Неожиданное свидание (гет)

— Малфой, ты в своём уме? Головой нигде не бился? Я — с тобой на свидание?! — воскликнула Гермиона, широко раскрыв глаза от изумления.

Малфой лишь усмехнулся, небрежно поправив манжету мантии.

— Удивительное дело, Грейнджер, но да — именно это я и предлагаю. Не вечно же тебе торчать в библиотеке с книжками.

— Ты… ты просто просто пытаешься меня задеть! — Гермиона скрестила руки на груди. — Какой-то очередной слизеринский розыгрыш, да?

— Никаких розыгрышей. — Он сделал шаг ближе, глядя ей прямо в глаза. — Просто свидание. Одно. Без подвохов, без подколов. Если тебе не понравится — считай, что ничего и не было.

Гермиона недоверчиво прищурилась. В его взгляде не было привычной насмешки — только странная, почти тревожная серьёзность.

— И что это вдруг на тебя нашло, Малфой?

Он ненадолго замолчал, словно подбирая слова, потом тихо произнёс.

— Может, я просто устал быть тем, кем все меня считают.

Тишина повисла между ними, нарушаемая лишь отдалённым гулом школьного коридора. Гермиона медленно опустила руки, взгляд её смягчился.

— Ладно. Одно свидание. Но если это шутка — ты об этом пожалеешь.

Малфой улыбнулся — на этот раз по-настоящему, без тени сарказма.

— Принимаю условия. Завтра в шесть у озера.

Следующий день Гермиона провела в непривычной рассеянности. Мысли то и дело возвращались к неожиданному приглашению Малфоя. Она то убеждала себя, что это очередной хитрый план, то невольно представляла, как всё может пройти.

Часы тянулись невыносимо медленно. Гермиона несколько раз порывалась отменить встречу, но что-то удерживало её от этого шага. Возможно, любопытство. А может, та странная нотка искренности, которую она уловила в голосе Малфоя накануне.

~~

Без пяти шесть Гермиона стояла у кромки озера, нервно сжимая край мантии. Вечерний ветер играл её непослушными волосами, а закатные лучи окрашивали воду в золотисто-розовые тона. Она уже начала сомневаться, придёт ли он вообще, когда заметила фигуру, приближающуюся по тропинке.

Малфой выглядел непривычно… спокойным. Ни насмешливой ухмылки, ни высокомерного взгляда — только лёгкая напряжённость в плечах.

— Привет, — произнёс он, остановившись в паре шагов от неё. — Я принёс… вот.

Он протянул ей корзинку. Внутри которой был чай, пирожные и пара шерстяных пледов.

— Думал, может, посидим у воды. Если ты не против, конечно.

Гермиона удивлённо приподняла бровь.

— Ты… серьёзно подготовился?

— Ну, — он слегка пожал плечами, — я же обещал без подвохов.

Она молча взяла один из пледов и расстелила его на траве. Малфой сел рядом, осторожно поставила корзину между ними. Несколько мгновений они просто смотрели на закатное озеро, слушая плеск волн и далёкие крики птиц.

— Знаешь, — тихо начал Малфой, не отрывая взгляда от воды, — я давно хотел поговорить с тобой… по-настоящему. Без всех этих колкостей и пререканий.

Гермиона повернулась к нему, в глазах её читалось неподдельное удивление.

— И о чём же?

Он глубоко вздохнул, словно собираясь с духом.

— О том, что возможно, я был не прав… во многом. И о том, что ты — одна из самых удивительных ведьм, которых я знаю.

Тишина снова опустилась между ними, но теперь она была иной — не напряжённой, а почти уютной.

Гермиона молчала, обдумывая его слова. Закат разливался по небу всё ярче, отбрасывая на её лицо тёплые оттенки — золото, алый, мягкий пурпур.

— Ты говоришь это так… серьёзно, — наконец произнесла она, чуть склонив голову. — И я не знаю, что на это ответить.

Малфой кивнул, не отводя взгляда от воды.

— Я и не жду ответа. Просто хотел, чтобы ты знала.

— Знаешь, — тихо сказала Гермиона, — я тоже много думала в последнее время. О том, как мы все… цепляемся за старые роли. Как будто без них нас просто не существует.

— И что, если это правда? — усмехнулся Малфой, но без прежней язвительности. — Что, если я на самом деле просто высокомерный слизеринский задира?

— Нет, — она посмотрела ему в глаза. — Ты человек, который принёс плед и чай. Который сейчас сидит здесь и говорит то, что действительно думает.

Он замер, словно не веря своим ушам. Потом медленно улыбнулся — по-настоящеиу без маски.

— Значит, мы оба сегодня не те, кем привыкли быть.

— Возможно, — Гермиона слегка пожала плечами. — Но, знаешь, это не так уж плохо.

Они снова замолчали.

— Чай остывает, — заметил Малфой, кивая на корзину.

— Тогда давай пить, — улыбнулась Гермиона.

Он разлил ароматный напиток по кружкам, протянул ей одну. Она обхватила её ладонями, согреваясь.

— Кстати, — вдруг сказала она, — а что за чай?

— Чёрный, с бергамотом. Я помню, ты его любишь.

Гермиона удивлённо подняла брови:

— Ты помнишь?

— Да. — Он слегка покраснел. — Я много чего помню.

Она не стала уточнять, что именно. Просто сделала глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу.

— Хорошо здесь, — прошептала она.

— Да, — согласился Малфой. — Хорошо.

Вечер плавно перетекал в ночь. Небо потемнело, и над озёром зажглись первые звёзды. Ветер стал прохладнее, но плед уютно согревал плечи Гермионы.

— Никогда бы не подумала, что ты умеешь так… слушать, — тихо сказала она, глядя на мерцающую воду. — Обычно ты только и делаешь, что язвишь.

Малфой слегка улыбнулся.

— Наверное, потому что раньше мне не с кем было просто… разговаривать. Всё всегда сводилось к статусу, к фамилии, к тому, кем меня хотят видеть.

— Понимаю, — кивнула Гермиона. — Иногда кажется, что мы все застряли в своих ролях. Как будто нельзя просто быть собой.

Он повернул к ней голову.

— А кто ты, Гермиона? Не отличница, не «самая умная ведьма своего поколения», а просто… ты?

Она задумалась, подбирая слова.

— Я… люблю запах старых книг. И когда дождь стучит по подоконнику.

Малфой тихо рассмеялся.

— Вот это уже интереснее. А я… терпеть не могу брокколи. И обожаю летать, но отец всегда считал, что квиддич недостоин наследника рода Малфоев.

Гермиона удивлённо приподняла брови.

— Ты серьёзно? Ты же отличный ловец!

— Был, — он пожал плечами. — Пока не понял, что это всего лишь игра, за которую мне вечно выговаривали.

Они снова замолчали, но теперь в тишине звучало что‑то новое — лёгкость, которой раньше не было.

— Знаешь, — вдруг сказала Гермиона, — я рада, что пришла.

— Я тоже, — ответил Малфой, и в его голосе не было ни тени притворства.

Где‑то вдали прокричала сова. Звёзды отражались в воде, и озеро казалось бесконечным, как их разговор, который только‑только начинался.

— Может, ещё чаю? — предложил Малфой, потянувшись к термосу.

— С удовольствием, — улыбнулась Гермиона.

И когда он налил ей горячий напиток, их пальцы на мгновение соприкоснулись — случайно, но так тепло, что оба замерли. Потом рассмеялись, и это был настоящий смех, без масок и преград.

Ночь опускалась на Хогвартс, а у озера рождалось что‑то новое — тихое, хрупкое, но живое.