Огненный кубок мародёров (джен)

Урфин проверял очередной склад Дамблдора, когда из-за угла вынырнула Норрисовонаиэль и уставилась на Филча огромными желтыми глазами.

— Войско королей — дементоров приближается к Хогвартсу, — мяукнула она, словно говорила о погоде.

— И что?

— А то, что они возьмут Хогвартс и выпьют души всех, кто тут живет.

Урфин помрачнел, если кто и разбирался в таких вопросах, так это миссис Норрис, бывшая кошка злого мага Гриндевальда, убитого Гарри Поттером с помощью волшебных садовых ножниц.

— Гриндевальд пытался заключить с ними союз, даже ход прорыл в их подземелья из своей Тайной комнаты, еле ноги потом унес, — добавила Норрис.

— А зачем ты говоришь это мне, а не Рону Мудрому? — нахмурился Урфин.

Кошка устроилась в жизни лучше него, давала советы новому правителю Хогвартса.

— Затем, что он все равно не послушает и не покинет Хогвартс, а я не собираюсь тут оставаться. Василя окаменил обратно все тот же Гарри Поттер, и я не собираюсь стирать лапки о камень дорог.

— Тогда, раз мне досталась почетная роль носильщика, — саркастично улыбнулся Урфин, — я буду называть тебя, как раньше, Норрис.

Кошка очень любила свое полное имя, но страх перед дементорами пересилил, и они заключили новый союз, и вечером Урфин покинул Хогвартс, растворился в ночи.

— Вернемся в Нурменгард, — указала цель Норрис, — поищем наследие Грини.

— А Волдеморт? — спросил Урфин. — Может, у него поищем?

— Для этого надо вначале запастись защитами, — уклончиво ответила кошка, царственно развалившись на плечах и шее Урфина, — замок злого мага — это вам не хижина какого-нибудь йанса.

— Йа, йа, — ответил Урфин, засмеявшись, но тут же помрачнел.

Вспомнились былые честолюбивые мечты, поход на Хогвартс и завоевание. Власть, армия каменных големов, попытки покорения соседей.

* * *

Он добрался до развалин замка Гриндевальда и поселился в своей старой хижине рядом. День-деньской Урфин перерывал развалины замка, следуя указаниям миссис Норрис, которая когтем и охотой заставила бояться птиц вокруг и выстроила из них подобие разведывательной сети. Небольшой чахлый огородик не прокормил бы Филча, но он наведывался к йансам и те снабжали его едой, из старого страха, и попутно Урфин узнавал новости.

Войско дементоров подошло к Хогвартсу и осадило его.

Два штурма были отбиты.

Войско дементоров взяло Хогвартс, но в последнюю секунду из ниоткуда появился Гарри Поттер и всех спас.

— Йа, йа, йа, великий маг Гарри Поттер! — орали йансы и подбрасывали в воздух шляпы.

— Опять он, — ворчал под нос Урфин.

С затаенным страхом, но Гарри Поттер не задержался надолго. После победы он почти сразу покинул волшебный остров Статута на драконе, и Урфин облегченно выдохнул, вернувшись к бесплодным раскопкам и поискам. Шли дни, приходили новые новости, в основном касающиеся обитателей Азкабана.

Гарри Поттер помог усыпить королей — дементоров, и теперь Азкабану больше не требовалось огораживаться от внешнего мира. Обитатели подземелий выходили наружу и селились там, быстро привыкая к солнцу. Часть их зверей, включая драконов, тоже покинула Азкабан, другая часть осталась и теперь жила мирно и счастливо (ведь их больше никто не поедал), под руководство нового Хранителя времени.

— Столько счастья, что просто плеваться охота, — ворчал Урфин, неутомимо раскалывая камни.

В один из дней, когда он возделывал свой чахлый огородик, в небе промелькнула тень, а потом сверху рухнул дракон. Чуть не задавил собой хижину, огород и самого Урфина, который уставился недовольно на гостя с небес.

— У него сломано крыло, — промяукала Норрис с дерева.

Надобность в птичьей разведке — предупредить заранее о появлении дементоров — отпала, и птицы предпочли разлететься в стороны. Урфина это устраивало, меньше любопытных глаз и клювов вокруг.

— А также он ослеп, судя по всему, — добавил Филч, обходя гостя.

— Я отвез Гарри Поттера домой, но проявил неосторожность на обратном пути и поднялся слишком высоко к солнцу. Оно ослепило меня и повредило глаза, а затем я попал под удар дракучих ив, охраняющих остров.

Урфин что-то проворчал в ответ, затем отошел к Норрис:

— Можно его вылечить?

— Для этого нужно быть настоящим добрым магом, — оскалилась та, — а ты не он, а у меня лапки.

— Ты же прислуживала злому магу, — нахмурился Филч.

— Злой, добрый, мы, кошки — хороши во всем, везде и всегда, — отмахнулась лапкой Норрис.

Проще всего было избавиться от дракона, сообщив тем же подземным жителям или каким-нибудь гоблинам, которые тоже приручали драконов, но в голове Урфина бродили смутные тени нового честолюбивого плана, и он оставил дракона. Помог ему перебраться в подземелья Нурменгарда, под предлогом заботы о глазах, мол, в темноте они быстрее восстановятся, подкармливал, мобилизовав йансов и ухаживал за крылом.

Прилететь на драконе!

Нет, этого было мало для завоевания Хогвартса, особенно теперь, когда Рон Мудрый, по слухам, затеял какую-то грандиозную стройку то ли для укрепления обороны, то ли для расширения изумрудного города. Урфин раньше не вникал в такие новости, но теперь мрачнел, а желание снова завоевать Хогвартс в нем крепло.

— Одного дракона мало, — как-то мяукнула Норрис.

— Даже если привязать к нему карету Гриндевальда, все равно мало, — согласился Урфин. — Нужна армия, посильнее, чем у дементоров, нужна разведка, нужна магия, а мы так и не нашли ничего дельного.

Его терзал тайный страх, что Норрис просто возьмет и вернется в Хогвартс, снова будет ходить по дворцу, задрав хвост, давать советы Рону Мудрому и вести привольную, сытую жизнь.

— Если в замке злого мага можно что-то легко найти, то это добрый маг, — наставительно ответила Норрис.

— В прошлый раз...

— Нам повезло, — перебила его кошка, — и без моих знаний ты бы ничего не добился. Продолжаем искать.

Но выручил их, неожиданно, спасенный дракон. Он ворочался, бил хвостом в тесных подземельях и проломил каменную стену, где Филч и не думал искать.

— Еще один проход к подземным жителям? — втянула воздух Норрис. — Пованивает ими. А это что?

Шерсть ее встопорщилась, хвост встал дыбом, и она прыгнула вперед, словно ловила мышь. Урфин приблизился, подсвечивая факелом и увидел, что ворочающийся дракон сломал тайник в камне и оттуда выпал огромный кубок, инкрустированный драгоценными камнями. Из кубка выкатилась мышь, нет, огромный жук, тоже в драгоценных камнях, и именно его и поймала Норрис.

— Не мяужет быть! — зашипела она. — Кубок мяуродеров! Вот где Гринди его спрятал!

— Какой кубок? — не понял Филч.

Ступил ближе, чтобы рассмотреть лучше и сквозняк из дыры задул факел, сразу стало темно и неуютно.

— Проклятье, а я, как назло, не взял с собой спички! — ругнулся Филч.

— Ой-хо-хо, — отозвался дракон, пытаясь повернуться удобнее. — Я помогу.

За эти стоны и повторы "ой-хо-хо" Филч прозвал его Ойххо, а дракон не возражал, хотя его и звали как-то по-другому. Чуть повернулся и неожиданно выдохнул струю пламени, прямо в Урфина, который едва успел отскочить. Норрис тоже отпрыгнула с громким мявом, и струя драконьего огня ударила точно в кубок и жука в нем.

Ослепляющая яркая вспышка, кубок загудел и вспыхнул изнутри голубым пламенем, которое тут же погасло.

— Это еще что? — проворчал наполовину ослепленный Урфин (успевший, впрочем, подставить факел под выдох дракона), глядя на что-то темное, появившееся возле кубка.

— Мяу!! — взвыла Норрис. — С-собака!

— Что?! — взревел Филч.

Удар факелом оглушил Сириошку, собаку — спутника Гарри и Урфин задергал головой, пытаясь разглядеть, где же Поттер? Страх закрадывался внутрь, только решил завоевать Хогвартс и тут же пришло возмездие? Норрис тоже шипела и принюхивалась, озиралась, затем выдохнула.

— Никого нет, только одна эта с-собака!

— С этим надо разобраться, — вынес хмуро вердикт Урфин и покосился на дракона. — Желательно не здесь.

Раз тот отвозил Гарри Поттера домой, то был знаком и с Сириошкой, и все замыслы Урфина вдруг оказались на грани провала. Достаточно было Сириошке открыть рот или сказать что-то не то, или если бы к дракону вернулось зрение. Нет, нужно действовать, решил Урфин, ухватил оглушенного пса и потащил прочь, и едва вышел на свет, как между ног проскочило что-то мелкое. Норрис прыгнула и в этот раз поймала, зашипела радостно.

— Пламя дракона не только активировало кубок, но и оживило его!

— Ее! — пискнул жук в ответ.

— Кого? — не понял Урфин.

— Жук-шпион-разведчик-доносчик-наблюдатель! — горделиво объявила кошка.

— Готова служить! — пропищал жук.

Жучиха? Жучиня? Урфин смотрел озадаченно, не зная, что сказать.

— Гриня планировал создать целый рой таких, — небрежно добавила Норрис, подбрасывая жука в воздух. — Чтобы шпионить за всем островом Статута.

Подлетел ближе к Филчу и глаза жука вдруг стали огромными, круглыми, будто очки.

— Новый хозяин опознан и записан! Жду приказов! Могу подсматривать, вынюхивать, подслушивать, слать донесения, никто ничего не заметит, все будет шито-крыто!

— Крыто... да, назову тебя Ритой, — решил Урфин в приливе вдохновения. — Что за донесения?

Из мелкого жука вдруг вылезло огромное перо, которое начало само строчить по свитку. "Новый хозяин был прекрасен, угрюм, решителен и смел, на царственном челе его отражалось величие и думы о подданных", прочел Урфин, не зная, смеяться ему или плакать.

— Немного перестарались с пафосом зачарования пера, но зато само пишет! — доложила Рита. — Жду приказов!

— Нужно...

— Погоди, — остановила Филча Норрис. — Есть у меня одна мыслишка, связанная с этим кубком.

— Его нужно уничтожить, — проворчал Урфин. — Кто знает, кого еще он вызвал?!

— Вот именно! Именно! Вызвал! — обрадовалась Норрис. — Знаешь, сколько Гриндевальд бился с этим кубком? Конечно, у него не было дракона, но зато он был настоящим злым магом!

— Погоди, разве не Гриндевальд сделал этот кубок?

— Только жука — разведчика, а кубок попал к нему случайно, обнаружился в одной из подземных пещер неподалеку от Тайной Комнаты. Да, кажется, Рита его и нашла.

Та горделиво летала вокруг, все вынюхивая и разведывая, записывая в непонятно откуда берущиеся свитки.

— Знаком ли ты с историей мародеров?

— Что-то смутно слышал, — нахмурился Филч. — Кажется, они живут где-то рядом с владениями Минервины?

— Давай, пристрой эту с-собаку на цепь и в надежную клетку, — пригладила лапкой усы Норрис, — и я расскажу тебе эту историю.

— Давай лучше прибьем его, — Урфин встряхнул Сириошку, — надежнее будет. Дракон явно с ним знаком.

— Э, нет, он нам нужен будет, — возразила Норрис. — Кубок сработал и тут же появился пес Поттера? Это не совпадение, о нет, и ты же слышал, стражи Азкабана обвиняли Сириошку в убийстве!

Урфин понял, что окончательно перестал что-то понимать, но последовал указаниям кошки, так как она разбиралась в этих магических делах. Сажая Сириошку на цепь, Урфин подумал, что было бы неплохо и дракона на нее посадить, чтобы не сбежал и не встретился с псом, но как его потом контролировать? Пока что он ловко задурил слепому дракону его куриные мозги, притворившись несчастным изгнанником и борцом за справедливость, который пытался защитить живых, но его изгнали злые и продажные правители, которых подговорил Рон якобы Мудрый.

* * *

— Гоблины собрали огромные сокровища, и вырыли для них еще более огромные пещеры, призвали дементоров, чтобы те защищали все накопленное от магов. Дементоры подчинили себе живых и их драконов и всяких там шестилапых зверей, отобрали сокровища и сами стали королями, — промяукала Норрис. — Королями Азкабана, которые еще недавно штурмовали Хогвартс. Многие зарились на их сокровища и пытались украсть, образовалось целое поселение мародеров, наверху, в окрестностях Азкабана.

— И они создали кубок? — уточнил Урфин.

— Кубок создал кто-то другой, — Норрис задумчиво посмотрела в сторону клетки, где валялся Сириошка. — И создал он его, чтобы повелевать всеми мародерами, но что-то пошло не так. Признаться честно, я не знаю всей истории, только то, что обнаружил Гриндевальд, когда Рита случайно наткнулась на кубок в пещерах. Он долго изучал его, понял предназначение, но так и не смог активировать, хотя очень хотел.

— Зачем это ему? Он же и так был злым магом?

— Армия, — повела лапкой Норрис, — армия мародеров, которая слепо пойдет за тем, у кого в руках кубок. С такой армией он смог бы взять Хогвартс и покончить с Дамблдором, а может даже и с добрыми феями Минервиной и Фламеллой, кто знает?

— Погоди, — нахмурился Филч. — Мародеры живут в долине рядом с владениями Минервины, которая за ними присматривает.

— Однажды все мародеры вдруг просто потеряли память, снялись с места и откочевали в ту долину, где и живут, не зная ни огня, ни всего остального. Что-то глубинное в них сохранилось, они постоянно воруют друг у друга, и хвастаются накопленным, но больше не пытаются вернуться в Азкабан за его сокровищами. Ничего не напоминает? Припомни слухи о королях — дементорах и усыпляющей воде источника Патронуса!

Глаза Урфина округлились.

— Словно кто-то зажег кубок и завел их к источнику, а потом отправил прочь, — кивнула Норрис и несколько раз провела лапкой по мордочке. — А затем кубок выбросил нам вот этого Сириошку, который по слухам тоже потерял память, вот так вот.

Голова Филча раскалилась от мыслей, и он даже пожалел на мгновение, что у него нет трех килограмм отборных мозгов, подаренных Дамблдором Рону Мудрому.

— Нам нужно как следует расспросить собаку, — решил он, — а также собрать информацию об этих мародерах. Рита! Лети сюда, есть для тебя работенка!

* * *

Шли дни, наполненные работой и разговорами. Урфин забросил раскопки Нурменгарда, посвящая все время дракону и внушению ему, что надо слушаться только самого Филча, который якобы благородный борец за права всех живых, не хуже Гарри Поттера.

— В Хогвартсе есть особые заклинания, позволяющие подчинять и убивать, — невзначай заметила Норрис. — Но они спрятаны в особой запретной секции, куда имел доступ только Дамблдор, а теперь Рон Мудрый. Впрочем, кроме этих непростительных заклинаний есть и другие, позволяющие смутить разум и внушить, что все не так, как кажется.

— Я не маг, — нахмурился Филч.

В эти дни он хмурился еще сильнее обычного. Сириошка молчал и не выдавал "тайны кубка", так как просто забыл о ней, как и всей предыдущей жизни. Донесения Риты выходили такими многословными, что Урфину не хватало времени читать их целиком. Дракон вроде соглашался, что продажные правители у власти плохо, но никак не хотел верить в подлость и злобу Рона Мудрого и, уж тем более, Гарри Поттера.

— Дамблдор тоже им не был, — усмехнулась в усы Норрис. — Ловко водил всех за нос, нахватался разного у той же Минервины, да и у вечно юной Фламеллы, и успешно заменял магию всякими волшебными предметами. Я поищу еще в замке, где-то у Гриндевальда был жезл Конфундуса, а также кольцо Конъюнктивитуса, тебе же не нужно, чтобы дракон прозрел?

Филч молча засопел.

— В общем, нам нужно взять Хогвартс, — продолжила Норрис, — а потом порыться в запасах Дамблдора.

— Но, чтобы взять Хогвартс, нам нужна армия и хитрость. Помнишь, что было в прошлый раз? А теперь Рон, говорят, затеял еще что-то!

— Тем более, надо поторопиться, — отмахнулась кошка.

Филч торопился, как мог, но, конечно, не смог заставить снова летать карету Гриндевальда. Впрочем, он придумал вещь не хуже, привязать ее к дракону, будет выглядеть, словно летит.

— Еще бы летающих лошадей сюда, — добавила Норрис, — но они все разлетелись.

— Все равно я не смог бы их подчинить, — проворчал Урфин в ответ.

Несмотря на все его ворчание и злобу, дело двигалось и донесения Риты убедили Филча, что он сможет подчинить себе мародеров, хотя бы на время, даже без силы кубка. Жили мародеры бедно, потому что все время воровали друг у друга, забыв о том, что вокруг есть огромный мир, где можно взять чужое. Строили какие-то шалаши и разваливающиеся, скрипящие, визжащие от любого движения хижины, и затем дрались за них и убивали. Собирали всякое в лесах, и представляли собой, по сути, банду дикарей, довольствующихся тем, что есть, так как они не знали ничего иного.

А затем Норрис нашла то, что искала.

— Направь артефакт и выкрикни фразу-активацию, только не перепутай, вначале кольцо, потом жезл!

— Хорошо, — проворчал Филч.

Он ослепил Ойххо, который застонал и забился на цепи, но тут же получил заряд злой магии из жезла и завертел головой, не понимая, что происходит. Жезл Конфундуса, к огромному сожалению Урфина, сломался, но отказываться от плана он не стал и убедил дракона, что его ослепил Рон Мудрый, по приказу Гарри Поттера. На всякий случай Филч нацепил дракону плотную повязку на глаза, убедив, что всегда так было.

— Вперед! Пришла пора возмездия и справедливости! — пафосно провозгласил Урфин, после того как получил донесения Риты, что "общественное мнение мародеров" подготовлено.

Попросту говора, она летала и трубно вещала повсюду, что в ночи с небес явится огненный бог.

— Вперед! — прорычал Ойххо, выдыхая струю огня.

Филч уже установил, что кубок от такого активируется на пару секунд, но не больше. Никаких новых псов больше не вывалилось из воздуха, сами мародеры не спешили сниматься с места и идти на зов кубка, поэтому Урфину предстояло прийти к ним.

В карету (без колес), привязанную позади Ойххо, забросили припасы и связанного Сириошку, после чего дракон взлетел и устремился к долине мародеров, рассчитав время так, чтобы прибыть в ночи. В кубок Урфин заранее накрошил веток и налил масла, и при подлете поджег эту смесь, втайне надеясь, что сработает.

Увы, кубок даже не подумал активироваться, но зрелище все равно произвело на мародеров неизгладимое впечатление. Огромный дракон, выдыхающий струю огня, Урфин с пылающим кубком в руке, стоящий на летающей карете, мародеры падали и поклонялись "огненному богу", сошедшему с небес. Самые недоверчивые, глупые и хитрые, под видом поклоном, попытались ограбить и разобрать на части карету и даже отодрать пару чешуек с хвоста дракона, но тут же упали на землю, схватившись за глаза и крича о том, что они ослепли.

Кольцо развалилось, и миссис Норрис с сожалеющим мявом отбросила половинки в стороны.

* * *

На следующее утро Урфин собрал мародеров и объявил им громко.

— Те, кто пойдет за мной, получат все, о чем мечтают! Назад дороги не будет, только вперед, к славе и богатствам Хогвартса! Напишите свое имя на бумажке и бросьте в этот священный кубок, скрепляя контракт!

Возникла заминка, мародеры не умели писать, забыли, наряду с кучей остальных вещей, но опять выручила Рита.

— Имя! — требовала она и мародер называл его.

Зачарованный артефакт выводил пафосные строчки по свитку, и его бросали в кубок. Вскоре тот заполнился доверху, и тут Урфина осенило:

— Ойххо! Дыхни огнем!

Струя ударила в кубок, и голубое пламя в мгновение ока пожрало свитки без следа, а мародеры вдруг словно выпрямились и уставились на Урфина чуть иначе. С готовностью следовать за ним и выполнять приказы.

— Из тебя вышел бы неплохой маг, — промяукала Норрисовонаиэль, — не хуже Дамблдора.

— За мной! — скомандовал Урфин всем, кто бросил свои имена в кубок. — На Хогвартс!

У них не было оружия, но всегда можно было наломать дубин в Запретном лесу и подобрать камней, к тому же у Филча родился новый хитрый план, как обойтись без долгой и кровопролитной осады. Пока что мародеры слушались его, но долго ли это продлится, кто знает?

— На Хогвартс! — взревели мародеры, потрясая грязными руками и живая река хлынула к выходу из долины.

* * *

Пока Урфин находился в бегах, рылся в развалинах Нурменгарда, лечил дракона Клювокрыла и строил планы завоевания всего острова, в Хогвартсе продолжалась своя жизнь. После того, как короли-дементоры навсегда уснули в источнике Патронуса, а Гарри Поттер вернулся к себе домой, Рон Мудрый обратился к друзьям: Гермионе и Невиллу.

— Еще немного и Хогвартс оказался бы уничтожен. Нужно принять меры и повысить обороноспособность.

— Укрепить стены? — усомнилась железная Гермиона.

— Нужно создать свою армию и нападать первыми! — пылко воскликнул отважный Невилл и тут же смутился. — Но так поступают злые маги.

— Мы сделаем преграду, которую не уничтожить когтями, — высказался Рон. — Окружим Хогвартс рвом и пустим в него воду из озера. Каменные големы помогут в этом.

— Мы поможем! — радостно заверил генерал големов Люц Мифот.

Изменение выражения лица на дружелюбное сделало каменных големов добрыми.

— Короли — дементоры пришли из подземелий, — продолжал размышлять Рон, — и они привыкли рыть и копать. Даже если бы у нас был ров, они смогли бы подрыться под него и отвести воду в сторону. Нам нужна еще защита, такая, которую сможешь создать только ты, Невилл! Живая изгородь, защищающая Хогвартс снизу!

— У них были драконы, — заметила Гермиона.

— Драконы умеют летать, — согласился Рон, — о защите сверху мы подумаем после того, как доделаем ров и живой лабиринт внизу.

Работа закипела, и первым со своей частью закончил Невилл. Система зеркал передавала свет в подземелья, где буйно разрослись различные растения из Запретного Леса, в котором отбивал отважный Невилл. Вместе с ним ушла и железная Гермиона, ее ждали подданные — эльфы и профилактика сердца — пламенного мотора.

Каменные големы начали рыть ров, горожане прославляли Рона Мудрого, жизнь продолжалась.

— Что случилось? — спросил Рон в один из дней, услышав шум снаружи. — Обвалилась часть рва?

— Нет, там дракон! Дракон свалился с небес! Это Клювокрыл!

Вместе с драконом прилетел Урфин (и за пазухой миссис Норрис), весь перепачканный кровью. Вокруг дракона уже хлопотал хранитель ворот Хагрид, уверяя, что все будет в порядке и он лично займется лечением. Помимо своей внешности и охраны ворот и ключей Хогвартса, Рубеус Хагрид любил только одну вещь — драконов, и Урфин, по совету кошки, решил воспользоваться этой его слабостью.

— Армия..., — прохрипел Урфин, делая вид, что он при смерти. — Армия мародеров идет сюда!

Она и в самом деле шла, пусть и не чеканя шаг, зато разворовывая все на своем пути. Деревья лишались плодов и веток, дома — вещей, жители — одежды. Мародеры тащили все за собой и на себе, и с каждым днем двигались все медленнее, что было, впрочем, только на руку Филчу.

— Какая еще армия? — изумился Рон Мудрый.

— Они... они вспомнили, — сообщил Урфин. — Забвение источника Патронуса спало, и теперь некому их остановить!

— Как это некому, когда есть мы?! — воскликнул Рон. — Немедленно пошлите весточку Гермионе и Невиллу! Мобилизуйте снова войска, заодно проверим, улучшили они свои навыки или нет! Выдать големам каменные дубины!

— Они же не смогут ими драться, — заметил кто-то из придворных, — слишком добрые.

— Ну и что, голем с дубиной — это все равно голем с дубиной, — заметил Мудрый.

Уже вскоре армия выдвинулась из Хогвартса, а Урфин в ночи приступил к осуществлению следующей части своего замысла. Хагрида, который явился ухаживать за Ойххо, оглушил сам дракон и затем взлетел и вернулся с каретой, полной мародеров.

— Вы что, дебилы? — искренне спросил Урфин.

Каждый мародер нацепил на себя минимум одну шубу и сейчас это меховое воинство лезло из кареты, где могло бы поместиться вдвое, а то и втрое больше живых. Каждый тут же получал дубинку — посох со складов, Дамблдор создавала запасы и теперь они пригодились.

— Нет, мы — мародеры! — последовал горделивый ответ.

— Бросьте эти шубы!

— Нет!

Урфин покосился на миссис Норрис, сверкавшую глазами в темноте, и кошка едва заметно покачала головой. Вот и первое неповиновение, подумал Филч и понял, что ему придется отступиться. Пока отступиться, но потом, когда он подчинит всех себе с помощью кубка!

— Ладно, может они смягчат удары по вашим тупым задницам, заменяющим вам головы, — проворчал Урфин.

Но ударов не случилось, основная часть армии ушла навстречу армии мародеров, которая по слухам двигалась через Запретный лес, чтобы разобраться с Отважным Невиллом. Рон Мудрый поспешил туда и никого не нашел, и вернулся ни с чем в Хогвартс, где его уже ждали с распростертыми объятиями и открытыми воротами. Жук Рита, шнырявшая повсюду, заранее предупредила Урфина о приближении Рона к Хогвартсу.

Даже связанный Хагрид стоял на стене, подпираемый сразу двадцатью мародерами, которые еле справлялись.

— Хватай его! — завизжал Филч, едва Рон вошел в ворота. — Хватайте этого нарушителя порядка!

Ойххо дыхнул огнем, отсекая путь к отступлению и минуту спустя все закончилось. Пока Рон искал армию на дорогах, Урфин перетащил ее в Хогвартс по воздуху и устроил засаду. Никто из горожан не смел и носа из дома показать, не говоря уже о том, чтобы предупредить Мудрого. Тех, кто пытался хоть как-то подать весточку, сразу замечала Рита и тут же подавала сигнал ближайшему патрулю мародеров, горожан хватали и тащили в темницы.

— Теперь я — правитель Хогвартса! — громогласно заявил Урфин Филч, ставя ногу на связанного Рона. — Ну же, восхваляйте меня!

Когда волна славословий закончилась, Урфин спросил:

— Где мои големы?

— Они больше не твои, Филч, они теперь часть Хогвартса, а Изумрудный Хогвартс никогда не будет твоим!

— Это мы еще посмотрим, — зло оскалился Урфин. — В башню его!

Охранять Рона поставили Ойххо, уверенного в многочисленных преступлениях "подлого Рона". Прибывшую на помощь Гермиону схватили, одолели, также навалившись толпой, и затем сбросили в озеро, чтобы она заржавела там насмерть. Войско мародеров напало на Запретный лес, но не продвинулось далеко и не добралось до Невилла, впрочем, и он, в свою очередь, не мог покинуть пределы своих владений.

Повсюду рыскали мародеры, грабили, тащили в Хогвартс, заставляли трудиться эльфов, подданных Гермионы, и насмехались над ними, мол, удел новых слуг — работать вечно и бесплатно. Рита неутомимо разведывала и разнюхивала круглосуточно, сообщая о всех, кто решил дать отпор мародерам.

Повсюду жители волшебного острова плакали и стонали, но их ограбление было мелочью.

— Веди нас! — требовали мародеры. — Веди нас на гоблинов!

— Веди нас на добрых фей, у них полно сокровищ!

— Мы должны уничтожить подземников, предавших нас в прошлом!

Требования становились все настойчивее, от былого почитания бога — Филча не осталось и следа. Да, они еще слушались его, но при этом и требовали, сомневались, грабили даже тех, кто вроде бы выступал за Урфина (о чем тоже докладывала Рита). Несколько человек, из числа тех, кто служил ему раньше, во время первого захвата Хогвартса и потом прощенных Роном Мудрым, снова поклонились Урфину и назвали его правителем, но.

— Повелитель, ваши мародеры покушались на мой особняк!

— Повелитель, ваши мародеры разрушают отданный мне Хогсмид!

— Повелитель!

Урфин смотрел мрачно, не зная, что и сказать, и мысленно жалел о прежних верных каменных големах. Увы, вернуть их не удалось, Рон Мудрый перед возвращением в Изумрудный Хогвартс расставил големов на перекрестках дорог, присматривать, не идут ли враги. Когда посланные Урфином мародеры добрались до перекрестков, то обнаружили, что всех големов увела к себе добрая фея Минервина, и Филч не рискнул с ней ссориться.

Войска мародеров покорили Эльфляндию, грабили йансов, но не сумели добраться до сокровищ гоблинов. Король гоблинов Флитвик дал решительный отпор и объединился с подземниками из Азкабана, вышедшими на поверхность, и те сражались отважно, крича, что не дадут больше высасывать из себя соки и души. Войско Урфина оказалось разбито и бежало прочь, грабя по дороге всех, кто попадался.

* * *

— Братья эльфы! — размахивал огромным ножом Добби. — Вспомните, чему нас учила правительница Гермиона!

— Сердце важнее всего! — воинственно заорали обычно мирные эльфы.

Все они были в грязных тряпках, заменяющих одежду, которую отобрали мародеры. Черными тенями они мелькали там и сям, высматривая все, что плохо лежит и несколько из них даже сунулись в замок Волдеморта, где и погибли, на время отпугнув остальных.

— Сердце и свобода! — провозгласил Добби. — Сегодня мы вернем себе свободу!

— Но мы не умеем сражаться!

— Зато мы отлично делаем все остальное! Чего хотят эти грабители?

— Добычи!

— Наших вещей и денег, и рабского труда на них!

— Сегодня мы объединимся! — кричал Добби. — Мы создадим ГАВНЭ!

— Что?

— Гермиона Аплодирует Восстанию Независимых Эльфов! ГАВНЭ!

— ГАВНЭ!!! — дружно заорали эльфы и работа закипела.

Мародеры попадались в ловушки, падали и разбивались, пытались добраться до сокровищ Волдеморта и пропадали там бесследно. Винсент Крэбб, посланный править Эльфляндией, вдруг обнаружил, что у него не хватает мародеров и слал запросы в Хогвартс, с просьбой отправить подкрепления.

* * *

— Что это за власть такая, — ворчал Урфин, глядя на Изумрудный Хогвартс, ставший просто Хогвартсом.

Все изумруды мародеры уже вытащили и успели неоднократно подраться за них. Из безликой массы выделились командиры, те, кто награбил больше других, и хотел еще, Филч посылал их на завоевания, но увы. Умение грабить не означало умения воевать.

— Какая вышла, — промурлыкала появившаяся Норрис.

— Ты знаешь, что они собираются меня свергнуть? — возмущенно спросил Урфин.

Рита сновала повсюду, подслушивала, записывала, доносила. Филч приспособил ее зачарованное перо писать в газету статьи, восхваляющие новую власть и ругающие Дамблдора, и часть горожан даже верила им. По крайней мере, пока до них не добирались мародеры с грабежом.

— За что?

— За то, что мало граблю! Мол, во главе должен стоять самый главный мародер!

— Так покажи им пример, — безразлично отозвалась Норрис, — или напомни, что ты украл целый Хогвартс и две страны!

Урфин повеселел, но кошка еще не закончила.

— Я нашла то, что искала.

— Так идем быстрее! Чего ты молчала?

— Не мешала тебе наслаждаться властью и обдумыванием зловещих планов, это важная часть жизни злого мага!

Урфин чуть не сплюнул, поспешил вслед за Норрис, которая привела его... к еще одному кубку.

— Ты издеваешься?

— Нет, это думосброс, я читала о нем в книгах Гриндевальда. Вода в нем особая, из источника Патронуса, но заколдованная и удерживаемая особой магией. Дамблдор где-то его нашел или украл, неважно, главное, что он действует и теперь мы сможем узнать секреты кубка Мародеров! А если будет сопротивляться, то подчиним его и внушим, что он всегда был на нашей стороне!

Сириошка так и остался пленником, и содержался в особой клетке, за которой тщательно присматривали. Рвался на свободу, пытался проскочить между прутьев и только застревал зря.

— Подчинение — это хорошо, первым делом надо еще раз подчинить Ойххо, на всякий случай! — веско высказался Урфин и тут же спохватился. — Погоди, так Сириошка же и не помнит ничего?

— В этом особая прелесть думосброса, он может восстанавливать даже стертые воспоминания!

Сириошку в собачьих кандалах притащили и затем, по указанию Норрис, сунули прямо в зачарованную воду внутри думосброса. Держали, пока собака не перестала дергаться, вытащили, дали отдышаться и снова сунули. Урфин смотрел с нетерпением, затем начал хмуриться, постукивать ногой.

— Он потерял воспоминания уже давно, нужно время, — заметила Норрис.

Сработало только с пятого или шестого раза, вода в думосбросе забурлила, начала меняться, показывая сцены из жизни Сириошки, и Урфин невольно наклонился ближе, стараясь не упустить ничего. Какие-то люди, и сам Сириошка был человеком, аристократом из подземелья, который служил одному из королей — дементоров.

— Постой, тут же все вперемешку!

— Что удалось восстановить, — развела лапками Норрис. — Радуйся, что хоть это есть.

— Чему тут радоваться?! — возмутился Филч.

Но от кубка не отошел, продолжил просмотр. Мелькания лиц, коридоров, одни и те же люди, которые вместе творили... кубок мародеров!

— Мы заманим их сюда, и уничтожим, — звучал голос.

— Нет, их слишком много. Заманим и лишим памяти, а потом отдадим нашему королю.

— Отличный план!

Еще какие-то бытовые сцены и вдруг шерсть на спине Норрис встала дыбом.

— Волдеморт!

— Что? — вскинулся Филч.

Волдеморт и Гриндевальд не особо ладили друг с другом и не ходили в гости. Внутри думосброса разыгрывалась трагедия, Волдеморт убил друзей Сириошки, пытаясь завладеть кубком. Сириошка — человек бежал прочь, прямо к источнику Патронуса и Урфин на пару с кошкой наконец узрели, как именно нужно активировать кубок.

— Щепотка пыльцы фей, корень смешливой мандрагоры, ус трусливого льва и напоследок пламя дракона, понятно, — пригладила усы кошка.

— Мы можем все это достать?

— Конечно, просто пошли своих мародеров, они принесут, труднее всего будет с дракучими ивами, окружающими остров Статута, но нам же не жалко этих грабителей?

Сириошка тяжело дышал, затем заскулил и задергал лапами.

— Зачем? Зачем вы это сделали?! А, воспоминания!!

Он скреб лапами, будто пытался вычесать вернувшиеся воспоминания из головы, и кошка ухмыльнулась злорадно.

— Избавимся от него? — предложил Урфин.

— Нет, он нам еще пригодится, вдруг вспомнит что-то полезное про Волдеморта.

— Его же убил Гарри Поттер!

— Но до этого он приходил к этой с-собаке, когда та еще была человеком, — указал Норрис. — Да и Рона Мудрого не мешало бы окунуть в думосброс, вдруг что ценного вспомнит? Не своего, а того, что оставил ему Дамблдор?

Приказы были разосланы, и мародеры ринулись грабить, мгновенно собрали все необходимое и Норрис приступила к ритуалу: она командовала, но не делала, потому что нее лапки, и Урфин выполнял практическую часть, а потом Ойххо дыхнул огнем.

В этот раз все сработало и кубок окутался голубым пламенем, которое не гасло, вот только.

— Он так и должен дрожать и вибрировать? — озадаченно спросил Урфин.

— Я откуда знаю? — зло огрызнулась Норрис.

Из кубка вылетело несколько обгорелых свитков, один из мародеров, стоявших на страже, вдруг упал и рассыпался в прах.

— Что-то точно пошло не так, — процедила сквозь зубы Норрис.

— Что? — закричал Урфин, пытаясь перекричать начинающийся вокруг ураган.

— Не знаю и не собираюсь! Нужно прервать ритуал!

Урфин выпучил глаза, уставился на охваченный пламенем кубок, протянул боязливо руку и тут же отдернул.

Пуф!

Что-то промелькнуло в воздухе, вроде карты, влетело в кубок и тут же взорвалось кучей обгорелых клочков. Волна пламени прошлась по Урфину, но не сожгла, охватила мягким теплом, и мародеры вокруг начали падать на колени. Молчаливая готовность служить и повиноваться, Филч ощущал ее и вскинул горделиво голову, ноздри раздувались от предвкушения настоящей власти.

— Сработало, как положено, — проворчала Норрис.

— А что это было?

— Какая разница? Они же готовы слушаться тебя?

— Да! Теперь я сделаю из них настоящую армию! Все эти бессмысленные грабежи прекратятся, и я завоюю подземников, а потом доберусь до развалин замка Волдеморта! Весь остров Статута будет моим! Теперь я воистину их огненный бог!

— Точно, — ворчливо согласилась Норрис, глядя на кубок, объятый синим пламенем. — Не забывай только, что однажды кубок уже зажигали и успешно погасили.

— Его надо хорошенько стеречь! — всполошился Урфин. — Эту собаку допросить еще раз, пусть расскажет обо всем! Допрашивать постоянно, пока не расскажет! Пытать и подчинять!

— Люблю допрашивать собак, — оскалилась Норрис. — А кубок лучше спрятать туда, где до него никто не доберется, например, в лабиринт под Хогвартсом.

— И усилить там охрану! — радостно подхватил Филч, потирая руки. — Вот теперь начинается настоящая история, и никто не сможет мне помешать!

* * *

В это же время, где-то в Великобритании, Гарри Поттер выполнял домашнюю работу, продолжая размышлять, куда же делся Сириошка? Впору было заподозрить еще один визит "Ночного Рыцаря" с острова Статута, но ведь короли-дементоры были побеждены и усыплены. Что же тогда? Гарри тревожился, ведь Сириошка не появлялся уже столько дней!

— Что ты там возишься? — донесся сердитый голос. — Хватит мечтать!

— Да, дядя, — уныло согласился Гарри.

Он ощутил жжение в груди, боль от потери Сириошки и от того, что жизнь все никак не изменится. Жжение нарастало и Гарри вдруг понял, что это болит не внутри. Карта мародеров, которую он хранил и носил с собой всегда, неожиданно раскалилась, и Гарри торопливо полез ее вытаскивать, но не успел.

Неведомая сила подняла его в воздух и с гигантской скоростью потащила прочь.

— Ой, — вначале пискнул Гарри.

— Ура! — добавил он минуту спустя, сообразив, что его несет на остров Статута.

Вокруг мелькали облака, карта мародеров жгла все сильнее, Гарри пытался удержать ее, восклицая:

— Не убегай! Держись!

Но это помогало слабо, карта раскалялась все сильнее. Без нее ему не попасть на остров Статута, но не гореть же теперь заживо? Гарри не мог выбрать, но судьба решила за него, ветка одной из Дракучих ив, охранявших остров Статута, задела Поттера и надорвала рубашку.

Карта выпорхнула и умчалась вдаль, а Гарри полетел вниз.

— Так что, призывали не меня? — успел огорчиться он.

Он влетел в какие-то заросли, ткнул ножницами наугад и затормозил падение, едва не сломав себе руки.

— Но, возможно, здесь мне помогут найти, куда же делся Сириошка, — утешился он.

Поднялся, отряхнулся и оглянулся, пытаясь понять, куда же его занесло. Долго ломать голову не пришлось, Гарри услышал вдалеке знакомые возгласы и пошел туда.

— Йа, йа, йа, — плакали голые йансы.

— Что случилось? — удивился и встревожился Гарри Поттер. — Кто вас ограбил?

Преступники на волшебном острове Статута? Откуда? Может, они и похитили Сириошку? Йансы уставились на него, даже плакать перестали, вместо этого вертели головами и переглядывались?

— Гарри?

— Гарри Поттер?

— Гарри Поттер и его волшебные ножницы?

— Гарри Поттер!

— Йа, йа, йа, Гарри Поттер! — загремело вокруг.

Они закружились было вокруг, но Гарри попросил их одеться и йансы снова расплакались. Так Гарри узнал о мародерах и что те забрали все, даже одежду, и повыгоняли йансов из домов. Возглавлял их Грегори Гойл, один из придворных Рона Мудрого и тут Гарри узнал вторую часть, что Изумрудным Хогвартсом снова правит Урфин Филч.

— Ах ты! — задохнулся от гнева Гарри Поттер. — Но что я могу один?

— У вас волшебные ножницы!

— Гарри Поттер одолел злых магов!

— И Урфина Филча!

— Каменные големы снова подчиняются ему?

— Нет, — раздался ласковый и добродушный голос. — Я забрала их к себе.

— Минервина! — воскликнул Гарри и смутился.

— Да, это снова я, — улыбнулась та, словно не заметив его фамильярности.

Добрая бабушка, а не могущественная фея, и в то же время, она была слишком доброй, чтобы нападать первой, это Гарри уже понял.

— Я должен помочь Изумрудному Хогвартсу! — воскликнул Гарри. — Если бы со мной были верные друзья! И Сириошка!

— Посмотрим, что тут можно сделать, — Минервина достала огромную книгу волшебных пророчеств Трелони и страницы зашуршали сами по себе. — Как странно.

— Что?

— Помнишь предсказание, которое дала тебе книга три года назад?

— Да! Конечно! — вскричал Гарри.

Помочь трем магам и тогда правитель Изумрудного Хогвартса Дамблдор вернет его на родину.

— Сейчас она говорит почти то же самое, что тогда. Тебе надо идти в Хогвартс и пройти три испытания, спасая своих друзей, и там ты найдешь Сириошку и способ победить Урфина Филча.

— А как он получил власть над такой огромной армией?

Минервина лишь улыбнулась в ответ и исчезла вместе с книгой.

— Йа, йа, йа, Гарри Поттер, — загомонили йансы.

— Вы же не можете всерьез полагаться на меня? — усомнился Гарри. — Знаете что? Вот вам ножницы!

Он насильно впихнул в руки ближайшего йанса свои садовые ножницы и житель острова потерял сознание от счастья. Гарри не стал говорить, что ножницы не волшебные и точно не те, которыми он в свое время "победил" Гриндевальда, все равно не поверили бы.

— Соберитесь вместе и прогоните мародеров! — приказал Гарри и пошел к Хогвартсу.

— Йа, йа, йа! — гремел за его спиной воинственный клич.

Затем его догнали и с почтительными поклонами отдали "волшебные ножницы", мол, они нужнее Гарри Поттеру, и горячо заверили, что они воодушевились и будут сражаться, помня об этом подарке. После чего резко умчались вдаль, оглашая воздух воплями "Йа!", только теперь не жалобными, а воинственными.

С таким настроем точно справятся, решил Гарри, потом почесал в затылке и пришел к выводу, что не надо ничего додумывать. Дорога, вымощенная желтым кирпичом, ведет к Хогвартсу, по дороге Запретный Лес, в котором обитал Отважный Невилл. Возможно, Филч схватил и его, как Рона и Гермиону, но подданные Невилла должны были уцелеть, верно?

Успокаивая себя такими мыслями и тревожась, Гарри зашагал по дороге и тут же понял свою ошибку.

Мародеры были повсюду, они сновали, кишели, вынюхивали и искали, чем и кем поживиться. Дороги и тропинки перегораживали шлагбаумы, мародеры кидались на малейший звук и, размахивая полосатыми дубинками, требовали остановиться, иначе будет плохо.

Тех, кто останавливался, тут же лишали вещей и отправляли прочь, предлагая принести еще.

— Мне не помешала бы мантия-невидимка, — признал Гарри. — Эх, вот где пригодился бы Сириошка, да и карта мародеров не помешала бы! Сразу бы показала и Хогвартс, и где посты стоят, и все остальное.

Он подумал еще и додумался до вполне очевидной вещи: пророчество говорило ему идти в Хогвартс, но не говорило, что надо идти по дороге и уж тем более попадаться врагам. С этими мыслями Гарри решительно свернул в сторону и поспешил к Запретному лесу.

Дорога выдалась нелегкой, так как Гарри никогда, в общем, не учился ходить по лесу. По дороге ему попадались всякие странности, воинственные лисицы, ведущие себя как люди, орлы, неспособные поделить голую скалу, а как-то раз Гарри набрел на дерево, плодоносящее мясом кроликов, и долго сомневался, стоит ли есть такое. Несколько раз он едва не попался мародерам, но вовремя ускользал или прятался.

Под конец он уже не совсем понимал, куда идет, пошатывался и взмахивал руками, не соображая, что добрался до Запретного Леса. Добрался и вышел, и наткнулся бы на мародеров, но подоспели подданные отважного Невилла и привели его к своему повелителю.

* * *

— Меня спасло только то, что я быстро вырастил лабиринт и покинул Хогвартс до того, как туда вернулся Филч с армией мародеров, — печально закончил свой рассказ Невилл. — Когда Рон прислал весточку, я попытался было вернуться и спасти друзей, но едва не попал в ловушку. Огромная армия мародеров попыталась захватить Запретный Лес, нам удалось отбиться от них и выкинуть прочь, но теперь они повсюду, мимо них не пройти незамеченными. После прошлого поражения они пока опасаются входить в Запретный лес, но с каждым днем наглеют все сильнее и кое-где даже срубили несколько деревьев на опушке. Пока они просто пугают огнем обитателей Запретного леса, но вскоре додумаются его поджечь, когда приказы Урфина пересилят в них жадность.

— Жадность?

— Ну да, они хотят ограбить весь лес, сорвать все фрукты и ягоды, вырубить деревья, и так далее.

— Я вначале подумал, что тебя не надо спасать, но теперь вижу, что пророчество не ошибалось, — задумчиво заметил Гарри.

— Спасать надо Гермиону и Рона, я что, отсижусь в лесу, — смутился Невилл.

— Собирай армию, — почти приказал ему Гарри. — Ты не знаешь, но йансы уже подняли восстание, а эльфы так и вовсе выбросили захватчиков прочь. Их ГАВНЭ набирает силу с каждым днем, как я слышал, и подземники с гоблинами тоже не дали себя ограбить. Собирайтесь вместе, а я пока попробую спасти Гермиону. И Рона, конечно, но Гермиону первой, к счастью, ей не нужно дышать.

— Я думал о том, как спасти ее, и вот, — Невилл протянул Гарри комок чего-то склизкого на вид. — Это жабросли, проглоти их и на некоторое время ты уподобишься рыбам и сможешь дышать под водой. Берегись обитателей озера, Урфин наверняка договорился с ними!

— Я считал, что Дамблдор подписал с ними мир, — нахмурился Поттер.

— Дамблдор — да, но мародеры вроде принялись сыпать весь мусор в озеро, и озерные жители уступили. Так я слышал, но не знаю, правда или нет.

— Нам серьезно не хватает разведки, — еще сильнее нахмурился Гарри.

— Я попрошу о помощи своих подданных, — вздохнул Невилл, — но сам понимаешь.

— Я понимаю, — кивнул Гарри и отправился в путь.

Воспоминания о первом походе в Хогвартс поджидали его на каждом шагу, и одно из них вдруг словно стукнуло Гарри по голове. Роща метловых деревьев! Разграбленная, голая, наполовину вырубленная, и Гарри вдруг ощутил, что именно сейчас ему бы пригодилась метла. Быстрее добраться до Хогвартса, не сталкиваясь с патрулями и шлагбаумами мародеров.

— Ах ты, бедняжка, — вырвалось у него, когда он заметил уцелевшую метлу.

Избитую, ободранную, прячущуюся в листве, но все же метлу.

— Цыпа, цыпа, — заговорил Гарри и осекся. — Как подзывают метлы?

— Акцио, — прочирикал воробей неподалеку. — Поторопись, сюда идут мародеры!

— Акцио, Акцио, — заворковал Гарри, приближаясь к метле. — Я не обижу тебя, отполирую тебе рукоять, привяжу лучшие веточки, будешь как новая!

Метла выглянула настороженно, Гарри приближался, перемежая Акцио с уговорами и все же добился своего. Метла далась ему в руки, и он бежал с ней прочь, пока не заметили мародеры. Долго гладил метлу, жаловался ей на то, что случилось с друзьями, привязывал и расчесывал прутики, парочку сгнивших отстриг ножницами, и уже на следующее утро метла выглядела вполне здоровой и даже немного довольной жизнью.

— Да ты, как Сириошка, тоже хочешь поиграть! — рассмеялся Гарри, когда метла сама ткнулась ему в руку.

Они взлетели, и Гарри добавил:

— Обязательно надо будет посадить еще пару рощиц, когда все закончится, а то останется Хогвартс без метел, непорядок.

Метла словно услышала его, помчалась быстрее, прямиком к Хогвартсу, и Гарри задумался, как вытаскивать Гермиону из воды? Она же тяжелая и железная!

— Что такое? — очнулся Гарри, когда метла дернулась. — Ого!

В лесу находилось несколько драконов, и они готовились напасть на целый отряд мародеров, пытающихся ограбить жителей подземелий. Гарри всмотрелся, но не увидел там ни Люпина, ни Тонкс, и вдруг сообразил, что лучше пока не показываться никому на глаза.

Узнает Филч, беда будет, и Гарри торопливо полетел дальше.

— О, смотри, это же Клювокрыл! — обрадовался Гарри, узрев еще одного дракона, к тому же знакомого.

Тут же нахмурился, так как выглядел Клювокрыл странно. С повязкой на глазах, на цепи, словно собака, только вместо будки башня. Впереди уже виднелись стены Изумрудного Хогвартса, правда, почему-то не зеленые, но Клювокрыл!

Гарри решительно повернул метлу и устремился к дракону, увидев, что в башне кто-то сидит. Взгляды Рона и Гарри встретились на мгновение, и Мудрый закричал громко:

— Эге-гей! Ура!

— Чему ты радуешься, подлый тиран? — выдохнул Клювокрыл, и Гарри окончательно уверился, что с драконом не все в порядке.

Ослепший, на цепи, сторожащий сокровища и пленников! Мало того, рядом с башней обитали мародеры, которые сейчас выглядывали, пытаясь понять, что происходит. Гарри тоже не отказался бы это узнать, с чего вдруг Рон раскричался, привлекая внимание, но тут же сообразил — привлекая внимание к себе! Чтобы никто не заметил самого Гарри и тот успел спрятаться.

— Скоро мы все будем на свободе! Я, Длиннобородый Хагрид и Дин Томас!

Гарри тут же вспомнил, что так звали главного военачальника Хогвартса.

— А знаешь, почему?

— Почему?

— Ты прозреешь, вспомнишь, кем был, и выпустишь нас на свободу!

Дракон захохотал гулко, выдыхая струи огня и клубы дыма, все заволокло и Гарри успел скрыться, до того, как его заметили.

Мелкого жука, который сорвался в сторону Хогвартса, Гарри, разумеется, не заметил.

* * *

— О великий и могучий! — влетела Рита в зал, где находился Урфин.

— Что такое? Я же сказал, меня не отвлекать! — зло отозвался Филч.

Живые вокруг восставали и начинали объединяться, а вроде бы ставшие послушными мародеры вели себя странно. Перестали спать, а кое-кто даже бросил грабить и целыми днями слонялся по Хогвартсу с пустым взором. Бредили наяву, видели то, чего не было и не замечали происходящего.

Ритуал с кубком явно прошел не так, и Урфин как раз собирался спуститься к нему (неподалеку от его дворца, с закрытого кладбища проложили отдельный вертикальный спуск прямо к Кубку), когда ворвалась Рита. Словно мало было проблем вокруг!

— Великий и могучий Гарри Поттер спустился с небес, щелкая окровавленными ножницами, он злобно хохотал и кричал, что не будет плакать, когда поразит всех, кто посмел ему мешать! — запищала Рита.

— Что? — остановился Филч.

— Да-да, все так и было, — закружилась Рита, — я сама видела и слышала!

То, что она видела и слышала, следовало делить на двадцать, это Урфин уже не понял. Но не могла же одна двадцатая Поттера спуститься с небес?

— Где?

— Я присматривала за Роном Мудрым, как вы и приказали...

Филч с рёвом вылетел из дворца, собирая по дороге всех, кто попадался на пути и все равно опоздал. Еще утром идея выселения Рона Мудрого, Хагрида и Дина Томаса за пределы Хогвартса, в башню неподалеку от Хогсмида, казалась ему очень разумной, меньше волнений среди горожан, но теперь Филч молчаливо ругал себя.

Башня стояла пустая, ни пленников, ни дракона, даже мародеры разбежались.

— Гарри Поттер!!! — взвыл Урфин, вскидывая руки к небесам. — Будь ты проклят, Гарри Поттер!!!

* * *

Пока Рита мчалась в Хогвартс с докладом, Гарри пролетел на метле незаметно и, спрятавшись за башней, оказался рядом с Роном.

— Гарри! — тихо воскликнул тот.

— Рон! Ты... явно не в порядке, — моргнул Гарри.

Рон похудел, смотрел ввалившимися глазами и выглядел очень виноватым.

— Я не предвидел предательства Урфина, — сказал Рон. — Мне жаль, что так все повернулось.

— Ничего, зато я снова здесь! — ответил Гарри и тут же понизил голос. — Вас надо освободить, только я не понял, что это с Клювокрылом?

— Какая-то злая магия, — ответил Рон.

— Злой тут только ты, подлый тиран, — раздался голос дракона. — И кто это с тобой?!

— Это же я, Гарри Поттер! Клювокрыл, неужели ты не помнишь, как вез меня домой?

— Я? Вез домой такого злодея? — изумился дракон. — И я не Клювокрыл, а Ойххо!

— Я знаю, что надо делать! — Гарри вдруг осенило идеей. — Эй, Ойххо, я прибыл спасти Рона Мудрого! Лови меня!

— Я поймаю тебя! — прорычал дракон.

Гарри слился с метлой воедино, крутил фигуры высшего пилотажа, делая вид, что хочет похитить Рона. Дракон ярился, стрелял огнем, бил лапами и хвостом, пытался дотянуться, но цепь мешала, и это еще больше злило Клювокрыла — Ойххо.

— Я уже почти спас его! Рон, хватай меня за руку!

Гарри сделали вид, что собирается схватить Рона и вытащить наружу, промчался под самым носом у дракона. Тот взъярился еще сильнее и случилось то, чего Гарри ожидал уже давно. Цепь лопнула, и дракон оказался на свободе, рванул вслед за Гарри, не замечая треска за спиной.

Цепь так хорошо прикрепили к башне, что теперь та развалилась, Рон, Хагрид и Дин оказались на свободе.

— Я те покажу, как меня с поста снимать! — рычал огромный Хагрид, гоняя мародеров, словно щенков.

Гарри хотел бы посмотреть и дальше, но дракон преследовал, и Поттер помчался выше.

— Я понимаю, тебе было плохо в том лесу, и никто не говорил тебе Акцио, — шептал он метле, слившись с ней воедино, — но сейчас надо взлететь как можно выше, чтобы спасти наших друзей и этого заколдованного дракона! Выше! Еще выше!

Воздуха не хватало, метла начала слабеть, но что-то внутри подсказывало Гарри нужно еще выше, и он умолял, взвывал и добился своего. Дракон тоже ослабел и потерял сознание, начал падать обратно. Гарри рассчитывал, что волшебный барьер вокруг острова закончится, но увы, впрочем, падение дракона натолкнуло его на новую идею.

— Вперед! — крикнул он, устремляясь вниз.

Налетел и сдернул повязку, едва не вывихнув руку, и закричал в ухо:

— Очнись! Очнись, Клювокрыл!

— А! — выдохнул тот струю огня и заревел громогласно. — Я вижу! Вижу!

— Ты и раньше мог видеть! Урфин обманул тебя и ослепил, но ты исцелился!

— Гарри Поттер, ты злой маг!

— Вспомни! Вспомни, кто ты! Ты — дракон Клювокрыл! Ты — повелитель небес! Ты мчал меня домой, а не сидел на цепи, как собачка Филча!

Дракон рухнул тяжело, доломав остатки башни (Гарри успел рассмотреть, что друзья спаслись), и этот удар помог ему.

— Я вспомнил! — зарычал он. — Подлый Филч! Он обманул меня и заколдовал!

Клювокрыл посадил всех себе на спину и устремился прочь от Хогвартса, но Гарри тут же встревожился.

— Надо спасти Гермиону!

— Надо спасать всех, — мрачно выдохнул Клювокрыл. — Я многого не слышал, но теперь понимаю, что Урфин как-то околдовал мародеров с помощью кубка, найденного в подземельях Нурменгарда!

— Кубок держат в лабиринте под Хогвартсом, — добавил Рон Мудрый. — Я слышал об этом, когда находился в заточении в самом городе.

— К Невиллу! — воскликнул Гарри, и дракон устремился туда.

* * *

Отважный Невилл горячо поприветствовал всех, выслушал рассказ и смутился, отвел взгляд.

— Я очень хорошо постарался там, Гарри, — сказал он. — Лабиринт постоянно меняется, переползает с места на место, стены давят и душат, я пытался сделать так, чтобы там не прошел враг, а теперь... может тебе не ходить туда?

— Надо добраться до кубка, — ответил Гарри. — Либо так, либо пробиваться через весь Хогвартс и армию мародеров, чтобы добраться до Филча во дворце, а потом искать потайной ход.

— Я только предполагаю, что такой ход есть, — добавил Рон, — не будет же он каждый раз ходить через лабиринт?

— Но предполагаешь мудро, и вообще, даже в заточении добыл немало информации.

Рон надулся от гордости, даже мозги немного полезли наружу.

— Но вначале все же надо спасти Гермиону, — вздохнул Гарри.

— Да, вода могла повредить ее сердце, — согласился Рон, — и тогда она снова станет такой, как раньше, бессердечной, а Дамблдора уже нет.

— Слишком много, — еще сильнее вздохнул Гарри, — давайте решать проблемы по одной за раз.

— Очень мудрые слова, я сам не сказал бы лучше! — оживился Рон. — И знаешь, что? Тебе лучше лететь туда прямо сейчас, пока Филч роется в развалинах башни, где нас держали в заточении.

— Так и сделаю, — Гарри запрыгнул на метлу и помчался к Хогвартсу.

* * *

Вода в озере дышала холодом и Гарри поежился. Разделся, попросив метлу присмотреть за вещами и решительно, не давая себе времени передумать, сунул в рот комок того, что ему дал Отважный Невилл. Кому еще и разбираться в растениях, как не ему, и Гарри вдруг понял, что изменяется. Перепонки между пальцами на руках и ногах, жабры на шее, глаза подернуло пленкой, Гарри едва не завизжал от восторга — настоящая магия!

Воодушевленный, он бросился в воду и поплыл стремительно, не ощущая воды вокруг. Словно летел, только теперь без метлы, и Гарри решительно устремился вниз, и только некоторое время спустя сообразил, что не учел в своем гениальном плане одной маленькой детали.

Озеро было огромным, и он мог провести тут недели, разыскивая Гермиону.

— Буль-буль, — задумчиво пробулькал он.

Сколько еще будет действовать то, что дал Невилл? Гарри заторопился, не зная, как ему за короткое время обыскать все озеро, но потом вспомнил, что здесь тоже кто-то жил. Вроде бы они заключали с Дамблдором, Светлым и Ужасным, мир? Гарри не знал языка подводных жителей, но решимость помочь друзьям придавала ему сил, он погружался все быстрее и выплыл к поселению.

Не дома с нарядными крышами и дорожками, как наверху, но все же поселение.

— Буль-буль, — выдал Гарри, пытаясь сообщить, что прибыл с миром и не видели ли они тут Гермионы?

В следующее мгновение он сам узрел ее, и рванул вперед. В центре поселения, на небольшой скале, покоился древний корабль, зияющий провалами в боках. Водоросли обвивали его, дно обросло ракушками, в темных трюмах наверняка плавали рыбы, но взгляд Гарри был прикован к носу корабля.

Там, вместо деревянной статуи-украшения, виднелась железная Гермиона.

— Буль-буль! — дорогу ему перегородил один из тритонов с трезубцем в руках.

— Буль-буль! — ответил Гарри, указывая на Гермиону.

Русалки и тритоны замахали руками и хвостами, подняв настоящую бурю. Видимость тут внизу и без того была отвратительной, теперь же все окончательно застлало мглой, и Гарри решил, что это его шанс. Стремительно рванул ниже, обманув тритонов, и влетел головой в обшивку корабля, пробив давно сгнившие доски. Корабль застонал и заскрипел, закачался, а Гарри устремился вдоль борта, задевая ракушки и ил на нем.

— Буль-буль! — сообщил он Гермионе, с облегчением увидев, что та жива.

Жива, но полностью заржавела и не могла пошевелиться, прямо как во время их первой встречи! Гермиона была дополнительно привязана какими-то водорослями, и Гарри рванул их, ощущая, как они впиваются в руки. Ему не хватало силы, а Гермионе подвижности, и Гарри рванул из-за пояса ножницы, попытался срезать путы. Водоросли он разрезал, но под ними оказались заржавевшие цепи, словно приклеившиеся к Гермионе.

Гарри все же щелкнул ножницами и тут же отшатнулся, пропуская мимо себя удар трезубца.

— Буль-буль! — возмущенно завопил он, удирая прочь.

Потом вдруг сообразил и опять нырнул ниже, еще ниже, и тут же устремился обратно. Разогнался и врезался в корабль, стронул его с места и забулькал отчаянно, толкая всем телом. Корабль трещал и разваливался, Гарри запоздало сообразил, что достаточно было бы оторвать только балку, к которой привязали Гермиону, но поздно. Тритоны неслись следом, а Гарри не ощущал в себе сил бросить Гермиону, и булькал, толкал, корабль трещал и сквозь дыры сыпались золотые монеты, кубки, сундуки.

Русалки и тритоны врезались в них и отлетали, оглушенные и раненые.

— Буль-буль-буль! — кричал им Гарри, не переставая работать ногами.

Плыть становилось все легче, сокровища выпадали с корабля и тот все быстрее и быстрее мчался к поверхности, выскочил наружу, при свете луны и звезды, сверкая золотом в трюмах и какими-то огнями на мачтах. Гарри ощутил, что задыхается, но тут действие жаброслей закончилось и он вернулся к своему обычному состоянию.

— Масленку не захватил! — спохватился он запоздало.

На берегу уже появились первые мародеры, притянутые "запахом" сокровищ. Они кидались в воду, к кораблю, из воды лезли русалки и тритоны, началась массовая драка. Гарри в этом время уже отломил нос корабля, к которому была привязана Гермиона и уплывал, держась за то же дерево.

"Лет... ... ец", промелькнули перед ними остатки названия корабля.

— Извини, не захватил масленку, и жира не захватил, но ты держись, ладно? — говорил он Гермионе.

Та не отвечала, и Гарри подумал, что может это и к лучшему, все-таки сейчас она вернулась к бессердечному состоянию. Только на берегу он заметил, что на Гермиону намоталось какое-то бледно-синее платье, выцветшее от нахождения в воде, и не успел сказать подруге, как ей идет этот цвет.

— Сокровища! — выскочил на них мародер в шубе.

Влетел прямо в Гермиону, ударился головой и упал без сознания, успев прохрипеть напоследок.

— Крам.

— Как же мне тебя тащить, ох ты ж, какой я дурак, — засуетился вокруг Гермионы Гарри.

Закутать ее в шубу? Но она железная и не согреется сама! А даже если бы согрелась, так ведь заржавела вся!

— Держись, — раздалось из темноты, и появился Хагрид, подхватил Гермиону. — Беги, Гарри, я спасу ее!

— Куда бежать? — чуть не расплакался Гарри.

— В Хогсмид! Там есть тайный ход в подземелья Хогвартса, Аберфорт поможет!

Вот теперь Гарри побежал, потом полетел на метле, хотя Хогвартс и так находился неподалеку. За спиной продолжалось побоище русалок и мародеров, сражение разгоралось, обе стороны непрерывно получали подкрепления и рвались к сокровищам давно затонувшего корабля, поднятого Гарри на поверхность. Корабль покачивался, скрипел, дрейфовал по воде, внутрь и наружу постоянно лезли мародеры, внутрь пустые, наружу с полными руками сокровищ.

* * *

— Есть тайный ход, — согласился Аберфорт, протирая стаканы. — Для великого Гарри Поттера есть, все равно ничего другого у меня нет.

— У вас есть стаканы, — робко заметил Гарри и оглянулся. — Правда, столы вынесли.

— Вот именно, эти мародеры все забрали, — вздохнул Аберфорт.

Потайной ход оказался узким, темным и сырым, Гарри несколько раз влетал в что-то и даже порадовался немного, что вокруг так темно. Впереди уже что-то шуршало и ползло по стенам, живой лабиринт ощутил приближение живого и готовился не пустить никого.

— Хорошо, что йансы вернули мне ножницы, — улыбнулся Гарри. — Теперь-то точно справлюсь, дело привычное!

Зеленая плеть рванула навстречу и опала, отстриженная прямо в полете.

— Подстригаю ровно, качественно, быстро! — закричал Гарри, щелкая ножницами.

Растения тянулись к нему, и он стриг, вертелся и крутился на месте, по колено в ветках и листьях. Расчистил проход и вспомнил предупреждение Невилла, что растения в лабиринте не боятся оружия, иначе в них не было бы смысла.

— Эх, сюда бы огня, — вздохнул он.

Хотя нет, зелень же сплошная, вместо костра вышел бы только дым, в самый раз задохнуться.

— Огня, — запоздало сообразил Гарри.

Взлетел на метле под самый каменный потолок и увидел впереди отблески огня, пылающего в кубке мародеров. Даже попробовал долететь до него, но тут же поплатился за это. Плети растений, явно дальних родственников дракучих ив, защищающих весь остров, обвили Гарри и метлу, потащили вниз. Гарри отбивался, но делать это в полете оказалось не так удобно и пока он справился с растениями, те успели разломать метлу.

— Мы только подружились, — искренне всхлипнул Гарри.

Поднялся и с новой злостью врезался в лабиринт, прорезая себе прямую дорогу к кубку. Выскочил на поляну, в центре которой возвышался и пылал голубоватым пламенем кубок. Высокий, увесистый, украшенный драгоценными камнями.

Рядом с кубком, на плоском камне, валялось и грелось... Гарри не понял, кто это. Женская голова на теле льва, за спиной крылья орла, и вид такой, словно весь мир принадлежит только этому созданию. Поттер не знал, что перед ним сфинкс, дальняя кошачья родственница миссис Норрис, приглашенная ей для охраны кубка.

— Я загадаю тебе загадку, — вальяжно произнесла сфинкс, — не отгадаешь — съем.

— Съедите?

— Мне лень вставать с камня, я тут так отлично греюсь, а ты мне мешаешь. Съем и так.

Сфинкс начала подниматься.

— Я тоже могу загадать загадку! — крикнул Гарри, отпрыгивая назад от сфинкса. — Два кольца, два конца, а посредине гвоздик!

Сфинкс посмотрела, как на слабоумного, но Гарри намекающе щелкнул ножницами. Сфинкс еще раз посмотрела, сообразила, кто перед ним, и что у Гарри Поттера в руках те самые знаменитые волшебные ножницы, о которых знали все на острове Статута.

— Говорят, худеть полезно для перьев и здоровья, — пробормотала сфинкс, важно удаляясь прочь.

Гарри сунул ножницы за пояс, подошел к кубку и протянул руку, но тут же отдернул. Не из-за пламени, то горело, но не обжигало, почему-то. Нет, Гарри заметил, что наверх ведет самый настоящий лифт и сообразил, что это, наверное, сделали для Филча.

— Если кто и знает, как погасить кубок, так это он! — и Гарри, решительно схватив кубок, начал подъем.

Лифт вознес его на поверхность и Гарри, с кубком в руках, оказался почему-то посреди кладбища. Словно вылез из разрытой могилы, и на мгновение Гарри стало страшно, но затем он сообразил, что так Урфин просто спрятал вход вниз, чтобы не разрушать свой же дворец.

— Сейчас, сейчас я тебя кубком, — бормотал Гарри, придавая себе храбрости.

Тут он услышал такое знакомое поскуливание и свернул вправо, обнаружив там клетку с Сириошкой внутри. Сторожившие клетку мародеры уставились на кубок завороженно, не в силах отвести от него взгляда. Гарри осторожно поставил кубок, сходил и освободил израненного Сириошку, который подергивался и скулил, царапал лапами пол и пытался добраться до своей же головы.

— Так, Филч отменяется, — решил Гарри, — надо спасать Сириошку!

Но как тащить одновременно большую тяжелую собаку и пылающий кубок, который за короткое время подъема оттянул все руки Гарри? Спасение пришло с небес, вернулся Клювокрыл!

— Сириошка, держись, скоро ты будешь на свободе и тебя вылечат!

— Вода, — простонал тот в ответ. — Нужна вода из источника, залить Кубок. А, воспоминания, уберите их!!

Сириошка задергался, пытаясь выцарапать лапами воспоминания из головы, Гарри удерживал его и крикнул:

— Ты слышал, Клювокрыл?! Летим туда!

Дракон взлетел, а мародеры помчались следом, часть взлетела на метлах. Причина стала ясна, едва Клювокрыл вылетел за пределы Хогвартса — Филч вернулся. Не просто вернулся, а бесновался на берегу озера, приказывая мародерам прекратить драку и его слушались, хотя и не слишком охотно.

— В погоню! Схватить Гарри Поттера! — заорал Филч.

Мародеры залезли на метлы, награбленные ранее, кто-то бежал по земле, часть осталась и за спиной Филча набивала карманы шуб и мантий золотом и драгоценностями. Русалки и тритоны орали что-то непотребное, Клювокрыл мчался, и сбил одного из мародеров, но другие догоняли и кидались в него камнями, кололи копьями, ранили и Гарри закричал:

— Мне нужна метла!

Клювокрыл сбил одного из мародеров, и Гарри отважно перепрыгнул на метлу прямо в воздухе, продолжая одной рукой сжимать кубок.

— Спаси Сириошку! — закричал он дракону.

Клювокрыл выдохнул струю огня, отгоняя преследователей, и скрылся, Гарри же помчался к подземельям Азкабана. Мародеры последовали за ним, как привязанные, их явно манил кубок, и они были полны сил и жадности.

Занимался рассвет и Гарри увидел, что внизу по дороге движется войско йансов, потрясая вилами и факелами. Чуть поодаль собирались звери, возглавляемые отважным Невиллом и затем Гарри, увидел эльфов, хлопочущих вокруг Гермионы. Ее разобрали наполовину, вылили воду и ремонтировали сердце — пламенный мотор, а также счищали и сдирали ржавчину, смазывали суставы.

Гермиона что-то заскрипела, и эльфы засуетились вдвое больше, вытащили из ее железных внутренностей какого-то огромного жука, заорали возмущенно и посадили его в металлический ящик для инструментов.

— Спасите ее! — крикнул им Гарри.

— ГАВНЭ! — заорали в ответ эльфы, смутив Поттера.

Мародеры догнали его и пришлось крутиться и вертеться в воздухе, пытаясь не уронить кубок, и тут Гарри увидел, что уже добрался до подземных пещер, оставалось только слететь в них и сбросить кубок в источник Патронуса, хотя, что тогда сталось бы с мародерами? Они бы нырнули следом и все утонули!

— Воды! Принесите воды из источника!

— Сделаем, Гарри! — откликнулся знакомый голос.

Хранитель времени Ремус! "Ночной рыцарь" уже нырнул в камни и почти сразу вынырнул, пока Гарри носился в воздухе, преследуемый мародерами.

— Получай!

Струя воды вознеслась в небо, сбив парочку мародеров, Гарри ловко подставил кубок под нее, и огонь погас. С шипением, треском, но погас, и погоня за Поттером сразу прекратилась. Мародеры останавливались, вертели недоуменно головами, кто-то даже упал с метлы, но ему не дали разбиться.

— Кто мы?

— Что мы тут делаем?

— Как мы тут оказались?

Они потеряли память, сообразил Гарри, как в прошлый раз! Вода источника действовала на них через кубок, не усыпляла, но отбивала память, и теперь этим обязательно надо было воспользоваться!

— Вы спортсмены! — крикнул им Гарри. — Землепашцы, лесорубы, но еще и спортсмены!

— Ух ты!

— Да, мы такие!

— А во что мы играем?!

— В воздушный футбол — драконбол! — закричал Гарри, устремляясь к Клювокрылу.

Вскинул в руке потухший кубок мародеров, и дракон понятливо распахнул пасть. Проглотил кубок и выдохнул струю огня, мол, попал и переварил.

— Го-о-о-о-о-ол! — прокатилось радостное над островом Статута.

Гарри вдруг стало легко и спокойно, он понял, что победил и дальше все будет хорошо, после чего рассмеялся от души. Груз забот и тревог спал с плеч и Гарри торопливо помчался забивать еще, пока его не выдворили обратно домой с волшебного острова.