Ветры Кейп-Сюзетт: Наследие пепла (гет)

«ПЕПЕЛ НАД ПРОЛИВОМ»

Если вы держите в руках эту папку, значит, свинцовые экраны центрального архива в Дакбурге всё-таки дали трещину, а магнитные ленты «Секции Ноль» пережили своих создателей.

История не терпит романтики, сколько бы газетчики Сената Калисоты ни пытались выдать эпоху дизеля и стали за золотой век благоденствия. К осени 1984 года мир подошел изношенным, скрипящим на каждом повороте механизмом. Легкая нефть иссякла еще в шестидесятых, заставив гигантов тяжелой индустрии судорожно вгрызаться в базальтовые пласты Южного Фронтира. Атомная энергетика захлебнулась в радиационной грязи на заброшенных реакторах Сен-Канара, оставив после себя лишь кислотные дожди, черные пустоши да покалеченные судьбы тех, кого списали по графе «производственный брак».

На поверхности всё казалось незыблемым. В Дакбурге на вершине Холма Убийцы Моторов возвышался титановый куб Денежного Хранилища Скруджа Макдака — символ несокрушимого золотого стандарта, запертый за автоматическими турелями и контурами подавления квантовых полей. На севере держала глухую оборону обледенелая, ощетинившаяся баллистическими шахтами Тембрия. А на юге, зажатый в кольце гранитных скал и защищенный четырехсотмиллиметровыми орудиями Прохода, шумел вольный Кейп-Сюзетт — город-крепость, где корпорация Шер-Хана диктовала законы неба каждому, кто поднимал гидросамолет над волнами.

Но этот колосс стоял на пепле.

Пять лет назад, в сентябре 1979 года, экспериментальный стратоплан «Восторженный Орион» разорвал небо над Тихим океаном, оставив после себя лишь озоновую пустоту и расколотую надвое семью Дак. Тогда же за кулисами мировых бирж оформился невидимый альянс: банкиры Цюриха поняли, что управлять хаосом куда выгоднее, чем предотвращать его. А глубоко под фундаментами сверкающих неоном проспектов — в кабельных коллекторах, старых трубах пневматической почты и щелях плинтусов — продолжала жить другая цивилизация. Крошечная, бесправная, невидимая для макромира, но знающая цену каждому брошенному транзистору и каждой капле пролитого на причалах яда.

Все ждали искры. И она вспыхнула над нейтральными водами пролива Корморан, когда грозовой шторм поглотил тяжелый цеппелин с грузом Субстанции 99.

Перед вами не просто протокол расследования. Это хроника того, как старый пилот-ас, списанный ликвидатор флотской разведки с тремя голодными детьми на руках и горстка тех, кого привыкли считать лишь шумом в стенах, встали на пути надвигающейся катастрофы.

В небе над Черными Скалами поднимается ветер. И этот ветер пахнет гарью.