Семейство Инда (гет)

— Мойра-ниэ-сан, как скоро мы прибудем на станцию Чонарк? — вопросил Широто, щурясь от палящего солнца.

— На всё требуется время, — ответила Мойра, — прибудем мы через час, если не останавливаться. А поезд займёт всего лишь семь часов. Не более.

Голос сестры был спокойный. Каждая фраза всегда имела несколько смыслов, над которыми Кусури часами ломала голову. Далее, шествие на станцию было в тишине. Тишине, которую так любила Мойра. Она верила в тишину. Не в пустоту, а в живую, наполненную смыслом тишину. Тишину, в которой можно было услышать, как сопит Рентаро, как шепчет Широто, или услышать собственные мысли в конце концов. Мойра уверенно вела свою семью вдоль леса и поля.

В это время Кусури сгорала от любопытства. Почему ей запрещают помогать сестре драться с демонами. Спрашивать это — табу. Инда помнила тот единственный раз, когда спросила: Рентаро срубил половину леса около их старой деревни, Мойра проплакала всю ночь без остановок, а Юмио заставлял Кусури и Широто отрабатывать удары до рассвета. «На то есть причины, Куси», — думала про себя девушка, боясь, что Мойра услышит её мысли.

Наконец, придя на станцию Чонарик, Юмио и Рентаро направились за билетами. Сама станция была небольшая — домик для персонала и два перрона. Мойра радостно жестикулировала, общаясь с Широто, пока Кусури наблюдала за движущимся навстречу поездом. Красиво. Такой огромный, шумный и чёрный. Инда отпрыгнула от края, как только локомотив стал приближаться, чем вызвала смех Мойры. Он был… живым. На этот смех нельзя обижаться, ведь его использует ангел, чья кожа была бледна, а руки сильны.

Зайдя внутрь, Кусури тут же почувствовала запах дерева. Это был тот самый поезд — длинный, лениво грохочущий, пахнущий рельсами, сборами травяных чаёв и углём. Мойра с удовольствием потягивала чай из фарфоровой чашки с золотистой каёмкой, которую любезно предложил проводник. Всю дорогу семейство выслушивало выдуманные истории Мойры, которые она любила придумывать.