Гарри Поттер: Наследник Пустоты (джен)

Хогвартс изменился.

Это было почти незаметно — словно замок чуть-чуть сдвинулся внутри самого себя. Коридоры казались длиннее. Потолки — ниже. Факелы горели неровным светом, отбрасывая тени, которые больше не повторяли движения людей.

И главное — ученики начали уставать.

Не просто уставать — бледнеть, засыпать на ходу, забывать простые заклинания. Магия словно вытекала из них тонкой невидимой струёй.

Через два дня после происшествия в подземельях ещё двое оказались в больничном крыле.

Мадам Помфри была на грани паники.

— У них нет физических повреждений! — шептала она профессору Макгонагалл. — Но магическое поле… оно истончено. Как пергамент, который держали над огнём.

Гарри слышал это, стоя за ширмой.

Его шрам снова пульсировал.

— Нам нужно узнать, что это за символ, — сказала Гермиона в библиотеке тем же вечером.

Перед ней лежали древние фолианты по рунической магии, запретным обрядам и истории основания школы.

— Я уже просмотрел всё, что связано с дементорами, — добавил Рон. — Ничего похожего.

— Потому что это не дементоры, — тихо сказал Гарри.

Он не отрывал взгляда от страницы старого, почти рассыпающегося манускрипта.

— Гермиона… вот.

Она наклонилась.

На пожелтевшей странице был нарисован символ.

Почти такой же.

Круг. Линии-трещины. И подпись на древнеанглийском.

Гермиона быстро перевела:

— «Сигил Поглощённых. Печать Пустоты».

— Пустоты? — переспросил Рон.

Гермиона сглотнула.

— Здесь написано… что в XII веке существовала теория о “внемагическом разуме”. О сущности, которая не обладает собственной магией, но может существовать только поглощая чужую.

— Звучит ободряюще, — пробормотал Рон.

Гарри почувствовал холод.

— Почему об этом никто не знает?

Гермиона перелистнула страницу.

И побледнела.

— Потому что… они решили, что это невозможно.

— Кто — “они”? — спросил Гарри.

Ответ пришёл не от неё.

— Основатели.

Голос был глухим, шершавым.

Трое резко обернулись.

Позади них стоял Почти Безголовый Ник.

Но выглядел он иначе.

Его призрачная форма мерцала. Края словно растворялись в воздухе.

— Ник? — прошептала Гермиона. — С вами всё в порядке?

— Нет, боюсь, нет, — тихо ответил он. — Мы тоже чувствуем это.

— Вы — призраки? — удивился Рон.

Ник кивнул.

— Пустота… не различает живых и мёртвых. Она забирает то, что делает нас… нами.

— Вы знаете, что это? — Гарри поднялся.

Ник посмотрел на него особенно внимательно.

— Я слышал об этом от Серой Дамы. Очень давно. Это было до вашего времени, мистер Поттер.

Он сделал паузу.

— В замке есть место, о котором забыли даже карты.

Гарри почувствовал, как сердце ускоряется.

— Где?

— Под самым старым крылом. Там, где фундамент касается скалы.

— Но там ничего нет, — нахмурилась Гермиона. — Я видела схемы Хогвартса.

Ник медленно покачал головой.

— Некоторые комнаты не существуют, пока их не откроют.

Они пошли туда той же ночью.

Гарри не сказал Рону и Гермионе, что ему снова снился сон.

На этот раз тени не говорили.

Они просто смотрели.

И ждали.

Старое крыло было холодным и почти заброшенным. Камни здесь были темнее, старше, чем в других частях замка.

Ник плыл впереди, его силуэт дрожал.

— Здесь, — прошептал он.

Перед ними была глухая каменная стена.

Обычная.

Гермиона коснулась её.

— Ничего.

Гарри шагнул ближе.

И почувствовал это.

Слабую вибрацию.

Он поднял палочку.

Но прежде чем он успел произнести заклинание, стена начала темнеть.

Трещины расползлись по ней, складываясь в уже знакомый символ.

Круг.

Линии.

Фиолетовое свечение.

— Оно реагирует на тебя, — прошептал Рон.

Гарри медленно протянул руку.

И коснулся камня.

Мир исчез.

Он стоял в огромном зале.

Пустом.

Потолок терялся в темноте. Стены были покрыты тем же символом — сотни, тысячи знаков, пульсирующих в унисон.

В центре зала находился алтарь.

И на нём — чёрная трещина в пространстве.

Не портал.

Не дверь.

Разлом.

Из него сочился холод.

— Ты снова пришёл.

Голос был внутри его головы.

— Что ты? — спросил Гарри.

— Я — то, что осталось, когда магия ушла.

Тени начали формироваться вокруг алтаря.

— Этот замок построен на древнем источнике, — продолжил голос. — Но источник иссякает. И я просыпаюсь.

— Ты убиваешь учеников.

— Я питаюсь.

Трещина расширилась.

И Гарри увидел — внутри неё не было ничего.

Абсолютная темнота.

— Ты связан со мной, — прошептал голос. — В тебе была пустота.

Гарри понял.

Осколок души Волдеморта.

Когда-то внутри него была чужая тьма.

— Но её больше нет, — твёрдо сказал он.

Тени засмеялись.

— Пустота не исчезает. Она лишь ждёт.

Разлом вспыхнул.

Гарри закричал.

— Гарри!

Он рухнул на каменный пол коридора.

Рон держал его за плечи.

Гермиона бледнела, глядя на стену.

Символ исчез.

Но в камне осталась глубокая трещина.

Ник мерцал ещё сильнее.

— Вы видели? — хрипло спросил Гарри.

— Ты стоял неподвижно, — сказала Гермиона. — А потом закричал.

Гарри сел.

— Оно под замком. Огромный зал. Разлом. Оно связано с источником магии Хогвартса.

Рон медленно произнёс:

— То есть… если оно проснётся полностью…

Гермиона закончила за него:

— Магия замка исчезнет.

Тишина повисла тяжёлым куполом.

И в этот момент весь Хогвартс содрогнулся.

Не сильно.

Но ощутимо.

Где-то вдалеке раздался треск — будто ломался камень.

Ник посмотрел вниз.

Его прозрачные руки стали почти невидимыми.

— Оно ускоряется, — прошептал он.

Гарри медленно поднялся.

Он чувствовал это.

Пустота больше не спала.

И теперь она знала его имя.