Тень над Хогвартсом: Отражение, которое знает тебя (джен)

Первый урок Защиты от тёмных искусств с новым преподавателем был назначен уже на следующий день.

Это само по себе казалось странным.

Обычно новые учителя тратили хотя бы пару дней на адаптацию, оформление расписания, знакомство с учениками. Но профессор Морвейн, похоже, не нуждался ни во времени, ни в объяснениях.

Он просто начал.

Кабинет Защиты изменился.

Гарри заметил это сразу, как только они вошли.

Раньше здесь висели плакаты с защитными заклинаниями, стояли шкафы с учебными артефактами, и всё выглядело… понятно. Безопасно.

Теперь же стены были почти пустыми.

Только один предмет привлекал внимание — длинный, узкий шкаф в дальнем углу, закрытый на несколько замков.

И ещё воздух.

Он был тяжёлым.

— Это просто из-за нервов, — прошептал Рон, но даже он звучал неуверенно.

Гермиона ничего не сказала. Она внимательно осматривала кабинет, словно пыталась запомнить каждую деталь.

Морвейн вошёл беззвучно.

Дверь за ним закрылась сама.

— Садитесь, — сказал он спокойно.

Но никто не сел, пока он не прошёл к столу.

Он не доставал учебников. Не писал на доске. Он просто смотрел на класс.

По очереди.

Слишком внимательно.

Когда его взгляд дошёл до Гарри, тот почувствовал то же самое, что и вчера.

Как будто его… читают.

— Защита от тёмных искусств, — начал Морвейн, медленно прохаживаясь между рядами, — обычно преподаётся… неправильно.

Кто-то нервно усмехнулся.

— Вам дают заклинания. Формулы. Теорию. Но никто не учит главному.

Он остановился.

— Тьма — это не заклинание. Это выбор.

Тишина в классе стала плотной.

— И чтобы защититься от неё… вы должны понять, почему люди её выбирают.

— Но… — начала Гермиона, — разве не опасно изучать это слишком глубоко?

Морвейн повернулся к ней.

— Опасно — не понимать.

Он улыбнулся.

— Сегодня мы начнём с простого.

Он поднял палочку.

И свет в кабинете погас.

Некоторые ученики вскрикнули.

Но это была не обычная темнота.

Она не просто скрывала предметы — она будто поглощала пространство.

Гарри попытался разглядеть хоть что-то, но не видел даже своих рук.

— Не двигайтесь, — прозвучал голос Морвейна. — И не сопротивляйтесь.

— Отличный совет, — пробормотал Рон где-то рядом.

И вдруг—

появился свет.

Но не в комнате.

Перед каждым учеником.

Как окно.

Как… сцена.

Гарри замер.

Перед ним был тот самый коридор.

Тот же, что в его сне.

— Нет… — прошептал он.

— Это не иллюзия, — сказал Морвейн. — Это отражение.

Гарри сделал шаг назад.

Но коридор не исчез.

Он стал ближе.

— Ты видишь это? — тихо спросил Рон.

— Да…

— У меня… пауки.

— Конечно у тебя пауки, — напряжённо ответил Гарри.

— Я слышу, — прошептала Гермиона, — голоса… экзаменов…

Но Гарри уже не слушал.

Он смотрел на дверь.

Она была чуть приоткрыта.

И из неё шёл тот же зелёный свет.

— Гарри…

Он резко обернулся.

Но голос звучал не из комнаты.

Из коридора.

— Гарри, — повторил голос.

Он сделал шаг вперёд.

— Не надо! — крикнула Гермиона.

Но он уже не мог остановиться.

В следующую секунду всё исчезло.

Свет вернулся.

Кабинет снова стал обычным.

Ученики тяжело дышали. Кто-то сидел, кто-то стоял, кто-то выглядел так, будто только что пережил кошмар.

— Что… это было? — выдохнул Рон.

Морвейн спокойно стоял у стола.

— Ваши страхи.

— Это было слишком реально! — возмутилась Гермиона.

— Конечно, — кивнул он. — Иначе в этом нет смысла.

Он посмотрел на Гарри.

— Особенно в вашем случае.

Гарри напрягся.

— Что вы имеете в виду?

Морвейн не ответил сразу.

Он сделал несколько шагов вперёд.

— Вы не просто видели страх. Вы почти вошли в него.

Класс замер.

— Это редкость.

— Я просто… — Гарри замялся. — Это был сон. Я видел это раньше.

— Я знаю, — тихо сказал Морвейн.

И вот теперь это было по-настоящему странно.

— Откуда? — резко спросила Гермиона.

Но профессор лишь улыбнулся.

— На сегодня достаточно.

Он щёлкнул пальцами.

Дверь открылась.

— На следующем уроке мы продолжим.

Когда они вышли в коридор, все говорили одновременно.

— Это было ненормально!

— Я чуть не умер!

— Он сумасшедший!

Но Гарри шёл молча.

— Гарри, — Гермиона догнала его. — Ты слышал? Он сказал, что знает.

— Да.

— Это невозможно. Он не мог знать о твоих снах!

— Может, мог.

Рон фыркнул:

— Отлично. Теперь у нас учитель, который копается в головах. Прекрасно.

Они остановились у лестницы.

— Нам нужно выяснить, кто он такой, — сказала Гермиона. — Настоящую информацию. Не из его слов.

— Согласен, — кивнул Рон.

Гарри посмотрел в сторону пустого коридора.

Того самого направления.

— И ещё… — тихо добавил он. — Нужно проверить кое-что.

— Что именно? — спросила Гермиона.

Гарри не сразу ответил.

— Этот коридор… он есть в замке.

— Гарри…

— Я уверен.

Рон закатил глаза:

— Конечно есть. В этом замке полно жутких коридоров.

— Нет. Именно этот.

Гермиона внимательно посмотрела на него.

И медленно кивнула.

— Тогда мы найдём его.

— Сегодня ночью, — сказал Гарри.

Рон вздохнул:

— Ну конечно. Почему бы и нет. Пойдём в страшный коридор, который ты видел во сне. Отличный план.

Но он уже знал, что пойдёт.

Как и всегда.

В ту ночь Хогвартс был непривычно тихим.

Даже призраки не появлялись.

Гарри это заметил.

И это ему совсем не понравилось.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — прошептал Рон, когда они крались по коридору.

— Нет, — честно ответил Гарри.

— Отлично.

Гермиона держала палочку, освещая путь.

— По описанию… это должно быть где-то здесь.

Они свернули за угол.

И остановились.

Потому что дальше…

был он.

Тот самый коридор.

Те же стены.

Тот же холод.

— Это невозможно… — прошептала Гермиона.

Но он был.

Реальный.

И в конце…

стояла дверь.

Та самая.

Старая. Потёртая.

Чуть приоткрытая.

Из неё пробивался слабый зелёный свет.

Гарри сделал шаг вперёд.

Сердце билось так громко, что казалось — его слышно на весь замок.

— Гарри… — тихо сказал Рон. — Давай не будем…

Но Гарри уже протянул руку.

И коснулся ручки.

Дверь медленно…

скрипнула.

И открылась сама.