Чёрная метка на снегу (джен)

Архив находился глубоко под библиотекой.

Неофициально его не существовало.

Туда складывали конфискованные артефакты, повреждённые омуты памяти, письма Пожирателей, палочки погибших и вещи, которые Министерство предпочло забыть.

Гермиона приходила туда каждую ночь.

Сначала — чтобы помочь восстановить документы суда.

Потом — потому что не могла перестать.

Война оставляет зависимость от правды.

Даже когда правда уродлива.

Она подняла очередной флакон воспоминания к свету. Серебристая дымка внутри дрожала.

На этикетке было написано:

B-19. Не вскрывать без разрешения Отдела тайн.

Разумеется, она вскрыла.

Комната вокруг исчезла.

…Люциус Малфой стоял возле камина. Живой. Спокойный.

Напротив него — человек в чёрной мантии.

— Ты понимаешь, что если Тёмный Лорд узнает… — прошипел Люциус.

— Он не узнает, — ответил знакомый голос.

Слишком знакомый.

У Гермионы похолодели руки.

Сириус Блэк был мёртв задолго до этой встречи.

Воспоминание оборвалось.

Она резко вынырнула из омута, тяжело дыша.

— Я же предупреждал.

Малфой сидел в кресле у двери, будто был здесь всё время.

— Как ты вошёл?!

— У тебя привычка не закрывать защитные заклинания, когда ты нервничаешь.

— Это подделка, — быстро сказала Гермиона. — Кто-то изменил память.

— Нет.

Он сказал это слишком тихо.

И именно поэтому она поверила.

Малфой поднялся и подошёл ближе.

— Хочешь знать, что самое страшное после войны, Грейнджер?

Она молчала.

— Не то, что люди умирали.

То, как быстро остальные решили, что теперь они хорошие.