Клан костей (джен)

Война. Это слово, выжженное на сетчатке, было единственным, что оставалось от прежнего мира. Земля под ногами попаданца, облаченного в цвета и кости клана Кагуя, была покрыта не только пылью, но и слоем пепла, перемешанного с кровью. Вокруг, словно жуткие скульптуры, застыли тела его соклановцев, павших жертвой собственного безумия — безудержной тяги к битвам, что привела клан к краю пропасти. Его разум, чужой, но отныне слившийся с этим телом, отказывался принимать такой финал. Безумие, которое он ощущал в воздухе, в каждом призрачном движении мертвых, стало для него сигналом к бегству.

Поле боя представляло собой сюрреалистическую картину смерти и хаоса. Кости, сросшиеся в причудливые, острые формы, торчали из земли, словно надгробия. Некоторые из них были окровавлены, другие — обломки того, что когда-то было живыми существами. Вокруг валялись тела его соклановцев, искаженные уверенностью или спокойствием смерти. Оружие, кунаи и костяные клинки, были разбросаны повсюду, некоторые все ещё сжимались в окаменевших пальцах. Запах железа и разложения висел в воздухе, проникая в легкие и вызывая тошноту. Казалось, сама земля стонала под тяжестью этого опустошения.

Вдохнув горький воздух, пропитанный запахом смерти и стали, он отвернулся от поля брани, ставшего могилой. Его новое тело, закаленное в битвах, но еще не сломленное, несло в себе знание о том, что этот путь ведет лишь к полному уничтожению. Он бежал, прочь от этого кровавого карнавала, ведомый отчаянным желанием найти тех, кто еще мог дышать. Он шёл, его зрение, обостренное инстинктом выживания, выискивало малейшие признаки жизни. Он находил тела, но среди них, словно драгоценные камни в груде пепла, мелькали силуэты детей и подростков. Они прятались, дрожали, но были живы. Среди них, бледный и худой, но с непоколебимой силой в глазах, стоял Кимимаро Кагуя.

* * *

Путь в Страну Водоворота с детьми занял больше времени, чем он предполагал изначально.

Дни превратились в недели. Он шел, ведя за собой небольшую группу детей, их маленькие ноги несли их через выжженные земли, через остатки войны. Путь в Страну Водоворота был долгим и опасным, но его решимость была непоколебима. Он чувствовал, как связь с прошлым клана Кагуя ослабевает, а новая связь, с этими детьми, с будущим, становилась сильнее. Они шли, ведомые единственной надеждой — найти убежище, найти новый дом.

* * *

Наконец, они достигли деревни Водоворота. Старый, морщинистый глава клана Узумаки, Узумаки Ашина, встретил их с недоверием. Но попаданец, вложив всю свою силу в слова, предложил то, чего не могли дать ни сила, ни клятвы — информацию. Информацию о предательстве Конохи, о грядущей войне, о неминуемом уничтожении деревни Водоворота. Он говорил о плане Данзо и Третьего Хокаге, о желании истребить не только клан Кагуя, но и кланы Хатаке и Сенджу. Он предлагал доказательства, если глава Узумаки напишет им. Это было рискованно, его легенда считая белыми нитками и плохая репутация клана Кагуя, не помогали в этом деле. Но это был единственный шанс на жизнь.