Вспышка в темноте (джен)

Артем прижался лбом к холодному стеклу машины. За окном плотный октябрьский ливень, превративший ночную Москву в бесконечный безумный поток бегущих неоновых линий. Фары встречных машин, размытые каплями воды, вытягиваются в длинные светящиеся полосы. Скорость убаюкивает, но внутри Артема холодный, звенящий хаос.

В руках зажат бесконечно вибрирующий телефон. В темноте на загорающемся экране мелькают обрывки уведомлений.

«Артем, как так..?»

«Доступ заблокирован…»

«Совет директоров принял решение…»

Проект «Вертикаль» — архитектурный кластер будущего, ради которого Артем жил все эти годы, жертвовал семьей и гробил здоровье. Он помнил каждый узел в чертежах, каждый сантиметр умной инженерной системы, которая позволит поддерживать настоящие зеленые сады на уровне тридцатого этажа. Инвесторы потирали руки и пели ему дифирамбы. Но сегодня на закрытом голосовании его просто вышвырнули. Друг детства и сооснователь проекта Максим молча подписал приказ о его отстранении. Отстранении от проекта, который они создавали долгие годы вместе, рисуя первые наброски чертежей на салфетках в дешевой кофейне. И теперь проект будет продан холдингу, который превратит эко-кластер в очередные бетонные коробки.

Мысли Артема несутся по кругу с бешеной скоростью, так же, как световые штрихи за окном. Рендеры фасадов, графики финансирования, испуганное лицо Максима… Все складывается в какой-то чудовищный калейдоскоп. А мелькающие за окном однотипные дома словно символизируют крах мечты Артема.

Такси влетает в туннель, и все на мгновение прогружается в тяжелую глухую темноту. Воздуха в салоне вдруг начинает не хватать, и Артема накрывает. Это не слезы и не злость. В груди быстро нарастает истошный оглушительный крик. Казалось, он вот-вот пробьет ребра и вырвется наружу. Беззвучный, яростный вопль. Все внутри Артема кричит так, что должны лопнуть барабанные перепонки, а все стекла такси — взорваться от звуковой волны. Это вопль бессилия перед чужим предательством. Мысленно Артем рвет все чертежи, бьет огромные панорамные окна своего бывшего офиса, безжалостно выдергивает жесткие диски из системников.

Но внешне Артем кажется совершено спокойным, лишь сильнее сжимает челюсти, так, что сводит скулы. До боли.

Такси останавливается на светофоре, и яркие бегущие линии застывают, превратившись в четкие красные пятна стоп-сигналов. Внутренний крик Артема замирает на самой высокой ноте, резко, неожиданно, оставляя после себя лишь пустоту и звенящую тишину. Звук барабанящего по крыше машины дождя кажется оглушительным.

Артем опустил голову, переводя взгляд на свои руки. Они пусты. «Вертикали» больше нет.

Такси плавно поворачивает во двор и останавливается возле подъезда. Артем выходит под ледяной ливень и зажимает кнопку питания на телефоне, пока тот не отключается. Чертежи сгорели, но архитектор остался жив.