Неизвестный Зенин (джен)

его звали Алекс Зенин, но это имя уже никто не помнил. теперь он был Алексом Уматгериевым, и ему было шестнадцать. по крайней мере, так считали все вокруг. на самом деле ему было двадцать четыре — просто он не помнил восьми лет своей жизни.

он носил чёрное. чёрные брюки, чёрные туфли, чёрную рубашку с серым галстуком. поверх — длинное чёрное пальто, которое скрывало больше, чем просто одежду. на левой руке — чёрная кожаная перчатка. под ней — синяя сталь, чужая рука, вшитая тьмой. он не прятал её от стыда. он прятал её от вопросов.

левый глаз скрывала чёрная повязка. под ней — шрам от удара, который оставил ему клан, когда он был ещё просто Алексом Зенином, немагом, изгоем без единой капли проклятой энергии. тогда ему было шестнадцать. тогда он ещё не знал, что станет богом смерти.

он был младшим братом Тоджи Фушигуро, Убийцы Магов. того самого Тоджи, которого прокляли за отсутствие силы и который умер, сражаясь с Годжо Сатору. Алекс помнил его смутно — только тёплые руки и голос, который говорил: «держи нож. он тебе пригодится». тот самый нож, которым алекс позже перерезал себе вены.

сейчас он был Алексом Уматгериевым. шестнадцатилетним школьником, который курит в темноте и не помнит ничего до прошлого года. но маска не была настоящей. под ней ждал тот, кто уничтожил клан Зенин. тот, чьё имя вырезали из памяти вместе с кровью.

но чтобы понять, кто такой алекс уматгериев, нужно вернуться туда, где всё началось.

прошло много времени с того момента, как Тоджи не стало. Алекс воспитывался в клане Зенин с 4 лет. его не трогали до 10 лет, потому что он был еще мал для разных заданий. в клане царила дисциплина, жёсткость, тренировки, а главное проклятая энергия. естественно у Алекса не было проклятой энергии, ему передалось по наследству Небесное ограничение. по крайней мере многие так и думали. он был физически сильным человеком, имел сверхскорость и острый нюх на проклятия.

к нему была неравнодушна Маки Зенин, возможно даже была влюблена. она была в отряде Кукуру, часто виделась с ним и общалась. для других она была холодной и недоступной, а для Алекса она была более открытой, и даже доброй. они вместе спарринговались, вместе сидели где то на поле, и болтали о всяком, или просто молчали, иногда прижимаясь друг к другу.

Наоя Зенин часто насмехался над ним, так как он считал его медленным и бессильным. в принципе над ним все насмехались и издевались, но Наоя чаще. сегодня он снова решил поиздеваться над ним:

— вы посмотрите на брата недоубийцы, старается изо всех сил быть сильным без проклятой энергии — улыбнулся с насмешкой — хах, а давай подерёмся?

Алекс молчал, ничего не ответил, сейчас он был просто в чёрной футболке и белых спортивках, он тренировал серии ударов на груше: удары ногами, руками. он игнорировал присутствие Наои, и продолжил тренироваться.

Наоя взбесился, резко толкнул его, что тот упал на землю:

— ТЫ ВООБЩЕ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, КУСОК ДЕРЬМА???

по его лицу было видно, он не просто зол, он был в бешенстве. Алекс же смотрел на него всё так же холодно, и сказал холодно:

— смысл? даже если слышу, то зачем отвечать? зачем соглашаться? — сел в позе бабочки, сложив ноги под себя — подерёмся, ты с помощью проецирования расхерачишь меня, а потом будешь смеяться, и говорить какой я жалкий.

Наоя начал нервничать, сжимая кулаки. он хотел возразить, но не смог, потому что Алекс был прав. его лицо перекосило от шока, он хотел отступить, но гордость — странная штука, заставляло его стоять, и издеваться над ним дальше.

— ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ, АЛЕКС ЗЕНИН??? — начал кричать, пальцем указывая на него — ТЫ ДОЛЖЕН БЛАГОДАРИТЬ БОГА, ЧТО Я ВООБЩЕ ОБРАЩАЮ НА ТЕБЯ ВНИМАНИЕ!!! ТЫ ДОЛЖЕН ВООБЩЕ МНЕ КЛАНЯТЬСЯ, ВЕДЬ СКОРО Я СТАНУ 27 ГЛАВОЙ КЛАНА ЗЕНИН!!!

Алекс холодно усмехнулся, поправился на земле, смотрев на него всё так же холодно:

— кланяться? зачем? в чём смысл кланяться непутёвому главе? — убрал его руку, которая почти тыкала ему в лицо — и прекрати показывать пальцем. это некультурно.

Наоя обезумел полностью, он активировал технику Прецирование 24 кадра, и начал бить Алекса со всех сторон. он проезжался его головой сначала по земле, затем по камням, херачил его по всем частям тела, так, чтобы он вообще не смог встать.

когда уже на Алексе не осталось живого места, Наоя выдохся, отключил технику, но в тот же миг Алекс хрипло спросил, валяясь на полу от боли во всём теле:

— успокоился?..

Наоя гневно посмотрел на него, он снова хотел его избить, но сил уже не хватало. он лишь сказал, махнув рукой:

— пошёл нахер, придурок.

Алекс сел на землю, начал думать вслух:

— неужели он думает, что сможет сломить мой менталитет? этот идиот очень высокомерный, и ведёт себя как маленькая девочка, которой не разрешили купить косметику... ещё и главой называется. из него глава как из меня балерина...

Маки шла тоже тренироваться, и вдруг увидела Алекса в избитом состоянии. она сразу подбежала к нему, садясь на колени:

— Алекс, что случилось? — спрашивала обеспокоенно, держа свои руки на его плечах — кто тебя избил?!

Алекс улыбнулся нежно, гладя её щеку своей ладонью:

— не переживай, маки... так, бандитская пуля.

Маки поняла, что он шутит, но всё же, она беспокоилась за него. она наклонилась к его руке, как бы прося ещё нежности. она снова заговорила, но уже нежнее:

— почему когда я тебя всегда спрашиваю от таком, ты лишь отшучиваешься? — придвинулась ближе — и даже если это бандитская пуля, то её очень много... дай угадаю, Наоя опять постарался?

Алекс молчал, всё ещё гладя её щеку. он медленно кивнул, потому что она итак поняла это. когда его спрашивают очевидное, он всегда просто кивает, потому что он считал, что слова бессмысленны, если человек итак понимает другого человека без слов.

Маки обняла его крепко, положила голову ему на плечо:

— знаешь, Алекс... — пауза. она подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза — несмотря на всё это, ты всё ещё остаёшься сильным. никогда не переступаешь через себя, и не провоцируешь... это мне в тебе нравится.

Алекс медленно улыбнулся, обнял её крепче, словно боится, что она исчезнет, если отпустит её:

— спасибо... — тихо прошептал Алекс, утыкаясь ей в шею. она гладит его волосы, как бы намекая: "я рядом. я с тобой навеки."

прошло несколько дней. зал собраний. клан зенин.

наоя сидел во главе стола. Оги, Дзиньичи, Ранта и другие старейшины — по бокам. Алекс стоял у стены.

— итак, — начал Наоя, развалившись в кресле. — сегодня я хочу поднять вопрос, который давно назрел. наш дорогой Алекс Зенин. брат Тоджи Фушигуро.

он усмехнулся.

— скажи, Алекс, каково это — быть никчёмным? жить в клане, где у тебя нет проклятой энергии? где ты просто бесполезная обуза?

Оги скрестил руки:

— зачем ты вообще здесь? ты думаешь, кто-то будет жалеть тебя за то, что ты такой же неудачник, как твой брат?

Дзиньичи покачал головой:

— Тоджи хотя бы был полезен. он убивал магов. а ты кто? просто кусок мяса, который жрёт нашу еду.

Ранта холодно добавил:

— Небесное ограничение не делает тебя сильным. оно делает тебя калекой. и ты — лучшее тому доказательство.

Алекс молчал. но внутри закипало.

Наоя наклонился вперёд:

— ты вообще понимаешь, что клан держит тебя здесь только из жалости? если бы не наша снисходительность, ты бы уже давно сдох где-нибудь в канаве. как твой братец.

— заткнись, — сказал Алекс.

тишина. все обернулись на него.

— что ты сказал? — переспросил Наоя, прищурившись.

Алекс поднял голову. глаза пустые, но голос дрожит от злости:

— я сказал: заткнись. ты думаешь, я боюсь тебя? думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? ты просто прикрываешь свою ничтожность тем, что унижаешь других.

он сделал шаг вперёд, сжимая кулаки:

— ты называешь меня калекой? да ты даже не представляешь, что такое настоящая сила. ты просто пустое место с техникой проецирования, которая делает тебя быстрее, но не умнее.

Оги встал, но Наоя поднял руку, останавливая его.

— ты смеешь мне перечить? — Наоя медленно поднялся. — ты, никчёмный немаг. смеешь мне перечить, в моём же зале, перед всеми?

— а ты заслуживаешь уважения? — Алекс усмехнулся. — ты, который боится, что если я стану сильнее, ты потеряешь своё место? да ты просто трус, Наоя. трус, который прячется за статусом главы.

Наоя обошёл стол, остановился в шаге от него:

— знаешь, Алекс, — сказал он тихо, почти ласково, — я ведь тебя предупреждал. ты должен знать своё место. но ты не умеешь слушать.

он махнул рукой страже:

— вышвырните его.

двое охранников схватили Алекса за руки. он вырвался, дёрнув плечом:

— не надо. я и сам уйду.

он развернулся и посмотрел на них холодным взглядом. он не знал, что тьма придёт к нему. не знал, что станет богом смерти. он просто хотел, чтобы его слова хоть что-то значили:

— я запомню всех вас.

и вышел.

вскоре он дошёл до леса, опустился рядом с деревом, и начал рыдать. он хотел, чтобы Тоджи был рядом, чтобы он оберегал его. и не хватало ему Маки рядом.

— ЗА ЧТО МНЕ ЭТО ВСЁ??? ПОЧЕМУ Я НЕМАГ??? — схватился за голову, его начало трясти — ПОЧЕМУ Я ТАКОЙ НИКЧЁМНЫЙ... КАК ЖЕ Я УСТАЛ...

Алекс достал из кармана спортивок нож с футляром, на лезвии было выгравировано: "от Тоджи для моего младшего братика". от этой гравировки он начал плакать ещё сильнее, почти рыдая.

через час он не выдержал, перерезал себе вены. кровь текла из его вен, постепенно он начал терять сознание. а после большого кровотечения он и вовсе откинулся.