С чего начинается идеальный мир? (джен)

Вам открывается вид на потрёпанный стул — измученный временем материал держался только благодаря хорошей работе мастера. За стулом стоял стол: на нём лист бумаги, пара цветных карандашей, ручка и простой карандаш. На цветных карандашах, ближе к середине, темнел грязный след — в отличие от простого карандаша и ручки. Цветные доставали редко, но уж если доставали, это всегда было что-то масштабное. Оттого они и грязные. На полках что-то блестело. Помимо блеска, там были и другие, невидимые для нашего глаза вещи, но разум так и норовил обрисовать какие-нибудь плюшевые игрушки.

От размышлений вывел хлопок двери. Кто-то пришёл. Тихо топая по дому — словно специально предупреждая нас грубыми шагами, — он всё приближался к комнате. С каждым шагом крепло понимание: этот кто-то не в духе. Внезапно дверь открылась. С грохотом ударилась об стену и распахнулась полностью. Из проёма вырвался холодный воздух — в душную комнату, — а следом выплыл парнишка, совсем юнец.

С недовольной мордочкой он вошёл в комнату и сразу же со злостью швырнул портфель на кровать. На лице мальчика красовался фингал — здоровенный, свежий. Нижняя губа затряслась. От чего — непонятно. С новой злостью он схватил стул и отшвырнул его в сторону. Благодаря колёсикам тот прокатился пару минут и завалился набок. Мальчик демонстративно топнул ногой и оскалился.

— Несправедливо! — Он легонько приложил руку к фингалу. — Ай... Тупой, глупый. В следующий раз я ему так! — Второй рукой он изобразил удар. — И так! — Уже ногой — по стене. — Ай... — Он перестал кривляться, убрал руку с фингала и посмотрел на листок. — «Сам виноват, что не держал стойку». — Вновь скривился. — Я не хотел драться, я не умею. «А чё он не держал стойку». — Явно передразнивая школьного хулигана. — Какую стойку? Я даже слова такого не знаю! — И ударил по столу.

Пока он ехал с мамой в машине, она позвонила отцу. От злости парень не вслушивался в их диалог, но слова отца расслышал так хорошо, что даже тихое «мда...», разочарованное новостью о сыне, было слышно.

— «Он должен держать удар, он же МУЖЧИНА», — Он вновь стал кривляться, но теперь вместо резких движений двигался медленно: поднял голову, а руки спрятал за спину, повторяя манеру и голос отца. — «Мда...»

Это продолжалось ещё несколько минут, пока он не успокоился. Поднял стул и подвёл его к столу, открыл телефон и начал читать, что задано на завтра.

Стоит признать: для его возраста он весьма самостоятельный.

— Пятница. Математика — ничего, окружающий мир — ничего... — Взгляд упал на любимый предмет. — Изо -> Нарисовать «Идеальный мир».

«Идеальный мир?» — повторилось гулом в голове мальчишки. — «Нарисовать идеальный мир...» — задумчиво повторил он. Отвёл взгляд в сторону. — «Что это значит? И как это понять?»

В замешательстве он начал ходить по комнате, иногда смотрел в окно. Задумчиво смотрел на стену. Никак не меняясь в лице. «Мир» — он-то знает, как нарисовать. А вот как нарисовать его «идеальным» — совсем не знает. Он же не может просто нарисовать мир и дать ему оценку «5», говоря, что мир имеет наивысшую оценку, а значит, по его мнению, мир — идеальный.

«Что есть "идеально"» — Он легко смог вообразить идеальную семью. По его мнению, естественно. И она состояла из богатой мамы и богатого папы. Деньги приходят каждый день просто так, как и его любимые йогурты. Родители очень его любят, гладят по головке и говорят, что он молодец в любом деле, за что ни возьмётся. А он сам, за что ни возьмётся, всё делает идеально. Всё даётся легко. Дорога в школу для него — это красная дорожка, по которой идёт он один с улыбкой и стреляющим взглядом.

В школе он самый классный, нет никаких хулиганов, что просто так на тебя нападут. Девчонок, что смеются над ним, тоже нет. И даже на каждый урок приходит важный директор и говорит, что если бы не он, то он бы тут не работал, настолько он классный и крутой.

«Решено!» — проговорил он в своей голове и решительно сел за стол. За момент нарисовал парня, сидящего за столом на удобном новом стуле, что подарили ему богатые родители. «Дальше что...» — Он поднял голову и заметил то, чего уже мы не могли разглядеть. — «Точно, награды и яркие штучки». — Он нарисовал несколько полок. Была полка с наградами, на каждой он написал: «Самый умный», «Самый крутой», «Самый сильный», «Самый талантливый» и напоследок самое важное — «Самый скромный». Иронично, не находите? Сам он не знал, что значит эта скромность. Однако мама хорошо отзывалась о тех, кто вёл себя тихо и скромно. Значит, это хороший показатель, которым он в идеальном мире точно обладает. Вторая полка — с яркими звёздочками, бумажными сердечками, всякими поделками, сделанными руками, включая домик из спичек. Всякие рукоделия, что он сделал в реальном мире, и те, что только планировал сделать. Третья полка — с игрушками, четвёртая — с маленькими игрушками, роботами и машинками, пятая оказалась пустой, но стирать он не захотел.

«Мир останется идеальным, даже если не все полки будут заполнены», — прижимая карандаш к губам, парень пришёл к этой мысли. — «Мир же всё так же будет идеален, если мои родители не будут очень богатыми». — Из-за этой мысли он взял ластик и стёр стул под героем. В воображении представилось, как тот упал и развернулся бы лицом к автору с вопросом, зачем он это сделал. Сейчас же он просто перерисовал богатый стул на более бедный, но родной. Тот, на котором сидел сам парень.

— Так-то лучше, — довольно заявил он. — Так... — Вновь вернувшись к рисунку, он быстро накидал окно с одной стороны и дверь с другой. Лист казался таким большим, что он мог продолжить рисовать, может, даже покажет мир в живом образе себя.

Нарисованный человечек встал из-за пустого стола и посмотрел на автора. А вот образ был довольно интересным. Высокий худощавый парень, вместо лица у него была маска с двумя точками вместо глаз и улыбкой.

«В идеальном мире не нужно проявлять иные эмоции, кроме счастья, другие и не нужны». Дверь комнаты была открыта, парень быстро нарисовал красную дорожку, по которой должен был идти его аватар. Тот шёл вдоль дороги, размахивая руками, но осторожно, чтобы не удариться. Такое ограничение парню не понравилось. Ещё больше не понравилось, что, пока он раздумывал об этом, он рукой случайно нарисовал двух невыразительных фигур, что общались между собой. Это осуществилось воображением и удачным положением карандаша. Парень сразу же усмехнулся. Его рисованный человечек помахал рукой этим двум фигурам, они помахали ему и позвали присоединиться к ним. Радость и желание присоединиться к ним взлетели и у автора, и у рисунка. Но вот незадача. Эти две случайно нарисованные фигуры шли по обычной дороге, в то время как его аватар шёл по красной — личной его — дороге. Той дороге, от которой он не мог отказаться. По дороге одиночки, где он один едет в машине, смотря в окно, как дети идут пешком и толпой что-то бурно обсуждают. Конечно, и сам парень хотел бы не ехать в школу на машине, а с друзьями, которым он рад.

Тяжело вздохнув, он достал ластик, стёр пусть и удачные образы возможных друзей, но они всё-таки были нарисованы легко, без глубины, выглядели плохо и не должны были быть в идеальном мире. Но внутреннее чувство — пойти против родительского контроля, выйти с красной дорожки — так манило и хотелось. Рука уже подбиралась к ней, и он начал стирать узкие границы, что сдерживали его персонажа. Теперь он мог идти куда захочет, даже домой. Но как ни крути, есть правила, которые парень осознавал. В мире рисунка был понедельник, а значит, учебный день. Да и награды на полке, где он «Самый-самый», надо оправдывать делами.

Придя в школу, он увидел, что она вся сверкала, всё чистое и блестящее, атмосфера лёгкости и добра. Звонок торжественно приглашал всех ребят на урок. Герой опоздал, но его приняли с улыбкой, весь класс сразу засветился, кроме пары мест. На доске была написана новая тема, которую он уже знал.

— Кто решит пример? — На доске большими цифрами было нарисовано «2+2». — Может, наша звёздочка класса хочет ответить?

«В отличие от меня, мой герой в идеальном мире всегда знает правильный ответ. Он всегда отвечает правильно, потому что он всё знает».

— Четыре! — торжественно ответил уже парень, за героя, но картинка продолжала двигаться. Учитель — высокий. Глаз на маске не видно, их закрывали очки. Он начал пародировать учителя. — «Ох, мистер Звёздочка, вы абсолютно правы! Вы в очередной раз показываете невероятные способности. Чтобы делал этот класс без вас!» — Пришло осознание, что в реальном мире он так бы никогда ему не сказал. Оттого немного стало грустно. Он вернулся в свою манеру речи и продолжил от лица собственного героя. — Ой, да, было тяжело, но я справлюсь.

Во время урока, после ответа героя, учитель подошёл и подарил ему звёздочку, также хваля и говоря, какой он хороший.

Выйдя из класса, он присел на стул и стал копаться в рюкзаке. Автор думал, что же ему нарисовать в рюкзаке героя, но вместо этого решил не думать. Вместо этого толстый парень со свиным лицом толкнул его портфель, и тот упал на пол.

— «Эй, не крутая звёздочка, ты чё думаешь, ты очень крутой, да?» — Нелепо пародировал мальчишка сегодняшнего хулигана. Он просто так толкнул, а потом ещё и ударил — пора возместить ущерб. — Киииия! — Конечно же, в идеальном мире он знал все виды искусств, и естественно, в его мире самый эффективный удар был — удар по морде кулаком. Всё произошло быстро, он уже ждал ликования одноклассников, которых тоже задирали, но вместо этого воображение выкинуло грязный трюк. Все в коридоре, что смотрели на него, смотрели с опаской. — Нет, так не должно быть.

Ластик упал в руку, он мигом стёр эту ситуацию.

— Как там было... «Эй, не крутая звёздочка, ты чё думаешь, ты очень крутой, да?» — Вновь спародировал голос хулигана. — «Я тупой и большой, смотри чё могу». — Он толкнул героя, тот упал, и внезапно раздались громкие голоса, в основном смех и сожаление, что жирный хулиган снова всех задирает. — «Поплачь своей мамочке, что я тебя толкнул». — Рука вновь потянулась к ластику, он стёр эту ситуацию и попытался отрисовать новый сценарий. Но рука опять нарисовала ту же картину. Герой упал, все смеются, хулиган торжествует. Дальше — картина, как под смех подруг уже несколько хулиганов пытаются снять маску с героя, отрывая её от лица. Это было слишком жутко, и он просто стёр эту картинку ластиком, но карандаш оставил еле видимый образ этой картины. Стирай не стирай, а бумага, как и память, не забудет тот ужас, что пришлось испытать. Помотав головой, он решил, что ему просто не приходит нужное вдохновение, и решил продолжить рисовать, чтобы потом исправить эту картинку.

Герой встаёт, отряхивается и идёт домой. Вновь красная дорожка так и хотела нарисоваться, но он её стёр. Пока шёл пешком, пошёл дождь и начал капать на маску героя.

— А в окне машины дождь казался спокойнее и не наводил такую грусть. — Затем он вновь нарисовал героя, что пришёл домой, но тут же всё выглядело иначе. Его комнатка уже не выглядела такой тёплой и яркой, контуры тела героя теперь были более резкими, а маска была изменена. Дождь капал, и хулиган вновь победил, и за него никто не вступился. Краска стекла с двух глаз и с бывшей улыбки, напоминая слёзы, и улыбка немного стекла — до изображения печали. — И сейчас его должны обрадовать родители! И улыбка вновь появится! — Торжественно объявил парень, но рисунок не шёл. Всё остановилось. Он опустил взгляд и, поняв, проговорил: — Точно, они же на работе. — Он вспомнил, как в начале поменял своё решение и изменил их статус. — Они же не богатые теперь. Да ладно. Теперь богатые! — Он натянул фальшивую улыбку, но рисовать дальше не смог. Улыбка стянулась вниз. — В идеальном мире нельзя всё менять по щелчку пальца, это глупо и нереально.

«Нереально» — отдалось эхом в голове парня, словно ехидно подмечая, что почти всё, что он сегодня рисовал, в той или иной степени является нереальным.

— И всё же ты один. — Парень повернул голову на открытую дверь. — И я тоже. — Вновь вернул голову на своего героя. Он застыл спиной к герою: единственное, что мальчик хотел, — это оставить его наедине. Но, подумав немного, он подрисовал кое-что у него в руке. Пусть стола мы и не видим из-за его спины, но в руках героя красовалась ручка, и сейчас он что-то рисовал. — Наверное, тоже задание нарисовать «Идеальный мир».

«Он наверняка рисует мир, где над ним ни смеются, ни издеваются, ни тычут пальцами». — Парень остановился, а затем вспомнил сегодняшний день и с яростью продолжил: — «Да им всем плевать, они просто делают вид, что они хорошие. Машут руками, сидят тихо, а потом смеются над чужим горем. Даже если это друг, даже если он знакомый. Да и плевать мне на них, но смеётся та, с кем я хотел бы дружить. Она дружит с теми, кто ненавидит меня. От этого мне становится только больнее. Лучше бы я и сидел один и не выделялся. Что я такого сделал!?» — Парнишка ударил по столу. В этот момент воображаемый герой на бумаге сделал то же самое. Также ударил со злобой. Несмотря на то, что его день в разы лучше, чем у парня, нарисовавшего его, он всё равно бьёт по столу с той же яростью.

Он пришёл к мысли, что ни он, ни его человечек, что он нарисовал, оба не живут в идеальном мире. От этой мысли повеяло безысходностью. Оно и неудивительно: ведь люди для всего мира — это лишь пылинки. А пылинки мало что могут сделать. Лучше об этом не думать.

Взяв в руки этот рисунок, несмотря на то, что в нём не было ни единого цвета, кроме простого карандаша, он написал название этого рисунка и скотчем повесил его на стену. Картину он назвал: «НЕидеальный мир».