Крыса №5 (джен)

Шеф британской разведки, известный подчинённым и вышестоящему начальству под кодовым обозначением М., взглянул на часы и раздражённо потёр виски… опять эта головная боль! А что тут удивительного — не работа, а сплошные нервы. Это ж надо — три провала за одну неделю! И в довершение всего сегодня с утра пораньше охрана поймала у здания двух подростков из какой-то радикальной молодёжной организации. Что они натворили — естественно, признаваться не собираются, и результаты их «общественно-полезной» деятельности уже полдня искали специалисты, но пока не нашли ни взрывного устройства, ни чего-либо другого в этом роде. Теперь оставалось только догадываться, что произойдёт раньше: из юнцов вытрясут признание, найдут то, что они подкинули, или оно сработает, явив себя миру со всеми возможными трагичными последствиями. Если б он был суеверным, пожалуй, подумал бы, что Секретную службу кто-то сглазил… а что, Картер из министерства, пожалуй, мог бы: и глаза у него чёрные, и вообще — тот ещё тип.

А ещё сегодня надо ехать в министерство — опять начнётся: то не так, это не этак… Пожалуй, надо сходить в медпункт — за таблеткой от головной боли.

Проходя через приёмную, шеф Ми-6 обнаружил секретаршу, что-то ищущую под компьютерным столом, отметив мимоходом, что в принципе зад у неё вполне неплох. И при иных обстоятельствах …

Но шеф во время вспомнил, что он при исполнении, засунул эротические фантазии куда-то на третий план.

— В чём дело, мисс Манипенни?

— Что-то клавиатура не работает, — сообщила та из-под стола. — Может, кабель выпал… ой!

— Что там ещё? — насторожился шеф, инстинктивно напрягшись в ожидании какого-нибудь подвоха.

— Кажется, его кто-то погрыз…. — растерянно произнесла секретарша.

— Что за ерунда — кто его мог погрызть! У нас же нет ни мышей, ни крыс…

Действительно, глупее предположения не придумаешь — откуда в здании столь серьезной организации грызуны?

М. направился к лестнице. Вот, теперь ещё и с компьютером проблемы… интересно, что же на самом деле случилось с кабелем? Впрочем, что бы ни случилось, теперь его придётся менять, а это очередной расход финансовых средств… голова продолжала разламываться — и звук, донесшийся из-за двери одного из кабинетов, мимо которого он проходил, оказался сродни удару молотом по голове…

«Что они там делают-то?!»

М. влетел в кабинет с намерением высказать всё, что думает об авторах источника шума, причиной которого, как выяснилось, был брошенный агентом 008 письменный прибор, в частности — достаточно увесистая чернильница-непроливайка. Смысла в этом приборе — учитывая компьютерную эру — не было никакого, но избавляться от него агент 008 не собирался, поскольку получил его в подарок от сослуживцев к… какой-то памятной дате (какая разница, к какой), а теперь, видимо, использовал как средство снятия нервного напряжения.

— Что тут происходит?! — с порога прорычал начальник.

— Крыса, — коротко сообщила Мэри Гуднайт, в настоящее время — секретарша агента 008, сидящая на столе с поджатыми ногами.

«Вот бы никогда не подумал, что в МИ-6 кто-то боится крыс. Хотя женщины — есть женщины, их природу не переделаешь…»

— Крыса, — подтвердил агент 008.

— Вы хоть в неё попали? — поинтересовался шеф М6.

— Нет, сэр, ей удалось скрыться.

«Просто потрясающе! Агент со стажем промазал, не попав в обыкновенную крысу!»

— Зачем вам индекс 00, если вы даже в крысу попасть не можете?!

— У меня лицензия на убийство людей, а не крыс, — как-то не особенно решительно возразил Билл, сознавая собственную промашку, которая в глазах начальства могла означать только одно — его агенту 008 действительно пора на заслуженный отдых.

Однако шеф уже удалился, и оставалось лишь догадываться, о чем тот подумал. Вид у шефа был какой-то болезненный, тон — раздраженный, что не сулило проштрафившемуся агенту ничего хорошего…

Таблетка, полученная в медпункте, не особенно помогла, а может, не успела ещё подействовать… и надо ж было какой-то дамочке заверещать именно тогда, когда он проходил под дверью этого кабинета! Впрочем, он быстро опознал эту дамочку по голосу.

«Что, еще одна крыса? Прямо массовый психоз какой-то — всем крысы мерещатся! Не иначе — Картер из министерства всё-таки сглазил…»

— Манипенни, что там насчёт компьютера? — поинтересовался он, проходя через приёмную.

— Я уже сообщила в технический отдел, обещали сменить до обеда, — бойко отчиталась секретарша.

— Пусть поторопятся… и передайте всем: если ещё кто-нибудь сегодня увидит крысу — может сразу же писать рапорт об отставке!

Он вошёл в кабинет — и остолбенел: крыса — настоящая серая крыса с длинным голым хвостом, и притом — весьма внушительных размеров — самозабвенно грызла папку с документами, которую он столь неосмотрительно оставил на столе.

— Ах ты…! — в сердцах шеф МИ-6 стащил с ноги ботинок и запустил им в незваную гостью, по-хозяйски расположившуюся у него на рабочем столе. Но прежде чем импровизированный снаряд достиг цели, хитрое животное, бросив погрызенный трофей, поспешило соскользнуть со стола и ретироваться в неизвестном направлении.

— Ну вот, дожили … — проворчал, чувствуя упадок сил, шеф. Крыса на рабочем столе оказалась последней каплей в чаше его терпения. И откуда они взялись в таком количестве? Может быть, появление серых грызунов как-то связано с пойманными пацанами?

«Тоже мне — диверсанты! Однако надо что-то делать, пока крысы не добрались до архива… или уже добрались?»

Он снова взглянул на часы… проклятье! Он уже опаздывает в министерство!

— Манипенни! — коротко бросил он, проходя через приёмную. — Разберитесь с крысами, и поскорее.

— Вызвать дератизатора? — переспросила секретарша.

— Нет, Гамельнского крысолова! — взревел М., резко обернувшись у двери. Мало того, что все идет сегодня наперекосяк, так еще подчиненные задают идиотские вопросы. — Вы у нас по спиритизму большой специалист — вот и вызывайте!

Буквально выскочив из приёмной, М. хлопнул дверью так, что та снова приоткрылась, правда этого он уже не заметил…

* * *

Билл шёл по коридору по направлению к столовой. Только что в окно он увидел, как машина шефа отбывает от парадного крыльца. Это означало, что шеф отправился в министерство, а значит — в столовую можно ускользнуть раньше обычного без риска попасться грозному начальству на глаза, что агент 008 и поспешил сделать. После нервотрепки, вызванной появлением в офисе крысы и последующим разносом со стороны начальства, желудок настойчиво требовал заправки.

По дороге он тормознул возле кабинета приемной, из-за неплотно прикрытой двери в которую доносились приглушенные всхлипы, перемежающиеся глухими рыданиями, — похоже, там кто-то плакал. Он решился заглянуть в приёмную.

Манипенни сидела за столом, уронив голову на руки. Плечи женщины вздрагивали. Билл придвинул стул и сел рядом.

— В чём дело, Пенни? Что-нибудь случилось?

— Я не могу… так больше… не могу! — проговорила секретарша сквозь слёзы. — В конце концов, у меня тоже нервы не железные! Он же всю неделю только и делает, что орёт на меня! — несчастную определенно «пробило». — Ну что я такого сказала! Он говорит: «Разберитесь с крысами», я спросила — «Что, дератизатора вызвать?», а он — опять орать: «Нет, Гамельнского крысолова!»

— Что, так и сказал?

— Да, так и сказал! Да ещё кто-то растрезвонил ему о наших спиритических сеансах… неужели Лоэлия?

— Нет-нет, Лоэлия не причём, это я точно знаю, и Мэри тоже, — Билл прикусил язык, вовремя вспомнив, что Манипенни не следует знать, откуда М. известно об их потусторонних экзерсисах… да и какая разница! Шеф раздражал его с самого начала, но кричать на женщину… это уже слишком. До сих пор в МИ-6 никто себе такого не позволял. Билл просто обязан был что-то предпринять! Вариант «надавать по физиономии» по понятным причинам исключался…

— Как он сказал? Гамельнского крысолова?

Секретарша кивнула, вопросительно глядя на агента 008, пытаясь сообразить, для чего ему это.

— Замечательно! — Билл вскочил со стула. — Если я не ошибаюсь, сегодня же он забудет, как на тебя кричать! Дератизатора пока не вызывай — я сам всё устрою.

— Знаешь хорошую фирму? — поинтересовалась, утирая слезы, секретарша.

— Да… пожалуй, знаю. Дератизатор будет такой, что шеф надолго это запомнит!

Билл почти выбежал, оставив Манипенни в полном недоумении.

* * *

Агент 008 точно знал, что он собирается сделать — и с этой точки зрения его последнее задание… наверное, последнее во всех смыслах — можно было считать подарком судьбы: тот русский парень — приятель Бонда — так расщедрился, что встроил в его телефон какую-то деталь, так что он теперь мог позвонить Джеймсу откуда угодно и куда угодно, а главное — нуменорец проговорился, что его машина способна перемещаться не только в пространстве, но и во времени… Да и Джеймс что-то говорил о своём намерении в ближайшее время научиться этой штукой управлять… за полтора месяца, прошедшие с тех пор, вполне мог успеть… Шеф желает в офис Гамельнского крысолова? Что ж, он его получит!

Билл влетел в свой кабинет и чуть ли не с порога набросился на свою секретаршу, которая к тому времени уже успела слезть со стола и всё ещё приводила себя в порядок у большого настенного зеркала.

— Мисс Гуднайт, пробейте-ка мне информацию на Гамельнского крысолова!

Мэри в недоумении уставилась на него, оторвавшись от своего зеркального отражения.

— На кого???

— На Гамельнского крысолова.

— Хорошо, сейчас… сейчас найду, — проговорила Гуднайт, садясь за стол, на котором стоял её компьютер, открывая браузер и забивая текст в строку поиска. Как показалось Биллу, она действовала по принципу: с больными на голову лучше не спорить.

— Вот … нашла, — сама себе удивляясь, ответила секретарша.

— Читайте всё подряд, — приказал Билл.

— «Пёстрый флейтист из Гамельна», — начала Мэри. — Роберт Браунинг…

— Это точно не то.

— «Персонаж средневековой немецкой легенды, обманутый магистратом города Гамельна, отказавшимся выплатить вознаграждение за избавление города от крыс…»

— Это я знаю, — перебил Билл. — Что там ещё есть?

— «В 1375 году в хронике Гамельна сделана запись: «В 1284 году в день Иоанна и Павла, что было в 26-й день месяца июня, одетый в пёструю одежду флейтист вывел из города сто и тридцать рождённых в Гамельне детей на Коппен близ Кальварии, где они и пропали».

— Это то, что нужно! — Билл вскочил и кинулся в коридор. — 26 июня 1284 года!

Мэри Гуднайт озадаченно посмотрела ему вслед. Много она перевидала, работая с Джеймсом Бондом — вечная ему память — но такого даже у него не бывало.

* * *

Джеймс Бонд окинул усталым взглядом своё «женское царство». Тереза безмятежно спала… пусть спит! Леди Хильда сказала — ей надо больше спать, чтобы было молоко, а учитывая, какая сегодня выдалась ночь… эти три несносные девицы начинали голосить, стоило только спустить их с рук — а рук у них определённо не хватало. Делать нечего — пришлось позвать на помощь Мэриэнн (счастье, что леди Тереза имеет право ей приказывать). И вот теперь Тереза спит, Елизавета, Мэй и Эва тоже изображают невинность, закрывши глазки, и даже Эльза уютно свернулась на своей перинке и мурлычет во сне… Джеймс испытывал дикое желание последовать их примеру — но не решался, прекрасно зная, чем это кончится: стоит ему лечь — так кому-нибудь из близняшек сразу что-нибудь надо. За это утро он уже успел их — каждую по разу — переодеть, покормить, опять переодеть, поиграть, опять покормить, помыть, опять переодеть… итого сколько получается неудачных попыток уснуть? И это называется — радости отцовства! А Титурель ещё издевается: «Сейчас ты нужен своей семье, я не станут тебя беспокоить!» Это значит — никаких заданий, сиди в замке и меняй пелёнки! Так и рехнуться недолго… Нет, единственное, что сейчас может его спасти — это «сигнал о помощи» от кого-нибудь из друзей! Но ни Алекс, ни Феликс не подавали «признаков жизни», да и Билл не спешил воспользоваться функцией, которую встроил ему в мобильник Нуменорский Владыка. Вот дожил — никому не нужен окромя собственного семейства!

Джеймс устроился в кресле с намерением всё-таки поспать… но заснуть ему опять не дали. На сей раз его разбудил сигнал коммуникатора — похоже, кому-то он всё-таки нужен!

— Привет, Джеймс!

— Привет, 008! Билл, сколько лет — сколько зим!

— Можешь не делать вид, что… Ладно, в общем, тут дело есть!

— Какого рода? — живо поинтересовался Джеймс, предчувствуя скорое освобождение от домашних забот.

— Кажется, у твоего русского приятеля есть машина времени?

За последние полтора месяца это уже второй разговор с бывшим коллегой, начинающийся таким образом… ничего хорошего это не предвещало.

— А кто этим интересуется? — осторожно поинтересовался Джеймс, включив свой нюх агента на полную мощность.

— Я интересуюсь!

— Это я понял, а ещё кто?

— Да никто! Мне нужна машина времени, понимаешь? Ты можешь это устроить?

— И зачем она тебе? Всё беспокоишься из-за того, что Елизавета I была девственницей?

— А ты по себе не суди — когда это я об этом беспокоился! У меня план покруче.

— И какой же? — уже с меньшим энтузиазмом спросил бывший агент 007, а теперь муж дамы из Монсальвата и отец трех крошечных розовых младенцев. Что называется — дожил, не заметил как охомутали. Впрочем, ему это даже нравилось… временами.

— Говоря коротко — у нас в здании завелись крысы, а шеф орёт на Манипенни. Я намерен разобраться с ними всеми.

— И что? — не понял Джеймс, пытаясь уловить логическую связь меж заведшимися в здании крысами и покрикиванием шефа на секретаршу. — Что — и с Манипенни? — лениво осведомился Джеймс, понимая, что его бывший соратник выживает потихоньку из ума. — А с ней-то за что? Чем бедная девушка тебе не угодила?

— Нет, с крысами и шефом! — ответил Билл.

— И как же? — поинтересовался уже бодрее Джеймс, пытаясь понять, зачем агенту 008 понадобилась машина времени.

— Доставлю им Гамельнского крысолова собственной персоной!

— И где ты собираешься его искать?

— В Гамельне, конечно!

— В смысле… когда?

— Как только ты подгонишь на Риджент-парк эту машину, — безаппеляционно ответил Билл. — Только не говори, что ты до сих пор не научился ей управлять!

— Я хотел сказать — КОГДА ты собираешься искать крысолова? Ты уверен, что это вообще было?

— Абсолютно! Я всё выяснил: 26 июня 1284 года — так записано в хронике Гамельна, зря ведь писать не будут, верно?

— И каков твой план?

— Всё очень просто: переместимся в эту дату с утра пораньше и устроим засаду за городскими воротами. Как только пойдёт из города парень с флейтой, а за ним дружным строем 130 детей — берём и тащим в машину, потом перемещаемся обратно.

Джеймс не был уверен, что план идеален… впрочем, когда он был в этом уверен! Он был нужен… для дела! Может, это и не тянет на спасение мира — но идея отомстить шефу за Манипенни ему определённо нравилась. Да и с крысами что-то делать надо… здравый смысл подсказывал, что один звонок в соответствующую городскую службу решит эту проблему намного практичнее, но… вырваться! На рискованное дело! Когда он от такого отказывался!

— Хорошо, я всё устрою. Помнишь скамейку — на Риджент-парк, за углом?

— Конечно!

— Жди меня там через два часа.

Джеймс отключил устройство и снова взглянул на своё спящее семейство. Не оставлять же это «хозяйство» без присмотра! Делать нечего — придётся опять звать на помощь будущую невестку. А ничего, пусть привыкает, пригодится, как саму Дэн осчастливит!