Выстрел, которого не было (джен)

СТ-9904 знал эту базу как свои пять пальцев. Знал и эту планету — по большей части. Она была не такой, на каких обычно доводилось ему бывать в Партии или Империи: климат мягкий, чуть влажноватый. Озер и крупных бурных рек здесь не было — в основном множество мелких ручейков, расходившихся по поверхности планеты как бирюзовые вены и огромный, будто бесконечный, океан на другой стороне. Листва на деревьях переливалась золотом, оранжевым, бордовым и фиолетовым. Некоторые кустарники цвели голубыми цветами, и СТ-9904 знал, что здесь есть изумительное по красоте растение, раскрывающее свои бутоны по ночам. Белые, легко светящиеся цветки привлекали ночных насекомых.

Если он мог, то сказал бы, что ему нравятся ночные смены здесь. Они были спокойными, почти умиротворенными, а эти цветы, источающие тонкий аромат, подчеркивали свежесть ночного воздуха.

Над головой кружили бесконечные звезды и едва заметные, движущиеся светящиеся точки — корабли, выныривающие в этой системе, чтобы ввести новые координаты и отправиться дальше в путь. Они были редки и практически незаметны, но улучшенное зрение Кроссхейра дарило ему огромное преимущество.

Капитан, командующий базой, вверил ему сектор F5. Там в основном были горные образования, испещренные отвесными скалами и небольшими пещерками, в которых обычно дремала всякая мелкая живность.

Высота всегда нравилась снайперу. С облюбованной им точки хорошо просматривались овраги и большая часть внутреннего периметра базы. Очень удобно. Почти идеальная для него планета. Слишком идеальная.

Но был и жирный минус. Местные жители не жаловали гостей. С ними не вели торговлю, не было чужаков. А поскольку их основными гостями были имперцы, то их они ненавидели особенно остервенело.

Местные жили в небольших деревнях и поклонялись духам: когда в первые дни пропал один из патрулей, поисковый отряд нашел пустые окровавленные доспехи, привязанные к вытянутым вертикальным камням, и одно тело без головы лежало на плоском камне — жертвоприношение. Лишь через пару дней нашли остальные тела и голову того клона. Все они были обескровлены. Кроссхейр, подавив тошноту от увиденного, вспомнил, что над подвешенной броней чем-то алым были нарисованы сложные узоры.

Они не были дикарями. Их дома технологичны, а язык сложен. Некоторые из их изобретений показались любопытными даже капитану и их передали на дальнейшее изучение в штаб.

А еще у них была взрывчатка и оружие. Не такое, как имперские бластеры, но это не делало его менее смертоносным. Их ловушки были продуманы и жестоки. Они прекрасно знали, как использовать рельеф себе на пользу.

Солнце клонилось к закату, когда СТ-9904 занял свою позицию. Он опустил дальномер, тщательно осматривая вверенную территорию. Ничего. Но… Что-то скреблось внутри. Между лопатками, в затылке — навязчиво, не отпуская.

Две луны взошли над безоблачным горизонтом, освещая лес и скалы белым светом. В очередной раз опустив дальномер, СТ-9904 заметил движение. Что-то пробиралось сквозь густой кустарник, почти не беспокоя его. Он снял с плеча винтовку, лег на живот и устроил ее на небольшом камне. Затем посмотрел в прицел.

Большая группа местных подбиралась к базе с наименее защищенной стороны. Он поднял руку к шлему, активировал связь.

— С юго-востока приближается группа местных, — ровным голосом произнес он.

— Принято, — ответил капитан. Кажется, когда-то его звали Блик, но сейчас — СТ-6291. — Готовься атаковать. Огонь по команде.

База ожила — солдаты без лишнего шума занимали позиции, готовясь отбить атаку. Похоже, 6291 решил подпустить их поближе, чтобы те, не прикрытые деревьями, оказались у стен базы, расчищенной от растительности, как на ладони.

— Жду команды, — ответил он, прильнув к прицелу.

Время растянулось до бесконечности, пока примерно двадцать местных жителей, ни о чем не подозревая, выбиралась из-за деревьев, готовясь к атаке. И все вооружены: ножи, пистолеты, винтовки… Двое из них двигались чуть в стороне и тащили большой, явно тяжелый мешок.

«Взрывчатка», — успел подумать СТ-9904, когда вдруг все пошло наперекосяк и кто-то выстрелил без приказа.

— Огонь! — скомандовал СТ-6291, поняв, что преимущество полностью упущено. Завязалась перестрелка. Кроссхейр открыл огонь, методично отстреливая местных, но те, поняв что к чему, быстро нашли укрытия. Древесная щепа взметнулась в воздух. Ночь разрезали синие бластерные болты и вспышки ответного огня. Резкие хлопки спугнули птиц и мелких животных.

Внезапно на периферии возникло что-то еще. Что-то новое. Он развернул винтовку и… Резко выдохнул сквозь стиснутые зубы. Он знал этих вторженцев, знал, как никто другой. И дело не в уникальной темной броне класса «катарн», и не в необычной внешности СТ-1409. И даже не в том, что их разыскивала Империя.

Руки на мгновение дрогнули. Грудь словно скрутил тугой узел. Это странное… теплое… чувство пыталось пробиться к его израненному сердцу. Оно дернулось — и тут же безжалостно было раздавлено — ядовитая ледяная тварь обвила его, обдавая зловонным холодным дыханием, облизывая правый висок. СТ-9904 слегка дернулся и крепче сжал винтовку. Зачем они здесь? Что им нужно? Неужели они заодно с местными?

СТ-9904 выстрелил — болт обжег камень в миллиметрах от головы СТ-9902, которого СТ… Хан… СТ-9901 толкнул в сторону. Чертовы улучшенные чувства. Вся группа тут же исчезла из поля зрения, воспользовавшись неровным ландшафтом. СТ-9904 переключился на следующую цель.

Раздался громкий взрыв. Он дернул головой влево — небо разорвала ослепительная вспышка. Пламя лизнуло визор и больно резануло глаза. В висках запульсировало, сердце забилось как бешеное. СТ-9904 зажмурился, зашипев и машинально прикрыв чувствительные глаза предплечьем. Даже с такого расстояния были слышны чьи-то болезненные крики. Через мгновение, мотнув головой, он осторожно открыл глаза. Визор имперской брони не компенсировал резкие вспышки, в отличие от старого. Глаза начали слезиться.

Местные прорвали периметр: стена, окружающая базу, разлетелась мелкими обломками, подняв дым и пыль в воздух. Рядом — лежало несколько тел в белой невзрачной броне. Жалкая смерть.

Бой перетек во внутренний периметр. Остервенелый и яростный. Беспощадный. Клонов и людей резали и отстреливали как скот, те — защищали базу и припасы ценой жизней. Жизней, которых в Империи не ценили…

«Остановись», — заскреблось нечто в затылке, предупреждая боль. Висок все еще пульсировал в такт сердцебиению. Внутренний голос? Собственные мысли? Кроссхейр давно не слышал своих мыслей. Лишь инстинкты и приказы.

— СТ-9904, немедленно возвращайся на базу, западная башня — твоя, — сквозь помехи приказал капитан.

— Принято, — ответил СТ-9904, чувствуя, как эмоции растворились, и, убрав винтовку за плечо, поднялся на ноги. Голова внезапно закружилась — последствия карковой вспышки ему еще долго будут аукаться.

Он быстро спускался по идеально выверенному маршруту, перепрыгивая по камням, цепляясь за выступы. Бой внутри все продолжался.

«Где Партия?» — думал клон, спрыгнув на твердую землю и перейдя на бесшумную рысь.

Внутри база выглядела еще хуже, чем казалась до этого: всюду кровь, тела, черные росчерки выстрелов. Там, где взрыв пробил стену, до сих пор горели обломки.

Западная башня выглядела целой и нетронутой. СТ-9904 быстро оказался внутри, занял позицию: теперь ему был доступен не только уже прорванный периметр, но и внутренний двор, куда перетекли бои. Он выстрелил. Крупный мужчина занес руку с ножом для удара, но выстрел пробил его грудь и кровь забрызгала броню капитана.

— Ты вовремя, — прозвучал его искаженный голос по связи.

Свет прожекторов во внутреннем дворе освещал холодную бойню. Кто-то кинул гранату — очередная вспышка пламени разорвала с грохотом ночь.

Он сделал еще два выстрела, прежде чем заметил, как Х… СТ-9901 сражается с местным. СТ-9904 замешкался. Партия не заодно с атакующими? Тогда какого криффа они вообще здесь делают?

Он видел — они почти добрались до двери базы, но, очевидно, местные им помешали. Похоже, Партия хотела воспользоваться суматохой и боем, как отвлекающим маневром, но в итоге стали его частью. Зачем СТ-9901 так рискует, приведя их всех сюда? Почему? По крайней мере у них хватило ума не тащить с собой Омегу.

Его дыхание стало тяжелее, когда непрошенные мысли закрались, даря крохотную надежду, что, может быть, всего лишь может быть, они пришли… за ним? Нет, этого не может быть. Они улетели. Оставили его на Рилоте. На Бракке.

Палец лег на спусковой крючок, идеально прижимаясь к нему. Всего одно усилие и СТ-990… И Хантер… Хантер…

Он замотал головой. Что-то не так. Почему, почему он не может этого сделать? Всего одно нажатие, какие делал тысячи раз, и сержант… этот клон… его брат? И Хантер расстанется с жизнью.

— Нет, — зашипел Кроссхейр, зажмурившись, когда сильная боль начала разрывать его голову. — Нет, нет… Нет! Я не могу!

Он ахнул, схватившись рукой за шлем. Ему не хватало воздуха. Грудь будто сдавило. Звуки размывались и становились все глуше, словно на него давила толща воды и огромное давление.

Шлем не хотел поддаваться, но он стащил его с головы. Нагревшийся воздух, наполненный гарью и пеплом обдал лицо. Боль разрывала его, пробирая до самых глубин, дрожь пробила тело, холодный пот стекал по вискам. Глаза слезились. А может, он плакал? Кроссхейр никогда раньше не плакал. Он чувствовал, как из носа по губам стекает что-то теплое.

Чип взвыл, но Кроссхейр уже не слушал. Ледяная тварь извивалась, царапалась и кусалась. Один раз ей почти удалось вернуть контроль. Тварь рванулась — и он с усилием вогнал ее обратно в темноту. Кроссхейр на мгновение прикрыл глаза, медленно выдохнул.

И все вдруг стало таким простым. Таким ясным. В голове — пустота. Никаких посторонних мыслей, никаких приказов, и инстинкты — лишь его собственные. Он — хищник, призванный помогать братьям на поле боя. Оберегать их. И пусть они бросили его, несмотря на все клятвы, несмотря на все годы вместе, на все возможности забрать с собой — оставили его. Пусть они не защищали его — он защитит их. Это был простой выбор.

Палец на спусковом крючке. Выстрел. Винтовка ударила в плечо.

Хантер дернулся, когда выстрел прошил голову местного, с которым он сцепился и бросился в укрытие. Кроссхейр видел, как выглянул шлем и повернулся в его сторону. Секунда. Вторая. Никто не двигался. Кроссхейр скорректировал прицел, тут же стреляя в другого противника.

Казалось, что с такими потерями, местные должны были давно кончиться, но они были словно бесконечны. Кроссхейр следил за каждым членом партии, прикрывая их. Он уже дважды спасал жизнь Теху, пытавшемуся взломать двери базы. Конечно, эту самую базу нужно было защищать и оберегать, однако до базы ему не было никакого дела, а вот беспокойство за благополучие брата привычным чувством шевельнулось в груди.

И все же удача отвернулась от него. Кроссхейр слышал топот ног. Кто-то поднимался к нему, но он надеялся успеть сделать еще несколько выстрелов, прежде чем вступать в схватку. Его рука незаметно скользнула к кобуре на бедре, готовясь вытащить верный DC-17. Шаги становились все четче.

Кроссхейр резко развернулся, тут же выстрелил — и вовремя. Враг выронил окровавленный тесак и замертво рухнул с дымящейся дырой во лбу. Сразу за ним появилось еще двое. Кроссхейр выстрелил — мужчина увернулся. Еще выстрел — противник вновь ушел в сторону. Болт безвредно проскочил мимо. Расстояние стремительно сокращалось. Кроссхейр смог зацепить его в плечо, но враг схватил его одной рукой за горло, второй — сжал запястье. Он стиснул зубы, пытаясь ослабить хватку, но та была невероятно сильной. Перчатка заскрипела от усилия в попытке оторвать пальцы от горла. В глазах заплясали темные пятна от недостатка кислорода.

Он уже думал, что его так и задушат, но вдруг осознал, что находится в свободном падении.

«О, крифф», — успело пронестись в затуманенном разуме, прежде чем его тело с громким хлопком приземлилось на какой-то контейнер. Словно тряпичная кукла, упавшая на землю — беспомощная и беззащитная. Спину остервенело разорвала боль, все чувства разом отключились. Сквозь смыкающиеся веки показался приближающийся размытый силуэт.

А затем — ничего.

* * *

— Хантер, ты уверен? — переспросил Врекер, держа в каждой руке по противнику и столкнув их лбами. Те упали на землю без чувств.

— Уверен. Он мог меня застрелить, но не сделал этого, — тяжело дыша, ответил Хантер.

— Чип вообще возможно подавить? — засомневался Эхо. — Не в обиду, Врекер.

— Да нормально, — прорычал великан, ударив очередного противника арматурой.

— Или же Хантер выдает желаемое за действительное. То, что он не выстрелил в него, еще ни о чем не говорит. Но… — Тех на секунду замолчал, прежде чем, вздохнув, продолжить. — Я согласен. Похоже, он меня прикрывал.

— Ребята, башня! — послышался резкий напряженный голос Эхо и все тут же обратили внимание на башню: сверкающие вспышки выстрелов прекратились, а через мгновение кто-то ахнул по связи, когда все увидели, как Кроссхейр падает вниз.

— Крифф!

Хантер мгновенно сорвался с места, пригибаясь от выстрелов. Если раньше он жалел, что они пошли на поводу Сид и взялись за это задание, то теперь молил все высшие силы, чтобы его брат остался жив.

Он двигался как яростная молния. Уклонялся и оглушал всех, кто мешал. Хантер добрался до ящиков, на которых распласталось тело Кроссхейра. Шлема на нем не было — может, потерял в бою, но его броня сильно пострадала, приняв на себя основной урон. По боку нагрудника тянулась тонкая трещина, левая нога — явно сломана, вывернутая под неестественным углом, а безвольно свисающая с ящика рука была в крови. Хантер надеялся, что это единственные травмы, но не был столь наивен, глядя на тонкую алую дорожку из носа. А его запах — коктейль из боли, адреналина и крови.

Вскоре рядом оказались Тех и Врекер, а Эхо со своей позиции прикрывал их — они были на открытом месте и весьма уязвимы.

Тех прижал пальцы к горлу Кроссхейра, застыв ненадолго. Его лицо помрачнело.

— К черту Сид. Если мы сейчас же ему не поможем, он умрет, — проворчал Тех, жестом подзывая Врекера. — Возьми его, но очень аккуратно. Постарайся не трясти. У него явно сломана нога, и я не знаю, есть ли повреждения спины и внутреннее кровотечение.

— Понял, — напряженным голосом отозвался тот, а затем так осторожно подхватил Кроссхейра на руки, что подобной нежности от человека его комплекции и силы просто не ожидаешь.

Вся группа начала отступать. Бой все больше перемещался внутрь базы: яростно кричащие местные, похоже, были настроены решительно, лавиной продвигались, продавливая имперцев. Хантер постоянно прислушивался к прерывистому дыханию брата, прослушивал его слабый, чуть учащенный пульс.

Хантер поднял кулак — группа остановилась. Впереди показалось еще несколько местных, входящих на территорию базы через пролом. Он огляделся и заметил лазейку — небольшую дыру в стене, оставшуюся после гранаты, но Кроссхейра придется осторожно передавать. Эхо стоял на страже, пока Хантер и Тех протискивались наружу, а затем пронесли и бессознательного брата. Тот застонал, когда его сломанную ногу случайно задели.

— Ш-ш-ш, Кроссхейр, прости, прости, — успокаивал Хантер его, нежно проведя пальцами по лбу. Седые волосы прилипли к блестящей от пота коже.

— Нужно торопиться, — прошипел Эхо. Врекер, тяжело пыхтя, едва пролез в разлом, и после него тут же юркнул и сам Эхо.

Дорога до Мародера была быстрой. Все были сосредоточены на том, чтобы захватить базу, поэтому Партия свободно добралась до корабля. Кроссхейр едва слышно застонал, когда Врекер его чуть поправил в своей хватке.

Едва трап Мародера опустился, Эхо нырнул в кабину и запустил двигатели. Тех рванул за аптечкой, по пути собирая все, что может пригодиться, нашел обычный сканер и сканер чипов. Врекер осторожно уложил брата на койку и отошел, не зная, чем занять трясущиеся руки — его брат оставался безмолвным и за время пути побледнел под стать цвету своих волос, практически сливаясь с белым одеялом.

Хантер, не теряя времени начал расстегивать броню. Он чувствовал вибрацию, проходящую по корпусу корабля, пока тот взмывал в атмосферу и легкий толчок — рывок в гиперпространство.

Треснувший нагрудник отправился на пол. Врекер, словно выйдя из оцепенения, начал осторожно снимать броню со здоровой ноги. Стопка пластин за минуты выросла. Самым сложным испытанием явно будет броня на пострадавшей ноге и спинная пластина.

Вернувшийся с аптечкой Тех, достал сканер и начал сканирование. Сканер тревожно окрасился красным и бесстрастное лицо Теха на мгновение скривилось. Он быстро достал фонарик, проверил реакцию зрачков и, похоже, удовлетворился увиденным.

В этот момент Эхо выскользнул из кабины.

— Как он?

Спустя короткую паузу, пока осматривал голову брата, Тех, наконец, заговорил.

— У него сотрясение, — коротко бросил Тех. — Дыхание прерывистое, возможны переломы ребер.

— Я не слышу бульканья или что он дышит неправильно, — ответил Хантер.

— Хорошо. Гемоторакса нет. Но ушиб легкого — почти точно. Переломы ребер без смещения, насколько вижу.

Тех убрал сканер и быстро оглядел шею Кроссхейра.

— Эхо, найди что-нибудь для воротника. При хлыстовой травме нужно зафиксировать голову.

Тот отрывисто кивнул и рванул к шкафчикам, располагавшимся в глубине корабля. Послышался остервенелый шум и шорохи, будто что-то резко двигали и пару раз уронили. Через мгновение он уже вернулся с полотенцем и пачкой бинтов.

— Не нашел ничего получше, но, думаю, это должно подойти.

Тех лишь молчаливо кивнул, забрал у Эхо полотенце.

— Врекер, приподними голову — аккуратно, — скомандовал он, сворачивая полотенце в «трубочку».

Врекер, замерший у койки, встрепенулся, обошел Теха, а затем мягко взял Кроссхейра за голову, медленно приподняв. В любой другой ситуации его волнение было бы милым, если бы сейчас не требовалась скорость.

Хантер уловил резкость в движениях Теха — тот спешил. Едва Врекер приподнял голову, Тех подсунул свернутое полотенце, а Эхо подал бинты. Забрав их, он быстро зафиксировал шею. Лицо Кроссхейра, и так искаженное гримасой боли, напряглось еще больше. Он приоткрыл глаза, тяжело вдохнув.

— Хан…тер… — слабо прошептал Кроссхейр, приподняв окровавленную руку. Хантер тут же оказался рядом, присев перед койкой. Он взял брата за руку, другой — нежно провел по белым волосам.

— Я здесь. Ты в безопасности, — заверил Хантер, но Кроссхейр, похоже, уже отключился — морщинки на его лице чуть разгладились.

Тех приблизился с двумя шприцами наготове. Хантер отошел, чтобы не мешаться — шприцы были введены один за другим. Кроссхейр расслабился. Его дыхание выровнялось, стало чуть глубже, а запах боли больше не был столь же ярок.

— Я дал успокоительное и обезболивающее, — выдохнул Тех. — Теперь грудная клетка.

Хантер уже успел разрезать поддоспешник Кроссхейра, но не стал рисковать делать что-то еще. Он боялся трогать брата, не зная, какие повреждения получила спина. А что, если Кроссхейр окажется парализован?.. Они помогут ему, твердо решил он, обязательно помогут, но сам Кроссхейр мог воспринять это плохо…

Хантер дернулся, когда Тех его ткнул пальцем в плечо.

— Что? — переспросил он, понимая, что отвлекся.

— Отойди, Хантер, мне нужно больше пространства, — произнес тот, и Хантер тут же сдвинулся, словно обжегся.

Он отстраненно наблюдал за тем, как работает Тех и помогал, когда тот просил. Спинная пластина, когда ее сняли, оказалась слегка деформирована, но, похоже, ничего криминального — Тех сообщил, что позвоночник цел и единственная проблема — сильный ушиб и сломанные ребра.

В голове Хантера крутились сотни мыслей. Действительно ли Кроссхейр им помогал? Почему он вообще это сделал? Может, они просто хотели так думать? Хотели, чтобы Кроссхейр к ним вернулся, а все это было на самом деле уловкой?..

— Врекер, удерживай его. Нужно заняться ногой.

Послышался звук вправляемой кости и протяжный, наполненный болью стон брата. Хантер стиснул зубы, до боли напрягая челюсть.

Если бы только они его не оставили, он бы так не пострадал. У них был шанс забрать его на Бракке, но они испугались имперского подкрепления и в итоге оставили брата там. Оставили его, окруженным чужими людьми и болью. Хантер с тоской смотрел на шрамы на голове Кроссхейра, надеясь, что теперь все можно исправить.

Тех поставил капельницу. Кроссхейр выглядел так, словно просто спал, если бы не повязки и капельница, а в воздухе не витал сладковатый запах бакты и остатки металлической вони крови.

— Готово, — произнес он напряженным голосом и провел ладонью по лбу. Всегда собранный и решительный, Тех редко позволял себе эмоции «здесь и сейчас», но теперь, когда все закончилось, похоже, те начали его накрывать с головой. Эхо приобнял его за плечо и посадил на койку напротив брата.

— Я… — Тех сглотнул и принял бутылку воды, которую ему протягивал Эхо. — Я вправил кости и зафиксировал ногу. Шею тоже. Кровотечение остановлено, руку обработал. Капельница установлена, — монотонно перечислял он, будто цепляясь за хорошо знакомые термины. — У него сотрясение мозга, но учитывая, что он упал без шлема, ему крупно повезло.

— Эй, Тех, — Хантер присел перед братом, сжал его плечо, — ты молодец. Благодаря тебе он справится.

Тех кивнул, отпил еще воды.

— Когда Кроссхейр достаточно окрепнет, мы извлечем чип.

— Рекс нам поможет, — решительно произнес Хантер. — Мы вылечим Кроссхейра и извлечем чип. — Он посмотрел на спящего брата и его лицо смягчилось. Рука сама потянулась к его голове, почти невесомо касаясь теплого лба. — Я наделал столько ошибок. Пора начать их исправлять.