Лёгкие деньги (джен)

В какой момент я понял, что всё закончится именно так? Когда почувствовал чужое дыхание за спиной? Когда согласился выполнить странную просьбу красивой незнакомки? Когда четыре часа плутал по густому лесу в поисках этой проклятой гостиницы? Глядя на себя со стороны — вокруг столпились люди в белом — думаю: в тот момент, когда моя авантюрная натура почуяла лёгкие деньги. Всего-то и требовалось год поработать водителем у удачливого владельца гостиничного бизнеса. Один год — и я бы смог вернуться к своим изысканиям, ради которых я брался за куда более тяжёлую чёрную работу. На какой-то год забыть о собственной жизни, амбициях, стремлениях.

Смотрю на своё изломанное тело и отстранённо размышляю: стоило задуматься, когда увидел в договоре цифру, в семь раз превышающую стандартный оклад. Похоже, для меня семь — совсем не счастливое число. Но в тот момент мне так приятно было обманывать себя: гостиница далеко за чертой города, у работодателя сложный характер и много, бесстыдно много денег, ненормированный рабочий график, никакого соцпакета... Да такой и должна быть оплата тяжкого труда современного извозчика при таких некомфортных условиях.

Первые пару месяцев я чувствовал, что Фортуна не просто повернулась ко мне лицом, но взяла под руку и, кокетливо улыбаясь, ведёт прямиком к успеху. Ничто не казалось подозрительным: ни наигранная беспечность персонала захолустного отеля, ни нелепые предостережения, невесомыми намёками оседающие на моём подсознании, ни движение за окнами, а порой и внутри здания, от которого, признаюсь, холодок пробегал по спине. Но ведь всё это так незначительно, когда перед носом маячат лёгкие деньги.

Притворяться слепым стало трудно после знакомства с Ней. Боже, как же она была хороша! Длинные ноги, тонкая талия, красивые глаза. И этот голос! Ей не было нужды тратить время и усилия на то, чтобы втереться в доверие. Не было необходимости что-то объяснять. Я всё равно почти не вникал. Достаточно было отдать распоряжение этим своим голосом... Я бы сделал всё, что потребуется, всё, чего Она захочет. Хотела она не так уж многого: молчание, бдительность и с десяток тонких, освещённых в церкви серебряных ножей. Но ведь всех свои странности. Я нашёл только четыре. До ближайшей часовни добраться уже не успел.

Всматриваясь в своё мертвенно-бледное лицо, задаюсь вопросом: не слишком ли высока цена за пару случайных касаний холодных пальцев и один признательный взгляд ртутно-серых глаз? Не уверен. Но будь у меня возможность вернуться назад, единственное, что я бы изменил — проявил бы больше ответственности в отношении второго её пожелания. Будь я чуточку внимательней, я бы заметил нервозность и подавленность персонала. Злость, так и источаемую владельцем гостиницы. Страх, с которым покидали это место строители и реставраторы, едва закончив работы и даже не до конца разобрав леса. Прояви я ту самую бдительность, я бы почувствовал угрозу до того, как она нависла надо мной, подобно дамоклову мечу. Я бы задумался, зачем я мог понадобиться работодателю в два часа ночи. Я бы заметил молниеносное движение до того, как ощутил чужое дыхание у своего виска. Я бы вывернулся из стальной хватки, не растерявшись при виде нечеловеческой руки, выкручивающей моё плечо до хруста.

Угрюмо уставившись на умелые руки профессионалов, порхающие над моей умирающей оболочкой, я не строю предположений, по силам ли им вернуть меня к жизни, но прокручиваю в голове вбитую в неё с детства так опрометчиво проигнорированную простую истину : «Лёгких денег не бывает».