|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Он появился в дверях кухни в середине октября, в идеально выглаженной рубашке и с выражением лица человека, который очень надеется, что его никто не узнает.
Рон поперхнулся печеньем. Гарри замер с миской в руках. Гермиона спокойно сказала:
— Привет, Драко. Свободное место у окна.
— Я… — Малфой запнулся. — Я не…
— Скалка на полке справа. Фартуки в ящике.
Он стоял ещё секунд десять. Потом молча взял фартук, скалку и сел у окна. Никто ничего не сказал.
Первые полчаса он делал вид, что просто наблюдает. Потом начал повторять за Невиллом — тот раскатывал тесто медленно и аккуратно, и Малфой, к своему удивлению, обнаружил, что это успокаивает.
— Ты слишком сильно давишь, — сказал вдруг Невилл. — Тесто не любит, когда на него давят.
Малфой посмотрел на него с недоумением. Но давить перестал.
К концу занятия у него получилось печенье. Кривое, неровное, но съедобное. Он смотрел на него так, будто это был философский камень.
— Неплохо, — сказала Гермиона, проходя мимо. — В следующий вторник приходи.
— Я не…
— В следующий вторник, — повторила она и ушла.
Он пришёл. И во вторник, и через вторник. Никто не комментировал. Рон один раз открыл рот, но Джинни пнула его под столом, и он закрыл.
А потом случилось то, чего никто не ожидал. В середине ноября Малфой пришёл с коробкой.
— Это… — он помолчал. — Рецепт моей матери. Она пекла это, когда я был маленьким. Я не знаю, зачем я…
Он поставил коробку на стол и отступил.
В коробке были аккуратно записанные карточки. Рецепты. Старые, с пометками на полях, с пятнами от масла. Нарцисса Малфой, оказывается, пекла. И пекла хорошо.
Гермиона взяла одну карточку.
— «Пирог с ежевикой и розмарином», — прочитала она. — Звучит потрясающе.
— Он сложный, — быстро сказал Малфой. — Там нужно…
— Мы справимся, — сказала Гермиона. — В субботу. Ты покажешь.
И он показал. И пирог получился. И когда все ели его, Малфой сидел, глядя в свою тарелку, и молчал — но это было другое молчание, чем обычно. Не злое. Просто тихое.
Рон потом сказал Гермионе:
— Я не думал, что когда-нибудь скажу это, но Малфой… нормальный, когда печёт.
— Он всегда был нормальным, — ответила Гермиона. — Просто ему никто не говорил, что можно быть нормальным.
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|