимает, что у тебя семья очень большая? — подняла бровь Бастинда. — Ты позволишь мне всё подготовить?

Вот оно, и просить не пришлось. Не соврал Бран Сеймур, женившийся чуть больше года назад. Уже малыш подрастает.

— Деньги у меня есть, скажете потом, сколько нужно, — благодарно улыбнулся он. — Я нашим пока не говорил… Некогда, за невестой сейчас пойду, платье купим, ещё кое-чего. Вот к вам только забежал.

— Правильно, Трой, я сама сообщу, кому надо. Невеста важнее. Идите уже, я же вижу, что чай вас не интересует, а шоколад ещё меньше. Значит, и действительно торопитесь.

Он поблагодарил, поднялся, поцеловал руку и поспешно вышел. И только на улице понял, как волновался. Даже о том, что он горький шоколад любит, помнит леди Лестрейндж. Приятно, нет слов. Троя вообще сегодня всё радовало: и хорошая погода, и крики затеявших что-то пострелят, и стройка на другой стороне реки, идущая бурно и весело. Мужики понаблюдали издали, подивились. Он тоже сходил ещё вчера. Ничего так команда работает, слаженно.

Старик Бойд, прогулочным шагом идущий к замку, кивнул и хитро спросил:

— А что, Хэйли, неужто невесту нашёл?

Вот тоже, дед, всё знает. Даже про невесту.

— Нашёл, — признался Трой. — И кто донёс?

— Рожа у тебя больно довольная, — хмыкнул старик, — редкое зрелище. И сам при параде, явно от хозяйки. Свадьба скоро?

— Завтра, — усмехнулся Хэйли и с удовольствием потянулся. — Хорошо-то как! И не холодно почти.

— Ясное дело, тебе сейчас всё нипочём, — покивал дед. — Если расспросов не желаешь, не светился бы тут, как новенький галеон.

— Да я уже, невеста ждёт.

Невеста его не ждала, во всяком случае такое создалось впечатление. Чарити бегала по дому, как маленький ураган, что-то куда-то переносила, попеременно пыталась уложить отца, который ложиться не хотел ни в какую. Из-за угла на минутку показалась домовушка и сразу исчезла.

— Да срослось уже всё, доченька. Да ты проверь, ты ж знаешь, эту, как её, диагностику, — уговаривал он её жалобным тоном. А потом увидел Троя, стоящего в дверях. — Здравствуйте, Трой. Хоть вы скажите своей невесте, что я уже здоров.

— Здравствуйте, мистер Бербидж, — Трой ловко ухватил Чарити, пробегающую мимо, и крепко сжал в объятиях. От неожиданности девчонка охнула и даже не сразу покраснела. Зато почти до слёз.

— Папа, Трой! — трагичным шёпотом сообщила она, уворачиваясь от поцелуя.

— Да я отвернулся, доченька! — крикнул её отец. — Всё понимаю, завтра свадьба. Да, завтра, правильно. И я уже здоров. Совсем здоров.

Хейли захохотал и выпустил из рук строптивую невесту.

— Что? — спросила она, отойдя подальше. Встрёпанные кудряшки рассыпались по плечам.

— Пора, Чарити, нам нужно потратить много моих денег.


* * *

— Мам, можно к тебе? — Руди зашёл к Бастинде, коротко постучав, и высоко поднял брови увидев её за столом, быстро строчащую что-то на пергаменте, вокруг лежало множество таких же, уже исписанных ровными столбиками слов и цифр.

— Да, родной? — задумчиво спросила она, покусала перо и быстро вписала ещё два пункта в новый столбик. После чего откинулась на спинку стула и улыбнулась сыну: — Что-то случилось, милый? Как твоя невеста поживает? Почему не пригласишь погостить?

Руди открыто рассмеялся:

— Как это у тебя получается? Погоди: домовики шпионят?

— Секрет! — подмигнула она.

— Я как раз хотел её пригласить на выходные. Так можно?

— Лучше на утро пятницы, — кивнула Бастинда.

— Ма, что происходит? Что за ажиотаж в поместье? Мне показалось даже, что за рекой ставят шатёр, в другой стороне от стройки. Рождество перенесли?

— Что, и спросить некого? — рассеянно посочувствовала Бастинда. Схватив дальний список, она вычеркнула из него пару слов.

— Я, как бы и зашёл спросить, — фыркнул Рудольфус. — Не знаю, как это у тебя получается, но ты знаешь больше, чем любой другой.

— Трой женится, — выдала она. Потянулась за новым пергаментом.

— Трой!? Ма, это шутка такая? Ты не могла бы уделить мне три минуты?

Она вздохнула, развернулась к сыну и скромно сложила руки.

— Чай, кофе? Шоколад?

Руди сел за стол.

— Трой женится? Так ты серьёзно?

— Да, подробностей не знаю, но настроен решительно. Девушка, мне кажется, из бедной семьи. Зовут, — она подняла один из листов. — Ах да, Чарити Бербидж.

— Я в ауте! — Руди восхищённо взглянул на мать. — Вот это скорость!

— Так-так, — насторожилась Бастинда, — рассказывай, милый!

— Легко. Чарити учится на седьмом курсе факультета барсуков. Она вместе с нами приехала на каникулы. На платформе она подошла к Санни и сказала, что отец ее встретить не может. Кажется, они соседи — Санни и Чарити. Но Санни забрали к тётушке, и я попросил Троя проводить мисс Бербидж домой. Мне ещё показалось, что она сильно его боится.

— Интересно, что же произошло, — задумалась Бастинда. — Трой вряд ли проявил инициативу.

— Ну конечно! Ты Чарити не знаешь, самая скромная девушка на седьмом курсе. Ни разу с парнем не видел. Нет, я в шоке! Отец в курсе?

— Он всё для ритуала готовит.

— Ма, ты всё время где-то витаешь! — вздохнул Рудольфус. — И насчёт Троя ты зря так. Он же боевик. Привык быстро принимать окончательные решения. А раз решение принято — надо выполнять. Не до сомнений.

— Это понятно. Но знаешь, что ещё странно. Свен Шелбрук сказал о какой-то девушке, которую вчера вечером Трой принёс на руках. У неё было ножевое ранение в бок и сильное магическое истощение.

— Свена ещё лицензии не лишили? — фыркнул Руди.

— Ты же знаешь, как он засматривается на маму малыша Джонни Бойда. Мечтает войти в ковен, но Дикон сказал, что чужих не берёт. Представляешь?

— Да не в том дело, — поморщился Руди. — Отец не может принять, пока мисс Бойд не даст согласия на брак. А она не даст, потому что всё ещё надеется, что Мальсибер признает сына. Нафига нам тут африканские страсти?

— Не знаю, по-моему, Дженни Бойд неравнодушна к Свену, и давно этого Мальсибера забыла. Был бы Свен поближе…

— Нет, мам, я такое обсуждать не желаю. Зря ты его привечаешь, вот и боевики уже к нему ходят как к своему.

— У нас с ним контракт! — пожала плечом Бастинда.

— Значит, ранение, — качнул головой Руди. — Мордред, я не представляю, где его могла заработать тихоня Чарити. Да она пикси не обидит! Надо Троя расколоть! Так я приглашаю Бель?

— Конечно! А Троя колоть бесполезно, мог бы и догадаться. Кстати, новости из Лютного: там опять объявился Берсерк и слегка потрепал местных. Девушку отбил у бандитов. Хм?

— Офигеть! — Руди поднялся. — Тебе бы детективное агентство открывать!

— Есть уже одно, я навожу справки. Иди, сынок, у меня ещё куча работы.

Рудольфус вернулся к себе, и сразу активировал зеркало:

— Любимая, мама даёт добро! Возьми красивое платье, у нас тут завтра Трой женится. Не поверишь, на ком!

— Поверю, — фыркнула Бель. — Значит, утром?

— Да, будь пораньше. А то тут такой дурдом, и Басти отослали. Ты мне очень нужна.

— Буду! Извини, не могу говорить, у Нарси катастрофа. Книззл Меды забрался в её розарий, побегу, пока никто никого не убил!

— Люблю!

— Знаю, милый. Я тоже тебя люблю! Не грусти.


* * *

Гидеон сделал последнюю пометку и закрыл толстый гроссбух, не удержавшись от долгого вздоха. С отчётом он покончил, но какое счастье, что есть Джейми, которому весь этот ужас ясен и понятен, и вообще на один зубок. Осталось дождаться его правок, выслушать осторожную критику методов и подхода к руководящей должности и поздравления, опять же весьма корректные, что всё у старшего кузена получается с каждым разом лучше и лучше.

Гидеон усмехнулся, вскочил, разминая затёкшие плечи, сделал несколько упражнений и подошёл к широкому окну своего кабинета, из которого открывался прекрасный вид на каньон. В мире маглов на этом месте, за барьером, вересковая пустошь, здесь же огромный каньон, окружённый высокими скалами, некоторые пики гор даже покрыты шапками вечного снега. За горами дикие леса, туда драконы сами выбираться не любят, да и привольно им здесь, на просторе в несколько квадратных миль. Местных хищников питомцы близнецов повывели давным-давно, так что самыми опасными в долине остались сами драконы, да несколько видов змей и мелких грызунов, живущих в земляных норках.

Фабз обожал долину не меньше брата. И сейчас занимался дальними пастбищами на другой стороне каньона. Джейми рвался отправиться с Фабианом, но отчёты и Гидеон его задержали. Впрочем, свою волшебную палатку Джейми кузену одолжил без сожалений. Повезло им с бухгалтером, одним словом. И с братом!

Сегодня прямо с утра к ним в заповедник прибыла Санни, и даже тут Джейми оказался полезным, взяв на себя обязанности гида. Предложил Гидеону не отвлекаться от важного отчёта, заявив, что для него большое удовольствие показать всё очаровательной кузине. После объятий и скромного чаепития, Гидеон всё же согласился с убедительными доводами и нехотя отпустил с кузеном сестру. Желание самому всё показать Санни пришлось задвинуть подальше. Отчёт был слишком важен, и уже к вечеру несколько экземпляров следовало отправить по адресам: отцу, поверенному, гоблинам и в министерство.

Осторожный стук в дверь заставил отвлечься от приятных и не очень мыслей, и Гидеон поспешил занять своё массивное кресло за не менее массивным столом. Хотелось верить, что этот антураж хоть немного придаёт ему солидности в глазах очень редких посетителей. Гораздо чаще здесь появлялись сотрудники драконария со своими мелкими проблемами.

Впрочем, Гидеон был почти уверен, что это вернулась Санни, одна или с Джейми, просто захотела оказать ему такое своеобразное уважение, постучав. Потому он решил подыграть, поспешно убрал разлохмаченные волосы в низкий хвост и, кашлянув, громко пригласил заходить, одновременно заклинанием распахивая дверь.

Вид гостьи в первый момент озадачил. Во-первых, это оказалась вовсе не Санни. Во-вторых, видеть в своём кабинете ловца из «Холихедских гарпий» было что-то из разряда магловской фантастики, которой недавно так увлёкся Фабиан с лёгкой руки кузена.

Гидеон опомнился, вскочил и даже вышел из-за стола, направляясь к замершей на пороге гостье.

— Какой приятный сюрприз! — улыбнулся он, осторожно коснувшись кончиков пальцев девушки быстрым поцелуем. — Какими судьбами в наших краях, мисс Хоган?

Он хорошо рассмотрел эту девушку на вечеринке в честь дня рождения Аманды Стэнфилд. Рыжеволосая гарпия, среди шума и веселья преспокойно читающая какую-то толстую книжку, невольно привлекла его внимание. Она была настолько поглощена этим занятием, что все эмоции были написаны на лице: возмущённо хмурилась, недоверчиво улыбалась, старалась скрыть смех, а потом кусала губы с таким умилением, что Гидеон невольно заподозрил любовную сцену в содержании её книги.

К сожалению, рыжая крошка наконец заметила его интерес, и он едва успел отвести взгляд, стараясь больше не терроризировать её своим настойчивым вниманием. Понятно же, что никакого общества девушка не искала. А потом она исчезла — наверное, вечеринка окончательно наскучила ловцу Гарпий, и она посчитала свой долг перед подругами выполненным. Было жаль, но Гидеон её понимал.

— Гидеон… мистер Прюэтт…

— О нет, зовите меня Гидеон, прошу вас, — он подвёл девушку к гостевому креслу, а сам занял второе, призвав с буфета коробку со свежим печеньем и кувшин с ягодным напитком. — Угощайтесь. Извините, что так скромно, обед будет чуть позже, и, если вы захотите остаться, я буду очень рад.

Он даже хотел похвастаться скромной библиотекой, которую они с Джейми начали собирать, чтобы заинтересовать очевидно любящего чтение человека. Но сумел сдержать себя, понимая, что просто слишком соскучился по гостям, но это не повод задерживать девушку. И вообще, серьёзный взгляд мисс Хоган вдруг дошёл до его сознания, указывая на очевидный факт — рыженькую красотку сюда привело какое-то важное дело.

— Мистер Прюэтт… Гидеон, — мисс Хоган глубоко вздохнула, словно решаясь на что-то несомненно важное. — Мне кажется, вы забыли нашу первую встречу, её подробности. И я понимаю, что не вправе напоминать о них....

— Забыл? — повторил он удивлённо, так как девушка замолчала. Он-то и не подозревал, что она вообще знала о его существовании до этого дня. — Вы меня заинтриговали, мисс. И я не против услышать, что я мог забыть.

Она слабо улыбнулась.

— О Мерлин, это гораздо сложнее, чем я себе представляла, — гостья с усмешкой покачала головой. — Честное слово, не будь я уверена в своих воспоминаниях, я бы подумала, что вы вовсе не Гидеон, а кто-то очень замечательный под его обороткой. Впрочем, не исключаю варианта, что человек, с которым связаны мои воспоминания сам мог быть под вашей обороткой. Хотя нет, я не припомню, чтобы за ночь, он пил что-то, обновляя иллюзии. Так что… я совсем запуталась.

— А я, кажется, начинаю понимать, — задумчиво пробормотал Гидеон. — Надеюсь, ночь вам понравилась? И ещё один вопрос, возможно, он покажется вам безумным. Вы имеете какое-то отношение к королеве фей?

Мисс Хоган нахмурилась:

— Мебд — моё второе имя. А ночь… Разве могли не понравиться три часа крышесносного секса с таким красавчиком? Извините мой цинизм. Так всё же, раз мы говорим столь откровенно, это были вы? Или…

— Мисс Хоган, — Гидеон вздохнул. — Скажите мне честно, вы ведь не для того проделали непростой путь сюда, чтобы повторить ту ночь? Что вас привело? Я ведь правильно понимаю — крышесносный секс имел весьма определённые последствия?

— Вы очень проницательны, — спокойно кивнула она. — Не покажете мне, где здесь есть ванная комната? Потому что запах этих печений…

Он указал на боковую дверь:

— Прошу вас, не стесняйтесь.

Поблагодарив его взглядом, очаровательная королева фей поспешила в указанном направлении, скрывшись за дверью ванной комнаты.

Не мешкая, Гидеон достал двустороннее зеркало и вызвал брата.

— Который час, Гидеон? — недовольно откликнулся Фабз, протирая глаза. Похоже, братец вёл на той стороне каньона ночной образ жизни.

— Полдень почти, — хмыкнул Гидеон. — Можешь аппарировать в контору? Только приведи себя в порядок.

— Нахрена? Я тебе говорил, что с отчётами я не помощник. И куда ты дел Джейми?

— Джейми развлекает Санни, показывая ей заповедник.

— Санни?! Она здесь?! Так бы сразу и сказал. Дай мне полчаса…

— А если поторопишься, то застанешь здесь ещё одну гостью. Она полна воспоминаний о «крышесносном сексе» на вечеринке Аманды Стэнфилд, а также носит второе имя Мебд.

Изображение пропало из зеркала, послышался грохот с той стороны, потом всё же побледневший брат появился:

— Задержи любыми способами! Десять минут, Гидеон!

Отключился Фабз очень вовремя. Гидеон успел спрятать зеркало в карман, прежде чем мисс Хоган вновь явила ему себя. Он спохватился и применил Эванеско к печенью, после чего очистил заклинанием воздух от всех запахов.

— Не стоило, — горестно всплеснула руками мисс Хоган. — Боюсь, причина моего нездоровья вовсе не печенье. Вы простите мне эту маленькую ложь?

— Я бы и большую простил, если вы немедленно мне признаетесь: мисс, как вы себя чувствуете? У нас есть набор зелий, а также имеется гостевая комната. Можно прилечь, даже остаться на ночь, не подумайте плохого.

Она смогла рассмеяться, правда сразу охнула, прижав ладонь к губам.

— Не надо зелий, — попросила девушка. Она явно боролась с сомнениями. — Понимаете, снаружи меня ждут подруги. Я лишь исполняла свой долг, ведь по закону я обязана предупредить отца о будущем ребёнке. А вы так и не ответили, вы его отец? И если да, почему мне кажется, что это совсем не так?

— Подруги? Снаружи? — Гидеон стремительно прошагал к боковому окну. — Мерлинова борода! Да они там замёрзли уже. Никуда не уходите, я быстро.

Добирался до выхода он минут пять, малодушно заперев дверь кабинета и безбожно растягивая время. Три гостьи посмотрели на него почти с одинаковым любопытством.

— Что же вы не проходите? — пожурил он девушек. — Ах да. Гидеон Прюэтт к вашим услугам. Соглашайтесь на обед, леди. У нас отличный повар. Гостевых комнат целых две, и там очень уютно. Простите, что тороплю, но морозы у нас нешуточные, так что все приличия будем соблюдать внутри, если пожелаете. Прошу!

Девушки поспешили зайти, одарив его благодарными взглядами. Гостевая комната с двумя кроватями пришлась им по вкусу.

— Удобства там, — указал он на нужную дверь. — Дальше по коридору гостиная, там в нише есть книги, если кто-то любит читать. Еще дальше зал с бильярдом, а также можно пометать дротики. Обед минут через сорок.

— Спасибо огромное, мистер Прюэтт, — сказала мисс Сабо, в которой он не сразу, но вполне быстро узнал ещё одну Гарпию. — Я Люси Сабо, это — Агнешка Мнишек, а это Роксана Каркарова. Мы с удовольствием останемся на обед. Спасибо. И с нами не надо нянчиться, мы понимаем, что вы заняты… Как там Кэти?

— Кэти в полном порядке, — усмехнулся он. Вот и имя узнал, хотя, конечно же, мог сразу вспомнить, что ловца Гарпий звали Кэйтлин Хоган. — Я верну её вам через несколько минут.

Кэти его ждала у того самого окна с видом на каньон.

— Как тут прекрасно, — задумчиво сказала она, словно он и не отлучался. — Мне кажется, это здорово, жить здесь, вдали от больших городов, скоплений людей.

— Иногда бывает тоскливо и хочется общества, — признался Гидеон, прислонившись к двери спиной. — Но вы правы, я сам очарован здешними пейзажами.

Именно этот момент выбрал Фабиан, чтобы условным стуком в дверь сообщить о своём прибытии.

— Кстати! — Гидеон отстранился от двери. — Я устроил ваших подруг в гостевой комнате. Кажется, они не против отобедать. А вы?

— Я… — Кэти Хоган похоже потеряла дар речи, увидев Фабза, застывшего на пороге. — Вы что, близнецы?

Братец не нашёл ничего лучше, чем усмехнуться:

— Очень тонкое замечание, моя королева! Надеюсь, Гидеон не позволил себе ничего такого?

Только прежде, чем Фабз успел сделать хоть шаг в её сторону, Кэти выставила вперёд руку, приказав:

— Стой! Не подходи!

Конечно, он мог не послушаться, но тёплой упругой волной их обоих отбросило обратно к самой двери, довольно чувствительно приложив о её поверхность.

— Хэй! Что это было? — Фабиан встряхнул головой, отлип от стены, но подойти к гостье больше не пытался, недоверчиво глядя на неё. — Кэти, малышка… За что?

— Полагаю, — вдумчиво сказал Гидеон, — это проявление той самой пресловутой материнской магии.

— Вы близнецы! — снова обвиняюще произнесла мисс Хоган, словно до сих пор не могла поверить. — Я отказываюсь разговаривать с вами, господа. Если это такая изощрённая шутка…

— Мне следует оставить вас одних…

— Нет, Гидеон! Вы ведь Гидеон? — Кэти нахмурилась и скрестила руки на груди. — Вас не затруднит представиться ещё раз, господа?

— С радостью, мисс Хоган, — поспешно ответил старший брат, опасаясь необдуманных действий от Фабза. — Гидеон Прюэтт к вашим услугам, наследник рода Прюэттов.

— Фабиан Прюэтт, — мрачно сообщил Фабз. — Честное слово, Кэти, я не понимаю… Ты просто исчезла, даже не оставив записки. Я не знал, что и думать.

Кэти моргнула, теперь внимательно глядя на Фабиана. Прищурилась и выдала новую просьбу:

— Не могли бы вы показать мне спину в районе лопаток. Оба!

Пришлось раздеваться. Гидеон внутренне веселился, Фабиан обиженно пыхтел, стаскивая свитер вместе с нижней рубашкой и поворачиваясь к гостье спиной.

Понятно было, что она хочет увидеть. У Фабза с детства имелась под левой лопаткой родинка в виде крыла бабочки. К сожалению, точно такая же была и у Гидеона, только с правой стороны и имела зеркальное отражение от родинки брата.

— Ох, — послышался разочарованный вздох мисс Хоган. — Снимать штаны вы не согласитесь?

— Шрам под правым коленом есть только у меня, — пробурчал Фабиан. — Есть и другие. Кэти, я разденусь полностью, но может, отпустим уже Гидеона? Я клянусь, что мой брат тут совершенно ни при чём.

— Ладно, — неуверенно согласилась она. — Мистер Прюэтт… Гидеон. Вы позволите мне занять ваш стол для разговора с вашим братом?

— Пользуйтесь, леди, — широко улыбнулся старший, — Не забудьте, обед через полчаса.

Гидеон счёл за лучшее оставить их одних, сразу ретировавшись в коридор. Он плотно затворил дверь, после чего поспешно оделся. И вовремя, в коридор второго этажа как раз заходили вернувшиеся кузен с сестрой.

— Только не говори, что на обед мы опоздали, — Санни раскраснелась на морозе и казалась просто очаровательной. — Гидеон, драконы такие красивые! И страшные. И просто невероятно прекрасные. Джейми показал мне четырёх.

— Полчаса, даже чуть меньше, и ты оценишь нашего повара, — Гидеон пошёл им навстречу и распахнул дверь в свою комнату. — Санни, ты пока переодевайся и грейся здесь, а я познакомлю Джейми с нашими гостями. Тебя чуть позже представим, если ты не против.

— Хорошо, — сестрёнка чмокнула его в щёку и скрылась в комнате.

— Гости? — с любопытством спросил Джейми. Его комната была дальше по коридору.

— Прелестные ведьмочки, — подмигнул Гидеон.


* * *

Санни вошла в большую столовую, заполненную народом, одновременно с девушкой, зашедшей из другой двери, и обрадовалась, узнав мисс Хоган.

— Кэти! — воскликнула она, поспешив к своей новой знакомой. — Ой, как здорово! Ты откуда?

Мисс Хоган ахнула удивлённо и просияла, хотя до этого выглядела несколько расстроенной. Она даже крепко обняла Санни, шепнув, что безумно рада встрече. После чего обе, наконец, смогли оглядеть остальных.

Санни тут же познакомили с девушками: Люси, Агнешкой и Роксаной. Джейми сел за стол рядом с кузиной, вид у него тоже почему-то был не слишком счастливым. Слева от неё устроилась Кэти. А подруги мисс Хоган заняли места напротив них. Гидеон привычно устроился в шикарном кресле во главе стола, слева от Санни, а Фабиан, явившийся позже всех, мрачноватый и украшенный свежим синяком под глазом, занял место напротив брата.

— Думаю, все проголодались, — мягко произнёс Гидеон, метнув на брата сочувственный взгляд. — Приятного аппетита, леди и джентльмены.

Суп действительно оказался очень вкусным, ели молча. Второе тоже оценили по достоинству. А когда подали сладости и вкусный чай с какими-то кисленькими травками, первыми заговорили девчонки, упрашивая хозяев показать им драконов, раз уж они оказались тут по воле случая.

— Думаю, я мог бы найти время, — добродушно согласился Гидеон. — Джейми, ты с нами? О, нет, прости, совсем забыл про отчёт. Фабиан?

— Сожалею, брат. Мне пора возвращаться в южную часть каньона, — обычно весёлый Фабз был на удивление спокоен и явно никакого сожаления не испытывал.

Санни была удивлена — столько красивых девушек за столом, а братец даже не смотрел в их сторону. Судя по рассказам Гидеона, да и по собственным впечатлениям, это было совершенно не похоже на Фабиана.

— Я уже насмотрелась, — вздохнула она, в ответ на вопрос старшего брата. — Лучше составлю компанию Джейми, наверное.

— А что за отчёт? — спросила ясноглазая девчонка, сидевшая напротив Джейми. Кажется, её звали странным именем Агнешка. — Я изучала право и бухгалтерский учёт в Дурмстранге. Может, смогу помочь?

— Решено, — сделал свои выводы Гидеон. — Возьму на себя роль экскурсовода. Мисс Каркарова и мисс Сабо пойдут со мной, мисс Мнишек оставлю Джейми, присоединитесь к нам позже. Мисс Хоган я бы советовал немного отдохнуть после обеда, подождите хотя бы Джейми с Агнешкой. А Санни… Сестрёнка, проводишь Фабиана в его временное пристанище? Тебе понравится палатка тётушки Мюриэль! Портключи оттуда обратно в контору очень надёжные.

Вот так она и оказалась в знаменитой палатке. Фабиан посмеивался над её восторгами.

— Сам балдею от этой палатки, — сказал он, улыбаясь. — Как начнём получать прибыль, обязательно закажу себе такую же. Я тут уже три дня, а до сих пор не привык к такому комфорту. Если хочешь, могу для сравнения показать нашу с Гидеоном.

— Тут так тепло! — восхищалась Санни, поспешно избавляясь от тёплой шубки. — Мерлин мой, какой шикарный бассейн!

Фабиан отобрал у неё шубку и кивнул на шкафчик на другой стороне:

— Там купальные костюмы Мюриэль. Можешь подобрать себе что-то и поплавать. А мне надо бы навестить парней, тут в одной из пещер валлийская дракониха устроила кладку, надо проследить, достаточно ли там еды. К сожалению, её супруг повредил крыло, пока заживёт, пройдёт пара недель, так что за её пропитанием следить приходится нам самим. Подождёшь меня, котёнок? Потом вместе вернёмся на базу.

— Бедный дракон, — ахнула Санни. — Конечно, иди. Я поплаваю, а потом почитаю. Джейми сказал, что тут есть несколько хороших книг.

— О да. Я даже увлёкся детективами магловского автора Конан Дойля. Прикольные персонажи. Всё, ничего не бойся, палатка имеет прекрасную защиту и стоит в очень безопасном месте. Постараюсь не задерживаться. Кстати, там на столе в гостиной большое зеркало — связь с базой. Просто постучать палочкой.

Плавать в бассейне было здорово, Санни наслаждалась не меньше получаса, невольно погружаясь в мысли и воспоминания.

На этот раз встреча с мамой была куда теплее, они проговорили полночи в комнате Санни. Обсудили столько всего, что голова шла кругом. Отец несколько раз заглядывал к ним, на что Летиция Прюэтт умоляюще улыбалась:

— Ещё пять минуточек, Джей! Я совершенно не устала.

— Хорошо, — покладисто кивал он.

Вспомнили и про Троя Хейли. Оказалось, мама уже про него всё узнала, когда навещала свою новую подругу миссис Эйлин Робертс.

— Сама увидишь, какая она интересная и добрая, — говорила мама. — Вас же пригласили с Джейми погостить после Нового года?

— Да, пригласили, — Санни уютно устроилась рядом с мамой в большом кресле перед пылающим камином. Летиция обнимала её, прижимая к себе. Полумрак вокруг создавал непередаваемо душевную обстановку. Они даже тапки сбросили, зарываясь ногами в густой ворс большой белой шкуры, устилающей пол перед камином. — А с мальчиком Северусом ты познакомилась? Он неделю жил в Хогвартсе.

— Конечно, хороший мальчик, — покивала Летиция. — Но уж больно самостоятельный. Правда, Гидеон с Фабианом в его возрасте тоже уже уворачивались от объятий и имели кучу общих «мужских» секретов. А ещё я познакомилась там с леди Бастиндой Лестрейндж и её младшим сыном.

— Мама, — простонала Санни.

— Ладно, ладно, молчу. Но Рабастан мне очень понравился, так и знай. Очень воспитанный мальчик. И скромный.

— Басти — скромный? — поразилась Санни, и тут же захихикала, уткнувшись в плечо Летиции. — Просто понимаешь, на самом деле он нахальный и совершенно…

— Санни, котёнок, юноши и должны быть нахальными перед девчонками. Так он тебе нравится?

— Очень, — прошептала она, тяжело вздыхая.

— Бедняжка, — посочувствовала мама. — Ничего, всё у тебя устроится! Я уверена.

— Спасибо.

Отец всё-таки забрал маму вскоре, а на следующий день Летиция показывала ей поместье. Мол, давно уже дочурка не ездила с ней к вассалам. Санни согласилась, конечно, с радостью. И была поражена, как много домов с аккуратными двориками и хозяйственными постройками они объехали. Везде их встречали угощением, но Летиция сразу говорила, что муж запрещает ей питаться вне дома, и гостинцы они забирали с собой.

Навестили и старую нянюшку, которая долго обнимала свою воспитанницу, обливаясь слезами, и похоже, совершенно не заподозрила в хлюпающей носом дочке патрона кого-то другого.

— Я знала, что ты вырастешь доброй девочкой, — попрощалась с ними нянюшка.

— Она такая добрая, — вздохнула Санни, забираясь обратно в коляску. Мистер Элли Керстен покосился на неё добродушно. Боевик отца сопровождал их в поездке, но всегда ждал возле коляски, запряжённой двумя фестралами.

— Очень, — усмехнулась Летиция. — Ты была довольно строптивым ребёнком, сама ведь понимаешь. Я очень счастлива, что ты так повзрослела за последнее время. А что ты добрая девочка, я даже не сомневалась никогда. Ну что, осталось навестить старика Пинокладуса, да семью Вартингов. Но если устала…

— Нет, нет, я с удовольствием.

Всего вассальских семей Санни насчитала около тридцати пяти. Одиночки тоже встречались. На Летицию вассалы смотрели с обожанием. На дочь патрона настороженно, но в целом — благожелательно. Они останавливались в живописных местах, оказалось, что поместье занимает небольшую долину, целиком находясь в магическом мире. Долина походила на огромную подкову и была окружена цепью высоких холмов, в центре подковы имелось озеро, куда большее, чем Чёрное возле школы. Вот вдоль берега этого озера и стояли домики вассалов, а также располагались поля и пастбища для домашних животных.

Полюбовалась на целый табунок фестралов, на прирученных гиппогрифов, на самых обычных коров, на свиней с целым выводком розовых поросят. Даже на широкой лодке прокатилась с местными мальчишками. Они её тут же научили, как заклинанием ловить рыбу. Оба должны были поступить в Хогвартс на будущий год и с равнодушным видом задавали «каверзные» вопросы.

День пролетел незаметно, и Санни была полна новых впечатлений. И очень благодарна маме — ведь она даже не представляла, что поместье отца — это целый обособленный мир, настоящая деревенька. Был тут и свой кузнец, и свой целитель, и маленькая продуктово-вещевая лавка, и даже «клуб» — совершенно круглый дом у самого берега, где собирались по праздникам.

Спать после ужина она отправилась без возражений, слишком устала, слишком полна была новых впечатлений.

А в комнате её ждал целый зверинец, включая эту маленькую шкодную сову. Рудольфус её прислал ещё накануне, и Санни даже испугалась в первый момент, услышав сильный стук в окно, когда оказалась в своих комнатах.

— Сова! — первой опознала почтальоншу Лакки. — Ой, как она похожа на Лгунью!

Сову впустили, та привередливо посмотрела на угощение и словно нехотя протянула лапку, устроившись на краю письменного стола.

— Так ты — подарок! — обрадовалась Санни, прочитав письмо Рудольфуса. Сова посмотрела очень странно. — Тебе ведь имя нужно. Как тебе Милашка?

У совы округлились глаза, она покачнулась и вдруг свалилась под стол. Санни ахнула, но приглядевшись к комку перьев, заметила, как та осторожно приоткрыла один глаз.

— Хорошо, хорошо, неудачное имя, — согласилась Санни. — Ты разбойница, а не сова!

Пёстрая хитрюга оживилась, оказалась в мгновение ока снова на краешке стола, и даже дала себя погладить.

— Разбойница, значит, — усмехнулась Санни.

Сова тут же деловито принялась за печенье. Лаки умильно подложила кусочек сырого мяса в специальную плошку.

— Разбойница — красивое имя! — сказала домовушка, заслужив у совы очень одобрительный взгляд.

Только Монстрик отнёсся к почтальонше пренебрежительно. Подошёл, вспрыгнув на стол, обнюхал, фыркнул и утопал спать на кровать хозяйки.

Вот и сейчас её встретили в комнате сова и Монстрик. Только на этот раз смогли удивить. Как уж они нашли общий язык неизвестно, но книззл и сова мирно спали в корзинке Монстрика, привалившись друг к другу.

Санни полюбовалась на эту картину, но будить не стала, и сама уснула почти мгновенно, едва опустив голову на подушку. А утром её уже ждали драконы. Мама проводила её камином в дом тётушки Мюриэль и осталась там погостить. А Джейми с Санни перенеслись портключом на «базу» в драконарий.

Драконы произвели на Санни незабываемое впечатление. Парни, сопровождавшие их с Джейми, добродушно посмеивались, предоставив кузену представлять ей огромных крылатых ящеров. Хорошо, их защищала прочная сеть, а то рядом с этими гигантами Санни было не по себе, хотя и восторг она ощущала немалый. Больше всего ей понравилась молодая дракониха, с любопытством поглядывающая на гостей. Она подлетела к сетке совсем близко, Санни смогла разглядеть и огромную пасть с двумя рядами опасных зубов, и большие глаза, обрамлённые пушистыми ресницами… Жаль, что дракониха быстро улетела, услышав напевный крик кого-то из соплеменников.

И так здорово было, что на базе их ждали гости. Санни надеялась, что девушки не успеют уехать до её возвращения. Хотелось бы с Кэти ещё пообщаться.

— Ты там не уснула? — послышался голос брата.

— Нет, — рассмеялась она, переворачиваясь на живот и быстро подплывая к бортику. — Просто задумалась. Ну что, ты закончил с делами?

— Вылезай уже, котёнок, — усмехнулся Фабиан. — А то превратишься в русалку, и Гидеон мне голову оторвёт. Я пока кофе сварю, ты какой любишь?

— С сахаром и взбитыми сливками.

— Умница, вся в меня. У тебя десять минут, сестрёнка.

Кофе получился у брата вкусным, а маленькие бутерброды с ветчиной они умяли в рекордный срок.

— Фабиан, — решилась Санни, когда он налил ей вторую чашку своеобразного капучино. — Ты не знаешь, почему Кэти Хоган такая грустная была? У неё что-то с Гидеоном.

Брат поперхнулся и закашлялся.

— Ты знакома с Кэти? — смог он выговорить, глотнув свой напиток.

— Она приезжала в Хогвартс на экскурсию к профессору Флитвику, — пояснила Санни. — Мы подружились. Она говорила, что познакомилась с Гидеоном, но подробностей я не знаю.

— Она познакомилась со мной, — помрачнел Фабиан. — Слушай, вот что вам девчонкам надо? А? Я же к ней со всей душой, а она сразу драться.

Санни глянула на его синяк, постаравшись скрыть изумление.

— Цветы дарить не пробовал? — грустно спросила она. — А ещё можно пригласить на свидание.

Фабиан замер, уставившись куда-то сквозь неё, потом вскочил и деловито осведомился:

— Ну что, поела? Можем возвращаться. Ты пока переодевайся, я недолго. Пять минут.

— Хорошо, — Санни пошла в комнату, где оставила свои вещи и с сожалением стянула с себя толстый махровый халат. А она и не подозревала, что произошла путаница. Значит, Кэти и Фабиан! Это было удивительно, но её смешливый братец, похоже, влюбился не на шутку. А вот Кэти было ужасно жалко. Если она приехала к Гидеону... И во всём виновата Санни! Они столько общались, а ей даже в голову не пришло упомянуть про второго брата!

Фабз появился с букетом потрясающе красивых цветов.

— Ух ты! — Санни оглядела их с восторгом. — Это для Кэти?

— Росли на одном опасном склоне. С трудом подобрался на метле. Правда нравятся?

— Ещё бы! Никогда таких не видела!

— Тогда держись за меня крепко.


* * *

— Покажешь? — Агнешка преспокойно присела на подлокотник его кресла, когда Джейми раскрыл отчёт, составленный Гидеоном.

— Нет. Слышали вы когда-нибудь, панна Мнишек, выражение «коммерческая тайна»?

— Представьте себе, мистер Прюэтт. И что мне тогда делать?

— Сидеть тихонечко, читать эту книгу, которая у вас выглядывает из кармана, и ждать, пока я закончу. Способны на такое?

— И что мне за это будет? — тоном капризной девочки спросила она.

Джейми сдержал вздох, стараясь не воспламениться от такой близости. Чувствовать плечом тёплый бочок девушки оказалось испытанием не из лёгких.

— А что желает панна Мнишек от неправильного сквиба? — осторожно поинтересовался он, когда она всё же встала, подарив ему массу ощущений — от облегчения до сожаления.

— Ничего такого, — девчонка устроилась с ногами в гостевом кресле и действительно открыла книжку. — Всего лишь то, что вы уже мне обещали.

— Обещал? Я?

— Ну не я же! Фыркнула она. Короткая у вас память, мистер Прюэтт.

— Зовите меня Джейми, — попросил он. — Здесь слишком много других Прюэттов.

— Тогда вы меня — Агнешка, — девушка деловито перелистнула страничку. — Я напомню вам обещание, так и быть. Вы сказали, что можете научить меня целоваться. Вот и посмотрим. А пока занимайтесь, не буду отвлекать.

Никогда ещё отчёты Джейми не проверял так быстро. Хотя видит Мерлин, отключить внимание от Агнешки, что на самом деле увлеклась чтением прямо перед его носом, было решительно невозможно. Совесть и желание пойти у этой капризной принцессы на поводу боролись в нём как два исполина с переменным успехом. И неправильного сквиба бросало то в жар, то в холод. А предмет его желаний выглядел так трогательно, с увлечением уткнувшись в книжку, и, казалось, вовсе не подозревал, какие страсти бушуют совсем рядом.

Благо, отчёт он уже успел выучить наизусть, и все эти безумные чувства вовсе не помешали справиться с привычной работой. Захлопнув фолиант, он посмотрел ещё раз на Агнешку и тихо осведомился, не доверяя голосу:

— Про поцелуи вы не шутили?

Она подняла головку, одарила его затуманенным взглядом, прикусила губу.

— Нет, и не передумала, — ответила серьёзно. — У меня в этом, знаете ли, опыта мало совсем, а вдруг понадобится.

А в следующий миг она вскочила с кресла, и на него налетел маленький тайфун. Юная панна без всякого зазрения совести умудрилась протиснуться между ним и столом — пришлось поспешно отодвинуть кресло — и влезла к нему на колени, устраиваясь с удобством. Пришлось обнять красотку за талию, и медленно умирать, чувствуя, как тонкие руки обвились вокруг его шеи. Манящие губы девушки оказались совсем близко. А глаза чертовка просто зажмурила.

— Ну?! Я жду, — нетерпеливо заявила маленькая нахалка. И коварно облизала губы маленьким язычком. — Джейми?

— Вы сами этого хотели, — пробормотал он, сдаваясь в неравной борьбе, и осторожно прижался к подрагивающим губам. А дальше он просто потерял голову. И ученица оказалась из самых талантливых, так что увильнуть от самого настоящего и подробного урока у Джейми не было никаких шансов.

— Запираться надо! — голос Гидеона прозвучал как гром среди ясного неба, мгновенно возвращая влюблённых на землю.

Агнешка отреагировала ещё быстрее, просто нырнув под стол.

— Я… это…

Гидеон фыркнул и покачал головой.

— Мне бы отчёт скопировать и отправить. Мисс Мнишек ищет мисс Каркарова. У вас минут пять, а может и того меньше.

Наследник рода Прюэттов вышел, неплотно прикрыв дверь.

— Вы живы? — Джейми вскочил, обходя стол. Сердце в груди стучало как ненормальное.

Агнешка выползла с его стороны. Оказалось, девушка уже вполне успела привести в порядок свою одежду. Джейми откашлялся, протянув ей руку, чтобы помочь подняться. И тут же снова оказался в объятиях девчонки.

Глаза Агнешки весело блестели.

— А остальное так же здорово? — спросила она с любопытством.

— Остальное? Пани, нас ждут, мы не можем и дальше заниматься глупостями!

Несмотря на твёрдость голоса, внутренне Джейми такой уверенности не испытывал.

— А если поженимся?

— О, тогда сколько угодно, — он коротко поцеловал прелестный ротик и решительно отстранил от себя девушку. — Только это невозможно, панна Мнишек. Я — совершенно не подхожу вам. И ваш опекун никогда не даст своего согласия на такой неравный брак.

— Это мы ещё посмотрим! — задрала подбородок Агнешка. — Я в ванную!

Джейми горестно вздохнул после бегства девчонки, придирчиво осмотрел себя в зеркало, поправляя одежду, и отправился искать кузена. Объясняться по поводу безобразного поведения предстояло позже, когда проводят гостей.


* * *

Увидев цветы, Кэти округлила глаза совсем как Разбойница. Санни постаралась сдержать смешок. Фабиан кусал губы, ожидая реакции. Кэти дышала свежим воздухом, стоя на крыльце базы, когда они оказались совсем рядом.

— Это мне? — мисс Хоган с удивлением оглядела букет и осторожно взяла. — Спасибо!

— Кэти, — Фабиан отступил и спрятал руки за спину. — Знаешь, может, мы неправильно начали знакомство, но что мешает попробовать снова? В конце недели у меня будет свободный день, могли бы куда-нибудь сходить.

— Свидание? — усмехнулась мисс Хоган. — Я рада, конечно, только со мной все эти танцы-пляски не обязательны. Фабиан, пойми, мне просто надо немного времени, чтобы прийти в себя и подумать. Просто, оставь в покое, ладно? Я сама тебе напишу… Позже.

Он мрачно кивнул и прошёл в дом, не сказав больше ни слова.

Санни сочувственно поглядела на Кэти, поднялась на крыльцо и остановилась рядом.

— Глупая я, да? — спросила её подруга.

— Ничуть, — Санни обняла её за талию. — Подумать всегда полезно. Мне так кажется. Фабиан славный.

— Да я уже поняла. А ты не знаешь, Фабиан светлый маг?

Санни кивнула.

— Тёмный у нас Гидеон. И ещё я. А это для тебя важно?

— Я полукровка, — пояснила Кэти, словно это всё объясняло. И посмотрев на Санни, усмехнулась. — По-моему, это уже все знают. Я залетела от твоего брата. Вот, приехала поставить в известность.

Санни ахнула.

— А что Фабиан?

— Жениться хочет. Только я пока не знаю. Сложно всё это. Никогда не думала заводить семью, всё такое.

— Понимаю, — покивала Санни. — Страшно вот так решиться. Это же навсегда.

— Вот именно, а я только привыкла к свободе, — Кэти глубоко вздохнула и вдруг задорно улыбнулась. — Ладно, не грусти, прорвёмся, как говорит долоховский домовой. Пойдём, что ли? Холодно тут.

Прощание вышло бурным. Девушкам, подружкам Кэти, очень понравились драконы и «вообще всё-всё». Надеялись приехать ещё. Санни заметила, как странно поглядывает Джейми на Агнешку, решила его попытать при случае. Фабиан с Гидеоном расцеловали её на прощание. Девушки обещали писать и заверили, что все будут на балу у Лестрейнджей, так что будут рады вновь увидеть Санни и её братьев. Кэти даже пригласили остаться погостить, но несмотря на умоляющий взгляд Фабиана, та отказалась.

Мюриэль и мама поджидали их в тётушкиной любимой гостиной, но расспрашивать не стали — время близилось к шести вечера, а отец настоял, чтобы ужинали они обе дома. Расспрашивал Санни, что она увидела в заповеднике, посмеивался над её восторженным испугом от драконов. А потом пригласил в свой кабинет.

Мама ласково кивнула, мол, ничего не бойся.

— Дочь, — на этот раз отец не стал садиться за свой стол, а присел прямо на его край, скрестив руки на груди. Санни вдруг стало тревожно. — Я помню о нашем договоре, но, как обещал, сообщаю тебе о предложении, от которого сложно отказаться. Ты догадываешься, кто навестил меня сегодня?

— Нет, — дыхание перехватило.

— Лорд Лестрейндж. Он официально просил твоей руки для своего второго сына Рабастана.

— А ты? — кажется, она даже дышать перестала. Ноги отказывались служить, и Санни присела на ближайшее кресло.

Джейсон Прюэтт покачал головой.

— Я же обещал. Так что лорд Лестрейндж осведомлён, что этот вопрос я оставил на твоё усмотрение. Но ты должна знать о намерениях этой семьи.

— Спасибо, пап!

Он усмехнулся. Но тут же серьёзно спросил:

— Ничего не хочешь мне сказать по поводу Рабастана Лестрейнджа?

— Пап…

— Иди, отдыхай, дорогая, — он подошёл и поцеловал её в лоб. — Если что-то решишь, сообщи мне, хорошо? Помни, что я на твоей стороне, как бы всё ни повернулось.

Глава опубликована: 27.09.2017


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 1818 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх