Тени, что шепчут имя (гет)

Город тонул в сером дожде, будто небо плакало о чём-то, чего люди не могли услышать. Улицы пахли мокрым асфальтом и страхом — тем самым, что прячется в углах, когда сумерки становятся слишком густыми.

Эмилия жила в старом доме на окраине города, где скрипели половицы и тени двигались чуть быстрее, чем положено. Она была обычной девушкой: училась, пила остывший кофе по утрам, заботилась о маме и младшем брате. И она не знала, что уже несколько недель кто-то следит.

Сначала это были мелочи. Тень в переулке, которая не повторяла её шаг. Дверь, которую она точно закрывала, оказалась приоткрытой. Цветы на подоконнике, которые она полила утром, к вечеру увядали, будто их коснулось что-то холодное.

А потом начались сны.

В них был демон — не из фильмов, не из сказок. Он не кричал, не ревел, не размахивал когтями. Он улыбался. И в этой улыбке было столько пустоты, что Эмилия просыпалась с криком дрожа так, что зубы стучали. Он называл ее по имени. Он говорил, что она принадлежит ему.

Однажды вечером, когда город уже накрыла тьма, Эмилия возвращалась домой. Дождь хлестал по зонту, превращая улицы в зеркала, в которых мелькало что-то лишнее — не ее отражение. Она почувствовала взгляд. Холодный, тяжёлый, как камень на груди.

Она побежала.

Но не успела свернуть в свой переулок, как перед ней выросла фигура. Высокий, стройный, в старомодном костюме, с улыбкой, от которой кровь стыла в жилах. Радиоприёмник вместо голоса шептал помехи и смех.

Аластор.

— Какая прелесть, — пропел он, и его голос звучал сразу отовсюду. — Ты бежишь так, будто знаешь, что смерть дышит тебе в затылок. А ведь и она правда дышит.

Эмилия вжалась в стену, сердце колотилось где-то в горле.

— Кто ты? — прошептала она, хотя уже знала, что это не поможет.

— О, милая душа, — Аластор склонил голову, и свет фонаря скользнул по его рогам. — Я тот, кто может спасти тебя. Или погубить. Зависит от настроения.

Он сделал шаг вперёд и тень за ним стала длиннее, чем должна была быть.

— За тобой охотится один очень неприятный тип, — продолжил Аластор, будто говорил о погоде. — Древний. Терпеливый. И, боюсь, он не из тех, кто принимает «нет» за ответ.

Эмилия сглотнула.

— Я... Я ничего не сделала.

— А разве для этого нужно что-то сделать? — Аластор усмехнулся. — Иногда достаточно просто родиться. Или просто быть собой.

И тут из темноты вырвалась другая тень — та, самая из снов. Демон, который преследовал ее, теперь стоял в нескольких шагах, высокий, с кожей, похожей на потрескавшийся камень, и глазами, в которых не было ничего человеческого.

— Она моя, — прошипел он, и воздух стал тяжёлым, как перед грозой.

Аластор даже не обернулся.

— Боюсь, ты опоздал, дружок, — его улыбка стала шире. — Теперь она под моей защитой.

Демон зарычал, и земля под ногами Эмилии дрогнула.

— Ты не можешь её забрать! — крикнул он. — Она обещана мне!

Аластор щёлкнул пальцами, и вокруг него вспыхнули тени, сплетаясь в барьер.

— Обещания, данные в страхе, не имеют силы, — спокойно сказал Аластор. — А теперь, будь добр, исчезни. Или я сделаю это за тебя.

Битва вспыхнула мгновенно. Демон бросился вперёд, но Аластор встретил его с лёгкостью, будто это была не схватка, а танец. Вспышки магии, треск помех, крики, которые тонули в шуме дождя. Эмилия прижалась к стене, закрыв глаза, но даже сквозь веки видела вспышки.

Когда все стихло, демон исчез, оставив после себя только запах гари и пустоту. Аластор стоял, отряхивая рукав, будто только что стряхнул пылинку.

— Ну вот, — сказал он, повернувшись к Эмилии. — Теперь ты в безопасности... Пока что.

Она смотрела на него, не зная что страшнее — тот демон или этот улыбающийся Радио-Демон.

— Почему ты помог? — спросила она дрожащим голосом.

Аластор подошёл ближе, и на мгновение его улыбка дрогнула, стала почти...настоящей.

— Потому что, — тихо сказал он. — я не позволю никому забрать то, что мне дорого.

Эмилия не успела спросить, что он имеет в виду, потому что Аластор вдруг стал жёстче, его голос зазвучал как приказ.

— Слушай внимательно, — произнёс он, и в его глазах мелькнуло что-то тёмное. — Тот демон не единственный, кто ищет тебя. И он вернётся. Но у меня есть способ защитить тебя навсегда.

Она сглотнула.

— Какой?

Аластор сделал паузу, будто наслаждался её страхом.

— Ты выйдешь за меня замуж.

Эмилия попятилась.

— Что?! Нет! Я не...

— Тихо, — он поднял руку, и голос его стал ледяным. — У тебя нет выбора. Если ты откажешься, я не смогу тебя защитить. А если я не смогу защитить, то тот демон придёт за тобой. И не только за тобой.

Он наклонился ближе, и его шёпот обжёг ухо.

— Твоя мама. Твой брат. Все, кого ты любишь. Я могу стереть их из этого мира одним щелчком пальцев. Но если ты согласишься... они будут в безопасности.

Эмилия почувствовала, как мир рушится.

— Ты шантажируешь меня? — прошептала она.

— Называй это как хочешь, — Аластор выпрямился, снова надевая маску беззаботной улыбки. — Но это единственный способ. Решай. Сейчас.

Дождь продолжал лить, смывая остатки храбрости. Эмилия смотрела на него — на демона, который спас её и тут же превратил спасение в ловушку. В его глазах не было жалости, но было что-то другое. Что-то, что пугало её еще больше: интерес. Одержимость.

— Хорошо, — наконец прошептала она, и эти слова прозвучали как приговор. — Я согласна.

Аластор улыбнулся — на этот раз по-настоящему.

— Отлично, — прошептал он. — Теперь ты моя. И никто не посмеет тебя тронуть. Даже я... пока что.