Демоническая кошка (джен)

Алиса появилась у них в семье три года назад. Ее подобрали на улице, когда она была обыкновенным тощим котенком с болезненным видом. Алису умыли, сделали ей все необходимые прививки и стерилизацию.

Она быстро росла. Алиса имела раскраску тигра: рыжая спина, мощные лапы, большая часть морды, пушистый хвост, белый живот, нижняя часть морды, а по всей кошке были поставлены маленькие сморщенные черные точки, напоминающие скорее запятые. У Алисы было ласковое выражение лица, узкие глаза, лисьи уши и наглый характер, она не знала границ и думала, что ей все позволено. Этому убеждению потворствовали и хозяин (Михаил), и хозяйка (Елена). Эти наглость и самоуверенность стали причинами неприятельского отношения к кошке со стороны сына Михаила и Елены, Кирилла. При каждом удобном случае, когда родители смотрели в другую сторону, Кирилл начинал шпынять Алису, пытаясь вогнать ее в рамки приличия: отучить кошку от сидения на столе, от привычке срать и блевать по середине коридора, разбрасывать наполнитель для кошачьего туалета по всей ванной — от всего того, что вызывало чувство умиления у родителей Кирилла.

Так что в одну прекрасную ночь Кирилл не удивился, когда проснулся от криков в квартире. Это опять миленькая Алиса безобразничает. Мысль, что этот шум исходит от соседей, у которых началась попойка, даже не пришел в голову мальчика.

Зевнув и пробормотав что-то нецензурное себе под нос, Кирилл встал и побрел на шум. Тот исходил из спальни Кириллиных родителей.

Он постучал. Ответа не было, словно никто не слышал стука в дверь.

Кирилл фыркнул и осторожно приоткрыл дверь. На тот случай, если родители там не спят. Кирилл был уверен, что это не был звук от занятия любови. Совсем ничего общего.

Картина, представшая перед его взором, повергла его в неописуемый шок, от которого он замер в изумление на некоторое время.

Михаил и Елена стояли на колени с выражением лица, словно они обкурились какой-то дрянью и собираются молиться. Они держали друг друга за руки, по которым текла кровь. Кровь текла из больших рванных ран на груди, которые формой напоминали овраги. Вся одежда, которая когда-то была на родителях, лежала тряпками в дальних углах, но Кирилл этого не заметил, ведь он смотрел на Алису, которая методично с невозмутимым видом разрывала внутренности его родителей, отправляя куски мяса себе в рот. Кошка явно стала вдвое больше.

Сознание мальчика отключилось, Кирилл действовал автоматически, словно откуда-то знал, что необходимо делать в подобных ситуациях.

Он пошел на кухню и взял нож, затем вытащил банку с святой водой, опустил в нее нож, продержал пару секунд, а потом пошел и зарезал кошку. Он накинулся на Алису, нанося удар за ударом, разрывая внутренности, мышцы, нервы. Кошка стонала, пыталась кусаться, но Кирилл успешно отпрыгивал, уворачивался от зубов и продолжал резать кошку, от которой почему-то пошел сероватый туман с серным запахом. Из тела Алисы выпадали темно-серые рассыпчатые комки, распространяющий тот самый отвратительный запах.

* * *

Спустя пару дней, в полицейском участке.

— Майор, можно доложить? — осведомился Арсений Якименко, входя в кабинет Валентина Шекера.

— Докладывайте, — обратил внимание на вошедшего Валентин Ефимович.

— Тут что-то странное, — пробормотал Арсений Константинович.

— Что именно? — нахмурил брови майор.

— Анализ останков кошек показывает, что половина вещества, содержащееся в ее внутренностях, неизвестно науке.

— Вы шутить изволите?

— Не в коем случае. Можете сами посмотреть…

…

— Нам придется доложить наверх, раз уж такое дело, — проговорил в задумчивости майор, отложив занимательное чтиво в сторону.