Последнее прощание (гет)

Клэр привычно раскладывала собранные утром растения, сортируя их в нужном порядке, пополняя запасы в кабинете медика.

В последние дни всё было почти спокойно. Лишь только жестокие разбои на границах ломали эту идеальную картину, но они мало что могли сделать. Оставалось облегчение, что хоть во Фрейзер-Ридж царил мир. Их дни стали умиротворёнными и дарящими надежду, что этот уютный уголок сможет стать спасением от всего, хотя от грядущего они не сумеют уйти.

Но пока у них была возможность жить в мирном счастье здесь, не воспользоваться таким шансом казалось попросту глупым. Им необходим был перерыв после стольких ужасов и потрясений: восстание регуляторов, потеря Мурты, травма Роджера, последняя схватка с Боннетом... Клэр удивлялась, как последние недели с ними не произошло очередной напасти, ведь они любили сыпаться на них весьма часто. И она уже научилась ценить радость и счастье подобных дней, потому наслаждалась этой стабильностью, что могла быть порой столь хрупкой.

И это доказало недавнее утро, когда молодой Йен играл с Джемми и у их мальчика проявились способности путешественника. И они все знали, что это значило.

Их скоро ждало горькое расставание, к которому Клэр хоть и пыталась приготовиться, но не смогла. Осознание, что она вновь потеряет дочь, давило сильнее любого груза. Было так горько… Ведь Бри и Джейми наконец узнали друг друга, и между ними чувствовалась та нежная связь родителя и ребёнка, несмотря на сложную историю их семьи. И отношения Роджера с её мужем стали налаживаться... А от мыслей, что они больше никогда не увидят маленького Джемми, не встретят его озорных глаз, не будут рядом, когда их мальчик начнёт читать, продолжит расти... Клэр ощущала это словно жуткую кровоточащую рану, которую она вряд ли сможет исцелить.

Но при этом Клэр понимала, что так им будет безопаснее. Их дети продолжат жить в своём времени, где у них есть дом и работа. Там они не будут находиться в вечной опасности, и Джем сможет расти в мире, полным разных удобств и новшеств.

Они с Джейми уже были благодарны, что у них оказался этот шанс встретить Брианну, видеть её свадьбу и побыть с внуком. Ведь когда-то им и мечтать о таком нельзя было. Но всё равно оставалось так больно, пусть даже это обезопасит их близких.

Клэр тяжело вздохнула. Что бы сейчас ни было у неё на душе она не могла так потратить эти драгоценные дни. Они старались быть вместе в любых мелочах.

Как раз в этот час Джейми играл с Джемом, Роджер помогал в одной из починок Йену, а Бри вот-вот должна была прийти к ней для помощи в её лекарственных делах, что состояла в том же распределении трав. Им всем было тяжело. Джейми очень тяжело принимал этот момент. И Клэр понимала. Но им приходилось лишь смириться и проводить эти дни вместе.

Вдруг она поняла, что не хватало одной приправы, о которой Клэр видимо забыла в своих раздумьях, когда начинала сбор. Покачав головой, женщина вышла из кабинета, отмечая себе на потом, что не стоит забывать список нужных листьев, что иногда могут пригодиться...

Но Клэр неожиданно услышала мягкий знакомый смех, доносящийся из комнат, служащей у них полу-гостиной в малом объёме и полу-библиотекой. Она была удивлена услышать Брианну, ведь в это время в доме, ей казалось, что Бри сейчас с сыном и отцом, но ошибалась.

Клэр тихо подошла к дверям, невольно застывая. Она смотрела, как Брианна улыбалась и о чём-то говорила с Джоном Греем, утром приехавшим к ним. Они стояли у стола, и оба были так поглощены их беседой. Клэр не должно было показаться что-то странное, ведь это был обычный разговор друзей, но отчего-то...

Она отошла от комнаты, следуя своему изначальному пути, размышляя.

Клэр знала, что у Брианны и лорда Джона возникли дружеские отношения, и она была благодарна ему за ту поддержку её дочери в те трудные дни. Разумно, что они свободно разговаривали друг с другом. Но то какими были их взгляды... направленные друг на друга, глаза в глаза, это казалось таким близким.

И та улыбка Брианны, столь искренняя, и её радостный смех... Не со всеми она могла быть такой открытой... И Джона Клэр таким не видела. Казалось, что его больше не одолевали вечные раздумья и печали, словно он всё отпустил и становился свободным...

Она вздохнула. Можно ли было лишь с пары секунд определить, что именно предстало пред её глазами? И Клэр осознавала, что почти что ни с кем они не были столь... честны и радостны. Этот взгляд Брианны напомнил ей те дни, когда её маленькая дочь признавалась себе, что ей нравится одноклассник. Но теперь глаза взрослой девушки глядели более серьёзно и искреннее...

Клэр покачала головой. Эти догадки могли бы быть допустимы, если б Брианна не жила с мужем и ребёнком, но если... Она знала, что её дочь не переступила бы черту. Вот только если Бри действительно что-то чувствовала к Джону... Как же тяжело ей могло быть...

И Клэр решила, что просто поговорит с дочкой, чтобы этот разговор ни нёс, хотя знала, что ничего не заставит её отвернуться от Бри. Она любила своего ребёнка и должна была помочь как могла... Особенно когда времени у них оставалось всё меньше.

Клэр была в кабинете, когда Брианна пришла к ней, не скрывая улыбки, в который жили мечты, радость и при этом грусть... Она подошла к столу, начиная привычные действия с растениями, и Клэр решила не тянуть, зная, что дочь всё равно почувствует её напряжение.

— Бри... Нам нужно поговорить.

Девушка тут же обеспокоено посмотрела на неё:

— Что-то случилось?

Клэр вздохнула, стараясь правильно подобрать слова:

— Не совсем... Я сегодня видела, как ты говорила с лордом Джоном. И, — она посмотрела на дочь. — Скажи, между вами что-то происходит?

Бри застыла. Девушка не знала, что сейчас могла сказать и закрыла глаза, ненавидя эти минуты, когда всё сознание едва не разрывалось от сомнений и стыда за то, что ей не удавалось контролировать. Она знала, что её мать продолжит терпеливо ждать её слов, не торопя. Но Брианна смогла произнести лишь:

— Это не то, что может показаться на первый взгляд. Мы просто...

Бри отвела взгляд, не в силах увидеть взгляд матери. Она сама толком не знала, что было меж ними. Джон был рядом с ней в одних из самых трудных дней в её жизни и дарил понимание и поддержку, в которых Брианна так нуждалась.

Благодаря ему она сумела не сломаться и попытаться двигаться дальше ради своего ребёнка. Быть может тогда между ними зародилось нечто, из-за чего девушка не могла их назвать лишь друзьями... Всё стало куда глубже... и грозило многими сомнениями и сожалениями.

Бранна вздохнула, решаясь попытаться поделиться с матерью, зная, что она выслушает и попытается помочь:

— Всё очень сложно... Я хочу, чтобы ты понимала: я люблю Роджера. Я очень люблю его и жизнь с ним и Джемми... Но когда рядом он... Во мне словно что-то открывается. Я не могу не жаждать разговоров с ним, быть в его компании... Мне хорошо с ним. И при этом будто становлюсь кем-то другим, забывая о реальности... Это звучит иначе, но... Я не знаю, что мне делать.

Клэр слушала её и теперь просто подошла, нежно положив ладонь на плечо дочери, осторожно спросив:

— Ты думаешь, что любишь его?

Бри замерла, но всё же покачала головой:

— Я не знаю, каково любить его... И боюсь признаться себе, что иногда жалею об этом... Но это неправильно. — Она тяжело вздохнула, обратив взгляд к лесу, что был виден из окна. — Я счастлива с Роджером и Джемми. И хоть иногда между нами не всё гладко, но мы с этим пытаемся бороться. Вот только, когда Джон приезжает сюда... — Она замолчала, задумавшись, но всё же произнесла. — Знаешь, в один день я увидела, как он о чём-то говорил с Джемми... И в одно предательское мгновение я невольно представила, что бы было, если б они могли стать друг другу ближе... И ужасно так же, что маленькая часть меня иногда сожалеет, что наша помолвка осталась лишь отвлечением и не переросла в нечто большое... Та иная жизнь иногда преследует, но я не хочу об этом думать. Ведь моё место с семьёй.

Она замолчала, чувствуя в себе неописуемую горечь от собственных мыслей, но ничего не могла поделать.

Клэр же смогла сказать лишь:

— Мы не можем управлять своими чувствами и желаниями. — Женщина вздохнула, но в миг словно поняла и другое. — Джон... Он похоже также...

Брианна прикусила губу, понимая, что не имело смысла скрывать сейчас всё, становившееся столь очевидным:

— Да... Мы никогда не говорили об этом, но я знаю, что... Он тоже чувствует это. Но мы никогда не переходили черту.

Клэр напряжённо посмотрела на неё:

— Ты ведь знаешь о его чувствах...

Брианна кивнула, не давая ей сказать дальше:

— Я знаю. Но это не относиться к тому, что между нами. Не понимаю как, но я знаю, что нечто сложнее... И всё равно неправильное.

Она отвела взгляд, и на несколько минут в комнате воцарилось молчание. И всё же Клэр решилась сказать:

— Бри... Ты же понимаешь: он не знает, что вы больше не встретитесь.

Девушка замерла и продолжала смотреть на травы. Эти мысли уже начинали зарождаться в ней, но она старалась не давать им силы как можно дольше. Брианна осознавала, что, несмотря на возвращение Джона в Англию, он может надеяться на то, что они ещё могут увидеться, но это было не так. Ведь она отправлялась в своё время, где сможет лишь искать информацию в архивах о всех, кого здесь узнала. И так тяжело было принимать это.

Клэр словно видела творящиеся в ней сомнения и произнесла:

— Не стоит давать ложную надежду... И каждый должен иметь возможность попрощаться.

Брианна не знала, что могла ответить, но в этот миг к ним пришла Марсали, с улыбкой говоря, что оставила ребятишек на Фергюса, и присоединилась к раскладке растений.

Бри же находилась наполовину в себе, пытаясь решить, как ей поступить. Мама была права. Лишать кого-то прощания, даря надежду на возможную встречу, было слишком жестоко. И Джон не заслуживал этого. Она должна сказать ему, если не всю правду, которой никогда не сможет поделиться, то хотя бы часть, касающуюся именно их. После всего ими пережитого... хоть это Бри могла сделать, как бы сложно ни было.

Близился вечер, и Брианна смогла незаметно скрыться с глаз остальных, надеясь, что у неё хватит сил на следующий разговор. Она медленно шла к гостевой комнате на верхнем этаже, ощущая, как учащённо билось сердце.

Волнение охватило её, но девушка старалась держаться, ведь эти минуты она запомнит... И наконец Бри постучала в дверь, уже начиная испытывать страх. Но она отворилась, и больше не было возможности отступить.

Джон смотрел на неё с удивлением, явно не ожидая увидеть её сейчас здесь. Но спустя несколько мгновений смог отойти от неожиданности и отступил на пару шагов, давая Брианне пройти в комнату. Она тяжело вздохнула, когда двигалась вперёд, оказываясь с ним наедине, пока никто не знал, и слышала, как закрылась дверь.

Она молчала, пытаясь найти слова, чтобы начать, но Джон сразу же обеспокоено спросил:

— Что-то произошло?

Брианна покачала головой, невольно улыбнувшись его вечной и благородной готовности предложить свою помощь, что всегда ставило мужчину в лучшем свете. Он вечно казался самым настоящим примером джентльмена, проявлявший истинную мужественность и благородство, что не могло не восхищать.

И она решилась, став говорить:

— Просто я осознала, что похоже мы больше не увидимся. Поэтому решила попрощаться сейчас.

Брианна чувствовала, как сердце предательски не прекращало свой бешенный ритм, пока Джон смотрел на неё с такой нежностью, терпением и сейчас с непониманием, покачав головой:

— Но... Возможно, когда всё станет спокойнее, мы с Уильямом сможем вернуться и даже приехать в Бостон...

Бри закрыла глаза и повела головой, словно ощущала эту пропасть в себе из-за невозможности сказать ему всё, а эти попытки... приносили жуткую боль, которую она оставит в себе всегда:

— Это вряд ли будет осуществимо, Джон. Мирно здесь будет ещё очень нескоро... Я очень хотела бы встретиться с Уильямом и узнать его, но... Это невозможно, — Она прикусила губу, ненавидя это ощущения потерянности, ей нужно было сказать. — Ему очень повезло с тобой.

Джон словно не знал, что сказать. Её слова так ошеломили его, и она видела, как он пытался прийти в себя. Хоть и с трудом. И теперь казалось, что лорд Грей хотел попытаться убедить её в ином исходе:

— Брианна...

Но она не дала ему договорить, и без того чувствуя нарастающую грусть внутри:

— Я лишь хотела сказать... Что очень рада нашему знакомству. Ты так во многом помог мне и моей семье. Спасибо за всё... И, — Бри смотрела ему в глаза, видя, что осознание овладевало им. — Ты очень хороший человек, Джон.

Брианна видела, как его охватывало сожаление за что-то и грусть, смешанная с болью от скорой потери, и поняла, что больше не может.

Она развернулась, собирая уйти, возможно обернувшись у дверей, чтобы увидеть в последний раз... Но неожиданно остановилась, когда услышало едва ли не отчаянное:

— Брианна.

Джон осторожно придержал её за руку, словно прося не уходить. Бри обернулась, встречаясь с его взглядом, что выдавал все эмоции мужчины, которого переполняли печаль и нежелание так отпустить во всей этой недосказанности, царившей между ними, и чувствовала, как он бережно отпустил её запястье, проводя по тыльной стороне ладони в нежном прикосновении.

И эти касания словно током проникали под кожу. И Бри не выдержала:

— Я не знаю, что происходит с нами... Понимаю, что это неправильно, но почему-то не могу не чувствовать.

Она смотрела на Джона, что не отводил взгляда и, тяжело вздохнув, как и Брианна принял решения больше не молчать:

— Как и я.

Девушка чувствовала в себе удушающее отчаяние, но понимала, что больше у них не будет возможности сказать правду. И каждый новый вздох давался так трудно.

— Пойми... Я люблю своего мужа. И я счастлива со своей семьёй. Но каждый раз, когда ты рядом... Я не знаю, что происходит. Словно нечто иное рождается внутри и заставляет думать о невозможном, — Брианна закрыла глаза, едва находя силы, чтобы продолжать. — И я не должна сейчас всё это говорить, но мы больше не встретимся, и мне не хочется скрывать, будто я не хочу, чтобы наши разговоры, время, проведённое с тобой, когда-нибудь закончились.

Она посмотрела на него вновь, замечая, как Джон на мгновение отвёл взгляд, будто происходившее казалось сродни пытки, и после произнёс:

— Как и мне не хочется лгать, что я приезжаю не только из-за твоего отца, просто для дружеских бесед с честными людьми, которых я уважаю и ценю, но и чтобы увидеть тебя.

Бри тихо вздохнула, осознавая, что они уже переходили черту... и теперь были почти на краю благоразумия, которое должно ещё оставаться в них. Но она всё равно сделала шаг к нему, становясь так близко и буквально шепча:

— Это так неправильно...

У них было сотни причин, чтобы отступить, но они не двигались, лишь смотря друг на друга. Джон же только произнёс спустя несколько мгновений:

— К сожалению, я не такой хороший человек, как ты думаешь.

Брианна с удивлением нашла его глаза и спросила, хотя внутри уже догадывалась ответу:

— Почему?

Он вздохнул, больше не отводя взгляда, оказываясь ещё ближе на шаг, когда пространства уже почти не оставалось, и произнёс тихим, хриплым голосом:

— Потому что иначе... я бы смог сдержаться.

И Джон в тот же миг наклонился к ней и поцеловал, переходя очередную грань разумного.

Брианна не могла сопротивляться ему, его ласкающим и словно молящим об этом мгновении губам, и лишь льнула к нему, руками держась за плечи, пока ладони Джона нежно обвивали её талию, будто она могла исчезнуть в любую следующую наступающую секунду.

И они оставили всё разумное, настоящее, позволяя себе эту жалкую минуту, уходившую так быстро, но и длившуюся в равенстве с вечностью. Казалось, ничто не могло быть столь невозможным и желанным...

Но их шанс был не вечен. Бри отстранилась с глухой болью в душе, зная, что больше никогда не узнает, как могла сложиться их судьба, а также с чувством стыда к самой себе. И она сказала в ответ к его последним словам:

— Похоже, нам обоим не суждено стать таким людьми.

Она видела, что Джон хотел что-то сказать, но покачала головой, не гласно моля сохранить царившее молчание. Слова теперь сделают всё хуже. Но они имели ещё несколько минут, понимая, что больше их ничего не ждёт.

Потому Брианна просто уткнулась лицом ему в плечо, когда Джон сильнее прижал её к себе, позволяя им побыть в единственных объятиях, о которых могли лишь преступно грезить. Они не знали связи, создавшийся между ними, боялись её, но не могли сопротивляться в эти секунды, ведь отныне им не будет дано даже надежды на ещё одну встречу...

Однако ничто не может быть вечным. Брианна понимала и отстранилась первой, медленно отступив, и произнесла:

— Прощай, Джон.

Он тяжко смотрел на неё, тихо ответив:

— Прощай, Брианна.

Она окончательно развернулась, с каждым шагом оказываясь ближе к двери и всё больше ощущая овладевающую пустоту в себе, дальше уходя от несбыточного.

У выхода Брианна всё же обернулась, находя его взгляд, понимая, что он чувствует такую же, как и она, обречённость. Но девушка заставила себя слегка улыбнуться, надеясь дать хоть какую-то возможность радости, ведь они оба смогут жить дальше, пусть и не забудут.

Она сделала шаг вперед и закрыла дверь, навсегда разделяя их, зная, что Джон продолжал смотреть ей вслед.

Брианна тяжело вздохнула и прислонилась к стене, чувствуя на щеке слезу, всё наровившуюся покатиться по её лицу. Она не понимала, что теперь чувствует. Всё в ней смешалось. Бри заставила себя отпустить ещё один якорь, что держал её в этом времени, как бы это ни было тяжело.

И она сможет прийти в себя, вернуться к настоящей жизни. Хоть и никогда не сможет забыть.