Где-то там, за глухими стенами (джен)

Ещё подъезжая к кафе, Крис начал понимать, что координаты, которые сбросила сестра, вовсе не означали, что она в опасности и что ему нужно спешить. Эта лиса, то есть Клэр, намеренно скинула ему цифры, догадываясь, что если напишет адрес и то, что хочет всего лишь вместе посидеть, то может получить ответ, что он занят. Собственно, поэтому, дёрнув за ручку двери, Крис наградил администратора тяжёлым взглядом, от которого тот сразу же напрягся, и двинулся к столику, где Клэр помахала рукой.

— И чего ради ты меня позвала? — приблизившись, хмуро спросил он.

Однако на сестру ни его взгляды, ни тем более тон голоса не действовали так, как на других.

— Привет, Крис! Кстати, познакомься — это Джейн, моя коллега из отдела логистики, — дружелюбно сказала Клэр и посмотрела на сидевшую рядом девушку. — Джейн, а вот и мой брат!

Джейн, безусловно, была хороша собой: волнистые светлые локоны струились по плечам, тёмное обтягивающе платье подчёркивало аккуратную фигурку и имело разрез в области груди, открывавший некоторый вид на очень хорошие формы.

— Добрый вечер… мистер Редфилд, — вежливо сказала она, и Крис поймал красноречивый взгляд сестры, в котором так и сквозила одна-единственная мысль: «Ну не будь ты последним козлом!»

Развернуться и уйти как обиженный мальчик, Крис, конечно же, не мог, потому расстегнул куртку и выдвинул стул.

— Добрый вечер, Джейн. И можно просто Крис, — сказал он, опустившись, и взмахнул рукой, чтобы подозвать официанта.

— А я вот как раз рассказывала Джейн о том, сколько всего ты сделал для мира, братец, — нагло сказала Клэр, хотя обычно она не любила вести себя как последняя болтушка.

«Вот же ты зараза», — мысленно сказал ей Крис, сдвинув брови.

— Да, а я как раз подметила, что у вас… кхм, у тебя такая непростая и тяжёлая работа, — подхватила Джейн.

— Ну… когда как, — сухо ответил Крис.

Внимание Джейн его немного смущало: с женщинами он общался, конечно, но обычно только по делу, а если и делил с ними постель, то предпочитал, чтобы эти женщины не грузили его голову всякими разговорами — к чему ему эта вся ерунда? Или он приглянулся и женщина согласна на близость с ним, или он не приглянулся и можно не терять время, третьего же не дано, он не какой-нибудь… смазливый спецагент, чтобы строить из себя не пойми кого и толкать красивые речи.

— Не верь ему, он скромничает, — вставила Клэр, — привык геройствовать и спасать чужие жизни.

Крис тоже наградил её весьма красноречивым взглядом, в котором стоило бы прочитать, что они ещё поговорят об этом её желании свести его с кем-нибудь.

— Ох, это так благородно, — со вздохом подметила Джейн, и в ту же минуту у Клэр издал сигнал телефон.

— О… — Клэр глянула на экран и поднялась с места. — Ребята, простите, мне пора бежать!

— Куда это? На ночь глядя? — не поверил Крис.

— Это срочно, потом объясню! — бросила она, коснувшись его плеча, и чмокнула в щёку. — Пока, Джейн, увидимся! — прибавила Клэр, схватив куртку, и помчалась к двери.

За углом она наверняка сбавила ход и поймала такси, подумал Крис, но, чтобы уж не выглядеть последним подлецом, из вежливости поинтересовался, как долго Джейн и его сестра вместе работают. Оказалось, что всего полгода. До того Джейн работала в почтовой компании и очень обрадовалась, увидев вакансию в «ТерраСейв».

— Мы ведь помогаем людям — это тоже… так благородно и правильно, я считаю, — воодушевлённо подметила она.

— Да, — опять коротко согласился Крис.

Он, конечно же, хотел оплатить счёт и извиниться, что ему надо уходить, но бросать девушку одну было не в его правилах.

— Я на машине, может, тебя подбросить до дома?

Джейн улыбнулась и согласилась на его предложение. Кажется, она чего-то ждала у вешалки, но Крис предпочёл выйти на улицу и подождать там, когда она оденется и выйдет. Обходить машину он тоже не стал и в салоне подождал, когда Джейн справится с дверью.

— Да дёрни ты её! — громко сказал он, заметив, что спутница почему-то не может сладить с несчастной ручкой.

— Ох, какая у тебя… своенравная машина, — подметила Джейн, забравшись в салон, а он молча подумал, что коллеги у Клэр какие-то слабоватые: случись что и постоять за себя не смогут, раз у них силёнок так мало.

«Кого попало, что ли, стали набирать…» — прибавил он про себя, а вслух поинтересовался, куда ехать. По пути Джейн рассказывала ему, что новая работа превзошла все её ожидания: и коллектив хороший, и дело правильное, нужное людям, и скучать некогда. Крис из вежливости коротко отвечал или же кивал: про «ТерраСейв» и его деятельность он уже по горло наслушался от сестры.

— Так это твой дом? — остановившись, наконец спросил он.

— Да, это он, — сказала Джейн и вдруг положила ладонь ему на колено. — Зайдёшь? У меня найдётся что-нибудь и покрепче чая...

Дураком Крис, конечно же, не был и знал, что она имеет в виду. Он всё ещё видел её лицо, глаза, в которых горел интерес, видел форму груди, до которой сегодня же мог бы добраться, но краем глаза цеплялся за половинку фотографии, которую мог бы рассмотреть и в темноте. Она висела на стекле как напоминание о чём-то важном.

Раньше на фотографии было шестеро человек, отряд «Альфа», те люди, с кем Крис проводил рабочие дни, тренировался, пил в свободные минуты чай и участвовал в разных операциях. Там были люди, которые прикрывали его спину, и был человек, который их всех предал. Крис порвал фотографию, чтобы больше не видеть ни самодовольное лицо Вескера, ни тех, кто уже погиб, но вот вторую половину фотографии сохранил. На ней остались трое: Барри, он сам и Джилл. Где сейчас пропадал Барри, Крис точно не знал, но надеялся, что тот в порядке. А вот Джилл находилась в клинике. Не так давно она вернулась вместе с Крисом из Африки, и он сам отвёз её в лучшее место, где должны были залечить её физические и душевные травмы.

Именно мысль о напарнице его сейчас кольнула больнее всего. Джилл там, сидит или лежит в палате, наверняка опять мучается от бессонницы и бьёт кулаками по стене, пока он здесь катается по городу и развлекается вместо того, чтобы помочь ей прийти в себя. Человеку, который ради него пожертвовал всем и несколько лет провёл в плену у того, кто обратил её жизнь в кошмар.

— Извини. Джейн, ты… очень хорошая. Правда. Но я не могу, — сказал Крис и убрал её руку со своего колена.

— Почему? У тебя кто-то есть? — спросила она, видимо, решив после речи Клэр, что он не сможет устоять перед её очарованием.

— Нет. У меня дела, — ответил Крис.

— Сейчас? — удивилась Джейн.

Он больше ничего не сказал, и она поджала губы. Хлопнула дверью так, что ему стало понятно, что до того она прикидывалась немощной и постоять за себя возможно ещё сможет. Впрочем, мысли о Джейн очень быстро покинули его голову, едва он взглянул на половинку фотографии и вывернул руль, чтобы поехать в другую сторону.

* * *

Дежурная медсестра уже настолько привыкла к его визитам, что не стала ни ворчливо спрашивать, видел ли он который час, ни угрожать, что позовёт охрану.

— Не спит? — спросил её на ходу Крис.

— Не спит, — ответила медсестра.

Она куда-то ушла, а он двинулся по коридору к той единственной двери, которую теперь мог безошибочно найти в темноте. На мгновение замер возле неё и, сделав вздох, дёрнул за ручку.

— Опять ты.

Джилл сидела на подоконнике, поджимая к себе ноги, и смотрела в окно ни то на звёзды, ни то просто в темноту.

— Опять я, — согласился Крис и двинулся к ней. — А ты опять не спишь.

Она ничего не ответила и не повернула голову. Её больничная роба задралась до бёдер, и коленки остались прикрытыми лишь объятием рук. Крис молча снял с себя куртку и укрыл ею ноги и руки напарницы точно пледом. Джилл повернула голову, и он почувствовал, как её голубые глаза сверлят его сквозь темноту.

Прежняя Джилл была очень смелая, общительная и дружелюбная. В порыве чувств она могла прижаться к его груди и обхватить руками за спину, в приподнятом настроении могла принести ему кофе или пончики, в беспокойстве — нагрянуть на квартиру, чтобы узнать, в порядке ли он; от сильной печали или боли она могла шмыгать носом, пытаясь проглотить непрошеные слёзы. Эта же Джилл, которую он привёз из Африки, была безжизненной и злой. В первые дни она разбила дома все зеркала, видимо, чтобы не видеть своё крайне бледное лицо и светлые локоны вместо каштановых. Кажется, она пыталась их покрасить, но краска быстро сошла. В бешенстве она срезала их до ушей, распотрошила обувку на каблуках и изорвала обтягивающие юбки и штаны. Похоже, пыталась изничтожить всё то, что напоминало ей об облике послушной марионетки в руках врага. Кто знает, что ещё она бы вытворила, если бы не пришлось поехать в клинику.

Крис сейчас молча на неё смотрел, готовый стерпеть хоть удар, хоть плевок, хоть резкие слова. Он слишком долго её искал, казалось, было за что получить.

— Тебе делать нечего? — лишь сердито спросила Джилл.

— Нечего, — ответил Крис и уселся на подоконник рядом.

Она снова отвернула голову и уставилась в темноту, а он подумал, что вот сейчас сам бы очень хотел её обнять так, как она делала это раньше. Её волосы отросли до плеч, и он считал, что светлый цвет её нисколько не портит. Да, в первые дни это было непривычно, но мысль, что Джилл жива, была сильнее всей этой ерунды и он не обращал на неё внимание.

— Лучше бы ты выпить принёс, — помолчав, сказала Джилл.

— Тебе же нельзя, — напомнил ей Крис. — Вот закончишь лечение и выпьем.

— Выпьем, как же.

— Выпьем, слово даю.

Она фыркнула и промолчала, кажется, не поверив ему.

— Может, вернёшься в постель или боишься на тебя нападут, пока спать будешь? — спросил он.

Джилл снова повернула голову и наградила его определённо недобрым взглядом — вот уж что, а страх ей был раньше почти что неведом, теперь же было трудно даже признать самое главное. Она всё ещё боялась потерять над собой контроль и стать безвольной куклой, которой мог управлять кто-то другой. Непривычный прежде страх и болезненные воспоминания провоцировали злобу. По крайней мере, так попытался объяснить её поведение лечащий врач.

— А может, ты вернёшься к себе и не будешь здесь торчать? — сердито спросила Джилл.

— Зачем? Мне же делать нечего, — напомнил ей Крис. — Могу и тебя покараулить.

Она протяжно вздохнула и, кажется, не нашла аргумент против. Раньше они часто куда-то выбирались, сидели в засаде или же делали привалы на пути к цели, поочерёдно дремали, сменяли друг друга на посту и двигались дальше. Тогда некогда было вести душевные беседы, но и без них было ясно, что в случае чего он может на неё рассчитывать, напарница прикроет его спину. Несколько лет тому назад Джилл сделала даже больше того, прыгнув на врага — она спасла Крису жизнь. Он до сих пор не мог выкинуть из головы тот момент, когда раздался треск стекла и его напарница, обхватившая Вескера, вылетела вместе с ним из окна в темноту, в пропасть, в которую он потом смотрел, еле дыша и хватая рукой воздух.

Доверие, как теперь часто говорил новичкам Крис — это не просто слова, типа: «Я тебя прикрою» или «Можешь на меня положиться», а поступки. Вот уж кому, а Джилл он доверял, и она не могла не доверять ему тоже. Если сейчас они не говорили об этом вслух, то в памяти всё сохранилось. Похоже, именно поэтому спустя минуты Крис услышал тихий шорох и почувствовал, как её пятки упёрлись ему в бедро. Джилл разогрелась под его курткой и наконец-то расслабилась, её дыхание сделалось глубже. Он немного подождал и поднялся с подоконника, одну руку просунул ей под спину, другую — под колени и с лёгкостью поднял. Раньше ему никогда не думалось, какая же она хрупкая и беззащитная, особенно вот такая, спящая в его руках, сейчас же хотелось не дать её никому тронуть. Крис аккуратно опустил Джилл на постель, расправил одеяло и укрыл её.

— Не уходи... — пробормотала она в полусне и немного сжала в пальцах одеяло.

— Не бойся, я буду рядом, — тихо заверил Крис и приложил к её ладони свою.

Её пальцы расслабились, и напряжение в лице ушло. Крис отбросил с её щеки непослушные светлые пряди и на мгновение застыл, словно желая сделать что-то ещё, непривычное для него. Отогнав от себя наваждение, он занял всё тот же крепкий стул, стоявший чуть в стороне. Пост, на котором можно было почувствовать себя легче, чем на всех других. Когда привыкаешь кого-то терять, то находить становится чудом, а облегчение или радость могут принести даже какие-то мелочи. Вряд ли бы он смог объяснить это сестре, да и существовали вещи, которые не поддавались словам. Их можно было почувствовать и только.

* * *

— Тебе вот что, так сложно было хоть на один вечер побыть нормальным мужиком, а не скотиной? — позвонив под утро, недовольно спрашивала Клэр.

— Что опять не так? — спрашивал Крис, стоя у здания клиники.

У Джилл с утра были процедуры, но, по крайней мере, проснувшись, она смотрела на него дружелюбно, как будто не веря, что он просидел рядом всю ночь. Только ради этой минуты и стоило так долго не смыкать глаза. Ненадолго он видел в ней прежнюю Джилл, только очень растерянную и ослабшую, видел и обнял её перед тем, как пожелать хорошего дня.

— Что не так… Ты ещё спрашиваешь? — возмущалась Клэр. — Джейн была очень недовольна! Говорит, ты вёл себя как… как последний грубиян!

— Грубиян? Да я ей не нахамил ни разу и до дома довёз, — возразил недоумевающий Крис. — Что ей ещё было надо? Чтобы я ей цветастый веник какой-нибудь купил? Или оды о любви на прощание почитал?

— Ох, Боже, ты неисправим…

— Вот и отлично, избавь меня, неисправимого, от своих коллег.

Идя к машине, он словно почувствовал на себе взгляд или же очень захотел его ощутить, и обернулся. Джилл стояла у окна и осторожно подняла руку. Он тут же поднял свою в ответ.

— Да больно надо, больше не буду тебя ни с кем знакомить, — бухтела в трубке Клэр. — Оставайся один как дурак вместе со своей штурмовой винтовкой!

— Винтовку не трожь, — предупредил Крис, — она мне ещё ни разу мозги не выносила как некоторые бабы. Самая надёжная вещь в бою, к тому же если есть…

— Ой всё, чуди там себе дальше, я пас, — сдалась сестра, и в динамике послышались короткие гудки.

Джилл в окне не было видно, Крис криво улыбнулся и уселся в машину. Ни возмущение сестры, ни недовольство какой-то Джейн не могли испортить ему настроение. На душе было так легко и спокойно, словно на ней, как на небе, разошлись все тяжёлые тучи. Крис уезжал, но знал, что ещё вернётся. В этом месте было что-то важное для него, что-то, что он не мог описать словами.