Петля Ёрмунганда (гет)

Вода настигла их на стыке четвёртого и третьего ярусов. Она больше не пряталась в вентиляционных трубах: ледяные, маслянистые потоки хлестали прямо из-под деформированных стыков титановых плит, с шипением заливая распределительные щиты. Багровый аварийный свет дрожал, отражаясь в растущих лужах, и превращал коридоры Академии в галереи какого-то футуристического ада.

​Торстейн шёл первым, фактически пробивая дорогу. Его тяжёлые армейские ботинки с плеском поднимали фонтаны грязных брызг, а широкие плечи едва не задевали потолочные балки. Оборотень двигался с пугающей, чисто звериной

грацией — опасность не сковывала его, а наоборот, пробуждала древние инстинкты

​— Шевелись, медиум, — не оборачиваясь, бросил он Эйнару. — Если замкнёт главный кабель нижнего уровня, нас не спасёт ни твоя хвалёная стихия, ни моя регенерация. Магия, конечно, штука хорошая, но в кондиционированном бункере против законов физики она паршивый щит. Мы тут либо заживо сваримся в кипятке от короткого замыкания, либо банально захлебнемся в темноте. Перед этой дрянью мы все одинаково смертны.

Эйнар шёл следом, стараясь дышать ровно. Его плечо, которое Торстейн так бесцеремонно сжал пару минут назад, всё ещё покалывало от чужого, почти обжигающего тепла. Шаманские татуировки на запястьях слабо пульсировали под рукавами форменной куртки, отзываясь на каждый утробный всплеск воды внизу. Магия бурлила в воздухе, пахла озоном и паникой старейшин, запертых на верхних этажах.

​Но когда они ворвались в шлюзовой отсек инженерного сектора, первобытный ужас Рагнарёка наткнулся на нечто совершенно непробиваемое. На сухой, трезвый человеческий разум.

Эйри была там. Она сидела на корточках перед открытой панелью резервного генератора, зажав в зубах тонкий фонарик. Вокруг неё, прямо в багровой воде, плавали пластиковые хомуты, термопаста и полуразобранный планшет. На ней был испачканный в мазуте рабочий комбинезон, а тёмно-каштановые волосы небрежно схвачены заколкой. При появлении двух тяжело дышащих магов она даже не вздрогнула. Лишь перевела на них спокойный, уставший взгляд

​— О, явились, — констатировала она, вытирая лоб тыльной стороной руки, отчего на коже осталась чёрная полоса. — Торстейн, Эйнар. Если вы пришли сказать, что наверху опять полетела сеть из-за ваших шаманских штучек, то избавьте меня от этого. У меня тут три распределителя сдохли, а система охлаждения сервера выдаёт такую ошибку, будто её черти жуют.

​Торстейн замер как вкопанный, и на его суровом лице внезапно проступила быстрая, удивлённая ухмылка. Звериная натура оборотня внутри него, готовая крушить стены,

послушно притихла перед этой хрупкой девушкой.

​— Эйри, бункер затапливает, — Эйнар сделал шаг вперёд, его голос всё ещё слегка дрожал от перенесённого видения. — Это не просто сбой. Древние коды... пророчество Владыки Моря просочилось в сеть. Реальность рвётся. Тебе нужно уходить с нами на верхние ярусы. Прямо сейчас.

​Эйри вздохнула, поднимаясь на ноги. Она много времени проводила в этих подземных лабиринтах. Великие кланы платили гражданским техникам хорошие деньги за обслуживание своих капризных техно-магических систем, и Эйри эти деньги были очень нужны. Но сама магия, от которой у преемников кланов трепетали сердца, её не интересовала от слова "совсем".

​Для неё весь этот пафос древних родов, деление на великих шаманов и опасных оборотней, вековая вражда и гордость старейшин были просто бесполезным шумом. "Какая разница, кто ты — медведь, волк или медиум, если ты не умеешь вовремя менять предохранители и найти своё полезное дело в жизни?" — любила повторять она. И эта её непробиваемая, звенящая практичность всегда манила парней. Эйнара, уставшего от вечных потусторонних голосов в голове, Эйри буквально возвращала к жизни, заземляла своей нормальной, человеческой прагматичностью . А Торстейна её полнейшее равнодушие к его пугающей силе оборотня откровенно веселило и восхищало. В Академии многие его побаивались. Эйри же могла спокойно попросить его "подать вон тот ключ на тридцать две, раз уж у тебя такие здоровые лапы".

Оба они, каждый по-своему, постоянно крутились возле Эйри, пытаясь уделить внимание, подсобить с тяжёлыми ящиками или просто послушать её спокойный, ироничный голос.

​— Пророчество, говоришь? — Эйри скептически выгнула бровь, глядя на Эйнара. — То-то я смотрю, вода на вкус солоноватая. Я думала, трубы канализации прорвало, а это у нас, оказывается, высокая мифология.

Ребят, мне плевать на магию, но если этот генератор утонет, у нас отключится вентиляция по всему периметру.Помогите лучше поднять этот блок, его заклинило.

​Она потянулась к тяжёлому металлическому кожуху, но в этот момент бункер содрогнулся от нового, колоссального удара снизу. Гора снова застонала. Из потолочного шва прямо над головой Эйри с оглушительным рёвом хлынул сплошной, ледяной водопад, увлекая за собой куски деформированного бетона и ржавые куски арматуры.

​— Эйри! — в один голос крикнкли мужчины, бросаясь к ней.

Реакция Торстейна была секундным, инстинктивным взрывом. Оборотень не думал — его тело, ведомое дикой природой, сработало само. ​В один колоссальный прыжок он преодолел разделявшее их расстояние. Тяжёлая титановая плита и каскад ледяной воды рухнули на бетон, но Эйри там уже не было. Торстейн сбил девушку с ног, накрывая своим телом, принимая весь удар осколков гранита и накренившейся железной балки на свою широкую спину. Раздался глухой, страшный скрежет металла о кость, но оборотень даже не поморщился. Он лишь глухо, утробно зарычал, когда ледяной поток хлынул ему на спину.

Масса воды грозила за считанные секунды затопить отсек и сбить их с ног. И в этот момент на помощь пришёл Эйнар. Шаман не обладал большой физической силой, но его ментальный дар среагировал мгновенно. Эйнар вскинул руки, татуировки на его запястьях вспыхнули резким, неоновым синим светом. Он перехватил движение падающей воды на чистой воле — ледяной поток, который должен был накрыть Торстейна и Эйри с головой, вдруг неестественно изогнулся в воздухе, замер на мгновение плотным водяным куполом и с шипением перенаправился в сторону, сливаясь в дренажный люк.

Это действие потребовало от хрупкого медиума колоссального напряжения: его лицо мгновенно побледнело, а из носа потекла тонкая струйка крови, но он удержал стихию, давая оборотню возможность подняться. ​Через пару секунд всё стихло. Купол Эйнара опал, и шаман тяжело опустился на одно колено, прижимая ладонь к виску.

Торстейн медленно поднялся, потянув Эйри за собой и буквально выдергивая её из расширяющейся лужи. ​Его пальцы всё ещё намертво сжимали её хрупкие плечи. Эйри тяжело дышала, её тёмно-каштановые, почти чёрные волосы выбились из-под отвёртки и мокрыми прядями облепили бледное лицо. На её щеке алела свежая царапина от бетонной крошки, но в глазах по-прежнему не было паники — только шок от оглушительного грохота.

​— Цела? — хрипло выдохнул Торстейн

Его голос изменился. Он стал ниже, в нём отчётливо прорезался дикий, животный рокот. Эйри подняла взгляд. В багровом полумраке прозрачные, светло-зелёные глаза оборотня горели неестественным, фосфорицирующим светом, зрачки сузились в вертикальные щели, а из-под ногтей вышли толстые, острые медвежьи когти. Вокруг него расходился такой удушливый животный жар, что хлынувшая на плечи вода мгновенно превращалась в пар.

Но вместо того чтобы закричать или отпрянуть, Эйри, всё ещё крепко зажатая в его огромных ладонях, уверенно перехватила его запястья своими тонкими, испачканными в мазуте пальцами. Прямо над жуткими когтями. Да, она испугалась — но испугалась обвала, а не Торстейна. Она хорошо знала, где работает, и дикая природа Торстейна не была для неё открытием.

​ — Цела. Спасибо, — выдохнула она, пристально вглядываясь в его звериные зрачки. Её голос подрагивал от адреналина, но в нём не было отвращения или ужаса. Наоборот, она быстро осмотрела его плечи, на которые пришёлся удар балки. — Сам как? Тебя задело?

Затем она быстро обернулась к шаману. — Эйнар! Ты как?

​Торстейн, убедившись, что с девушкой всё в порядке, медленно разжал пальцы и бережно убрал руки, пряча ладони в карманы куртки. Его затрясло от перенапряжения, пока он заставлял зрачки расшириться, возвращая себе человеческий облик. Обернувшись к бледному медиуму, оборотень коротко, сурово кивнул:

​— Вовремя поймал поток, шаман. Спасибо. Сам-то идти сможешь?

​Эйнар поднялся, вытирая кровь над губой рукавом куртки, и слабо, но упрямо улыбнулся. Его прохладные ладони на секунду легли на плечи Эйри, проверяя, не дрожит ли она.

​ — Смогу. Моя магия может направить воду, но против падающих плит я бесполезен, — тихо признал Эйнар, переводя взгляд с Торстейна на Эйри. — Нам нужна твоя сила, Торстейн. И твой разум, Эйри

​Девушка мягко отступила на шаг, переводя дух и заново перехватывая мокрые волосы заколкой. В её голове уже выстраивался чёткий, холодный алгоритм выживания. Она посмотрела на огромного, надёжного оборотня, готового крушить любые стены, и на бледного, но сильного духом шамана, способного договариваться со стихией.

​ — Так, парни, отставить панику, — твёрдо скомандовала она, подхватывая с пола уцелевший инженерный планшет. — Пазл складывается. Магия Эйнара поможет нам сдерживать прорывы воды и находить безопасные пути по его видениям. Физическая сила Торстейна нужна, чтобы пробивать заклинившие от давления шлюзы и завалы. А мои технические знания — чтобы мы не наступили на оголённый кабель и знали, какие двери вообще можно открывать. По отдельности мы тут трупы. Но вместе у нас есть шанс.

​Она поправила лямку комбинезона и первая уверенно шагнула в багровый, затопленный коридор.

​ — Единственный рабочий шлюз наружу — на третьем уровне через архив. Двигаем туда. И держимся вместе.

​ Эйнар и Торстейн переглянулись и оба двинулись следом за Эйри вглубь багрового полумрака.