Реквием по ушедшим (джен)

Двумя часами ранее.

Пробуждение стало неожиданностью. Неприятной. Все тело невыносимо ныло, живот скрутило от боли, из горла наружу лез ком тошноты. Вдобавок раскалывалась голова. Давали о себе знать раны и синяки, и в целостности ребер тоже оставались сомнения.

Откашлявшись, Грейс кое-как приподнялась на руках. Сознание смутно намекало, что в этом месте стоит быть начеку. Только в ушах все еще стоял звон, который существенно затруднял мыслительный процесс.

Что было до этого момента, пришлось вспоминать, превозмогая головную боль. Ломота во всем теле отвлекала дополнительно. Вроде бы было какое-то здание… Или нет, подземка. Комплекс, не комплекс? Лаборатория? Лаборатория… "Амбреллы". Мысли ворочались в голове, как густой кисель. Что такое Амбрелла и почему при ее упоминании у нее слабеют колени? Грейс как во сне на негнущейся шее поворачивала голову из стороны в сторону и плывущим взглядом осматривалась, не понимая, где находится. Глаза улавливали только смазанную черноту и растекающиеся светлые пятна. Руки подломились, и она вынужденно упала обратно на холодный пол. Ее начало рвать.

Только спустя неопределенное время мысли наконец понемногу стали приходить в порядок. Если порядком можно было назвать воспоминания о монстрах, вирусах и прочей дряни.

Дико хотелось пить. Когда приступ тошноты отступил, Грейс оперлась на обломки бетона и, постанывая от боли, поднялась на ноги.

А что Леон? Девушка прикрыла глаза рукой. Нет… Нету больше Леона. Уж это она видела и помнила точно. После такого не живут даже зараженные.

А что она сама? При мысли о заражении перед внутренним взором возник Зено, небрежно отшвыривающий пустую ампулу. Это ведь определенно был вирус или еще какая-то гадость. Грейс невольно поддалась панике. Она немедленно осмотрела себя, где могла, заглянула в обувь и под одежду. Никаких признаков заражения не увидела, а ее собственное состояние могло в этот момент говорить о чем угодно, только не о том, что она абсолютно здорова. Мало ли? С инцидента в Раккун-Сити прошло много лет, а Леон… Леона добило только теперь. С ней теперь будет так же?

В голове роились вопросы. Что стало с Элписом, где сейчас Зено и где она сама, как отсюда выбираться безоружной и больной? А выбираться надо, определенно. Даже если она заражена. Она еще может что-то сделать. Что-то рассказать. Хотя бы в этом ее ценность. Она может забрать из зала управления дискету с откровениями Спенсера и передать ее правительству… Хотя кому сейчас можно верить? Правительство спонсирует Амбреллу и ей подобных, допускает грызню между конкурентами, а потом покупает лучший продукт. Так ей представлялось. В последнее время вся жизнь Грейс встала с ног на голову. Она даже не знала, можно ли ей безопасно вернуться на работу, учитывая, что не просто так ее — именно ЕЕ — отправили в чертов отель, с которого все это началось. Кто-то в ФБР имеет связи с этой гадостью.

Может быть, стоит обратиться к тем, на кого работал Леон? Они надежнее… Только вот, она не знала ни названия, ни как с ними связаться.

На ватных ногах Грейс обогнула остатки железобетонного блока и хотела было идти в коридор, очертания которого наконец смогла рассмотреть, но не прошла и пары шагов.

Посреди коридора, присосавшись покрытыми слизью отростками к стенам и потолку, зависло бесформенное мясное нечто. Из куска биомассы торчала более-менее оформившаяся человеческая рука. Ее размер позволял безошибочно определить того, кому она принадлежала. Судя по всему, куча мяса пыталась продвигаться по коридору, пока по какой-то причине ей не пришлось зависнуть на месте.

А в стороне от себя Грейс заметила пустую ампулу. На мгновение ее пробрал ледяной ужас. Она снова быстро ощупала шею и предплечья — следов укола не обнаружила. Может быть, есть где-то еще… Совершенно точно ей это вкололи. И сделал это Виктор Гидеон.

Потом появилось обнадеживающее предположение, что в ампуле был не вирус. На всякий случай девушка подобрала ее и аккуратно убрала в подсумок, чтобы не сломать и случайно не всадить иглу в себя. Теперь надо было как-то попасть на выход.

Грейс гуськом подобралась к покрытой слизью, пульсирующей биомассе. Что-то внутри этого клубка червеобразных отростков то и дело шевелилось и чавкало, иногда выступали костяные наросты (они подозрительно смахивали на человеческие ребра, которые пытаются встать на положенное место). Грейс осторожно пролезла через присосавшиеся к стенам жгуты, продолжая неотрывно глядеть на клубок органических трубок и костей.

Увиденное с обратной стороны ее ужаснуло. Помимо руки, из биомассы высовывалась изуродованная человеческая голова. Кожа на части лица была неестественно растянута, безгубый рот обнажал два ряда пожелтевших зубов. Глаза едва-едва проступали через складки кожи и явно не могли видеть так же хорошо, как обычно. Волос на этой голове практически не было. Это нечто вообще ничем не напоминало доктора Гидеона, который преследовал ее все это время. Пугало оно по-другому — своей мерзостью.

По усиленному движению отростков Грейс поняла, что обнаружена. Она моментально подорвалась с места и что было сил бросилась бежать. Естественно, сил было не так уж и много. Пара липких жгутов таки до нее дотянулась. Отростки овили ее талию и сжали — но как-то уж слишком слабо. Грейс закричала, задергалась, а отростки потащили ее назад. Быстро нащупав в подсумке пустую ампулу, она принялась раз за разом тыкать в щупальца иглой. Об отвращении — которое никуда не девалось — пришлось в этот момент забыть. За спиной раздался болезненный рокот и приглушенное клокотание вкупе со сдавленным человеческим стоном. Жгуты ослабли и бессильно опали, а Грейс торопливо — как могла — поплелась вперед.

Коридор через несколько поворотов привел ее к очередной закрытой двери. Эта поддалась без особых проблем: створки просто разъехались в стороны. За ней был небольшой тамбур с рабочими компьютерами и системами, которых Грейс не понимала. А вот следующая дверь оказалась для нее непроходимой, потому как требовала первого уровня доступа. Грейс сомневалась, что ей снова повезет найти какую-нибудь ключ-карту: идти ведь за ней было попросту некуда. Система Амбреллы устроена так, что никто не может войти и выйти, не имея допуска. Грейс вполне могла представить, как внутрь попал Леон, ведь часть внешних стен была в свое время уничтожена взрывом. Но внутри все равно имелась масса недоступных проходов, потому как комплекс по-прежнему обслуживался электричеством.

Может быть, в этом есть лазейка? Извне сюда проникнуть не получилось бы без ключа, но где-то внутри наверняка есть что-то, что можно отключить или сломать, чтобы питание прекратилось. Какой-нибудь электрощиток или комната с электрооборудованием, которая питает весь блок. Тогда исхода два: либо двери заклинит окончательно, либо они сами откроются.

Грейс внимательно осмотрела тамбур на предмет щелей в стене, которые могли бы быть дверями или дверцами — ничего не нашла. Вернувшись в коридор, осмотрелась по сторонам. Здесь в углу было несколько ящиков с логотипом Амбреллы, один ящик с логотипом Триселл, на них что-то вроде накладной, заляпанной почерневшей кровью и рвотой. Ни намека на какие-нибудь провода или щитки. Пришлось идти обратно. За поворотом, насколько она помнила, была еще одна дверь.

К сожалению, она оказалась закрыта — на обычный замок, не электронный. Сколько бы Грейс ни билась, взломать его у нее не получилось. Выломать дверь тоже — само собой. Пришлось остановиться и еще подумать.

Выхода у нее определенно нет. Надо возвращаться и пройтись дальше в обратную сторону. Может быть, там что-то найдется. Только бы снова обойти Гидеона…

Но в коридоре ее ждало уже другое зрелище. Менее мерзкое, но не менее настораживающее. Гидеон — уже почти такой, каким она его помнила — полулежал на полу, тяжело привалившись к стене. На месте левой руки пульсировали бесформенные наросты, кожа ниже пояса была красной — да ее как будто вообще не было. Походило на то, как если бы его тело ниже груди освежевали и хорошенько ошпарили. Пах покрывали желто-розовые, пронизанные венами волдыри. На лице кожа уже почти приняла обычный — если можно так сказать — сероватый оттенок, но все еще не вернулась полностью в изначальное состояние. Нижняя часть его лица до сих пор напоминала голый череп, хотя некоторое подобие губ уже было заметно. Нормальным был только правый глаз.

Им-то он ее и заметил. Но ничего не сделал. Грейс осторожно шагала вперед, на всякий случай неотрывно наблюдая за ним. Гидеон тоже смотрел на нее. Поравнявшись с ним, Грейс быстренько пробежала мимо на несколько шагов. Она все еще не сводила с него пристального взгляда.

Но он даже не попытался поймать ее. Только повернул голову.

— Ты не выберешься, — услышала она слабый шипящий голос. Говорил доктор пока невнятно.

Не слушая, она зашагала дальше.

— Там ничего нет, — снова послышалось из-за спины. — Только обломки…

Естественно, она не ответила. Как будто он сказал бы правду.

— Раз идешь… будь добра, поищи где-нибудь одежду!.. — чуть возвысив голос, крикнул он ей вдогонку, не то издеваясь, не то — неожиданно — шутя. После сразу же до нее донесся натужный, хриплый кашель.

Какая, к черту, одежда? Грейс в раздражении размышляла об этом и о его обществе, пока не добралась до разрушенной платформы. Потом ее посетила иная мысль. Если она сейчас в сознании, может ходить, постепенно приходит в норму, значит, нет в ней никакого вируса — он ведь действовал стремительно, она не смогла бы его не чувствовать. Значит, в ампуле действительно было лекарство. А это значит, Виктор хотя бы предполагал, что она ему понадобится. Следовательно, и в комплексе он вряд ли планирует ее оставить.

А вот может ли у него быть доступ первого уровня для двери? С большой долей вероятности может.

Раз так, на этот раз уже она будет его использовать. Что бы он ни задумал, она больше не станет исполнителем его замыслов. Она придумает, как сбежать от него, но потом. Пока можно ему подыграть.

Разрушенная шахта Пандоры, в которой ранее находился Элпис, теперь не представляла никакой ценности. Грейс облазила все, до чего смогла достать, но никаких больше полезных вещей не обнаружила. Действительно, только обломки, куски какой-то электроники и прочие атрибуты полного бедлама, царившего в отсеке. Вдобавок к этому в воздухе висел густой запах оплавившейся изоляции и горелой резины.

Напоследок Грейс подобралась к краю платформы, где раньше находилась последняя из трех опорных колонн. У двух других искать было нечего. Кое-где здесь были видны окалины от разрядов тока, а рядом — как положено, оборудование для питания и обслуживания. Все сломано. Вряд ли хоть что-то из этих агрегатов относится к дверям в коридоре, оно-то точно не работает. А вот за краем Грейс обнаружила кусок торчащей железяки, а на ней — запекшуюся кровь и разорванный, но все-таки частично уцелевший плащ из змеиной кожи. То, что нужно, чтобы немного задобрить этого ублюдочного типа. На этом полезное в Пандоре для Грейс закончилось.

Виктор Гидеон по-прежнему оставался на месте. Видок у него был тот еще — понятно было, что чувствует себя доктор отвратительно. Внезапно Грейс задумалась, а как он себя чувствует обычно? Серая кожа, черные вены по всему телу, подозрительный шрам от подбородка до самой груди — на него как будто заклепками натягивали и крепили когда-то кожу. Гидеон никак не походил на здорового человека, у которого все замечательно. А ведь это его повседневное состояние.

Теперь мужчина выглядел, как жертва радиации. Изможденный, с оплавившейся местами кожей, культей вместо левой руки. Но он полностью восстановил человеческий вид, что Грейс и имела сомнительное удовольствие лицезреть по возвращении.

Остановившись на некотором расстоянии, девушка бросила ему на колени истрепанный плащ — под стать хозяину. Виктор приоткрыл один глаз.

— Моя… благодарность, — хрипло выдавил он, изобразив подобие улыбки. Снова закашлялся, сплюнул кровь.

Грейс молча пронаблюдала, как этот человек пытается накинуть плащ на голое тело. Одной рукой действовать явно было не слишком удобно. Иногда он шевелил культей, но потом, очевидно, вспоминал, что второй руки уже нет. Грейс при этом не чувствовала жалости. И не могла чувствовать.

Наконец ему удалось одеться и хоть как-то прикрыться. Примерно минуту он задумчиво молчал, шумно втягивая носом воздух. Иногда нервно дергался — непроизвольно.

— Придется, — он захрипел и прокашлялся, — потерпеть еще какое-то время …

— Чего ради? — Грейс решила попытать удачу и задать вопросы, раз он сам заговорил.

Потрепанный ученый снова дернулся и нервно облизнул сухие губы раздвоенным кончиком языка — девушка невольно заострила на нем внимание.

— Все просто. Ты не можешь выбраться сама, а я… — снова приступ кашля, — не могу подняться. А когда смогу, мне, увы… — кашель, — понадобится помощь. Оставаться здесь надолго я бы не стал.

— Я-то тут причем? Почему бы не бросить меня тут? Зачем я опять нужна?

Гидеон поморщился и устало откинул голову.

— Можем либо помочь друг другу, либо остаться здесь, пока кто-нибудь не явится. Есть еще много желающих обшарить это место.

— Здесь везде охранные системы.

— Но мистер Кеннеди, однако, умудрился их обойти. У тех, кто придет сюда, будет куда больше возможностей и средств.

Походило на то, что он не врет.

— Почему я не могу просто убить вас и забрать какую-нибудь часть вашего тела для двери? Там есть сканер, я видела. И вы ничего мне не сделаете.

Он даже рассмеялся, хотя тут же пожалел об этом и зашелся кашлем.

— Какая суровая… А что будет за той дверью? Еще одна дверь? А может быть, очередное хранилище биооружия, м-м? Не знаешь… А если ни одна моя… деталь не подойдет? Не-ет… ты не станешь рисковать. Ты уже решила. Просто пытаешься морочить мне голову. Я нужен тебе.

Догадливый сукин сын. Грейс даже не придумала, что возразить. Это его вполне удовлетворило.

— Потому нам с тобой придется терпеливо ждать, — закончил мужчина, потирая здоровой рукой плечо оторванной конечности.

Грейс молча поплелась к двери в тамбур. Там хотя бы чище и у мониторов она видела кресло. Девушка планировала переждать это время там. Доктор Гидеон проводил ее несколько рассеянным взглядом. Он не собирался ее останавливать.

Впрочем, не дойдя даже до поворота, она остановилась. Мысли одолели. Ненадолго застыв на месте, она быстрым шагом вернулась обратно и уселась у стены напротив мужчины. Тот пронаблюдал за ней с вялым интересом.

— Вы расскажете, что здесь произошло? Что все же такое Элпис?

Из его груди вырвался свистящий вздох. Гидеон плотнее запахнул кожаный плащ.

— Благодаря Элпису мы с тобой, Грейс, сейчас, увы, разговариваем.

Девушка несколько опешила, так что его колкости даже не заметила.

— Элпис — это оружие. Разве не так?

— Неверно, — хмыкнул он. — Зено и Соединения должны были думать, что Элпис — оружие. Спенсер занимался антивирусом уже давно — когда Амбрелла только поднималась. Было бы глупо вывести смертельно опасный вирус и при этом не обзавестись лекарством. Антивирусу было дано кодовое название Элпис.

— И какая в нем тогда тайна? О нем ведь никто не знал? Почему? И почему вы не рассказали это Зено? Я не понимаю.

Гидеон снова закашлялся, сплюнул густой черный сгусток. Разговор давался ему явно непросто, но Грейс хотела получить ответы. Состояние мутанта ее не заботило.

— Спенсер — мой учитель — отец-основатель Амбреллы, — терпеливо начал пояснять Виктор, иногда прерываясь, чтоб дать отдых недавно восстановленному горлу. — Я — его ученик и преданный последователь — также до последнего трудился на благо корпорации. Зено — представитель Соединений — прямого конкурента. Соединения — это чума, которая поглощает все, что увидит и посчитает своим. У Амбреллы было влияние, деньги… и где она сейчас?.. Нет… моя задача — не помогать им, а заставить их биться в агонии.

Он говорил так, будто это было очевидно, и в его разочарованном тоне не чувствовалось фальши. Грейс снова задумалась о том, говорит ли он правду или филигранно прикидывается. Впрочем, если Зено ничего не знал и продолжал мечтать о сверхоружии, должно быть, Гидеон на самом деле ничего не сказал ему.

— И? Начало удалось?

Гидеон многозначительно промолчал, и Грейс поняла, что Зено все-таки ушел отсюда живым.

— Значит, Зено должен был вколоть антивирус, стать обычным человеком, а потом его бы просто убрали?

— Догадливая девочка, — несмотря на чудовищную боль, которую он, очевидно, испытывал при разговоре, его голос оставался необъяснимо притягательным. Этим он подкупил ее ранее, внушая, что теперь она на своем месте. Естественно, это все тоже было неправдой. — А ты уничтожила образцы, несмотря на то, что у тебя было более чем достаточно подсказок.

Слышать упрек от него было в новинку. Раньше он старался только польстить. Но Грейс и сама уже все сложила. Спенсер в архивном видео говорил о раскаянии: об Элписе и о надежде.

Надежда.

Это высвободило бы антивирус, и Леон тогда остался бы жив. Эта мысль шурупом ввинтилась в ее мозг, заставив содрогнуться и тихо застонать. Судя по молчанию и мрачной иронии на его лице, Виктор все понял правильно.

— А Элпис? Вы сказали, что это… Но его больше не существует?

— То, что хранилось в АРК-е — только несколько готовых доз. Сейф на черный день. Но технология известна. Понимаешь?

Грейс поняла.

— Тогда зачем вы меня вылечили? — угрюмо спросила она, желая уже остановиться и покончить с вопросами. Она не хотела больше ничего знать — и без того чувство вины противно скребло на душе. — Не только ведь чтоб я помогла вам добраться до выхода?

Гидеон на некоторое время задумался, отвернувшись куда-то в сторону. Кажется, он решал, как лучше выразиться. Он довольно долго не продолжал.

— Здесь надо обратиться к вопросу о том, кто я такой, — наконец заговорил мужчина. — Это не такая длинная история. Я расскажу кратко. В конце концов, это, в некотором роде, входит в мою сверхзадачу.

Он прокашлялся, отдышался и шумно втянул в легкие побольше воздуха.

— Как уже было сказано, твой покорный слуга — ученик и последователь Спенсера. Доверенное лицо, если угодно. Был приставлен к работе над проектом "Элпис" в команде из десяти человек, прочие из которых уже мертвы.

Небольшая пауза, чтобы дать поврежденному горлу отдохнуть.

— Спенсер доверял мне. Но человек… человеческий организм, мягко говоря, ненадежен. — Он снова затих на несколько секунд. Монолог давался еще труднее. — Еще в середине девяностых учитель кое о чем меня попросил. Об одном… одолжении. Последняя воля, так сказать. Усилиями некоторых людей из Европы был доставлен особый паразит, последняя модификация. Он предназначался для меня.

Грейс невольно поежилась. Она видела достаточно ужасов, чтобы понимать, что заигрывания с биологией хорошо не заканчиваются.

— Далее был долгий курс подготовки, который можно опустить. Затем — имплантация.

— И вы… вы на это пошли? Для чего?

— Я верил — и до сих пор верю — в дело Спенсера, — голос Гидеона оставался поразительно спокойным и размеренным. — Мешал только страх, но дальше все сделали, минуя неосознанное сопротивление. Отказаться я уже не мог, а в сущности и не хотел. Но не будем о моих физических злоключениях. Важен результат. Этот паразит… дает существенные преимущества. В частности подавление животного страха. Это то, что было нужно учителю. "Немезис"-гамма. Но это — только следствие. Это дало мне возможность выполнить его просьбу.

— Для чего?.. — в немом исступлении повторила она свой вопрос.

Гидеон не спешил. Продолжал в удобном темпе:

— На закате жизни у Спенсера оставалось только две по-настоящему стоящих вещи. Его дело. И — перед самой смертью — его дочь. Это — причина.

Грейс обняла себя руками и отвела взгляд. Виктор понял, что она кое-что уже знает.

— Паразит оставил в порядке мои мыслительные способности, но у "Немезиса", так или иначе, всегда есть заданные создателем установки. Думаю, нетрудно догадаться, какие установки были даны мне.

— Ну, нет… — Грейс отодвинулась подальше, качая головой. — Нет-нет. Не говорите мне все это, это неправда. Все, что до этого было, говорит против! Ну уж нет, второй раз я на это не поведусь. Да я уже в вашей клинике могла умереть сотню раз!

— Но ты ведь сама убежала, — справедливо заметил он. — Впрочем, веришь ты или нет, не имеет значения. Можешь просто дальше считать, что мне нужна только твоя помощь.

— Вы долбанный псих!

Он снисходительно улыбнулся и качнул головой, как будто позволяя ей так думать. Его тело, как уже заметила Грейс, полностью восстановилось, но он все равно не спешил подниматься. Грейс же продолжать больше не хотела. Ей надо было обдумать услышанное. Достаточно было и осознания, что снова кто-то погиб из-за ее решений. И рассказ доктора Гидеона был последним гвоздем в крышку этого гроба. Зачем она вообще его спросила и стала слушать? В какой-то момент она даже почти прониклась к нему сочувствием. Надо же… Какая удобная ложь и как легко в нее поверить! Грейс отказывалась верить в такую правду. Она встала и молча пошла прочь. Хотела пройтись в тишине.

* * *

Грейс вернулась где-то через полтора часа. Гидеон по-прежнему сидел на своем месте и невидящим взглядом рассматривал противоположную стену.

— Пойдемте уже, — бесцеремонно заявила девушка, требовательно нависнув над ним. — Мне без разницы, можете вы встать или нет. Вы сказали, я должна помочь вам.

Он выслушал ее молча, с легкой ехидцей во взгляде. Знал, что долго ждать ее возвращения не придется.

— Раз ты настаиваешь, — в притворном почтении склонил голову мужчина. — Тогда, будь добра, помоги мне встать.

Она моментально нагнулась и поднырнула под его здоровую руку. Поднатужилась, потащила вверх. Ему тоже пришлось приложить немалое усилие. Естественно, полностью опереться на нее он не мог в силу немалого веса и роста.

Пошатываясь и периодически останавливаясь, заложники обстоятельств поплелись к двери в конце коридора.

— У меня тоже есть просьба, — тяжело дыша и отдуваясь, пробормотала Грейс себе под нос. — Озвучу, когда выберемся отсюда.

— Вот это прогресс человеческий, — хрипло засмеялся доктор Гидеон. — У вас мисс, уже есть пожелания? И вы их выскажете? Хотя… то ли прогресс, то ли… "слабоумие и отвага", как говорят.

— Не тратьте воздух.

В тамбуре она оставила его отдышаться в кресле у мониторов. Виктор устало развалился, уже не заботясь о своей наготе и о том, чтоб ее прикрыть. Мельком пробежался взглядом по экранам, быстро побегал по кнопкам пальцами. Вывел изображения с камер и кивком головы указал на них Грейс.

— В следующем зале склад. Видишь их?

Грейс увидела на складской камере несколько монстров — тех самых, что ползают по стенам и ничего не видят.

Гидеон набрал на клавиатуре следующую комбинацию. В столе что-то щелкнуло. Медленно отъехала в сторону створка сейфа, которую Грейс ранее не заметила при обыске. Доктор достал из хранилища пару банок с полупрозрачной синей жидкостью.

— Я открою дверь, и мы пойдем туда, — указал он на монитор. — Если ликеры нападут, отбиваться придется тебе самой.

Значит, вот так их называли в Амбрелле. Грейс быстро забрала у него бутылки.

— Поняла. Не впервой уже.

Гидеон на всякий случай просмотрел остальные камеры, слегка прищурив свои необычные, немного пугающие глаза. Кое-где в комплексе еще бродили зомби (ему в свое время пришлось смириться с этим обобщенным названием самых бесполезных жертв и подопытных). Они, как правило, тупые и медленные, так что даже он в нынешнем состоянии с ними, скорее всего, справился бы. Хотя могли возникнуть и некоторые трудности.

Грейс снова пришлось приложить немало усилий, чтобы поднять его на ноги. Гидеон для человека был просто огромен и невероятно тяжел. Грейс догадывалась, что не ощущает и третьей доли его веса, а нужна ему в основном для балансировки.

Дверь с тихим шипением открылась (понадобился всего лишь отпечаток пальца). Нос сразу уловил устоявшийся запах трупной вони, от которого в глазах слегка помутнело. Грейс пришлось снова перехватить свою ношу поудобнее, чтобы высвободить руку с кислотой. По противному стрекотанию она примерно понимала, где находятся твари. Цокот когтей слышался уже за ближайшим контейнером.

— Они могут нас учуять? — спросила она едва слышным шепотом. Гидеон без пояснения кивнул.

Пока ликер не приблизился, они гуськом двинулись вдоль стены. В обычных условиях эти твари редко ползали по стенам, но сейчас были голодны и искали еду везде. На полу валялось несколько разодранных тел зараженных.

Ближайший монстр вдруг разинул пасть и попробовал воздух языком. Вонь из его пасти напрочь перекрывала все остальные мерзкие запахи. Его тело встрепенулось, он настороженно завертел головой и снова высунул язык. Грейс бесшумно молилась, чтобы он не бросился вперед до того, как они окажутся у противоположной стороны склада.

А Виктор последние несколько секунд упорно нашептывал что-то невнятное ей на ухо. Наконец она разобрала: "Сверху, сверху, черт побери!" Тут она сама услышала рокот прямо над головой. Поднять глаза не успела: Гидеон боком толкнул ее к стене — в тот самый момент, когда ликер прыгнул вниз. На шум тут же заторопились остальные.

Грейс растерялась, не зная, что ей теперь делать. Кинуть кислоту она больше не могла — попадет в "своего". Твари уже неслись на запах крови, а Виктор и его противник в ожесточенной борьбе катались по полу. Мутант явно уступал весом и силой, но у Гидеона была только одна рука. Ей он отчаянно пытался схватить проворную склизкую тварь за глотку.

На него налетели еще двое. Не удержали равновесия и сползли на пол. Первого Виктор сумел наконец ухватить прямо за высунутый язык. С леденящим душу криком он намотал его на руку и вырвал с пугающей легкостью. Мутант захрипел, забулькал и, заливая пол своей кровью, в смятении неловко отшатнулся. Два других уже вскочили поверх, но еще не успели вцепиться, потому как противник постоянно извивался угрем. Наконец он дернулся и сбросил с себя две красные туши, ногами отпихнул их подальше и тут же взвыл:

— Кидай!

Грейс моментально швырнула в мутантов банку. Стекло разлетелось вдребезги, монстры заверещали и принялись яростно дергаться на полу, силясь содрать с себя реагент вместе с несуществующей кожей. Не помогло — как Грейс уже не раз видела. Мучились они недолго.

Опомнившись, она тут же подлетела к Гидеону и подхватила его под руку. Тот отдышался, попыхтел и все-таки смог подняться. А на полу между тем осталось немало его крови. Грейс подумала, что будет лучше вернуться за дверь и там переждать слабость — уж больно тяжело дышал ее спутник. Когда она двинулась к тамбуру, Гидеон удержал ее.

— Вперед, — коротко велел он. — И внимательнее.

Она лишь покорно кивнула. В этой ситуации начинать спор она не собиралась. Как бы там ни было, чувство вины все равно потихоньку донимало ее.

Следующая дверь тоже открывалась только с нужным уровнем допуска и вела в коридор с рельсами. Должно быть, по ним на склад доставляли все эти огромные контейнеры с оборудованием и образцами, а уже тут сотрудник с доступом их принимал. Может быть, даже сам Гидеон когда-то…

Пока они шли, Грейс размышляла, как здесь все работало раньше. Наверняка далеко не все ученые знали, на что идут их исследования. Они работали здесь, получали какие-то результаты… Спокойно себе жили.

А другие все прекрасно знали, но делали все то же самое. И корпорация процветала. Достаточно долгое время.

— Мы идем к пульту управления Пандорой, — сообщил Виктор, прервав ее размышления. — Там справа от главного мостика есть комната охраны. В ней держали Тирана… пока не важно, что это, но оно опасно для нас. Если он все еще в своей капсуле — нам повезло. Если нет… Что ж, кислота нам уже не поможет.

— И что мы будем делать?

— Его состояние можно проверить из командного пункта. Туда мы идем. А если все плохо…

Он задумался.

— Ну, что тогда? — поторопила Грейс. Ей было тяжело.

Гидеон остановился, привалился к стенке коридора. Высвободил руку и попросил девушку откинуть полу его плаща, достав ампулу с похожим на шампанское содержимым. Всего ампул было две, как успела заметить Грейс (она, увы, не только это заметила). Одну он отдал ей.

— У кого получится, тот введет Тирану антивирус. Это убьет его быстро.

Грейс, чтобы отвлечься от мысли о случайном созерцании его мужского достоинства, заставила себя думать о другом.

— А что, если антивирус ввести вам?

Он несколько насторожился.

— Может быть, в другой раз я стану об этом разговаривать.

Ответ подразумевал, что больше ничего он не скажет. Грейс молча кивнула. Дальше диалог не продолжился.

Заслышав кряхтения впереди, где из-за огромных застекленных стен в коридор лился свет ламп, Грейс замешкалась. Пистолета у нее больше не было, а в подсумке оставалось всего два ингибитора — на толпу явно не хватит. Но Гидеон снова подтолкнул ее вперед и тихо произнес:

— Шагай. Я сам с этим разберусь.

Грейс отметила, что постепенно ему становится все лучше. Он уже гораздо меньше наваливался на нее и в основном шел сам, пусть и не быстро. С каждым шагом ее все больше одолевало сомнение. Иметь дело с боеспособным мутантом — то еще удовольствие. Доверять ему она не могла: позади оставалось слишком многое.

Действительно, когда они завернули за угол, на них обратили внимание несколько зараженных. Грейс давненько заметила, что в комплексе эти твари отличаются от тех, с которыми она имела дело в клинике Роадс-Хилл. Эти были куда меньше похожи на людей: белесые, совершенно лысые и тощие, с пустыми черными глазницами и острыми зубами. Но все еще кривляющиеся, шипящие, храпящие и, главное, безмозглые. Завидев живых, зомби встрепенулись и направились в их сторону. Один даже побежал.

Он и угодил первым в огромную лапищу Гидеона. Тот лишь слегка сжал пальцы, и шея невезучей жертвы противно хрустнула. Зомби испустил дух и был бесцеремонно отброшен в сторону.

Грейс поежилась, припомнив, как сама оказалась на месте этого несчастного: ее схватили и придушили, чтоб отключилась. А ведь как близко она была тогда к вот такому исходу…

Она вдруг заметила, как довольно скалится ее спутник. Ему явно доставляло удовольствие сознавать, что самый опасный здесь — он. Грейс поняла, что поддерживать его уже не требуется. Девушка на всякий случай отступила за его спину, чтоб не попасть под раздачу.

— Неприятно быть на месте жертвы, — констатировал мужчина, неспешно шагая вперед. — Они вышли из-под пера Соединений, как видно. Кощунственная растрата времени и средств.

— А те, что в клинике? — укоризненно напомнила Грейс. — И наверняка многие другие.

— Вынужденные жертвы, — пожал он плечами.

Голова зараженного с чавканьем лопнула в его ладони. Башку второго Гидеон эффектно размозжил о стену. Они не смогли бы заставить его отступить хотя бы на шаг. Грейс угрюмо шагала за ним, стараясь не пялиться лишний раз по сторонам. К запаху разбрызганных мозгов и гнилой крови она, скорее всего, никогда не привыкнет.

Зомби в силу своей тупости не координировали атаку, а просто беспорядочно подбирались к предполагаемым жертвам. В коридор выходило по шесть стеклянных аквариумов с левой и правой стороны. Почти в каждом было по одному, двое или даже по трое зараженных. Гидеон успевал справляться с ними, пока их не собиралось больше двух-трех. Но довольно скоро в коридоре собралась целая толпа белесых силуэтов, так что доктор все-таки замешкался.

— Тебе придется помочь, — сипло выдохнул мужчина, обернувшись через плечо.

— Каким образом? — искренне возмутилась она. — Пойти и поговорить с ними?

Один зараженный метнулся вперед на удивление быстро, стоило ей только высунуться. Гидеон попытался перехватить его, но промахнулся. Девушка инстинктивно выставила вперед руки, но за секунду до столкновения доктор схватил ее за шиворот и отшвырнул назад, а обнаглевшего мутанта ухитрился-таки поймать. Мозги последнего закономерно потекли по стене.

Ошалевшие твари с визгами неуклюже бросились вперед, глупо размахивая руками. Гидеона облепили со всех сторон. Огромный, как гора, он был все же бессилен против толпы. Уловив движение, метнул быстрый взгляд на Грейс. Тут же заметил ингибитор в ее руке.

— Зеленая кнопка! — выкрикнул он, громя ближайших зараженных огромным кулаком и что есть сил отпихивая особо наглых остатками руки.

Грейс замешкалась на секунду. Но на инъекторе действительно обнаружилась кнопка зеленого цвета. Собравшись с духом, девушка бросилась вперед и всадила ингибитор первому попавшемуся мертвяку. Тот захрипел, откинулся на спину, задергался и довольно быстро издох, оставив после себя скелет и липкий кисель. При этом потратилась только одна треть содержимого ампулы. Удивляться новому эффекту не было времени: на нее обратили внимание. Одного особо рукастого поймал за запястье Гидеон (немедленно его при этом сломав), а Грейс довершила дело инъектором. Сразу трое с нахрапа опрокинули доктора на спину, но одного снова порешила его спутница. Остальных он довольно просто переборол сам.

Последний оставшийся зомби почему-то не поспел за товарищами и только поэтому выжил. Только поднявшись на ноги, разъяренный Гидеон с хриплым рычанием пробил рукой его брюхо, рывком протолкнул кисть вперед и резко вырвал ее из высушенного тела. Зараженный буквально переломился пополам и рухнул на пол. Он мог только неуклюже перебирать руками — его ноги больше не двигались. Гидеон нарочито медленно раздавил ему голову, а потом легким пинком отправил останки к стене. В коридоре наконец воцарилась тишина, нарушаемая только шумным дыханием мужчины.

— Они вас разозлили? — осторожно осведомилась Грейс, нарушив молчание.

— Скорее уж утомили. Меня… не устраивает беспомощность, — посетовал он с досадой в голосе. — Прибегать к помощи, чтобы решить незначительную проблему, крайне… неудобно.

— Почему бы не использовать, — она замялась, — что-то вирусное? Как обычно. И вы рассказывали про паразита.

Он сокрушенно покачал головой.

— Этого я пока не могу, хотя не хочется это признавать. Еще действует Элпис. Сейчас я едва ли не самый обычный человек. У которого, черт побери, самым обычным образом болит рука и тело ломит от… местного гостеприимства.

Грейс, к собственному удивлению, даже прониклась той безграничной усталостью, с которой это было сказано. Надо было привести свои мысли в порядок, чтобы вдруг не начать сочувствовать ему. Она помнила, что перед ней мясник, психопат и мерзкий мутант. Нет, увольте…

Вместо этих мыслей она показала ему инъектор. На стеклянной ампуле было всего три насечки. Три противника.

— У меня больше нет. Это последний.

Рассматривая агрегат, доктор немного подумал. Потом его осенило. Он вошел в ближайший аквариум и через бедлам направился к рабочему столу, на котором еще сохранился разбитый монитор. Мужчина побегал по клавиатуре пальцами. Понял, что не работает. Тогда он здоровенным кулаком саданул по стенке стола, раздолбал металлическую накладку и выворотил к черту стальную дверцу сейфа.

Внутри оказалось пусто.

Поняв идею, Грейс рванула проверять остальные комнаты хотя бы на предмет рабочей электроники. В паре аквариумов таковая действительно нашлась. Периодически из коридора доносился грохот, с которым ее спутник громил оставшиеся сейфы. Найденные ею рабочие системы он все же открывал с клавиатуры.

Где-то через полчаса они стояли в конце коридора. Виктор добыл из сейфов еще пять ингибиторов и чей-то оставленный глок с парой патронов в обойме. Грейс обчистила все остальное и отыскала несколько ампул с лекарством, убивающим зомби-заразу при быстром использовании после укуса. Еще нашла пачку патронов для того же глока — видимо, это использовалось при необходимости самообороны.

— При всех моих талантах, — доктор Гидеон изобразил горделивую ухмылку, которая, однако, моментально испарилась, — стрелок из меня посредственный. Оружие оставь себе. Не хочу занимать бесполезной ерундой единственную здоровую конечность. А это побудет у меня.

Он убрал ингибиторы в карманы под полой плаща. Грейс не стала настаивать (у нее в подсумке и без того все свободное место заняли патроны).

Дальше по просторному холлу с множеством дверей и вверх по решетчатой лестнице в несколько пролетов. Теперь Грейс больше не поддерживала спутника, но подъем все же отнял у него силы. Еще были комнаты с аналитическим оборудованием, растениями и автоматами с кофе. Наличие последних Грейс несколько удивило. Были комнаты с разбросанными всюду бумажками, которые девушка предпочитала особо не рассматривать: среди них находились фотокарточки с весьма неприятными видами. И был зал со стеклянными капсулами. Пустыми. Кое-где валялись трупы подопытных. Кто-то здесь уже побывал — Зено или Леон.

Очередной коридор вывел их к перекрестку с лифтом. Гидеон нажал кнопку вызова. Через несколько секунд двери отворились, и он пропустил Грейс вперед, после чего вошел сам. Выбрал этаж с подписью "Пандора".

— Вы даже не тащите меня за шиворот, — съехидничала Грейс. Гидеон в ответ глухо усмехнулся. — Вы объясните, зачем нам Пандора?

— Лифт на поверхность есть только там.

— Нет никакого служебного выхода?

— Есть, конечно. Одним из них воспользовался мистер Кеннеди. — При упоминании Леона Грейс в очередной раз виновато поежилась. — Но он… порос сорняками. Второй разрушил взрыв. Другие слишком далеко.

Лифт плавно остановился, двери растворились. Гидеон сразу зашагал куда-то налево и, прислушавшись, нырнул в одну из дверей. Здесь было несколько мониторов и много проводов, постоянно что-то гудело. Повозившись, Виктор вывел на экран картинку с двух камер видеонаблюдения. Еще долго он молча глядел в монитор и нервно покусывал губы. Нетрудно было догадаться о причине его беспокойства. Камеры показывали открытую капсулу, в которую помещалось нечто куда больше человека.

— Мы все же не одни. Зено… нажал кнопку Судного дня, когда уходил.

— Все же что такое Тиран? — не удержалась Грейс от вопроса. — Хотелось бы знать, с чем имеем дело.

Доктор Гидеон обернулся к ней и выпрямился во весь свой немалый рост. На несколько мгновений ей даже почудилась в нем неожиданная угроза.

— Он почти такой же, как я. Только в игры играть не станет. Это смертельное оружие, хотя немногим умнее собаки. Драться с ним в рукопашную или твоим пистолетиком бессмысленно, его кожу не пробить.

— Тогда как нам поможет Элпис, если мы его встретим? Иголка ему точно ничего не сделает.

Виктор коротко кивнул, подтвердив ее догадку.

— Если Тиран получит серьезный урон, он необратимо мутирует. Совершенно фатальный изъян, который у Т-103 до сих пор не получилось исправить. Мутация буквально вытаскивает наружу его сердце. Оно уязвимо.

Грейс раздраженно фыркнула.

— Как мы нанесем ему такой урон? Разве что защекочем иголками до смерти…

Гидеон указал в угол комнаты. Там Грейс увидела шкафчик с тяжелым дробовиком. С сомнением покосилась на собеседника.

— Серьезно?

— На этаже есть баллоны с жидким азотом. Понимаешь?

Грейс поняла. Оставался только один момент. Девушка достала из шкафчика дробовик и прикинула, сможет ли выстрелить и не сломать себе руки. Будучи аналитиком, она не имела достаточного умения и физической подготовки. Зато сумела посчитать, что для нее выстрел закончится плачевно.

Виктор снисходительно улыбнулся.

— Держи наготове. Подашь, когда велю. Зарядить сумеешь?

Она не умела. Вернее, никогда не делала этого сама, но видела, как делают другие. Пришлось потратить некоторое время и разобраться. Когда она сумела-таки наполнить обойму, Гидеон жестом попросил у нее орудие. В его руках оно выглядело не больше детской игрушки. Доктор задвинул Грейс себе за спину, направил пушку на дверь и нажал на спусковой крючок.

Грохнул выстрел. Дверь силой удара распахнулась, стукнувшись о стену. В коридоре после еще долго гуляло эхо.

— Теперь этот ваш Т-103 точно сюда придет, — хмуро констатировала Грейс.

Гидеон качнул головой.

— Зато мы точно знаем, что у тебя получилось.

Перед тем, как выйти в коридор, он около минуты внимательно прислушивался.

— А теперь будем надеяться, что наш маленький план нам не придется осуществлять. Идем.

Грейс покорно последовала за ним. Девушка иногда с сомнением поглядывала ему в спину. Сейчас они союзники, а что будет потом? По правде сказать, она надеялась, что восстановится он не так скоро. Это позволило бы ей улизнуть, как только они выберутся на поверхность. Но что-то ей подсказывало, что она еще порадуется его размерам и физической силе.

Когда они добрались наконец до коридора с нужным лифтом, открыв последнюю заблокированную дверь, Гидеон неожиданно замер в проходе. Грейс чуть было не врезалась ему в спину. В конце коридора она увидела высокую фигуру в пальто. Это был человек, ростом не уступавший самому Виктору.

— Назад, — шипяще выдохнул доктор Гидеон. — Отходи назад.

Тиран угрожающе медленно двинулся к ним, постепенно набирая скорость. Неотвратимо и неукоснительно. Грейс метнулась к командному мостику Пандоры — там было больше свободного места. Тут же она заметила один из баллонов, о которых говорил ее спутник. Позади раздался грохот; она резко обернулась.

Гидеон сумел вовремя отойти, чтоб дверь закрылась на электронный замок, но Тиран буквально проломил ее насквозь. Мутант моментально сориентировался и в движении хлестнул Гидеона здоровой ручищей поперек груди. Доктора отшвырнуло далеко в сторону, а времени перевести дыхание у него уже не было.

Надеясь, что про нее временно забудут, Грейс спряталась за пультом управления. Нужно было незаметно подобраться поближе и дождаться, пока амбал снова ударит Гидеона так, что того отбросит подальше.

А может быть, просто оставить их тут разбираться друг с другом? Это была идеальная возможность, которой Виктор определенно не учел.

Тиран быстро нагнал Гидеона, ударил. Тот поднапрягся и отвел его руку в сторону. Амбал все понял и в следующий раз одной рукой схватил его за запястье, а второй стиснул глотку и без труда вздернул над полом.

Грейс колебалась.

Гидеон хрипел и беспомощно шевелил обрубком руки.

Тиран сжал его горло сильнее. Доктор конвульсивно задергался. Его не собирались никуда отпускать.

Почувствовав ногами холод, Виктор рефлекторно подобрался. А спустя пару секунд он уже был свободен.

Грейс накинула на спину баллон и обошла Тирана кругом, заняла оборонительную позицию. Тот, присев на одно колено, туго соображал, что делать дальше. Одна его нога валялась в стороне: Грейс буквально отбила ее баллоном, из которого же предварительно окатила жидким азотом.

Доктор Гидеон кое-как отползал подальше.

Грейс зажала гашетку на распылителе и больше не отпускала. Сквозь белое облако к ней протянулась огромная лапища. От испуга Грейс закричала и зажала гашетку еще сильнее. Тиран пытался бороться.

Баллон опустел. Но и Тиран застыл в позе на одном колене без движения. Замерев лишь на секунду, но тут же собравшись, Грейс скинула баллон и бросилась к Виктору, на ходу выхватывая из-за спины дробовик. Она вложила его доктору в руку, и тот, не поднимаясь, извернулся и выстрелил. Потом еще раз. Девушка отвернулась.

То, что осталось от Тирана, объективно больше не могло быть живым. Куски его грудной клетки беспорядочно раскидало по всему мостику, а остальное тело осталось беспомощно валяться на полу.

Гидеон все еще не мог отдышаться. Грейс чувствовала, что не сможет сейчас встать на ноги.

Мерзкий хруст заставил ее вскинуть голову. Определенно мертвое тело шевелилось и стремительно менялось. Выглядело это отвратительно.

— Грейс, — тихо прохрипел на полу Гидеон. — Грейс, антивирус!..

Девушка тут же вскинулась. Тиран изгибался, протягивая к потолку стремительно увеличивающиеся ручищи. Его пальцы срастались в огромные костяные колья. Но он явно плохо видел и ничего не соображал.

А на остатках его груди, раздвигая прочную кожу, с хлюпаньем выступало пульсирующее сердце.

Грейс моментально вскочила и выхватила ампулу. Пока Тиран не успел оправиться, она подлетела и всадила иглу в пронизанный венами противный розовый нарост. Мутант неистово задергался, сбил ее с ног случайным взмахом конечности. Его тело буквально начало таять: Элпис разрушал его до основания.

Наконец останки Тирана бессильно сникли, и теперь было очевидно, что больше он не воскреснет.

Гидеон устало раскинулся прямо на полу. Когда оправилась от удара и немного отдышалась, Грейс ползком подобралась и уселась рядом с ним, обняв руками колени. Оба довольно долго молчали.

— Вы говорили, что он как вы, — припомнила девушка, кивнув на останки чудовища. — В нем тоже паразит?

— Нет. Тиран — это продукт только Т-вируса. И все-таки он — основа Немезиса.

— Значит, вот как Элпис действует на мутантов…

— Для Тирана это буквально полная аннигиляция. Впечатляет, не так ли?

Грейс тут же поинтересовалась.

— А все-таки, с вами было бы так же? Вы так и не ответили.

Гидеон довольно ухмыльнулся.

— Я — это совсем другой уровень, девочка…

Грейс поймала себя на том, что тоже улыбается. Даже немного устыдилась. Сколько можно? Уж настолько проникаться им не стоит. Ох и любит он выкрутасы!

Еще несколько минут Гидеон лежал без движения. Потом он неожиданно приподнялся, покряхтел и встал на ноги. Придирчиво осмотрел останки Тирана. Его явно заинтересовала одежда. Тварь еще не успела разрастись так, чтобы разорвать ее. Виктор довольно-таки бесцеремонно стянул с поверженного противника потрепанные штаны и ботинки. Грейс на всякий случай отвернулась. Естественно, пока он разгуливал в одном плаще, она успела против своего желания все рассмотреть, но сочла, что переодевание — это все-таки дело деликатное.

— Так-то лучше, — удовлетворенно заключил доктор Гидеон. Он явно был весьма рад внезапному приобретению. — Идем. Пора на выход.

Лифт все еще работал и без проблем доставил их на поверхность.

Когда двери открылись, Грейс невольно ахнула. В лицо ударили косые рассветные лучи, а на них с Гидеоном хищно уставились дула множества автоматов. На платформе, откуда вверх вела широкая лестница, собралось около двадцати военных с нашивками B.S.A.A. Несколько человек бесцеремонно вытащили из лифта Виктора, не снимая его с прицела. С Грейс обошлись куда мягче — ее просто отвели в сторону. Виктор медленно поднял руку в знак того, что безоружен и не станет атаковать.

— Доктор Гидеон, — громко объявил тот, что явно был капитаном, — вы обвиняетесь в массовом убийстве с применением биооружия и сотрудничестве с биотеррористическими организациями. Вы будете арестованы до судебного разбирательства.

Второй подошел к Грейс.

— Вы, очевидно, мисс Эшкрофт? С нами связалась Шерри Биркин, оператор мистера Кеннеди. Его сигнал оборвался здесь. Где Леон?

Девушка невольно поежилась, украдкой поглядывая на Гидеона. Того уже заковывали в наручники, закрепив второй браслет на его же брючном ремне за спиной.

— Леон… погиб.

В их сторону посмотрели еще несколько человек. Услышал и капитан.

— Погиб? — переспросил он с сомнением. — Вы уверены?

— Зено застрелил его…

— Кто такой Зено?

— Он… Ну… — Грейс растерялась. — Он из Соединений.

Ее поняли. Хотя капитан явно до сих пор отказывался верить.

— Куда вас вел доктор Гидеон? — продолжил задавать вопросы тот, что первым заговорил с ней.

— Я… не знаю. Мы должны были выбраться на поверхность. Дальше… понятия не имею.

— Вы были заложницей?

Грейс снова замялась. Как описать, кем она была? И при этом не стать сообщницей биотеррориста…

— Не совсем так. Я сумела использовать доктора Гидеона. Он не мог преодолеть комплекс самостоятельно. С его помощью я поднялась. Мне пришлось… пойти на некоторое сотрудничество.

Виктор просто не мог этого не слышать. Девушка почувствовала, что заливается краской.

Военный меж тем понятливо кивнул.

— Вам несказанно повезло, мисс. Это, мягко говоря, опасный человек. Теперь вы можете вернуться домой. Но сначала вам придется пройти обследование на карантине, чтобы мы убедились, что с вами все в порядке. И вас еще пригласят для дачи показаний и на закрытый допрос. Рекомендую вам вспомнить в подробностях события последних дней. Наша группа спустится в АРК для обыска. Нам нужно выяснить, есть ли там ценная информация.

Грейс встрепенулась.

— В зале управления остались две дискеты. Я бы хотела, чтобы их забрали и передали мне лично для исследования.

— Прекрасно.

Он вернулся к капитану и коротко доложил. Тот кивнул и объявил уже всем:

— Так, спускаемся. Томас, поднимайте заключенного наверх. Нас не ждите. Грузите его и бай-бай. И доставьте мисс Эшкрофт куда полагается.

От группы отделилось десять человек, и во главе с капитаном все они на грузовом лифте отправились обратно в АРК. Молчавшего все это время Гидеона под дулами автоматов повели наверх. Грейс провожала его слегка смущенно. Она не могла отрицать всех озвученных обвинений, но за помощь была благодарна. В конце концов, они неплохо сработались там, внизу…

— Ты прекрасно справилась, Грейс, — вдруг услышала она его нарочито сладкий, шипяще-бархатный голос. Подняв взгляд, увидела тень улыбки на его покрытом рубцами лице. — Поистине дочь своей… матери.

Его ткнули в спину прикладами и велели заткнуться, что он и сделал. Грейс отвела взгляд. Она не дочь своей матери. И, тем более, она не считала себя дочерью Спенсера. По возвращении у нее определенно будет масса дел. Ей предстояло еще многое узнать касаемо гендиректора Амбреллы, Виктора Гидеона и непосредственно ее самой.

На поверхности их дожидалась колонна бронированных вездеходов. Виктора затолкали в один из фургонов и заставили опуститься на колени. Тот снова безропотно подчинился. Он вполне осознавал риски и не сопротивлялся. Его немедленно обступили три человека с нашивками в виде красного креста. Один из них держал поднос с ампулой и шприцом-пистолетом, второй — оружие и запасной пузырек. Третий взял шприц, резко наклонился и вколол пленному содержимое. Примерно минута ожидания, затем повторная доза. Еще через минуту Гидеон наконец рухнул на пол, очевидно, отключившись.

— Ну и кабан, — констатировал медик, кивком указав своим товарищам на неподвижное тело. — Трех кубиков не хватило ему, ну дает!

Грейс, пока ее никто не прогонял, наблюдала за этим действом снаружи.

— Он не умер? — на всякий случай осторожно поинтересовалась она, взглядом указав на бесчувственное тело гиганта.

— Он спит, — пояснил один из врачей. — Было бы опрометчиво оставлять его в сознании. Вам ли не знать.

Томас оставил Гидеона медикам и еще паре конвойных, а сам сопроводил Грейс к ожидавшему вертолету.

— Вас доставят прямо к вашему дому — придется сделать пересадку на автомобиль. Не забывайте, что вы — не заложница и не обвиняемая. Благодаря вам мы наконец получили основание на некоторые проверки, так что этот пес теперь получит, что заслужил. Помнится, в 2003-м его не смогли засудить, тогда на него ничего не нашли. И его самого не нашли, кстати.

Грейс молча кивнула. В ее мысленном списке "домашних" дел меж тем появилось еще одно. В следующие несколько дней ей определенно предстояло много работы.

Встреча с военными в общей сложности оставляла смешанные ощущения. Взять хотя бы то, что долгожданного облегчения Грейс в итоге не почувствовала. Вроде бы черная полоса закончилась, и она теперь свободна, но в то же время она понимала, сколько мерзости до сих пор остается вокруг. И теперь она об этом знает. Она просто окунется из одного ада в другой. Теперь у нее вряд ли получится остаться в стороне.

Вертолет поднялся в воздух в без пятнадцати восемь утра. Полет занял около полутора часов. У Грейс наконец было время немного отдохнуть.