Лучший друг (джен)

Солнечные лучи светили в окно, освещали закрытое пространство, падали на письменный стол. В кабинете стояла полнейшая тишина. Несравнимая с пением птиц, шумом качающихся листьев и веток на деревьях от умеренного ветра. По бокам стола лежали стопки всяких разных бумаг, документов. В середине дожидались своего времени несколько чистых листков и лежащая рядом шариковая ручка. За столом на стуле сидел Гордон Лашанс.

Его сосредоточенный взгляд был направлен в окно, через которое он смотрел на облака, плавно перемещающиеся, менявшие свою форму и соединяющиеся между собой. Смотрел он на них уже всё то время как зашёл в кабинет. Примерно двадцать минут. Вообще, пойти за рабочее место, его с утра как-будто сами вели ноги. И они вели его не просто так. В голове, в потайных уголках мозга Горди снова всплыли на поверхность воспоминания. И он хотел излить свои мысли на бумагу. Однако, сев на стул, его мысли уплыли далеко как облака. Мужчина толком сам не понимал что именно хочет записать, но чувствовал, что если сделает это, то ему станет легче.

И вот, он сидел так уже двадцать минут, смотря в окно. Смотрев только туда сосредоточенным лицом, оно вдруг стало расслабленным. И Горди... улыбнулся. Улыбка вышла горько-печальной. Он отвёл взгляд с окна, посмотрел на бумагу, взял ручку. И его рука аккуратно, не спеша стала писать:

Лучший друг

В какой-то момент своей жизни я возвращаюсь мыслями в 1959 год. Этот год... Он был для меня одновременно и печальным и... самым лучшим из тех что я проживал. Ни один другой я не вспоминал так часто и трепетно.

Весной, в апреле, тогда погиб в автокатастрофе мой старший брат. Денни, который из всех членов моей семьи обращал на меня больше всего внимания. Его гибель стала для меня большим потрясением. Таким, что я даже ни разу не плакал, когда узнал трагическое известие. И на похоронах тоже. Это был трудный временной период для меня. Только в конце августа, когда должны были закончиться летние каникулы, я заплакал, представив, что вместо Рея Брауэра был Денни. За долгое время я наконец сделал это.

И... вспоминая это, я не могу не сказать, что почувствовал не только облегчение после пролитых слёз, но и получил утешение, сочувствие и понимание.

От моего лучшего друга — Криса Чемберса.

Крис знал что и сколько для меня значил брат. И потому сидя там, с ним на поваленном дереве у реки и плача у него на плече, я получил от него утешение.

Я до сих пор помню, как Крис сказал, что когда-нибудь я стану великим писателем. И что даже смогу написать о нас четверых — обо мне, Крисе, Тедди и Верне книгу. Его слова были искренними. Он действительно верил в меня, в мои писательские способности как никто другой...

Книга о том, как я вместе с тремя друзьями отправился по рельсам в лес, искать труп Рея Брауэра, была написана мной уже после смерти Криса.

И... я признаюсь, что... написал её основываясь на своих чувствах. Я хотел написать в ней всё так, как было взаправду. Как видел мир я, тогда ещё двенадцатилетний мальчишка. Мальчик, для которого дружба с лучшим другом была важна.

Я также хотел в точности, по памяти написать и о Крисе Чемберсе — мальчике из неблагополучной семьи. Мальчик, которого знали все жители небольшого городка и видели его в будущем... Что тут сказать? Каждый видел его будущее по-своему. Одни предрекали ему карьеру пьяницы, другие — насильника и хулигана. В общем, не ждали от него ничего хорошего. Но они не видели, нет, не хотели видеть какие у него мысли, взгляды на окружающий мир. Жители Касл-Рока излучали по отношению к Крису только призрение и безразличие. Тогда как он хотел лишь одного — чтобы кто-то его понял и побыл рядом...

Крис и я были очень близки. Мы оба знали что являемся друг-другу лучшими друзьями, хотя никогда этого между собой не произносили вслух. Мы это... чувствовали? Просто находясь рядом.

Когда Криса не стало... Я пребывал в том же состоянии, что и при утрате Денни. Но этот период был в разы тяжелее. Я бы сказал... это было болезненно для всей моей души...

Я не виделся с Крисом до этого уже десять лет. Но... Это не означало, что я не мог не почувствовать горе. И самое грустное, меня никто не смог бы утешить, как утешал сам Крис...

Я... достаточно часто вспоминаю его...

Крис уехал из Касл-Рока, у него была успешная карьера адвоката. Можно сказать, он был счастлив. И он заслуживал прожить дольше... Его жизнь оборвал один удар ножом в горло... И всё... У Криса отняли жизнь, а вместе с ним — часть меня...

Я пишу это, представляя тебя, Крис. Молодого. Вечно молодого, ушедшего из этого мира, но не ушедшего из моих воспоминаний...

Ты всегда со мной, Крис... Ты и я всё ещё вместе...

Мой лучший друг, ты ушёл

Ты всегда останешься молодым

Но ты не уйдешь из моих старых воспоминаний

Я помню и всегда буду помнить тебя...

КОНЕЦ