Когда-нибудь (джен)

Гарри уже несколько минут не отрывал взгляда от фотографии родителей. Джеймс и Лили улыбались ему со снимка, кружась в танце. Отец что-то весело говорил матери, та запрокидывала голову от смеха. Они выглядели такими счастливыми, такими… настоящими.

Гарри нахмурился.

Что-то было не так.

Он снова посмотрел на фотографию, затем перевел взгляд на собственное отражение в зеркале.

Черные, вечно растрепанные волосы. Зеленые глаза. Бледная кожа. Нос с едва заметной горбинкой на переносице…

Вот оно!

Гарри приблизился к зеркалу, словно расстояние могло помочь ему разглядеть то, чего он раньше не замечал.

Он совсем не похож на отца.

Глаза — да. Мамины. Но все остальное…

— Гарри? — Гермиона осторожно вошла в комнату. — Что случилось?

— Мне нужно с ней поговорить.

Гарри принялся метаться по комнате, торопливо собирая вещи. Он то хватал какую-нибудь одежду, то бросал ее обратно, словно совершенно забыл, зачем вообще открыл шкаф.

— С кем? — Рон просунул голову в дверной проем. Рыжая макушка появилась как раз вовремя, чтобы застать друга в очередной стадии непонятного возбуждения.

— С мамой.

Гермиона растерянно переглянулась с Роном.

— Но, Гарри… — осторожно произнесла она. — Она же умерла.

— Я знаю, — он остановился и посмотрел на девушку. В его глазах было столько беспокойства, что Гермиона невольно сделала шаг навстречу. — Мне нужно в Хогвартс.

...

— Он где-то здесь… Должен быть здесь…

Гарри стоял на коленях, раздвигая траву и ощупывая землю под каждым кустом. Мокрые пряди челки лезли в глаза, очки то и дело сползали на кончик носа, но он даже не пытался поправлять их. Сейчас существовала только одна задача — найти Камень.

Рон и Гермиона наблюдали за происходящим с выражением лиц, которое трудно было назвать однозначным.

Война закончилась всего месяц назад. Казалось бы, самое время отдохнуть, прийти в себя и хотя бы ненадолго забыть о приключениях. Однако Гарри Поттер, судя по всему, придерживался совершенно иного мнения.

И вот они снова в Запретном лесу. На этот раз — в компании друга, который с подозрительным упорством исследовал каждую травинку.

Рон посмотрел на Гермиону. Гермиона посмотрела на Рона.

Спустя несколько минут они решили, что их присутствие вряд ли способно ускорить поиски. Обменявшись выразительными взглядами, они тихонько удалились на соседнюю поляну.

Гарри этого даже не заметил.

— Есть!

Он торжествующе вскинул руку. Между пальцами тускло поблескивал небольшой серый камень.

Воскрешающий Камень.

У Гарри накопилась сотня вопросов к матери. Возможно, больше. Он не знал, с чего начнет разговор и что именно спросит, но был уверен в одном: сегодня он наконец получит ответы.

Он поднялся на ноги, сжимая камень, когда за спиной раздался негромкий, до неприятного знакомый голос:

— Какого черта вам надо, Поттер?

Гарри застыл.

Медленно обернулся.

В нескольких шагах от него, прислонившись спиной к могучему дубу, стоял высокий мужчина в черной мантии. Бледное лицо, крючковатый нос, длинные черные волосы, неподвижный взгляд темных глаз.

Гарри моргнул.

Потом еще раз.

— П-п-профессор Снейп? — выдавил он наконец. — Что… что вы здесь делаете?!

— Полагаю, я мог бы задать вам тот же вопрос, Поттер, — Снейп чуть приподнял бровь. — Хотя, в отличие от вас, я прекрасно знаю, кто именно призвал меня сюда. Позвольте заметить, что это были не мои инициатива и желание.

Гарри уставился на камень в своей ладони, затем снова на бывшего профессора.

Не раздумывая, он разжал пальцы.

Снейп исчез.

Гарри несколько секунд смотрел на пустое место, потом поспешно поднял камень и снова сжал его в кулаке.

Мужчина вернулся.

Гарри разжал ладонь.

Снейп исчез.

Гарри снова сжал камень.

Снейп появился.

— Тот факт, что я умер, отнюдь не означает, что мое терпение обрело безграничные свойства, — заметил он.

— Что вы здесь делаете?

Снейп смерил его долгим взглядом.

— Судя по всему, в последнее время вы уделяли моей персоне значительно больше внимания, чем следовало бы. Неужели мои воспоминания произвели на вас столь неизгладимое впечатление?

— Да… то есть нет. Я хотел сказать, что не только они…

Гарри все еще смотрел на него с таким изумлением, словно никак не мог примириться с фактом, что перед ним действительно стоял Северус Снейп.

— А где моя мама?

— Откуда мне знать, Поттер? Наши дороги разошлись уже давно.

— Но ваши воспоминания…

— Это всего лишь воспоминания, — Снейп пожал плечами. — Не более того.

Его черные глаза внимательно изучали лицо юноши. Было странно видеть перед собой человека, которого еще недавно считал мертвым. Странно и немного жутко. Снейп выглядел совершенно живым. Ни прозрачности, ни туманных очертаний, ни малейшего намека на призрачную природу.

— Так они… правда? — не унимался Гарри.

— В большинстве своем.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ровно то, что сказал, Поттер.

— Значит, все воспоминания — подделка?

Снейп устало прикрыл глаза.

— Нет. Все воспоминания подлинные. Однако далеко не всегда следует верить всему, что видишь.

— Я вас не понимаю…

— В этом, мистер Поттер, нет ничего нового.

Снейп скрестил руки на груди.

— Вы удивительно последовательны в одном: в своей способности делать выводы прежде, чем потрудитесь разобраться в обстоятельствах. Причем поспешные выводы неизменно кажутся вам единственно верными. За семь лет я имел сомнительное удовольствие наблюдать это неоднократно. Вы неизменно бросались в очередную авантюру, будучи совершенно убежденным в своей правоте, а последствия, как правило, приходилось расхлебывать кому-нибудь другому. Ваши друзья, например, проявляли поразительное терпение, вытаскивая вас из неприятностей, в которые вы столь охотно ввязывались. Но, разумеется, это ничуть не мешало вам считать себя центром происходящего. Похоже, привычка полагать, что весь мир вращается вокруг Гарри Поттера, оказалась на редкость живучей.

— Это неправда!

— Разумеется. Вы ведь никогда не ошибаетесь, Поттер. Просто окружающие почему-то постоянно оказываются вынуждены исправлять последствия ваших блестящих решений.

— Но я…

— И, пожалуйста, избавьте меня от очередного потока оправданий. Я слышал их достаточно за годы преподавания. Поверьте, посмертное существование не сделало их привлекательнее.

— Вы защищали меня! Все эти годы…

Снейп медленно повернул голову.

На его лице появилась знакомая, неприятно язвительная усмешка.

— Неужели? Благодарю.. Без вашего любезного напоминания я, вероятно, так никогда и не догадался бы о собственных поступках. Вы открыли мне глаза на совершенно новую сторону моей жизни.

Он слегка склонил голову набок.

— Впрочем, для человека, которому понадобилось семь лет, чтобы заметить очевидное, это, несомненно, значительное достижение. Так чего же вы хотели?

— Я хотел… поговорить с мамой.

— Боюсь, придется вас разочаровать. Здесь только я.

— Так она не появится?

— По всей видимости, нет.

— Но…

— Мистер Поттер, вы издеваетесь? — голос Снейпа стал заметно холоднее. — Вы призвали меня из небытия, чтобы мучить бессвязными вопросами и нелепыми упреками? Позвольте, я не намерен тратить вечность на подобное удовольствие. Вы отравляли мне жизнь на протяжении семи лет. И теперь, когда я наконец избавился от необходимости ежедневно лицезреть ваше присутствие, вы решили продолжить в том же духе?

Он сделал короткую паузу.

— Я дал слово защищать вас ценой собственной жизни. И, как вы могли заметить, сдержал его. Так какого дьявола вам еще от меня нужно?

Гарри растерянно моргнул.

— Видите ли, профессор… — наконец начал он, постепенно обретая способность связно излагать мысли. — Я хотел поговорить с мамой. Просто… я смотрел семейный альбом и заметил одну вещь.

— Весьма любопытно, — сухо отозвался Снейп. — Разумеется, я преисполнен нетерпения узнать, какую именно.

— Я совсем не похож на отца.

Усмешка медленно исчезла с лица зельевара.

Он пристально посмотрел на Гарри, но ничего не ответил.

Молчание затянулось.

— Я совсем на него не похож! — почти выкрикнул Гарри, не выдержав этого взгляда. — Совсем!

Снейп чуть склонил голову.

— По-моему, вы заблуждаетесь. Вы его копия. Высокомерие, самоуверенность, поразительная способность не замечать собственных недостатков… Разве что склонность к эффектным появлениям у вас выражена несколько сильнее.

— Неправда! Я не такой!

Снейп лишь пожал плечами.

— Мой отец был шатеном. У него другие черты лица, другой нос, другой подбородок… Все эти годы мне твердили, что я копия Джеймса Поттера! Но чем больше я смотрю на фотографии, тем отчетливее понимаю, что у нас нет ничего общего! Как такое возможно?

Голос Гарри дрогнул. Он смотрел на бывшего учителя почти отчаянно, словно от ответа зависело нечто гораздо более важное, чем внешнее сходство.

Снейп несколько секунд молча разглядывал его.

— Мерлин вас побери, Поттер! — наконец произнес он. — Вы вызвали меня из мира мертвых, чтобы обсудить особенности наследования внешних признаков? Причем здесь я?

— Не знаю, сэр. Просто… Видимо, у вас есть ответы на мои вопросы. Раз камень вызвал именно вас…

— Вопросы, Поттер? То есть их несколько? — Снейп отвел взгляд. — Прекрасно. Давайте сразу перейдем ко второму. Мне нечего вам сказать. Что у нас там на повестке дня дальше?

— Не уходите от ответа!

— Какое досадное обстоятельство: я не могу уйти, пока вы продолжаете держать камень.

— Скажите мне правду!

— Правду? — Снейп медленно повернул к нему голову. — Какую именно? Вы, кажется, уже успели придумать несколько ее вариантов.

Гарри сжал кулаки.

— Мой отец… Это ведь вы, не так ли?!

Последние слова он почти выкрикнул, с силой ударив кулаком по стволу ближайшего дерева.

На мгновение Снейп утратил привычную невозмутимость.

— Ты рехнулся?!

У него действительно отвисла челюсть. Потребовалось несколько секунд, чтобы вернуть лицу обычное выражение.

— С чего вы вообще взяли такую нелепость? — Снейп вновь обрел самообладание.

— Вы брюнет. У нас похожая линия подбородка. Мы почти одного роста… У нас обоих бледная кожа и худощавое телосложение!

— Несколько особенностей строения вашей фигуры — и я уже ваш отец? Благодарю за столь лестное предположение. В таком случае половина студентов Хогвартса, вероятно, мои дети. Боюсь, мне придется пустить скупую мужскую слезу от осознания столь внушительного потомства.

— Шляпа хотела отправить меня в Слизерин! Вы ведь закончили этот факультет!

— Шляпа хотела отправить вас в Слизерин, потому что в вашей голове обитала часть души Темного Лорда, мистер Поттер. Не приписывайте мне лишних заслуг.

— Но я брюнет…

— И что? Вспомните сестру вашей матери. Или, если это не слишком затруднительно, взгляните на собственное семейное древо.

— Я выше Джеймса Поттера!

— Если мне не изменяет память, дети высоких родителей нередко перерастают обоих. Неужели вы ожидали, что природа сочтет нужным сделать для вас исключение?

— Но у меня бледная кожа…

— Загорать надо, Поттер.

— У меня ваш нос!

Снейп приподнял бровь.

— Нос, говорите?

Он бесшумно приблизился к Гарри и внимательно осмотрел его лицо. Сначала с одной стороны, затем с другой.

— Любопытно. И где именно вы обнаружили сходство?

— Ваш патронус — лань!

— Именно. Лань. Не олень. Лань. То есть самка. Неужели разница настолько сложна для вашего понимания?

Гарри растерянно замолчал.

— Так вы… не мой отец?

Снейп посмотрел на него с выражением неподдельного ужаса.

— Мерлин упаси.

— Значит, я…

— Вы сын своего отца. И, если позволите дать вам один совет, прекратите искать приключения там, где их нет. Вы пережили войну, пожалуй, настало время научиться просто жить. И радоваться тому, что вам вообще выпала такая возможность.

— Но…

— Никаких «но». Я не намерен обсуждать этот вопрос повторно.

Гарри еще несколько секунд смотрел на него. Впрочем, теперь в его взгляде уже не было прежней тревоги. Кажется, слова Снейпа наконец немного успокоили его.

— Спасибо, сэр. За все.

На этот раз Снейп не стал язвить. Лишь едва заметно склонил голову.

— Всегда пожалуйста. А теперь — прощайте, мистер Поттер.

— До свидания, профессор!

Гарри разжал пальцы.

Камень выпал в траву, и фигура Снейпа исчезла.

Гриффиндорец глубоко вздохнул и направился прочь из Запретного леса. На губах играла легкая улыбка. Впервые за долгое время он чувствовал себя совершенно спокойно.

Он не видел, как из-за дерева за ним продолжали наблюдать черные глаза.

— Почему ты не сказал ему правду?

Снейп даже не повернул головы. Он прекрасно знал, кто стоит за его спиной.

— По-моему, подобные разговоры с ребенком должна вести мать, Лили.

Он слегка изогнул бровь и наконец посмотрел на рыжеволосую женщину.

— Должен признать, что оставить нас одних, не предупредив о характере беседы, было с твоей стороны весьма сомнительным решением.

— Гарри давно уже не ребенок! — рассмеялась Лили и взяла его за руку. — Он взрослый мальчик.

Снейп скептически хмыкнул.

— Несомненно. Особенно если судить по его последним умозаключениям.

— Он должен знать правду, Северус.

— Разумеется. Почему бы тебе не догнать его и не сообщить? Уверен, он будет в восторге.

— Ты же знаешь, он меня не увидит.

— Но почувствует.

Лили опустила глаза.

— Я не готова…

— Как и я.

Снейп ненадолго замолчал.

— И он, полагаю, тоже.

— Когда-нибудь он узнает, — тихо произнесла Лили. — Узнает, что ты его отец. Он так на тебя похож, Северус…

Мужчина посмотрел в сторону, куда ушел Гарри.

На его лице не осталось и следа прежней насмешки.

— Когда-нибудь, — наконец согласился он и чуть крепче сжал ее руку. — Еще слишком рано.