Один день из жизни Криса Чемберса (джен)

Один день из жизни Криса Чемберса

— Проснись, ублюдок! — раздался низкий мужской голос, когда костлявый кулак врезался в руку шестнадцатилетнего Криса Чемберса.

От силы удара Крис проснулся от боли и неожиданности. Рука сильно пульсировала, казалось уже начали появляться синяки.

Он поднял сонные глаза и увидел высокую мужскую фигуру, возвышающуюся над ним. Мужчина был почти идентичен Крису, за исключением жёлтых, гнилых зубов, выпирающего пивного живота и тёмных глаз.

— Какого чёрта ты это сделал, папаша?

В глубине его горла стоял страх, когда он осмелился выругаться в адрес собственного отца.

— Ты что, опять спёр мои «Уинстоны», педрила мелкий?

Он начал громить комнату Криса, обыскивая все вокруг в поисках пропавшей пачки сигарет.

Крис посмотрел на маленькие прикроватные часы, которые показывали шесть пятьдесят. У него оставалось еще сорок минут, прежде чем ему нужно было вставать и собираться в школу. Но отец был в ярости, а когда он выходил из себя, никто уже ничего не мог поделать.

— Ты сегодня утром выпил, не так ли?

Отец что-то невнятно пробормотал и начал рыться в шкафу.

Мистер Чемберс, Ленни, был алкоголиком и, к тому же, вспыльчивым. Он всегда был таким, с самого детства, когда его собственный отец избивал его.

Крис закатил свои голубые глаза и сбросил потрепанное коричневое одеяло со своей маленькой скрипучей кровати. Он стоял только в синих трусах, а холодный октябрьский утренний ветерок проникал сквозь щели в окне.

— Нет, папа, я этого не делал, и прекрати уже рыться во всех моих вещах!

Он потянулся, чтобы схватить отца за руку.

Но он не мог сравниться со своим более крупным соперником. Как только его рука коснулась кожи отца, мужчина ростом 193 сантиметра отбросил Криса обратно на кровать.

Крису нанесли несколько ударов по лицу, и он в панике закричал:

— Ой! Остановись, папа, ты делаешь мне больно!

— Пока ты не дашь мне сигареты, ублюдок!

Во рту Криса появился металлический привкус крови, пока отец продолжал его избивать. У него пульсировал правый глаз, и когда еще один кулак ударил его по голове, он почувствовал слабость, а зрение затуманилось.

В надежде заставить его наконец остановиться, Крис солгал:

— Ладно, ладно! У меня твои «Уинстоны»! Просто, пожалуйста, прекрати.

Отец резко замер и выпрямился; его дыхание было громким и тяжелым.

Дрожащей рукой Крис протянул отцу свою новую, недавно купленную пачку сигарет.

Глядя ему прямо в глаза, отец выхватил пачку у Криса и схватил его за плечо.

Хватка была крепкой и угрожающей:

— Чтобы больше никогда не трогал мои вещи. Ты меня понял?

Крис отвел взгляд и слегка кивнул; во рту всё еще стоял вкус крови.

Отец направился к выходу, но в дверях остановился и оглянулся:

— Потому что, если попадёшься в следующий раз — я тебя убью.

Крис молчал и не двигался, пока не перестал слышать шаги отца. Он встал с кровати и подошел к маленькому разбитому зеркалу, висящему над его деревянным комодом.

Он уже видел, что его правый глаз начал опухать, и вскоре он станет темнее ночи. Крис подобрал с пола затасканную белую майку и вытер с лица ярко-красную кровь. Нижняя губа была разбита ровно посередине, а слева на лбу виднелась небольшая рана.

— Отличное начало новой школьной недели. Об этом точно все будут говорить… — пробормотал он про себя.

В Касл-Роке каждый знал семейку Чемберсов. Все знали, что Ленни Чемберс — буйный алкаш; знали, что брат Криса раньше ошивался в самой лютой и паршивой банде города. И все также знали, что Крис вырастет таким же, как и вся его родня.

Вскоре в дверях спальни появился старший брат. Вид у него был угрожающий, а в руке он сжимал пачку «Уинстона».

— Так-так-так, и что тут у нас? — вкрадчиво прошипел он.

Хотя он и не был самым старшим братом Криса (Фрэнк в это время сидел в окружной тюрьме по обвинению в изнасиловании и нападении), Ричард Чемберс — или Глаз, как все любили его называть — считался старшим в доме. Отношения между Глазом и Крисом были ужасными. Они ненавидели друг друга, и это тянулось уже очень давно. Крис старался любой ценой избегать брата, в то время как Глаз из кожи вон лез, чтобы превратить жизнь Криса в сущий ад. Однажды он даже позволил своему другу, Эйсу Мерриллу, едва не перерезать брату горло.

Вплоть до своего двадцатилетия Глаз состоял в подростковой банде под названием «Кобры». Заправлял всем Эйс; «Кобры» проводили время, выпивая, покуривая, вступая в беспорядочные связи и доставляя столько неприятностей, сколько могли. Все в городе боялись участников этой банды, и нетрудно было понять почему. «Кобры» не просто переходили от слов к делу — они умели заставить себя слушать. Ходили слухи, что однажды они убили мальчишку за то, что тот оставил вмятину на машине Эйса.

Хотя Глаз больше не был членом банды, на его правой руке всё ещё оставалась рваная татуировка, сделанная лезвием бритвы, которая символизировала его принадлежность к ней.

— Что, блять, они у тебя в руках делают? — яростно спросил Крис.

Глаз вытащил сигарету из пачки и поднёс её ко рту:

— Кто-то должен был взять на себя вину, и уж точно не я.

— Ты, придурок! Ты украл папины сигареты и заставил его думать, что это я! — Крис бросил свою окровавленную рубашку на пол и бросился к брату.

Сжав кулаки, он схватил Глаза за воротник чёрной футболки и попытался потянуть его вниз, чтобы тот оказался на уровне его глаз. К несчастью, Глаз оказался сильнее, и вместо того, чтобы упасть вперед, он лишь толкнул Криса на холодный деревянный пол.

— Слабак, — сказал он, пока его сигарета покачивалась вверх и вниз.

Крис поморщился и поднялся. Он порылся в своей куче одежды и нашел чистую белую майку-алкоголичку, тёмно-зеленую футболку с воротником и тёмно-синие джинсы. Он направился в ванную и быстро принял душ. Затем переоделся и как мог умылся. Его глаз теперь был голубым, а губа раздутой. Он сумел скрыть порез на лбу своими немного растрепанными, светло-русыми волосами.

Спускаясь по прогнившим ступеням, он прошёл мимо своего отца, лежащего без сознания на диване бледно-зелёного цвета, сжимающего в руке бутылку рома.

Крис на цыпочках прокрался на кухню и увидел хрупкую на вид женщину, сидящую за маленьким, шатким столиком; в ее изящных руках была чашка кофе. Она просто смотрела на узор чёрно-белой плитки на полу.

— Доброе утро, красавица — Крис поцеловал её седые волосы и взял из стеклянной вазы блестящее красное яблоко.

Дениз Чемберс было всего двадцать лет, когда она забеременела Фрэнком. Было время, когда она была молода, красива и счастлива. Она думала, что нашла своего принца на белом коне и вышла за него замуж через два месяца после знакомства. Однако, в отличие от большинства сказок, эта не имела счастливого конца. Вскоре она стала личной «грушей для битья» своего мужа, и после рождения четверых детей уйти было уже слишком поздно. Ее жизнь, когда-то полная надежд и обещаний, теперь была лишена всего этого. Её некогда прекрасные светлые волосы потускнели и поседели, розовые щеки стали худыми и впалыми, а бледные голубые глаза выглядели вечно потерянными.

Очнувшись, она посмотрела на Криса. Её губы скорбно сжались при виде избитого лица сына.

— О, Кристофер, — прошептала она, касаясь его лица рукой.

Он вздрогнул, когда она коснулась его области возле глаза:

— Всё в порядке, мам, бывало и хуже.

Действительно, отец Криса избивал его гораздо более жестокими способами. Когда Крису было всего тринадцать, отец столкнул его с лестницы, в результате чего тот сломал четыре ребра. Он долгое время не ходил в школу и был вынужден посещать летние курсы, чтобы наверстать упущенное и не отставать от одноклассников.

— Со мной всё будет в порядке. Эй, а который час?

Его мать посмотрела на перекошенные часы над плитой и вздохнула:

— Сейчас восемь часов. Мне пора идти. Начальник сказал, что если я снова опоздаю, меня уволят.

Схватив свою потрёпанную чёрную сумочку, она обхватила Криса за плечо и притянула его к себе, чтобы поцеловать в щёку.

Выйдя через раздвижную дверь, она на секунду остановилась и повернулась к нему:

— Мне нужно, чтобы ты забрал Дженни из школы сегодня. Я снова работаю в две смены и вернусь домой только после ужина.

Крис согласно кивнул и откусил последний кусочек яблока. Затем он перекинул рюкзак через плечо и направился в школу.

* * *

— Крис! — выкрикнул тонкий голосок за спиной Криса, когда тот ступил на травянистый холм прямо у старшей школы Касл-Рока.

— Эй! Гордо, — он обернулся и увидел своего лучшего друга, Горди Лашанса, который неуклюже бежал, пытаясь его догнать.

Запыхавшись, Горди встал рядом с другом; его ноги-ходули дрожали так сильно, что Крису показалось, будто они сейчас отвалятся.

Он убрал прядь своих коротких каштановых волос со лба и посмотрел на Криса широкими карими глазами.

— Господи, что, чёрт возьми, с тобой случилось?

Горди и Крис были лучшими друзьями еще с детского сада. Они росли вместе, и хотя отличались и внешностью, и характером (Горди был застенчивым, худым и неловким, а Крис — резким, плотным и жёстким), их связывало особое родство. Горди понимал Криса так, как не мог ни один другой человек. Семьи у обоих были разрушены. Брат Горди, Денни, погиб в автокатастрофе, когда ему было всего двенадцать. Прошло четыре года, а осколки жизни так и не удалось собрать воедино. Отец Горди, как и отец Криса, тоже пренебрегал сыном. По правде говоря, Крис заменил Горди отца, которого у него никогда толком и не было. Они проходили через все трудности вместе, связанные искренней, глубокой привязанностью.

Крис пожал плечами и пошёл дальше:

— Как думаешь, кто?

Горди последовал за ним по пятам:

— Что ты натворил на этот раз?

— Скорее уж, чего я не творил? — проворчал Крис, распахивая массивные двери школы.

Подростки подошли к своим шкафчикам, расположенным рядом, и открыли их, чтобы достать учебники для утренних занятий.

И Горди, и Крис на протяжении всей средней и старшей школы учились по так называемой академической программе.

— Глаз стащил у старика его сигареты «Уинстон» и свалил всё на меня. Так что теперь у Глаза новая пачка сигарет, а у меня — ничего, кроме разбитого лица.

Горди с презрением покачал головой:

— Он такой придурок. Ему двадцать с лишним, он до сих пор живёт дома и не может позволить себе купить пачку сигарет. Это просто жалко.

— И не говори, — Крис поморщился, захлопывая шкафчик.

Прижав книги к боку, они направились по коридору. Внезапно их остановила толпа людей, идущих в противоположном направлении.

Все они были одеты в одинаковые бело-фиолетовые кожаные куртки с надписью Cavaliers (Кавалеры) над сердцем. Это была школьная сборная по американскому футболу, которую недавно снова объявили чемпионами штата. Каждый, кто хоть что-то из себя представлял, хотел попасть в эту компанию; они были «крутыми ребятами», теми, кем родители хотели бы видеть своих детей, и теми, кто, как бы сильно ты ни надеялся на обратное, в будущем всё равно станет твоим боссом.

Если ты был в команде, тобой восхищался весь город; это касалось даже жалкого разносчика воды.

Лидером этой группы был Иэн Майклсон. Он был типичным обольстителем и красавчиком — ну, насколько им может быть семнадцатилетний юноша. Его светло-каштановые волосы всегда были идеально зачесаны назад, подчеркивая ярко-зеленые глаза и точеные скулы. Все девчонки его обожали, а все парни ненавидели — особенно Крис.

Иэн питал неприязнь к Крису ещё с начальной школы, причем по довольно надуманным причинам. Дело в том, что Иэн был богат, а Крис — нет. Поэтому Иэн считал своим гражданским долгом «поставить Криса на место». Всю начальную школу Иэн со своими приятелями травил Криса. И только в средней школе Крис наконец дал ему отпор, в итоге так наваляв обидчику, что тот не мог прийти в себя неделю — только тогда Иэн остановился.

— Эй, Горди, дружище, старый ты приятель! — Иэн крепко обхватил Горди за шею своей мускулистой рукой и притянул к себе.

К сожалению, Иэн всё ещё издавался над Горди.

Лицо Горди стало пунцовым, он начал задыхаться. Он попытался вырваться из захвата, но силы были не равны.

Крис поджал губы и прищурился:

— Отпусти его, Майклсон, — бросил он, вставая на защиту друга.

Иэн даже не взглянул на Криса. Игнорируя его слова, он продолжал издеваться над Горди:

— Слушай, я тут подумал… не будешь ли ты так любезен написать за меня реферат по истории? Две тысячи слов, срок — завтра.

Наконец Горди освободился и выпрямился. Он пригладил растрепанные волосы и с презрением фыркнул:

— С чего ты взял, что я вообще стану это делать?

Иэн придвинулся к Горди почти вплотную, нос к носу. Крис сжал кулаки, услышав угрозу:

— Потому что, если не сделаешь, я устрою тебе такую жизнь, что остаток дней в этой школе покажется тебе адом.

Крис вклинился между ними, сверля Иэна взглядом:

— Не смей угрожать моему лучшему другу, придурок.

Иэн держался уверенно, но Крис заметил в его глазах тень страха.

Не говоря ни слова, Иэн отступил от Криса и укрылся в безопасном месте среди своих друзей.

— Какое милое личико, Чемберс, — насмешливо произнес он, пока окружавшие его мальчишки хихикали.

Иэн бросил быстрый взгляд на группу и коротким жестом велел уходить; они выстроились в цепочку и последовали за своим лидером по коридору. Последний в ряду прищурил свои кристально-голубые глаза и указал пальцем на двоих мальчишек.

— Вам двоим лучше быть начеку, — неуверенно произнёс он, слегка споткнувшись о развязанный шнурок.

Крис и Горди закатили глаза и сказали:

— Заткнись, Верн.

Верн нахмурился и побежал догонять остальных, а двое остались одни у своих шкафчиков.

— Не могу поверить, что он стал спортсменом, — усмехнулся Крис.

Горди усмехнулся и согласился:

— Да, и это странно, потому что он всё тот ​​же старый добрый Верн; просто он стал худее и выше.

Верн Тессио раньше был лучшим другом Криса и Горди. Из-за своих нелепых выражений лица, параноидального характера и пухлой внешности он всегда считался посмешищем в компании. Но он был хорошим другом. Он заставлял людей смеяться, хотя иногда это происходило непреднамеренно, и он действительно заботился о других.

К сожалению, узы дружбы не выдержали перемен в школе, и к тому времени, как он поступил в старшую школу, Верн избавился от детской полноты, нарастил мышечную массу, вырос на несколько сантиметров и вступил в футбольную команду. Там он стал популярен и оставил Горди и Криса далеко позади.

Оба мальчика пожали плечами и двинулись по людному коридору, как только прозвенел звонок на первый урок.