Цена свободы (гет)

Ру

С отцом я больше не разговаривала. За ужином сидела молча, стараясь ограничиться только «да» или «нет». Отец хмурился, поджимал губы, но тоже об этом больше не заговаривал. Отправил меня спать раньше, чем обычно, а сам заперся в кабинете. Ну и ладно!

Я подобрала под себя ноги на широкой, приятно пахнувшей кровати и рассматривала таинственный подарок. Диск был теплый и мягко мерцал в полумраке. Я вздохнула, зажмурилась и загадала, страстно зашептав:

— Хочу быть мужчиной!

Увы, но ничего не произошло. Я разочарованно вздохнула и сунула подарок под подушку. Хлюпнула носом, провожая свой последний шанс на что-то большее, чем стать чьей-то женой, и уснула. И уже не видела, как из-под подушки вырвалось зелёное сияние, залило комнату, меня, а через какое-то время втянулось обратно. Амулет сухо треснул, разламываясь, и исчез.

* * *

Утренний свет ворвался в окно. Моя комната была в самой высокой башне, и солнце всегда приходило ко мне раньше, чем к другим. Я села на кровати и потянулась.

Кости хрустнули, а всё вокруг было таким ярким. Ухо уловило странные шорохи от окна. Я бросилась к нему и поняла, что слышу звуки далёкого леса. А потом я поняла кое-что ещё и зашарила руками по телу. Груди не было — ну, в смысле тех мешков с жиром, которые полагаются каждой женщине, а вот зато кое-что другое присутствовало.

Я, быстро перебирая руками, задрала подол ночной рубашки и озадаченно уставилась на это «что». Фига себе?! Я кинулась обратно к кровати, отбрасывая подушку, и... Диска там не было! А потом я бросилась к зеркалу. Из него смотрело на меня всё ещё почти моё лицо, хотя и с несколько более грубыми чертами и увеличившимися глазами. Волосы тоже ещё были мои. Я собрала их в руку, намереваясь завязать в хвост, и сдавленно зашипела, обнаружив под ними острые уши.

— Эльф?! — выругалась я.

Мягко говоря, это было не хорошо. Эльфов вообще осталось немного, с людьми они не ладили, да и люди их не любили. Да уж, бойся своих желаний!

Я судорожно соображала, что же теперь делать. В дверь негромко постучали.

— Миледи? — осторожно спросила горничная. — Вы не спите уже? Граф попросил вас спуститься вниз. У нас гости.

Я снова сдавленно выругалась и, собравшись, ответила:

— Да, да. — За дверью появилось напряжение — голос был мой, но ниже, чем обычно. — Передайте графу, что я скоро спущусь.

Шаги от двери подсказали, что горничная ушла.

Я вздохнула, понимая, что отныне я никакая не миледи. И что хуже — даже не человек. Я быстро собрала волосы в хвост. Натянула свой мужской костюм, в котором обычно упражнялась с мечом. Сидел он странно, но хоть налез. Были и свои плюсы в том, что я эльф.

Я схватила меч, сумку, в которую быстро покидала необходимые мелочи, и выглянула за дверь. Комната была высоко, не спрыгнуть, так что надо хотя бы на пару этажей спуститься.

Осторожно перебирая ногами, чтобы не наделать шума, я выскользнула через людскую на конюшню. Один из коней был ещё взнуздан, и он явно был не наш. Я поманила его к себе, и умное животное, дёрнув ушами, подошло. Я осторожно огляделась и потянула за поводья. Понадеявшись на то, что так рано народу будет немного, и на то, что хозяин лошади не сильно на меня обидится, я запрыгнула в седло и сразу же пустила коня в галоп, направившись к западным воротам, которые были ближе всего к лесу.

Риз

До замка я добрался под утро. Сонный конюх забрал моего коня, а зазевавшаяся горничная проводила в кабинет графа, который уже, или ещё, не спал. Уточнять я не стал, а вежливо поклонился и представился собственным командиром. Передал письмо, опять же написанное мною, и смотрел, как граф Мортре нетерпеливо пробегает глазами строчки.

— Любопытно, — наконец он поднял на меня глаза, — и странно, что граф Дивейн наделил вас такими полномочиями.

Я лишь пожал плечами, с трудом подавив зевок. Солнце почти поднялось, а спал я только позапрошлой ночью.

— А знаете, — граф похлопал письмом по руке, — а давайте не будем тянуть? Я прикажу подавать завтрак, да и посмотрите?

— Честно говоря, — я снова подавил зевоту, — я бы предпочёл сначала выспаться.

— Тогда и я буду честен, — Мортре нахмурился, — моя дочь не в восторге от всего этого и, боюсь, задумала что-то неразумное. Возможно, если вы поговорите с ней, она успокоится?

Я вздохнул. Что неразумного может задумать молодая девушка? Да ещё и всю жизнь не выходящая из замка? Разве что отравиться. Я поморщился и кивнул, а граф удовлетворённо кивнул. Тоненько звякнул колокольчик, на мгновение заглянула горничная и, поняв старого графа без слов, быстро ушла. Я всё же зевнул. Ну, если только на завтрак, то я справлюсь.

Завтрак затягивался. А причины, по которой я всё ещё не сплю, не было. Мортре, стараясь мне угодить, начал трапезу, не дожидаясь дочери, и сейчас хмурился, явно не понимая причину такого её поведения.

— Милорд! — влетела испуганная служанка. — Ру, ой... — Она прикрыла рот руками. — Миледи нет в комнате. Я уже сказала поискать в замке.

Граф замер, потом кивнул и продолжил завтрак. Не о чем беспокоиться? То есть такое поведение тут норма? Теперь нахмурился я. Он это заметил и вздохнул.

— Неуважительное поведение моей дочери — не причина отказываться от еды.

— Милорд, — сдавленно выдохнула горничная, пряча глаза в пол, — все платья на месте. Нет только её охотничьего костюма.

Старый граф осторожно отложил приборы и поднялся, грустно посмотрев на меня:

— Пожалуй, можете пока отдохнуть. Похоже, знакомство придётся отложить до вечера.

— Милорд! — снова раздалось от двери, уже мужским голосом. — Простите великодушно, но... Как бы это...

— Что ещё? — ледяным голосом поинтересовался он.

— Коня украли, — вздохнули от двери.

— Которого? — поинтересовался граф.

— Ну, в этом и проблема, — слуга, видимо конюх, покосился на меня. — Коня нашего гостя.

Граф встал и, глядя на меня, тяжело проговорил:

— Надеюсь, я как-то смогу загладить и этот вопрос? — Я устало кивнул. Коня, конечно, жалко, но не думаю, что кони графа намного хуже. — И я хотел бы попросить ещё кое-что.

Я приподнял бровь, и он продолжил:

— Похоже, моя дочь сбежала. — Он тяжело вздохнул. — Я пошлю людей в ближайшие поселения, но, возможно, вы сами захотите её поискать?

Я тоже вздохнул. Если честно, вот искать совсем не хотелось, а хотелось плюнуть на всё и пойти спать. Ну не хочет девушка замуж — ну, блин, её проблемы. Но графа я отчасти понимал, поэтому кивнул и с усилием поднялся. Надо хотя бы комнату её осмотреть, пока там всё не затоптали.

* * *

Комната была роскошной. Сразу видно, что Мортре дочку баловал. Видимо, отсюда и такие проблемы. Я осмотрелся — всё на своих местах, только ночная рубашка скомкана и брошена на пол. Я подошёл к окну и выглянул — высоко, так что, судя по всему, девушка уходила через обычный выход. Я спустился обратно, заметив неприметную дверь двумя пролётами ниже.

— Что там? — спросил я горничную, тихо, словно тень, следующую за мной.

— Людская, — чуть поклонилась она.

Я толкнул дверь, прошёл через коридор и пару комнат и вышел во двор верхнего замка. Спустился вниз и — вот сюрприз — оказался сразу у конюшни. Я сопоставил охотничий костюм, знание замка, умение ездить верхом и криво усмехнулся — похоже, девушка увлекалась не только танцами и вышивкой. Лёгкий интерес кольнул в висок. Я прошёл к тому месту, где ещё недавно оставил своего коня, и снова осмотрелся. И нашёл нечто странное и удивительное.

На земле были свежие следы: большие — конюха, немного затёртые — мои и маленькие, но не настолько маленькие, чтобы принадлежать девушке. Я присел и померил след пальцами — соотношение ширины и длины было необычным для человека. Я сдавленно выдохнул. Спать мне уже не хотелось.

— Оседлайте лошадь, — попросил я конюха. Тот кивнул и поинтересовался:

— Что-то нашли?

— Возможно, — я посмотрел в сторону западных ворот, куда отчётливо вела свежая цепочка от следов моего коня. — Передайте графу, что я согласен заняться поисками.

Ру

Конь вынес меня к ручью и, резко остановившись, замотал головой. Я чуть не улетела в воду, едва удержавшись в седле. Выругавшись, я тронула коню бока, побуждая его идти дальше, но упрямое животное осталось на месте, мотая ушастой головой.

Я спешилась и попробовала его потянуть за собой, но куда там. Конь резко встал на дыбы, вырывая поводья у меня из рук, и рванул обратно. Я вслушалась, пытаясь понять причину такого поведения, но всё было тихо. Понимая, что отец организует погоню, я внимательнее посмотрела на ручей и решилась. Если будут собаки, то надо идти по воде. Стащив сапоги, я пошла по ручью вниз. Вода была ледяная, но если я выйду на берег сразу, то толку не будет, поэтому, сжав губы, я упрямо переставляла ноги.

Когда я уже перестала чувствовать что-то ниже колена, я решилась и пошла к берегу. Зубы стучали, отбивая замысловатую дробь. Как-то нужно было согреться.

Я огляделась, печально осознавая, что тот факт, что я теперь эльф, никак не повлиял на мои навыки знания леса. Ухо дёрнулось, улавливая слабый звук от молота. Кузнец? А значит, рядом деревня, а значит, там можно будет согреться.

Я мотнула лохматой гривой и пошла на звук. Идти пришлось дальше, чем я думала. Всё чесалось, а живот сводило от голода. Ощущение, что в волосах кто-то ползает, никак не проходило. И вот сейчас я сидела в кустах и наблюдала за деревней.

Солнце раскалило воздух, и большинство местных отдыхали в тени. Я не рискнула выходить в открытую. Ибо мало того, что эльф, так и одежда сидит, будто я её с чужого плеча сняла. Хотя ведь оно так и есть? Я грустно посмотрела вниз. Штаны были коротки и слишком сильно обтягивали ноги.

Осторожно двигаясь вдоль кромки леса, я переместилась к крайней хате. То, что там происходило, было очень интересным. Женщина вывешивала только что постиранное бельё. Мужское бельё, и я подобралась, желая, чтобы она поскорее ушла.

Женщина возилась очень долго, в какой-то момент я поймала себя на том, что отключилась и лежу щекой на земле. Выругавшись, я встала — сначала на четвереньки, а потом и полностью. Чёрт! Теперь ещё и всё затекло. По телу поползли противные мурашки, но женщины во дворе уже не было. На подкашивающихся ногах я осторожно подошла к забору — низкому и покосившемуся. Переступила и, резко бросившись к верёвкам, стащила бельё. Обернулась к лесу и наткнулась на два злобных глаза и жуткую оскаленную пасть, издававшую низкое рычание.

Даже не успев подумать, я припустила к лесу, словно заяц, запетляв между деревьев. Рычание меня нагоняло. Сердце бешено стучало в груди. Понимая, что мне не убежать, я отбросила тряпки и белкой взлетела на дерево. Снизу кто-то досадливо клацнул челюстью и снова зарычал. Я осторожно раздвинула листву, рассматривая лохматое чудовище. Так как назвать эту чёрную тварь с жёлтыми глазами собакой было сложно.

Пёс перестал рычать, тоже меня рассматривая, и мне это очень не нравилось. Внезапно собака нырнула в кусты, и я понадеялась, что он решил вернуться домой, но не тут-то было. Пёс вернулся, держа зубами отброшенные мной тряпки, потоптался около дерева и аккуратно положил их там. Потом чуть отошёл в сторону и улёгся, вопросительно посмотрев вверх.

Вот он что? Реально думает, что я на такое поведусь? Ну уж нет. Я осмотрелась и, достав нож, срезала пару ветвей, устраиваясь поудобнее. В животе крякнуло, а я внезапно поняла, что хочу пить. Вот чёрт! Я тихонько застонала, а снизу донеслось довольное причмокивание. Да он издевается!

Риз

Я промчался по свежему следу до леса и, едва углубившись, чуть не врезался в собственного коня. Тот шарахнулся от меня в сторону, не удержался на склоне и съехал вниз небольшого оврага. Я спешился, заползая в кусты с намерением всё рассмотреть получше, но конь меня ждать не собирался. Я увидел лишь толстый круп и пустое седло. Выбравшись с другой стороны, пугливое животное снова ломанулось в кусты, направляясь в замок.

Интересно, что же случилось? Я вернулся к ожидавшей меня лошади и, взяв её под уздцы, пошёл по следу, который вывел меня к ручью. Я осмотрел берег и понял, что дурной конь именно тут и сбросил всадника, а затем решил вернуться в конюшню. Перешёл ручей и осмотрел противоположный берег — следов там не было, а значит, всадник пошёл по ручью, вверх или вниз. Я нахмурился, припоминая, что тут есть в окрестностях. Ниже ручей переходил в речку, лес там кончался и выходил к небольшой деревне. А вверху ручья лес становился гуще.

Я всё ещё подозревал, что всадник не был человеком, поэтому логично предположил, что он двинется вверх. Глубоко вздохнул и подошёл к коню, понимая, что снова влезаю, куда не следовало бы. Сняв сумку и меч с седла, я шлёпнул лошадь по крупу, отправляя в замок. Глядя, как светлая шерсть животного исчезает в листве, запоздало подумал про записку. С другой стороны, чернил и бумаги у меня всё равно с собой нет, так что я пожал плечами и двинулся по ручью глубже в лес.

Кустарник становился всё реже, а вокруг темнее. Деревья шершавыми колоннами тянулись к небу. И самое неприятное — следов всё ещё не было. Пожалуй, я ошибся: так долго идти в ледяной воде искомый вряд ли бы смог. Я остановился и устало вздохнул. Делать нечего, придётся просто вернуться в замок.

— А ну, руки подними и медленно поворачивайся, — долетело до меня сзади. Я выполнил указание и увидел перед собой эльфа. Повернувшись, осмотрел ушастого. Высокий, старый — хоть вот так сразу по лицу и не скажешь, но волосы и глаза были очень светлыми, выцветшими. В руках он держал натянутый лук, и кончик стрелы нервно подёргивался.

— Я уже ухожу, — вздохнул я и попытался опустить руки.

— Я не разрешал, — махнул эльф в мою сторону. — И это ещё непонятно — уходишь ты или нет.

Я снова поднял руки. Плечи тут же заныли, а ноги скоро и вовсе перестанут меня держать от усталости. Уже ловил себя пару раз на том, что вижу тёмные круги перед глазами.

— А смысл? — только и фыркнул я.

— Пока не знаю, — протянул ушастый. — Это ты мне расскажи, зачем тут? А то я и без смысла могу — просто ради удовольствия.

Я поморщился, махнул на эльфа рукой и сел. Стрелять он не стал — впрочем, как я и думал. Был бы молодой эльф, тот бы сначала пальнул куда-нибудь, а потом спрашивал. А этот... ну, в общем, он только нахмурился и чуть опустил лук. Тогда я кивнул и сказал:

— Ищу тут кое-кого. — Эльф вопросительно приподнял бровь. — Тоже ушастого. — Старик снова поднял на меня оружие. — Просто ищу — найти и поговорить. Тут, видишь ли, — я задумчиво почесал подбородок, видя, как хмурится эльф, — у графа здешнего, Мортре, дочку украли, — немного соврал я.

— И с чего ты взял, что это был эльф? — прямо в лоб спросил ушастый.

— Следы я читать умею, — усмехнулся я, глядя, как он убирает лук и задумчиво трёт лоб. Ссориться с графом им явно не к чему. Всё же слишком близко они друг к другу.

— В любом случае тут его не было, — буркнул старик. — И дочки графа тоже. Я бы не проглядел.

— Верю, — кивнул я, поднимаясь. — Поэтому и ухожу. Не против?

Не уверен — может, от усталости привиделось, — но вроде эльф сделал какой-то знак рукой, кинув взгляд мне за спину. Оборачиваться я не стал, а просто пошёл по ручью обратно. Каждый шаг становился всё труднее.

Пройдя с полмили, я почувствовал что-то неприятное позади. Нет, не шорох и даже не тень, а что-то, чего не должно быть. Да, я не особо прятался, и птицы могли молчать из-за меня, но пауза была слишком долгой. За мной кто-то шёл — очень тихо и незаметно. Если бы не моё странное состояние и не разыгравшаяся от усталости паранойя, я бы и не заметил. Я остановился и крикнул:

— А ну, выходи! — А в ответ тишина под тоненький писк мошкары. — Выходи, говорю! Я знаю, что тебя старик послал.

Из кустов показалась рыжая ушастая голова — вот сюрприз — эльфийки, и она сердито хмурилась.

— Как? — наконец спросила она, подозрительно осматривая мою персону.

— Раком, — девушка нахмурилась ещё сильнее, не оценив моей шутки, так что я только фыркнул в ответ и продолжил: — Неважно. Но раз уж тебя послали за мной приглядывать...

— Да с чего ты взял! — возмутилась рыжая, а я поморщился. Уж больно высокий и громкий у неё голос. Молодая ещё совсем, наверное, поэтому и такая глупая.

— Раз послали смотреть, — продолжил я, проигнорировав её вопрос, — то вот и смотри. А мне до смерти нужно часа хотя бы три поспать.

Я достал плащ — хоть и лето на дворе, но в лесу, да ещё и у воды, было сыро.

— И ты прямо тут собрался спать? — изумилась эльфийка. — А если я тебя того? Пока ты спать будешь.

— Если бы ты хотела меня того, — буркнул я, заворачиваясь в плотную ткань, — то ещё с полчаса назад у меня в спине торчала бы стрела. Так что приглядывай, — я усмехнулся, — и мух отгоняй.

— Мух?! — ахнула девушка, а я кивнул.

— Когда солнце сползёт на три пальца от зенита, разбуди, — и, не дожидаясь ответа, я уронил голову на траву и тут же счастливо провалился в сон.

Ру.

Похоже, я задремала, так как проснулась от того, что больно приложилась лбом о ветку. И даже не удивительно. Эта псина всё ещё сторожила меня. Я чихнула, и тут же снизу долетело сдавленное рычание. В носу нещадно свербело, прогулка по воде не прошла мне даром. Руки и спина затекли и ныли. Я выругалась, кляня всех святых, и особенно этого монаха в жёлтом. Думая, что нафига он мне вообще попался? Сидела бы себе в замке, дулась на отца и ела вкусняшки. При мыслях о еде в животе крякнуло, а откуда-то снизу раздался тихий свист.

— Полкан? Полкан! — позвал женский голос. — Кого ты тут поймал? Белку?

Женщина подошла к дереву и удивлённо подняла одежду, сложенную там псом.

— Похоже, не белка, — резюмировала она и крикнула уже мне: — Эй, кто там? А ну слезай!

Я сильнее схватилась за ветку и сжала губы. Ага, конечно, вот так я и послушалась.

— Хм, — снова раздалось снизу, — ну ладно, поверю, что там нет никого. Полкан, идём.

Собака ещё разок грозно рыкнула, но пошла вместе с хозяйкой голоса. Я облегчённо выдохнула и чуть разжала руки, надо бы слезать. Я сдвинула ногу и...

Грохнулась вниз, пересчитывая ветки. Попыталась встать, но ноги, впрочем, как и руки, отказывались меня слушаться, вызывая дикую боль в попытках всё же ими воспользоваться. Я снова выругалась. Неужели я так вот и умру?

Шаги вернулись, и я с трудом повернула голову.

— А вот и наша белка! — удовлетворённо усмехнулась женщина.

Я попробовала резко встать, но от боли у меня в глазах потемнело. А когда вновь прояснилось, темно было уже вокруг. Ярко горел костёр, а я была завёрнута в большой, тёплый плащ. Остро захотелось заплакать, но вместо этого я закашляла, а тело мелко затрясло. Проникающее тепло причиняло боль, похоже, я сильно окоченела.

— Очнулся, ушастый? — спросила женщина, сидящая напротив меня. — Тогда вставай, а то и баня тебе не поможет.

— Баня? — хрипло выдавила я.

— Она самая, — женщина вздохнула, — и как можно так замёрзнуть летом? Вставай! А то я, конечно, женщина сильная, но на себе тебя не потащу.

С трудом я встала на ноги, кутаясь в плащ и трясясь от холода. Женщина загасила костёр и пошла в сторону деревни. За ней, тяжело передвигая ноги, я, а за мной тёмная тень, именуемая «Полкан».

Довольно скоро мы добрались до того самого крайнего дома. Женщина пихнула меня в спину по направлению к небольшому срубу.

— Давай, иди! — она потянула на себя плащ, который мне очень не хотелось отдавать. — И остальное там сними. Сейчас что-нибудь принесу на смену.

Я не стала спорить, а просто забралась в сруб, чувствуя, как тёплый воздух постепенно проникает под кожу. По ощущениям я поняла, что всё не так уж и плохо. Сильно болели только ноги, а точнее ступни. Ну да, им досталось больше всего. Да и сапоги, хоть и из мягкой кожи, но были тесноваты.

Женщина вернулась, не стесняясь, вошла и принялась бесцеремонно меня разглядывать. Я почувствовала смущение и зашарила рукой в поисках штанов. Хозяйка фыркнула и бросила в меня полотенцем.

— Ишь, ещё и стеснительный какой, — она захохотала и вышла, но не надолго. Вернулась обратно, держа в руках небольшую коробочку.

— На, — ткнула она ею в меня, — помажь свои ноги, а то опухнут так, что и ходить не сможешь.

Только я закончила с мазью, как дверь бани отлетела к стене. А на пороге появился огромный силуэт, от которого так и несло злобой.

— Ирма!!! — заорали низким мужским голосом. — Меня нет, а ты тут уже с другим!

И это было утверждение, а не вопрос. Я резко вскочила, а женщина испуганно охнула. Огромный мужик кинулся в мою сторону. Не думая, я опрокинула на него кипяток, и пока он шипел от боли, нырнула под руку и выскочила на улицу.

— А ну стоять!! — словно разъярённый медведь, бросился он за мной.

На крики начали сбегаться соседи. Ночь давала плохой обзор, и послышались самые разнообразные догадки, по большому счёту не в мою пользу. Возможно, основания для ревности у мужика всё же были. И он явно обиделся, так как схватил оглоблю и грозно двинулся на меня. Я уклонилась от замаха, заходя противнику в спину. Меча у меня не было, как, впрочем, и вообще ничего, кроме небольшого полотенца. Только я подумала, что каким-то чудом оно ещё не упало, как это самое и случилось.

Со стороны зрителей послышались смешки и едкие комментарии, в основном по части того, что у эльфа-то оно явно больше. Краснеть мне было некогда, так как это вызвало новую волну гнева, и мужик снова летел на меня. Я отступила в сторону и подставила мужику подножку, тот споткнулся и тяжело растянулся на земле.

Со стороны подлетела Ирма и приложила его ещё и чем-то по макушке, а потом стряхнула с лица волосы и кинула в мою сторону:

— Ну что смотришь? Затаскивай в дом!

Это было неожиданно, но возражать я не посмела. Да и, наконец, ощутила всю бедственность своего положения, вследствие чего появился и стыд, отчего лицо сразу же начала заливать краска. Так что я схватила мужика под руки, а хозяйка — с ног, и, тяжело кряхтя, мы затащили его в дом.

Ирма вернулась на улицу и, не стесняясь в выражениях, сказала всё, что думает о соседях, заодно пообещав спустить Полкана. Последний аргумент оказался сильным, и народ рассосался. Я тяжело села на стул, с трудом выпуская воздух из лёгких. Да уж, та ещё ситуация.

Мужик застонал, приходя в себя. Я напряглась, но в дом уже вернулась хозяйка и, уперев руки в бока, смотрела на нас.

— И чего ты устроил? — обвиняюще ткнула она в мужика, а я на всякий случай отодвинулась и, нашарив рукой какую-то тряпку, прикрылась.

— Ну так, а чего я должен был подумать? — буркнул бугай, потирая огромную шишку и косясь на меня.

— Что я человека спасаю? — едко поинтересовалась Ирма. — Или эльфа, — поняла она мой взгляд и отмахнулась, — да какая разница! Есть будете?

Я молча кивнула, сглатывая слюну.

— И оденься уже! — она ткнула в сторону соседней лавки. — Вся деревня твои достоинства теперь обсуждает.

— Ну это... — начала я, схватив тряпки и натягивая штаны.

— Да молчи уже, — печально махнул мужик и зачем-то начал стаскивать штаны уже с себя. Это поведение заинтриговало не только меня.

— А ты чего? — удивилась Ирма.

— Чего, чего, — хмуро буркнул он в мою сторону, — этот гадёныш на меня бадью с кипятком опрокинул. Проверяю.

Ирма всплеснула руками и, поставив горшок на стол, кинулась помогать. А я жадно потянула носом и, осторожно взяв ложку, зачерпнула. Из глаз брызнули слёзы. Чёрт! Каша была удивительно вкусной.

— А теперь ещё и ужин мой жрёт! — морщась и терпя процедуры с мазью, бросил в мою сторону мужик. — И где ты его подобрала?

— В лесу, — пожала плечами женщина, а мужик хрюкнул и усмехнулся.

— Хотя и то правда, где ещё эльфа-то искать.

Я бы съела ещё, но что-то мне подсказывало, что это очень неправильно. Поэтому я печально отложила ложку и встала, намереваясь попрощаться с хозяевами, но тут же упала обратно на лавку, громко охнув. Женщина захохотала.

— Чего это он? — удивился мужик.

— Ноги себе отморозил, — пожала плечами Ирма, — будто и не лето на дворе. Да ещё и стёр.

Мужик хмыкнул и протянул мне огромную руку.

— Я Стэн, — представился он, — похоже, нам теперь с недельку вместе страдать, пока нас Ирма на ноги поставит.

Я задумалась. Не называться же настоящим именем, и представилась единственным эльфийским, которое знала:

— Руфис.

Мужик кивнул, а я оглядывала скромную хату и остро жалела, что загадала это желание.