Случайные встречи (джен)

От автора

Идея этого небольшого рассказа никак не оставляла меня в покое, пока я не опубликовал его. Так что вот он. Огромное спасибо HPDG fanreader83, который взялся помочь мне с вычиткой.

 

---

 

Дафна выбилась из сил, но заниматься делом было лучше, чем ждать и тревожиться. К тому же за последний учебный год она привыкла не оставаться в стороне: перспектива жить под властью безумца заставила ее отказаться от семейного нейтралитета. Только что она помогла младшей из Уизли — как выяснилось, ее звали Джинни — отнести раненую девочку к целителям. Джинни осталась успокоить пострадавшую, а Дафна решила снова выйти и поискать тех, кому еще могла понадобиться помощь.

У дверей Большого зала она неожиданно увидела бывшего вратаря гриффиндорской команды, чьего имени никак не могла вспомнить. Он сменил Невилла, помогая донести еще одно слишком маленькое тело туда, где сбоку от зала устроили временный морг. Она кивнула Невиллу, и тот, вытерев лоб, устало ей улыбнулся.

Дафна уже собиралась идти дальше, но он неожиданно заговорил:

— Теперь помогаешь у всех на виду, Дафна?

Она ответила кривой усмешкой.

— Так или иначе, скоро все закончится, и скрываться больше незачем. Надеюсь, ты прав насчет Поттера, иначе мне останется только умереть с палочкой в руке. Под его властью я жить не стану. Ни за что.

Она снабжала сопротивление едой, припасами и сведениями — всем, чем могла, стараясь при этом не привлекать внимания и делая вид, что принимает установленные в школе порядки. Семейный нейтралитет уже не мог помешать ей бороться за будущее, свое и младшей сестры. Просто до сих пор эта борьба оставалась тайной.

Невилл неуверенно протянул руку, сжал ее плечо и снова опустил ладонь.

— Значит, нас двое, кузина.

Дафна смутилась из-за вырвавшегося у нее смешка, больше похожего на фырканье, но знала: ее дальний кузен не станет осуждать за такие мелочи. Правда, вдруг почудилось, будто за ними наблюдают. Она едва не оглянулась, хотя была почти уверена, что рядом никого нет. На прощание Дафна постаралась улыбнуться ему по-настоящему.

— Еще увидимся.

Она вышла в темноту школьного двора, невербально зажгла огонек на конце палочки и принялась искать выживших — или тела. Но надеялась все-таки найти живых: смертей она уже насмотрелась на всю оставшуюся жизнь. Поначалу поиски ничего не дали. Потом она заметила, что Невилл с кем-то разговаривает; в темноте и на таком расстоянии собеседника было не разглядеть. Почти сразу после этого на земле впереди проступили очертания человеческой фигуры, и Дафна бросилась туда.

Это оказался мальчик помладше, в мантии Хаффлпаффа. Она лихорадочно искала признаки жизни, но диагностическое заклинание подтвердило: он уже мертв. Тут выдержка окончательно ее оставила, и она расплакалась. На вид он был ровесником ее сестренки, и сил справляться со всем этим больше не осталось.

Овладев собой, Дафна снова посмотрела на него и почему-то заговорила вслух. Может быть, она сходила с ума.

— Надо было тебе уехать домой, как моя сестренка. Был бы сейчас жив. И столько всего было бы впереди…

Она осеклась, подумав, что, если Темный Лорд победит, мальчику, возможно, уже лучше, чем тем, кто останется. Она сама предпочла бы смерть жизни под его властью. Дафна вздохнула и заметила, что его глаза открыты и словно смотрят в небо. Медленно проведя ладонью по его лицу, она опустила ему веки.

— Надеюсь, теперь ты там, где лучше, чем здесь. Не бойся, я больше не дам им тебя тронуть. Я позабочусь, чтобы с твоим телом ничего не случилось.

Внезапно ее опять пронзило ощущение, что она не одна. Адреналин мгновенно заставил развернуться: палочка наготове, проклятие уже на языке. Никого. Слизеринка покраснела, но тут же насторожилась и медленно, внимательнее огляделась. В такой темноте заметить человека под дезиллюминационными чарами непросто, а чужое присутствие она ощутила слишком явственно.

Постепенно это чувство ослабело, и Дафна расслабилась, решив, что перепугалась понапрасну. Однако поблизости действительно никого не было, а Пожиратели смерти могли вернуться в любую минуту. Она не знала, когда истечет отведенный час, и лишь надеялась, что Поттер не окажется настолько глуп, чтобы пойти к Темному Лорду и позволить себя убить. Подняв тело мальчика левитационными чарами, она поспешила к Большому залу так быстро, как только позволяло измученное тело.

 

* * *

 

Дафна резко проснулась и обнаружила, что лежит на раскладушке, укрытая одеялом. Как она здесь оказалась, не имела ни малейшего понятия. После празднования победы над Темным Лордом — если честно, победы Поттера — она, помнится, забилась в угол Большого зала: нервы были так взвинчены и повсюду мерещилась опасность, что уснуть не получалось, несмотря на смертельную усталость. А потом… Потом она очнулась здесь, в совершенно незнакомой комнате.

Кто-то о ней позаботился, и она мысленно поблагодарила неизвестного доброжелателя. В обычных обстоятельствах первым делом подумала бы о лучшей подруге, Трейси. Но после того, как пошли слухи о происхождении ее матери, Трейси пришлось бежать из их мира, и Дафна не видела ее уже несколько месяцев. Вспомнив подругу, она решила отправить ей сову и узнать, как дела, однако в животе заурчало, и на первое место сразу вышел завтрак. Хотя, судя по тому, как падали солнечные лучи, время было скорее обеденное — а может, и вовсе пора пить чай.

Заставив себя подняться, Дафна поняла, что едва ли сумеет найти в теле хоть одно место, которое не болит. И все же в каком-то смысле это была хорошая боль: теперь у них есть будущее. Во всяком случае, у нее оно будет, если удастся умиротворить родителей. Она знала, что они подумают о ее занятиях в этом учебном году, и приятного разговора не предвиделось. Но этим можно заняться после того, как найдется что-нибудь съестное.

Выйдя из комнаты, она обнаружила, что Большой зал совсем рядом, и сразу услышала приглушенные голоса и звуки множества шагов. Дафна оглянулась: значит, комнату закрыли заглушающими чарами, иначе она слышала бы все это и внутри. Интересно, сколько всего неизвестный благодетель для нее сделал? В помощи нуждалось столько людей — почему кто-то уделил столько внимания именно ей?

Голод не давал задерживаться и заставил пока отложить эти вопросы. Дафна не знала, какой прием ее ждет: мало кто из слизеринцев остался, как она, и мантия с зелено-серебряной подкладкой делала ее слишком заметной. Вдобавок мантия оказалась грязной и кое-где порванной. Впрочем, и сама наследница Гринграсс чувствовала себя настоящей замарашкой, а стоило притянуть к глазам прядь волос, как стало ясно: душ нужен отчаянно.

Но голод все-таки победил, и она решилась войти в Большой зал, пусть даже там ее могли встретить недружелюбно. Отыскав приоткрытую дверь, Дафна заглянула внутрь и убедилась, что почти никого не заинтересовала: лишь несколько человек бросили на нее мимолетные взгляды. Она оказалась неподалеку от того места, где лежали укрытые тела, ожидавшие родных. Дафна поспешила отвести глаза, но успела заметить, что тел вроде бы стало меньше. За беспорядочно расставленными столами, в которых теперь трудно было узнать факультетские, сидели и люди, выглядевшие куда опрятнее тех, кто сражался этой ночью.

За одним из ближайших столов нашлось свободное место, и она направилась туда, гадая, как сидящие в зале раздобыли еду. Не успела Дафна сесть, как перед ней появились тарелка, чашка и приборы, а следом — тыквенный сок, чай и сэндвичи. Как же она была благодарна хогвартским домовикам! Желудок радостно заурчал, и она поспешила налить чаю и взять сэндвич, пока голод не привлек к ней лишнего внимания.

Прежде чем насытиться, она съела и выпила куда больше обычного. Теперь наконец можно было подумать, что делать дальше. Домой совсем не хотелось, хотя увидеть своими глазами, что сестренка в порядке, было бы хорошо. Написать Трейси тоже нечем — разве что спуститься в подземелья и проверить, что осталось от спальни. Но и это пока не привлекало. Она решила найти, чем еще может помочь, и только начала подниматься, как знакомый голос выкрикнул:

— Даф!

От нежелательного внимания Дафна едва не поморщилась, но голос она узнала, и радость оттого, что лучшая и единственная настоящая подруга жива и здорова, вытеснила все остальное. Они крепко обнялись и заговорили одновременно, наперебой повторяя, как рады наконец увидеться. Трейси была одета по-магловски, но выглядела прекрасно — а больше Дафну сейчас ничто не волновало.

Она смутилась, заметив, что совсем рядом сидят Уизли, а младший из братьев и Грейнджер поглядывают в их сторону. Покраснев, Дафна повела Трейси туда, где можно было поговорить без посторонних. Странно, что среди Уизли не оказалось Поттера. А увидев Джинни, которая беседовала с Финниганом, сидя к нему довольно близко, Дафна едва не обернулась снова. Ей казалось, Джинни вернется к Поттеру при первой возможности, но его рядом с ними не было. Необычно.

В конце концов она утащила подругу на улицу: повсюду люди осматривали повреждения и чинили замок, особенно сильно разрушенный у входа. Почувствовав, что они наконец могут поговорить свободнее, Дафна с облегчением вздохнула, но все же направилась к озеру — приятнее наверстывать упущенное с красивым видом перед глазами. Она заметила одно из любимых мест под деревом и пошла туда, но подруга ее остановила:

— Разве это не то место, где любит сидеть Поттер?

При упоминании Поттера лицо слегка потеплело, однако Дафна постаралась скрыть это от Трейси: незачем подливать масла в огонь.

— Возможно. Но сейчас его здесь нет, так что и мы можем посидеть.

Ощущение чужого взгляда вернулось, но, быстро оглядевшись, Дафна решила не придавать ему значения. Они уселись, прислонившись к стволу, и на лице Трейси появилась знакомая насмешливая улыбка. Дафна приготовилась к худшему.

— Ну что, наконец решишься подступиться к Поттеру?

Худшее не заставило себя ждать. Почему она никак не оставит эту тему? Дафна сердито посмотрела на подругу.

— Это было на третьем курсе, Трейси. Я давно переболела этой влюбленностью. Мне было тринадцать!

— Значит, когда он на четвертом курсе удирал от дракона, мне только показалось, что ты смотришь на него с мечтательным выражением лица?

Только не опять. Но прежде чем Дафна успела возразить, Трейси продолжила наступление:

— А как ты обрадовалась, когда он выжил в третьем испытании? А как переживала, узнав о битве в Министерстве? А как тебе было его жалко после смерти Дамблдора?

Лицо горело, и продолжать этот разговор Дафна не собиралась. Пора сменить тему.

— У нас есть дела поважнее, чем обсуждать то, чего никогда не случится.

Трейси, похоже, еще не готова была сдаться, поэтому Дафна поспешила добавить:

— Ты ничего не слышала от Астории?

Тут подруга наконец нахмурилась.

— Нет. А должна была?

— Насколько я знаю, нет. Но я тоже ничего о ней не слышала с тех пор, как отправила ее домой.

Трейси явно успокоилась.

— Уверена, она в порядке. Твой отец, может, и болван, но своих защитит.

Попытка отвлечь подругу вышла слабой, и Дафна отчаянно искала другую тему, когда Трейси, к ее величайшей благодарности, сама предложила спасительный выход:

— Кстати о твоей семье. Как идут дела с бизнесом? Говорят, сейчас многим приходится туго.

Тоже не самый приятный разговор, но уж куда лучше, чем поддразнивания насчет Поттера. С этим она справится.

— Плохо, и дальше будет только хуже. Я предупреждала отца, что не стоит так заискивать перед новой властью: все ведь решат, что он один из них. С деньгами будет очень трудно. Он уже сказал, что еще один год в Хогвартсе мне оплачивать не станет, — после того, как я пожаловалась на то, как нас учили в этом. А когда узнает, чем я занималась, наверное, вообще отречется от меня. Если сдавать экзамены сейчас, хорошо еще, если сдам ЖАБА хотя бы по одному предмету.

Она горестно покачала головой.

— В смысле учебы ты немного потеряла. Из Пожирателей преподаватели были никудышные, хуже Амбридж, если можешь такое представить. А за остальными профессорами следили, и учить как прежде они не могли.

Трейси обняла ее за плечи и предложила:

— Может, тебя все-таки возьмут учиться на целителя?

Дафна невесело рассмеялась и недоверчиво посмотрела на нее.

— Им, возможно, так не хватает людей, что они немного снизят требования, но не настолько, чтобы принять меня с единственным сданным экзаменом ЖАБА. Да и платить за учебу мне все равно будет нечем. Придется искать любую работу, на какую возьмут.

Она сглотнула и мрачно добавила:

— Только работодатели наверняка будут судить обо мне по отцу и не захотят связываться.

Дафна почувствовала, как задрожал подбородок, и поспешила опустить голову, пряча лицо, пока не опозорилась окончательно. Трейси крепко ее обняла и зашептала что-то утешительное. По сути это ничего не меняло, но все же становилось немного легче.

 * * *

 

Несколько дней спустя Дафна вернулась в спальню, которую делила с Трейси с тех пор, как отец выгнал ее из дома. Она надеялась убедить его, что своей помощью завоевала расположение победителей, но отца волновало только одно: дочь ослушалась его приказов. Он обещал изгнать ее из рода, так что, возможно, к этому времени она даже перестала быть Гринграсс.

Будь ей куда пойти, она бы ушла, но, кроме улицы, выбора не оставалось. Казалось несправедливым пользоваться гостеприимством родителей Трейси, когда те только-только вернулись домой из своего укрытия, а с работой у них самих еще ничего не решилось. Дафна старалась хотя бы как можно меньше их беспокоить, но Трейси не слишком терпеливо относилась к ее попыткам спрятаться от всех и наверняка скоро поднимется за ней.

Услышав шаги подруги, Дафна приготовилась к очередным упрекам, но потом заметила, что Трейси торопится. Может, что-нибудь случилось? Она едва не выхватила палочку, прежде чем подруга ворвалась в комнату, однако улыбка на ее лице успокоила Дафну, и палочка осталась на месте.

— Дафна! Ты должна это увидеть!

Трейси сунула ей «Ежедневный пророк», указывая на статью на первой полосе. Утром Дафна не стала дожидаться газеты, поэтому понятия не имела, о чем речь. Увидев, что это интервью Гарри Поттера, она постаралась сохранить невозмутимое лицо, чтобы не давать подруге повода для новых шуточек. Читать, однако, принялась немедленно.

«Сейчас особенно важно объединиться, а не цепляться за прежние разногласия и уж тем более не создавать новые. Пожиратели смерти либо мертвы, либо под стражей, либо в бегах, поэтому не надо приравнивать к ним каждого, кто пытается заработать на жизнь. Чистокровный — еще не значит Пожиратель смерти. Взять, например, лорда Гринграсса. Возможно, он пытался умиротворить прежнюю власть, но Пожирателем никогда не был.»

Дафна остолбенела. Почему он заговорил именно о ее отце? Они общались? Отец решил воспользоваться тем, что она сделала, после того как выставил ее из собственного дома? Она не знала, что и чувствовать, и дочитала статью, надеясь лучше понять происходящее и осмыслить эту ошеломляющую новость.

Однако больше в интервью не было ничего, что объясняло бы, зачем Гарри Поттер упомянул ее отца. Дафна осталась в таком же недоумении, как и после первого прочтения того абзаца. Это могло помочь отцовскому делу: подобная поддержка дорогого стоила. Ей самой, правда, от этого не станет легче… Но тут она устыдилась собственного эгоизма. Зато станет лучше сестре, и это хорошо. Она как-нибудь пробьется сама. Кстати, пора бы снова отправиться в Косой переулок и поискать объявления о найме.

Она поделилась с Трейси своими мыслями о статье. Та немного приуныла, услышав, что самой Дафне эта новость вряд ли принесет пользу. Дафна заверила подругу, что справится, и в конце концов попрощалась с Дэвисами, чтобы снова отправиться на поиски туда, где работу найти вероятнее всего. Она считала, что Трейси лучше побыть с семьей, чем бродить с ней по Косому переулку.

Добралась Дафна без приключений, но капюшон на всякий случай оставила надвинутым, чтобы не привлекать внимания. Она шла медленно, делая вид, будто разглядывает витрины, и с тревогой замечала, сколько лавок все еще закрыто. В некоторых шел ремонт — значит, рано или поздно они откроются, — но ни одного предложения о работе ей так и не попалось. До того, чтобы искать в Лютном переулке, она еще не дошла: связываться с его дурной славой не хотелось ни при каких обстоятельствах. Дафна проголодалась и раздумывала, купить ли что-нибудь на последние деньги или снова вернуться к Дэвисам и сесть им на шею, когда знакомый голос заставил забыть обо всем:

— Здравствуй, кузина. Чуть тебя не пропустил.

Она повернулась и увидела улыбающегося Невилла Долгопупса.

— Здравствуй, кузен, — чуть смущенно ответила она. — Я просто осматриваюсь.

Его улыбка померкла.

— Ищешь работу?

Внутри у Дафны все сжалось. Откуда он знает? Признаваться не хотелось, но она все-таки кивнула.

— Я слышал, у твоего отца сложности с деньгами, но со временем дела наверняка наладятся.

— Наверное.

Она постаралась ответить неопределенно, чтобы не развивать эту тему, но, похоже, добилась обратного: ответ вызвал у него подозрение.

Невилл озадаченно нахмурился.

— Что случилось?

Подавив вздох, Дафна решила, что за последние месяцы они достаточно сблизились, чтобы рассказать ему о своих бедах.

— Отец был недоволен, что я ввязалась в борьбу, пусть даже косвенно. Он велел не высовываться и ладить с новой властью. В общем, он меня выгнал, и теперь я живу у Дэвисов. К ЖАБА я, думаю, готова не лучше твоего, так что положение у меня непростое.

Он огорчился сильнее, чем она ожидала, и Дафна была благодарна за участие, даже если помочь он ничем не мог.

— Кажется, мне стоит поговорить с твоим отцом.

Она чуть не возразила, но удержалась. Невилл уже достиг совершеннолетия и готовился возглавить один из родов Священных двадцати восьми — такой же, как род ее отца. В каком-то смысле они равны по положению. Дафна сомневалась, что отец хорошо воспримет вмешательство, но уж бабушка Невилла наверняка знает, с кем имеет дело. Решила пока не встревать.

— Ты не обязан делать это ради меня.

На нее посмотрел тот, новый Невилл, который возглавил сопротивление Пожирателям, захватившим школу.

— Обязан. Ты мне помогала, да и родство у нас пусть дальнее, но все-таки есть. Я не позволю тебе спать в углу, как в Большом зале.

Ее глаза распахнулись: вот, значит, кто о ней позаботился!

— Так это был ты? А я все гадала, как оказалась на той раскладушке.

Невилл вдруг смутился, и она удивилась, что заставило его так неожиданно стать похожим на прежнего себя.

— Вообще-то это Гарри предложил. Он нашел тебя в углу. Мы вместе все устроили.

Новое потрясение — и щеки снова вспыхнули. Гарри Поттер заметил ее и помог перенести на раскладушку. С одной стороны, дух захватывало, а с другой — какой стыд! Неужели он еще и одеяло подоткнул? Надо что-то сказать, пока смущение не стало слишком заметным.

— В любом случае спасибо тебе, Невилл. И… если будет возможность, передай мою благодарность Поттеру.

Лицо пылало; оставалось надеяться, что Невилл не настроен ее дразнить. К счастью, он задумчиво кивнул, они еще немного поговорили о пустяках, и, к моменту когда Дафна пришла в себя, Невилл попрощался. Она решила вернуться к Трейси. Очень хотелось побыть рядом с подругой.

 * * *

 

Через два дня Дафна задержалась за завтраком, пока Трейси просматривала свежий «Ежедневный пророк» в поисках хороших новостей. Одна нашлась, и Дафна с восторгом прочитала, что новый благотворительный фонд со странным названием «Л. и Дж. П.» запускает программу подготовки к ЖАБА и помощи с обучением тем профессиям, в которых особенно не хватает специалистов: целителей, помощников целителей, авроров. Она не верила своему счастью. Они оживленно обсуждали будущее, которое вдруг стало гораздо светлее, когда рядом с Дафной села ничем не примечательная сова и вытянула лапу, предлагая снять послание.

Сова улетела раньше, чем Дафна успела предложить ей угощение. В руках остался конверт, на котором незнакомым почерком было написано ее имя. Она немного нахмурилась, разглядывая его, и решила не пренебрегать осторожностью. Трейси нетерпеливо сопела, пока Дафна проверяла письмо на чары. Когда она наконец вскрыла конверт, подруга замолчала. Несколько секунд Дафна не понимала, что перед ней, а потом узнала бланк заявления на ту самую программу, о которой они только что читали. Она стала искать на бланке и конверте хоть что-нибудь, что подсказало бы имя отправителя, и тут терпение Трейси иссякло.

— Ну что там?

Дафна ответила рассеянно, все еще гадая, кто мог прислать ей письмо:

— Заявление на ту программу из газеты.

— Так чего ты ждешь? Заполняй!

Трейси нетерпеливо махнула в сторону бланка. Дафна раздраженно посмотрела на нее.

— Кто мог знать, что мне это нужно? Почерк родителей или сестры я бы узнала. Это не они.

— Какая разница? Ты что, собираешься дареному гиппогрифу в зубы смотреть?

Если ставить вопрос так, может, это и правда неважно. Несколькими записками с Невиллом она тоже обменялась, и почерк на его не походил. Но сейчас пора действовать, а размышления подождут.

 * * *

 

Чуть больше недели спустя Дафна вышла с первой встречи участников благотворительной программы, все еще не в силах поверить своей удаче. Ей предоставят бесплатные занятия, причем некоторые будут вести такие уважаемые хогвартские профессора, как Флитвик и Макгонагалл! Обучение в школе целителей оплатят полностью и даже выделят небольшую стипендию на повседневные расходы. Взамен требовалось лишь пообещать учиться со всем усердием и потом отработать целителем не менее пяти лет. Какая уж тут обуза: она и так собиралась посвятить этому жизнь.

Ей все еще хотелось ущипнуть себя и убедиться, что она не спит, когда рядом раздался веселый голос:

— Опять встретились, кузина.

Очнувшись от своих мыслей, она увидела ухмыляющегося Невилла. Захотелось шутливо стукнуть его за то, что смеется над ее рассеянностью, но для этого они, пожалуй, еще недостаточно близки. Зато сердитого взгляда он вполне заслужил.

— Что тебя так развеселило, кузен?

Он и не пытался скрыть улыбку.

— У тебя такой вид, словно на тебя только что наложили Веселящие чары.

Дафна закатила глаза, но все-таки ответила на невысказанный вопрос:

— Меня приняли в ту программу, где помогают получить важные для нашего мира профессии. Я стану целителем. А ведь еще несколько дней назад думала, что это невозможно.

Теперь он улыбался уже не насмешливо, а по-доброму.

— Поздравляю. Рад, что у тебя все складывается.

Тут она заподозрила, что встреча, возможно, не совсем случайна.

— Ты имеешь к этому какое-то отношение? Это ты прислал мне заявление?

Невилл удивился и поспешно покачал головой.

— И на первый, и на второй вопрос ответ «нет». Кое-что о том, кто за этим стоит, я знаю, но тайна не моя, чтобы ее выдавать.

Ну разумеется, куда уж тут без загадок. Дафна фыркнула, но поняла, что приемами Ледяной королевы его не запугать, и оставила попытки заставить Невилла разговориться.

— Кто бы это ни был, я ему очень благодарна.

В его лице появилась легкая тревога.

— А как у тебя с отцом?

Дафна немало удивилась, когда получила письмо, в котором отец сообщил, что передумал, и пригласил вернуться домой. Но к тому времени она уже вполне освоилась у Дэвисов. С сестрой у нее были способы поддерживать связь, а вот видеть родителей больше не очень хотелось: чувство, что ее предали, никуда не исчезло.

— Видимо, твой разговор подействовал. Меня не лишили фамилии и не запретили появляться дома, но я все равно решила остаться у Дэвисов. Ты, похоже, быстро учишься быть лордом Долгопупсом. Полагаю, вдовствующая леди Долгопупс — хорошая наставница.

Он опять слегка смутился.

— Дело не только во мне. Гарри теперь лорд Поттер и Блэк, и он с самого начала не дал твоему отцу взять верх. Из нас двоих быстрее учится он.

О том, что Поттер принял титулы, она, конечно, слышала. «Ведьмин досуг» не упускал случая объявить его самым завидным холостяком Британии. Говорили также, что он богаче, чем Малфои когда-либо были. И вот он снова пришел ей на помощь. Невероятно. Зачем делать столько ради девушки, с которой ни разу даже не разговаривал?

Невилл кивнул ей с легкой улыбкой.

— Что ж, мне пора. Рад был увидеть тебя, Дафна.

— Я тебя тоже, Невилл. До свидания.

Глядя ему вслед, она не знала, чему отдаться больше: радости от того, как все удачно складывается, или любопытству, кому она этим обязана.

 * * *

 

Через три недели после начала подготовительных занятий до ЖАБА оставались считаные дни, и Дафна уже вошла в привычный, успокаивающий распорядок. Жизнь постепенно возвращалась в нормальное русло. Родители Трейси снова нашли работу, хотя сама подруга пока еще искала. Все у Дафны наконец налаживалось, и она решила позволить себе насладиться прогулкой по медленно оживающему Косому переулку.

После настойчивых уговоров сестренки Дафна согласилась оторваться от подготовки к ЖАБА на полдня и направилась к недавно открывшемуся кафе-мороженому Фортескью. Оставалось надеяться, что племянник прежнего владельца делает мороженое не хуже дяди. Конечно, главным было увидеть сестру, но и возможностью полакомиться хорошим мороженым пренебрегать не стоило.

Асторию она заметила сразу и направилась к столику на двоих, где ее уже ждало любимое мороженое с добавками. Сестренка всегда была внимательной. Астория встала и обняла ее, и Дафна тут же расслабилась. Они то лакомились, то делились новостями, как полагается сестрам, но вскоре Дафна заметила, что настроение Астории изменилось: та явно собиралась заговорить о чем-то важном.

Дафна предположила, что речь пойдет о послании от отца, однако разговор оказался куда туманнее, и поначалу она вообще не поняла, к чему сестра клонит.

— Я за тебя немного переживаю, Даффи.

Она постаралась сдержать реакцию на ненавистное прозвище, но, видимо, что-то все же отразилось на лице: сестра закатила глаза и продолжила:

— Нельзя думать только об учебе и работе, совсем забывая о себе. Тебе нужно чаще куда-нибудь выбираться. Знакомиться с людьми.

Дафне пришлось удержаться от желания закатить глаза в ответ. В этом они всегда отличались: Астория была гораздо общительнее. Сама Дафна вполне довольствовалась своей жизнью, но убедить в этом сестру никак не удавалось.

— Мы уже сто раз это обсуждали, Тори, и меня по-прежнему все устраивает. Я вижусь с тобой, с Трейси и ее родителями, я не затворница. Мне наконец выпал шанс, на который я уже почти не надеялась, и я должна им воспользоваться. Уверяю тебя, я не только занимаюсь, но и отдыхаю.

Улыбка на лице сестры ей не понравилась. Та что-то задумала. А когда Астория посмотрела Дафне за спину и заулыбалась еще шире, сомнений не осталось. Хотелось обернуться и посмотреть, кто или что так обрадовало Тори, но Дафна предпочла не сводить с сестры сердитого взгляда.

— Тут кое-кто хочет с тобой познакомиться.

Моргана, да она ее сейчас заколдует! Тори решила устроить ей свидание! Очень хотелось высказать сестре все, что она об этом думает, но затевать сцену на людях не стоило.

Тори быстро наклонилась вперед и заговорщически шепнула:

— Потом поблагодаришь.

Если младшая Гринграсс действительно рассчитывала на благодарность, то она окончательно лишилась рассудка. Дафна стиснула зубы, намереваясь пережить предстоящее с максимально возможным достоинством. Сестра начала подниматься, и она тоже решила встать, по-прежнему не сводя с Тори глаз — и по-прежнему сверля ее взглядом.

А Тори уже протягивала кому-то руку с приветливой улыбкой.

— Я вас познакомлю и больше не буду мешать.

Если это один из тех слизеринских придурков, которые постоянно пытались за ней приударить, Тори несдобровать. Сестра не сестра — пощады не будет. Дафна повернулась как раз в тот момент, когда незнакомец взял руку Тори и склонился над ней. Темные взъерошенные волосы заставили ее растеряться. Кто…

— Гарри, это моя сестра Дафна.

Уставившись в завораживающие зеленые глаза Гарри Поттера, Дафна смутно осознала, что, должно быть, открывает и закрывает рот, как рыба. Из оцепенения ее вывел лишь толчок сестры и сердитое шипение:

— Даф! Это невежливо!

Покраснев, она рассеянно протянула руку навстречу его ладони и услышала смешок Астории. Нет, сестру она точно заколдует.

— Рад наконец познакомиться с вами, наследница Гринграсс.

Дафна на мгновение собралась его поправить, но потом поняла, что он, скорее всего, прав. После того письма отец вряд ли передал право на наследование титула кому-то другому. Она едва успела вспомнить подобающий ответ.

— Я тоже рада знакомству, лорд Поттер-Блэк.

Она покосилась на ухмыляющуюся сестру, которая уже взяла сумочку и явно собиралась уходить, и с недоумением подумала: где эти двое познакомились?

Проходя мимо, Астория обратилась к Гарри:

— Садись на мое место и зови мою сестру Дафной. Уверена, она сама тебе это разрешит, как только у нее снова заработает голова.

Дафна метнула в нее короткий гневный взгляд, которого Тори, вероятно, даже не заметила, и снова повернулась к Гарри. Тот выглядел немного неуверенно — наверное, из-за того, что она продолжала молчать и смотрела совершенно ошеломленно.

— Простите, лорд Поттер-Блэк. Как сказала Тори, можете звать меня Дафной. Я понятия не имела, что вы придете. Тори меня совершенно не предупредила.

Он уже начал улыбаться, но тут в его лице мелькнуло разочарование, и он коротко, едва заметно поклонился.

— Если я некстати, то могу уйти, Дафна. И зовите меня Гарри.

Кажется, в ту минуту вся кровь в ее теле прилила к лицу. Не думая, Дафна потянулась вперед и схватила его за руку.

— Нет! Я вовсе не хотела, чтобы ты подумал, будто тебе здесь не рады. Просто я удивилась. Только и всего.

Осознав, что сделала, она поспешно убрала ладонь, но Гарри совсем не выглядел оскорбленным. Напротив, он казался довольным. Благодаря этому у нее появилась секунда, чтобы вернуть самообладание. Дафна показала на освободившийся стул за своим столиком.

— Пожалуйста, садись. Закажем тебе что-нибудь?

Гарри улыбнулся и сел. Тут же подошел официант, убрал пустую креманку Тори и спросил:

— Как обычно, Гарри?

Черноволосый юноша рассмеялся.

— Кажется, я уже слишком часто здесь бываю. Да, как обычно, Дэвид.

Дафна к тому времени тоже села, все еще не до конца оправившись от потрясения. Надо же, Гарри уже стал завсегдатаем, хотя кафе открылось меньше двух недель назад! Возможно, он любит мороженое даже больше нее.

— Мне вот интересно…

Она запнулась, но Гарри ободряюще улыбнулся, ожидая продолжения, и она решилась:

— Как вы с Тори познакомились?

Гарри негромко рассмеялся и покачал головой.

— По правде говоря, она устроила мне засаду. Налетела, как вихрь, и давай благодарить за то, что я сделал. Понимаю, как она умеет тебя удивлять: со мной происходит то же самое.

Дафна нервно хихикнула.

— Да, это моя сестренка. Может заговорить с кем угодно и когда угодно.

Гарри почему-то смутился, и ее любопытство только усилилось.

— Э-э… В общем, когда я понял, что она твоя сестра, то как-то так вышло, что я признался: хочу с тобой познакомиться. Ну и… вот мы здесь.

Лицо снова начало гореть. Это уже становилось неприятной привычкой. Он выглядел не менее смущенным, чем чувствовала себя она сама, и, чтобы нарушить молчание, Дафна спросила:

— А почему ты захотел со мной познакомиться? Мы ведь никогда не разговаривали. По крайней мере, я не помню.

Интересно, лицо может расплавиться? Она уже начинала опасаться именно этого, когда вернулся официант, и им пришлось прерваться: Гарри принесли мороженое. Он посмотрел на креманку, потом снова на Дафну — и, если такое вообще было возможно, стал еще более смущенным.

— В последнее время мы несколько раз встречались. Просто ты об этом не знаешь.

Она перебрала в памяти недавние события, пытаясь понять, где могла быть настолько невнимательна, что не заметила его рядом, но ничего не находила. Наверное, это было в Хогвартсе, однако во время битвы из-за постоянной опасности она внимательно следила за всем вокруг. Как она могла встретить его и не понять этого? Гарри нерешительно заговорил, и Дафна сразу сосредоточилась на нем.

— Первый раз… у самого входа в Большой зал. Я увидел, как Невилл помогает Оливеру занести тело, и понял, что должен с ним поговорить. Но тут появилась ты. Я и не знал, что вы родственники; потом Невилл объяснил, что дальние. В общем, было здорово узнать, что ты помогала ему и остальным. Я понятия об этом не имел.

Ее лицо, наверное, уже светилось в темноте, но нужно было что-нибудь ответить. Хоть что-нибудь.

— Я наконец выбрала сторону. Вопреки воле отца. Просто не могла стоять в стороне и смотреть…

Слова кончились. Дафна уставилась на тающие остатки мороженого в своей креманке.

Через несколько мгновений Гарри продолжил:

— Во второй раз я уже закончил говорить с Невиллом на улице. Шел к Запретному лесу и увидел тебя рядом с телом мальчика из Хаффлпаффа.

Дафна посмотрела на него, чувствуя, как глаза становятся огромными. Она ведь ощущала чужой взгляд. И оглядывалась! Как же не заметила его? Он словно услышал невысказанный вопрос.

— У меня есть мантия-невидимка. Под ней я и пытался незаметно выбраться. В общем, мне показалось, что ты чувствуешь мое присутствие, и я ушел. Просто… Тебе было так не все равно. Меня это очень тронуло.

Она попыталась придумать ответ, но в голову ничего не приходило. Все это было слишком неожиданно.

— Следующий раз — уже на другой день. Я все еще был как на иголках и хотел немного побыть один. Предупредил Рона с Гермионой и отправился к озеру, на свое любимое место. Снова под мантией, чтобы никто не заметил.

Это же тогда… Вспомнив, о чем они говорили с Трейси, Дафна похолодела. Если он слышал… Гарри нервно прочистил горло, и она едва не вздрогнула.

— Я так ушел в свои мысли, что заметил вас только тогда, когда вы сели рядом. Подумал: немного отодвинусь, и мы не будем друг другу мешать. Но потом услышал свое имя и…

Он вздохнул, провел рукой по вечно взъерошенным волосам и виновато продолжил:

— Подслушал. Гордиться нечем, но… Пожалуй, мне нужно было это услышать. Я снова задумался о будущем. Знаю, ты сделала это не специально, но ваш разговор заставил меня взяться за дело.

Удивление помогло Дафне вынырнуть из мучительного смущения. Она ему помогла? Правда?

— А еще я говорил с Поппи… то есть с мадам Помфри. Она… она тобой очень гордится. Рассказала, как ты лечила учеников в заброшенном классе, когда Кэрроу начали возмущаться, что она залечивает все, что остается после их наказаний. Благодаря тебе на нее меньше давили. Ты ведь серьезно рисковала, помогая другим. После этого я проникся к тебе еще большим уважением.

Отрицать не получалось: все так и было. Но и приписывать себе все заслуги Дафна не собиралась, ведь старалась не она одна.

— Мне помогали. Несколько младших слизеринцев тайком приносили еду, зелья и все необходимое, так что самой добывать все это не приходилось. Вообще-то директор Снейп меня обнаружил. Отчитал за неосторожность, а потом наложил защитные чары, чтобы Кэрроу и другие нежелательные гости не нашли класс. Я была потрясена: считала, что он один из них. Из Пожирателей, в смысле. А он не был на их стороне.

Гарри серьезно кивнул и снова устремил на нее свои завораживающие глаза.

— Я узнал только в ночь битвы. До этого тоже не догадывался. Он был одним из самых храбрых людей, которых я знал.

Может, шутка немного разрядит обстановку?

— Правда, мерзавцем он был еще тем.

Гарри расхохотался куда сильнее, чем заслуживала ее скромная шутка, и Дафна покраснела уже от удовольствия. Напряжение, кажется, и впрямь спало.

Отсмеявшись, Гарри наконец принялся за мороженое, а она доела свое. И молчание между ними почему-то перестало быть неловким.

Креманка Дафны опустела, но она наконец разговаривала с ним и совершенно не хотела, чтобы все так скоро закончилось. Поэтому задала новый вопрос:

— А чем ты сейчас занимаешься?

Гарри кивнул и улыбнулся ей. Кажется, сердце пропустило удар.

— Учусь. Готовлюсь к ЖАБА, осваиваю этикет, разбираюсь в управлении семейным имуществом и готовлюсь занять место в Визенгамоте. Наверстывать приходится много, но мне еще хотелось помочь другим. Вот на это ты меня и подтолкнула. Услышав о твоих трудностях, я понял, что в таком положении наверняка оказались многие. Поэтому основал благотворительный фонд, запустил несколько программ и все такое.

Сначала он говорил совершенно свободно, а под конец вновь слегка смутился. И тут до Дафны наконец дошло, кто помог ей сделать первые шаги к мечте.

— Ты? За фондом «Л. и Дж. П.» стоишь ты?

Он настороженно огляделся. Она, похоже, выболтала тайну, и Дафна прикрыла рот ладонью. Но прежде чем успела извиниться, Гарри расслабился и наложил вокруг них заклинание. Несомненно, чары от подслушивания.

— Да. В честь моих родителей. Только мне не хотелось, чтобы фонд связывали со мной, так что, если ты никому не скажешь…

В эту минуту она поняла, что означают инициалы, — и что все они обязаны этому человеку еще больше, чем думают.

— Ни слова никому. Надеюсь, я не выдала твой секрет. Прости.

Он улыбнулся, и ее сердце опять затрепетало.

— Ничего страшного, никто вроде бы не заметил. Повезло, что народу пока мало.

Осталось выяснить еще кое-что.

— А заявление на программу помощи с обучением прислал мне случайно не ты?

Он покраснел и кивнул.

— Я не подписался, потому что ты не поняла бы, откуда мне известно о твоем положении. Но идею подсказала ты, и мне хотелось убедиться, что ты подашь заявление.

Милый, внимательный, щедрый. В нем столько всего, за что можно полюбить.

— Ты правда ни с кем не встречаешься? В «Ведьмином досуге» пишут…

Захотелось дать себе пощечину. Ну до чего же прозрачно — не говоря уже о том, что она лезет не в свое дело.

Гарри покраснел, но посмотрел на нее с веселой искоркой: намек он понял.

— Я еще потому хотел с тобой познакомиться, что услышал, за что тебя дразнила подруга. Не знал, что на Слизерине есть кто-то, кто меня поддерживает… и кому я нравлюсь.

Дафна умрет от смущения. Теперь она была в этом уверена.

Гарри застенчиво посмотрел на нее.

— Может, сходим как-нибудь куда-нибудь вместе?

Свидание? Неужели ей может повезти еще больше?

— Конечно!

Его робкая улыбка превратилась в широкую и счастливую, а сердце Дафны снова затрепетало. Нет, Тори она все-таки заколдовывать не станет. Возможно, даже придется ее поблагодарить.