Вопрос чести (джен)

Нерис сидела с прямой спиной и аккуратно отламывала ложкой кусочки торта, исподтишка бросая злые взгляды на гостя.

Чистокровный лорд, расположившийся напротив неё, за весь ужин едва удостоил её словом. Отказался взглянуть на тренировочных дроидов. Выбросил подаренный ею цветок. Не похвалил интерьер их поместья. Лишь рассмеялся, когда Нерис предложила продемонстрировать ему свои способности в Силе.

Список прегрешений лорда Морвида был велик, но непреодолимой преградой не являлся. Он быстро научится хорошим манерам, когда станет её мужем.

По правде говоря, Нерис предпочла бы другого жениха.

— Он старый, — жаловалась она маме за день до визита.

— Не говори глупостей, ему всего двадцать четыре, — отмахнулась лорд Нивара, чьё внимание было сосредоточено на выборе блюд для предстоящего ужина.

— Старый! — настойчиво повторила Нерис. — Когда мы поженимся, мне будет восемнадцать, а ему... — она нахмурилась, складывая числа в уме, — ...уже тридцать два!

Нерис обеспокоенно взглянула на мать, представив эту безрадостную картину. Она, свежая выпускница Академии, будет приходить домой в боевой броне с прицепленным к поясу световым мечом. И её престарелый муж, улыбаясь ей беззубым ртом, встанет с кресла-качалки, отложит в сторону датапад с голоновостями и поведёт её в спальню, где...

Она прикусила губу. Нерис плохо представляла, что должно происходить в спальне. Возможно, он будет сидеть с печальным видом на краю постели, как показывали в голорекламе каких-то медикаментов.

В её мечтах они с будущим мужем стояли на мостике корабля и неслись убивать джедаев, а после, повесив на стену трофеи, вместе ели мороженое. Нерис показала бы ему дерево у реки, на которое любила забираться с датападом, и даже одолжила бы своих тренировочных дроидов.

Но договор есть договор. И если брак принесёт её семье кредиты и связи, а ей — могущественных в Силе наследников, Нерис была готова выполнить свой долг.

— Вы такая хорошенькая, госпожа! — восторгалась её личная горничная. Зао'ла, зеленокожая рабыня-твилечка, была всего на четыре года старше Нерис и появилась в поместье совсем недавно. Лорд Нивара купила её на день рождения дочери во время делового визита в хаттское пространство, и свою излишнюю болтливость Зао'ла компенсировала послушанием и сноровкой.

Нерис покрутилась у зеркала и легонько дёрнула большой, скрепляющий волосы золотистый бант. Пожалуй, горничная была права. В светло-голубом платье с кружевными оборками она была похожа на красивую куклу с витрины магазина игрушек, нарядную и с идеально уложенными локонами.

Конечно, до мамы Нерис было далеко. Высокая и стройная, лорд Нивара всегда ходила с высоко поднятой головой, будто тяжёлые, зачёсанные назад гладкие чёрные волосы не позволяли ей опустить подбородок. Её нежно-красная кожа своим оттенком напоминала лепестки роз в саду поместья, а под надбровными выступами горели оранжевые, как закатное небо Коррибана, глаза.

— А что, если он вам не понравится? — с любопытством расспрашивала рабыня, приглаживая волосы Нерис. — Или, скажем, будет обращаться с вами плохо?

Подобное предположение было крайне оскорбительным. Но рабы, выросшие вне Империи, могли того не знать — их просто некому было научить путям ситхов. Задача по наставлению слуг ложилась на плечи юной госпожи, и Нерис никогда не уклонялась от долга. Подавив желание тут же отчитать Зао'лу, она сделала строгое лицо и снисходительно пояснила:

— Тогда так и должно быть. Сильные правят слабыми. И если я окажусь недостаточно сильна, чтобы поставить мужа на место, значит, я того и заслуживаю.

Твилечка приоткрыла рот, явно собираясь спросить что-то ещё, но прикусила губу и вновь взялась за гребень.

— Так сказала мама, — веско добавила Нерис. Уже этот факт сам по себе обязан был положить конец любым сомнениям.

Лорд Нивара была не только красива, но и умна. На любой случай жизни у мамы всегда находилось мудрое наставление.

"Обрати свою боль в ненависть, а ненависть — в силу," — говорила она, когда Нерис, ещё совсем маленькая, с выступившими на глазах слезами дула на разбитую коленку. "Жить — означает страдать, и бегство от боли является бегством от самой жизни."

"Страх — это не слабость, Нерис, это топливо," — повторяла мама, когда Нерис прибегала к ней, испугавшись теней в углу спальни. "Бойся, но пусть твой страх погубит твоих врагов, а не тебя."

"Темнота не таит опасности для того, кто является самым опасным существом в темноте," — добавляла она, выключая свет. Отец приходил минутой позже, прикладывал палец к растянувшимся в улыбке губам, взмахивал рукой — и комнату снова заполняло мягкое свечение ночной лампы.

Если бы лорд Аластор не покинул Дромунд Каас по заданию военного министерства, он наверняка нашёл бы способ разрядить атмосферу. Но сидящий с кислой миной гость настоял на встрече именно сегодня. "Не дождался возвращения папы," — Нерис мысленно добавила в список проступков лорда очередную причину для обиды.

Отец обещал привезти ей конструктор с Восса, и только это обещание делало ожидание выносимым. На полке в её комнате уже разместились собранные вместе с папой модели: пирамида коррибанской Академии, внушающая трепет Цитадель с пластиковой, светящейся в темноте молнией на крыше, похожая на неё высокая башня Новой Адасты, и даже космопорт далёкого Чаплара — столицы Доминации чиссов.

От куска торта уже почти ничего не осталось, но чистокровный лорд по-прежнему обсуждал с матерью поставки комплектующих для дроидов и совсем не обращал внимания на будущую невесту.

— Лорд Морвид, я слышала, вы участвовали в битве на Корусанте, — попыталась завязать разговор Нерис, воспользовавшись короткой паузой.

— Да, — односложно ответил он, кидая на неё немного раздражённый взгляд, будто Нерис была надоедливой мухой.

Нерис поджала губы и прищурила глаза, но любопытство взяло верх над обидой. Она припомнит ему это оскорбление позже, после свадьбы.

— Сколько вы убили джедаев? — с энтузиазмом начала Нерис, так и не сумев выбрать, какой вопрос задать первым. — А правда, что Дарт Малгус одновременно сражался с десятерыми? А Дарт Анграл сам отрезал голову верховному канцлеру? А тёмная сторона была так сильна, что от неё обрушился храм, и...

— Уже поздно, — перебил гость, отставил тарелку с десертом и взглянул на её мать. — Лорд Нивара, мы можем продолжить разговор в приватной обстановке.

— Разумеется, — невозмутимо ответила мама, словно вовсе не замечала дурных манер лорда. — Пройдёмте.

Они удалились, и Нерис, допив чай, направилась в сад. Здесь, в темноте приближающейся ночи, скрывать своё негодование было не от кого, и Нерис наконец дала ему волю.

Не поддержал светскую беседу. Не доел её любимый десерт. Позволил себе смотреть на будущего лорда ситхов как на мусор в корусантской подворотне. Когда она вырастет и станет могущественной, как Дарт Малгус, только с волосами и без респиратора, она...

— ...И что же заставило вас так резко передумать?

Нерис замерла, услышав доносящийся из приоткрытого окна голос матери. Заглушив шаги Силой — а ведь она хотела похвастаться своим умением перед женихом! — Нерис подкралась поближе.

— Разве причина не очевидна? Ни один уважающий себя чистокровный лорд не положил бы глаз на вашу полукровку.

Слово "полукровка" было сказано тем же тоном, которым папа любил произносить слово "джедай", и эта мысль кольнула Нерис куда больнее, чем сам смысл услышанного.

— Вы с самого начала знали, кто её отец, — похолодевшим на несколько десятков градусов тоном заметила лорд Нивара. Нерис подумалось, что именно так звучал бы холодный вакуум космоса, будь у него голос. — Зачем вы здесь на самом деле?

Лорд Морвид надменно рассмеялся.

— Своими глазами посмотреть, как низко пала наша раса. Как с каждым поколением всё больше пачкается наша кровь. Но я увидел достаточно. Благодарю за гостеприимство, лорд Нивара, я найду выход сам.

Ответной реплики матери Нерис не слышала. Приподняв подол платья, она побежала по траве к двери в тренировочный зал, туда, где её меч терпеливо ждал возвращения хозяйки. Сейчас как никогда Нерис ощущала течение тёмной стороны в себе, и тёмная сторона требовала разрушений.

— Это на тебя никто не положит глаз, внебрачный сын ранкора и вомп-крысы! — зашипела она, со всей силы ударяя мишень в грудь и представляя на её месте лорда Морвида.

Гость и сам не был таким уж чистокровным — с его подбородка свисало всего два лицевых отростка. На два больше, чем у Нерис.

Удары только подогревали злость, и в голове внезапно возник новый план. Нерис прицепила меч на пояс и выбежала обратно в сад. У ворот в свете фонаря мелькнула направляющаяся к шаттлу фигура лорда Морвида. Призвав Силу, Нерис бесшумно последовала за ним.

Двери шаттла ещё оставались распахнутыми. В дальней от трапа стороне копался в приборной панели шаттла незнакомый ей человек, и Нерис незаметно проскользнула внутрь. Чистокровный гость стоял в кабине, раздражённо дёргая рычаг в тщетных попытках запустить двигатель. Системы шаттла почему-то не слушались его команд.

— Лорд Морвид, — окликнула его Нерис.

С опозданием она вспомнила об этикете и с усилием заставила себя отвесить неглубокий и формальный поклон мгновенно развернувшемуся к ней лорду ситхов.

— Что тебе нужно? — резко спросил он. Его взгляд метнулся в сторону, к стоящему на консоли небольшому металлическому контейнеру.

— Вы бесчестный человек, милорд, — начала Нерис прохладным тоном, стараясь не дать обиде прорваться в голос. — Когда я закончу Академию, я вызову вас на дуэль и убью. И если в вас осталась хоть капля чести, вы примете вызов.

Надбровные отростки лорда приподнялись от удивления, но спустя несколько секунд он неприятно улыбнулся.

— В Академии тебя бы быстро научили не лезть к сильным, полукровка, — произнёс он. — Но некоторые уроки жизнь преподносит раньше, чем мы оказываемся к ним готовы.

Лорд Морвид вскинул руку, и Нерис закашлялась, пытаясь сделать вдох. Воздух не шёл в лёгкие, нашедшие рукоять меча пальцы дрожали, и отцепить его не получалось — да и помог ли бы тренировочный меч против настоящего светового?

— Вызов принят. Но ситхом ты уже не станешь, — донеслось до неё сквозь шум крови в ушах.

Нерис почувствовала, как колени ударились о пол, но увидеть этого не могла — в глазах потемнело, и она больше уже не различала предметов. В голове промелькнула мысль, что она наверняка разочарует маму, умерев на коленях. И за ней другая — что папа теперь будет собирать конструктор один.

Обхватившие горло невидимые путы разжались так же быстро, как и появились. Перед глазами вспыхнуло пятно красного света, постепенно обретающее очертания по мере того, как рассеивалась тьма. Яркий свет исходил от клинка меча, выступающего из груди лорда Морвида.

Клинок погас, оставив на робе чистокровного чёрную дыру, и лорд повалился на пол лицом вниз. За его спиной, с растрёпанными волосами и сбившимся в сторону воротом робы стояла лорд Нивара.

Нерис вскочила на ноги.

— Мама!

— Не удалось завести шаттл, милорд? — поинтересовалась та спокойным тоном, продолжая смотреть на труп. Словно в ответ, из спины мёртвого гостя поднялась тонкая струйка дыма. — Он никогда не собирался на тебе жениться, — пояснила она и кивнула в сторону ящика на консоли. — Лорд Морвид всего лишь хотел украсть мой голокрон. Но...

Криво улыбнувшись, мать взмахнула рукой. Щёлкнул замок, и крышка контейнера распахнулась. Внутри было пусто.

Лорд Нивара сняла с пояса небольшой вибронож, перевернула труп на спину и резким взмахом разрезала ему шею.

— Смотри, Нерис, обычная у него кровь. Такая же, как у тебя и у твоего отца.

— Он назвал меня полукровкой, — угрюмо пожаловалась Нерис.

— Не бери в голову, — лорд Нивара махнула рукой и, немного помолчав, добавила: — Мои родители не одобряли брак с человеком из незнатной семьи. Но у твоего отца есть честь, которую, — мама легко пнула носком сапога труп чистокровного, — нельзя купить ни за какие кредиты.

В поместье они возвращались в тишине. Лорд Нивара заговорила снова только на пороге покоев Нерис.

— Твой меч.

Мать протянула ладонь, и Нерис неохотно вложила в неё рукоять.

— Ты наказана. Никаких тренировок следующую неделю, и не пытайся разжалобить отца.

— Но что, если мне нужно будет защищать себя? — запротестовала Нерис.

— На тебя никто не нападёт, если ты не будешь выходить из комнаты. Уверена, труды Сорзус Син помогут скоротать время.

Нерис опустила голову и преувеличенно тяжело вздохнула, покосившись на мать. Увидев, что это не возымело эффекта, она понуро кивнула и бросила печальный взгляд на увесистый фолиант на письменном столе. Удовлетворённая согласием, лорд Нивара пожелала ей спокойной ночи и развернулась в сторону своей спальни.

— И мужа будешь искать сама! — донёсся её голос прежде, чем успела закрыться дверь.