Ключ от его сердца (гет)

Соник ржал. В голос. Стуча кулаком по стенке, а второй рукой хватаясь за живот — настолько ему было невмоготу сдержаться. Шедоу смотрел на скорчившегося от хохота ежа, с трудом сохраняя безразличный вид и просто ожидая, когда уже закончится это неуместное веселье. В кулаке он сжимал ключ. Металл переливался синим, а навершие, изображавшее силуэт иголок, подмигивало овалом небольшого изумруда.

— Нет, подожди, давай ещё раз, — Соник всё же смог ненадолго с собой совладать. — Из всех возможных вариантов, ключ от МОЕГО сердца достался именно ТЕБЕ! — и снова заржал.

— Ты сейчас досмеёшься до того, что я его использую, — лицо тёмного ежа всё же исказилось гневом. Шедоу уже в самом деле очень хотел всадить чёртов ключ в этого шута, только не в сердце, как полагается для активации, а в печень. И провернуть пару раз — ключ всё-таки. — Посмотрю, как тебе будет весело, когда жить без меня не сможешь.

На сверхскорости синий отскочил от соперника, замахав руками:

— Да ты сам и минуты не выдержишь, если я начну за тобой бегать! Не говоря уже о целых сутках!

— Что правда, то правда, — Шедоу протянул ключ Сонику. — Забирай эту дрянь.

— У меня не может быть два ключа, — напомнил синий правила загадочной игры.

— Значит, обмен.

Чуть насторожённо приглядевшись к тёмному, Соник начал шарить по иглам, выуживая доставшийся ему ключ. Обмен состоялся. Синий сам применил на себе волшебную вещицу, и светящееся клеймо, в виде замка на его груди, исчезло.

Вскоре оба вернулись из коридора в праздничный зал, где Сопротивление проводило вечеринку-корпоратив. Лампы здесь были выключены, вместо них пространство освещали гирлянды и светомузыка, бесчисленными всполохами отражающиеся на серебристых украшениях: дождик, приклеенный прямо к потолку; мишура, развешанная по стенам и особенно щедро наброшенная на пышную ёлку в центре.

У Шедоу в глазах рябило от обилия блестяшек. Ни за что бы здесь не появился, если бы не обещание, данное почти случайно… Это произошло несколько недель назад, на одном из концертов Сабрины Карпентер, куда он ходил вместе с Роуз. Она так вдохновлённо рассказывала о грядущем празднике и так мило намекала, что ежу следовало бы на него прийти, что когда дело дошло до прямого приглашения, Шедоу не смог отказаться.

Алые глаза переместились на новый ключ в ладони. Большой розовый бриллиант в форме сердца украшал изящную, выбеленную серебряную форму, перетекающую в заострённые чёрные крылышки.

«Руж определённо будет в восторге от своего ключа», — подумал Шедоу, но несколько ошибся в ожиданиях, что мышка вырвет это ювелирное изделие из его рук, как только увидит.

— Это же прекрасно, Шеди! А теперь храни его как зеницу ока и никому не давай, — заявила она после встречи в укромном уголке и демонстрации трофея.

— Не хочешь его забрать?

— Ни за что! — Руж даже ладошкой замахала. — Я не собираюсь выходить из игры.

— Это неразумно, — заметил ёж.

— Неразумно сбегать из казино, сорвав джекпот, но не забрав деньги! — мышка торжественно продемонстрировала массивный красный ключ, простой и грубый в основании, но зато с ещё более крупным, чем у ключа мышки, сиреневым камнем.

— Наклз, — вздохнул Шедоу, осознавая, что подругу из этой глупой игры он уже точно не вытащит.

— Именно! — пропела мышка. — Смотри, вон он, у ёлки, — Руж потянула напарника за плечо, заставляя посмотреть куда просят. — Ах, ну какой мужчина…

— Ага, — прозвучало со скепсисом. — Тогда бери уже его в охапку и валите отсюда.

— Эй, ну ты чего? — напарница попыталась стукнуть Шедоу, но тот привычно увернулся от тычка в плечо. — Ты же пришёл на праздник! Сам! Я тебя в этот раз даже не заставляла. Если не хочешь веселиться, то хотя бы не мешай другим!

Тёмный ёж стал угрюмее тучи.

— Хочу найти свой ключ, — пояснил он. — С его помощью кто угодно способен легко взять контроль над моими мыслями, а это недопустимо.

— Вот что тебя беспокоит, — Руж оторвала взгляд от красного объекта наблюдения и посмотрела на напарника. — Ну что ж, может, оно и к лучшему. Может, этот кто-то наконец снимет слой льда с твоего сердца.

В ответ Шедоу только фыркнул, выражая максимальное презрение к подобной перспективе.

— Ладно, пойду поправлю макияж и в бой! Следи за Наклзом, чтобы он никуда не смылся.

Оставив указания и подхватив сумочку, мышка торопливо ушагала, стуча высокими каблуками. Оставшись один, Шедоу действительно сконцентрировал внимание на ехидне, задумавшись и крутя белый ключ в пальцах. Внимательный взор зафиксировал мимолётный розовый блик в руке будущей жертвы Руж. Ёж замер.

Там точно был ключ, и догадка о том, кому он мог принадлежать, словно камень, брошенный в воду, всполошила ровную цепочку мыслей. Решительно перехватив охраняемый ключ в кулак, Шедоу двинулся в сторону ёлки.

Наклз вглядывался в толпу и не ожидал, что кто-то приблизится, но конечно же не испугался внезапной мрачной компании, хотя и восторга не испытал.

— Чего тебе, Шедоу? Я занят…

— Ты на мушке у Руж, — сразу сдал напарницу ёж. Лицо ехидны вытянулось. — У неё твой ключ, — а теперь морда собеседника ещё и покраснела, а глаза нервно забегали.

— Она же… не собирается…

— Собирается, — припечатал Шедоу, выдержал паузу и только теперь показал изящный белый ключ.

Сиреневые глаза жадно заблестели. Надо же, почти так же, как у Руж.

— Предлагаю обмен.

Услышав эти слова, Наклз словно опомнился и отрицательно замотал головой:

— Нет, не могу.

Тёмный нахмурился, метнув короткий взор на зажатую ладонь ехидны, откуда действительно выглядывал кусочек розового металла. Шедоу должен хотя бы посмотреть на него…

— Уверен? Если возьмёшь её ключ, то окажешься с ней в равных условиях. Или ты уже готов влюблённо бегать за Руж? — в голосе ежа Наклз ощутил скрытое давление, но не поддался.

— Да уж побегаю денёк, не сломаюсь! — демонстративно фыркнул ехидна, снова целиком покраснел и отвернулся.

— Я могу дать слово, что не буду использовать тот ключ, что ты так тщательно сторожишь. Кому бы он ни принадлежал.

Наклз покосился на него с сомнением. Это начинало злить.

— Спустя столько времени я до сих пор не достоин вашего доверия? — невесело усмехнулся ёж, и этим ему удалось смутить собеседника.

Никто не мог поспорить с тем фактом, что Шедоу с командой Дарк не раз приходили на помощь Сопротивлению и давно стали незаменимой частью слаженного механизма по защите мира. А что насчёт давних злодейств? Так за Наклзом тоже водятся грешки прошлого.

— Обманешь — закопаю! — решился красный.

— Я держу слово, — тёмный скрыл победную усмешку за профессиональным ровным тоном.

Наклз коротко кивнул и выхватил ключ от сердца прекрасной белой мышки, вместо него вложив в руку ежа совсем другой, не менее завораживающий: светлый металл с нежным розовым отливом изгибался в форме ажурного сердца вокруг гладкого камушка нефрита той же формы, обратный конец по силуэту напоминал молот.

Любование артефактом не помешало заметить появления белой мышки в зале. Шедоу решил скрыться прежде, чем его увидят, догадаются о произошедшем обмене и начнут справедливо отчитывать. Теперь ему надо было найти хозяйку добытого ключа.

Сделать это оказалось сложнее, чем ожидалось, но упорства и терпения тёмному ежу не занимать, так что, обыскав здание почти целиком, он всё же встретил розовую ежиху на балконе.

Облокотившись на ограждение, она в глубокой задумчивости следила за снежинками, неспешно кружащими в воздухе в свете уличных огней города. При виде цели Шедоу остановился в дверях. Чтобы не напугать девушку внезапным вторжением, он позвал её издалека:

— Эми?

Та всё равно оказалась застигнута врасплох: ойкнула и резко обернулась, пряча что-то в карман. «Наверняка ключ. Интересно, чей?» — мелькнуло в голове тёмного.

— Шедоу? Зачем ты здесь?

— Тебя ищу. Ты куда-то пропала, хотя так ждала этот ваш корпоратив. Меня, главное, притащила, а сама сбежала.

— Я не заставляла тебя приходить, — девушка обиженно надулась, но почти сразу сменила гнев на удивление: — Ты правда пришёл!

— Я же пообещал, — с нарочито недовольным видом напомнил он.

— Не представляешь, как я рада тебя видеть! — она улыбнулась и хлопнула в ладоши.

А потом наступила тишина. Шедоу как-то поздно сообразил, что стоило ответить взаимностью, сказать, что ему тоже приятно встретиться, но момент оказался упущен, Эми сменила тему:

— Ой, а тебе не холодно?

Тут ёж почти возмущённо вздёрнул бровь:

— За кого ты меня принимаешь, Роуз?

— За того, кто вышел на улицу в мороз в рубашке!

Шедоу безразлично пожал плечами. Выбирая одежду на этот вечер, он вообще-то старался, чтобы хоть немного соблюсти условный праздничный дресс-код и при этом не изменить собственным принципам. Красная рубашка под привычные чёрные брюки показалась ему отличным выбором. А теперь, чуть подумав и поймав забавную мысль, он принялся одной рукой расстёгивать пуговицы. Эми опешила, следя за сноровистыми пальцами и подозрительно краснея.

— Т-ты чего делаешь?

Стянув красную ткань, Шедоу ответил:

— Тебе чем-то не угодила рубашка. Так лучше? — он раскинул руки, как бы предполагая, что теперь на заснеженном балконе он выглядит гармоничнее.

Круглыми глазами Роуз уставилась ежу… в глаза. Да, в глаза. Не сразу оттянув внимание от обнажённого торса, но всё же. Вглядываясь в, казалось бы, абсолютно безразличное лицо тёмного, она явно пыталась понять, это он просто дурак или над ней издеваются? Шедоу тщательно сохранял невозмутимость, но каким-то образом Эми всё равно его прочла:

— Смеёшься?

— Только если самую малость, — не стал отпираться тёмный.

— О, Хаос, оденься! — розовая наконец смущённо отвернулась.

— Зачем? — он лишь закинул рубашку на плечо, в тайне наслаждаясь реакцией Эми. — Мне не холодно, а отсутствие одежды не является девиантностью для мобианца.

— Всё равно непривычно!

С возрастом Шедоу действительно стал носить одежду почти постоянно. То ли оттого, что чаще остальных контактировал и работал с людьми, то ли просто ему нравилось подчёркивать собственный стиль и отличия с фейкером, который культуру одежды всё ещё не воспринимал.

— Вообще-то, я к тебе по делу, — вспомнил Шедоу.

Эми после этих слов как-то поникла, но снова обернулась и посмотрела на него, с трудом проигнорировав тот факт, что обратно надеть рубашку никто не удосужился.

Без лишних слов ёж продемонстрировал розовый ключик. Девушка застыла, на этот раз распахнув не только глаза, но и рот. А ещё на её щеках снова заиграл красный оттенок. Шедоу засмотрелся на эту милейшую мордочку, вдруг очень захотел нарушить данное совсем недавно обещание. Подумать только, одно движение — и на целые сутки её сердце будет принадлежать только ему. Слишком заманчивая мысль для того, кто долгие годы в самых тёмных уголках души хранил особые нежные чувства к этой девушке... Пришлось сделать над собой немыслимое усилие, чтобы ничего не предпринять.

— Я не собираюсь его использовать, — заверил он, — можешь не бояться.

— А? Да? — чуть растерянно уточнила Эми, а после утвердительного кивка добавила, потупив взор: — Понятно.

И это всё? И никаких подозрений? Никаких «Спасибо»? Не то, чтобы Шедоу нужны были благодарности, а тем более недоверие, но в случае с Эми такая пресная реакция выглядела странно.

— Ты можешь забрать его, — ёж подошёл ближе, протягивая ключ.

— Не могу. По правилам у нас может быть только один…

— Обмен? — уже привычно предложил тёмный ёж.

Девушка замялась и сунула руку в карман, куда ранее спрятала неизвестный ключ.

— Не могу его отдать…

— Почему? — Шедоу сощурил взгляд.

— Просто… не могу.

Брови ежа сдвинулись. Ему необходимо было, чтобы она забрала этот чёртов ключ, потому что искушение воспользоваться им слишком велико. Тёмного останавливало лишь понимание, что привязывать к себе чужое сердце таким способом абсолютно несправедливо. Тем более, что магия не продлится дольше суток, по истечению которых всё вернётся на круги своя, оставив ещё больше тоски и пустоты на душе. А Роуз после подобного насилия едва ли захочет ещё хоть раз с ним встретиться.

— Чей ключ тебе попался? Кого ты так оберегаешь от меня? — попытался он выяснить, чтобы решить проблему.

Роуз только мотнула головой и ничего не сказала.

— Точно не Соника, — продолжил вслух размышлять Шедоу, — он уже вышел из игры.

— Уже? — почти не удивившись, Эми тихонько засмеялась. — Соник как всегда первее всех!

На это Шедоу тактично промолчал. Поняв, что ни обмена, ни ответов не будет, он убрал розовый ключ в карман брюк — подальше с глаз — и подошёл к баллюстраде, чтобы окинуть взором праздничный ночной город, мигающий множеством цветных огней: сейчас это были не только уличные фонари, да рекламные баннеры, но и гирлянды с новогодними вывесками. Несмотря на то, что большинство народу уже разбежались по домам, всё равно было шумно: из соседних зданий доносились разная музыка, весёлый гомон и громкий смех. Но, конечно, больше всего шуму шло со спины, с территории Сопротивления, где во всю веселились известные герои. Только сейчас Шедоу заметил царствующую там глупую шутливую музыку с примитивным однообразным ритмом, которую ранее подсознательно игнорировал.

— Кто готовил плейлист? — поинтересовался ёж.

— Должна была я, но… — Эми виновато опустила ушки. — В последний момент я потеряла флешку. Ребята теперь включают всё подряд, что находят.

— Мои уши отказываются это воспринимать, — заявил Шедоу и исчез во вспышке Хаос-контроля.

Недоумённо моргнув, Эми заозиралась. Неужели ему настолько не понравилась музыка, что он предпочёл просто сбежать? Подождав несколько секунд, девушка навалилась на ограждение, спрятав голову в сложенные руки.

— Даже не попрощался! — буркнула она и заглянула себе в карман, чтобы проверить ключ. Красный рубин в чёрной оправе зло сверкнул, стоило вытащить его на свет, на миг даже показалось, что это сам Шедоу вернулся, будучи в гневе за утаивание артефакта. Эми вздохнула, разглядывая матовый и оттого казавшийся ещё более тёмным металл, отлитый в колючий завиток с гранёным камнем в центре.

Однако, как только поблизости снова сверкнула зелёная вспышка, Роуз моментально скрыла ключ и подняла взгляд на действительно вернувшегося ежа. В руках он держал колонку, которую вскоре молча поставил на перила возле ежихи и включил. Медленно наполняясь радостным предвкушением, Эми проследила за тем, как Шедоу достаёт телефон, открывает плейлист и… зависает. Он явно не мог решить, какую музыку поставить, только косился на девушку и хмурился.

— Позволишь? — ежиха набралась смелости попросить тёмного переложить этот тяжёлый выбор на её плечи. Не без сомнений ей передали смартфон, где девушка сразу вбила в поиск «Christmas the Whole Year Round» и нажала на «плей».

С первых нот Шедоу приобрёл забавное удивлённое выражение на лице:

— Откуда она у меня?

— Забыл? — Эми хихикнула. — Ты сохранил всю музыку Сабрины Карпентер сразу после последнего концерта.

Ёж отвёл взгляд. Он-то помнил, но надеялся, что Эми — нет. А она тем временем начала весело подпевать, прикрыв глаза и чуть пританцовывая. Шедоу остался стоять в стороне со скрещёнными для надёжности руками на груди и внимательным наблюдающим взором. На последнем припеве он заметил, как девушка приоткрыла глаза и из-под опущенных ресниц посмотрела прямо на него, продолжая подпевать:

— All I need is you next to me… ⁽¹⁾

Шедоу резко отвернулся, а Эми запнулась и умолкла, заметив на его щеках едва заметный, в силу тёмного окраса, розовый тон.

— Тебе точно не холодно? — забеспокоилась она.

— Точно, — отрезал ёж.

Композиция закончилась, заиграла следующая в очереди, которой оказалась знакомая обоим Run and Hide.

— Может, потанцуем? — осторожно предложила Эми.

В ответ Шедоу на неё даже не посмотрел, но вдруг опустил руки с груди и подошёл. Алые глаза всё так же были направлены куда-то мимо ежихи, но тёплые ладони приобняли притаившую дыхание девушку и повели в неспешном танце. Просияв улыбкой, она обняла партнёра в ответ, полностью включаясь в танец с ним и подмечая насколько он тёплый — видимо, в самом деле не мёрзнет.

Места на балконе было немного, поэтому и шаги выходили короткими, но это не имело значения. Музыка наполнила морозный воздух, ласково заигрывая с хрустальными снежинками, что покрывали розовую и чёрную макушки и неспешно таяли от их тепла. Сонный ветер слегка шевелил иглы, подхватывая и унося чарующий голос певицы куда-то в небо.

Ежи держались на расстоянии, позволяя себе только руками касаться друг друга, осторожно, почти невесомо. Пространство между ними казалось особенно холодным, хотелось сократить его, чтобы согреться... Но разве осмелится он крепче обхватить спину девушки и прижать её к себе, заключив в стальной обод объятий, и тем самым напугать это чудесное светлое создание, лишившись возможности хоть иногда с ней встречаться? Разве посмеет она прильнуть к нелюдимому ежу, зарыться носом в белый мех, и тем самым вызвать раздражение и лишиться этой великой милости в виде танца?

Нет.

Ни за что.

И всё же…

Песня закончилась, ежи остановились. Шедоу до сих пор старался не смотреть на Эми, а она, напротив, внимательно вглядывалась в его каменное лицо, безуспешно пытаясь прочесть. От безысходности она закусила губу и спросила прямо:

— Тебе неприятно? Прости, ты не обязан был танцевать со мной…

— Не обязан, — пресёк он грядущую повинность, — но я сам согласился. Не извиняйся за моё решение.

Алые глаза всё-таки осмелились встретиться с нефритовыми. Эми сильнее прикусила губу, а почувствовав на языке металлический привкус, опустила голову.

— Не могу так, — едва слышно выдохнула она, смотря на красные носки чужих аэроботинок.

Ёж нахмурился, учуяв запах крови, и потянулся к лицу ежихи, чтобы одними пальцами осторожно приподнять его и внимательно осмотреть. Большим пальцем Шедоу осторожно оттянул нижнюю губу, чтобы увидеть ранку.

— Зачем ты себя ранишь?

Ответить Эми оказалась не в состоянии. Прислушиваясь к каждому прикосновению, она даже не сразу поняла смысл вопроса. А потом на неё вдруг нахлынул гнев. Оттолкнув руки ежа, она отпихнула и его, вынудив отступить к ограждению.

— Почему тебя каждый раз так сложно понять?! — выпалила Эми, уперевшись руками в грудь ежа. — Ты такой внимательный и добрый ко мне, но вечно остаёшься на расстоянии! Не убегаешь, не прячешься, но и не подходишь! Стоишь на месте как столб! — злость, отчаяние и мольба вдруг смешались в срывающемся голосе, на ресницах проступили слёзы.

Шедоу вцепился в перила, чтобы не перевалиться через них, и попытался осознать услышанное.

— Ты хочешь, чтобы я оказался ближе к тебе? — переспросил он.

— Да! — выкрикнула Эми и тут же затараторила виновато, но решительно: — Прости, я не должна этого делать, это неправильно и, возможно, ты меня потом возненавидишь, но… прости.

Роуз вытащила что-то из кармана и словно лезвие ножа приставила к подбородку Шедоу острые колючки его ключа. Тёмный распахнул глаза, уставившись на рубин у себя под носом, зрачки сузились, а сам он напрягся до каждой иголочки. Так вот, значит, кому достался ключ от его сердца.

— Хочу, чтобы ты хоть раз подошёл поближе, — Эми заговорила тише, стараясь сдержать уже покатившиеся по щекам слёзы. — Хоть ненадолго, хоть на один день, пожалуйста, побудь не просто компанией для похода на концерт! Не просто другом! Хотя бы на один день… — она говорила это, но не осмеливалась поднести ключ к области сердца, где на чёрной шерсти уже ярче сиял рисунок замка.

Шедоу мог сейчас легко освободиться, убрать подальше от себя руку с опасным ключом, но не двигался, давая девушке секунду за секундой, возможность за возможностью. Даже сейчас он не хотел её отталкивать, ни в буквальном, ни в переносном смысле, а произнесённые ею слова лишь больше убеждали тёмного: не надо сейчас сопротивляться. Другого шанса может и не быть.

— И чего ты медлишь? — заговорил он строго, с осуждением.

— Н-не могу, — она шмыгнула носом и укоризненно сдвинула брови. — А ты поэтому такой спокойный?! Знаешь, что я трусиха, что я не решусь?! — она стукнула свободной рукой по плечу ежа. Неслабо стукнула, но тёмный только поморщился, а заговорил неожиданно спокойно:

— Эми, — от мягкого звучания имени из уст Шедоу девушка вздрогнула и вздрогнула повторно, когда его ладонь накрыла сжатый до посинения кулак с чёрным ключом и направила его ниже и левее. — Ты не трусиха. Просто слишком заботишься о моих чувствах. Перестань терзать себя всякими мелочами и сделай это.

Уверенный проницательный взгляд сверкающих рубиновых глаз заставил ежиху прекратить плакать.

— Т-ты не против?

Усмехнувшись, Шедоу с самым расслабленным видом наклонил голову набок и чуть сощурил глаза.

— Разве похоже на то, чтобы я был против?

Гулко сглотнув, она кивнула, обозначая, что решилась. Ёж отпустил подрагивающую руку и сам затаился в ожидании.

Одним коротким движением Эми прижала ключ к груди Шедоу в области его сердца. Соприкоснувшись с замком, он засиял алым, почти ослепляя, а потом вместе с рисунком рассыпался на множество рубиновых осколков. Они закружились вокруг ежей и в один миг сформировали кольцо вокруг шеи тёмного, смиренно наблюдающего за происходящим.

Кольцо погасло, став менее заметным, но не исчезло. Из любопытства Роуз осторожно коснулась его, а ёж нахмурился: об ошейнике никто не предупреждал. Но тут Эми в ожидании подняла взгляд к лицу Шедоу, и тот забыл думать о непредвиденных аксессуарах.

Он посмотрел в ответ, внимательно прислушиваясь к себе, чтобы заметить любые изменения в своих чувствах. А их, казалось, и не было: он всё ещё видел обыкновенную Роуз — самую светлую и нежную девушку, которую вечно хотелось обнять. Лицо у неё заплаканное, и этот факт всё так же отдавался ноющей болью в области сердца. Ёж даже несколько разочаровался абсолютным отсутствием какой-либо магии. Что за афера?!

Но вот ещё секунда размышлений привела в голову одну до безумия заманчивую идею: может, волшебство и не сработало, но Роуз об этом не знает, она всё ещё притаилась и ждёт, что произойдёт дальше. Шедоу может показать ей что угодно, всё, что захочет. И что ж, он покажет…

Ёж отстранился от ограждения, уничтожив то небольшое расстояние, что отделяло его от Эми, поймал её в кольцо рук, чтобы даже не пыталась сбежать, и сделал то, о чём мечтал уже долгое время: горячее касание губ застало девушку врасплох. Слишком стремительно? Он переборщил? Увы, уже поздно сожалеть. Нежные губы Эми уже оставили свой незабываемый отпечаток на его дыхании и заставили забыть о существовании обратного пути.

Однако Роуз оказалась в такой растерянности, что так и не осмелилась ответить или хотя бы пошевелиться. Почувствовав это, Шедоу всё же чуть отступил, вернув её дыханию немного пространства, но вместе с тем произнёс:

— Хочешь, чтобы я был ближе? Хорошо, не отойду от тебя ни на шаг, — хрипло пообещал он, крепче обхватив её талию, а второй рукой придерживая краснеющую мордочку, чтобы заглянуть в завораживающие нефритовые глаза. В них тёплыми искорками сквозь неверие и страхи разгоралось робкое хрустальное счастье.

В мыслях он добавил печальное: «По крайней мере, эти сутки», — до тех пор, пока он может оправдывать своё поведение воздействием неизвестной магии.

Второй поцелуй уже не был готов закончиться ничем. Хотя Эми всё ещё не успела сориентироваться, в тёплых объятиях и под мягким, но настойчивым напором, она быстро растаяла и ответила. Сначала неуверенно, а потом жадно, словно опасаясь, что момент вот-вот может закончиться, но нет, не сейчас. На этот и другие поцелуи у них есть ещё целых двадцать четыре часа. Хотя, получится ли завтра остановиться? И надо ли будет останавливаться, если им обоим так это нравится? Решение данных вопросов Шедоу отложил на потом.

Сейчас, в новогоднюю ночь, исполнялись мечты. И хотя до полуночи оставалось ещё много времени, магия праздника уже пришла к двоим ежам.

— Шедоу! — истерический вопль ворвавшейся на балкон белой мышки заставил обоих ежей вздрогнуть и прервать поцелуй. — Как ты мог отда… — она вдруг оборвала саму себя и круглыми глазами уставилась на парочку, выдавив раздельное: — О. Мой. Хаос.

Розовая ежиха магическим образом в миг стала пунцовой и попыталась отскочить от тёмного, да не тут-то было. Шедоу её не отпустил, только прижал ближе и бросил на напарницу убийственный взгляд поверх краснеющей макушки.

— Поняла, ухожу, — с лукавой улыбочкой отступила Руж. — За Наки ты мне попозже ответишь, а пока развлекайтесь, — дверь за ней захлопнулась, и ежи снова остались наедине.

— Шедоу, а это на ней тоже ошейник был? — шёпотом уточнила Эми.

— Да, — подтвердил тёмный, тоже заметивший бирюзовое кольцо на шее мышки. — Видимо, в их противостоянии Наклз победил. Но это неудивительно, эффект неожиданности был на его стороне.

Они немного постояли так, следя за дверьми, словно с минуты на минуту в них должен был появиться кто-то ещё, но так и не дождались ничего.

Вдруг Эми ощутила, как теряется опора под ногами: тёмный поднял её на руки. Осознав это, девушка чуть не засветилась от счастья. Случалось ли ей ранее вообще когда-то бывать на руках этого мрачного ежа? Не упустив шанса прислонить голову к тёплому плечу, она заглянула в алые глаза. У неё есть двадцать четыре часа, чтобы насладиться желанной любовью. Всего один день, но он уже лучший в её жизни!

А Шедоу, смотря на неё, улыбался. Едва заметно, но зато на столько мягко и тепло, что хотелось расстаять под его взором.

— Колонку возьми, — произнёс он. Эми послушалась и подобрала гарнитуру с перил, не успев уточнить, зачем. А потом её нагло отвлекли поцелуем. Коротким, но таким пленительным.

— Хаос-контроль! — воззвал ёж к силе, и зелёная вспышка освободила балкон, оставив только следы на тонком слое свежего снега.

* * *

[Вечер первого января.]

Эми смотрела на часы и нервно кусала губы. Она не помнила, во сколько конкретно активировала вчера волшебный ключ на сердце тёмного ежа, но знала точно: время истекает. Скоро магия развеется, и что тогда? Шедоу просто уйдёт, а она снова окажется одна?

Нет, всё же нельзя было пользовать этим глупым ключом. Разве нормальные отношения так строятся? Эми же просто заставила его целые сутки безотчётно любить её! И ведь он любил. Всё это время был столь чуток и напорист в своих ухаживаниях, что происходящее казалось идеальным сном. Он ни на минуту не оставлял её одну, и девушка отложила все планы и дела, чтобы провести этот день в одних только свиданиях, отгоняя подальше мысли о том, что магия не вечна, что всё это неправильно, неестественно, нечестно по отношению к Шедоу.

Но он ведь сам согласился! Хотя мог избежать такой участи, точно мог! Она бы его не удержала. А он согласился и даже подтолкнул. Будет ли он теперь злиться после того, как Роуз воспользовалась ситуацией на все сто процентов?

Внезапные объятия накрыли её со спины, отвлекая от невесёлых дум, тёплые губы коснулись виска.

— Я разогрел тебе молока. Выпей и ложись уже спать, — зазвучало над ухом.

Но Эми не хотела спешить, она не могла отказаться от последних минут счастья.

Раздался звонок в дверь. Шедоу как-то угрожающе повернул голову в ту сторону, а девушка в этот момент украткой взглянула не него. Красное кольцо всё ещё обнимало шею. Звонок повторился, и хозяйке пришлось бежать открывать, кого только принесло в такой час?

С мороза в прихожую ввалился Соник, попутно стряхивая снег с ботинок и рассказывая про свой коммуникатор, который он потерял вчера на празднике и теперь пытался найти.

— Ты случайно не брала? — закончил он путанный монолог.

— Нет, я его не видела, — заверила девушка, точно помня, что, уходя, забрала с собой только колонку Шедоу.

— Ну да, ты ушла раньше всех, вряд ли могла забрать, — осознал Соник и тяжело вздохнул, а потом принюхался повнимательнее. — А чем это у тебя пахнет? Ты сегодня что-то готовила?

— Да, — неуверенно призналась Эми, невольно улыбаясь. Широко и немного глупо. — Черничный пирог, — они с Шедоу вместе делали его этим вечером. На удивление тёмный ёж не отказался от подобного занятия. То ли сам он такой, то ли магия так подействовала, но кухни он не испугался.

— Не против, если я украду один кусочек? — сверхзвуковой, не дожидаясь ответа, промчал на кухню, откуда исходил манящий запах.

— Постой! — только и успела крикнуть хозяйка, бросаясь вслед за другом.

— Я голодный до чёртиков! — пожаловался он, уже усаживаясь за стол, когда Эми только показалась в дверях, разделяющих комнаты.

— Дома пожрать не судьба? — прозвучало злое. Конечно же, не от Эми, а от Шедоу, оказавшегося за спиной синего, мирно растирающего замёрзшие ладони. Видимо, Соник, влетев в помещение, даже не заметил посторонних, а теперь подскочил, развернулся и удивлённо захлопал глазами.

— А ты чего тут? — он огляделся, чтобы точно убедиться, что попал именно в дом Эми, но вроде всё было правильно: вот знакомая кухня, вот встревоженная ежиха.

— А Шедоу заглянул в гости, — оправдала тёмного хозяйка, стараясь сохранить естественный спокойный вид и проходя к шкафчикам, чтобы всё-таки поделиться с другом пирогом.

Чёрный ёж недовольно дёрнул ухом, но смолчал, а Соник внимательнее к нему пригляделся. Взгляд неизбежно зацепился за красный обод на шее соперника. Лицо синего сначала вытянулось, а потом он откровенно и без стеснения заржал.

— Что, фальшивка, всё-таки охомутали тебя? — проговорил он, смахивая слезинки с глаз, — Эйм-с, это ты его что ль? Ну ты даёшь! — и ударил несколько раз ладонью по столу.

Девушка, уже державшая тарелку с пирогом, смутилась и стушевалась, не успев донести угощение.

— Может, я его убью? — подчёркнуто холодно предложил тёмный.

— О, ты теперь даже разрешение у неё спрашиваешь? — поддел синий и по новой расхохотался.

— Проявляю уважение к чужой территории, где планирую убийство, — мрачной насмешке в голосе Шедоу вторил хруст разминаемых костяшек.

— Ну, планируй, планируй. Эми меня в обиду не даст. Так ведь, Эймс?

— Соник, прекрати! — буркнула та, всё ещё стараясь справиться со стыдом. Ощущение, словно её поймали на чём-то неприличном.

— Прости, Эйм-с, но это просто уморительно-оой! — смех перешёл во взволнованное «ой», когда Шедоу, воспользовавшись полной неготовностью соперника, схватил того за шкирку и потащил на выход.

— Да ладно тебе, когда очнёшься от этой магии — сам смеяться будешь! — возмущался Соник по пути, но всё равно оказался выставлен на мороз под молчаливое одобрение Роуз, которая напоследок вручила ему пакетик с кусочком пирога.

— Пока, Соник, удачи в поисках коммуникатора, увидимся завтра, — как могла дружелюбно попрощалась Эми и захлопнула дверь, после чего облегчённо выдохнула, устало присев на корточки.

Она сгорала со стыда и просто не знала, как потом будет объясняться перед всеми друзьями, кому Соник обязательно расскажет о том, как Роуз «охомутала» Совершенную Форму Жизни.

Трудами Шедоу под носом у неё появилась кружка с горячим молоком, которое Эми сразу залпом и выпила.

— Как ты его только терпишь? — тёмный забрал опустевшую кружку вместе с неспешившей выпрямляться ежихой — то есть поднял девушку и отнёс её на кухню, где они оставили кружку.

Настроение у Роуз сразу само собой поднялось. Ей безумно нравилось, когда её так носили на руках, а Шедоу словно заметил это и теперь повторял при каждом удобном и не только случае.

Следующей остановкой планировалась лестница на второй этаж, где они должны были расстаться. Эми уже почти привычно положила голову на тёплое плечо и задумалась о грустном: о том, что завтра она с Шедоу может уже и не увидеться. Девушка могла лишь смиренно ждать, когда всё закончится, наблюдая за тем, как чуть колышется пышная белая шерсть на груди тёмного при каждом шаге.

Сонный мозг вдруг подал сигнал, будто что-то не так. Роуз нахмурилась, вглядываясь внимательнее в белое пятнышко, но проблема оказалась не в нём, а в красном волшебном кольце. Точнее говоря, в его отсутствии.

Девушка напряжённо замерла, словно прямо сейчас её должны были безжалостно выбросить с рук. Но ёж как шёл, так и продолжал идти. Размеренно, неспешно, оттягивая момент расставания.

Как давно пропало кольцо? Точно после ухода Соника, иначе он бы наверняка заметил и что-нибудь сказал. И, скорее всего, до того, как Роуз совсем расслабилась на чёрном плече, ведь если бы красная полоса исчезла прямо на глазах, это было бы трудно не заметить.

Эми не решилась ничего говорить и вскоре её осторожно поставили на вторую ступеньку лестницы. Шедоу смотрел по-прежнему с теплотой. Заметить её в алых радужках было трудно, но Роуз казалось, что она научилась это делать. Или она всё выдумала? Ведь сейчас магия уже исчезла, а взгляд не изменился…

Задумавшись, девушка не заметила, как её потянули за ворот платья, заставив склониться к Шедоу, что в таком положении на лестнице оказался чуть ниже неё. От неожиданности она покачнулась, но устояла, оперевшись руками о его плечи. Ёж, так или иначе, добился своего: дотянулся до её губ. Ещё один волшебный поцелуй заставил на долгие мгновения забыть обо всём. Очнулась Эми уже обвив руками шею тёмного, словно заменив ими исчезнувшее кольцо.

— Шедоу, что-то не так… — она заставила себя это произнести и заставила отстраниться, отпустить.

Ёж сосредоточенно сдвинул брови, готовый слушать пояснения. Девушка не стала заставлять долго ждать:

— Действие ключа, кажется, не прекратилось, хотя время уже прошло, — она виновато потупила взгляд.

Нахмурившись чуть сильнее, Шедоу проверил шею и, не обнаружив там ничего лишнего, просто усмехнулся:

— Значит, пришло время сказать, — внимательный взгляд алых глаз и внезапная новость: — ключ изначально не сработал.

Эми непонимающе моргнула.

— Но подожди… ты же всё это время вёл себя как по уши влюблённый! — на её глазах появились слёзы. — Ты меня обманул?

Расправив плечи и чуть вздёрнув подбородок, Шедоу заговорил твёрдо:

— Я не признаю это обвинение. Сегодня я был как никогда честен с тобой, — его ладони мягко легли на её щёки, осторожно стирая пальцами слёзы. — Можешь обвинять меня во лжи за всё предыдущее время до последних суток, но не за сегодня.

Он сделал шаг, поднявшись сразу на вторую ступень и заставив девушку отступить ещё на одну. Снова напористый шаг. В машинальной попытке сохранить расстояние, Эми задела пяткой край ступени и повалилась назад, но оказалась подхвачена крепкими руками прежде, чем успела упасть и удариться. Оставаясь непозволительно близко, Шедоу помог аккуратно опуститься и сесть, нависая непреодолимой мрачной фигурой над запутавшейся ежихой.

— Ты мне нравишься, Эми, — произнёс он, надвигаясь ещё сильнее, чем заставил девушку откинуться и уже практически лечь на ступени. — А я нравлюсь тебе — уж в этом я успел убедиться за эти двадцать четыре часа.

Нефритовые глаза снова засверкали. Заворожённо глядя в алые, они несмело начинали верить и наполняться радостью. И вот уже на губах заиграла счастливая благодарная улыбка. Ёж без стеснения потянулся к ним, чтобы поймать эту улыбку, но вдруг оказался остановлен. Эми упёрлась ладонями ему в грудь, а потом на удивление ловко выскользнула из-под Шедоу и за считанные мгновения вспорхнула по лестнице, чтобы раскрыть дверь и, только оказавшись за порогом спальни, обернуться назад. Тёмный наблюдал за ней в лёгкой растерянности и будто бы даже с обидой за несвершившийся поцелуй и наглый побег.

Тихий умилённый смех сорвался с уст девушки. Чёрные уши дрогнули, уловив этот звук и прислушиваясь к нему словно к редчайшей музыке, за которую Шедоу простил ежихе все манёвры.

— До завтра, Эми, — донеслось от него негромкое, но озвученное таким предвещающим тоном с лёгкой хрипотцой в глубоком низком голосе, что сердце у Роуз предательски пропустило удар.

Пришлось срочно брать себя в руки, чтобы достойно ответить:

— До завтра, — голос получился с непредвиденным придыханием, но мягкий, почти мурлыкающий, а в конце она ещё и добавила особое: — Шеди.

Алые глаза вспыхнули, и теперь Эми предпочла спрятаться за дверью.

О, Хаос! «До завтра»! Он сказал «До завтра»! То есть не «до встречи неизвестно когда», не «прощай» и даже не «пока»! «До завтра»… завтра они встретятся снова, и теперь не было ни единого сомнения, что одним только «завтра» они не ограничатся.

---

1) Всё, что мне нужно — ты рядом со мной

Вернуться к тексту