Отражения и искажения (гет)

Зеркальщик, Т/И (стёб, крэк)

По ночам я самозабвенно целовалась с подушками, а на парах только и делала, что представляла первую встречу с Ним. Зеркальщик выходил из зеркала в моей спальне и шёл ко мне, блистательный, длинноволосый, в окружении четырехсотрублевых фикпрайсовских свечей, источающих легкий аромат кедра.

Как он был прекрасен, мужчина моих грез, которого я рисовала в библиотечных учебниках по СРЛЯ (хоть и почему-то портреты светочей языкознания оказывались недовольны подобным соседством)…

А однажды мне был знак. Я увидела сон: ночь, поле, снегопад — и Он на белом коне, в гриве его путается ветер (в смысле — в гриве коня, не Зеркальщика).

«Жди меня!» — проговорил Он инфернальным голосом. «Жди, жди, жди», — откликнулось эхо.

В первое полнолуние месяца я была готова ко встрече. Всё было куплено заранее: и ароматизирующие свечи, и лепестки роз, и вино по акции в Пятёрочке… Вдруг в дверь позвонили. Я встревожилась — мог ли мужчина моих грез прийти так обыденно по-человечески? В оцепенении не решалась пойти открывать, но звонок повторялся снова и снова, будто неизвестный гость пытался надругаться над несчастной кнопкой…

На пороге стоял маленький рыжий мальчик с букетом пионов в руках и речевых дефектов во рту:

— Пфвиет!

— Чего тебе, шмакодявка?

— Милая Имярек! Это я, Зеркалфшик! — и он протянул мне цветы.

— Вот ведь пиздючина! — Я выхватила цветочный веник, нарванный, видимо, на ближайшей клумбе, и отшвырнула в сторону. — Щас как надеру уши!

— Ах, нет! Я всесилен! Премудр! Ты так сильно желала меня, что я решил показать тебе свое истинное обличие! — Он сделал торжественную паузу. — Ну же, милая Имярек! Пойдем со мной в Беловодье! Я защищу тебя от всех напастей! Осыплю жемчугами и золотом!

Как подкошенная я упала на табуретку в прихожей.

Так, должно быть, и рушатся мечты.