Сильверстоун (гет)

Предисловие

Эта книга написана неумело, неправильно и нецензурно. Но греет душу создателя и может радовать глаз читателя, если вы дадите ей шанс.

Она была написана спонтанно, основываясь на голливудских фильмах, и печальных семейных драмах с реддита.

Она написана вне контекста времени, не имеет чётких рамок эпохи, не знаю зачем это сделано. Наверное, чтобы не было нелогичностей в повествовании.

Надеюсь, никто из прочитавших это никогда не столкнётся с описанными здесь событиями.

В этой книге, вы сможете увидеть необычную историю, случившуюся с обычным человеком. Хотя, по правде говоря, странные истории происходили с ним всегда.

В книге, я бы хотел задать вам важный лично для меня вопрос: « Что такое искупление?», существует ли оно, или это просто красивый речевой оборот в уголовном кодексе? Сможете ли вы, ответит мне на этот вопрос?

Умеете ли вы прощать? Не в смысле, что простите ли вы мне, если вам не понравится книга. Вы можете простить человека, предавшего ваше истинное доверие? Человека, не просто воткнувшего вам нож в спину, а разодравшему вашу душу на атомы. Каждый может углядеть в этих словах что-то своё. У кого-то это может вызвать лишь лёгкую усмешку, у кого-то сердце забьётся в утроенном ритме от нахлынувших воспоминаний. Всех реакций не предугадать, но мне это и не надо. Все мы увидим в написанных мной словах, что-то своё. Зададим свои вопросы, может даже найдём свои ответы. Я лишь хочу, чтобы мои слова отозвались в ваших душах, хотя бы с десятой долей той силы, которую я ощущал при написании всего этого.

Приятного чтения:)

Глава первая: «Человек из прошлого»

-«Небольшой холодный город Сильверстоун, штат Монтана. Находится чуть выше Валлитауна, скрытый за высоким горным хребтом от посторонних глаз цивилизации. Настоящий рай для интровертов, уставших от городской суеты, и мечтающих тихо жить в лесной хижине, отогревая ноги у камина. Все они отправились вслед за великой американской мечтой. Родной дом, любящая семья и тёплый ужин на столе. Настоящий рай. Но с другой стороны медали, это кромешный ад для местных, чьи корни пустили здесь ещё отцы основатели, осваивавшие эти негостеприимные земли. Работы здесь немного, либо ты валишь лес, либо ты копаешь в шахте, но многие выбирают работать на единственном в городе литейном заводе, на нём в принципе и держится вся экономика города. Есть ещё несколько небольших компаний, но это достаточно сомнительная перспектива. Лес по больше части даже за пределы штата не продать, так что он идёт на местные нужды, а что касается шахты… ну, тут всё чуть сложнее. Казалось бы, есть шахта-значит есть и что-то ценное в ней! Возможно так и было когда-то, но я не помню этого, хоть и прожил тут почти всю жизнь. Я ведь ещё не представился, так ведь? Ну что ж, несколько лет я был оторван от социальной жизни, так что мои коммуникативные навыки слегка заржавели. Меня зовут Джон, Джон Смит, и я обычный рабочий, как и многие здесь. Я никогда не выделялся на фоне других какими-то особенными навыками, средний во всём можно сказать, и наверное оставался бы таким, если бы кое-что не изменило это.»-

Металлическая калитка со скрипом начала отворяться, следуя приказу с пульта управления, отданного с КПП. Мужчина, стоявший за ними, с короткими каштановыми волосами и лёгкой щетиной, вскинул на плечи спортивную сумку, с его небольшими пожитками, и вышел за ворота, которые тотчас закрылись за его спиной.

Мужчина тяжело выдохнул, слегка насупившись. Свежий, слегка морозный воздух обжигал лёгкие, а чувство свободы было в новинку. Серая толстовка и такие же спортивные штаны, не сильно спасали от морозного ветра, который обычно задувал со всех сторон, но сегодня этого на удивление не происходило. Воздух был тёплый и свежий, а небо, хоть и закрытое облаками, всё ещё радовало редкими проблесками солнца.

Не став долгу раздумывать, мужчина лишь в последний раз невольно взглянул на табличку, которая была за его спиной, и прочитал надпись про себя:

-« Исправительное Учреждение Кронроуд»- место где он провёл почти 7 лет, заслуженно или нет, сложно сказать.

Мужчина развернулся, и медленно зашагал куда-то, придерживаясь обочины асфальтированной дороги.

Шёл он не долго, когда рядом с ним притормозил старенький форт с большой мигалкой на крыше и надпись « Шериф Сильверстоуна» на двери.

— Ну привет, вижу ты наконец-то вышел оттуда?!- толи ехидно, толи с искренним любопытством спросил мужчина высунувший голову из открывшегося окна.

На вид ему было ближе к 45-50, его волосы уже почти полностью поседели, ну те что ещё не выпали, ведь на той пустоши, что была у него на макушке, можно было сеять пшено. Его лицо было слегка полноватым, от сытой жизни и в основном сидячей работы, лоб был покрыт морщинами.

— Так и есть шериф Миллер. А вы всё так же на посту.- ответил Мужчина

— Как видишь Джон, может тебя подкинуть? Ты ведь всё также живёшь на седьмой?- спросил Миллер.

— Буду признателен.- Ответил Джон садясь в машину.

Машина мягко тронулась, не быстро катясь навстречу маленьким группкам небольших домиков.

— Как твои дела Джон? Чем занимался эти семь лет?- спросил Миллер, скорее для темы, нежели из интереса.

— Ничем что может вас расстроить. Читал, писал, спал и занимался. Даже поработал немного. Всё в рамках приличия.- безынтересно ответил Джон.

— Завёл друзей?-

— Важнее, что не завёл врагов.-

— Врагов у тебя и так половина города.-

— Только половина? Неужели человеческая память так коротка?-

— Если бы, за три года приехало ещё больше людей. Город более или менее наплаву, благодаря им, в том числе. Ты как с работой-то? Устраиваться собираешься?-

— Вряд ли меня возьмут на прошлое место. Хотя, может позже, а сейчас… куда возьмут, туда и пойду. Сам ведь знаешь, я работы не сторонюсь.-

— Знаю, но всё изменилось. Семь лет, срок очень немалый. -

— Наверное вы правы.- на этом оба замолчали и уставились куда-то в свои невидимые точки.

Интересная у людей привычка, если мы не знаем, что сказать, мы находим где-то эту самую точку. Иногда доходит до такого абсурда, что сидя за партой рядом с красивой одноклассницей, которая может и не прочь пообщаться, мы смотрим куда-то в пустоту, на стену, книгу, окно…

Скоро за окном стали мелькать небольшие и сплошь одинаковые домики. Два этажа, крыльцо и небольшая лужайка перед крыльцом, для барбекю или типа того. Единственное, что хоть слегка разбавляло их однообразие, это хлам который валялся на лужайке, или крыльце. По нему иногда можно даже понять, кто хозяин этого дома. Например, игрушечная розовая коляска, стоящая на крыльце, явно говорила о том что хозяева дома, родители маленькой девочки.

Спустя пару кварталов, таких домов, машина притормозила, медленно сбавляя скорость, и остановилась перед почти таким же домом, но только ни на крыльце, ни на лужайке этого дома не было хлама. Казалось что кроме самого дома, ничего здесь больше и не было.

— Вот и закончилась наша поездка.- сказал Миллер, поворачиваясь к Джону.

— Да, спасибо, что подвезли, шериф.- сказал Джон, открывая дверь, и уже почти выходя из машины, но его руку перехватил шериф.

— Джон, я скажу это тебе не как шериф. Пожалуйста, не заставляй меня повторять всё заново, я тебя очень прошу.- холодно сказал Миллер.

— Хорошо, простите за доставленные неудобства.- ответил Джон, и вышел из машины, хлопнув скрипучей дверью.

Машина не спешно продолжила свою поездку, в только ей известном направлении.

А Джон, слегка помедлив, всё же пошёл к дому медленным и робким шагом.

Рука дрогнула перед дверью. Тело оцепенело, застыло в статичной позе. Сердце участило своё биение, убегая куда-то в ноги. Но Джону удалось взять себя в руки и сделать судьбоносный рывок. Щёлкнул ключ в дверном замке. Давно этот звук не был для него таким тихим и плавным, обычно это действие сопровождалось ужасным скрипом, или ударами дубинки по двери. Дверь с лёгким скрипом отварилась, являя Джону покрытую пылью прихожую.

Он прошёл внутрь. Ни одна деталь не изменилась тут с того дня, разве что клининговые службы подтёрли некоторые «пятна» и застелили постели. Всё на тех же местах стояли стулья и столы, на тех же полках стояли рамки с фотографиями… фотографии, их Джон видеть не мог. Но что-то внутри не позволяло схватить и бросить их куда-нибудь в дальний угол. Джон всегда бережно относился к вещам, как к своим, так и к чужим. Но всё же, он коснулся одной из них, и не глядя, перевернул её стеклом вниз, чтобы никогда не видеть её снова, до тех пор, пока ему не хватит сил, чтобы выкинуть их.

Диван в гостиной, был…в приличном состоянии, пыли на нём было не очень много, да и следов каких-то вредителей в доме не наблюдалось. Джон обессиленно упал на диван, прикрыв глаза рукой. За один день, слишком много сложных эмоций, ему надо отдохнуть, чуть-чуть привыкнуть, время меняет, так ведь он сказал?

…

«**-911 что у вас случилось?-**

— Меня... меня зовут Джон Смит, я.... сильно избил человека...

**- Джон, скажите мне где вы находитесь?-**

— Я…я в доме 24, на седьмой улице...

**- Хорошо Джон, к вам выехала помощь, дождитесь их -**»

Джон резко открыл глаза, неприятные воспоминания, продолжали преследовать его даже во сне. Осмотревшись вокруг он снова увидел свою гостиную, и свой слегка пыльный диван, на котором и заснул...а сколько вообще время? Посмотрев на слегка потёртые наручные часы, он увидел как минутная стрелка медленно приближал к отметке в 12 часов, а часовая стрелка находилась на противоположной стороне.

-"6 утра... отвыкнуть будет трудно"- промелькнуло в голове у Джона.

Он медленно привстал, перемещая своё тело в сидячие положение, немного собравшись с мыслями, Джон отправился в ванную.

Зубные щётки, ещё одно болезненное воспоминание, когда-то обе щётки имели владельца, теперь... А неважно. Джон взял одну из них и выкинул в рядом стоящую мусорку, и раздевшись вошёл в душ. Вода долго шумела, она не снимала напряжение, не давала душе покоя. Джон даже не понимал холодная она или горячая, просто не хотелось двигаться…

Но день не резиновый, и спустя немного времени такого купания, Джон вышел из душа, одевшись в то немногое, что у него было, отправился на кухню.

Разумеется холодильник был пуст. Не мудрено, вряд ли кто-либо по доброте душевной захотел бы наполнить его холодильник съестным.

-« Нужно сходить за покупками, в доме хоть шаром покати.»- подумал Джон, сев за стол и взяв листок бумаги, стал быстро черкать карандашом список покупок.

Ничего криминального. Молоко, яйца, хлеб и сыр, кофе и чай, странно, но даже они закончились, по крайней мере ни в одном из шкафов их не было. Ещё нужно взять немного колбасы, и бекона…хотя, бекон можно вычеркнуть, лучше сходить на рынок и купить мяса, его можно потушить в прок. Неплохо было бы захватить и немного овощей, их можно урвать на том же рынке. Ещё рано, так что всего должно быть в достатке. Что же ещё? Нужно купить ещё шампуня и мыло, старые почти кончились, зубная нить и паста, да и новая щётка не помешала бы. Ещё нужно купить крупы: риса, гречки, типа такого, ну и макарон, на них можно ядерную зиму пережить.

Джон взял список в руку, пробегая по нему глазами, и прочитывая слова про себя. Вроде бы всё, но чего-то не хватает. Рука с карандашом слегка дёрнулась. Джон быстро и неловко нарисовал несколько не очень подробных карикатур. Кусочек сыра, лоток яиц, коробка молока, зубная щётка и другие. Неловкая привычка, рисовать иллюстрации на списках покупок, её это всегда смешило, что вроде: « Ты забыл как выглядит кусок сыра?», и она звонко смеялась.

Джон поморщился. Он резко встал, и направился к двери, захватив толстовку с вешалки.

…

Идти по столь знакомому району, да ещё и спустя столько времени, было мягко говоря- нервно. Казалось, что взгляды летели из каждого окна, и каждый был направлен на него. Хоть это и было неприятно, но Джон не показывал этого, он просто продолжал шагать, не озираясь и не задерживаясь, кого бы он не встретил, никто даже не здоровался с ним, не удивительно, может просто не узнали? Он ведь сильно изменился. У него появилась борода, он слегка подкачался, да и волосы у него короче. Да нет, не в этом дело.

Вот и магазин. Вывеска всё также светится, зазывая очередного покупателя. «У Петти» такое название носил магазин, и именно эти буквы светились жёлтым неоном на крыше.

Звон колокольчика, оповестил женщину о прибытии раннего покупателя, отвлекая её от первой за день чашки кофе.

— Кого это я вижу?! Никак сам Джон Смит решил к нам пожаловать.- громогласно огласила женщина.

— И тебе привет Петс.- ответил ей мужчина.

— Фууу, не зови меня «Петс», я не настолько стара.-

— Как скажешь…- ответил он ей, открывая дверцу холодильника.

— Ну и как ты? Давно… вернулся. — Неловко спросила женщина.

— Вчера, меня выпустили вчера.- спокойно ответил ей мужчина.

— Прости, я не хотела… ну, ты понимаешь.-

— Да Петс, понимаю, не стоит.- ответил ей Джон, продолжая ходить по магазину.

Внезапно, колокольчик вновь зазвенел. И в магазин вошла женщина, моложе да и повеселее Петти.

— Пет-Пет здравствуй, чудесное сегодня утро не правда…ли…- женщина оборвалась на полуслове, когда её с Джоном глаза встретились.

— Ты… так ты вернулся. Сильно же тебя тюрьма помотала…- говорила женщина, намеренно вливая побольше яда в свои слова.

— Мэри, не стоит.- попыталась вмешаться Петти.

— О, так ты его защищаешь?! Ну просто класс, спелись голубки. Он избил человека из зависти, да ещё и попытался обвинить в этом свою жену. И после этого, я должна что?! Обнять его? Спросить не слишком ли холодно спать в одиночестве?!- в конце эта тирада стала переходить на крик.

— Нет, просто я не хочу споров в моём магазине, да ещё и рано утром. Так что, либо успокаивайся, либо уходи.- строго сказала Петти, после чего Мэри, одарив Джона взглядом полным ненависти, вышла из магазина.

— Прости за эту сцену, она плохо держит себя в руках.-

— И с годами, это не меняется.- ответил Джон, ставя продукты на кассу.

— Спасибо Петс.- сказал Джон, идя к двери.

— Постой! Это… это правда? То что о тебе говорят?- обеспокоенно спросила женщина.

— А ты как думаешь?- спросил Джон обернувшись.

Женщина промолчала.

— Вот тебе и ответ.- сказал мужчина, и вышел из магазина.

…

По дороге к рынку, ему встречалось всё больше людей идущих кто на работу, а кто на учёбу. И в лицах большинства из них читалось отвращение, у кого-то гнев. Но находились и те, в чих лицах было непонимание, сомнение. У кого-то даже просто безразличие.

Входя на местный рынок, Джон вступал как на минное поле. Если с Петти, он ещё мог надеяться на хотя бы безразличие, то здесь, его могли даже не пустить на площадь, это их территория, и здесь лишь их правила. Надежда была лишь на священную заповедь торговцев.- «Торг веди хоть со лжецом и с убийцей, лишь бы платил он исправно и быстро.»

И действительно, щенячий радости в глазах торговцев не было, но они честно продали всё, что было нужно. Пора домой.

Дверь тихо открылась, пуская тёплый воздух в дом, начинает теплеть. Хоть начало весны и выдалось достаточно холодным, но сейчас начало понемногу теплеть, что не могло не радовать.

Столь долгожданный и трудоёмкий завтрак оказался очень даже съедобным, хоть и был не затейливым. Омлет с колбасой, кружка кофе и тост. А после завтрака, пора приниматься за дела. Сейчас на повестке недели:

А: «Найти работу. » — Первостепенная и важнейшая задача, хоть у него и были накопления, да и деньги, что он заработал в тюрьме ему пригодились, но этого всего хватило бы максимум на полгода, а Джон надеялся пожить подольше.

B: «Отвести машину в сервис. » — хоть она и не была сломана, но она очень долго простояла без дела, надо её проверить.

С: «Наверное восстановить социальный статус. » — пункт чисто для галочки, так как является самым невыполнимым, но согласитесь, список из трёх пунктов выглядит намного лучше, чем из двух.

Первым делом, почему бы не проверить свой старый кабинет, там могут храниться какие-нибудь полезные записи.

Джон поднялся на второй этаж, и открыл одну из дверей. Его глазам предстала небольшая комната с письменным столом, несколькими полками по бокам и остальной кабинетной мебелью. Сев в старое, кожаное кресло, Джон пододвинулся к столу, и нажал кнопку запуска на древнем компьютере, некоторые его составляющие служат Джону ещё со школьных времён. Конечно, для продуктивной работы, с годами он поменял некоторое компоненты, но даже корпус оставался абсолютно неизменным.

Рабочий стол выглядел привычно. Фото одного из пейзажей Сильверстоуна, вроде как, его когда-то разместили на школьном веб-сайте, и Джон благополучно скачал её, с тех пор она не менялась. Открыв несколько папок, и бегло просмотрев записи в них. Джон убедился, что ничего полезного здесь не было. И удалив всё ненужное, он открыл браузер, и стал шарить по сайтам города в поисках работы. Всё, как и раньше. Лесоповал, шахта и завод. Ну в принципе, как всегда, а нет, вот например, секретарша в ЗАО « БЕ ЩЕКИ», вроде они финансами занимаются. А вот это уже интересно: « Требуется разнорабочий в школе. Необходимо иметь: гражданство (без него никак не обойтись), не боятся грязной работы(в этом городе есть работа и погрязнее), возраст 21+ (и тут мы проходим), отсутствие соответствующих судимостей(а вот это уже серьёзно).»

— Соответствующих это каких?- задал себе вопрос Джон.

-« 1.Совращение несовершеннолетних.-этим к счастью не грешим.

2.Насилие над несовершеннолетними.- этого тоже не было

3. Употребление наркотиков.- и этого не было.

4. Пропаганда насилия, расовой или половой ненависти.- с натяжкой, но не было.»

— « Если не одна из указанных выше статей вас не касается, и вас устраивают условия и правила, то просим вас принести заполненное заявление и личное резюме в кабинет секретаря не позднее 18:00 любого буднего дня. Ниже вы можете скачать заявление.»-

И на этом описание заканчивалось. Ну что ж, как мы видим выбирать особо не приходится, да и работа вроде не плохая. Так что, без лишних раздумий, Джон решительно нажал на кнопку скачать, и распечатал себе заявление. Быстренько заполнив его, написав там чистую правду, он взял из ящика своё резюме и отправился к машине. У него ещё много дел сегодня, он многое сделал, но день только начинается.

…

Открыв скрипучую дверь старенького форда, Джон уселся на водительское сиденье, положив документы на пассажирское, и тихо помолившись, повернул ключ в зажигании. Не без труда, но двигатель выровнял своё тихое рычание, начиная слегка мурчать.

-«Старик помнит своё дело»-

Машина мягко тронулась, выезжая из гаража и направляясь вглубь города.

«Гараж Роджера»- единственная мастерская в городе, и разумеется живёт она очень неплохо, машин много, а чинить их некому.

Именно здесь Джон многие годы обслуживает своего старичка, у одного и того же механика, старого, как и сама мастерская Ричи Роджера.

Но по прибытию на место, его не встретил старина Ричи, по обыкновению сидящий в своём кресле, вместо старого деда, из створок гаража вышла молодая, высокая женщина, с тёмными волосами и сверкающими глазами. На ней был одет типичный для этой работы комбинезон, футболка с короткими рукавами и кеды. Генетика явно щедро одарила женщину, из-за чего одна из лямок комбинезона свободно висела у одного из её пышных бёдер. Она шла, вытирая с рук грязь и убирая тряпку в карман комбеза.

— Здравствуйте сэр, приветствую вас в «мастерской Роджера».- сказала женщина подойдя к машине.

— Здравствуйте, рад быть здесь, только вот я не вижу самого Роджера, надеюсь он в порядке?-

— О сэр, прошу вас не волноваться, старик в порядке, можно сказать, что он вышел на пенсию.-

— Это кого ты стариком назвала?! Наглая девчонка!- донеслось из-за створок гаража, а через секунду показался и источник шума.

Роджер заметно посидел, хотя седым он был и раньше, а сейчас уже совсем серебристый, к тому же почти лысый. Осанка его явно по ухудшилась, да и былой резвости у него не было.

— Кого это черти принесли! Никак это Джон Смит!- с улыбкой сказал старик, обнимая мужчину.

-Я тоже рад тебя видеть старик, как твоё здоровье?- спросил Джон, отвечая на жест друга.

— Как и раньше, хоть сейчас за работу. Да вот только внуки не позволяют.- сказал старик, явно косясь на одну юную особу.

— И не позволят, ты и так на ладан дышишь, работать ему ещё захотелось!- возмутилась брюнетка.

— Да понял, понял. Ты как сам-то? Не болеешь?-

— Не, я здоров, как из санатория.- ответил мужчина.

— Пошли присядем пока, а то, что нам на улице стоять.- сказал старик, направляясь к гаражу.

— Слишком уж тёплые у вас отношения, для того, кто первый раз сюда приезжает. Я тебя раньше не видела.- с подозрением спросила брюнетка.

— Как и я тебя. Меня зовут Джон, Джон Смит. Не скажешь своё имя?-

— Афина, Афина Роджер. Но ты так и не объяснил. Кто ты такой?- уже более строго спросила девушка.

— То же самое могу спросить у тебя. Ты явно не похожа на его внучку, но ты и на обычного работника не смахиваешь. Так кто же ты?-

— Я первая спросила, и не вежливо загонять даму в угол. Но ладно, я объясню тебе. Я его племянница, мои родители в Калифорнии, и я с дочкой до этого жили там, но из-за некоторых проблем, пришлось переехать сюда, и вот я уже как три года тут живу, и помогаю дяде. И тебя я, за все три года, ни разу не видела, а я ведь знаю почти весь город.- закончила Фина.

— Значит вот как, тогда позволь ещё один вопрос. Если ты дочь его сестры, то почему у тебя его фамилия? Разве ты не должна была получить фамилию отца?- спросил Джон.

— Так и было, но перед переездом, я сменила на девичью фамилию матери. Не спрашивай зачем….

-И ещё…

— Предупреждая твой вопрос, про моего мужа я тоже не расскажу, его больше нет, нет здесь и не будет…- последние слова она сказала с явным гневом.

— Хорошо, тогда можешь спросить у меня, что тебя интересует?-

— Давай разберёмся с этим внутри, зябко тут.-

— Ну естественно, если ходить в одной футболке.- сказал Джон, накинув ей на плечи свою кофту.

— Я не просила…- с некоторой агрессией сказала девушка.

— А я и не спрашивал.- ответил Джона, идя внутрь гаража.

Сев за импровизированный стол, Джона отвлёк голос старика.

— Что-то вы долго…-

— Знакомились…-

— Ты рассказал ей?-

— Она не спросила.-

— Значит спросит, у тебя или у меня. Что мне ей сказать?-

— Что знаешь, то и говори. Захочет правды, спросит у меня.-

— А правда того стоит?-

— А чего она стоит?- парировал Джон, прекращая пустой разговор.

И не успела новая беседа завязаться, как тут же на сверх звуковой скорости, в помещение залетела девочка лет так двенадцати. Тёмные волосы, заплетённые в две тугие косы, белая футболка и джинсовый комбинезон, на ногах кеды. Явно не домоседа. Но кое-что, выдало девочку с потрохами, такие же сверкающие глаза. Непонятно чем они сверкали, толи рубиновым блесков, толи они окунали тебя в тёмную, тёплую ночь.

-«Совсем как у мамы»- промелькнула в голове у Джона, при воспоминании о темноволосой женщине.

— Деда! Сегодня я победитель. Дерек сегодня в дураках.- огласила девочка, девчачьим, высоким голоском.

— Какая ты умница Долорес! А ты уже познакомилась с нашим гостем?- сказал старик, обращая внимание девочки на Джона.

Лицо девочки залилось краской, она даже не заметила, что за столом сидел кто-то ещё.

— Здравствуйте! Меня зовут Долорес Роджер! — нервно, и не нарочно громко проговорила девочка.

— Ну же милая, не стоит так кричать. Наш гость не любит громких звуков.- сказал старик, сажая девочку себе на колени.

-…простите…- сказала девочка, на этот раз шёпотом.

— Ничего, я тоже очень рад с тобой познакомится Долорес! Меня зовут Джон Смит, будем с тобой дружить?-

— Конечно, мистер Смит.- обрадовалась девочка.

— Просто Джон.- добавил мужчина.

— Ну иди милая, поищи свою маму, а то она потерялась где-то в мастерской.-

— Как обычно...- со вздохом сказала девочка, отправляясь на поиски.

— Чудесная девочка…- сказал Джон.

— Да, наша радость и отрада. Улыбчивая, несмотря ни на что.-

-А ты когда успел семьёй обзавестись?-

— Да знаешь, как-то само получилось. Ты сестру мою наверное плохо помнишь, она уехала, аккурат перед…смертью твоей матери. Нашла себе мужа, родила дочку, и где-то там в Калифорнии они и осели. И вот почитай, восемнадцать лет, ни слуху ни духу, а тут на тебе, племяшка и внучка. Просят мол, пусти пожить. А я чего, ты же нашу породу знаешь, любого приютим, уж тем более родную кровь. И вот, месяца через 2 или 3 после учинённой тобой заварухи, они сюда и приехали. Так вот и живут, сначала собрались на пол годика всего, но потом и мне что-то плохеть начало, дела в мастерской пошли неважно. А племяшка то видишь, кровь своё взяла. В механике лучше меня разбирается. Вот и решили они тут осесть, да и мне так лучше будет. Как-то так…-

— Да старик, повезло тебе, и помощник и отрада…-

— И не говори. Ну а ты та как?-

— Да как, только вчера вышел, с утра уже с Мэри столкнулся.-

— Эка ты. Где ж тебя нелёгкая то с этой полоумной свела?-

— У Петти, где ж ещё.-

— Мда… а ещё кого встречал, ну раз морда целая, думаю с очень плохими людьми ты ещё не встретился.-

— Всё та ты знаешь. Как вышел, меня у дороги шериф подобрал, до дома довёз. Вроде всё.-

— А Миллер, старый лис. Ну ясно, ты держись сынок. Ты не один.-

— Спасибо старик.-

— А как тебе племяшка моя? Скажи же красивая, видно, что моя кровь … — ехидно спросил старик.

— Ах ты старый развратник. Не успел я ещё вернуться, а он меня уже на родственниках своих женит.-

— Да какое там женит, потерпи пока. Я тебя просто прошу, присмотрись. Я-то здесь не первый год живу, знаю какие тут подонки ходят, не парни, а тьфу… Хорошо хоть племяшка сама понимает, кто есть кто, каждому отворот поворот. А с тобой вроде неплохо, да и парень ты хороший.-

— Старик опомнись, меня пол города не просто так ненавидит.- усмехнулся парень.

— Ой, да какое дело старому Ричи до мнения овец. Ричи смотрит вглубь чащи, и всегда видит волка.- усмехнулся старикан.

— Ну ладно, если ты так говоришь. Я подумаю, может и выйдет чего.-

— «Ну… да… ну» признайся уже, что понравилась тебе племяшка моя. Да и ты ей не противен. Действуй Джони, пора бы двигаться вперёд.- закончил старик.

— Эй девочки, вы о чём тут секретничаете?- спросила неожиданно вышедшая девушка. На её щеках играл еле заметный румянец, а рядом прижималась девочка, хватаясь за свисающую руку матери.

— Так… дела былого времени. Ты лучше скажи, займёшься колесницей нашего гостя, или мне прикажешь?- съехидничал старик.

— Сиди давай, шутник. Я сама. А ты Долли, завари-ка нашим мальчикам чай, да покрепче.- сказала девушка уходя к машине.

— Дядя Джон, вам сколько сахара положить?-

— Одну ложечку, было бы замечательно Долли.- улыбнулся Джон.

— Будет сделано.- ответила девочка, и пошла к чайнику.

(Спустя примерно час разговоров и тому подобное…)

— Ну всё, теперь этот старичок ещё не скоро заглохнет. — сказала девушка, вытирая руки.

— Спасибо Афина…- но Джона прервали.

— Фина, зови меня просто Фина. И ты… ты так и не сказал мне ничего…- девушка слегка засмущалась.

— Тогда, а может ты дашь мне ещё один шанс за ужином? Как насчёт вечером в пятницу?- Предложил Джон.

— Да! Ой…, то есть, конечно, я с радостью с тобой поужинаю. — смущённо ответила девушка.

— Вот и договорились. Тогда до пятницы, Фина.- сказал Джон садясь в машину, и уезжая от мастерской.

…

-«А теперь в школу. Пора бы и работой обзавестись.»-

Глава вторая: «Есть ли смысл бороться?»

Дорога до школы не принесла больших событий, знакомые дома монотонно проплывали за окном, не привлекая большого внимания, а за ними и кварталы. Вот и подъездная дорожка, по ней можно выехать на школьную парковку. Сейчас примерно 5 часов так что занятия уже должны были кончится. Но это не значит, что можно расслабится. Школа в Сильверстоуне всего одна, и хоть Джон давно её закончил, но вряд ли за эти 7 лет учителя в ней сменились, а зная, что он натворил, особо тёплого отношения от них ждать не стоит. Но, пока это единственная возможность хоть где-то устроится, и цепляется за неё нужно, как за последнюю соломинку.

Припарковав своего старика, рядом с несильно новыми машинами, по цене не сильно дороже его форда, Джон взял с сиденья все необходимые документы, и вышел из машины. Воздух становился прохладнее, и как назло, Джон забыл свою толстовку у Роджеров.

Но до здания было не далеко, и зайдя в видавшие время и давку двери, Джон попал в просторный холл. Всё, как и раньше. Несколько скамеек около стен, горшки с не убиваемыми (или, скорее всего, искусственными) цветами, стойка регистрации в центре зала, на которой уже было пусто.

Не задерживаясь в пустом помещении, Джон продолжил свой путь к кабинету, в котором он был не так уж и часто. Кабинет секретаря, место бюрократии и огромных стопок документов. Постучав в дверь, Джон услышал короткое — Входите! — и при открытии двери ему в ноздри ударил стойкий запах кофе и каких-то вроде цветочных духов.

— Здравствуйте, меня зовут Джон Смит, я хотел бы устроится к вам разнорабочим, я увидел объявление на сайте.- сказал Джон.

— Здравствуйте Джон, меня зовут Зои, Зои Синклер. Вы принесли с собой заявление?- спросила женщина чуть за 40, в деловой блузке и длинной юбке карандаш, на ногах было обычные для такой работы туфли на невысоком каблуке.

— Да, миссис Синклер.- ответил Джон, протягивая ей заявление, и личное досье.

— Так, мистер Смит, учились вы в этой школе, высшего образования у вас нет.- резюмировала женщина.

— Да, я никогда не покидал Сильверстоуна, всё имеющиеся у меня образование и навыки я получил здесь.-

— И похоже не только навыки, тут указанно, что у вас есть судимость, за что вы её получили?- более строго спросила женщина.

— Я…я поспорил с человеком, очень сильно, это переросло в драку.- стыдливо ответил Джон.

— Из-за чего произошёл спор?-

— Конфликт интересов, более подробно написано в деле. Вы ведь не местная?- резкая смена темы озадачила женщину.

— … Да, мы с мужем переехали сюда примерно 5 или 6 лет назад. Это место казалось тихим и спокойным, но после приезда, тут царила невероятная суматоха. Шёл судебный процесс над каким-то парнем… подождите… так это вы избили того человека?! -

— Да…- стыдливо ответил Джон.

— Вроде, причиной стала супружеская измена, но…-

— Этого не доказали, поэтому не упомянуто в деле.- закончил за неё Джон.

— Хорошо…мне жаль. Ну, если это единственное ваше прегрешение, то мы с радостью готовы дать вам эту работу!- более весело продолжила женщина.

— Начинаете с завтрашнего дня, форму и всё необходимое выдаст старшая уборщица. Занятия начинаются в 7:30 утра, но вам нужно быть на работе к 7, дабы всё подготовить. Ваш рабочий день заканчивается к 19:00, но учтите, что возможны переработки. Вас это устраивает?- говорила женщина, заполняя какие-то документы.

— Да, меня всё устраивает. Спасибо миссис Синклер.- сказал Джон, вставая со стула и направляясь к двери.

— Только помните, мистер Смит, в этой школе насилие не приветствуется. — бросила она в след уже уходящему мужчине.

Это здание не изменилось ни на йоту. Краска всё та же, пол всё тот же, те же кабинеты, то же поле для футбола.

При взгляде на когда-то хорошо знакомые ворота, и мягкую искусственную траву, которую он когда-то мерил своими шагами. В груди заиграло неизвестное тепло, лишь на миг, ведь позже, его сменила горечь потери, потери слишком личной, чтобы о ней говорить, по крайней мере с пустотой.

Путь до машины прошёл в воспоминаниях о прошлом. Скрипучая дверь, мягкое сиденье, и недоумение.

« А куда теперь ?»

Немой вопрос висевший в воздухе. Раньше он без задней мысли поехал бы домой или на работу. Но сейчас, дома его совершенно никто не ждал, а на работу ему только завтра. Так что, ситуация тупиковая.

Машина плавно тронулась, тихо урча двигателем и покатилась оставляя позади здание школы.

За окном стали мелькать зелёные кроны деревьев. Маленькие туристические домики и палаточные лагеря. В лесной чащобе можно было разглядеть, как играет пламя костров.

Выйдя из машины, Джон уловил еле слышный треск сухих брёвен в костре, по дороге ко всем известному озеру, треск становился всё отчётливее. Вот он берег, лазурная, холодная вода размывает прибрежный грунт и пристань, качая привязанные там лодки. Единственный дом, что стоит у самой кромки леса, буквально в двух шагах от озера, закрыт на зимовку, хоть зима уже неохотно уступает свои права, пуская тёплый весенний ветер в долину. Но Джона больше привлекал треск костра, словно нашёптывающий о своём тепле и уюте. Он медленно стал углубляться в лес, нисколько не боясь заблудится, или потерять тропу из виду, мистическое сверкание, словно давала какую-то непоколебимую уверенность, что ты всегда найдешь нужную дорогу, даже если ты пришёл сюда не по ней. Наконец, Джон смог чётко увидеть источник звука и света. На небольшой поляне окружённой кольцом из деревьев, словно в шутку над естественным их ростом, горел небольших размеров костерок, озаряя поляну и лес на многие мили вперёд. А перед костром, на давно поваленном дереве сидел мужчина, совершенно непримечательный, увидишь того в толпе, даже не заметишь, более того, не каждый вообще увидит его. Джон вышел на поляну, чем вызвал на себя внимание мужчин, до этого безотрывно смотревшего в пустоту пламени.

— Hello partner! Что привело тебя сюда в такой поздний час?- мягко спросил мужчина, не проявляя ни толики агрессии.

— Мысли, мысли неотрывно вели меня.- ответил Джон, продолжая стоят на месте.

— Ох мысли, отличительная черта род человеческого. Сколько душ поработили, пленили, связали и освободили мысли. Ну же, присаживайся к огню, не стоит мёрзнуть.- сказал мужчина, улыбчива указывая на стоящий напротив пень.

— Благодарю.- сказал Джон, принимая предложение.

— Ну, расскажи ко мне partner, какие думы так закручинили тебя, что ты шёл сюда не разбирая дороги.- обратился мужчина, протягивая алюминиевую кружку, с чем-то по запаху напоминавшее целебный травяной сбор.

— С чего вы решили, что я не разобрал дороги? Я ведь дошёл сюда.-

-А это всегда так, когда ты теряешь тропинку, по которой идёшь, где-то на обочине можно найти место в котором сможешь составить новый маршрут. Так что тревожит тебя?- не унимался мужчина, ухмыляясь своими усами.

— Слишком тяжёлые, чтобы оглашать их.- уклончиво ответил Джон, отпивая немого напитка, слегка горький, но в целом неплохой.

— А это и не страшно, в тишине ночи даже самые тяжёлые мысли утопают, оставляя душу свободно летать над бескрайними просторами мира.- проговорил мужчина, усмехнувшись в свои пышные усы.

— Что ж, если вы так говорите. Тяготит меня, страх перед грядущим.-

— Это каждому привычно, каждые день мы засыпаем и просыпаемся со страхом перед будущим. Но оно всё равно наступает, становясь настоящим, а затем и прошлым, а есть ли смысл, боятся прошлого…- задумчиво молвил мужчина, тоже отпив из кружки.

— Есть, если твоё прошлое тяготит твоё настоящие.- сказал Джон.

— И то правда, но всё зависит от того, тяготит ли оно настоящие, или тяготит тебя самого. Если первое, то это лишь временное неудобство, хоть и требующие усилий, терпения и воли. Ну а коли второе… то тут уже одному не справится, человеку нужен якорь, или скорее берег тихой реки, воды которой омоют его раны, и принесут успокоение.-

— И где же находится эта река?-

— Значит, ты относишь себя ко второй. Что ж, река это иллюзорный образ, ищи людей. Людей способных посмотреть сквозь твоё тело, и увидеть нечто большее.- закончил человек, надолго замолчав.

Повисло молчание, изредка разбавляемое треском костра и стрекотанием цикад, откуда-то сверху доносились крики птиц, и шум леса.

— Ну что ж partner, ночь законно вступила в свои права, а значит время строить новые маршруты.- загадочно сказал незнакомец, вставая с нагретого места.

— Может вас подвести?- спросил Джон, последовав за новым знакомым.

— Было бы чудесно, будь у меня конечная точка, в которую хотелось бы попасть. А раз её пока нет, значит мне нужно продолжать её поиски. Но вы partner, сильно помогли мне в этом. -

— И куда вы хотите прийти? И почему при вашей мудрости, эту точку вы не нашли.-

— Пути человеческие бесконечны, и зачастую конца не имеют, я же хочу найти её, это цель моего пути.-

— Замкнутый круг какой-то.-

— И не говорите, partner.- сказал мужчина.

И клянусь, буквально на секунду потеряли его из виду, как не оказалось ни костра, ни мужчины. Словно, Джон и не ходил в манящую чащобу, не искал ответов, ни пил чаю.

Галька скрипела под ботинками, пока Джон подходил к своей машине. В последний раз вдохнув холодный бриз, Джон сел в машину, и осторожно тронулся в сторону дома. Оставляя тёмную фигуру одиноко сидеть на пристани, всматриваясь в ночное небо.

Дома он был ровно к 00:00. Сил ни на что не осталось, если раньше он думал, что вчерашний день был выматывающим, то сегодняшний, окончательно выжал из него все соки. Поднявшись на второй этаж, он вошёл в спальню и поставив будильник на 6:00, провалился в глубокий сон.

…

Ночь прошла без снов, многих это могло бы напугать, но для Джона это было одной из лучших ночей за последние несколько лет. Разбуженный шумом будильника, он лениво потянулся, тело чувствовало себя гораздо лучше прежнего, ушли напряжения в мышцах, а голова казалась ясной как никогда.

Джон поплёлся в ванную. Быстрый душ и процедуры гигиены, и вот он уже готов идти в бой. Спускаясь по лестнице, Джон изредка зевал, протирая всё ещё закрывающиеся глаза, да, сон в собственной постели явно расслабил его.

Завтрак стал эпилогом утренней рутины. Всё, как обычно: яичница, тосты и кружка кофе, плюс он сделал себе несколько сэндвичей, чтобы с удовольствием пообедать. И после упаковки всего необходимого, ровно в 6:40, Джон выехал с подъездной дорожки, навстречу новой жизни.

Погода была до невероятного прекрасная. Тёплые солнечные лучи, ещё только-только выходящего солнца приятно согревали землю и воздух. Голубое небо дополняло приятный пейзаж. Старенький форт неспешно катился по асфальтированной дороге, давая водителю шанс собраться с мыслями и морально подготовится.

Вот и здание школы, к ней только-только стали подъезжать машины остальных сотрудников, наполняя школу рабочей суматохой.

Джон припарковал машину, и неспешно пошёл к задним дверям школы, именно оттуда заходил весь рабочей персонал, это он помнил ещё со времён учёбы здесь. Дойдя до поста охраны, Джон встретил первое препятствие.

— Доброе утро молодой человек, позвольте взглянуть на ваш пропуск.- сказал пожилой мужчина, сидевший на посту.

— Ох, я устроился только вчера, мне ещё не выдали пропуск.- растерялся Джон.

— Билл, это мой новый стажёр, не стоит смущать парня!- вдруг сказала тучная женщина, неизвестно откуда взявшаяся.

— Тьфу ты Дорис! Сколько ещё лет мне нужно просить тебя не подкрадываться!- возмутился старик.

— Столько, сколько мы пробудем в браке.- игриво ответила она, сверкнув кольцом на безымянном пальце.

— Такими темпами, и брак наш продлится недолго…- кряхтел старик.

— Молчи дубина.- сказала женщина, переводя внимание на Джона.

— Ты ведь разнорабочим устроился? Пойдём, выдам тебе форму и задачи на день.- сказала женщина махая рукой в сторону коридора и отправляясь в указанном направлении.

Джон последовал за ней.

— Звать меня Долорес Штейн, с моим мужем ты уже познакомился, работа у тебя не пыльная, так как в этой школе мало что от нас зависит, дело у нас маленькое. Полы помыть, туалеты продезинфицировать, да при необходимости лампочку поменять или коробки перенести. Зарплата у нас не космическая, но вполне достойная. Ты как, один живешь или с красавицей женой?- спросила женщина.

— Один.- кротко ответил Джон.

— А что так? Неужто во всём городе, не нашлось красавицы, способной схватить твоё сердце?-

— Не совсем, я не так давно разведён.- ответил Джон, не реагируя на сильною приставучесть женщины, наверное, для её возраста и положения это нормально.

— Ясно, а звать то тебя как?-

— Джон, Джон Смит.- после этих слов, Джон мог поклясться, как в голове женщины сошлись кусочки пазла, мгновенно изменив её взгляд. Она явно узнала его, если не знала лично, определённая слышала от кого-то из знакомых.

— Ну что ж… рас мы…всё выяснили, пора приниматься за работу, надевай форму и бери лист с заданиями, давай хорошо потрудимся!- эту фразу она произнесла с явной неловкостью и беспокойством, женщине стало явно не комфортно.

— Принято. — ответил мужчина.

(Спустя примерно два или три часа)

Сейчас у детей третий урок, и в коридорах царит мертвецкая тишина. Джону сильно надоело просто сидеть и пить чай, поэтому он выпросил у Долорес немного «лишней» работы. Конечно, получив комментарий, что переработку не оплатят, но он на это и не рассчитывал.

И вот, закончив перетаскивать коробки, Джон медленно слонялся по коридорам, ища чем же себя занять, но вдруг, его внимание привлекла знакомая маленькая фигурка, робко оглядывавшаяся по сторонам.

— Долли, ты почему не на занятиях?- мягко обратился он к девочке.

Девочка слегка подпрыгнула от неожиданности, но опознав обратившегося к ней, в её ангельских глазах снова появилось знакомое сияние, означавшая буквально щенячий восторг.

— Здравствуйте, дядя Джон! Вы как тут?- спросила девочка.

— Работаю, но ты мне зубы не заговаривай, почему не на занятиях?- с наигранной строгостью спросил Джон.

— Я...потерялась.- слегка подумав сказала девочка.

Джону не нужно было быть супер гением, чтобы понять, что девочка просто прогуливает. Но он решил не выдавать себя.

— Ладно, раз потерялась, будем искать твой класс.-

— Как это потерялась?- спросил Джон.

— Ну… у нас сегодня первые занятия в новом кабинете, а я забыла какой это кабинет…- сказала девочка.

— Только и всего, ну ты даёшь, глупая гусыня. Давай посмотрим какой это кабинет, ты в каком классе?-

— Восьмой класс миссис Браун.- отчеканила девочка, сразу видно, её заставили не один раз это повторит, а Джон даже знает, кто это сделал.

— Ладно, щас проверю расписание. Ну вот, нам с тобой нужно в 105 кабинет!- радостно сказал Джон.

— Пойдём?- спросил Джон.

— Ладно.- неохотно ответила девочка.

Ребята неспешно шли по коридору, им действительно нет смысла спешить, ведь нет ничего, чего нельзя будет нагнать потом. Так ведь…

— Дядя Джон…- обратилась девочка, вызывая на себя внимание мужчины.

— Только не говорите, что я заблудилась, а то надо мной смеяться будут.- сказала она более грустно.

— И что же мне сказать? Что я поймал злостную прогульщицу, и силой привёл на занятие?- весело спросил Джон.

— Нет…ну, то есть… да, наверное, лучше, что заблудилась. — заключила девочка.

— А над тобой часто смеются?- аккуратно поинтересовался Джон.

— Наверное, в основном они дразнятся, что у меня папы нет, хотя у меня есть дедушка Ричи, и мама и вы теперь у меня есть…- не задумываясь сказала девочка.

— И кто же смеётся?-

— В основном начинает Дерек, а потом они уже все вместе смеются.-

— А что за Дерек?- спросил Джон, уже имея некоторые предположения.

— Дерек Каннингем, они живут на седьмой улице.- сказала девочка, подтверждая догадки мужчины.

— Ясно.- закончил Джон.

Вот и дверь нужного класса. Постучав в дверь, и перекинувшись несколькими фразами с учительницей. Джон оставил девочку, тихо попрощавшись, и пошёл в свою каморку, слишком уж он вымотался.

…

Так прошли ещё несколько дней. Джон исправно выполнял свою работу, иногда присматривал за Долорес, и разговаривал с ней. На удивление, он даже смог получить какой никакой авторитет у коллег, когда в один из перерывов разобрал давно захламлённый кабинет, дав другим доступ к необходимым вещам. Похоже, третий пункт из списка, с горем пополам может быть выполним. Но в один из дней, прошлое снова наступило ему на пятки.

День был не примечательнее других. Обычный четверг, конец учебного дня, дети младшей школы играют на газоне. Джону больше нравилось сидеть именно в этой части школы. Но вы не подумайте лишнего, просто в помещениях средний и старшей школы, одни лишь угрюмые подростки. Головы которых закрывают капюшоны, полные тревожных дум, никакой радости, а тут почти нескончаемый смех, всяко лучше. Только не сегодня. Джон тихо мирно обедал в тенёчке массивных школьных дверей. Как вдруг, ему послышались не самые лицеприятные слова.

— …Да она даже домой сама дойти не сможет, папочка ведь не встречает её…-

Джон повернул голову, и увидел скопление подростков вокруг маленькой Долли. (на фоне остальных детей, она действительно казалась ниже)

Сосредоточив своё внимание на этом, он увидел мальчика, от которого похоже и последовала эта фраза.

-« Похоже это и есть Дерек. А если здесь сын, значит рядом есть и… бинго!»- проговорил он про себя увидев недалеко от этого скопа мужчину, облокотившегося на дверь своей машины, и с нескрываемой гордостью смотревшего на это зрелище.

Джон терпеть не стал. Он быстро подошёл, и сделал замечание мальчику, получив грубый ответ, Джон уже хотел продолжить, как вдруг рядом с собой услышал мужской голос.

— Какие-то проблемы?- спросил голос.

Подняв глаза, Джон увидел того самого мужчину, с нескрываемым гневом смотревшего на него.

— Ваш сын издевается над девочкой.- спокойно ответил Джон.

— А твоё какое дело?! Ты вообще кто?!-

— Меня зовут Джон, Джон Смит.- сказал Джон, взглянув в глаза хаму.

— Ты….- шокировано выдавил из себя мужчина.

— Здравствуй Ренди, давно не виделись.- сказал Джон, слегка улыбнувшись.

— По-моему с самого выпускного, а нет, ты ещё стоял на крыльце в ту ночь, жену свою обнимал, она прижимала к груди сына.- последнюю часть он проговорил шёпотом, чтобы только он и Ренди могли услышать это.

— Дааа… давно не виделись, ты…ты отлично выглядишь! Подкачался вижу, подстригся…ну, мы, наверное, поедем, а то нас мама дома ждёт, да Дерек? Ну мы поедем, пока Джон!- торопливо и нервно протараторил мужчина, быстро уходя и сжимая руку сына.

Машина Киннингемов быстро скрылась из виду.

(В машине…)

— Пап, а почему ты так легко спустил тому мужику его грубость, он ведь не прав был!- нагло сказал мальчик.

— Запомни Дерек, никогда, слышишь меня, никогда не спорь с этим человеком, а ещё лучше, никогда не подходи к нему! Если он защищает ту девочку, значит никогда в жизни не подходи больше к ней! Ты меня понял?!- нервно спросил мужчина.

— Да… но почему?-

— Просто сделай и всё!- строго сказал мужчина, продолжая вести машину.

(На лужайке школы…)

— Спасибо Джон. Но я и сама бы справилась.- сказала девочка, но всё же мягко обняла Джона.

— Не сомневаюсь, но я справился быстрее. А ты почему ещё не дома? Занятия ведь уже закончились.-

— Мама сильно занята в мастерской, и не может меня забрать, а дедушка сегодня плохо себя чувствует, так что тоже не может прийти.- грустно сказала девочка.

— Хм, а хочешь, я тебя отвезу?- спросил Джон.

— Да! А… а разве у тебя нет ещё работы сегодня?-

— Нет, я уже всё закончил, и могу смело ехать домой, а заодно и тебя подвезу.- сказал Джон, ведя девочку до машины.

Дорога прошла без приключений. Всю поездку они весте подпевали песням играющим из радио, а девочка успевала ещё и одновременно уплетать сэндвич. Поездка прошла весело для обоих.

Вот и мастерская. Как по инструкции, как только машина Джона повернула к мастерской, из-за створок гаража показалась Фина, по обыкновению вытирая руки.

— Здравствуй Джон. Сейчас я твоим стариком заняться не смогу, мне надо Долли со школы забрать.- слегка виновато, и чуть огорчённо сказал женщина.

— Меня подвезли, не утруждайся.- сказала девочка, выходя из-за машины, и слегка обнимая мать.

Женщина даже чуть удивилась.

— А ты тут откуда?!-

— Меня дядя Джон подкинул, прикинь, он у нас в школе работает.-

— И ты мне ничего не сказала, сплетница. Ладно, иди делай уроки. Мне нужно с Джоном поговорить. — сказала женщина, целуя дочь в макушку.

— Ладно.- ответила девочка, перед уходом обняв и Джона.

— Не ожидала от тебя такого.- с улыбкой сказала женщина.

— Я и сам не ожидал, оно как-то само получилось.- неловко ответил Джон.

— Спасибо тебе большое, ты сильно выручил всех нас.- сказала женщина, легко поцеловав щёку Джона.

— Ну… я…рад…рад, что смог помочь!- сказал он.

— Я надеюсь, завтра всё в силе? Если нет, то я сильно тебя ударю, так как платье я уже выбрала.- кокетливо сказала женщина.

— И тебе остаётся только погладить его! Как насчёт того, чтобы я заехал за тобой в 19:30?- с улыбкой спросил Джон.

— Было бы замечательно!- ответила женщина, подарив Джону ещё одну сверкающую улыбку.

— Значит договорились. Буду ждать с нетерпением!- ответил Джон, садясь в машину.

— Взаимно!- сказала женщина, помахав ему в след.

Глава третья: « Может, ещё есть шанс?»

Машина плавно катилась по асфальту, освещая ночную темень светом фар.

Утро оказалось ничем не примечательным, но особенным был сам день. Сегодня наконец-то пятница! День, которого ждёт каждый, кто учится или работает. А для Джона этот день должен стать по-настоящему особенным, ведь сегодня его первое за многие годы свидание. Фина казалась невероятной женщиной, и разочаровывать её не хотелось от слова совсем, так что Джон много дней думал куда же её позвать.

Она подтянута и спортивна, может, на прогулку в парк? Для первого свидания самое то, хотя нет, в парк можно сходить когда угодно, да и он уже не школьник, чтобы водить девочек по паркам. Значит, нужно что-то посолиднее. Кино, например, но и это нам не подходит, в кино сейчас не идёт ничего интересного, а если и идёт, то Джон вряд ли сможет это понять, за три года изменился не только кинематограф. Тогда что-то классическое. Куда более-менее солидный мужчина поведёт обаятельную и прекрасную женщину? Ну конечно же в ресторан! А с вновь обретённой работой покрыть затраты на вечер будет намного проще. Хорошо, с родом этого мероприятия мы определились, осталось выбрать место, ну тут, к счастью, долго думать не надо: единственное более-менее приличное заведение — это маленький французский ресторан. Лучших спагетти на весь штат не сыщешь. Да и цены вполне доступны, столик заказать можно в любой день, всегда один да найдётся. Решено, свидание пройдёт во «Fleur de printemps», как говорят во Франции, ну а если по-человечески — в ресторане «Весенний цветок». Не раздумывая больше ни секунды и убирая грязные тарелки в раковину, Джон взял домашний телефон с зарядной станции и набрал хорошо знакомый номер.

— **Ресторан «Fleur de printemps», я вас слушаю**, — раздался женский голос из трубки телефона.

— Здравствуйте, я бы хотел заказать столик сегодня вечером на 20:00, это возможно? — спросил Джон.

— **Да конечно, какой столик вы бы хотели забронировать, и на чьё имя будет бронь?** — спросила девушка.

— Пускай будет тот, что у западного окна, в самом углу. Бронь на имя Джона Смита, — после последней фразы Джон мог услышать отчётливый звук волнения из трубки, неизвестно, как его описать, но единожды услышав, его уже ни с чем не спутаешь.

— **…Хорошо… я зарезервировала ваш столик… с нетерпением ждём вас у себя, до свидания** — последние слова она проговорила в явной спешке, стараясь побыстрее закончить разговор.

— Спасибо… — уже в глухую трубку сказал Джон.

Его не сильно удивила подобная реакция, но всё равно немного обидно.

Но ладно, сейчас не время горевать, а самое время отправляться на работу, сегодня огромная куча дел.

…

Дорога тянулась тихо и размеренно. Серые дома сегодня не казались такими уж серыми, а скорее тёмно-синими. Люди, шедшие по тротуарам, казались не такими угрюмыми и уставшими, какими выглядели обычно. Даже солнце сегодня вроде как светило ярче обычного, даже, наверное, ярче, чем когда-либо. В купе всё это, конечно же, не могло не радовать. Вот в таком приподнятом настроении и прошла дорога до работы. По обыкновению припарковавшись на месте для работников школы, Джон неспешно отправился внутрь, предвкушая вечернее блаженство.

Рабочий день проходил по обыкновенному сценарию. Надень форму, возьми задания и вперёд весёлым галопом. Но даже этого Джону было мало, несмотря на то, что его список заданий был рассчитан на весь день, и был даже шанс не успеть закончить всё вовремя. Джон каким-то образом умудрялся закончить со всеми делами ещё до обеда, после чего просил дополнительной работы, за которую ему даже не доплачивали, и до конца смены занимался различными делами. Зачастую, когда работы по его основной направленности не находилось, он помогал своим учёным коллегам, бегая по мелким их просьбам, а иногда и помогая на уроках. Разумеется, это давало ему немалое количество очков авторитета у коллег, все отзывались о нём как о хорошем напарнике и даже друге. И это только за одну неполную рабочую неделю, но разумеется, многие из них были приезжими и не знали всей его истории, так что непредвзятое отношение явно играло Джону на руку.

И вот наступила лучшая часть рабочего дня — обед. Джон, как обычно, пошёл в тень массивных дверей школы, рядом с площадками начальной школы, и принялся с умиротворением и удовольствием поедать свой самолично приготовленный сэндвич с курицей. Конечно, до кулинарного шедевра этому ещё далеко, но как незамысловатый перекус вполне сгодится. Но кое-что нарушило его тихую идиллию. Хоть он и не был этим сильно расстроен.

— Здравствуйте, дядя Джон! — раздалось за спиной мужчины, и, повернувшись, он увидел хорошо знакомую девочку, расслабленно стоящую на траве.

— Здравствуй Долли, как твои дела?- спросил Джон.

— Не жалуюсь, всё очень даже хорошо. — ответила девочка.

— Отрадно слышать, если что случиться, обращайся ко мне без стеснения.- с улыбкой сказал Джон, передавая девочке второй сэндвич из коробки.

Малышка с удовольствием приняла его.

— У вас же сегодня свидание с мамой? — невинно спросила девочка.

Джон чуть не подавился бутербродом.

— Это откуда у тебя такие сведения?!-

— Ну, когда я завтракала, мама вышла из ванны, а на её лице была белая маска. Я сначала не поняла, с чего это такие приготовления, спросила всё ли с ней хорошо. Она ответила, что это помогает коже выглядеть лучше. Я сказала, что и мне такая не помешает, так что она дала и мне маску. Дядя Джон, моя кожа выглядит лучше? — всё так же невинно спросила девочка, повернувшись щекой к мужчине.

— Она просто сияет, милая. Но ты так и не сказала, с чего ты решила, что мы с твоей мамой будем гулять?

— Ну так я же и говорю, она сегодня закрыла мастерскую и всё утро сидела перед зеркалом. Волосы крутила, платья всякие примеряла, она их давно не одевала, с того момента как мы сюда приехали, и постоянно говорила, что она толстая и некрасивая, раз ей не подходят эти платья. Я ей говорила обратное, а она сказала, что я ничего не понимаю. Это ведь неправда?

В голове Джона тут же возник образ Фины, буквально пару дней назад сказавшей ему:

— «Надеюсь, у нас всё в силе? Ведь если нет, я сильно ударю тебя, так как платье я уже выбрала».-

— «Врунишка…»- пронеслось в голове Джона.

— Конечно неправда, твоя мама самая красивая и элегантная женщина на свете, не обижайся на неё, просто она очень сильно волнуется, — ответил Джон.

— Вот и я так подумала. Но в итоге я спросила, что случилось, что она так волнуется, и она сказала мне, что она сегодня идёт с тобой на свидание! А всё это время дедушка сидел в кресле и смеялся. — сказала девочка.

-Мы просто хотим лучше узнать друг друга. А с тобой мы сходим куда-нибудь на следующих выходных, как тебе идея? — предложил Джон, протягивая в своём кулаке маленькую конфетку для девочки.

— Было бы круто. — с энтузиазмом ответила девочка, приняв сладость.

— Ну беги тогда, мама сегодня забирает тебя со школы?-

— Нет, она занята, я ведь вам сказала! Меня сегодня дедушка заберёт.-

— Да-да, прости, я сегодня рассеянный. — на этом их диалог закончился, и девочка весело поскакала к остальным, оставив Джона в приятном предвкушении.

— «Раз Фина так волнуется сегодня, важно будет не разочаровать её. Так что ещё пару часов, и буду собираться домой, может стоит поискать свой старый пиджак или уже пора купить новый…»

…

В жизни обычного мужчины судьба костюма не завидна. Первый костюм всегда покупает мама, на выпускной. Второй костюм тебе купит невеста, в нём ты пойдёшь к алтарю, после ты больше никогда его не наденешь. На работу ты будешь ходить в своём первом костюме, меняя разве что рубашки и носки, ну и под конец, если костюм оказался достаточно крепким, ну или если вы слишком мало его носили, в этом же костюме вы уйдёте на шесть футов под землю, навсегда спрятавшись от мира.

Но, как мы поняли, Джон не обычный мужчина. Первый его костюм он купил сам, ну почти. Перед выпускным отец дал 150 долларов и сказал купить костюм, его мало волновало, будет у него костюм или нет, его задача — обеспечить средства, остальное не его дело. И вот, взяв такую немаленькую сумму, Джон пошёл и купил в хорошо знакомом магазине угольно-чёрные пиджак и брюки, бонусом к ним он купил ещё и такого же цвета длинный галстук, как бы это ни было смешно, но на настолько официозном галстуке, прямо по середине были вышиты белые колокольчики, убивая всю серьёзность этого аксессуара. Но Джону было плевать. Также он купил белую рубашку, чёрные кожаные туфли и чёрные высокие носки. Настоящий джентльменский набор. Придя домой, Джону хотелось показать отцу, какой образ он себе подобрал, но тот ясно дал понять, что ему это искренне неинтересно. Ну ладно, Джон был ему благодарен за то, что он дал ему возможность выглядеть парадно на столь важном событии. Так что он поднялся в свою комнату и аккуратно повесил новообретённое одеяние на ручку шкафа, поставив внизу сверкающие туфли.

Вернёмся к настоящему: годы явно не были добры как к Джону, так и к его одежде. Костюм сильно истрепался, имел много заломов и не разглаживаемых вмятин. Носки когда-то сверкающих туфель стёрлись почти до основания. Вывод был очевиден.

Времени было предостаточно, так что Джон прыгнул в свою машину и отправился к месту, в котором давно не бывал.

Швейная мастерская «Clemens&Co» — лучшие портные в городе, наверное, потому что единственные. Здесь Джон купил свой первый костюм, здесь он купит и последний. Так что, не думая ни секунды, Джон открыл стеклянную дверь, встав у входа.

— Добро пожаловать в «Clemens&Co», меня зовут Томас Клеменс, я к вашим услугам… Джон!? Ты ли это, мальчик мой? — на последней фразе, до этого безэмоциональное лицо старика озарила яркая стариковская улыбка.

— Да, Том, и я к тебе со срочной просьбой.- так же с улыбкой ответил Джон.

— Всё что угодно для тебя! У меня к тебе гора вопросов, но вижу, что дело истинно срочное. Чем может помочь старый Томми?

— Тем, что он умеет лучше всего. Том, мне нужен новый костюм!

— Уляля, давно ты не приходил ко мне с такой просьбой. И какого же рода тебе нужен костюм? На собеседование, на работу, может похоронный, но нет, тебе пока рановато, неужто… — глаза старика расширились.

— Да Том, мне нужен вечерний костюм, костюм, в котором не стыдно пойти в ресторан.

— В таком деле лучше Томми никого не сыщешь на добрые три тысячи миль. Как скоро он тебе нужен?

— Сегодня, к 19:00, — ответил Джон.

— Ох, только ты можешь нагрузить старого Томми такой задачей. Ну это же чистая безвкусица, костюм на вечер с прекрасной mademoiselle, не сшитый на заказ, это же honte absolue для портного, о mon ami. Ну что ж, тогда мой долг подобрать тебе лучший костюм, который сможет покрыть такой несмываемый позор! — сказал старик, взмахивая руками и идя к стойкам со своими шедеврами.

— Что же тут у нас… Этот не пойдёт, слишком официален… этот слишком вычурный… а этот, фу, как убого выглядит этот цвет! — бубнил старик себе под нос.

— Ах вот! Вот что идеально подойдёт для сегодняшнего вечера, mon ami! — воскликнул старик, указывая на тёмно-синий костюм-тройку с инисто-белой рубашкой и кровавого цвета галстуком и платком для нагрудного кармана, внизу же стояли лакированные чёрные ботинки-оксфорды, никаких брогов.

— Твой вкус всё так же превосходен, Том! — с восторгом сказал Джон, разглядывая себя в новом виде.

— Сколько же мне будет стоить такая роскошь? — с волнением спросил Джон, хоть работа у него и была, но такой костюм стоил немалых денег, тут уж ста пятьюдесятью долларами не обойдёшься.

— А, бери просто так. Считай это моим тебе подарком.-

— Ну же, Томми! Ну хоть полцены. Я не могу принять столь дорогой подарок.-

— Можешь, считай это платой за ту помощь, что ты оказал мне в прошлом. Если бы не твои усилия, «Clemens & Co» вообще могло не быть. Да, ты действительно заслужил подарок от старого Томаса. Не разочаруй ту mademoiselle, сам ведь знаешь, хорошая épouse на дороге не валяется!-

— Знаю, — с уверенностью сказал Джон.

— А раз знаешь, тогда n'échoue pas.-

— Merci beaucoup, vieil ami!-сказал Джон напоследок, показав старому Томми, что он не просто так вслушивался в его французскую болтовню.

Джон вышел из магазина в поднятом до небес настроении. Время 18:00, пора бы готовиться к главному событию дня.

….

Афина Роджер, девушка мягко говоря привлекательная, а прямо говоря невероятная. Ещё в годы ранней своей юности пользовалась огромным успехом у парней, а позже и у мужчин. Всем давно известно, что нужно парню-подростку от девушки. И природа богато одарила Афину, не зря она носит имя олимпийской богини. Так что парни видели в ней сначала лёгкую добычу, а после недостижимую вершину. Конечно, это вызывало и вражду в женском обществе, ведь мало кому понравится, когда твой парень пускает слюни на девчонку, шансов с которой у него заведомо нет, в то время как ты здесь и сейчас, только для него. Сначала это её обижало, но потом она привыкла, став старше и умнее. Но был один мужчина, сумевший пробить ей защиту. Мужчина, которому казалось, не нужно то же, что и всем остальным, даже несмотря на то, что она готова это отдать. Казалось, он хотел большего, хотел настоящего. Но мы ушли куда-то не туда, это история для другой обстановки.

Сейчас у нас срочная тревога! ВИУ… ВИУ! Она проторчала весь день перед зеркалом, но так и не решила, что одеть! Да, она сказала Джону, что уже выбрала платье, но это было скорее невинное поддразнивание, проверка — не соскочит ли он, не струсит ли. Но он, чёрт подери, был очень серьёзен. Вы зададитесь вопросом: «Как мать вашу можно за целый день не решить, что тебе одеть?!» Мне лично хватает минуты три. Но не спешите с выводами. Афина не была на свидании со времён колледжа, а это стоит признать, было жуть как давно. Тем более, что идёт она не с каким-то парнем «на разок», а с хорошим мужчиной, глаз которого хочется порадовать! Да и вообще, она между прочим ещё причёску выбирала! Красилась, намывалась, на… Короче, это парням хватает помыть хорька своего, побрить бороду, да носки чистые одеть, а для женщины это что-то сокровенное. Порадовать того, к кому искренне лежит душа.

— Ну чёрт его раздери! И это не подходит! — уже почти истерически сказала женщина, снимая очередное платье.

— А это то почему не подходит?! Мамочка, ты прекрасно в нём выглядела! — устало возмутилась девочка.

— Ну правда, Фина, оно прекрасно смотрелось, как и пятнадцать предыдущих. — более расслабленно сказал старик Ричи.

— Оно к моим теням не подходит! — обидчиво сказала женщина.

— Главное, что оно не лишает тебя их! Надень комбинезон и кеды, главное футболку чистую натяни. — ехидничал старик.

— Шутник старый. Мне помощь нужна, а не издевательства!

— Всё, мне надоело! — сказала девочка, подходя к шкафу и доставая одно из платьев.

— Надевай, в нём пойдёшь! — ультиматум был бесспорен, так как Долли захлопнула шкаф, прижав дверки своей тушкой.

— Ну… ладно. — согласилась женщина.

….

Время 19:28, Джон подъехал к «мастерской Роджеров», чуть с запасом. Но не успел он даже заглушить мотор, как из дверей вышла неописуемой красоты женщина.

Но что-то из того многообразия можно выделить.

На её голове был завязан объёмный пучок, высокий, с несколькими выпущенными завитками, обрамляющими лицо. Нежно обнажая её шею и уши, в которых то тут, то там в разных частях ушной раковины блестели различные серёжки, показывая некую бунтарскую нотку.

Лёгкий, но подчёркивающий черты лица макияж демонстрировал не только хорошие навыки визажа, но и титаническую работу, чтобы подчеркнуть естественную красоту этой женщины, не превращая лицо в картину абстрактной живописи.

Но истинный фурор производило ониксово-чёрное платье, прекрасно гармонирующее с глазами, демонстрируя ту бескрайнюю пучину, в которую так и хотелось провалиться. Дерзкий разрез на правой ноге почти не оставлял места фантазии, явно демонстрируя самоуверенность владелицы. Чёрные каблуки на неприлично высокой шпильке ясно давали понять: «Я жду, что сегодня меня будут носить на руках!» И чёрт возьми, Джон очень хотел это сделать!

— Здравствуй…те. — еле выдавил из себя Джон, медленно отходя от шока.

— Добрый вечер, рада тебя видеть. — ответила она с улыбкой, оглядывая его с ног до головы. Она была шокирована не меньше него, за свою жизнь она повидала достаточно мужчин и достаточно первых свиданий, чтобы не ожидать многого. Пиджак на футболку уже было бы хорошо, но полный костюм, да ещё и настолько прекрасный… девочки, держите меня. Я нашла идеального мужчину. Но рано торопиться с выводами, даме нужно сесть в машину.

— Позволь помочь. — сказал Джон, подав ей руку, чтобы ей было проще сесть в его машину.

— Благодарю. — смеясь, ответила она.

Такая картина не могла не позабавить. Пара чуть за 30, в костюме и дивном вечернем платье, едет в стареньком форде прошлого десятилетия. Но им обоим было глубоко плевать на это. Они были вдвоём, и проводили прекрасную поездку только вдвоём, чего ещё можно желать?!

Поездка не проходила в тишине. Там нашлось место шуткам, которые оба активно отпускали как в адрес друг друга, так и над собой они шутили охотно. Были и споры, как лучше или быстрее проехать, но оба пришли к компромиссу. Кульминацией стало поистине ангельское пение Афины, когда по радио судьбоносно заиграла минусовка «Angel in White Unaware», слова мелодично вылетали из её пухлых губ, словно эта песня была о ней самой, согревая душу Джона пением тысяч серафимов.

Но дорога подошла к концу. Машина плавно притормозила около ресторана. Первым вышел Джон и, обойдя машину, открыл дверь и подал даме руку. В который раз она убедилась, что с правилами приличия он знаком.

И выйдя из машины, она приняла подставленный ей локоть, дабы с комфортом дойти до дверей.

Признаться, она впервые была в этом ресторане. Она много слышала о нём, но повода прийти сюда не находилось. Интерьер её приятно удивил, хоть она и никогда не была в Италии, но войдя туда, она словно переместилась на улицы города романтики. Клетчатые скатерти, официанты в чистеньких передничках и неаполитанская песня, окутывавшая всё тело с ног до головы.

— Здравствуйте, рады приветствовать вас в «Fleur de printemps», у вас заказано? — голос девушки с ресепшн вырвал Фину из разглядывания окружающей обстановки.

— Да, на имя Джона Смита. — спокойно ответил ей Джон, тепло посмотрев на Фину, наблюдая за её реакцией.

— Есть такая бронь, 17 столик, позвольте вас проводить. — что-то в интонации девушки изменилось, словно там появились тщательно скрываемые нотки страха.

Девушка проводила их до столика и быстро удалилась, пообещав, что скоро подойдёт официант. Всю дорогу до столика Фина не отпускала руку Джона, чувствуя, как с каждым шагом его рука всё больше сжимается и слегка подрагивает. Это немного насторожило женщину.

— Это чудесное место! Никогда раньше не была здесь. — начала разговор женщина.

-Не может быть! Разве за все семь лет не было хоть одного вечера, который стоило провести за столиком? — спросил Джон.

— Свободных вечеров было не так много. Лишь последние пару месяцев более-менее спокойные, а раньше… было тяжело. Поиски работы, смирение, что нормальной работы тут не найти. Забота о Долли, а потом и о мастерской. — немного грустно проговорила Фина.

— Прости, не хотел ворошить прошлое. Лучше взгляни туда. — сказал Джон, указав на окно, рядом с которым они сидели.

Фина увидела невероятной красоты закат. Ало-красное солнце медленно заходило за линию скалистого горного хребта, озаряя долину последними тёплыми лучами. Это зрелище заворожило её, их пальцы переплелись, сжимая ладони друг друга, душа сжалась до размеров атома и замерла, боясь упустить этот момент, и господи, как ей не хотелось, чтобы он заканчивался. Но подошёл официант, злостно прервав их.

— Mademoiselle, monsieur, чего вы желаете в этот прекрасный вечер? — спросил мужчина с аккуратно подстриженными усами.

— Я бы хотела «спагетти alla chitarra» с фрикадельками и бокал красного полусладкого вина. — заказала дама.

— Что ж, а я бы хотел бифштекс, средней прожарки. И бокал такого же вина, что и даме. — так же заказал Джон.

— Bene, всё будет готово в течение 10 минут, вино принесу в течение пары минут. Buona serata. — сказал мужчина, плавно уплывая от их столика годами отточенным движением.

— Пока мы ждём, у тебя будет время наконец ответить на мои вопросы. — хитро сказала женщина, заглядывая в глаза своему спутнику.

— Конечно, спрашивай. — ответил Джон, отпивая из только что появившегося бокала.

— Кто ты? Я имею в виду, кем ты работал и почему больше не работаешь? Почему за все семь лет я ни разу не встречала тебя в городе? Хотя ты утверждаешь, что всегда жил здесь и не покидал его. Почему ты так хорошо знаком с моим стариком? В общем, вопросов куча, и это я ещё не все озвучила.-

— Ты хитрая, пытливая лисица. Но я расскажу тебе всё честно, чтобы не давать тебе полуправды и ложных надежд. Я действительно никогда не покидал город, но семь лет я провёл в тюрьме этого города. — сказал Джон, прервавшись, чтобы посмотреть на реакцию спутницы. Но к его удивлению, в её глазах вспыхнуло не отвращение, ненависть или гнев. Нет, в них лишь сильнее загорелся огонь любопытства.

— Я… в общем, я сильно избил одного парня. В моём деле это описано как необоснованное избиение. Но по правде, причина была, и она была очень личной. Понимаешь… я уже был женат, женат долгие годы, я искренне любил её, хоть в последние годы наши отношения и были шаткими. Её звали Элиза, невероятно красивое имя, так я думал раньше. Мы познакомились в непростое для нас обоих время, так что я не сомневался, что мы всё преодолеем. Может это бытовуха так нас накрыла, а может наши отношения изначально были обречены. Не знаю. Я… я хотел всё наладить, запланировал отпуск на озере недалеко от города, договорился с владельцем уединённого домика в лесу, отпросился пораньше с работы. В то время я работал на литейном заводе, я выполнял разноплановую работу, мог лить металл и заполнять отчёт о квартальных премиях, и всё это в один день. Она… она была графическим дизайнером. Удивительно, как она получила такую профессию в нашем-то городе, но мы оба неплохо зарабатывали. У нас не было ощутимой разницы в доходе, моя работа была не популярной, но постоянной, её была чуть менее постоянной. В тот день я пораньше пришёл с работы, хотел сообщить ей о моём плане. Но её не было по обыкновению на кухне или в гостиной. Я подумал: «Может, она меняет постельное бельё или ещё что», без раздумий поднялся наверх и открыл дверь спальни. Там была она… и наш сосед, наш с ней одноклассник. Я… я не знаю, что тогда почувствовал. Помню, что не злился в тот момент, не было гнева к ней, была боль и обида, но не гнев… — на той фразе он запнулся, чтобы слегка перевести дух и хлебнуть немного из бокала, дабы смочить пересохшее горло.

— Не торопись… это вечер для нас. — сказала она, положив свои руки поверх его в ободряющем жесте, и одарила его солнечной улыбкой, озарившей этот тусклый, лунный вечер.

— Они заметили меня. Элиза тут же прикрылась, спрятав ещё и лицо. Не знаю, что она тогда почувствовала, но с того дня я больше не видел её лица, больше не мог смотреть на него. Её… её партнёр, его звали Джек Холден, он встал и подошёл ко мне. Я бы очень хотел забыть, что он тогда сказал, но не могу… «Наконец-то она познала мужчину», вот что он сказал мне. Я не знаю, что на меня нашло. Но я с силой ударил его прямо в челюсть. Ещё в школе мы были в одной команде по футболу. Правда, я был обычным защитником, а он звёздным нападающим, капитаном команды, а следовательно, и звездой школы. Но школьные тренировки делали мои удары достаточно тяжёлыми, чтобы повалить его на пол. Я сел над ним и продолжил избивать его лицо… бил, покуда кулаки не начали утопать в кровавом месиве его лица. Но почему-то я не остановился. Я взял какую-то палку или что-то вроде того. У меня была лишь одна мысль: «Я должен сломать ему всё, чем он касался моей жены!» Поэтому… я раздробил ему руки и ноги, оставив его стонать голым на полу… — на последней части Джон чуть не начал плакать. Фина видела, как его кадык всё чаще дёргается туда-сюда, сдерживая рвотные позывы. И дураку понятно, что он жалеет об этом больше всех.

— Что… что было дальше? — спросила она, ей не хотелось давить, но было важно увидеть всю картину целиком.

— Я спустился вниз, взял телефон и набрал 911. Я вызвал полицию и скорую, после чего сел на диван. Мне хотелось вырвать себе руки и перегрызть горло. Поэтому я обнял себя руками и в таком положении просидел до приезда полиции. Потом был суд. В суде не смогли доказать факт измены. То ли кому-то заплатили, то ли ещё что, но в какой-то момент я просто перестал настаивать на этом. Я подумал: «Плевать, уже плевать». Мне дали семь лет, минималка если так посмотреть, но что-то смягчило судью, так что вот где я провёл эти года… — закончил Джон.

Фина сидела молча. В её глазах не было ничего, это до чёртиков пугало Джона, он снова всё испортил, точнее он всё испортил тогда, когда слишком рано вернулся домой.

— Я… я пойму, если ты не захочешь меня больше видеть, ни рядом с собой, ни рядом с Долли. Я больше не появлюсь у тебя на глазах, обещаю. Прости, что не сказал сразу. — сказал Джон, уже собираясь встать.

Но неожиданно руки женщины перехватили его, притянув с невероятной силой к себе. Джон не успел опомниться, как его пересохшие губы встретились с такими же, но в сто раз слаще и мягче.

Поцелуй продлился недолго, но для Джона не хватило бы цифр, чтобы описать, сколько он продлился.

— Я верю тебе и понимаю тебя. Не важно, что думают другие, ведь «Роджеры не смотрят на овец, они смотрят в чащу леса и видят волка за деревьями». — процитировала Фина, посмотрев на Джона своими прекрасными глазами.

— «Найди тихую реку, которая залечит твои раны и принесёт покой. Или найди бурный водопад, поток которого смоет усталость с твоих плеч». — фраза того загадочного мужчины влетела в сознание Джона как стрела.

— Спасибо, Фина. Ты действительно лучшая женщина на свете. Я…ты мне нравишься…

— И ты мне. До безумия нравишься…-

Они уже собирались снова сесть и насладиться принесённой неизвестно когда едой. Но видно, судьба отвернулась от них на секунду.

— Вы только посмотрите на него! Не успел из тюрьмы выйти, а уже с какими-то шлюхами ходит. Что, не нагулялся в браке? Решил, раз разведён, теперь всё можно?! Нетушки, отвечай за свои злодеяния! А вы, дамочка, поаккуратнее с ним, он чёртов псих, честных людей по чём зря колотит! — раздался противный женский голос откуда-то со стороны.

Джон отреагировал первым.

— Мэри, прошу, не стоит. — устало сказал он.

— А что? Может, ты и меня изобьёшь? Как избил Джека, прекрасного человека, красавца, спортсмена, ещё и умного не по годам. Да ты же ему всю жизнь испортил, превратил в инвалида. Доволен собой? Гордишься!? Наверное, рассказываешь своей шлюшке, какой ты крутой и сильный. — продолжала женщина, капая Фине на нервы.

— Заткнись! Не смей её так называть! Говори обо мне что хочешь, но не смей оскорблять моих друзей, и особенно её! Ты меня чёрт возьми поняла?! — грубо сказал Джон, голосом, даже отдалённо не похожим на его собственный. Наверное, за годы в тюрьме такой тон вырабатывается самостоятельно.

После его слов женщина заметно съёжилась, его тон напугал её до чёртиков, заставив блеющую овцу заткнуться.

— Милый, поехали лучше домой, забудь о ней. Официант, заверните нам, пожалуйста, еду с собой! Нам невероятно понравилась еда и вино. Простите за неудобства. — сказала Фина, уводя Джона подальше от этой сумасшедшей.

— Ничего страшного, мы понимаем, что это не ваша вина и не вашего мужа. Мы приносим извинения. — слегка поклонилась управляющая, которая тоже почему-то появилась незаметно, какой-то секрет здесь есть.

…

— Когда ты сказала «домой», я понял, что ты просто хочешь уйти. Но куда? Мне отвести тебя в мастерскую? — спросил Джон уже в машине.

— Нет, я пока не хочу домой, тем более нас прервали. Поехали к тебе, я ещё не доела свою пасту! — весело сказала женщина, указывая куда-то в сторону домов.

И машина неспешно покатилась в указанном дамой направлении.

Глава четвёртая: « Раненые души. »

Машина плавно катилась по асфальту, освещая ночную темень светом фар. Хоть неприятная ситуация в ресторане и подпортила общее настроение свидания, но по лицам этих двоих так уж точно не скажешь. На лицах обоих держалась лёгкая улыбка, что приятно разбавляло стаявшею тишину. Но тишену не в коем случае не неловкую! А скорее умиротворяющую и расслабляющую.

Наконец, Джон повернул на подъездную дорожку, останавливая машину. Как и прежде, он обошёл машину и помог Фине выйти. До двери они шли молча держась за руки, за всю поездку ни один из них не упоминал о том, о чём они говорили за ужином. Дверь тихо скрипнула, пуская в дом немного воздуха. Джон провёл даму внутрь, прикрыв дверь и включил свет.

Фина стала вращать головой оглядывая новое пространство. Её приятно удивила чистота и опрятность дома. Медленно сняв каблуки, воспользовавшись любезно поданной рукой, она прошла босыми ногами на кухню, слегка морщась от холода полов.

— Тебе нужна какая-нибудь сменная одежда? Я могу дать тебе несколько футболок и штаны.- сказал Джон, ставя пакет с едой на стол.

— Да, было бы чудесно.- с улыбкой сказала женщина, явно нервничая, и продолжая стоят босыми ногами посередине кухни.

— Принято, если хочешь, присядь в гостиной, диван там не так уж и плох. — с такой же улыбкой сказал Джон, уходя наверх.

— Спасибо.- сказала женщина в след, плюхаясь на диван, и чувствую приятную мягкость.

Джон спешно поднялся, и стал искать по шкафам хоть какую-нибудь чистую одежду. Результатами его поисков стали: белая футболка, голубые спальные штаны и тёплые шерстяные носки. Быстро переодевшись в ранее приготовленную одежду, Джон прихватил найденное и отправился вниз.

Фина растянулась на диване, прикрыв уставшие глаза. Её мысли уже улетели далеко за пределы этого дома, этого города, этого штата и этой страны. Как? Как за те семь лет, что она здесь живёт, она не заметила тех волнений, которые разворачивались вокруг Джона? А если бы и заметила, было бы это, к счастью? Не стала бы она такой же, как та девушка? Этого она не знала, но сейчас она была вполне довольна тем, как всё сложилось. Она не осуждала Джона за его прошлое, так как и сама была не белой и пушистой. Так что, ей было вполне комфортно на его диване, в его доме, и она страстно желала, продолжить приятный вечер.

— Я смог кое-что найти!- торжественно объявил Джон, размахивая стопкой одежды, вырывая женщину из своих раздумий.

— Я ни секунды не сомневалась!- улыбнулась женщина, поддерживая уровень иронии в беседе.

— Где я могу переодеться?- невинно спросила она, принимая поданные вещи.

— Где тебе удобнее, но я рекомендую вторую дверь слева, прямо по коридору.- ответила Джон, указав направление.

— Дай мне 10 минут.- сказала она уходя.

— Сколько тебе угодно.- ответил он, разбирая пакеты.

Фина быстро проскользнула в комнату, стараясь как можно быстрее поднять ноги с морозного пола.

Платье мягко соскользнуло с её плеч, обдувая кожу прохладным воздухом. Она быстро натянула носки, дабы наконец согреть околевшие ноги, и стала одевать штаны, оказавшиеся ей на несколько размеров больше, но благодаря завязкам с этим удалось совладать. Футболка тоже оказалась не в размер, при её женской S, футболка была примерно L, но это было даже к лучшему, чем больше, тем свободнее. Закончив с одеждой, женщина аккуратно проскользнула в ванну, дабы смыть макияж.

Косметички у неё при себе не было, так что воспользовавшись обычной водой, она аккуратно вымыла лицо и распустила пучок, позволив волосам течь по её плечам и шее шёлковым ручьём. Пучок вещь очень удобная, но выбившиеся локоны так и норовили попасть в глаз. Так что, быстро расчесав волосы, она снова собрала их в пучок, но уже более тугой и без выбившихся прядей. Закончив со всеми делами, она вышла из ванной, и зайдя за угол кухни, встала в немом ступоре.

В тускло освещённой комнате, на обеденном столе, ярко горели свечи, находя отблеск в дочиста вычищенных бокалах и белоснежных тарелках, на которых аккуратно были выложены их блюда. В двух бокалах, было поровну налито бордово красной жидкости, о природе которой говорила рядом стоящая бутылка от вина. В момент её прихода, Джон заканчивал раскладывать приборы. Увидев её фигуру, он тепло улыбнулся ей, отодвинув один из двух стульев, приглашая её присесть.

Фина с радостью приняла это приглашение, усаживаясь на мягкий, обитый бархатом стул.

— Это невероятно!- тепло и негромко сказала она.

— Всё ради тебя.- смущённо сказал Джон, возможно даже немного покраснев, но в тусклом свете свечей этого не было видно.

Трапеза началась незамедлительно, сначала она проходила в немного неловкой тишине, каждый боялся начать диалог и нарушить то устоявшееся спокойствие, которого они смогли достичь. Но как это обычно бывает, пол бокальчика вина, позволили разговору идти легко и не принуждённо, учитывая то, что это был не первый бокальчик. Но всё это время, Фине не давало покоя, какой же раньше была жизнь Джона. Мужчина словно увидел это в её глазах.

— Фина, я же вижу, ты хочешь что-то у меня спросить. Не стесняйся, я честно тебе на всё отвечу.- сказал Джон, отрезая очередной кусок.

— Как… как вы познакомились с Элизой и как всё пришло… ну к тому…- запинаясь спросила Фина, проталкивая комок в горле.

— Ну, точно я ничего сказать не могу. Но могу рассказать как всё было раньше. Моя мама умерла, когда мне было 7, после этого, многое изменилось. Раньше мы были обычной семьёй, отец с матерью любили друг друга без памяти, может поэтому он переносил её потерю так тяжело, тяжелее, чем я мог представить. Отец стал холоднее, намного холоднее. Словно я не его сын, а мальчик, выживание которого он должен обеспечить. Мне, конечно, жаловаться не на что, у меня была одежда, всё для учёбы, компьютер, да и карманные мне давали, но не более. В школе, я играл в футбол, отец с матерью часто приходили посмотреть, но после её смерти, он ни разу больше не приходил. В команде я был простым защитником, никакого «блеска», а нашим капитаном, был лучший ученик школы Джейк Холден. Он лучший во всём. Первый в учёбе, капитан команды, любимец девушек, куда мне с таким тягаться…- говорил Джон.

— Как ты познакомился с Элизой?- повторила она свой вопрос.

Джон замолчал на несколько секунд, может хотел обдумать, что будет говорить. Может вспоминал. Но наконец он поднял свои глаза на женщину, и начал рассказ.

— Мы и раньше были знакомы, мы были одноклассниками, работали над общими проектами, школьными активностями. Она не была популярна в школе. Пока другие девочки, сплетничали о парнях, обменивались глянцевыми журналами и вешали постер Бритни Спирс над кроватью, она зарывалась с головой в справочники по цветам. Цветы были её вечной страстью, казалось, что только цветы её и волнуют. Она носилась по лугам и полям окрестностей, собирая и зарисовывая всё попадающиеся ей цветы. Каждые понедельник, ты обязательно слышал, как кто-то говорит, как видел её всю в грязи, с блокнотом подмышкой и помятыми цветами в кулаке.- говорил он, не отводя взгляда от невидимой точки на белой скатерти.

— Как вы… начали встречаться?-

— На выпускной вечеринке, мы оказались на одной скамье, этакая зона аутсайдеров. Ни мне, ни ей делать на этом празднике жизни было нечего, поэтому мы просто сидели на той скамье. Она продолжала рисовать набросок очередного цветка, срисовывая основной силуэт с рядом растущего одуванчика. А я… я просто смотрел на толпу. Мимо меня быстро проплывали лица, кружась в бесконечном танце, и каждое из них, должен был быть мне хорошо знакомым другом, но вот я смотрю на них, и никого в них не узнаю… Я решил взглянуть на Элизу, и случайно посмотрел в её зарисовки. Я неплохо рисовал наброски, никогда этому не учился, да и что-то сложнее карандашного месива мне нарисовать тяжело, но почему-то, я решил сделать ей замечание.

«- Стебель должен быть тоньше.-», сказал я ей.

«- Откуда ты знаешь?-» Спросила она тогда, и ведь действительно, откуда я был в этом уверен? Мне не пришло в голову ничего лучше, чем сказать, что я видел уже такой цветок.

Она конечно спросила меня, где я его видел, я не придал тогда значения тону, с которым она это спросила. Я ответил, что на одном из полей. Она с усмешкой сказала:

«- Тогда принеси мне его завтра.-», сказала она, вырвав страницу и протянув мне. Я без раздумий согласился.

Конечно, я никогда не видел этого цветка, но думал, что если она его нарисовала, значит видела где-то в округе. Чёрт, как же я ошибался. Я излазил все окрестности города, с раннего утра и до поздней ночи. Когда нашёл, единственный тот самый! Правда он оказался совершенно в другом городе, так что домой я возвращался автостопом, прибыв только к утру следующего дня. И вот я, весь в грязи, потный и сонный. Еле передвигая хлюпающие от воды кеды, так как провалился при поисках в болото, подхожу к её двери и звоню. Она открывает дверь, еле разлепляя заспанные глаза и кутаясь в плед. А я как дурак, тяну ей единственный цветок. Так и началась наша дружба. Только много позже, я узнал что тот рисунок, был собирательным образом «идеального цветка», поэтому она и смеялась, когда я говорил, что видел его. — закончил Джон.

— Ты сказал дружба? Разве после такого, вы не начали встречаться?-

-Нееет, что ты. Встречаться мы начали позже, когда для нас обоих настали очень сложные времена. Я ведь говорил, что отношение отца изменилось. Вот как раз после моего выпуска из школы, через пару недель, я пришёл вечером домой, с чудесной как мне казалось новостью. Я устроился на работу! Хотел рассказать отцу, но дома его не было. Я подумал, может он задержался где-то или ещё что. Утром расскажу. Но ни утром, ни следующим утром, и даже не через три утра, он так и не появился. Я побежал к шерифу. « У меня пропал отец!» кричал я, а он мне спокойно заявил.

«- Он никуда не пропал, я видел его несколько дней назад, на выезде из города, спросил его, куда он направляется. Он ответил что покидает город, что его здесь больше ничего не держит. И уехал. Вот так просто.» — со слезами сказал Джон.

Фина молча взяла его руку в свою, и нежно поцеловала, прижав массивную ладонь к своей бархатистой щеке, выражая тем самым самую искреннюю поддержку и даря саму нежную улыбку.

-Это было моей болью. Я потерял мать, а за ней потерял и отца. Но её боль была страшнее любой другой. Она потеряла обоих, в один вечер.

Её отец он…болел, очень сильно болел. Он мог кричать как птица, или бегать на четвереньках пуская слюни. Его пробовали лечить, и это помогло. Приступов больше не было, в его глазах стали видеть человека. Он встретил хорошую девушку, женился, завёл дочку, на подходе уже был и сын. Но в один момент, что-то в нём видимо щёлкнуло… он взял толи топор, толи тесак и…зарубил беременную мать Элизы. Может и её убил бы, но по велению судьбы, в тот вечер она была у меня, мы пытались пережить моё горе, в то время как… её жизнь погружалась в пучину ада.

На утро, когда я провожал её до дома. Мы увидели скорую и полицейских… она тут же бросилась к дому, и увидела как её отца сажают в полицейскую машину, в то время как из его рта идёт пена. Не знаю как, но мне удалось удержать её, чтобы она не бросилась к телу матери, правда тогда я думал, что порвал себе пару связок.

В тот день, она изменилась… навсегда. Она почти не улыбалась, но если всё же её губы, хоть на йоту искажались, в чём-то похожем на улыбку, я был счастлив как щенок. С тех пор, она видеть не могла цветы, даже узор на платье, напоминал ей о матери, так любившей луговые цветы.

Только мы остались друг у друга. Мы поженились, она с головой ушла в работу, ну а дальше… ты и так знаешь.- закончил Джон, тяжело выдохнув. Рассказ явно дался ему нелегко.

Афине потребовалось несколько секунд, чтобы просто осознать услышанное. Такого шока, она не испытывала подобного. Подобное было даже трудно уложить в голове. Подобное совпадение, ну его даже описать нереально.

— Я в шоке… Но что…что заставило её изменить тебе?- сказала женщина, отпивая из своего бокала. Вопрос вышел из её уст почти случайно, рефлекторно.

— Я не знаю. Как я говорил, у нас не всё было в порядке, но мы не ссорились, скорее просто перестали понимать друг друга, хоть как-то вызывать друг в друге любовь. Может она хотела проверить, почувствует ли любовь от другого мужчины, или проблема всё же в ней. Джек всегда был бабником, не знаю, кто кем воспользовался в этой ситуации, но закончилось это всё…- ответил Джон скорее отстранённо, чем с какой-то обидой или гневом.

— Раз ты меня допрашивала, позволь и мне спросить. Где твой муж? Ну, то есть отец Долли.- спросил Джон, отведя глаза от лица женщины.

— Это…это долгая история.- смущённо сказала Фина, так же отводя глаза.

— Вечер достаточно долгий для таких историй. -

— После того, как моя мама приехала в Калифорнию. Она познакомилась там с юристом по имени Джейк Адлер. Они поженились, ну и потом появилась я. Отучилась в местной школе, с парнями у меня тогда было… ну были некоторые проблемы. Много кто хотел погулять, в кафе приглашали. Правда пока говорили, иногда заляпывали мой топ слюнями. Так что, я всем отказывала. И так до самого универа. Там то же самое правда было, но на третьем курсе, был один парень, с факультета юриспруденции. Его звали Левит Корнуолл. Мы познакомились на какой-то тусовке в кампусе, на которые меня подруги притащили. Заобщались, он казался, каким-то…другим. Потом свидания, прогулки, ну и как-то так… мы выпустились, он стал работать по специальности, мы решили пожениться. Моим родителям он понравился, с отцом они вообще чуть ли не лучшими друзьями стали, тут наверно общая направленность работы. Мама тоже его полюбила. С его родителями мне познакомится не довелось, так как он и сам не знает где они. Первые годы которые он помнит, уже были из приюта. Потом родилась Долли. Мы были…счастливы! Первые лет 5 были прекрасными. Мы оба работали, Долли ходила в садик, но потом… Левит проиграл какое-то важно дело, позже стало известно, что его специально завалили, но было уже поздно. Сначала он пытался как-то восстановить репутацию, брал какие-то мелкие дела, но потом… нашёл покой на дне бутылки. А после… после он стал совсем другим. Как будто я вышла замуж совсем за другого мужчину. Он стал говорить… очень-очень неприятные вещи, что он никогда меня не любил, что он не любит нашу дочь, потому что он абсолютно уверен, что я её «нагуляла». И много-много подобного. А потом… он нашёл куда излить весь тот гнев, что в нём скопился. По началу, он стал крайне груб…в постели, резко озаботился и стал относиться ко мне как к кукле… а потом…он просто стал избивать меня, я хоть и могла дать ему сдачи, так как была явно сильнее его, по крайне мере раньше, вся эта жизнь сильно меня истощила. Но всё равно не решалась. Единственно на что сил хватало, прикрывать да прятать Долли, когда совсем плохо становилось. Как только подумаю, сколько она натерпелась, насмотрелась… меня изнутри выворачивать начинает…моя девочка…- глаза её заслезились.

Джон встал, подошёл к ней и вытер платком слёзы возлюбленной, аккуратно взяв её за руку и поведя к дивану, позволяя ей упасть в его объятия.

— Почему ты не ушла от него? У тебя ведь есть родители, они ведь явно не были намерены терпеть подобное. Они ведь небыли?- тихо шептал Джон, давая ей возможность насладиться тембром его голоса.

— Уходить с маленькой девочкой, и сидеть у родителей на шее… одна я уходить боялась, знала, что он всё равно меня найдёт. Он сказал…сказал, что если я уйду, он что-то сделает с Долли…- всхлипывая рассказала девушка.

Джон сильно сжал кулак, стараясь не причинить боли хрупкому телу возлюбленной. Костяшки побелели, в тишине комнаты, слышалось как трещит кожа.

-« Мразь! Чёртов червь! Как можно угрожать матери твоего ребёнка, расправой над вашим чадом?! Сука сука сука…»- вертелось в голове у Джона.

Женщина крепко обхватила его руку, слегка сжимая её и позволяя напряжению уйти из мышц.

— Мои родители долго не знали о том что происходит. Мы уехали далеко от них, виделись редко. Но в конце концов, папа сильно заболел, и мы с Долли поехали к ним, под предлогом ухода за отцом. Ну и как-то оно само получилось, мама меня разговорила, и я как на духу всё выдала. Они конечно были в ярости, собирались в суд на него подавать, отец даже в своём состоянии, хотел избить его. Но я их отговорила, не знаю почему. Решили, что мне с дочкой надо уехать, да только куда… вот мама и вспомнила о родном городке и брате, которого тут оставила. Как-то так, мы здесь и оказались.- закончила она, даря Джону ободряющую улыбку.

— И аккурат к тому моменту, когда моя семейная жизнь закончилась. Судьба, чёрт её побери.- со смехом сказал Джон.

— Не говори так! Если бы не эта судьба, мы бы с тобой не оказались бы сейчас здесь, а для меня, нет лучше места, где я хотела бы быть сейчас.- сказала она, прижавшись посильнее к мускулистой груди.

— В этом, ты абсолютно права, дорогая.- сказал Джон, даже не задумавшись, как обратился к возлюбленной.

— Как ты меня назвал?!- с выпученными глазами спросила девушка.

— Прости! Я случайно!- оправдывался парень.

— А кто сказал, что я против? Дорогой.- игриво ответила она.

— Лиса… хитрая, хитрая лиса!- сказал он начав расцеловывать девушку.

….

За окном уже теплилось солнце, когда два влюблённых сердца, наконец улеглись спать в объятиях друг друга.

Сегодня, они доверили друг другу множество своих самых сокровенных секретов, навсегда создав между собой нерушимую связь. Если бы они только знали, как скоро эту связь придётся проверить…

Глава пятая: « Связаны ли прошлое и будущее?»

Ранние утро. Солнце закрывали свинцовые тучи, не давая земле прогреться, от чего воздух был крайне холоден.

Свисающую ногу девушки обдуло холодным дуновением, заставив её убрать ногу в тепло мягкого, пухового одеяла. Не без труда, но ей удалось разлепить заспанные глаза, и оглядеть обстановку, оказавшуюся ей совершенно не знакомой. Неизвестные шторы, неизвестный шкаф, да и тишина в доме сильно удивляла. Она не слышала подобного, с момента рождения дочери. Точно! Её ведь сегодня никто не разбудил криками по типу:« Где моя юбка?» А раз этого не случилось, значит сегодня она не дома. И после этих мыслей, воспоминания наконец вернулись к ней. Вспомнив вчерашний, крайне насыщенный день, щёки её сначала залилась лёгким румянцем, а после вспыхнули, как лесной пожар, когда её талию обхватила крепкая и цепкая мужская рука. После осознания того, кто это и где она, душа девушки перестала так трепетаться. На место волнению, пришло уютное спокойствие и желание раствориться в этом ворохе нежных чувств. Но некоторые детали, требовали уточнения. Так что, она неохотно, и с мыслью, что да пошло оно всё к чёрту, потянулась к будильнику, преодолевая холодившую дрожь. 7 утра. Ещё слишком рано, чтобы вставать, но мастерскую надо открыть к 10, а ей ещё добраться туда надо.

— Я отвезу тебя. Можешь не спешить.- прошептал Джон, разбуженный вознёй.

— А ты уверен, что мы не проспим?- игриво спросила девушка, улыбнувшись солнечной улыбкой.

— Абсолютно…ты ведь на часах.- сонно проговорил он, поцеловав девушку в нос.

Сцена явно позабавила девушку, заставив её тихо рассмеяться, и упасть в объятия мужчины, проваливаясь в круговорот нежностей.

…

Спустя ещё примерно час, она уже сидела в столовой, одетая в его футболку, и с мокрыми после душа волосами, наблюдая, как мужчина проводил нехитрые кулинарные манипуляции, с целью накормить их обоих. И спустя немного времени, он наконец добился этого, и на столе появились две тарелки с омлетом, два тоста и две кружки кофе, (как же Джон был рад, что для всего этого нашёлся второй комплект.) После обмена любезностями, они оба приступили к еде, медленно поглощая яства.

Джон на секунду остановился, и взглянул на сидящую с противоположной стороны женщину. Сколько времени прошло, с тех пор, как он был так рад завтраку. Рад тому, что взглянув вперёд, он видел кого-то, ради кого хотел жить. Его глаза невольно переместились к её лицу. Несмотря на то, что она была не накрашенной, и всё ещё сонной, Джон готов был поклясться, что за всю жизнь, и за все свои жизни, не видел такой красивой женщины. В этой её громадной красоте, словно были скрыты тысячи и тысячи маленьких красот. От уголков губ, до ониксово чёрных глаз. Одного взгляда на неё, хватало, чтобы задать Джону тысячу вопросов, и дать тысячу ответов. Почему он сейчас здесь? Заслужи ли он право быть здесь? Достоин ли он сидеть напротив неё? С каждым вопросом, Джон погружался всё глубже, в ониксово-чёрные глаза, словно ища в них подтверждения, ища ответы. Его заминка не прошла незамеченной. Фина подняла глаза, и с всё ещё набитым ртом, глазами спросила: «Что?». Джон лишь покачал головой, умиляясь её неловкому вопросу. Может он и не знает ответов, но сейчас он точно знает, он не хочет сейчас знать-чего он достоин или нет, он хочет просто сидеть здесь, сидеть и есть омлет, сидеть вместе с ней…

Завтрак закончился быстро. И собрав все необходимые вещи, они стали выходить из дома.

— Иди пока к машине, я кое-что захвачу и тоже выйду.- сказал ей Джон, вручая ключи от машины.

— Принято, милый.- ехидничала женщина, получив лёгкий шлепок.

Выйдя на крыльцо, девушка на секунду остановилась, осматривая район. Такой же однотипный, как и все другие. Сначала однотипность вызывает дискомфорт, особенно у приезжих из больших городов или издалека, но со временем привыкаешь. Кое-что привлекло её внимание. Буквально через дорогу, на крыльцо вышли два человека. Точнее, вышла только одна женщина лет примерно 65 или 70, с серебряными от седины волосами, и слегка морщинистым лицом, катя перед собой инвалидную коляску. Сидевшего в ней… человека, было очень трудно назвать таковым. Обезображенное, асимметричное лицо, на котором трудно было определить расположения органов запаха, зрения и вкуса. Было прикреплено к хилому телу, проглядывавшемуся даже сквозь мешковатую одежду. За всё то время, что они простояли на крыльце. Ни одна из рук или ног не пошевелилась, давая понять, что тело парализовано.

Афина смотрела на них не отрываясь, не волнуясь, что они могут об этом подумать. Но через секунду, её отвлекли.

— Ты чего на крыльце стоишь? Сама ведь опоздать боялась!- сказал появившийся за спиной Джон.

Тем самым вызвав странную реакцию соседей. Казалось, что женщина немного удивлена появлению Джона, а вот человек в коляске, как только его голова смогла повернуться в сторону Джона, тут же стал неистово дёргать головой, что заставило женщину немедленно закатить странного человека внутрь дома.

— Да я…задумалась. А скажи, кто те соседи?- спросила она, указав на дом.

— Ты ведь помнишь…что тот парень был нашим соседом. Ну так вот, это его дом, а женщина, что была рядом с ним, его мама. — отрешённо ответил Джон, идя к машине.

Афины встала в ступор. Увидев последствия действий Джона, она ощутила странно знакомое чувство в груди. Что-то похожее она ощущала, замазывая синяки после побоев мужа. Страх. Страх и беспокойство.

— А знаешь…сегодня мне не надо так рано открывать мастерскую, первый клиент записан лишь через 2 часа…так что я сама дойду, а ты можешь ещё немного поспать.- с фальшивой улыбкой сказал она.

— Но зачем тебе идти по городу, в такую рань, в одиночку? Я могу и позже тебя подвести.- с недоумением спросил Джон.

Афина стала заметно нервничать.

— Мне…мне захотелось прогуляться! Я знаешь ли…люблю прогуливаться с утра, в одиночку.-

— Ну ладно, если тебе так хочется. Позвони если тебе что-нибудь понадобится.-

— Да…конечно.- быстро ответила женщина, отворачиваясь, и спешно уходя.

— Я сказал Долли, что в следующую субботу, мы втроём куда-нибудь сходим, ты не против?!- крикнул Джон ей в след.

— Да…да, круто!- ответила девушка, скрывшись за поворотом.

-« Странная она какая-то. Похоже, это будет ещё долго меня преследовать…»- промелькнуло в голове у Джона, сильно прижав его к земле, и заставив, насупившись уйти в дом.

(В это же время за поворотом…)

Афина прижалась к стене. Сердце всё ещё продолжало бешено стучать, отдаваясь набатом в уши. Мысли сплетались в запутанный клубок, из тысяч чувств и эмоций. Ещё 10 минут назад, она была совершенно уверена в своих чувствах к Джону, не чувствовала от него никакой угрозы, но сейчас… сейчас ей страшно, что-то, что случилось с тем мужчиной, может произойти с ней, или с её дочкой.

-« Что я к нему чувствую? Я…я не понимаю… это любовь?! Или это что-то другое? Я боюсь его…да, я ему не доверяю — нет. Я чувствую, он не причинит мне вреда, ни мне, ни Долли.»- голова гудела от мыслей.

И погруженная в такие думы, она шагала к своей мастерской, всё ещё одетая в его одежду, и с его спортивной сумкой на плече.

Вот и родные ворота. Тихо открыв дверь, её встретили две пары удивлённых глаз старика Роджера и её дочки, с недоумением оглядывающего девушку с ног до головы.

— Детка, почему ты так рано, да ещё и пешком?- спросил старик.

— Мам, тебя выгнали?- невинно спросила девочка.

— Нет, нет. Мне просто захотелось прогуляться. — рассеяно ответила девушка. Волоча ноги к своей комнате, и тихо запирая дверь за собой.

— Деда, она точно в порядке?- спросила девочка.

— Не знаю, милая. Надеюсь, что да.- ответил старик.

…

Спустя несколько часов, старик наконец-то решился проверить свою подопечную, тихо открыв дверь.

— Ты не спишь?- спросил старик, присев на рядом стоящий стул, и положив руку на плечо завёрнутой в одеяло фигуры.

— Нет…- тихо прошептала она.

— Что-то случилось? Джон чем-то обидел тебя?- тихо спросил он.

— С чего ты решил, что это из-за него?- спросила она в недоумении.

— Кто ещё мог так сильно подкосить тебя всего за одну ночь.- сказал он.

— Он не виноват, просто…я не знаю, что думать, что чувствовать. Он мне очень нравится, я его действительно… люблю, но почему-то, я боюсь его. Хотя и понимаю, что он не причинит нам вреда, но всё равно…мне нужно убедиться, хоть как-то. — тараторила девушка.

— Ну, если тебе хватит слов такого старого дурака, как я, то я скажу тебе совершенно точно, он НИКОГДА не причинит вреда ни тебе, ни Долли, ни любой другой девушке. Он буквально, физически не способен на такое.-

— Но…тот парень, ты видел его лицо?!- шокировано спрашивала девушка, переместившись в сидячие положение.

— Ты серьёзно считаешь это доказательством?! Ублюдок получил по заслугам, за своё высокомерие и чувство собственной безнаказанности. Даже при том, как он унизил Джона, как сильно и подло его ударили, он оставил ему жизнь, хоть в тот момент даже мыслить трезво не мог, подсознательно, он не желал его убить.-

— Ты называешь это жизнью? Этот парень даже двигаться не может!- протестовала девушка.

— Ты ведь и так знала, что он с ним сделал. Он определённо рассказал тебе всё, и это задолго до того, как вы разошлись, иначе ты бы вернулась посреди ночи. Что же заставило тебя так ополчиться против него? Даже при том, что ты знаешь всю ситуацию целиком?- старик не прекращал наседать, загоняя племянницу в угол.

— Я… я увидела его! Понял? Я видела того парня, которого возит на коляске собственная мать.-

— И что ты почувствовала? Отвращение? Гнев? Может ненависть…

— Нет! Я испугалась! Испугалась, ясно тебе?!-

Старик слегка улыбнулся, мягко обняв плечи племянницы.

— Так может, дело не в Джоне и его поступках, а в тебе? Тебе и твоём прошлом…- риторически спросил старик. Прижимая плачущую девушку ближе к себе. Давая ей плакать в свою бороду.

— Я…я…я не хочу терять его…-

— Уверен, он тоже не хочет потерять тебя. Дай ему шанс. Дай себе ещё один шанс.-

Дед и племянница, тихо сидели в тёмной комнате, освещённой лишь одним лучиком свете, исходящим от приоткрытой двери. За косяком которой, прижавшись к холодной стене, стояла девочка, слёзы которой, обжигали ярко-розовые щёки, капая в море пролитых людьми слёз…

…

— Милая… ты задремала. — голос старика вырвал Афину из сладких сонных объятий, возвращая её в тёмно-серую комнату.

— Да, что-то я устала сегодня, хоть и не сделала ничего…-

— Это не страшно. Ты сделала громадные шаги вперёд. Но мне нужно кое-что тебе передать. Вчера вечером, заходил какой-то мужчина. Он искал тебя. Я спросил, что же случилось, он ответил, что его машина сломалась, и он хотел бы починить её. Я предложил ему свои слуги, сказав что тебя не будет до воскресенья, но он сказал, что в воскресенье будет лучше всего, и записался на завтра в 2 часа. -

— Хорошо дедушка, я разберусь. А пока, позволь мне поспать до завтра. У меня кончаются силы.-

— Конечно милая. Отдыхай. — сказал старик, и поцеловав девушку в лоб, вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Но девушка так и не поспала. Всю ночь она ворочалась, и падала на пол. Мысли не отпускали её ни на секунду. Когда она упала в последний раз, за окном уже появлялись проблески солнца, а будильник тихо вибрировал на тумбочке.

Так что, с паршивым настроением, и мешками под глазами, она погрузилась в новый день, с его делами и заботами.

…

К 2 часам дня, мастерская заметно опустела. Заказов не было, Долли убежала куда-то с друзьями, а старик Реджи, снова куда-то пропал. Так что, Фине оставалось лишь методично сидеть в мастерской, дожидаясь записанного клиента, стараясь не уснуть. Хоть это и дало её шанс, ещё немного подумать, но ситуация яснее не стала, с каждым часом, всё только путанее.

Но вот, в створку гаража постучались, что мгновенно вывело Афину из дум, и перевело в состояние гнева и тревоги.

Светловолосый мужчина, что стол в дверях, она его сразу узнали. Хоть он и стал заметно худее, лицо его осунулось, усы стали путанными и не опрятными, а подбородок и щёки покрыла неряшливая щетина.

— Что тебе здесь надо, Левит?- с гневом спросила девушка, подскочив с кресла.

— Ух ты, как враждебно звучит — Левит, в последний раз ты так называла меня у алтаря. Почему не Леви, как раньше?- спросил мужчина, хищно улыбнувшись.

— Потому что нет никакого раньше. Что тебе здесь нужно?-

— А разве не очевидно? Вы- ты и моя дочь. Я хочу вернуть всё как было.- сказал он, наигранно улыбнувшись, и на шаг приблизившись к ней.

— Теперь это твоя дочь? Раньше ты с пеной у рта доказывал, что я её нагуляла и она не твоя.-

— Мало ли что я раньше говорил. Я был не в себе. Ты ведь знаешь.-

— Действительно, что было раньше. Плевать на слова, на синяки на моём теле, на кошмары, как ты говоришь, нашей дочери. Ты нам больше не нужен, уходи, пожалуйста. Нет больше нас, и не будет.-

— Уверена? Мы всё ещё официально женаты. Ты принадлежишь мне, целиком и полностью, вместе с приложением в виде Долорес.- сказал он звериным рыком, глаз его загорелись хищным огнём.

— Ты не можешь быть серьёзным…- устало сказал женщина, слегка отступая от мужчины, и сжавшись в защитной позе.

— Я спрошу последний раз. Ты вернёшься ко мне или нет?!- крикнул мужчина.

Девушка встала в ступор. Снова в ней было это животное чувство страха. Шестерни в голове крутились с невероятной скоростью. Но собрав вся имевшуюся в себе волю, она выпрямилась и стойко ответила:

— Нет. Никогда.-

Лицо мужчины побагровело от гнева, глаза налились кровью, и вот он уже готов наброситься на девушку. Но её спас звук подъезжающей машины.

— Мы ещё не закончили. Помни, я не отступлюсь.- сказал мужчина, разворачиваясь, и столкнувшись плечом с мужчиной, вошедшим в гараж.

— Эй, аккуратнее надо!- возмутился Джон, в след невоспитанному хаму.

— Что это за тип?- спросил он у девушки, указав большим пальцем себе за спину.

— Недовольный клиент, ничего серьёзного. Ты по делу, или просто на чай зашёл?- взволнованно спросила женщина, понемногу отходя от шока.

— Скорее второе. Ты на звонки не отвечала, я забеспокоился.- сказал мужчина, взяв её за руки, и его зрачки сразу сузились.

— У тебя руки ледяные! Чем тебя так сильно тот тип задел?-

— Это…это был Левит… он нашёл нас.- прошептала женщина, тихо плача в объятия мужчины.

— Это и был тот урод?! Он угрожал тебе?- с гневом спросил Джон.

— Скорее грозился. Но я не думаю, что он на что-то решиться. Я ведь не одна.- сказал женщина, вжавшись в грудь мужчины.

Именно с приходом её прошлого к порогу, она наконец поняла, что она чувствует. В тот момент, когда её чуть снова не избили. Он бы хотела чтобы рядом с ней был он, чтобы Джон держал её за руку, пряча её за своей спиной, защищая от всех мирских бед. Это было тем, чего она хотела для всей своей семьи, безопасности, а обеспечить её мог только он. Безопасность и внутренние спокойствие.

Глава шестая: «Пропасть.»

Афина понемногу отходила от шока, вжимаясь в объятия Джона. Приход бывшего мужа сильно ударил по ней, она никогда не думала, что он сможет их найти. Но судьба злая сука, подкидывающая неудачу под ноги. Хоть она и сказал Джону, что Левит ничего им не сделает, но была ли она в этом уверенна? Раньше, она была бы готова поставить дом на то, что он не решится на действие, зная, что она не одна. Но всё ли ещё это тот мужчина, от которого она сбежала 7 лет назад? Кто знает, на что он способен.

— Ты в порядке?- шёпот мужчины вырвал её из раздумий.

— Почти — ответила она.

В этот момент, ей казалось, что действительно нет лучшего места на свете, чем холодная мастерская, и тёплые, крепкие объятия, его объятия.

— Хочешь я поговорю с ним?- спросил Джон чуть позже, когда они сидели на кухне.

— И снова сядешь в тюрьму?! Нет, конечно, он не будет отзываться обо мне как джентльмен, ты сможешь простить ему такое?- риторически спросила она, сама не зная, какой ответ её устроит.

— Нет. — сухо ответил он.

— Вот поэтому не надо. Он мудак, но не идиот. Лезть не станет.- на последних словах, снова что-то внутри груди кольнуло. Она до сих пор не верит в это?

— Ладно ладно, если ты настаиваешь.- сказал он, сделав комичное движение руками.

— Так где все? Или мы остались единственными выжившими?- смеясь, спросил он, аккуратно перевод тему.

— Упаси господи! Долли убежала куда-то с друзьями, а дедушка пропал куда-то, но это у него обычное явление.- ответила она, отпив из чашки.

— Старик наслаждается пенсией! Наверняка играет за портняжной лавкой в покер, и обнимает какую-нибудь знойную пенсионерку!- со смехом сказал Джон, чем вызвал взрыв смех и у партнёрши, когда она представила эту картину.

— Как дела у Долли? Не видел её с самой пятницы. — спросил Джон.

— Я если честно тоже. Вчера так вымоталась, что проспала почти весь день.- не задумываясь ответила девушка.

— Погоди, разве вчера днём у тебя не должен был быть клиент? — с удивление спросил Джон.

Сердце девушки забилось в тройном ритме. Даже самая ненатуральная ложь в голову не шла, а говорить правду страх, как не хотелось.

— Ну… он был…но потом нет и в общем…эх, нет, никакого клиента не было. — виновато ответила девушка.

— И почему ты сказала, что он был?- недоумевающе спросил Джон.

— В тот момент… в тот момент мне нужно было побыть одной.- виновато ответила она.

— Это из-за того парня?- скорее утвердил, нежели спросил Джон.

— И да и нет…- уклонилась она.

— А ведь его мама приходила ко мне… в тюрьму. Когда ко мне пришли на посещение. Я ожидал, что снова кто-то будет кричать и винить меня. Я не считал себя безгрешным, но выслушивать одно и тоже каждый раз, надоело. Но почему-то, я пошёл и там увидел её. Зажатую, с бегающими от страха глазами, и дрожащими губами. Когда она на меня посмотрела, сначала в её глазах был страх, потом непонимание, а потом какая-то странная надежда что ли, не знаю. Когда я сел перед ней, и взял в руки телефонную трубку, она вежливо поздоровалась, и сказала, что не ожидала увидеть меня — такого. Мол, она думала, что я громадный и на вид отвратительный детина, злой на весь мир без причины. А тут я, средненький парень, в очках. Она спросила, за что я так поступил с её сыном, в её голосе явно была ненависть, не такая жгучая, как у всех, но сильная. Я понял, даже после всего, он так и не признался, даже ей. Я рассказал ей правду, ту правду которой никто не верил. И не знаю почему, но она поверила. Хотя мне никто не верил. Она сказала, что сожалеет, сожалеет от того что он так поступил. Оказывается, её муж тоже измял ей, и ушёл от них, уведя ту женщину из её семьи. То же самое, сделал раньше и его отец. Словно это какой-то проклятый ген. Она рассказала мне, что после случившегося, Элиза ещё пару месяцев навещала его в больнице, но она не видела в её глазах ни любви, ни вины…ничего, пустота. Через ещё несколько месяцев, Элиза уехала. Женщина извинилась в последний раз и ушла, пожелав мне поскорее освободиться. Знаешь…я ещё долго задавался вопросом, почему она поверила мне? Почему извинилась? Я ведь сотворил ужасное с её сыном, я так и не решился спросить у неё. — закончил Джон очередной рассказ.

— Может потому, что она увидела тоже что и я?- спросила Фина, сев на колени к Джону, и взяв его лицо, в свои на удивление шелковистые руки.

— И что же?-

— Сожаление…раскаяние. Самое, что ни на есть искренние. В твоих глазах, этого целое море.- тихо сказал она.

— Неужели это убедило тебя?-

— Ты убедил меня.- сказала она поцеловав его.

…

Наступил понедельник. Самый обычный понедельник. Как и всегда, Джон проснулся по будильнику, спустился на кухню и приступил к завтраку. Наполнив желудок и собрав всё необходимое, он своевременно выдвинулся на работу. Дорога проходила спокойно, но что-то внутри кричало Джону о предстоящей угрозе. Говорила и погода. Последние дни были тёплыми и солнечными, но сегодня небо заволокли свинцовые тучи, не давая и шанса тёплым лучам. Казалось ещё секунда, и на землю рухнут сотни и сотни тысяч тяжёлых, дождевых капель. Но несмотря на странные знаки, Джон всё-таки припарковал машину у школы, принимаясь за работу.

…

Рабочий день так же не принёс ничего необычного. Обычный список задач, по обыкновению улыбчивые коллеги, яркий смех детей. И вроде всё, как обычно, но сердце мужчины продолжало метаться из стороны в сторону. Что-то явно было не так! И в подобных раздумьях, Джон сидел на обычном для себя мести в части двора начальной школы.

— «Почему всё так странно? Вроде всё, как всегда, но чего-то не хватает…» — Долли!- прокричал Джон, привлекая внимание детей.

Он быстро направился к своей каморке, откуда мог спокойно позвонить.

Он быстро набрал номер и поднёс трубку к правому уху, слушая долгие и томные гудки.

— Алё.- раздался ответ в трубке.

— Алё, Фина, это Джон.- ответил он.

— Привет, Джон, что-то случилось? У тебя всё в порядке?- обеспокоенно спросила женщина.

— Я в порядке. Я хотел уточнить. Ты отправляла сегодня Долли в школу? Её целый день не видно.-

— Ну да. Я, как обычно, подвезла её до школы, высадила перед входом и уехала. Ты уверен, что её нет в школе?- уже намного беспокойнее спросила девушка.

— Я не видел её целый день, хотя обычно мы пересекаемся во время обеда. Я сейчас схожу к её учителю, может она просто занята в классе. Ты сейчас в мастерской?-

— Нет, я вышла в магазин за продуктами. А что?- спросила недоумевающая женщина.

— Просто я подумал, каковы шансы, что она просто решила прогулять? Может у неё сегодня тест какой-нибудь или ещё что…она ведь уже не ребёнок.-

— Если это правда, то она быстро вспомнит, что значит быть ребёнком, когда я отхожу её задницу… , но я сомневаюсь в этом. Она раньше никогда не прогуливала. Держи меня на связи и поторопись.- сказала женщина, обрывая разговор.

— Ладно, а трубку бросать было не обязательно. — сказал Джон, но уже в абсолютную тишину.

Он как можно скорее отправился к кабинету, в котором должен был быть класс Долли.

Постучав, он услышал положительный ответ и вошёл в пустующий кабинет.

Ничего необычного в кабинете не было, лишь детские рисунке развешанные на стенах, поделки, живой уголок с хомячком и хамелеоном. За учительским столом сидела женщина лет 30-40, волосы её были завязаны в конский хвост, одета она была в простую белую блузку и длинную юбку. Не обращая особого внимания на Джона, женщина спокойно проверяла журнал. Но, как только Джон подошёл ближе к её столу, женщина сразу подняла глаза на него и улыбнулась.

— Здравствуйте мистер Смит, что привело вас сюда?- спросила она.

— Здравствуйте миссис Браун, я хотел спросить об одной из ваших учениц. —

— О какой из? И зачем вам эта информация?- настороженно спросила женщина.

— Долорес Роджер, мы с её мамой друзья, она волнуется, и считает, что дочери нет в школе. Она была сегодня на занятиях?-

— И да и нет. Она была на первом уроке, но после этого приехал её отец, и забрал её. Куда, я не знаю. Он сказал, что миссис Роджер велела ему забрать Долорес на сегодня. Разве нет?-

На этих словах, сердце Джона обуял огонь ненависти и страха. Даже не попрощавшись, он рванул к машине, попутно набирая смс Фине со словами: «Он добрался до неё! Встретимся в мастерской». И на всех парах, помчался к мастерской.

…

По прибытию его встретила заплаканная женщина, бросившаяся ему на шею с дикими криками.

— ОН ПОХИТИЛ ЕЁ! Он убьёт её!- кричала она, сжимая в руки листок бумаги.

Джон аккуратно забрал у неё листок бумаги, не отпуская её из своих объятий, и прочитал записку, крайне неприятного содержания.

-« Привет, дорогая. Мы с Долли уехали на прогулку, если хочешь с нами, приходи завтра к 18:00 на 5 улицу, дом 12, одна. Мы будем ждать тебя. И передай своему новому другу, что я прекрасно осведомлён о его прошлом, и если он хоть пальцем притронется ко мне, то сядет очень надолго, уверяю тебя. Твой Леви.»-

-« Вот ублюдок. Всё предусмотрел. Сомневаться резону нет, юристы в таком не ошибутся.»-

— Ты должна позвонить в полицию. Шериф Миллер честный человек, он поможет. — сказал Джон.

— Нет! Ни в коем случае! Долорес Роджер в помине не существует, если кто-то станет проверять, то они подумают…что я похитила его дочь, и спрятала под девичьей фамилией своей матери. Они меня посадят Джон… а Долли отдадут этому чудовищу! — сквозь слёзы проговорила Фина.

— И что ты собираешься делать?-

— Я…я пойду к нему…-

— Ты ведь это не серьёзно?! Это ведь чистое безумие! Он убьёт тебя и Долли!- кричал Джон. -

— Нет…не убьёт. Ем нужна я…нужна живой. -

— Но… но он ведь снова погрузит твою жизнь в ад! Должен быть другой выход!- еле сдерживая слёзы, проговорил Джон.

— Нет другого варианта, я не дам ни тебе, ни кому-либо другому рисковать собой из-за меня. Если это спасёт Долли, я приму всё без сожалений. — стойко сказала Афина, но глаза выдали её с потрохами. Ещё секунда, и мир затопил бы океан слёз.

Афина лишь сильнее прижалась к Джону, взяв его щетинистое лицо в свои мягкие руки. Она медленно притянула его губы к своим, подарив ему самый нежный, самый чувственный поцелуй, на который только способна израненная на куски душа. Хотя бы в этот момент, она хотела отдаться ему без остатка, раствориться в нём, смешавшись в новый, неизвестный палитре цвет. Но кислород закончился слишком быстро, никто из них не хотел отступать, но была черта, переступить которую нельзя. Афина первой отпрянула от его губ, ещё секунда, и вернуть её к реальности было бы невозможно.

— Прощай Джон. Я всегда буду хранить частичку тебя в своём сердце. — сказал она, мягко подталкивая Джона к выходу, прикладывая все силы, что у неё остались, лишь бы отпустить его.

Джон говорил опустошённо, пытаясь подобрать самые исчерпывающие слова, ему столько надо ей сказать, столько выразить… но слов так мало… он сказал самое лучше, что мог:

— Прощай Фина, я никогда тебя …не забуду. Я люблю тебя.- сказал он, отвернувшись от неё.

В этот момент, в сердцах обоих, что-то надломилось. Из-за прихотей судьбы, они оба лишились возможно единственной в жизни любви. И исправить это, было невозможно.

…

Домой Джон ехал совершенно не разбирая дороги. Словно в полном отрубе крутил он руль, машинально входя в повороты. Как он оказался на диване, он вообще вспомнить не мог. Помнил только, как до хруста сжимал кулаки, как белели костяшки.

Тьма сгущалась в его сознании, он сжимал виски ледяными пальцами. Каждый вздох обжигал легкие, будто он глотал угли.

Перед ним — пропасть.

Справа — спасение ребенка, девочки, ставшей для него чем-то намного более важным чем подопечной, скорее настоящей дочкой, защищать которую хочется буквально ценой жизни.

Слева — тюрьма, снова холодная камера, годы без света…без её улыбки, без надежды когда-нибудь обнять их обеих.

Сердце билось так, будто рвалось наружу, разрывая грудную клетку.

"Выбирай!" — кричал в голове голос, но он не слышал ответа. Только шум крови в ушах, только бешеный стук пульса.

-"Если я сделаю это — я потеряю их навсегда. Если не сделаю — она умрет, и её глаза больше никогда не засветятся, никто больше не увидит той ониксово-чёрной бездны." -

Он сжал кулаки до боли, ногти впились в ладони, но эта боль была ничтожной по сравнению с тем, что творилось внутри.

Время остановилось.

Он стоял на краю, где сходились две бездны — и обе вели в ад. В одной — её дочь. Маленькая, хрупкая, с сияющими как у матери глазами. Глазами, которые когда-то смотрели на него с доверием.

-«Спаси меня»- раздавалось в его голове раз за разом.

В другой — тюремные решётки. И их лица — заплаканные, опухшие, но они будут в безопасности.

…Страх… первобытный, нескончаемый. Не за себя — он давно перестал бояться за себя. Страх за них. За её слезы, за её ненависть, если узнает. За то, что девочка никогда не поймет, почему он не пришел.

В горле стоял ком, дыхание сбивалось. Он закрыл глаза — и увидел её. Девочку в джинсовом комбезе, таком же, в котором работала её мать, только на несколько размеров меньше, словно кукольное платьице. Её смех такой искренний и звонкий, её руки маленькие, но не по годам сильные, её голос мягкий и добрый. А теперь он должен либо предать её, либо потерять всё, что имел сейчас.

-Боже…пускай лучше смерть зайдёт на чай в моё горе… — прошептал он, но небеса сегодня молчали.

Гнев кипел в его жилах, руки трясло, глаза хищно оглядывались по сторонам, натыкаясь на старые фото…

Если бы она не предала его тогда…он смог бы помочь девочке сейчас, но из-за неё, он ни может даже пальцем пошевелить. Из-за неё…всё из-за неё…

Джон с криком снёс стеклянные рамки с полки камина… звон стекла огласил комнату резким звуком.

Он бережно относился к вещам, но не мог больше смотреть на них, он должен навсегда покончить с ней, раз и навсегда, навсегда отпустить.

И тогда он понял: «выбора нет». Только жертва. Только боль. Только бесконечное проклятие — в любом случае.

Оставалось лишь решить, чьи слезы он сможет пережить.

Кровь стучала в висках, как молот по наковальне. Каждый удар — «предательство». Каждый удар — «потеря». Он хотел закричать, но горло сжалось, словно чьи-то пальцы впились в него, не давая дышать.

-«Если я сделаю это — она наконец смогут вдохнуть спокойно, не оглядываться на прошлое, и жить свободно. Но я больше их не увижу, не обниму.»-

-«Если не сделаю — то никогда не прощу себя.»-

В груди горело. Не огнём — кислотой, разъедающей всё начисто. Он сглотнул ком боли, но он не исчез, лишь опустился ниже, в живот, в ноги, в землю под ним — и теперь она тянула его вниз, в темноту.

«Как выбирать?!»

Он упал на колени. Ладони вцепились в голову, пальцы впились в волосы. Он хотел вырвать эту боль, выдрать её с корнем, но она была внутри, глубоко под кожей, цепляясь когтями за воспоминания.

Остался только ужас. Ужас от того, что любой выбор — это конец.

Любой путь — это навсегда.

И тогда он понял-неважно, что он выберет. Потому что после этого — прежнего его больше не будет.

Останется только пустота.

И чьи-то слёзы.

Он скрючился на полу, хватаясь руками за голову. Мысли роились в голове, чаша весов склонялась, как крылатые качели, не давая точного веса. Белый шум закладывал уши, собственные мысли теряли звук в этой какофонии.

Но в один момент, всё стихло. Дверной звонок, впервые за столь долгое время разразился приветственным треском, оповещая о прибытии гостя.

Поднявшись с колен, и доковыляв до двери. Джон открыл её, и увидел на пороге, в полутьме, самого неожиданного из гостей.

Мужчины стояли друг напротив друга, смотря друг другу в глаза. Один из них слегка посмеялся, проведя пальцем по одному из своих пышных усов, после чего прервал тишину.

— Hello partner, помнится, ты звал меня в гости, так что, как только выдалась возможность, я решил заглянуть к тебе! Я не во время?- спросил мужчина.

— Нет…что вы…прошу проходите.- недоумевая проговорил Джон, отступая в сторону, и давая мужчине проход.

— Благодарю.- сказал он. Проходя в дом, и осматривая помещение.

— Тут довольно мило, вижу ты затеял избавиться от старых вещей.- приметил мужчина, указав на разбитые рамки.

— Что-то в этом роде.-

— partner, я к тебе не с пустыми руками.- сказал мужчина, достав объёмный термос.

— Ваш чай всегда прекрасен. — отрешённо проговорил Джон, смотря в невидимую точку на столе, и проводя пальцем по ободку кружки.

— Заваривать чай, и спасать женщин. Две вещи, которые мужчина обязан уметь и делать.- проговорил мужчина.

— Может вы и правы…- Джон всё думал, кто он? Не в смысле он, а этот мужчина…он видит его второй раз в жизни, даже имени его не знает. А чувства, будто он снова сидит с отцом на кухне ранним летним утром, и слушает его наставления на новый день. Казалось бы, не всё ли равно, но всё же…

— Вы ведь так и не сказали, как ваше имя, и кто вы такой?-

— А разве это важно? Меня можно назвать как угодно: Дин, Том, Джек, Холли, Мери или даже Артур. Это не изменит сути моей, так и зачем сковывать себя именем. Его нам дают люди, а я своё давно позабыл.-

— Тогда пусть будет-Артур, что же привело вас сюда? Да ещё и так неожиданно, не то что бы я не рад вам…-

— Ты ведь сам звал меня на чай, вот я и пришёл. Обычно, меня зовут, когда люди встают между краями пропасти, с обоих краёв которой-неизмеримая бездна ада. Может и ты, встал на этот путь? Каким путём ты шёл, с нашей последний встречи?-

— Я…я жил заново…ну или по крайней мере пытался. Я нашёл новых людей, нашёл девушку, которую полюбил как никогда никого не любил. Полюбил её дочь, как свою собственную… но сейчас, это всё буквально утекает сквозь мои пальцы, как горячий, вулканический песок…-

— Может, стоит сжать пальцы покрепче? Ты ведь знаешь, что должен сделать.-

— Знаю, но если я сделаю это, то никогда не увижу их вновь.-

— Вы все пострадаете от этого… действительно, ситуация ужасна. Но правда ли, что ты не готов пожертвовать своим будущим…-

— О чём ты?-

-Видишь ли ты своё будущее без них? Без их улыбок, смеха, тёплых рук и нежного взгляда. Если да, то не стоит рисковать собой ради других… но если нет, то придётся заплатить за чужое счастье своим, стоит оно того иль нет…решать тебе.-

— А если и стоит, то как я могу быть уверен, что справлюсь? Может я только ухудшу всё… — сказал Джон, заметив как в чашку упало несколько сверкающих слёз.

— Тебе остаётся только верить, ведь вера, это единственный путь, без конечной точки…- улыбаясь проговорил Артур, отпив из чашки.

— Вижу, ваши поиски увенчались успехом…-

— Не совсем. Сколько я не бродил по миру, куда бы не заглядывал, как глубоко не опускался, как высоко не поднимался, нигде я не видел этого. Я уже было отчаялся, ведь столько лет потрачены зря. Весь мир у меня на ладони, и весь он не имел смысла… но сейчас. В этот самый момент, ты показал мне веру, веру в лучшее, даже сам того не признавая. И тут я понял…вера, вот что не имеет конца. Даже сидя на руинах цивилизации, мы ждём, что мир восстанет. Даже опускаясь на дно, мы надеемся всплыть…- рассмеялся мужчина, удивляясь собственным мыслям.

— Всю жизнь, я думал, что путь без конца-материален, искал, брал и бросал обратно. А оказалось, истинная всегда витала в воздухе…-

— Если вера, действительно ответ на ваш вопрос, то вы могли найти его в любой церкви, любой страны мира.- заметил Джон.

— Не путай истинную веру, и поклонение ложным идолам. Верить нужно в людей, в лучший исход. Ну на край в саму судьбу. Но никогда не стоит уповать на помощь неизвестных сущностей. Они и сами, могут искать помощь, у кого тогда они её найдут? Могут ли люди, помочь им?- размышлял человек, потирая усы.

— Не могу сказать… простите Артур, но мне действительно нужно бежать!- сказал Джон.

Он не мог больше сидеть на месте, схватил кофту с рядом стоящего стула, и выпрыгнул из дома, без устали продолжая бежать в известном лишь ему направлении.

В пустом доме, за обеденным столом сидел человек. Тихо усмехнувшись в свои пышные усы, он тихо сказал в пустоту:

— Все мы что-то ищем, иногда мы это находим, а иногда теряем. Интересно…он найдёт или потеряет?- на этой фразе, его силуэта больше не было видно.

Лишь было слышно, как захлопнулась распахнутая дверь, да дёрнулась занавеска. Ах, этот чёртов весенний сквозняк…

Глава седьмая: « Мне нужно лишь успеть.»

Пустынные улицы маленького городка, тихие и безмятежные в этот поздний час. Лишь мелодичный стук беговых кроссовок, раздражал эту мягкую тишину.

Коренастый мужчина, с лёгкой небритостью на щеках, каштановыми короткими волосами и в сером спортивном костюме, сломя голову нёсся по улицам городка, не давая жителям их честно заработанных часов сна. Грудь его горела огнём и сжималась стальной хваткой. Руки мелькали перед глазами, ежесекундно сменяя друг друга, мышцы ног сводило судорогами, но в его голове не появлялось мысли остановиться и передохнуть, или же бросить этот заведомо гиблый маршрут. Любой, кто выглянул бы в этот час в окно, увидел бы бегущего, как от огня, человека, и подумал бы, что это наверное спортсмен или псих какой-то, но никто не увидел бы, истинной цели его марафона.

Джон бежал без остановки, голова гудела, ноги подкашивались, лёгкие не могли вобрать хоть сколько-нибудь воздуха. Мысли набатом били по барабанным перепонкам: «БЫСТРЕЕ! ТЫ ОБЯЗАН УСПЕТЬ!» , и Джон ускорялся, с каждым разом всё яростнее и яростнее, удивительно, что человек способен разогнаться до такой скорости.

-« Лишь бы успеть… быстрее…быстрее…»- от этих мыслей и действий, постепенно начинало темнеть в глазах, силы были на исходе, но его дух продолжал рваться вперёд, таща за собой сдававшееся тело.

Вот и нужная улица, вот и нужный дом. Ещё ребёнком, Джон часто лазил в этот дом с друзьями, так как он был давно заброшен, хотя каким-то мистическим образом, всё ещё имел приличный вид.

Джон потянулся дрожащей рукой к звонку, глупо наверное было звонить в дом к потенциальному убийце, но его это не волновало, он просто надавил на кнопку, долго не отпуская её.

(Ранее, дом 12 на 5 улице)

Машина женщины неспешно катилась по тихим, спящим улицам городка. Сердце её рвалось из груди. Не только из-за страха за дочку, но и из-за потери любимого человека, возможно, сегодня она упустила свой шанс на счастье, шанс, который даётся лишь однажды.

-« Надеюсь, я правильно попрощалась с ним, просто…просто я столько ему не сказала, не знала как сказать…сука, как же бесит!»- сказала она про себя.

Лишь бы эта жертва была не зря, лишь бы это чудовище, не тронуло её дочку, не отняло последнюю в жизни ценность, иначе она выцарапает ему глаза и оторвёт то, отчего Долли появилась.

Наконец, она подъехала к нужному дому. Она заметила, как слегка дёрнулась занавеска у одного из окон, и промелькнул силуэт, медленно двинувшийся к двери.

Она вышла из машины, и быстро подошла к двери, но не успела она даже потянуться к ручке, как в ту же секунду дверь распахнулась, и ей в живот уставилось дуло дробовика.

— Довольно радушный приём, дорогой- сказала она, вливая всю ненависть в это слово.

— Уже дорогой?! Ни ублюдок, ни чудовище?! Ты явно усохла в своём словарном запасе, милая.- со смехом сказал он, махнув дулом в глубь дома, тем самым приглашая её внутрь.

— А зачем тебе ружьё Левит?-

— Мера предосторожности, я всё ещё помню твой буйный нрав, как у степной кобылы.-

Сравнение явно задело струнки души женщины, но виду она не подала, лучше не злить психа по пустякам.

Они прошли в большое помещение, бывшие раньше толи столовой, толи кухней, толи ещё чем. По крайней мере на первые две версии намекал обеденный стол и три стула к нему, на одном из которых, была привязана заплаканная девочка.

Не теряя ни секунду, Афина бросилась к девочке, утирая пальцами, скопившиеся у глаз слёзки. Рот у девочки был закрыт какой-то тряпкой, что превращало каждое сказанное ей слово в без связное мычание.

Афина стянула тряпку, давая девочке глоток свободы.

— Мама…мама я хочу домой, забери меня, пожалуйста…- еле проговорила она, силы давно покидали её.

— Конечно, конечно, моя девочка, мама заберёт тебя отсюда, всё будет хорошо…- успокаивающе говорила женщина, сама не особо веря в такой исход.

— А как же папа?! Он заберёт вас обоих из этой дыры, поедем все вместе в большой город, заживём как раньше, нет, даже лучше! Намного лучше!- смеясь говорил он.

— Ты чёртов псих Левит! Если думаешь, что после такого, мы куда-то с тобой поедем!-

— Не ругайся при ребёнке. Лучше присядь сюда, обсудим всё, как взрослые люди.- сказал он, указав дулом на пустой стул.

Она послушно села, после чего её руки крепко сцепили за спиной добротной верёвкой.

Мужчина сел на оставшийся стул. Образуя таким образом иллюзию семьи за обеденным столом. Почему иллюзия? Ну просто у нас за обедом людей не связывают, ну или не всегда.

— А теперь можно и поговорить. Начнём с того, а кто вас спрашивает? Вы поедите со мной, хватит уже прятаться по всей стране. Семья должна держаться вместе, точка. -

— Ни за что!- хором сказали девушки.

— Хорошо, ну тогда какие у вас варианты? Девчонка и так никакой угрозы не представляет, тем более вы связанны, у меня ружьё. Какие у вас шансы выбраться? Или может вы надеетесь на счастливое спасение? Может судя приедет полиция? Фина наверняка вызвала её сюда, ах нет, ты же всегда не любила полицию, и всегда была слишком тупа, чтобы трезво оценить ситуацию. Так что этот вариант отпадает. Может ваш старик из мастерской, он то явно поумнее будет, и похоже тоже мимо, ведь ты Фина, ничего ему не сказала, ведь сломя голову, рвалась сюда. Точно, я догадался! Ты надеешься на своего дружка, что он влетит сюда, как рыцарь в сияющих доспехах, и спасёт вас? Как же ты наивна. Столько лет прошло, а ты всё так же напрасно веришь в людей, сколько раз ты уже промахивалась с этой слепой верой? Пойми уже наконец, ты не нужна людям, если они не получают от тебя что-то взамен. Ты хоть трахалась с ним, чтобы надеяться на подобную самоотверженность? По глазам вижу нет. Хоть это радует. Пойми наконец, не будет человек, рисковать своей свободой ради спасения какой-то дырки.- длинная тирада наконец закончилась, оставив только ехидную улыбку на его губах.

Сердце Афины разрывалось. Как бы она его не ненавидела, как бы ни презирала, но он был прав. На что она рассчитывала? Что всё само собой устаканится? Дура…дура, тысячекратная дура. Даже если она и сама не верила, но глубоко в душе теплилась надежда на то, что Джон спас бы их, несмотря на всю абсурдность этой фантазии. Но сейчас, она поняла, как сильно она заблуждалась, никто не придёт, никто их не спасёт…

— Наконец ты поняла… ВЫ МОИ… всегда были и будите.- тон его был то лукаво шепчущим, то тиранически и монотонно проговаривающим.

Но как только их глаза пересеклись, стоили им лишь на секунду восстановить их зрительную дуэль. Как он вскочил, с рёвом опрокинул стол в сторону, и схватив ружьё обеими руками крикнул:

— Что тебе не нравится?! Я увезу вас из этой дыры, к настоящей жизни! Лучшей жизни! Я даже готов признать эту девчонку своей дочерью! Простить тебе всё что ты натворила, что тебе ещё от меня нужно?!- крикнул он, одарив жену звонкой пощёчиной.

В слезящихся глазах мужчины плясал безумный огонь, казалось единственного неверного движения хватит, чтобы получить порцию свинца.

— Я…мы хотим… чтобы ты наконец оставил нас в покое…- еле слышно, слабо проговорила женщина, подняв остекленелые от шока глаза.

Гнев в глазах мужчины вспыхнул с невиданной силой. Он жёстко схватил женщину за запястье и повалил наподобие толи кровати-толи дивана. Отвратительно быстрыми движениями он стал срывать с неё сначала толстовку, потом схватился за ремень джинсов.

Во всей буре происходящего, Афине только и хватило сил, чтобы взглянуть на заплаканное лицо дочки:

-« Прошу…не смотри…»- ей было тошно от одной мысли, что так и закончится её жизнь.

Она будет изнасилована самым ненавистным на свете для неё человеком, на глазах у собственной дочки, а после, он, скорее всего, убьёт их обоих. Так они и умрут…в одиночестве. В этот момент, она не могла быть даже вместе с дочкой, чтобы хоть она не ушла в одиночестве.

К горлу подступил ком. Возможно даже вздохнуть не представлялось, хотелось плакать и кричать… но рот не мог издать хоть что-то громче всхлипов.

-«…Он уже добрался до нижнего белья… Какие же у него отвратительные и холодные руки…он больно рвёт кожу, тянет… как отвратительно…»- рассудок совсем покинул Афину, как и надежда, её не осталось. Она исчезла, в тот момент как руки этого отродья коснулись шёлковой ткани.

(Снова Джон…)

Джон надавил на кнопку звонка, долго не отпуская трясущегося пальца. Сердце его трепетало и рвалось наружу, каждая секунда ожидания, отзывалась в нём минутой промедления. Время замедлилось… потеряла свою номенклатуру, потеряла счёт…

В доме послышалась громкая возня. Через несколько мгновений дверь настежь распахнулась, являя Джону дуло помпового дробовика. И какими-то нечеловеческими рефлексами, позволяя ему прижаться к стене и избежать наполнения организма свинцом.

Грохот выстрела оглушил его, в ушах звенело, адреналин пёр изо всех щелей. Он одним неведомым ранее себе движением выбил дробовик из рук стрелявшего, с ноги вталкивая того внутрь и вваливаясь за ним, захлопнув дверь, тем самым оставляя злополучное ружьё на пороге.

Грузный мужчина, с натянутыми на скорую руку штанами, голым торсом и висячим у ноги ремнём, с остервенением и криком кинулся на Джона, стараясь повалить того на землю.

Но Джон без особого труда увернулся от очевидной атаки, позволяя мужчине ударится лбом об одну из стен.

Но лёгкая заминка не остановила запала мужчины. Он, не без труда, поднялся, стараясь удержаться на трясущихся, хилых ногах. Он бросил на Джона, полный слепой ненависти взгляд и высокомерно, иногда прерываясь произнёс:

— Тронешь меня…тронешь меня хоть пальцем…сядешь…-

— Я знаю…- смиренно ответил Джон, даже с лёгкой ухмылкой и иронией, он хотел ещё что-то сказать, но его взгляд неожиданно упал на то действие, что развернулось в столовой.

Видеть маленькую заплаканную девочку, привязанной к стулу, это было выше его понимания…как такое можно сделать с собственным ребёнком, собственной кровью.

Но внезапно…его сердце замерло. Он увидел ослабевшее тело Афины. Одежда на ней превратилось в подобие половых тряпок, разве что бельё ещё можно было назвать целым, бельё которое она в спешке подтягивала, утирая слёзы…! Пазл в голове Джона сложился, как детская головоломка лабиринт на пачках хлопьев…это животное…это чёртово отродье пыталось её изнасиловать!!!!

В этот момент крышу у Джона сорвало напрочь. Перед глазами снова стали проплывать смутные образы прошлого… нахальный взгляд Джейка… глаза застилала кровавая пелена. Казалось, всё что могло бы быть вокруг него в миг перестало существовать, сосредоточив его поле зрения на единственной цели. В ушах звучало тиканье часов и звон колоколов, как в воскресенье в местной церквушке.

Джон в секунду оказался в сидячем положении над поваленной с чудовищным грохотом тушей. Как он его повалил, а пёс его знает, он этого не запомнил. Помнил лишь то, как беспощадно наносил десятки ударов, не жалея ни противника, ни свои кулаки.

Кровавый карнавал продолжался бы ещё дольше, если бы за окном не замигали красно-синие огоньки, и не затрещала полицейская сирена. Джон пришёл в себя, только после того, как шериф Миллер ворвался в дом, размахивая своим стареньким семнадцатым глоком налево и направо.

— ВСЕМ СТОЯТЬ! ЭТО ПОЛИЦИЯ!- кричал шериф, но тут же замолчал, когда принялся оттаскивать Джона, от почти бездыханного тела.

— Остановись! Хватит, тебе говорят! Вспомни, что ты мне пообещал!- кричал Миллер, стараясь достучаться до бессознательного Джона.

— Да…да…я уже…всё.- наконец откликнулся Джон.

— Объясни мне, что здесь произошло?!-

— Он… этот мужчина…это Левит Корнуолл. Он похитил…он, похитил Афину и Долли… хотел изнасиловать… он стрелял…у него было ружьё…- голос Джона почему-то стал слабеть, словно силы утекали из него.

Почему…почему так жжёт бок, словно к ранам прикладывают угли…так тепло…

Джон взглянул на свой правый бок, проведя по нему ладонью, которая неожиданно окрасилась в бордово-красный цвет.

— Господи Джон! Ты ранен!- кричал Миллер, хватая рацию и начиная что-то бурно в неё кричать.

Джон уже плохо разбирал, что там говорили окружающие, были ли вообще какие-нибудь звуки вокруг? Он не знал. Всё что он мог, это почувствовать, как его затылок лёг на что-то мягкое и тёплое. Почувствовать, как его громадную ладонь, сжимает пара крошечных ладошек. Увидеть две заплаканные, и совершенно одинаково пары прекрасных глаз. В них такая манящая ониксово-чёрная бездна… в ней так и хочется раствориться. Он наверное так и сделает…он ведь заслужил? Да, он определённо заслужил, он успел…он справился…

Глава восьмая: « Новый рассвет.»

-«Холодно… мне так холодно… Руки не двигаются, ног вообще не чувствую… в боку… там так горячо…словно в костровой яме. А телу холодно…почему так холодно… и почему так больно…

Хочется кричать…кричать очень сильно…не могу…не могу кричать… зубы крошатся, челюсти не разжать…

Где я вообще?! Глаза с трудом могут переместись… почему я здесь…ничего не понимаю. В голове каша, ничего не вспомнить.

Афина…почему она плачет? Где мы…и Долли…она тоже плачет. Что-то случилось? Это из-за меня?

Глаза закрываются… ещё хоть секунду, не хочу засыпать…

Кто это…кто-то кричит… это шериф…шериф Миллер. Но почему он кричит? Он в бешенстве…

Афина…Долли…не хочу их больше терять… хочу…, хочу поехать на озеро…всем вместе. Я хочу поехать на рыбалку. Да…мы много рыбы поймаем, и пожарим…Долли вроде нравится жареная рыба…или нет…надо узнать.

Так хочется спать…может всего на секунду, чтобы глаза чуть-чуть отдохнули… свет здесь такой яркий, глаза режет.

У них красивые глаза… такие красивые… словно смотришь на звёздное небо, самое чистое на свете… так хочу туда, прыгнуть в эту глубь…раствориться…

Почему такое чувство, что я вижу их в последний раз, как будто я ухожу…куда-то очень далеко…я умираю? Похоже на то…но готов ли я… он вроде что-то говорил об этом…не могу вспомнить. Я всё успел? Вроде да…хочу ещё немного побыть с ними…но похоже нельзя. Я не заслужил ещё немного времени, пусть…главное, что они в порядке…они в порядке.

Глаза закрылись сами собой… не помню успел ли я ещё что-то сделать, прежде чем упал в пустоту… помню лишь, как в одно мгновение пропала вся боль…весь холод и тяжесть. Словно тело потеряло все чувства, оставив лишь тупые движения…хотя нет. Двигаться я тоже не мог, я то падал, то поднимался…а то останавливался на месте, ощущая голыми ступнями твёрдую землю. Почему-то, там были моя мать, не на день не постаревшая с того дня, как её сердце перестало биться. И мой отец, сильно старее, чем тот кого я видел в последний раз. Он долго извинялся, раз за разом, мама молчала, она просто обнимала меня, постоянно целуя мою макушку, так же как делала это в детстве. Отец что-то говорил о том как ему стыдно, стыдно что он ушёл, что он не был достаточно сильным. Молил простить его… я молчал, не мог разжать губы, пошевелить языком. Не мог сказать ему, что никогда не злился на него, сказать что всегда любил и его и маму, никогда не злился или ненавидел…просто, скучал. Я не мог говорить, и почему-то не мог раствориться в этих тёплых маминых объятиях, словно что-то продолжало тянуть меня то вниз, медленно окутывая моё тело леденящей тьмой, словно погружаешь на дно ледовитого океана. То резко вырывающие на верх, ударяя в грудь и обжигая сердце, словно к самому сердце привязали верёвку, и рывками тянули наверх.

В один момент, я на мгновение почувствовал свободу. Словно моё тело снова налилось силой, но какая-то тяжесть, продолжала погружать меня вниз, но душа тянула вверх. Я что есть силы, попытался рвануть к проблеску света… и словно на небосводе, этот маленький проблеск стал расти и расти, я почувствовал себя как Икар, которого обжигает свет солнца, чувствовал, словно кожа обугливается, слезает с костей и превращается в пепел, но продолжал лететь всё выше и выше…я чувствовал, что этот свет, выведет меня обратно.

Когда я открыл глаза, первые пару секунд не видел вообще ничего, только очень сильный свет, и ужасную боль, сначала в глазах, а потом и во всём теле, особенно в боку. Снова я не мог кричать, во рту была куча каких-то трубок, не давая сказать ни слова, я только мычать мог, мычал что есть сил, как корова на забое. Потом увидел кучу людей в белых масках и в голубых халатах. По глазам было видно, что они в шоке, у одного из них в руках были дефибрилляторы. Уже через несколько секунд меня снова начало клонить в сон, и я отключился, ещё примерно на несколько десятков часов.

В этот раз я не упал в пустоту. Я вообще как будто и не спал. Лишь моргал, видя перед собой, то белые коридоры, с быстро меняющимися силуэтами в них, то белые стены палаты. Всё как в кинотеатре, кадр за кадром, только я не сидел в кресле, я мог лишь открывать и закрывать глаза, не в силах пошевелится. Так продолжалось не долго, для меня прошло три-четыре кадра, но когда я открыл глаза, и тело налилось теплом. Я почувствовал как мою руку слабо сжимают, ни как при рукопожатии или когда пытаешь удержать кого-то…нет. Она сжимала мою руку, словно ища опоры, чтобы самой не провалится в ту бездну, из которой меня вытянули. Я онемел, я сидел там…на больничной койке в абсолютной тишине, не позволяя себе двинутся. Я изредка мог бросить взгляд на распахнутое настежь окно, и увидеть нежно-голубое небо, слегка озарённое ярко-оранжевым светом солнца. Утро настолько ранее и тихое, что сама природа не хотела портить такой идиллии. Повернув голову, я увидел, как на одном из кресел, что стояли около невысокого столика, свернувшись калачиком спит Долли, эта маленькая девочка, укрытая зелёной курткой, её красные щёки, слегка опухшие от слёз веки, и шмыгающий нос, словно напомнила обо всём том, что ей пришлось увидеть и пережить. Сердце моё дрогнуло. Я тут же посмотрел на Фину, всё ещё крепко сжимавшую мою руку, и ужаснулся том что я увидел.

Как и у дочери, её веки были сильно распухшими, на щеках чёрные дорожки от растёкшейся туши, какая-то одежда была мятая и грязная, некоторая новая, но совершенно не подходившая к её обычному гардеробу. Одного взгляда на неё хватило, чтобы я без слов понял, что она сидела здесь всё время, не отходя…

Никогда не видел её настолько уставшей… даже во сне, казалось, что на её плечи давит небосвод. Она то и дело ёрзала, иногда её слегка потряхивало. Она что-то бормотала во сне, я не мог до конца понять что именно, даже примерно не слышал, её голос был такой слабый и хриплый.

Хоть и неправильно было оставлять их в неведении, но я решил ещё немного посидеть в этой умиротворяющей тишине, это казалось лучшим из того что я когда-либо ощущал. Я лишь слегка вытащил руку, дабы перевести обе её ладони в собственную, и нежно, стараясь не разбудить, обхватил их, продолжая безмолвно, смотреть на прекрасное небо, в лучах утренней зари.

…

Она проснулась спустя примерно час. Я почувствовал, как бархатные и крохотные, по сравнению с моими, ручки сжались. Заставив меня перевести свой взгляд на неё. Наши глаза встретились, спросонья её глаза казались мутным омутом глубокого озера, нежели всеобъемлющей пустой, которой я их запомнил. Ей потребовались секунда или две, чтобы сфокусировать глаза на мне, и взглянуть в мои глаза, удостоверившись, что я не сплю, а ей это не мерещится.

Ещё бы секунда, и всю больницу огласил бы её крик, уж не знаю радостный или нет. Но я успел приставить указательный палец к сомкнутым губам, указав на спящую малышку.

— Как… когда ты проснулся…- шёпотом спросила она, всё крепче сжимая мою руку.

— Не так давно. Вы так сладко спали, не хотел будить вас.- с улыбкой ответил я, утерев одинокую слезу, что успела подло скатиться по её щеке.

Она бесшумно, но на удивление быстро обняла меня, крепко прижимаясь всем телом, и вызывая ноющую боль в моём простреленном боку.

— Я…я так боялась…, боялась, что ты не проснёшься. Что больше никогда тебя не увижу…- шептала она, роняя слёзы мне на плечо.

— Но я здесь. И никуда больше не уйду. Я рядом, всегда буду рядом. Я никогда не оставлю тебя одну.-

— Обещаешь?-

-Да-

Мы просидели так ещё несколько минут, она тихо всхлипывала, продолжая шептать мне на ухо. Я же тихо успокаивал её, стараясь всеми силами окутать её всем тем теплом, что было в моём теле, дать ей почувствовать себя в безопасности.

Чуть позже проснулась и Долли, меня ждали ещё несколько десятков минут слёз, но в отличие от своей матери, Долли себя сдерживать была не намерена. Она налетела на меня со всех своих нечеловеческих сил, и уцепившись за мои руки и грудь, разрыдалась в три мировых потопа. Но я не жалуюсь. Она перенесла огромную травму, меньшее, чего она заслуживает, это любовь и забота. Я с радостью дам их, если они будут ей нужны. К ней присоединилась и мать.

Потом пришёл врач. Сначала он поразился тому, что я без особых жалоб, успокаиваю двух крайне плаксивых дам. Позже он удивил меня, сказав что я не только находился в состоянии клинической смерти почти семь минут, но и очнулся прямо во время операции, преодолев общий наркоз. Так я ещё и проснулся спустя всего два дня после операции, хотя прогнозировали минимум восемь дней, и то не факт. В общем, окрестили меня всеобщим феноменом, скинули всё на огромную тягу к жизни, что меня даже остановки сердца не сдержали. Но выписывать сразу не захотели, сказали ещё пару дней надо будет отлежаться. Так что я благополучно отправил девочек домой, и к вечеру, снова лежал в своей палате, всматриваясь в уходящее в закат солнце, с мыслями о скором возвращении домой, и долгожданном отдыхе, заслуженном и счастливом отдыхе.»- закончила читать женщина, отложив клетчатую тетрадь на столик, и переведя свои глаза на меня.

— Вы довольно подробно всё описали, Джон. -

— Я лишь следовал заданию, хоть вы и поразили меня своими запросами. Целая неделя ушла на то, чтобы всё это написать.- ответил я, устало улыбнувшись.

— В это и есть его суть. Как вы считаете, оно помогло вам?-

— Да, увидев всю эту историю на бумаге, я действительно иначе посмотрел на некоторые вещи. Сейчас всё выглядит более собранным.-

— Чудесно. Но скажите мне вот о чём, почему вы закончили именно в палате? Мы ведь оба знаем, что после было ещё много всего, о чём можно бы было написать.-

— Я решил, что если вы захотите о чём-то услышать, то сможете спросить у меня напрямую. Та история закончилась, другие истории пока не начались.-

— Тогда расскажите мне, как изменилась ваша жизнь после больницы. И не говорите, что всё по-старому. Мы ведь оба знаем, что вы уже не холостяк. — сказала она, слегка покосившись взглядом на закрытую дверь.

— Тут вы правы, хотя официально, мой статус не изменился, свадьба ведь только в конце весны. После больницы, меня отпустили домой, долечиваться. Но Фина настояла на том, что будет ухаживать за мной, так что ей необходимо жить со мной, Долли взяла с неё пример, и уперевшись ногами, сказала, что тоже будет жить со мной. Так мы и съехались в доме моих родителей. В итоге они там и остались. Дом снова кажется домом, никаких завтраков в одиночестве, и тёмных тихих вечеров, постоянная суматоха. — с улыбкой рассказывал я. Похоже, семейная жизнь, это и есть то, что я так долго искал.

— А что дедушка Афины, как он остался один?-

— А он теперь и не один. Пока Фина и Долли жили у меня, Старик шустренько съехался с Петти. Вот так удивил. Можно сказать, он так решительно подтолкнул нас к совместной жизни. Сказал: «Не мешайте мне строить семейное счастье, своим займитесь!» Или что-то в этом роде.- эта история, до сих пор вызывает у меня приступы смеха.

— Чуть не забыла! А как же тот загадочный… Артур кажется? Я так и поняла кто он.-

-Если честно, я тоже. Он просто человек, который появлялся, когда мне очень нужен был совет, который он мог мне дать. С того дня, я ничего больше о нём не слышал. Может он снова уехал. Помнится он что-то искал. Может он снова на поисках- ответил я пожав плечами.

Где бы Артур сейчас не был, я всегда буду ему благодарен, даже если никогда больше его не увижу.

— Ну ладо. А что ваша с Афиной свадьба? Нет у тебя чувства, что ты снова можешь ошибиться, это ведь не первый твой брак.- спросила она, посмотрев мне прямо в глаза.

— Нет. Хоть ты и сказала, что это не первый мой брак, но как и в первый раз, я всё так же уверен. Возможно это и должно пугать меня, мол раз в прошлый раз всё было так же, значит и сейчас всё будет плохо, но почему-то не пугает, не знаю почему. Может в этот раз всё действительно, как и должно быть.- сказал я, слегка пожав плечами.

— Хорошо, прости за такой вопрос, протокол как ни как. Тогда последний вопрос, очень важный, так что подумай хорошенько. Если ты встретишь Элизу, или она придёт на твою свадьбу. Что ты сделаешь?-

— Если она просто придёт, постоит где-нибудь в уголке, рисуя в своё блокноте цветы, как делала это когда-то. Я ни сделаю ничего, максимум попрошу накрыть ещё одну тарелку и набор приборов. Если заговорит со мной, то пожелаю ей счастья, просто счастья. Может этого ей тогда не хватило.- ответил я без тени сомнения.

— Чудесно Джон! Ты чудесно справился со всеми тестами, и теперь, я с гордостью могу вручить тебе это.- сказала она, протягивая мне заветный листочек бумаги, листочек, снова открывающий передо мной все социальные двери. То, что могло послужить рупором для людей: «Он Тоже Человек!».

Я лишь аккуратно протянул руку, взяв листок.

-Спасибо Тесса. Ты очень мне помогла.- сказал я, выходя из кабинета.

— Удачи тебе Джон, удачи и чистого счастья!- крикнула она мне в след.

Выйдя из её кабинета, я увидел двух самых прекрасных на свете девушек.

Одна из них, моя невеста Фина. Девушка внеземной красоты, несгибаемой воли и резкого характера. Но настолько чувственная и добрая, насколько милая и невероятная. В её ониксово-чёрных глазах, я всегда могу видеть тёплую бездну, в которой могу раствориться без остатка, в которой могу закрыться ото всех.

Вторая, моя дочь, неважно что приёмная, важно что самая любимая- Долли. Девочка, проглотившая наверное штук сто батареек, с безграничной любовью и добром в маленьком сердечке. Глаза ей явно передались от матери, но если в глазах старшей была тёплая бездна, в глазах этой малышки, я видел тёплое поле, окунувшееся в темноту ночи и зовущее тебя, побежать сквозь спелые колосья пшеницы, глотая свежий воздух.

Может я и не самый выдающийся на свете человек. Не открывший что-то великое, не спасшийся тысячу жизней или не добившийся успеха ещё в чём-то общественно полезном. Но сейчас, я чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Совершенно точно, самым счастливым.

— Милый, вы уже закончили?- мягкий голос Фины вырвал меня из раздумий.

— Ты снова в облаках витаешь, пап.- дополнила Долли.

— Да-да, простите мою задержку. Мы можем идти? —

— Конечно-хором сказали они.

И такой дружной компанией, мы вышли из здания, направляясь к машине.

— Сколько хлопот со свадьбой, не думала что во второй раз это будет ещё сложнее. Ну ничего, надо только пережить этот месяц, а дальше всё будет в шоколаде.- сказала она, обняв руками мой локоть.

— Пока ты со мной, эта жизнь всегда будет казаться такой.- ответил я ей, за что получил мимолётный поцелуй в щёку, что вызвало незамедлительное возмущение со стороны малышки.

Но мы лишь рассмеялись. Все вместе мы сели в машину, и направились в сторону дома. Следующие пару месяцев действительно обещают быть напряжёнными, нужно лишь собраться с силами, и постараться провести их так, чтобы дальше мы могли насладиться будущим. Но это будет потом, а сейчас…сейчас я счастлив.

Послесловие

Если вы дочитали до этой страницы. Значит вы либо великий мазохист, либо вам понравилось, либо вы не хотели меня обижать и через силу дочитали. Уж не знаю что из этого правда.

Я рад приветствовать вас в конце этого приключения. При написании, я пропустил через себя каждое слово, стараясь выдать самое чувственное произведение, на которое только был способен.

Как я говорил в начале, я написал эту книгу спонтанно. Но пока что, это лучшее, что я писал. Рад что довёл это до конца.

С вами был Dore9. Ещё спишемся:)