Лёд и пепел (джен)

Снег шёл тяжело, словно весь Ленинград провалился в белую пустоту. По узким улицам, залитым ледяной коркой, шли люди, стараясь не упасть.

Валя держала за руку младшего брата, Сашу. Его щеки были красными от холода, а глаза — пустыми, как будто внутри не осталось ничего, кроме страха и голода.

— Ещё немного, Саша… — шептала Валя, и сама ощущала, как ноги отказываются слушать тело.

Вдали прогремели орудийные залпы. Звук казался не просто громким, а живым, будто сам город кричал в пустоту.

— Мы должны прорваться к Неве, — сказал рядом с ними молодой солдат, Пётр. Его форма была изодрана, а лицо покрыто ледяной коркой пота и снега. — Там колонна для эвакуации, от нас зависит… — он замолчал, видя выражение лиц людей.

Город был похож на замерзший организм. Каждая улица — артерия, каждая трещина в стенах — открытая рана. А люди — клетки, которые отчаянно держались друг за друга, чтобы не погибнуть.

— Сколько мы ещё сможем идти? — тихо спросила Валя.

Пётр посмотрел на неё и улыбнулся сквозь усталость.

— Пока не прорвёмся, — сказал он. — Пока хоть кто-то идёт, город жив.

Мороз хлестал лицо, но они шли. Снег скрипел под ногами. И каждый шаг был как маленькая победа над смертью.

И где-то среди ледяных улиц, между руинами домов, люди шептали друг другу о будущем, которого никто не видел, но за которое стоило бороться.