




|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Вторая магическая война закончилась. Волан-де-Морта больше нет, большинство Пожирателей Смерти пойманы, а жизнь, такая странная и непредсказуемая, продолжается, хотят того некоторые или нет.
Северус гуляет по саду в Хогвартсе, и он никак не может отделаться от мысли, что тишина — это всего лишь обманчивое затишье перед очередной бурей. Пожелтевшие листья срываются с деревьев, а он просто гуляет и думает о чём-то недосягаемом для мира, в котором он остался, который не дал ему уйти к Лили.
Лили... мысли о ней уже не так сильно обжигают его память, как прежде, как до событий этой весны, когда Нагайна с каждым укусом вливала в него яд.
Северус не может найти причину столь неприятной ему перемены, но пытается понять: с одной стороны, всё произошедшее он связывал с Гарри и с тем, что мальчишка исполнил своё предназначение. С другой стороны, ему иногда казалось, что перед смертью он увидел Лили, а та вместо желанных объятий, принятия и утешения грубо оттолкнула его и приказала: «Живи».
Он и живёт, выполняя не то просьбу, не то приказ, но зачем — не знает. Его жизнь, полная опасности, тайн и интриг, вдруг... закончилась? И, глядя на своё прошлое, Северус просто не понимает, как жить дальше, а потому он продолжает плыть по течению: он вернулся в Хогвартс на должность учителя по защите от тёмных искусств. Вроде как он в той жизни мечтал об этой должности, и вот она упала ему в руки и даже не пытается его убрать, как это происходило каждый год со всеми, кто был до него, но радости нет. Нет той эйфории, какая была у него почти два года назад.
Северус садится на скамейку, закрывает глаза и думает о блаженной, тягучей и звенящей пустоте. Листья падают ему на лицо, а он их совершенно не замечает. Не замечает и приближения женщины в годах, не слышит шелеста её мантии в вихре кружащихся листьев, не чувствует, как она тихо садится на скамейку, не видит её тяжёлого, умудрённого годами взгляда.
— Северус, — тихо произносит Минерва. Её пальцы скользят по лакированным доскам и замирают в сантиметре от его пальцев. — Как вы?
— Не знаю, — сухо, без прежней колкости, отвечает он. — Наверное, я... скучаю по Поттеру?
— По Джеймсу?
— По нему? Да никогда!
— Гарри?
Мысль о Гарри отдавала в мыслях Северуса одновременно нестерпимым жаром и всепожирающим холодом. Вместо язвительной тирады о том, как сильно Гарри его раздражает, как он не может его терпеть, как с радостью отправил бы его в Азкабан на потеху дементорам, лишь бы избавить себя от бремени присматривать за несносным мальчишкой, Северус тихо кивнул.
— Надо же! Подобное признание от вас — это нечто невероятное.
— Не обольщайтесь, мисс Макгонагалл. Это... временное помутнение рассудка — Слизнорт снова готовил зелья, а я не закрыл окно и надышался парами.
— Какая небрежность с вашей стороны.
— В последнее время я весьма рассеянный...
Северус оборвал себя на половине предложения. Он не любил признавать за собой слабости, пусть ему их и были готовы простить за ту роль, которую он исполнял в течение многих лет для покойного Дамблдора, для Поттера, для всего мира.
Он всегда приносил в жертву себя, свои желания, стремления, чувства — всё ради других, но что сейчас осталось ему?
— Вы ищете себя по всему Хогвартсу и поэтому постоянно гуляете?
— Мне иногда кажется, будто сам замок хочет, чтобы я покинул его, а я брожу в его стенах, будто пытаясь вымолить прощение за тот день.
— Вы сожалеете о том...
— Да! — Северус рычит сквозь стиснутые зубы, наклоняется и хватается руками за голову. — Сожалею. И понимаю, что окажись мы снова в той ситуации, я бы поступил точно так же.
Минерва опускает руку на плечо Северуса и долго молчит. Ей больно видеть, как мальчишка, которого она сама когда-то учила, срывается в пропасть, скрывается в её густой тени и считает, что так и должно быть, — будто он заслужил наказание за всё то, что совершил ради пророчества.
— У вас не было выбора, Северус, — тихо говорит Минерва. — Дамблдор вам доверял больше, чем любому из нас. Вы на своих плечах несли такую ответственность... и вы справились.
— Но какой ценой?
— Ценой своих оков? — небрежно предполагает она, и Северус поднимает на неё взгляд усталых чёрных глаз. — Вы свободны делать то, что хотите: вы можете даже написать заявление на увольнение — я тут же его подпишу.
— Нет, — чуть сильнее, чем нужно, возражает Северус. — Я не уйду. Я не знаю, что мне делать вне этих стен.
— А что делать тут вам? — с лёгкой издёвкой спрашивает она. Он чувствует, как то, что было в нём до войны и, казалось, умерло под обломками воспоминаний, подавленных чувств, раздавленных желаний, лениво зашевелилось. — Продолжать коллекционировать плохие воспоминания?
— Как вариант, — колко соглашается он и, немного подумав, продолжает: — Буду искать «нерадивых» учеников среди гриффиндорцев и занижать им баллы просто за то, что у них криво повязан галстук.
— Это плохая идея, Северус: сейчас директор я, и я не спущу тебе с рук такого произвола.
— Правда? — спрашивает он так, будто не до конца верит в её честность. — А если я буду делать это и с остальными?
— Кроме слизеринцев?
— К ним я буду менее терпим.
— А сможете?
Северус неуверенно пожал плечами. Он всё ещё декан Слизерина, и давняя вражда с Гриффиндором, в отличие от Волан-де-Морта, никуда не делась.
— Знаешь, я бы удивилась, если бы ты вдруг сказал «Да».
— Привычки не так-то и просто искоренить, а я, Минерва, предпочитаю им потакать, неважно, нравится кому-то или нет.
Минерва тихо рассмеялась, а когда закончила, заметила, как Северус смотрит на неё с тенью улыбки на губах.
— Что?
— Вы красиво смеётесь. Никогда прежде этого не замечал.
— Это комплимент?
— Констатация факта.
Северус откинулся на спинку скамейки и снова закрыл глаза. Минерва сделала то же самое и позволила кончикам пальцев коснуться его руки.
— Вы хотите этого, Минерва?
— Чего именно?
— Не притворяйтесь: ваши пальцы на моих, и я не могу расценивать это как дружеский жест.
— Это... — Минерва замялась и нашла своё небольшое спасение в голубом осеннем небе. — Вопрос не в том, что я этого хочу, — вопрос в том, хочешь ли ты попробовать начать жить с чистого листа?
— Ты...
— Нет, — тут же отсекает она мысль, которую не желает слышать, но всё же озвучивает её. — Я не Лили Поттер.
— Откуда?..
— Ты бредил тогда: просил её остаться. Просил помочь, понять, простить. Просил забрать с собой.
Каждое слово Минервы болью отзывалось в сердце Северуса. Тупой, ноющей, разрывающей на части не столько от того, что он действительно в бреду взывал к Лили, сколько от того, что об этом знает кто-то ещё.
— В моём духе, — с тяжестью на душе соглашается он. — Но... ты права — ты не Лили, но и не должна быть ею.
Пальцы Северуса подвигаются к Минерве, позволяя её ладони полностью накрыть его.
— Я никогда не забуду Лили.
— Я знаю.
— И тебя это не волнует?
— Волнует, но я не прошу говорить мне «Да» прямо сейчас и уж точно не прошу забыть её просто потому, что так хочу я.
Северус тяжело вздыхает и смотрит прямо перед собой. Ветер в своих вихрях кружит листву, и ему на мгновение кажется, что среди этой листвы закружило и его — слабого, беззащитного, слишком открытого к будущему, где он наконец-то волен жить так, как ему хочется.
— Ты уверена?
Спрашивает он не столько её, сколько себя... или Лили, к которой всегда взывал в моменты, когда ему сильнее всего нужно было найти утешение.
Ты отпускаешь меня?
Ты готова оставить меня?
Отпустить меня, даже если я не хочу тебя отпускать?
Лили, чей призрак всегда был рядом с Северусом в самые тяжёлые минуты, кивает и растворяется в его памяти.
— Я совру, если скажу, что «да», — тихо отвечает Минерва. Её пальцы сжимают пальцы Северуса, но он не отстраняется.
— И тебя это устраивает?
— Да.
Северус сплетает свои пальцы с пальцами Минервы.
— Я не обещаю любить и уж точно не буду носить кофе тебе в кабинет.
Минерва ласково смеётся.
— Предлагаешь мне тебе носить?
— Не подрывай мой учительский авторитет.
— Северус...
— Ты знала, с кем связываешься, — поблажек давать не буду.
Минерва позволила себе аккуратно лечь на его плечо и расслабиться. Северус прикрыл глаза, позволяя себе наконец-то насладиться тишиной, в которой он не будет тонуть, как в болоте, а плыть по её чистой глади и надеяться на то, что его шаг, крайне безумный шаг, того стоит...





|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|