Ты моё лекарство (гет)

Джон с удовольствием слушал, как скрипит снег под копытами его коня. Сноу даже не мог осознать, насколько скучал по этому звуку, как и по холодному северному воздуху.

Его переполняло искренняя радость, когда наконец стал виден Винтерфелл. Дом, где Джона ждала семья: Санса, Арья, Бран и Призрак. Он так давно не видел их. И теперь они так близко. Очень близко.

Джон даже не заметил, как быстрее погнал своего коня вперёд, при этом обгоняя своих спутников: королеву Дейнерис, её десницу Тириона и остальных. Самой королеве не очень понравилось поведение её недавнего союзника. После той случайной ночи Джон пытался избегать Тарграриен и говорил только о военном деле, пытаясь не касаться тем дипломатии и прочих. Самое главное сейчас было наступающая война с Иными и защита его дома, что с каждой секундой становился всё ближе и реальнее.

Наконец Джон подъехал к воротам Винтерфелла. Стража сразу же узнала своего господина и быстро открыла ворота. Несколько секунд, и он оказался во дворе замка, где сразу же заметил свою семью.

Санса стояла рядом с Арьей и, сидящим в каком -то странном кресле, Браном. Джон спешился и стал медленно подходить к ним.

Первой не выдержала Арья. Она со слезами на глазах бросилась к нему и крепко обняла, шепча:

— Я так скучала!

— Я тоже! — Джон обнимал её также крепко.

Он уже и не думал, что сможет просто услышать её голос, пока в Драконий камень не пришло письмо от Сансы. Как же он тогда хотел послать всё в пекло и отправиться домой. И сейчас он здесь.

Когда Джон отпустил сестру, он заметил, как та повзрослела. Это была уже не та миленькая и диковатая девчушка, а настоящая девушка, которая, судя по оружию, стала настоящим воином с тяжелым прошлым.

Арья отступила, и Джон смог посмотреть на Брана. Боги, как он повзрослел. В последний раз Джон видел его здесь, в Винтерфелле, лежащим без сознания в кровати, у которой была его заплаканная мать, всегда смотревшая на Джона с ненавистью и презрением. Уже тогда мейстер говорил, что Бран вряд ли сможет ходить, и, похоже, он был прав.

Сейчас парень сидел и смотрел на Джона. Тот быстро подошёл и, крепко обняв его, услышал:

— Хорошо, что ты вернулся, — нечто в голосе напрягло Джона, но все мысли заняла она.

Когда Джон отступил от него, то увидел перед собой Сансу. Как же она была прекрасна. Особенно сейчас, когда небо темнело и начал падать снег.

Джон не знал как поступить. Он хотел обнять её, но боялся, что она оттолкнет его, заявив, что он предатель. И тогда Джон просто произнёс:

— Рад тебя видеть.

Санса кивнула и улыбнулась:

— Я тоже. Ты вернулся.

Он уже хотел обнять её, но тут раздался кашель, и Джон обернулся. У ворот стояли все его попутчики и, спешившись, они подошли ближе к ним во главе с королевой.

Джон понял, что сейчас будет не самый лёгкий момент в его жизни и, вздохнув, сказал:

— Позвольте вам представить. Королева Дейнерис из дома Таргариен. Ваше Величество, мои сёстры Санса и Арья, а также мой брат Брандон из дома Старк.

— Единокровные, как я понимаю. Наслышана о вас. — Тон Драконьей королевы был холоден, а взгляд с интересом изучал Сансу.

Дейнерис уже хотела произнести приветствие, но Санса опередила её:

— Рада приветствовать вас в Винтерфелле! Ваш путь был долог и поэтому все важные дела стоит обсудить завтра. Слуги проводят вас всех по комнатам и предоставят всё необходимое. Желаю приятного вечера!

Санса кивнула слугам, и они проводили гостей по уже приготовленным для них комнатам. Джон в восхищении смотрел на неё. Он заметил, что слуги и другие северяне в замке смотрели на неё взглядами, полными уважения и восхищения. Ещё когда он уезжал, Джон знал, что никогда не пожалеет о том, что оставил Север в руках Сансы.

И тут голос подал Бран:

— Нам надо поговорить. Всем нам. — Теперь Джон осознал, что голос брата казался ему очень отстраненным.

Однако Санса словно с принятием кивнула:

— Хорошо.

Они направились в её покои, которые когда-то принадлежали Неду и Кейтелин. Когда они оказались там, все сели, кроме Сансы, и смотрели на Брана, который заговорил:

-Вы должны всё знать.

* * *

— Этого не может быть!

Каждый пытался осознать услышанное. Джону было трудно дышать.

Санса тоже не могла прийти в себя от услышанного. Ведь получалось, что отец не предавал её мать. И вся та ненависть, которая исходила от Кейтелин Старк, и презрение, исходившее от самой Сансы, были без причины.

Арья, которая не могла спокойно сидеть после таких известий, зашагала по комнате и, смотря на Брана, спросила:

— Почему ты раньше нам не рассказал?

— Эта информация должна была стать известной для вас, только, когда вернётся Джон, — спокойно отвечал Бран. — И здесь было не до того. Нужно было решать проблемы с Мизинцем.

При упоминание о нём, Сансе стало не по себе. Она помнила каков был Лорд Бейлиш. И тут ей вспомнился их разговор в крипте, когда он рассказывал ей историю про Лианну и Рейгара на турнире. А она упомянула про ложь о причине исчезновения Лианны, после чего он сразу же перевёл разговор на другую тему. И Санса поняла.

— Он знал об этом. Мизинец знал.

Арья перевела взгляд на сестру:

— С чего ты так решила? И даже если знал, сейчас он никак не навредит. Он мёртв.

Санса кивнула, но глубоко внутри она понимала, что нужно будет быть настороже. Даже от мёртвого Мизинца можно ожидать подлости. Но сейчас были проблемы поважнее.

Она посмотрела на Джона. Он словно опять ушёл в глубь себя. Но тут же встал:

— Мне нужно уйти. Извините.

И он быстро вышел, закрыв дверь.

Санса смотрела ему вслед в нерешительности. Ей хотелось побеждать за ним и попытаться поддержать. Но нужно ли ему сейчас чьё-то общество? Может, дать ему побыть одному?

Она посмотрела на Брана, спрашивая совета.

И он понял это. Смотря на сестру, Бран произнёс:

— Иди за ним. Сейчас ты нужна ему больше, чем кто-либо. Ты знаешь где он.

Санса и правда знала. Кивнув брату, она вышла из комнаты и направилась в крипту под непонимание Арьи.

* * *

Холодный воздух дополнял угрюмые стены крипты, но у Джон не ощущал холода.

Он стоял у статуи отца… Хотя нет. Джон теперь не мог называть Лорда Старка отцом.

Мужчина услышал тихие шаги приближающегося к нему человека. Он знал, что это Санса. Казалось, Джон всегда понимал и чувствовал, когда она была рядом.

Санса тихо подошла к нему, ничего не говоря. И он был рад, что она здесь.

— Он лгал мне, Санса. Вся моя чёртова жизнь была построена на лжи, — Джон раскрывал ей накопившейся в нём мысли с пониманием, что здесь он мог быть честен. — Всю жизнь я внушал себе, что я бастард. Привыкал к презрительным взглядам людей. И к тому, что я никогда не буду ровней тебе, Роббу. И я привык к этому и жил с этим. И тот человек, которым я восхищался, на которого стараюсь быть похожим, лгал мне больше всех.

— Только для того, чтобы защитить, — указала она. — Если бы Роберт узнал, что ты законный сын Рейгара, то тебя тут же убили бы. А так отец смог защитить тебя. Как он и обещал.

Слова Сансы звучали убедительно, и Джон знал, что она права. И теперь ему оставалось только принять это.

Он подошёл к статуе Лианны и стал приглядываться к ней, размышляя насколько статуя похожа на неё. Его мать. Он столько спрашивал о ней у лорда Эддарда, но тот не отвечал. Только в последнюю их встречу, когда Джон уезжал в Ночной Дозор, он пообещал, что расскажет. Может быть, он тогда рассказал бы ему правду о его родителях? Или просто описал бы её? Теперь Джон этого никогда не узнает.

— Интересно, какой она была?

Санса подошла ближе.

— Мне говорили, что на неё очень похожа Арья. С чёрными волосами и любительница драться.

Джон вздохнул и повернулся к ней со словами:

— Я ведь даже теперь не знаю кто я. Больше не Сноу, не бастард. Эйгон Таргариен?

Девушка взяла его за руку и крепко сжала, произнося:

— Ты Джон. Для меня ты всегда будешь Джоном, слышишь? Как бы тебя не нарекли при рождении, ты Джон Старк.

-И всё же я не Старк, — Джон горько усмехнулся. Он столько раз произносил эту фразу. И только сейчас у него появился правильный ответ. Таргариен.

Санса же покачала головой.

— Для меня Старк. Как и для Арьи и Брана, для любого северянина.

Джон устало кивнул, мысленно благодаря Сансу за её слова, за то что она была здесь, сжав её ладонь. Для него это многое значило.

И только сейчас Джон понял, что она больше не его сестра. Кузина. От этого его сердце забилось сильнее. Он увидел на её волосах несколько снежинок и протянул руку, стряхнув их. Джон теперь понимал, что можно не сдерживать себя в таких мелочах. И это приносило ему чувство, дающее что-то похожее на…

Они ещё долго стояли там, держась за руки и смотря на статуи своих предков. Они оба понимали, что многое изменится после этого вечера, но они всегда смогут пройти все препятствия. Вместе. Ведь Зима пришла.