Страница фанфика
Войти
Зарегистрироваться


Страница фанфика

С Днем Рожденья, Гарри Поттер!

Этот фанфик никто не публиковал - подробнее

Автор:
Mavka
Персонажи:
ГП, ЛВ, СС
Рейтинг:
R
Жанр:
Humor
Статус:
Закончен
Предупреждения:
слэш
Опубликован:
04.05.2007
Изменен:
04.05.2007
Читателей:
2
Саммари:
Первоапрельская шутка. Что было бы если Гарри встречал свой 17-й день рождения не в доме Дурслей, а в замке Лорда Волдеморта)))
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

С Днем Рожденья, Гарри Поттер!

Огромная зала утопала во мраке. Гарри Поттер затаил дыхание. Он — в логове Волдеморта. Ему только что исполнилось семнадцать лет. И он готовился к последнему в своей жизни смертному бою.


Он ждал, стискивая свою палочку в руках, ждал всего, чего угодно, кроме… этого! Когда вдруг под потолком одна за другой начали ярко вспыхивать хрустальные люстры, а зал расцветился праздничными гирляндами, воздушными шариками и фейерверками всевозможных радужных расцветок. Хлопали волшебные хлопушки, рассыпаясь светящимися огоньками, душистыми цветочными лепестками и крохотными, весело хихикающими, порхающими феями, а на стол, огромный длинный стол в главном зале замка Волдеморта, и без того уже заставленный богатыми яствами, на самое парадное место слевитировал сказочно-роскошный многоярусный торт с горящими на нем семнадцатью свечами.


И вот чего уж он абсолютно не ожидал — так это дружного, слаженного хора Пожирателей Смерти при полном параде, гармонично распевающих «Хеппи бёздей ту ю!»


Ну, еще бы им не петь слаженно, когда дирижирует хором своей волшебной палочкой, рубиново посверкивая глазами, сам Темный Лорд Волдеморт!


Гарри обалдел. В себя он пришел только какое-то время спустя. Восседая на самом почетном, по правую руку подле Темного Лорда, месте, поглощая очередной кусок праздничного торта и запивая этот немыслимый по вкусовым качествам кулинарный шедевр уже, явно не первым, бокалом коллекционного вина. Время от времени мальчик косился на гигантскую гору подарков, которую венчала перевязанная ало-золотой ленточкой с кокетливыми бантиками — супер-новейшая метла из серии, которая даже еще не поступила в продажу, марки «Сверхновая Звезда». В качестве виночерпия за плечом топтался его извечный школьный враг Драко Малфой и коварно, хотя на редкость дружелюбно для змееныша-Малфоя, нашептывал: «Поттер! Слушай, Поттер, давай на пару сейчас смоемся на часок от этой стариковской компании, им бы только жрать да пить, давай — мы с тобой погоняем на метлах, снитчи половим! Тебе этих золотых снитчей столько надарили, что и мне какой-нибудь достанется! Ну, Поттер, ну, пожалуйста!»


Кажется, он потом действительно вылезал из-за стола и летал на своей новой метле, играя на улице в квиддич с Драко Малфоем. А после в совершенном обалдении, переодевшись в новую изысканно-благородную мантию, заново уселся за стол, где снова впал в ступор. Из которого его ненадолго вывела с трудом подковылявшая к нему Пожирательница Смерти Беллатрикс Лестранж.


-А…— только и успел выговорить мальчик.


«Авада Кедавра», — хотел он сказать, но так и не смог.


Она была очень грузная, с непривычно мягким взглядом, очень несчастная и смущенная, и очень даже беременная.


— Гарри Поттер… — тяжело вздохнула женщина. — Поттер, прости меня, если сможешь… я так виновата… Теперь я так жалею, что мой кузен Сириус Блек погиб по моей вине… Но, Поттер… Мой будущий ребенок, этот еще не рожденный мальчик — будет ведь последний истинный Блек по крови… Если хочешь, я назову его — Сириус. И, если ты только того захочешь, Гарри… ты можешь стать его крестным!


Гарри только и смог, что безмолвно утвердительно закивать головой. Последний по крови из семьи Блек, малыш Сириус — будет его крестником! Невероятно. К нему много потом кто еще подходил, извинялся, просил прощения за все про все. Гарри так и не смог потом вспомнить, от кого он эти извинения более или менее принимал, а от кого только отмахивался, приводя тем самым в неимоверное отчаяние своих бывших злейших врагов, по его прихоти явно заносимых отныне Темным Лордом в черный список.


Когда начались всеобщие танцы, и веселье по случаю Дня Рождения Гарри Поттера зашкалило до самой верхней планки, Гарри, который был, как того и следовало ожидать, самым приглашаемым кавалером, с нескрываемым облегчением ухватился за возможность немного передохнуть и посидеть с Лордом Волдемортом в его кабинете, чтобы выпить глинтвейна у камина.


Долгое спокойное молчание в разлапистых мягких креслах было на удивление мирным и уютным. Гарри много чего хотел сказать Темному Лорду, но все его слова таяли еще на языке, стоило ему только сделать очередной глоток ароматного напитка. В очаге над углями причудливо танцевало пламя, пушился раскинутый на полу редкий узорный ковер, тесно жались друг к другу на книжных полках от пола до потолка драгоценные старинные фолианты, два могущественнейших мага этого тысячелетия, взрослый и совсем еще юный, сидели в креслах и неторопливо попивали глинтвейн. А потом они все-таки начали разговаривать между собой. Гарри и раньше, благодаря думоотводу ныне покойного Дамблдора, кое-что знал о жизни Тома Риддла, а теперь он узнал о Темном Лорде гораздо больше. Том, а Волдеморт совершенно спокойно разрешил Гарри так себя называть, говорил с ним предельно откровенно, ничего не скрывая и не приукрашивая. Том Риддл не был хорошим человеком. Но и тем жутким монстром, всеобщим пугалом магического мира, несмотря на свою страшноватую внешность, он тоже не был. Мальчик не мог не заметить, что у них есть удивительно много общего, и то, что порой, они понимают друг друга чуть ли не с полуслова.


— Наши волшебные палочки родственны друг другу. В наших венах течет одна кровь, Гарри. Ты мне ближе, чем любой другой человек на этой земле. И я тебе — тоже. Почему мы должны быть врагами?


— Меня растили как твоего врага, Том. И мне невозможно забыть… многое. Многое из того, что ты сделал, не прощается.


— Да, — Темный Лорд склонил голову. — Я действительно столь многое отнял у тебя… Друзьями нам с тобой быть практически невозможно. Я не в состоянии изменить прошлое. И все же. Есть еще настоящее и будущее. Мы можем выбрать будущее, Гарри, в котором между нами не будет вражды и войны.


— Но как же Пророчество… — Гарри еще не договорил, а Волдеморт уже самым бессовестным образом смеялся.


— Да их сотни, Гарри! Сотни! Каждая более или менее мнящая о себе ведьма-прорицательница, что-нибудь да напророчила! Выбирай любое, кому уж какое нравится.


С обсуждения разных пророчеств беседа плавно перетекла на бессмысленную политику Министерства магии, потом на школьные воспоминания о Хогвартсе и, разумеется, на квиддич. Гарри заметно оживился. Однако следующая перемена темы разговора застала молодого человека врасплох.


— Как у тебя с девушками, Гарри? — невзначай поинтересовался Темный Лорд.


— Ну… не особенно, — вздохнул Гарри, отпивая очередной глоток из своего бокала.


— Есть и другой вариант, — невзначай предположил Волдеморт.


Тут уж Гарри зарделся, пожал плечами, но не отрицал, что да, другой вариант есть, только вот пока еще — не у него. Хотя, он был бы очень даже не против. Только вот… слово за словом, и мальчик незаметно сам для себя выдал Тому Риддлу свои, ну, в общем-то, несколько странноватые предпочтения, а сообразив, наконец, что наговорил, смутился еще больше. Гарри неуютно заерзал в кресле, красный, как ошпаренный рак, пытаясь прикинуть, сколько же он за сегодня умудрился по случаю своего дня рождения выпить?


Только вот, ненароком встретившись взглядом со своим собеседником, Гарри не заметил в его алых глазах ни неприязни, ни осуждения, одно лишь искреннее и глубокое понимание.


— Гарри, позволь я покину тебя ненадолго, — сказал гостеприимный хозяин замка. — Мне надо отдать некоторые распоряжения. Я буду буквально через несколько минут!


Вернувшись, Темный Лорд как-то очень бодро и жизнерадостно усмехался, искоса поглядывая в сторону именинника.


— Том? — вопросительно проговорил Гарри.


— Оказалось, что у меня нашелся для тебя еще один подарок, Гарри, — вкрадчиво сообщил Лорд Волдеморт, слово «подарок» он выделил, словно бы перекатывая на языке каждый звук, весьма и весьма многозначительно. — Очень интересный… Да, кстати, Гарри, как ты относишься к предателям?


Гарри нахмурился и не пожелал отвечать. Впрочем, все и так было ясно.


— А у меня как раз есть один предатель. Причем, предатель вдвойне или даже втройне. Предатель и убийца к тому же, хммм… тот еще редкостный экземпляр.


— И кого же он убил? — без особого интереса спросил Гарри, полагая, что убийц среди окружения Темного Лорда должно быть видимо-невидимо, ну уж, а предателей… он и сам знал одного такого.


— Последним — Альбуса Дамблдора.


— Снейп! — Гарри вскинулся и от нахлынувших на него весьма и весьма сильных эмоций.


— Хочешь такой подарок? — посмеивался Волдеморт.


— Что я могу с ним сделать? — прошипел Гарри, он и не заметил, как от волнения перешел на парселтанг.


— Все, что пожелаешь, — отвечал ему на том же змеином языке Волдеморт, — все — что пожелаешь...


Прежде чем задать следующий вопрос, Гарри немного собрался с мыслями и постарался успокоиться.


— И где меня будет ждать этот… «подарок»?


— В твоей комнате. Ты же не откажешься погостить некоторое время у меня?


— Погостить? Сколько, Том?


— Сколько захочешь. Я в любую минуту могу аппарировать тебя в дом твоих маггловских родственников, или к твоим друзьям. А сейчас, Гарри, может быть, нам стоит вернуться к гостям? Не следовало бы оставлять праздник без именинника. Хотя, вечер достаточно поздний, наверное, последний тост — и эту славную вечеринку можно заканчивать. На завтра я запланировал несколько довольно-таки занятных развлечений, а сегодня пора уже и честь знать!


Гарри кивнул, и они вместе вернулись в праздничный зал. Оказавшись за столом, мальчик все же нашел в себе место еще для одного куска превосходнейшего торта, после чего Лорд Волдеморт лично проводил своего почетного гостя в отведенные ему покои.


Первое, что бросалось в глаза при входе в комнату, это ее богатое убранство. Благородная старинная мебель, ковры, гобелены, портьеры, произведения искусства немалой музейной ценности, в любое другое время Гарри с удовольствием бы осматривал все, что здесь находилось, но сейчас его внимание привлекало к себе только одно. На резной столбик кровати был небрежно наброшен поводок, другой конец которого крепился к ошейнику, туго затянутом на тощем горле коленопреклоненного человека.


Более беззащитного и беспомощного существа Гарри не видел. И это был Снейп. Полностью обнаженный, бледный и болезненно худой, в одной лишь сбруе из ремней, цепей и пары металлических стержней. Лодыжки и запястья обхватывали массивные металлические браслеты. Руки заведены за спину и скованы коротким стержнем, стержень между ножными кандалами, наоборот, был длинным и удерживал ноги в предельно разведенном состоянии. Вздернутые вверх ягодицы непристойно раздвинуты — и металлический стержень между кандалами не позволял сжаться даже самую малость, дернуться не давали дополнительные ремни. Кожаные браслеты перехватывали ноги над широко расставленными коленями, от них тянулись тонкие прочные ремешки к таким же браслетам, охватывающим руки над локтями. Лицо Снейпа правой щекой впечаталось в пол, он пытался хоть как-то упереться плечом, чтобы удержаться в заданной позе, шея давно затекла, видеть окружающее он мог бы только одним глазом и то, не получалось, мешали волосы.


Подойдя ближе, Гарри заметил, что на самом деле его бывший профессор зафиксирован еще более жестко, чем показалось вначале. По его телу были пропирсованы кольца, кольца в ушах, в каждой ноздре и в языке, пересохший язык Снейпа был выдвинут до предела и притянут за пристегнутую цепочку к ошейнику. Двенадцать колец, по шесть попарно в спине, вдеты в тело они были глубоко и явно недавно, кровь еще не успела до конца запечься. Также были проколоты соски, пупок, крайняя плоть и мошонка. Каждое кольцо за карабин было соединено с туго натянутой блестящей цепочкой. Эти цепочки причудливо сочетались между собой или с ошейником. При этом всякая попытка шевельнуться должна была причинять боль, рвущую соски, язык, уши, ноздри, спину, беззащитную плоть… Любое непроизвольное или намеренное движение превращалось в пытку, а ведь долго не шевелясь пробыть в такой позе было физически невозможно.


— Если так не нравится, можно перестегнуть по-другому, — задумчиво сказал Лорд Волдеморт, кивая на россыпь более коротких и длинных ремешков и цепочек, возлежащих на низком инкрустированном столике у кровати.


— Ага, — кивнул в ответ Гарри, — я понял. А вот это все что?


— Это — бонус, — по-змеиному ощерился Темный Лорд. — Тебе нужны подробные объяснения или сам разберешься?


— Сам, — сказал зеленоглазый юноша.


После чего внимательно оглядел разложенные на других столиках плети и ремни для порки, тиски и зажимы, набор блестящих лезвий, крючья и иглы, прутья, дубинки, множество других предметов, поражающих разнообразием форм, длинных и коротких, толстых и тонких, прямых и изогнутых, ребристых и округлых, гладких и шипастых.


— И как тебе этот мой подарок, Гарри? — спросил Волдеморт в дверях, собираясь уходить.


— Даже не знаю, что сказать, Том, — губы именинника тонула слегка напряженная улыбка. — Разве что — спасибо! Это замечательный подарок.


— Ну, и что ты будешь делать?


Юноша уже не улыбался. Он ухмылялся.


— Я уже говорил тебе, Том! Все, что захочу.


— Все, что захочешь, — подтверждает Волдеморт. — С Днем Рожденья, Гарри Поттер!



Финал — открыт: гриффиндорцы — направо, слизеринцы — налево!


(эээ… это командная игра двух факультетов, вроде бы как типа квиддича, Рейвенкло и Хаффлпаф — присутствуют только на трибунах :))



В первом случае, Гарри после того, как уйдет Темный Лорд, сделает шаг вперед, потом еще, подойдет ближе и — немедленно освободит Снейпа. И они вместе, преодолев немалые трудности, совершат побег из логова Волдеморта, чтобы бороться на благо Светлой стороны до самого победного конца.



Во втором, Гарри после того, как уйдет Темный Лорд, сделает шаг вперед, потом еще, подойдет ближе и — еще ближе. Совсем близко. Коснется пальцами поясницы Снейпа… тот вздрогнет от этого первого, легкого и пока еще невинного, прикосновения. И Гарри примет предложенный ему подарок, окончательно выбрав для себя Темную сторону.

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 

Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх