Мой друг Томми (джен)

Гарри Поттер жил с родственниками по маминой линии, ведь отец был пропоицей, отчего, собственно, и умер. И все его родственники аналогично страдали нехитрым пристрастием.

Ещё был какой-то родственник, сидящий в тюрьме, но ждать его не было смысла.

Тётя Петунья неоднократно твердила, что в их доме Гарри живётся лучше, чем можно себе представить. С фантазией у тётушки определённо было глухо.

Но первостепенные потребности Гарри, всё же, удовлетворялись.

В восемь лет, когда Поттер уже вовсю читал и писал, как и все нормальные дети, он задумался о дружбе. Класс мальчику попался отвратительный: там все друг друга буллили и подставляли. Все неблагополучные семьи их небольшого городка будто специально сговорились, чтобы отдать своих маленьких отморозков в одну школу, к одному учителю, который был заядлым расистом и, что более страннее, социофобом.

Гарри находил отраду лишь вне школы и вне дома.

Совсем отчаявшись в поиске друга, мальчик решил рассчитывать лишь на себя. Тульпа — тибетское воображаемое существо казалось хорошим вариантом, хоть и довольно пугающим. Но Поттеру уже нечего было терять. Каждый день видя отбросов и головорезов, он хотел общаться хоть с одним приятным созданием.

Сев на траву в парке, парнишка начал накидывать в блокноте описание своего нового друга. Что-то подсказывало, что не стоит создавать кого-то слишком молодого. Молодость равнялась неразумности, которая равнялась непостоянности, которая ставила под угрозу вообще саму дружбу. Нужно было что-то стабильное.

— Пусть будет лет сорок. Внешность средняя, чтобы не зазнавался, — вслух рассуждал Поттер. — Женщина может слишком истерить и обижаться, как обычно делает тётушка.

В итоге — Гарри остановился на сорокалетнем мужчине заурядной внешности и со стабильной нервной системой.

* * *

Гарри даже не приходилось как-то обучать своего нового друга или же медитировать. Образ словно сам себя нарисовал, наполнившись чертами характера. Это уже мало походило на Тульпу, но Поттер был пуганым, поэтому не стал паниковать из-за подобного.

В мозге мальчика ещё даже не появилась идея представить голос нового друга, а тот уже начал диалог со своим создателем.

— Кто ты?

Этот вопрос был слишком странным для воображаемых друзей, что постепенно подтачивало невозмутимость главного героя.

— Я Гарри Поттер. Мне восемь лет. Я тебя создал.

Но дальше Томми слушать и вовсе не стал. Он оглядел пространство вокруг себя, о чём-то хорошенько задумавшись.

Уничтожить Тульпу весьма сложно, но такая мысль успела проскочить в детском сознании.

— Ты не сможешь меня уничтожить, — словно прочитал мысли хозяина Том.

— Почему?

Мужчина определённо снизошёл, чтобы ответить Поттеру. Его личность была намного больше, чем мальчику показалось изначально, и в интонации проскальзывала надменность. Однако существо решило сдерживать свою тёмную сторону.

— Я уже не просто плод твоего разума. Ты поделился со мной кое-чем… Точнее, вернул мне моё, — загадочно проговорил Том. — Теперь я буду лишь наращивать физическую оболочку, если разберусь, как это сделать…

Мужчина был потерянным, но всё равно хорошо держался, чем завоевал уважение мальчика. Ему осточертели истерики тёти и капризы двоюродного брата, а так же вспыльчивость дяди. Адекватный и сдержанный взрослый — вот кого хотел видеть рядом Гарри.

— Я убил твоих родителей, — решил сразу прояснить Том, чтобы не вводить парня в заблуждение.

— Что за чушь? Я только создал тебя. А мои родители уже давно померли.

— Они умерли как раз тогда, когда я их убил. Меня тоже не стало в тот день, а часть моей души начала жить в тебе. Очень мило с твоей стороны нас наконец-то разделить…

Поттер смотрел на свою Тульпу, пытаясь понять, гонит мужик или говорит правду. Было бы забавно, если бы Том оказался с хорошим чувством юмора. Но серьёзное выражение лица не оставляло надежды на это.

— И правда убил их?

Гарри иначе взглянул на Тома, уже не как на воображаемую личность, а совсем реальную, хоть и бестелесную.

— Зачем их убивать? Отец одолжил у тебя денег и не отдал? Или случайно поджёг твою машину? Или ты вообще какой-то наркоман?

Тень улыбки на секунду проскользнула по лицу Волдеморта.

— Нет, я не наркоман… В мире магов очень серьезно относятся к пророчествам.

Мужчина не успел закончить мысль, так как мальчик его перебил.

— В мире магов? А я уж подумал, ты серьёзно. Но у тебя определённо талант невозмутимо шутить.

— Да я не умею шутить, парень. И ты, и я — волшебники.

— Изумрудного города.

Поттер усмехнулся и пошёл в сторону дома, уже обращая внимание лишь на дорогу. Рядом быстрым шагом шёл Том, шумно наступая массивными ботинками. Гарри невольно перевёл взгляд на громоздкую обувь спутника.

— Тяжело наверно в таких ходить? Весят по полтонны…

Мужчина устал контролировать каждую эмоцию и слегка улыбнулся.

— Так только кажется. Они как пёрышко. Просто я люблю эффектность. Ну, знаешь, когда каждый твой шаг сопровождается таким звуком, люди думают, что ты большой и… Весомый.

— Тебя тоже не воспринимают всерьёз. — сочувствующе констатировал мальчик.

— Я заставляю считаться со мной, чего бы это ни стоило.

— Наш школьный психолог сказал, что это компенсация психологических дефицитов.

Мужчина приподнял одну бровь, слегка заинтересовано посмотрев на «хозяина».

— Что это значит?

— Твоим родителям было плевать на тебя, — пояснил парень. — Но есть ещё вариант: страх смерти.

— А смерть тут каким боком?

— Страх смерти заставляет выделяться и запоминаться, чтобы обрести духовное бессмертие в умах окружающих.

— Тебе точно восемь лет? — с сомнением уточнил Том.

— Абсолютно. Просто я больше времени провожу у психолога, чем на уроках. У меня в классе одни дебилы, поэтому я придумываю себе проблемы и напрашиваюсь на консультации, чтобы меньше видеть свой класс.

— Ипохондрик, — сам не ожидая от себя поставил диагноз Волдеморт.

— А ты прошаренный.

— Да, и, выходит, мы оба боимся смерти.

— Но я не взаправду, — поправил Тульпу парень.

— Значит, ты бы не стал сильно расстраиваться, если когда-то решу тебя убить?

Мальчик напрягся и замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.

— Да ты с ума чтоли сошёл? — рявкнул Том, оттаскивая мальчишку в сторону. Тот запоздало понял, что находится на пешеходном переходе, а зелёный уже закончился.

Было очень кстати, что Том Тульпа, а не какое-то привидение. Мозг Поттера среагировал на оттаскивание и отодвинулся в действительности. Машина проскочила буквально в нескольких сантиметрах.

— Если собрался убить меня, зачем спасаешь? — непонимающе уточнил Гарри.

— Меня не станет, если ты умрёшь.

Поттер засмеялся, и на ресницах даже выступили капельки слёз.

— Мне очень повезло. Больше ни у кого нет такого жуткого ангела-хранителя.

От Тома веяло холодком, ледяной взгляд оценивающе сканировал прохожих и всё вокруг.

— За восемь лет мир сильно изменился. Мне даже интересно увидеть твоё выражение лица, когда станешь свидетелем магии.

— Так ты не убьёшь меня? — для собственного успокоения переспросил мальчик.

— Думаю, нет. Один раз я уже пытался. И умер сам. Пророчество исполнилось. Нет смысла тебе вредить, тем более мы так связаны…

— Ты реально не шутил всё это время? — снова остановившись сказал Гарри, но Том рукой стал подталкивать его вперёд. — И про родителей не соврал?

— Наконец понял. — довольно констатировал Том.

— Какие у тебя были мотивы? — как в зале суда проговорил ребёнок.

— Просто хотел жить. Мне сказали, что я умру, если ты будешь жить. Поэтому я выбрал выжить самому и отправился убить тебя. Твои родители пытались противостоять, поэтому я вынужденно избавился и от них.

— А если бы сейчас была возможность вернуться в прошлое, ты бы снова сделал это?

Том задумался.

— Да, я всё так же хочу жить.

— Логично.

Парень не стал ничего больше добавлять, ведь родителей он не помнил и не был к ним душевно привязан. Хотя стало намного легче оттого, что отец не был алкоголиком — не дай Бог такое бы передалось по генам к Гарри.

— Ты очень странный, ребёнок. — заключил Том, и проследовал в дом Дурслей, куда уже зашёл Поттер.

* * *

— У тебя ужасные родственники, — не удержался мужчина от комментария. — Даже мне в приюте было уютней, чем тебе здесь.

И это было правдой. Гарри не ощущал счастья или домашнего уюта. Его крошечный чулан был просто местом, где можно поспать или скоротать время.

— Серьёзно? Ты живёшь там, где должны стоять швабры и моющие средства?

Том ещё больше проникся к своему «хозяину». Несправедливость к мальчишке почему-то волновала Волдеморта. Он чувствовал отблески вины, что Гарри страдает. Просто лишить жизни — это одно, а обречь на ужасное существование на долгие годы — совсем другое. И за последнее Тому было даже немного стыдно.

— Прости, что не смог убить тебя восемь лет назад. Мёртвым быть куда приятнее, чем так…

— Проехали. Я тебя прощаю, взамен на нормальную дружбу. Ты же на это способен? Выглядишь адекватным, не то что всё моё окружение.

— Но вначале освободим твоего крёстного, — усмехнулся Том.