Семь дней, которые изменили мир (джен)

Кто в армии служил, тот в цирке не смеется.

Народная мудрость (записано со слов

членов экипажа суперразрушителя «Палач»)

Новый крейсер серии «звездный разрушитель» «Обвинитель» заканчивал ходовые испытания, заодно гонял пиратов во внешнем кольце помаленьку, беды не чуя, пока ошалевший связист не приволок капитану первого ранга Оззелю шифровку с секретным приказом немедленно идти к Татуину и снять с поверхности терпящего бедствие лорда Вейдера. И.о. командира корабля тихо выругался, помянув недобрым словом того умника в штабе, кто придумал такую вводную для учений. Но чем ситх не шутит, пока джедай спит. Командовать спасательной экспедицией послал представителя того самого штаба, наблюдавшего за испытаниями, выдав тому на дорожку несколько специфических напутствий.

— Дело, конечно, ваше, Фирмус. Но я бы на неофициальную часть задания забил, — ворчал командир группы бронетанковой поддержки майор Максимилиан Вирс. — Ну, поорет на вас Оззель, на которого вам плевать. Ну настучит вашему покровителю — Таркину. Делов-то. А нарветесь на лорда Вейдера, вас тут и похоронят.

Танкист многозначительно посмотрел на стремительно приближающийся серый бок захолустной планеты. Лейтенант Пиетт неопределенно проворчал нечто в духе «жизнь научит, жизнь подскажет». На этом разговор иссяк. Не до этого стало.

На поверхности свирепствовала буря. Из-за нее рутинная эвакуация превратилась в полноценную боевую операцию. Сигнатуру вейдеровских доспехов сенсоры постоянно теряли. Место высадки, сплошное песчаное месиво, в котором воздух от земли не отличишь, определили на глаз, а потом начали тупо прочесывать местность. Тут лейтенант Пиетт мысленно поблагодарил Оззеля за навязанный танковый взвод. Без шагающих монстров они бы не справились. Хотя, глядящему, как многотонные машины едва держатся на бронированных ногах под ударами ветра, звездолётчику хотелось, чтоб инженеры придумали чего поприземистей и на гусеницах.

Засекли устойчивый сигнал и вышли на его источник всей группой уже под утро, когда буря начала стихать. Вирс принялся организовывать круговую оборону. Мало ли что. Рядом с разбитым истребителем милорда еще одна машина валяется. Значит, теракт. А в террориста-одиночку офицеры не верили.

Но обошлось. Самой сложной частью эвакуации для Пиетта стало то, как предложить потерявшему протез лорду Вейдеру перебраться на носилки так, чтоб тебя самого на этих носилках не вынесли.

Помимо Дарта Вейдера спасатели погрузили в модуль мужика в бессознательном состоянии с кучей переломов (видимо, пилота второго корабля) и двоих детей. Откуда они взялись — лейтенант не понял. Но, скорее всего, местные. Во всяком случае, мальчишка пытался качать права на тему того, что ему домой пора. Лорд эти заявления проигнорировал и приказал идти на «Обвинитель». Глаза парня наполнились слезами.

— Похищение человека — это незаконно! — сообщила милорду девчонка — ровесница закапризничавшего паренька.

От обалдевшего от эдакого двойного нахальства Вейдера словно ледяным ветром повеяло. Пиетт поспешил прочь. Смотреть на то, что после подобных выкрутасов ситх сделает с малолетками, вовсе не хотелось. Но раздражение правой руки императора выплеснулось именно на лейтенанта и приняло форму ответственного задания показать детишечкам корабль и вообще развлекать их, что есть силы по принципу: «чем бы дитё не тешилось, только бы не вешалось». Думать о том, во что лично для него выльется слезинка этих ребенков, очень не хотелось.

Так что за весь тот час, пока десантный модуль маневрировал на орбите, выруливая на крейсер, они облазили весь корабль от ходовой рубки до десантных ангаров. Причем у девочки интерес к технике наблюдался такой же, как и у паренька. В целом особых хлопот своему экскурсоводу они не доставили. Разве что понимание вовсе не простого статуса «гостей» Вейдера заставляло Пиетта тщательно следить за речью. Но провокационных разговоров с ним не заводили.

Когда они вышли из модуля, на посадочной палубе их, в смысле — лорда Вейдера, встречал практически полноценный парад. Делегация офицеров «Обвинителя» во главе с каперангом Оззелем блекла на фоне строя штурмовиков 501-го легиона. Личная гвардия ситха прибыла к месту происшествия двадцать минут назад и поучаствовать в его спасении не успела.

Ситх выслушал доклады, вроде бы благосклонно кивнул клону-штурмовику и командиру корабля. После чего заковылял в сторону мед-боксов, бросив Пиетту через плечо приказ проводить детей в приготовленные для лорда апартаменты.

Мальчишка восторженным метеором пронесся по трехкомнатной каюте с гостиной кабинетом и спальней, значительную часть которой, правда, занимала медитационная камера.

— Ух ты! Круто!

— Ванна-то где? — девочка капризно повертела головой.

— Только душ, маленькая леди, — с улыбкой развел руками Пиетт.

— Убожество. Покажите хотя бы, как им пользоваться.

А вот у мальчишки вид льющийся из крана воды вызвал настоящий шок.

— Чтобы раз вот так помыться, дядиной ферме надо месяц воду собирать. И стоить оно будет как подержанный дроид.

— Приличные люди два раза в день моются, — ехидно уточнила девочка.

Понимающий, что лишние знания о прошлом этой странной парочки способны серьезно осложнить ему жизнь, Пиетт едва дождался, когда дроид принесет свежую одежду. Интересно, где корабельный интендант исхитрился найти подходящий размерчик. Или жить захочешь — еще не так раскорячишься? Убедившись, что гости размещены и неудобств не испытывают, лейтенант поспешил удалиться. У него еще есть сегодня дела, связанные с лордом Вейдером и чреватые серьезными неприятностями.

* * *

Люк проплескался в душе, кажется. целую вечность. Когда он наконец вышел, Лея сидела, взобравшись с ногами на диван и положив подбородок на обхваченные руками колени. Сидела с выражением агрессивной скуки. Вслух о том, что ей скучно, а всему миру вообще и Люку в частности до этого и дела нет, сказано не было. Но не надо быть одаренным, чтобы прочесть эту немудрящую мысль.

— Так и будем тут сидеть?

— А что делать?

— Ну, не знаю. Надо бы домой позвонить. Не знаю, как твои, а мои наверно уже с ума сходят.

— Мои тоже. Только нам не разрешат.

— Кто их спрашивать будет?

— Как это?

— Не знаю, пока. На месте разберёмся.

Оба с энтузиазмом вскочили с мест и направилась к двери. Естественно, запертой. Только если идейным вдохновителем их маленькой компании была принцесса, то материально-техническая часть в исполнении Люка оказалась на высоте.

— Замок — полное дерьмо, — самодовольно сообщил он миру, вытирая руки об штаны:

— Еще ситх называется.

— А зачем ситху замок? К нему и так никто не полезет.

Лея шагала по коридорам разрушителя с уверенностью старожила. Наверное, поэтому на них никто не обращал внимания. А потом они очень скоро пристроились в хвост к группе экскурсантов, которым рассказывали про корабль. В группе, правда, оказались ребята на несколько лет старше Люка и Леи. Зато цвет их школьной формы полувоенного покроя мало отличалось от того, что нашлось на складе «Обвинителя» для юных пассажиров.

Люк, разинув рот, слушал про работу дефлекторных щитов, когда Лея нетерпеливо дернула его за рукав.

— Смотри, нам туда.

Девочка ткнула пальцем в неплотно закрытую дверь.

— Что это?

— Эх, деревня! Это резервный командный пункт. На случай, если с мостиком что-то случится. Обычно тут закрыто, но сегодня экскурсантам показывают. Мы зайдем, спрячемся, а когда все уйдут, включим гиперпередатчик и свяжемся со своими.

— Точно! — обрадовался Люк, как-то не подумав, что принимать сигнал межгалактической связи на ферме Ларсов просто нечем.

Как раз в это время дверь открылась, и из КП начала выходить очередная группа школьников. Шмыгнуть внутрь и затаиться под столом труда не составило. Сами того не замечая, Скайуокеры соорудили себе некий силовой щит. Их не то, чтоб совсем не видели, но их действия считали абсолютно нормальными.

Сидеть под столом оказалось жуть как неудобно. Хорошо, что группа, под прикрытием которой они пробрались, была последней. Свет погас, неторопливые шаги по помещению и щелчок замка. Все. Они одни.

Или нет? Стоило им вылезти из укрытия, как свет снова вспыхнул. В помещении оказалось четверо. Напротив Люка и Леи стояли двое подростков в школьной форме. Парень и девочка лет тринадцати. Мальчишка — тощий длинный и нескладный. Через пару — тройку лет станет крепким парнем, а пока — гадкий утенок во всей прыщавой красе. Девочка — обладательница шикарных черных волос, правда, вызывающе пестро мелированных, кошмарных разноцветных глаз — один голубой, другой красный, и роста, при котором все мальчики-одноклассники пока что едва до плеча достают.

— Слышь, Сань, это что за тараканы? — сделал брезгливое лицо парень.

— Не знаю, Уил, — лениво отозвалась девочка, но соизволила обратиться к младшим. — А ну, мелюзга, кыш отсюда!

— Так дверь заперта, — наивно хлопнул глазами Люк.

— Это почему еще кыш? Мы первые тут спрятались. И, вообще, у нас тут дело!

— Дело у них! Вы кто такие?

— А вы кто такие?

— Первый имперский лицей, если вам — соплякам это что-то говорит.

Люку это не говорило ничего, но тот сообразил, что видимо должно было сказать, и предпочел промолчать. Лея изобразила на личике понимающее сочувствие.

— Как же, как же, это тот самый обезьянник, в который всякие богатенькие выскочки сдают своих чад, чтоб карьеру делать не мешали и на настоящую аристократию слегка походили.

— Сама-то в какой школе учишься? — фыркнула явно обиженная Саня.

— Я — принцесса Альдераана Лея Органа, у нас в королевских домах принято получать домашнее образование.

— Ну- ну, — со странной смесью угрозы и смущенья огрызнулась Саня. Все-таки смущенья больше, поскольку она тут же переключилась на Люка. — Ты тоже, что ли, принц какой?

— Нет. Я — Люк….

— Какой Люк?

— Скайуокер.

— В смысле «Скайуокер»? — впервые проявил интерес к перепалке лазящий по пультам Уил.

— В том смысле, что моего батю звали Энакин Скайуокер, а я, получается, Скайуокер Люк.

— Не похож, вроде... — озадаченно полез чесать в затылке Уил.

— Ой, ты и дурак, Уил! — шикнула на него подруга.

— Что не так с моим отцом? — насторожился Люк.

— Все так, — поспешили его заверить хором.

— Так, стоп! Рассказывайте толком. А то сперва этот чокнутый джедай плел невесть что, потом Вейдер явно темнил.

— Какой джедай? — ахнули опять хором.

— Лорд Вейдер поймал на Татуине джедая и везет его императору. Но прежде этот Бен рассказал, что отец Люка тоже был джедаем, и его убил Дарт Вейдер.

— А милорд нашел в логове Бена световой меч отца и отдал его мне.

— Врешь!

Люк молча вынул из-за пазухи серебристый цилиндр. Все зачарованно смотрели на вырвавшийся из него столб голубой плазмы.

— Значит, ты — сын Лорда Вейдера? — уточнила Саня.

— Почему Вейдера?

— Потому что Дарт Вейдер — это ситхское имя Энакина Скайуокера. Это один и тот же человек, — выдохнул Уил.

— С чего ты взял? Этого же никто не знает, — ахнула Лея.

— Ясное дело, не знает. Это тайна, — самодовольно хмыкнула Саня.

— Я личное дело видел, — потупился тот.

— Уил у нас страстный фанат темного лорда. Ну, я ему на днюху папашин комп хакнула и личное дело милорда скопировала.

— Подожди трындеть, — отмахнулся от ее хвастовства Уил. — Выходит, он про тебя не знал, теперь нашел и забрал с собой?

— Да. Только я дядю с тетей не предупредил. Они сейчас места себе не находят…

— Вот мы сюда и пришли, послать родне Люка весточку, чтоб не волновались.

— Это мы сейчас устроим, — Саня решительно шагнула к пульту связи, что-то активируя на нем с помощью пластиковой карточки без опознавательных знаков. — Пока надиктуй сообщение, а я прикину путь файла. Домашний адрес галасвязи есть? Нет. Тогда губернатору Татуина. Для кого? Ага, для фермеров Ларсов. Уил, я через ваш сервак пойду, ладно? А то мой предок наверняка заметит, а мы с ним и так полгода не разговариваем. Вот, как раз к вам отсюда еще какое-то сообщение пошло. Я к нему прицепилась.

— Может, теперь пойдем отсюда? Всех, наверное, уже ищут, — забеспокоилась Лея, когда послание Ларсам отправилось на Татуин.

— А как мы выйдем? Дверь же закрыта, — забеспокоился Люк.

— Запросто. Папашин «вездеход» на что?

Саня приложила всю ту же неприметную карточку к двери, и та открылась.

— Ну, все, привет. Нам домой пора. Экскурсия наверняка уже кончается, — махнула Скайуокерам рукой Саня, но заметив, как вдруг погрустнела Лея, присела перед ней на корточки. — Эй, принцесса, ты чего?

— Я домой хочу.

— Так в чем дело?

— Не знаю. Папа за мной не прилетает.

— Известное дело. Моему тоже сроду некогда. Так полетели к нему с нами. Он же наверняка сейчас на Корусанте.

— Да. Но как…

— Как-нибудь. Эй, Скайуокер, айда с нами. Не боись, мы тебя потом до дворца Вейдера проводим.

— Ага! — радостно кивнул Люк, которому было радостно за получившую возможность вернуться домой Лею, но и одному оставаться не хотелось.

До посадочной палубы добрались без приключений. Проходящие мимо взрослые продолжали в упор не замечать двоих из четырех гостей разрушителя. Зайти в шатл оказалось также легко. Проблема едва не возникла, но несколько другого плана: сидящего рядом с Люком и Леей Уила пересчитывающая класс учительница тоже не увидела. Трижды проходила мимо него, не замечая, сбивалась со счета и никак не могла сообразить, кого не хватает.

* * *

Хотя «Обвинитель» уже несколько часов висит на столичной орбите, из его неожиданных пассажиров борт покинул только так и не пришедший в сознание мужик. Зато в сопровождении агентов Инквизитория. Уж и экскурсии каких-то школьников по крейсеру гуляют, а лорд Вейдер хотя и довел число собственных конечностей до штатного комплекта, но перебираться в свой дворец не торопился. Мало того, и другим домой отправиться не давал. Счел, что офицер центрального штаба флота в качестве временно исполняющего обязанности адъютанта ему вполне подойдет, и бегает теперь Пиетт по поручениям ситха, поминая недобрым словом застрявшую во внешнем кольце штатную свиту лорда.

Сперва ситх самым бесцеремонным образом оккупировал зал для совещаний, куда к нему косяком пошел народ с поверхности и других кораблей. Потом от разговоров вживую дело перешло к общению с голограммами. Почему со всеми этими людьми нельзя встретиться на планете, благо, все абоненты находились сейчас на Корусанте, Пиетт не понял. Его дело — наладить связь и тихо удалиться.

Последнее не получилось. Властный жест милорда приказал остаться. Пока Дарт Вейдер бодро докладывал императору о успешном завершении испытаний нового истребителя, который даже незапланированный краш-тест прошел удовлетворительно, и о поимке некоего джедая, к которому у обоих ситхов имелись претензии личного порядка, Пиетт не то, что замер — дышать норовил через два раза на третий.

— Ну, что, ученик, месть свершилась. И как ощущения?

— Правду сказать, так себе. Ощущения от падения почти с третьего этажа того не стоили.

— Твоя непробиваемая честность, Вейдер, когда-нибудь меня доконает. Это все, что ты хочешь мне сказать? — император очевидно ждал еще чего-то.

— Да, повелитель. Но, если мне будет позволено, не сейчас. Я хотел бы сперва разобраться в ситуации сам.

— Хорошо. Под твою ответственность.

— Благодарю, повелитель.

Опустившийся на колено лорд едва успел подняться, а на пульте замигал сигнал нового вызова.

— Сенатор Органа, милорд, — доложил лейтенант.

— Соединяйте.

Теперь Дарт Вейдер вальяжно развалился в кресле перед проектором. Сенатор же, напротив, выглядел потерянным и жалким. Если и пытался хорохориться, то его усилий не хватило и до конца первой фразы.

— Лорд Вейдер, ради Силы великой, скажите, что с Леей?

— С кем, позвольте поинтересоваться?

— С моей дочерью Леей Органа.

— А что с ней не так?

— Она пропала.

— Ой, беда — беда. Только, я-то тут при чем? Или в лучших демократических традициях: «за окошком снег и град — это Вейдер виноват».

— Прекратите этот цирк. Позавчера она взяла мой флаер и улетела в неизвестном направлении. Как раз тогда, когда вы столкнулись с неизвестным кораблем.

— Я столкнулся?

— Пощадите ее, Вейдер. Она же совсем еще ребенок.

— А, вот вы о чем, сенатор. Так бы сразу и сказали, что это ваша дочь.

— Она у вас?

— Допустим.

— Я сделаю все, что вы потребуете. Только отпустите ее.

— Вы хоть немножко ребенка воспитывали, или все шло а-ля натюрель?

— Прекратите, пожалуйста…

— А-а-а, понял. Только если девочке позволять совсем все, из нее вырастет настоящая правозащитница.

— У вас есть сердце, Вейдер? — еле слышно откликнулся совсем скисший сенатор.

— А как же. Только вот натуральное или имплант, не помню. В медкарте глянуть надо.

Лорд потянулся было отключить связь. Но почувствовавший это движение Органа закричал словно от удара током.

— Стойте! Послушайте меня! Лея — не моя дочь. Она — ВАША дочь.

На несколько нестерпимо тягучих минут в зале повисла мертвая тишина. Наконец, Дарт Вейдер нарушил молчание.

— У меня вроде бы сын?

— Вы знаете? …

— Видимо, не все. Рассказывайте.

— Падме родила двойню. Кеноби сказал, что они одаренные, и это сделает их легкой добычей императора. Поэтому мы решили их спрятать. Лею выдали за нашу с Брехой дочь, а Люка Оби-Ван увез куда-то на Татуин.

— Хорошо, сенатор. Умеете же быть откровенным, когда приспичит. Я вас понял. Мы вернемся к этому разговору чуть позже.

И вновь тишина. Только проектор уже погас. Ситх сидел неподвижно. Замерший за его спиной Пиетт тоже не торопился отмирать. Ему было просто страшно: услышанное только что может оказаться несовместимым с жизнью. Наконец лорд неуклюже зашевелился.

— Отключите связь, лейтенант. Меня на сегодня ни для кого нет.

Пиетт молча шагнул к пульту. Перед тем, как отключить систему, нажал пару лишних кнопок. Не то, чтобы он позиционировал себя героем. Скорее, наоборот. Карьерные соображения всегда чтил и особой разницы между начальством и родиной не видел. Просто на рефлексе сделал, как обычно. За спиной раздался механический бас милорда.

— Органа ввел вас в курс дела вместо меня. Значит, так тому и быть. Я хочу, лейтенант, чтобы вы…

Что именно, осталось неизвестным, потому что в этот момент в зал решительно вошел командир 501-го легиона Рекс и двое его парней с оружием на изготовку. Офицер замер перед лордом, солдаты навели стволы на Пиетта.

— Разрешите доложить, милорд. Дети пропали. Осмотр корабля показал, на борту их нет.

— Когда обнаружили? — рявкнул ситх так, что лампы на потолке моргнули.

— Сорок минут назад, сэр. Решили, что они просто пошли посмотреть корабль. Но поиски ничего не дали. Последним, кто их видел, был этот, — Рекс мотнул шлемом в сторону Пиетта. — За последние часы борт покидало восемь челноков. Все на поверхность Корусканта. Вероятность несанкционированного проникновения невелика, но есть. Там не только флотские борта, но и гражданские. Перед праздником на флоте устроили что-то вроде дня открытых дверей.

— Планетарным властям сообщили?

— Никак нет, милорд.

— Хорошо. И не сообщайте. Немедленно поднимайте легион и прочесывайте территорию своими силами. С властями в конфликт не вступать, глаза по возможности не мозолить. Что еще?

— Утечка информации, сэр. Почти сразу после вашего прибытия на борт и только что несанкционированная отправка информационных пакетов на адрес гранд-моффа Таркина. Второй раз пакет оказался двойным: первая часть ушла, как и раньше, на сервер моффа, а вторая там не задержалась и полетела куда-то во внешнее кольцо.

На горле лейтенанта Пиетта сомкнулись невидимые пальцы. А судя по заломившим вискам, озвучивать вопросы темный лорд не собирался. Получит ответы прямо из головы и свернет шею. Впрочем, потеря сознания не позволила дождаться ни того, ни другого.

Очнувшись, Пиетт обнаружил себя парящим в воздухе вровень со шлемами штурмовиков, что с учетом его невысокого роста, значило, ногами до пола он не достает сантиметров сорок. Пошевелиться не получилось. Оков не видно, но ощущение, словно младенца спеленали. Видимо, опять ситхские штучки.

— Очухался, гад, — доложил, заметивший эти слабые трепыхания штурмовик.

Разговаривавший с кем-то по внутренней связи милорд повернулся к добыче.

— Итак, лейтенант, вы у нас осведомитель гранд-моффа Таркина. Здесь присматривали за тем, чтобы предназначенный для его сектора новый корабль не ушел кому другому, и за тем, чтобы на капитанском мостике оказался нужный секторальным властям человек.

Пиетт кивнул. Практика обычная. Флот сектора формально моффу не подчиняется. Но взаимодействие военных и гражданских властей особенно в беспокойном внешнем кольце нужно отнюдь не формальное. Вот губернаторы и устанавливают тесные связи с офицерами, как умеют. Тут лейтенанту стыдиться или опасаться нечего, Если, конечно, на «Обвинителя» сам Вейдер глаз не положил.

— Только какого хатта вы за мной шпионить принялись?

— Распоряжение Таркина. Он заподозрил, что вся эта история с разбившимся истребителем — инсценировка, повод заграбастать корабль себе.

— Через кого получали приказы?

— Через капитана первого ранга Оззеля.

Особой неловкости от того, что сдает коллегу, Пиетт не испытывал. Все вышесказанное лорд и так знает. Просто решил закрепить информацию на записи, которая наверняка ведется, чтоб было чего потом гранд-моффу показать

— Что отправляли?

— Отчет об увиденном на Татуине и запись разговора с сенатором Органой, — голос у Пиетта перехватило. Вот за это милорд его убьёт и будет прав.

— Кому еще отправили это сообщение?

— Никому. Клянусь, никому. И об исчезновении детей я ничего не знаю.

Несмотря на усилившееся давление, лейтенант отчаянно задергался. У него оставалась единственная надежда на то, что байки про умение милорда читать чужие мысли окажутся правдой. Другого способа доказать свою искренность он не видел.

— Допустим, — как-то не по ситуации хладнокровно кивнул ситх. — В сложившихся обстоятельствах у вас два варианта. Первый: вы сейчас напрягаете память и вспоминаете все странное и необычное, все мелочи и случайности, которые помогут прояснить обстановку. Будете искренни, закончим тем, что я без лишних мучений сломаю вам шею. Еще одна случайная жертва разбушевавшегося ситха. Официально объявим, что мне не понравился, ну, скажем, ваш недостаточно тщательно выглаженный китель. Второй вариант: будете хитрить и увиливать, передам в СИБ как шпиона. Таркин, естественно, выкрутится. А на какого внешнего врага вы работали, используя сервер ничего не подозревающего моффа, вам следователь поможет придумать. Закончите все равно у стенки. Так смысл огород городить?

— Я согласен.

Только ничего путного в голову категорически не лезло. Отчего темный лорд ожидаемо психанул и Пиетт опять отправился в нокаут.

Вейдер аккуратно опустил тело на пол и повернулся к замершему у двери еле живому Оззелю.

— Пощадите, милорд, — без особой надежды забормотал упавший на колени офицер.

Лорд с ответом не торопился. Прежде всего, потому что с некоторым удивлением прислушивался к себе. Негодование по отношению к уродам, сумевшим выкрасть у него детей, имелось, но в неконтролируемую ярость не перерастало. Найдет — убьет. Вот только пока не вернет похищенных детей, он не позволит себе ни одной лишней эмоции, ни одной секунды, потраченной на мелкую, бесплодную месть, потому что за каждую его глупость или неосторожный шаг расплачиваться придется не ему, а маленьким, беззащитным и не понимающим, из-за кого их жизнь подвергается опасности, существам.

От мысли о том, что он никудышный отец, только и умеющий, что портить своим детям жизнь, в душе вновь зашевелилось всякая муть. Он слегка пнул валяющегося у ног лейтенанта и обратился к капитану.

— Не дергайтесь. Император хочет видеть «Обвинителя» на параде. До этого человека на капитанском мостике менять не резон. Потом — по обстановке. Но лишний раз мне на глаза старайтесь не попадаться. Что до этой падали. Шанс на то, что за ним стоит кто-то еще, небольшой, но пренебрегать им не стоит. Очухается, дадите ему покинуть корабль, посмотрим не приведет ли к кому интересному.

-… Пиетт! Да очнитесь же вы, наконец!

Перед носом мелко дрожал стакан с водой. Точнее, дрожала рука Оззеля, его держащая. Больше в помещении никого не наблюдалось.

— Никаких распоряжений на ваш счет милорд не оставил. Так что убирайтесь, мой вам совет, пока целы.

Пиетт молча кивнул и последовал совету. В забывчивость лорда Вейдера он, естественно, не поверил. Его используют как живца. Тут он может только плечами пожать.

Вышедший из здания космопорта лейтенант направился к остановке монорельса. Брать такси не стал: торопиться некуда, нервировать агентов службы наружного наблюдения незачем. Вагон оказался практически пустым. Пиетт сел и прикрыл глаза. Ехать ему далеко. Думать особо не о чем, но куда деваться от профессиональной привычки аналитика. Начал прикидывать свои перспективы. Дарт Вейдер слывет человеком, который выполняет данные обещания. Значит, за ним придут не этой ночью, так следующей. Хотя, если ситуация с пропавшими детьми разрешится быстро, а самого Пиетта не угораздит столкнуться нос к носу с ситхом, может и обойтись. Милорд вспыльчив, но не злопамятен. А детей, скорее всего, никто не крал. Уж больно сложное это дело — похищение с борта звездного разрушителя. Сами куда-нибудь запропастились.

Как раз в этот момент монорельс сделал остановку у центрального парка развлечений, и в вагон вбежала стайка подростков. Пиетт чуть недовольно приоткрыл глаз, отвлекшись на их хохот, и вновь погрузился в свои не слишком веселые мысли. Но ощущение чьего-то пристального взгляда мешало сосредоточиться.

— Господин лейтенант, извините пожалуйста.

К Пиетту обратился длинный прыщавый подросток, рядом с которым стояла крашенная девчонка и… пропавшие с «Обвинителя» дети лорда Вейдера.

— Извините, пожалуйста, но вы не могли бы заплатить за нас за проезд? Мы потом вам вернем. Вы же знаете Лею и Люка.

Пиетт растерянно кивнул.

— Просто у нас деньги в парке украли.

— Вы кто такие и что вместе делаете? — строго рыкнул Пиетт, беря ситуацию под свой контроль.

— Уилхафф Таркин-младший и Исанн Айсард, седьмой класс первого имперского лицея, — четко по-военному отрапортовал Уил. — Мы на экскурсию с классом ездили. На «Обвинителе» познакомились с Люком и Леей и решили показать ребятам город. Пошли в парк. В кафешке кредитка на месте была, а когда билет на аттракцион покупали, ее, видать, и подрезали. Да вы не думайте, мы уже домой ехать собирались. Даже отель, в котором Бейл Органа остановился, узнали.

— Контролер идет, — перебила рассказ приятеля Саня.

И правда, вдоль вагона неспешно двигался контролер. Причем, не дроид, а живое существо. Мелкий несуразный экзот. Пиетт полез за кредиткой. Не стоит, чтобы у этих ребятишек возникли проблемы с полицией.

Нелепое существо протянуло трехпалую лапку. Это оказалось последним, что запомнил лейтенант Пиетт. Ни вспышки, ни боли, просто как в пустоту провалился.