Страница фанфика
Войти
Зарегистрироваться


Страница фанфика

Лжец (гет)


Автор:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Adventure/AU/Romance/Angst
Размер:
Макси | 510 Кб
Статус:
В процессе
Предупреждение:
ООС, AU, Смерть персонажа, Underage, Нецензурная лексика
«Живи по другим законам, Гарри. Лишь ты являешься хозяином собственной судьбы. Я лгал всю свою жизнь, лги и ты. Однажды я совершил огромнейшую ошибку, предав твоих родителей, и сейчас я могу искупить свою вину, оградив тебя от опасностей. Если не хочешь быть избранным - это твое право».
QRCode

Просмотров:191 306 +10 за сегодня
Комментариев:780
Рекомендаций:4
Читателей:2825
Опубликован:19.12.2013
Изменен:05.07.2017
От автора:
— Все, что ты делаешь, это… это… я не знаю, как это назвать.
— Двулично? Завуалированно? Неискренне? Коварно? Криводушно? Уклончиво?
— Все сразу. Почему ты никогда не говоришь и не делаешь ничего в открытую?
— Пусть я сдохну, если я знаю. Серьезно, пусть я сдохну.
(с) Стивен Фрай, "Лжец"
 
Фанфик опубликован на других сайтах:    
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 1. Сны и реальность

К утру первого декабря замок оказался завален снегом по самые окна первого этажа.

Профессор Снейп, который проснулся ровно в четыре тридцать, чтобы проверить состояние кипящей на слабом огне настойки медуницы, первым обнаружил, что в узкие окна подземелий под самым потолком не просачивается блеклый лунный свет. Сориентировавшись довольно быстро и перебудив помимо злого мучающегося приступами мигрени Филча, целого штата домовиков и вечно бодрого Пивза, еще и старост Пуффендуя, Снейп вооружился волшебной палочкой, натянул на себя теплую зимнюю мантию и повел свою команду на очистку территории. Используя тепловые чары, заколдовывая лопаты и просто орудуя метлами, едва проснувшиеся волонтеры стали пробивать себе путь от главного входа хотя бы до заднего двора. Больше всех возмущался Седрик Диггори, которого выдернули из теплой постели, прервав сон с участием Флер Делакур. Однако когда обнаружилось, что карету Шармбатона тоже надо расчищать, Седрик растолкал целую кавалькаду домовиков, и, перекинув лопату через плечо, с воодушевлением рванул в сугроб, за которым скрылась нужная тропинка.

Едва профессор Снейп расправился с одной напастью, за четыре часа проработав на морозе столько, сколько Грюм никогда бы не потребовал от участников Турнира, как на него обрушилась другая в лице директора. Дамблдор, который все это время благополучно спал, нагнал Снейпа уже на подходе к подземельям, без лишних предисловий предложив обсудить насущную тему побега Сириуса Блэка из Азкабана. На самом деле, за те полторы недели, которые прошли со дня выхода в свет знаменательной статьи в "Ежедневном Пророке", взбудоражившей магическую общественность, Снейп порядком подустал от разговоров о Блэке, указов об усилении мер безопасности и нудных пространных бесед Дамблдора.

— В самом деле, Альбус, — процедил Снейп, вытирая рукавом мантии мокрый лоб и откидывая тяжелые темные пряди ото лба. Он прошел мимо притихших студентов Рейвенкло, которым Луна Лавгуд объясняла тему предстоящей контрольной по нумерологии, и свернул в подземный коридор, но Дамблдор не собирался отставать. — Ну что Блэку может понадобиться в Хогвартсе?

— Однажды он предал Лили и Джеймса Поттеров, — надавил Альбус на больное, схватив Снейпа за предплечье и заставив замереть посреди коридора. — Из-за чего погиб их невинный сын. А Питер Петтигрю отправил Сириуса в Азкабан, и теперь Блэком может двигать нечеловеческая жажда мести. Если он доберется до юного Адриана...

— До Гарри Петтигрю? — хмыкнул Снейп и в ответ на недоуменный взгляд добавил: — Мальчишку называют в честь погибшей жертвы Темного Лорда, Альбус. Для Блэка это как красная тряпка для быка.

— У него есть множество причин объявиться здесь, — тихо и с нажимом произнес Дамблдор, и они снова двинулись вперед, ровняя друг под друга шаг. — А уж если Сириус хотел, когда предавал давних друзей, примкнуть к рядам Пожирателей Смерти, то что ему помешает, скажем, сейчас добраться до Невилла и выдать его своему новому хозяину?

Снейп раздраженно выдохнул сквозь плотно стиснутые зубы, что отдалось противным присвистом.

— Наверное, целый ряд охранных заклинаний и расставленные по периметру территории авроры, на присутствии которых вы настояли, директор, — произнес он язвительно. — Именно это и помешает Блэку проникнуть в замок и выкрасть вашего Золотого Мальчика из его люльки под красным пологом.

— Не думаю, — туманно отозвался Дамблдор, или же просто попытался придать многозначительности обыкновенной фразе, выражающей весь уровень его паранойи. Вместе со Снейпом они свернули к перекрестку, который соединял коридор, ведущий к гостиной Слизерина, по которому уже шатались просыпающиеся студенты, и коридор, ведущий к классам зельеварения и древних рун.

Снейп чуть не врезался в целующуюся парочку у небольшого алькова, и, с маской брезгливости проследив за тем, как рука студента направилась непозволительно южнее экватора, рявкнул:

— Петтигрю, Гринграсс, по пять баллов с каждого.

Гарри и Дафна немедленно отстранились друг от друга, и Петтигрю с возмущением возопил:

— Со своего же факультета? За что?!

— Если не хотите, чтобы еще пять баллов слетело за дерзость, придержите язык, мистер Петтигрю, — Снейп, всем своим видом показывая, что, будучи в отвратительном расположении духа, он способен на все, стремительным шагом двинулся мимо, проскользнув мимо Драко Малфоя, который выступал пред небольшой горсткой своих подпевал. Проследовать за Снейпом до самого кабинета, в котором он работал, Дамблдор нужным не счел, и, пробормотав "десять баллов Слизерину", не объясняя своей внезапной щедрости, скрылся за соседним поворотом.


* * *

Астматик проснулся от того, что кто-то пытался его придушить, с хрипом вскинулся на узкой койке в кают-компании и схватился за крепко сжимающие его горло пальцы, немея от дикого первородного ужаса за собственную стремительно ускользающую жизнь. Перед глазами все плыло, он пытался сфокусировать взгляд на том, кто кинулся на него, но все, что маячило перед его взором, подернулось кровавой пеленой. И неудивительно — его глазные яблоки и так уже чуть не вылезли из орбит, а горло распухало от кашля, от мерзкой опухоли, которая медленно, но верно перекрывала ему доступ к кислороду. В голове не было ни единой мысли кроме той, что если кто-то решит искать его убийцу, ему придется славно потрудиться, потому что тот действовал без волшебной палочки.

Ало попытался вскинуть ноги, но колени лишь болезненно заломило, когда он неуклюже скатился на пол от собственных попыток взбрыкнуть, а неизвестный нападающий навалился на него всем телом, тяжело дыша в самое ухо:

— Флаги еще ладно, Тронсхейм, но окручивание Лукас тебе даром не пройдет, — горло внезапно отпустили, и сквозь темные пятна, плывущие по периферии зрения, Ало увидел скривившееся от ненависти лицо Виктора, а потом его накрыла волна удушающего кашля, который ожидаемо перемежался с приступами рвоты. Астматик забрызгал кровью скатившуюся с койки простыню, когда трясущимися руками прижал ее ко рту, Крам с размаху пнул его мыском тяжелого сапога под ребра, и Ало всхлипнул, извергая проклятия на норвежском. Он редко когда переходил на родной язык, но сейчас, когда от желания убить Виктора у него мутило в голове, ругательства на резком северном языке вырывались сами собой.

— Что, Астматик, уже и речь нормальную забыл? — хрипло рассмеялся Виктор, и Ало, которого в новом приступе буквально швырнуло на надраенную палубу, увидел его замызганные грязью сапоги прямо у себя под носом. В кают-компании были они одни. Ночевал здесь же и профессор Каркаров, но он, видимо, ни свет ни заря нашел себе дела поважнее, чем находиться в помещении с двумя участниками Турнира, люто друг друга ненавидящими. — Оставишь Елену, прекратишь гонку за Кубок и тогда получишь от меня персональное право жить.

Ало собрался с силами, чтобы выдавить громкое:

— Катись к черту, — за что немедленно получил бы ботинком по лицу, если бы ступени не скрипнули, и дверь не распахнулась, так что по полу расползлась широкая полоса света снаружи. Прохладный ветер с улицы остудил Ало, дав прочувствовать обжигающую кровь, которая не только булькала во рту, но и стекала к воротнику майки по шее.

— Крам, — хриплый голос профессора Грюма невозможно было спутать ни с чьим, только вот в интонациях его Ало будто бы уловил насмешливое довольство открывшимся зрелищем. Словно Грюм давно ждал, когда кто-то из участников поцапается, чтобы достать бутылочку сливочного пива и пригубить ее, периодически выкрикивая "скучно", или "больше страсти! Больше зрелищности". Ненависть с Виктора незаметно перекинулась на профессора, который спокойно прислонился к дверному проему, уставив волшебный глаз на бледного перепуганного до смерти Крама. — Баллов с вас я снять не смогу. Но назначить взыскание до самого Рождества — запросто. Будете шинковать пауков и варить жаб для профессора Снейпа, или чем он там закусывает. В субботу и четверг каждой недели, — Грюм достал свою неизменную фляжку ("Боги Асгарда, неужели, прямо с утра?" — пронеслось в голове Ало) и неторопливо смачно сглотнул остатки содержимого. — Если рискнете еще раз покуситься на и без того хворающее здоровье Тронсхейма... — Грюм проковылял к валяющемуся на полу Ало и с кряхтеньем наклонился, резко вздернув его за плечо и усадив обратно на койку. Мгновением спустя он пихнул под нос Ало пробирку с чем-то дурно пахнущим, недвусмысленным кивком заставив выпить все залпом. Горло засаднило, словно кто-то всадил в него нож и покрутил из стороны в сторону, а затем боль резко отхлынула, опухоль рассосалась, и Астматик вдохнул полной грудью, почувствовав необыкновенную, почти нереальную легкость. Грюм довольно оскалил рот в улыбке. — Запасы Снейпа полнятся зельями от астмы. Ни к чему тебе страдать, парень, — волшебный глаз тут же крутанулся, уставившись через затылок на все еще бездвижно стоящего Виктора, не смеющего вымолвить ни слова в свое оправдание. — Я, кажется, отвлекся. Мистер Крам, просто знайте, что у меня достаточно связей в магической прессе, чтобы устроить неплохой скандал, из-за которого для вас навсегда закроются двери большого спорта.

Виктор сипло выдохнул, но кивнул, метнув нечитаемый взгляд в сторону хмурого потирающего шею Ало.

— А теперь проваливай, — уже более сурово заявил Грюм. — Три круга по квидичному полю. И, будь уверен, я тебе ноги переломаю, если ты срежешь хоть где-то. А я узнаю, если ты это сделаешь.

Виктор кивнул еще раз, мотнув головой, и потер глаза рукой, словно сомневался, что такое вообще могло с ним произойти, или же просто не верил, что профессор застал его с поличным в такую рань, когда он рассчитывал преподать Астматику неплохой урок. Когда Крам вышел за пределы кают-компании, захватив свою волшебную палочку, Ало с удивлением обернулся к Грюму, тяжело опирающемуся на стоящую возле койки тумбу. Посоха при нем не было.

— Профессор, — осторожно обратился к нему Ало, поднимаясь на ноги. — Откуда вы узнали, что он... Ну, что он хочет меня прикончить?

— Он не хотел тебя прикончить, — хмыкнул Грюм, с прищуром приглядываясь к спартанской обстановке помещения и даже нагибаясь, чтобы оценить миллиметровую толщину матраса на деревянной койке. — Просто поиздеваться. Унизить тебя и заставить упасть духом.

Астматик невесело хмыкнул.

— Что же, у него это получилось.

— Утри сопли, мальчишка, — пробасил Грюм будто бы даже дружелюбно. Он хлопнул Астматика то плечу, а потом заковылял к выходу. — Тебе еще предстоит несколько этапов Турнира. Если не хочешь сходнуть, как Уилл Бэдок, который в тысяча четырехсотом сам сбросился со скал Дурмстранга и снес себе башку при падении, стоит собраться и не поддаваться на провокации.

Уже когда профессор захлопнул, было, за собой дверь, Ало крикнул ему вслед:

— Профессор! Так зачем вы пришли на корабль Дурмстранга?

Грюм обернулся, удивленно вздернув кустистые брови.

— А говорили, ты парень сообразительный. Чтобы не дать Виктору вышибить из тебя легкие, естественно, — он ухмыльнулся, пропадая на узкой корабельной лестнице, ведущей наружу. — У меня в замке свои глаза и уши.

Какое-то время Тронсхейм просто стоял посреди каюты, пол которой привычно и едва ощутимо покачивался из-за мелких волн еще не застывшего Черного Озера. Выходить наружу, чтобы вновь столкнуться с Виктором, не хотелось, но Ало отчетливо помнил, что договорился встретиться с Еленой перед завтраком, и уж собственноручно подстраивать ей встречу с Крамом не хотелось гораздо больше. Поэтому, надев толстовку на молнии, Ало направился к трапу, обнаружив, что Лукас уже бродит по берегу, пиная мелкие камешки сапогами высоких меховых сапог. Ее светлые волосы были стянуты в высокий хвост, конец которого был упрятан под воротник зимней мантии. Когда Елена увидела Ало, на ее лице отобразился такой ужас, что тот невольно засомневался в жидкости, которой его опоил Грюм.

— Что? — вместо приветствия спросил он, неловко замирая в паре шагов от Лукас. В последний раз, когда они виделись, они были изрядно пьяны и безудержно целовались где-то посередине пути от стоянки Шармбатона до корабля Дурмстранга. И теперь Тронсхейм просто не представлял, как себя с ней вести, уж тем более после недвусмысленного намека Виктора на то, что не один Астматик стал жертвой чар обольщения миниатюрной гречанки.

— У тебя. Кровь. По всему лицу. И майка в крови, — Елена достала из кармана волшебную палочку, направив ее на Ало, и произнесла очищающее заклинание, от которого слегка похолодило кожу. Она вздохнула, окинув Ало странным взглядом. — Тебе не холодно? За ночь тут все снегом засыпало, а ты бродишь в одной толстовке.

— Все нормально, — отрезал Астматик, поморщившись.

— Да ну, — Елена нахмурила светлые брови. — То есть, твой внешний вид парой минут назад — это нормально? С кем ты подрался?

— Ни с кем, — буркнул Тронсхейм уныло. — Просто приступ астмы. Заблевал самого себя кровью, обычное дело.

— Ну да, — Елена сложила руки на груди, похоже, ощущая, что разговор у них не клеится. — Я видела Виктора только что. Злого, как Цербер. Он наматывал круги по полю. С какого черта он к тебе прицепился?

— Елена, — резко произнес Ало, впрочем, тут же смягчив тон. Он сделал шаг навстречу, положив ладони ее напряженные плечи, и заглянул прямо в глаза. — Если тебе так нужно докопаться до правды — он хотел размазать меня по палубе за то, что решил, что мы вместе. Ну, вместе, понимаешь?

Елена побледнела, приоткрыв рот и что-то прошептав.

— Я перешел ему дорогу, — невесело усмехнулся Астматик. — Но в результате я просто сказал ему, чтобы он катился к черту.

— Не надо было, — отрезала Елена сухо, стряхивая с себя его руки и сощуривая прозрачно-голубые глаза. — Не надо было ничего говорить ему, ты же прекрасно знаешь, что ничего такого нет.

Ало уставился на нее так, будто впервые увидел.

— Ты хочешь сказать, что предпочла бы мне Крама? — спросил он пораженно с невольно вырвавшимся смешком.

— Я бы просто никого не предпочла, — сказала Елена, обнимая себя руками и облизывая тонкие губы. Она низко опустила голову, будто собиралась с мыслями, и пара светлых прядей выбилась из прически, упав ей на лицо. — Алозиус, прости за то, что случилось на этих выходных. Этого правда больше не повторится... Я не должна была вот так к тебе лезть только потому, что мне захотелось оторваться, и...

— Ты все врешь, — прошипел Ало, схватив ее за локоть одной рукой, а другой вздернув ее подбородок, чтобы смотреть прямо в стеклянные глаза, которые в тот момент ничего не выражали. — Ты все врешь. Потому, что хочешь меня защитить от Виктора. Но я не нуждаюсь ни в защите, ни в жалости.

Он наклонился, прижимая к себе Лукас за талию и жадно горячо поцеловал, едва не клацнув зубами о ее зубы при слабой попытке Елены вырваться. Она на какой-то миг замерла, потом с жаром ответила на поцелуй, запуская пальцы во встрепанную шевелюру Тронсхейма, но тут же вывернулась из его рук, тяжело дыша и касаясь шеи в том месте, куда успел попасть губами Ало, шепнув "ты моя".

— Ты не нуждаешься в жалости и защите, — повторила Елена его слова. — Тебе могли наплести про меня все, что угодно. Что я хитрая, что я изворотливая и лукавая, как сам дьявол. И это правда, но только не тогда, когда дело касается людей, которые нагло воруют мое сердце у меня из-под носа. Я просто... — она нервно рассмеялась, и от этого смеха кожа у Ало на руках покрылась мурашками. — Я не смогу избавить тебя от своего сочувствия. Ты меня рядом с собой не вынесешь, поэтому отойди, пока я не стала для тебя той Еленой Лукас, о которой все говорят.

Ало попытался шагнуть ей навстречу, но Лукас рявкнула:

— Нет! Не надо. Из-за тебя и так во мне слишком многое болит, — она презрительно скривилась, качнув головой, и, упрятав ладони в карманы теплой мантии, стремительным шагом направилась в сторону замка.

Идти за ней Тронсхейм не стал.


* * *

В кабинете защиты от темных сил было так жарко и душно, что Кэти не заметила, как заснула, подложив учебник по истории магии под голову вместо подушки. Ей снилось что-то тревожное и темное, чего она не могла разобрать сквозь несвязные хитросплетения сна. А потом ее за плечо схватил Гарри, его зеленые глаза светились, совсем как кошачьи, и он приложил палец к губам, сказав "слышишь? Кто-то идет в темноте. Белл, ты тоже это слышишь? Они идут за мной, ты должна мне помочь". Кэти проснулась от собственного крика в холодном поту, когда она во сне собственноручно воткнула нож в живот возникшей из тьмы Дафны.

Все, что Белл помнила теперь из сна, так это нереалистично огромную лужу крови и нож в своих руках, а потом закатившиеся глаза Гринграсс и ее обмякшее тело на каменном полу. Кэти закричала не своим голосом и встряхнула руками, словно надеялась отбросить от себя нож, но на деле лишь свернула с парты учебник, с грохотом шлепнувшийся в проходе, и обнаружила себя в классе защиты от темных сил. Часы показывали, что со времени окончания урока прошло без малого двадцать минут, а за высокими стрельчатыми окнами уже успело потемнеть. Несмотря на то, что мгновением назад Кэти окружал легион голосов и шепотков, доносящихся со всех сторон, теперь она была одна в совершенно пустом кабинете. Точнее, почти пустом, потому что рядом с ней стоял Гарри, настоящий Гарри, и тревожно вглядывался в ее лицо, крепко сжимая ее предплечье.

— Кэти, все нормально? — он приложил холодную ладонь к ее пылающему лбу. — Ты просто горишь.

— Я ее убила, — Белл с трудом хватал воздух ртом, захлебываясь собственными словами. — Я убила Дафну! Своими руками. Столько крови, я... Гарри, я ее...

— Успокойся, — Петтигрю нахмурился, и Кэти только тогда поняла, что на нем нет очков, отчего его глаза казались еще ярче, как глаза того Гарри из ее сна. — Успокойся, Кэти, — он перехватил ее взмокшие от пота ладони, сжав в своих. Реальность постепенно вырывала ее из мертвенной хватки кошмара. — Дафна там, она пошла в Большой зал только что. Она живая, тебе все приснилось, — Гарри вздохнул, присев на корточки возле Кэти и заглянув ей в глаза. — Я здесь забыл свой конспект для Грюма, хотел забрать по пути на ужин, и вдруг услышал, как ты кричишь во сне.

— Ужин? — прошелестела Кэти, вновь оглядываясь на часы. Оказалось, что она не посмотрела на часовую стрелку, и решила, что спала совсем немного, хотя на самом деле отключилась на три с лишним часа. Белл ощупала щеку, на которой остался четкий след от жесткого края учебника, а потом вновь взглянула на Гарри. — В моем сне ты говорил, что за тобой идут... — она смутилась своих слов, но почему-то сочла нужным ему это сообщить. — И что тебе нужна моя помощь.

Гарри хмыкнул, доставая из кармана очки в прямоугольной оправе и водружая их на нос.

— Мне кажется, сейчас если кому-то и нужна помощь, так это тебе, — он помолчал немного, а потом добавил мягко: — Моя помощь.

— Было бы неплохо, — Кэти чувствовала себя отвратительно, она даже не спросила у Гарри, как прошло собеседование перед вторым предрождественским туром, потому что все, на чем она могла концентрироваться сейчас, так это безудержное головокружение. Белл положила руку на шею Гарри, что-то сказав, но не расслышав собственных слов из-за шума в ушах. Тот покачал головой, и Кэти наклонилась ближе, чтобы услышать хоть что-нибудь. Он оказались слишком близко друг от друга, Белл вдруг вспомнила о том поцелуе, который так и не смогла у него украсть, потом об убитой Дафне из своего сна — мысль бросала в дрожь, вызывая тошноту.

И прежде, чем Кэти успела сообразить, что падает прямо на руки побледневшего Гарри, она снова закричала.


* * *

— Фред, ты не видел карту Мародеров? — спросил Джордж, когда полез в ящик за прошлогодними конспектами.

— В моем учебнике по истории магии должна быть, — пожал плечами Фред, сев на кровати и отложив "Квиддичный обзор" в сторону. — Эй, ты чего? Нет что ли?

— Неа, — Джордж сдвинул брови у переносицы. — Кто у нас в спальне был сегодня?.. — он пощелкал пальцами. — Ну, свои парни. И Кэти забегала за чернильницей? Она еще куда-то спешила, странная такая была. Хотя она в последнее время всегда странная чуток.

— Ты думаешь, она карту стащила? — фыркнул Фред недоверчиво, но все же достаточно разволновался, чтобы вскочить и попытаться приманить карту заклинанием. Это не помогло, и тогда он вцепился пятерней в рыжие волосы. — Да ну не может такого быть!

Джордж хмыкнул, листая оставленный в ящике учебник по истории, а потом вдруг показал опешившему брату титульный лист, на котором было размашисто написано "Кэтрин Белл".

— Она стащила у нас учебник вместе с картой, заменив его на свой, — произнес Джордж озадаченно. — Вот тебе и все странности.

Глава опубликована: 15.12.2014


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 780 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх