Лицедейство (джен)

— Гермиона, ты с ума сошла? Ты уже решила и прикид старухин напялить?

— Не говори глупостей, Рональд, — закатила глаза Гермиона. — В замке стало холодно!

— Ага, как же.

— Что ты пытаешься этим сказать, Рон?

— Не бери в голову, Миона. Встал не с той ноги.

— То-то же.

После Травологии Рон с Гарри скрылись от чужих глаз, чтоб перекурить.

— Не, ну ты видел? Она уже в край помешалась на МакГонагалл. Сначала стала углубленно Трансфигурацию изучать, потом освоила анимагию, начала превращаться в кошку, Карл. Сегодня вырядилась, как она. Ты считаешь это норм?

— Честно говоря, я не узнаю нашу Гермиону. Она раньше была добрее что ли. И с предметами помогала и в гостиной с нами время проводила. Постоянно втроем были, — нахмурился Гарри.

— Ага, а сейчас она с когтевранцами где-то по углам ошивается. Как они надоели, пусть возвращают нам нашу Гермиону. Они ее настраивают на дурной лад.

— И что ты предлагаешь? Поговорить?

— После того, как она на меня огрызалась сегодня? Нет уж. Уволь.

— Да брось. Она ведь наша подруга. Может быть, ей требуется помощь? Или моральная поддержка, — не сдавался Гарри.

— Ладно. Но говорить будешь ты, — буркнул Рон.

* * *

Они нашли Гермиону в библиотеке. Она сидела за столом с идеально ровной осанкой, совсем не свойственной ей, ведь обычно Грейнджер сгибалась в три погибели над книгами и пергаментами. Но еще более шокирующим фактом были волосы. Ее пышная непослушная грива была зализана и собрана в низкий тугой пучок.

— Гермиона, привет! — бодро начал Гарри.

— Приветствую, друзья, — очень прохладно и чересчур официально ответила Гермиона.

— Э-э-э… Как дела?

— Все в порядке, спасибо, — строго произнесла Гермиона и слегка не то кивнула, не то качнула головой, не изобразив толком никаких эмоций.

Точь-в-точь как МакГонагалл.

— Гермиона, ты стала разговаривать, как МакГ… училка, — не выдержал Рон.

— Глупости, Рональд! Не понимаю о чем ты. Я говорю как и подобает взрослому волшебнику. Или серьезное поведение теперь считается только преподавательским? Тогда мне искренне жаль, что ты так считаешь! — отчитала его Грейнджер, будто он обвинил ее в ущемлении эльфов.

— Я просто сказал, что вижу…— начал оправдываться Уизли, но Гарри его перебил:

— Гермиона. Не кипятись, мы просто пришли поговорить о том, что твое поведение сильно поменялось за короткий срок. Ты стала другая…

— Я еще раз повторяю, что не понимаю, о чем вы говорите. Если для вас норма не развиваться, а деградировать, то я так не считаю, — она задрала подбородок. — И я не обязана оставаться прежней для вашего же удобства, — практически прошипела Гермиона. — Если вы застряли в детстве, то это не моя проблема. Вы видите то, чего нет. Одержимые, ей богу!

С этими словами Гермиона одним движением смела свои принадлежности со стола и развернувшись на каблуках зашагала прочь из библиотеки.

* * *

Через несколько дней Гермиона спустилась в Большой зал к завтраку. И о ужас, на ней были очки-половинки. Гарри ахнул и в неверии посмотрел на Рона, который разинув рот от шока глядел на Гермиону.

— Она напялила очки, как у МакГонагалл?!

— Я в ахуе. Если она и сейчас скажет, что не копирует ее, я вообще трусы сниму нахуй…

Джинни, только что севшая за стол, скривила лицо так, будто рядом что-то воняет. Взяв порцию запеканки, она вздохнула и повернулась к Гарри и Рону.

— Вы видели? Гермиона совсем поехавшая стала на МакГонагалл. Сначала шмотки, потом прическа, теперь, блять, очки. Смотреть противно! А вы что скажете, или как всегда ничего не заметили? — с подозрением она уставилась на друзей.

— Мы заметили, Джинни и…— отозвался Гарри.

— И?

— И даже несколько раз пытались с ней поговорить, но она выставила нас идиотами, сменила тему и убежала. Мне кажется, это ненормально, так фанатеть по человеку. Я понимаю, что Минерва для нее кумир и ей хочется быть похожей, но это уже нездорово.

— Согласна, Гарри. Нужно что-то с этим делать. Одну минуту, — Джинни нахмурилась и встав из-за стола направилась к Гермионе.

— Гермиона, у тебя испортилось зрение из-за твоих книжек? — со смешком спросила Джинни.

— Здравствуй, Джинни. Нет. Это имиджевые очки.

— Что? Но ты же раньше никогда не носила их, почему сейчас решила? Они же так похожи на очки МакГонагалл… Немного старомодны, а-ха-ха.

— Причем тут профессор МакГонагалл? Я просто заметила, что сейчас все носят очки для красоты, вот тоже решила. Еще вопросы?

Джинни подняла брови, выдохнула, и обессиленно улыбнулась.

— Тебе виднее, Гермиона. Приятного дня!

И поспешила обратно к Гарри и Рону.

— В общем она пронесла какую-то чушь, о том, что сейчас все так ходят, в таких очках, для красоты и так далее. Но что-то я больше ни на ком их не замечаю. Ну ладно. Я тут кое-что еще вспомнила, — Джинни задумчиво зажала подбородок между большим и указательным пальцами.

— Ну не томи, Джинни, что там? — подал голос Рон.

Джинни взмахнула палочкой, накладывая заглушку.

— Короче. В конце прошлого учебного года я застала Гермиону в нашей спальне всю в слезах. Она сидела и ревела над какими-то бумажками. Я подбежала к ней, стала расспрашивать, что случилось. А она рыдает и рыдает. Вот слова сказать не может. Меня вот так вот всю. Я потрясла ее за плечи и потребовала выкладывать, что же у нее стряслось. У меня уже всевозможные мысли пробежали. Думала, что из школы ее исключили, что с вами поругалась, не знаю, что умер кто-то. Но вы охуеете. Она ревела белугой из-за того, что научную работу МакГонагалл включили в международную энциклопедию по Трансфигурации, а ее проекты по Трансфигурации лишь вывесили на доску почета Хогвартса. Представляете? Она рыдала от несправедливости. Я не знала как ее поддержать и вразумить, сказала ей, что МакГонагалл профессор и преподаватель высшей категории, она всю жизнь отдала этому направлению. Естественно, ее труд могут включить в энциклопедию мирового уровня. Но она и слышать ничего не хотела, лишь лепетала о том, что она в такие моменты чувствует себя бездарностью и что в ее случае это работает не в сторону мотивации. Что ее задевает и она считает себя никчемной, — Джинни помотала головой и перевела дух. — Судя по вашим охуевшим лицам — вы слегка удивлены, а-ха-ха-ха-х. Но это не все. После того, как Рон и Лаванда начали отношения, я заметила, что Гермиона стала посматривать в ее сторону все чаще. Она стала носить похожие украшения, и извините за подробности, даже трансфигурировала нижнее белье такое же, как у Браун! И еще, Рон, она несколько раз негодовала, почему ты выбрал именно Лаванду… Ссылаясь на то, что она лучше и умнее.

Гарри и Рон сидели как громом пораженные после лавины такой информации. Рон так даже прекратил пожирать еду, с неким страхом переводя взгляд то на Гарри, то на Джинни.

— Такие дела, — резюмировала Джинни и развела руками.

* * *

На Хэллоуин Гермиона облачилась в образ ведьмы из детских сказок маггловского мира и выкрасила волосы с помощью заклинания в рыжий цвет, и они теперь ярко мелькали из-под остроконечной шляпы. Рон задумчиво наблюдал за тем, как она повторяет привычные движения Джинни, ее мимику, даже смех… Он не захотел спрашивать ее об этом прямо, но решился на хитрость. Войдя в толпу танцующих студентов, он якобы нечаянно задел Гермиону локтем и тут же рассыпался в извинениях:

— Ой! Джинни, сестренка, прости я не хотел, — Рон подхватил ее под руки и удержал от падения.

Гермиона тотчас поменялась в лице и зло проорала, развернувшись:

— Какая к черту Джинни, Рон, ты в своем уме?! Вы надоели постоянно меня с кем-то сравнивать. Это уже выходит за всякие рамки!!! Катись отсюда! … Джинни, ага. Хуинни!

* * *

— Мисс, Гре-ейнджер, — елейно протянул Снейп. — Как вы считаете, для чего я оставил вас после уроков?

— У меня отсутствуют любые догадки по этому поводу, мистер Снейп, — глядя куда-то поверх плеча профессора, бесцветно произнесла Гермиона.

— Что ж. Тогда начну издалека. Вам ведь, как старосте школы, прекрасно известно, что в текущем учебном году программу Защиты от Темных Искусств я преподаю шестому и пятому курсу совершенно идентичную. Так ведь?

— Совершенно верно, профессор.

— И также за годы обучения в школе Хогвартс вы осведомлены, что все эссе, будь то Зельеварение или Защита от Темных Искусств, хранятся в классе. Вон в том стеклянном шкафу.

— Да, мистер Снейп.

— И знаете, что забавно, мисс Грейнджер? — Снейп изобразил смешок, но тут же вернул голосу серьезность. — На днях из этого шкафчика пропало эссе одной студентки с факультета Когтевран. И, о, вы не поверите! Ровно по той же теме, что мы изучали с вашим классом на прошлом занятии. Представляете, мисс Грейнджер?

Гермиона лишь коротко кивнула и без эмоций в лице продолжила слушать Снейпа.

— И я списал бы все на то, что с этой студенткой вечно происходят какие-то, кхм… странные вещи. Но! Вы, как невыносимая всезнайка, даже заставили меня усомнится в собственном здравомыслии…— зловеще спустился на шепот Северус. — Но представляете, сегодня я проверял работы вашего класса и мне попалось весьма увлекательное эссе. Не-о-быч-ное. Один в один, как у обокраденной студентки. Я даже решил, что кто-то недоразвитый, вроде вашего рыжего приятеля, просто украл его и выдал за своё. Но у меня прекрасная зрительная память, мисс Грейнджер. И Ваш не-евыносимо ровный и узкий почерк я узнаю из тысячи! Вам ясно?! Из тысячи!

— Я не понимаю, о чем вы говорите, мистер Снейп. Как это связано между собой?

— Прекратите строить из себя невинного карликового пушистика, Гермиона! Вы подчистую нагло и подло своровали стиль и концепцию эссе мисс Лавгуд. И не смейте отрицать этого! — он хлопнул рукой по столу. — Вы ведь знаете, что никто кроме неё не пишет эссе таким образом. Никто не использует данные языковые приемы и особые выражения Лавгуд. Она в силу своего особенного детства и родителей видит мир немного иначе, не так, как мы с вами. И выражает мысли она тоже иначе, и не врите, что вам не было об этом известно. Вы ведь являетесь подругами.

— Я вас прошу прекратить сравнивать меня с Луной! Это возмутительно. Я готовила это эссе задолго до изучения данной темы с вами! Оно было написано заранее. Я не виновата, что у нас схожий взгляд на одинаковую тему.

— Прекратите закапывать себя, Грейнджер. У вас имеется свой фирменный стиль написания докладов, эссе и проектов. Ваши тексты занимают почетные места среди школы. И ни с того ни с сего вдруг вы выдаете дешевую копирку другой студентки. Это должно быть унизительно в первую очередь для вас самой! Где ваше достоинство, Гермиона?

— Вздор! У вас какое-то помешательство на мисс Полумне, мистер Снейп? А что касаемо языковых совпадений, у нас какие-то запреты на использование всего алфавита? Может быть, это мисс Лавгуд написала после меня, ведь мое эссе, как я и говорила, появилось раньше. А? Что появилось первым, мистер Снейп, яйцо или дракон? Сможете ответить?

— Прекратите этот сюр и отговорки, вы ведете себя, как несносный ребенок. Я требую, чтобы вы сходили к мисс Лавгуд и попросили прощения за ваш опус. А я сделаю вид, что ничего не видел. Ведь если ваше эссе снова получит награду и займет почетное место в школьных достижениях — другим людям вы не сможете привести пример про, прости Салазар, яйцо и дракона. Вас лишат статуса Самой Умной Ведьмы Столетия и сгноят первыми же ваши поклонники. Я стараюсь предупредить вас и уберечь от волны агрессии. Будьте благодарны, а не воспринимайте все в штыки!

— Вы совсем чокнулись, мистер Снейп, обвинять меня в присвоении чего-то чужого?! Да как вы посмели вообще! Я буду жаловаться. Разговор окончен!

Гермиона еле сдерживая слезы вылетела из кабинета и побежала к ближайшему туалету.

Немыслимо…

Естественно, никакого прощения просить она не собиралась. Пусть подавятся. Гермиона просто продолжила делать вид, что ничего не произошло.

Игнорирование — лучший прием.

* * *

Примерно неделю до разговора в кабинете Снейпа.

— Гермиона, постой! — весело окликнула ее Луна.

Гермиона остановилась и развернулась на возглас подруги. Луна сияя, как галлеон, протянула ей какие-то свитки.

— Герми, можешь, пожалуйста, посмотреть мое эссе для Снейпа? Он задал нам тему из расширенной программы для пятого и шестого курсов. Я волнуюсь!

— Конечно, Луна. Давай сюда, я посмотрю после уроков и верну тебе за ужином.

Не выдержав, Гермиона открыла пергаменты Лавгуд еще на Чарах. Ей давно не терпелось воочию увидеть то, что так сильно нахваливают все преподаватели и студенты. Она привыкла к собственному успеху. К похвале, к теплым словам и немому восхищению. Да, находились завистники, которые проходились по ее научным трудам, по внешности и прочему. Но ближайшее окружение — Гарри, Рон и Джинни всегда давали взбучку врагам. Гермиона купалась, как сыр в масле во всеобщем признании. И тут, как гром среди ясного неба на нее обрушилась конкуренция со стороны Луны. До какого-то момента она не обращала внимания на то, что Луну и ее «потрясающие» работы стали ставить многим в пример и подобное. Гермиона делала скидку на то, что ее жалели из-за душевнобольного отца. И отказывалась верить в другое.

Но все изменилось тогда, когда она открыла заветные свитки. Текст и подача повергли ее в шок. Черная зависть ядом растеклась в сердце Грейнджер. Ведь это было бесподобно. Ни с чем несравнимо…

Мне никогда не писать так, как она…

С каждым прочитанным абзацем Гермиона закипала. Рука сама потянулась за пером и, изменив взмахом палочки цвет чернил в ярко-красный, она принялась подчеркивать «ошибки». Хотя на деле Гермиона пыталась внести туда частичку себя, стараясь хотя бы с краю, но перекроить текст под свое видение. Подпортить сияющую уникальность Лавгуд.

Нечего лезть на рожон. Будет опытом.

Вернув Луне за ужином свитки, Гермиона не могла прийти в себя. Ее знобило, а в разуме кипело обостренное чувство несправедливости.

Почему она, а не я? Я ведь тоже так могу. Могу!

* * *

На протяжении всего урока по ЗОТИ Снейп не спускал с нее глаз. Гермиона кожей чувствовала скользкий взгляд и присутствие длинного любопытного носа профессора в своей голове.

Вечно он лезет не в свои дела. Ему какое дело вообще, чем я вдохновляюсь для своих работ. Пусть читает и восхищается. Кто просил высказывать свое ссаное мнение и тем более сравнивать с этой чокнутой. Ну вдохновилась и что теперь? Все и так знают, что мои работы превосходны. Его даже слушать никто не станет. Точно.

Гермиона коварно ухмыльнулась своим мыслям и продолжила выполнять урочное задание. После звонка она засобиралась на следующее занятие, но ее окликнул голос полный немого презрения:

— Я вас прошу задержаться, мисс Гре-ейнджер. С Вами хотят побеседовать члены комиссии федерации магического научного сообщества.

Неужели Снейп прозрел и понял, что всем плевать на его Поло-умну, хи-хи.

— Разумеется, профессор, — Гермиона развернулась, и поправив юбку-карандаш, села за парту в первом ряду.

Минут через пять в кабинет вошли три чудаковатых старичка. Поприветствовав Снейпа, они достали из темно-синих мантий каждый по свитку и поочередно друг за другом принялись зачитывать:

— Именем комиссии федерации

— Магического научного сообщества

— Нами были проведены исследования

— И анализ

— В ходе данных мероприятий был выявлен факт

— Присвоения

— Себе

— Чужой интеллектуальной собственности

— Ваши работы признаны заимствованными у других талантливых людей

— До последнего случая, в ваших ранних проектах сходство с чужими достигало от пятидесяти до восьмидесяти пяти процентов

— Но мы не могли этого знать раннее, потому что взятые за основу работы принадлежали маглам, но вот

— Последнее эссе, любезно направленное нам на анализ профессором Северусом Снейпом

— Насчитывает в себе девяносто пять процентов сходства с научным трудом мисс Луны Лавгуд

— Исходя из этого неоспоримого факта мы лишаем вас

— Внегласного титула Умнейшей Ведьмы Современности

— Изымаем Ваши работы со всех почетных досок

— И в случае малейшего присвоения чужого в дальнейшем

— Ваше личное дело будет передано в Визенгамот для дальнейших разбирательств

— Которые будут сулить вам тюремный срок за хищение чужой интеллектуальной собственности

— У нас все. До свидания!

С громким хлопком старички исчезли. Гермиона замерла. Снейп хмыкнул и сложил руки на груди. В его лице читалось плохо скрываемое торжество. Гермиона смотрела прямо перед собой не в силах пошевелиться.

— Да…да как вы посмели? — ее нижняя губа задрожала, а из глаз хлынули крупные капли слез. — Вы…вы же хвалили меня… Вы знали, видели, что мы работы безупречны…— задыхалась она от возмущения, глядя на Северуса.

— Некоторые — да. Но я не знал, что вы воруете труды у магловских научных деятелей. Удобно устроились, мисс Грейнджер.

— И вы вот так поступаете со мной? Меня же поднимут на смех… Это ведь конец моему будущему, как вы посмели вообще влезть не свое дело?! Вам всем нет дела до маглов и до их науки. Вам не кажется это несправедливым?!

— Несправедливо только воровать чужое, мисс Грейнджер. Вы не возьмете меня слезами и прочими уловками. Ваш шаг был вполне осознанным. Вы можете сколько угодно вешать флоббер червей на уши другим людям, но на меня это не действует. Я вижу вас насквозь. Выскочка! Проваливайте из моего кабинета. Вон!

Гермиона вскочила с места и с яростью в каждом шаге направилась к выходу. Перед самой дверью Снейп позвал ее:

— Чуть не забыл, мисс Грейнджер!

— Ну что вам еще?!

— А чего же вы не сказали членам комиссии про яйцо и дракона, уверен, они бы передумали, — закивал Снейп и расхохотался, театрально утирая слезы от смеха.

— Да пошёл ты нахуй!!! — зло прокричала Гермиона и что есть мочи хлопнула дверью и убежала прочь.

* * *

Через несколько дней после инцидента в кабинете Снейпа и членами комиссии, так называемой, Гермиона приняла решение покинуть магический мир.

Не хотят по-хорошему, будет по-плохому. Не ценят такой бриллиант как я? Что ж. Пусть. Потом будут еще локти кусать, а станет поздно. Оборву нахуй все связи. С Роном, с Гарри, с пиздой это рыжей. Друзья еще называются. Не одна тварь не поддержала. Тьфу, блять.

Гермиона закидывала вещи в чемодан и держалась, чтоб не разрыдаться прямо тут. В глубине души она понимала, что неправа и нужно было не так остервенело красть идеи. Но это было похоже на наркотики. Неописуемый кайф, когда тебя ставят выше других. Хвалят и признают. Да, она проебалась с Луной. Брала бы и дальше маггловские талмуды, Снейп бы со своим длинным носом никогда бы не нашел, где доебаться. Но очень уж ее задела попытка Лавгуд затмить ее успехи… Никто не смеет быть лучше, чем она. Никто.

Вот уеду мир магглов, буду с помощью Chat Gpt наваливать тысячи страницы текстов, и хуй кто проссыт, что это не я сама. Я же волшебница, старый добрый Конфундус еще никому не помешал, — рассмеялась про себя Гермиона и утерев слезы, покатила чемодан к выходу. — А еще имя сменю, чтоб ни Поттер ни Уизли не знали, что у меня в жизни происходит и не слали свои ебаные письма. Да!