Далеко ли от Нуменора до Атлантиса? (джен)

Если бы кто-нибудь захотел его выслушать, МакКей непременно высказал бы вслух всё, что думал. Ситуация — хуже не придумаешь: его оставили один на один с репликатором — да ешё с этой эксцентричной русской дамочкой, которая, похоже, склонна жалеть всех, даже репликатора. Интересно, если Ниам вдруг очнётся — с кого он начнёт: с него или с неё?

Когда остальные покинули джампер, Родни подумал было дать ей АРП на случай, если это произойдёт и оставить на стреме приглядывать за репликатором—хоть какая-то польза от неё будет! — да передумал: при таком раскладе вряд ли можно рассчитывать, что она сможет выстрелить. И вообще, он уже начинал бояться дунаданов, как зачастую называли себя эти донельзя странные нуменорцы, едва ли не больше, чем репликаторов: у них есть технологии, каких не было даже у Древних! Вот, Древние запретили Янусу использовать машину времени — а эти пользуются, и, кажется, ничего ужасного при этом не происходит... а их леталки? За секунды можно телепортироваться в любую точку Вселенной! Интересно, они поделятся этими технологиями с «Атлантисом»? Они их даже от своего правительства скрывают... А ещё они телепаты... только б этот репликатор не очнулся раньше времени!

* * *

Но, как известно, случается всегда именно то, чего мы боимся. Именно в тот момент, когда Родни собрался запустить программу и сообщил по рации Шеппарду и прочим, чтоб были готовы начать расстрел "замороженных" репликаторов — Ниам поднялся и двинулся на него. МакКею ничего не оставалось, как только попытаться уничтожить его с помощью АРП.

Но выстрелить Родни не успел. Внезапно испытав на себе Нуменорскую Силу, он отлетел к стенке. Почти одновременно Ниам отлетел в противоположную сторону (оказывается, эти дунаданы тоже на что-то годятся!), а Родни увидел над собой лицо Елены, пылающее праведным гневом:

— Нешто он тебя тогда на свою погибель спас?!

Родни понял, что с ними двумя ему не справиться. Тем временем Ниам, оправившись от энергетического удара, поднялся на ноги и опять двинулся в их сторону. МакКей снова вскинул оружие — но русская и на этот раз оказалась проворнее его — подскочив к репликатору, взяла его за виски и спокойно произнесла:

— Ниам, остановись.

Асуранин мгновенно опустил руки и осел на пол. Родни, несмотря на свой страх, заметил, что лицо его изменилось: теперь он снова был похож на того... чуть не сказал — человека, который встретил их в Асурасе.

— Ну что смотришь! Программируй, давай — я его так долго не удержу!

Родни принялся за работу. Но только он приступил — как Ниам начал стряхивать с себя руки Хранительницы... впрочем, это оказалось непросто: новый импульс Силы заставил его снова затихнуть.

Родни снова принялся за программирование... пожалуй, у него получилось бы, если б только не приходилось выслушивать болтовню этой русской... надо ж так разговаривать с репликатором:

— Держись, миленький! Я знаю, что тебе больно — но сейчас надо потерпеть... Ты же всегда хотел стать как человек — людям иногда приходится терпеть боль... без этого человеком не станешь.

Родни воскликнул с отчаянием, чуть было не отшвырнув планшет:

— Я не могу перепрограммировать! Они постоянно загружают свою программу — с этим даже я не могу справиться!

Репликатор снова забился в руках Хранительницы. Обстановка явно накалялась. Родни уже прикидывал, что с ним сделает эта женщина, если он пристрелит Ниама — но ничего предпринять он не успел.

Хранительница заговорила.

Родни не понимал её слов — не мог понимать. То была Иная Речь — орудие Творения, исполненная Силы. Любой из человеческих языков — даже под пером великого писателя — лишь осколки этой совершенной красоты — и потому живому человеку так трудно её выдержать. Но тот, кто слышал это и остался жив — тот не забудет никогда. Движение звёзд и планет вдруг стало почти физически ощутимым, и задрожала не только подпространственная связь репликаторов — но и все связи мироздания...

Доктор МакКей остался жив и даже не лишился рассудка — быть может, потому, что длилось это не более минуты. Когда же всё закончилось, он вдруг обнаружил, что Ниам застыл на полу, а кода агрессии, упорно возвращаемого репликаторами, больше нет. Он спокойно завершил свою работу — и удовлетворённо воскликнул:

— Есть!

Елена, бросив на астрофизика мутный взгляд, с трудом проговорила:

— Дайте ему святой воды, — и внезапно без чувств осела на пол рядом с репликатором.

Возможно, дать воды стоило ей, или расстегнуть одежду, или что там ещё нужно делать при потере сознания... но Родни даже сейчас боялся приближаться к асуранину. И потому он предпочёл сообщить обо всём Шеппарду: пусть себе расстреливают замороженных репликаторов — а к Елене пусть пришлют доктора Беккета... в конце концов, он лучше разберётся!

* * *

Единственное, что понял Джон из сообщения Родни — это то, что репликаторы успешно "заморожены" (впрочем, это он и сам видел), и что требуется помощь доктора Беккета — и на всякий случай отправился в джампер вместе с Карсоном, предоставив остальным расстрел обездвиженных репликаторов. Да ещё Вулси зачем-то увязался вместе с ними...

Войдя в джампер, Карсон сразу занялся Еленой, а Джон поднял АРП, но Родни дико заорал:

— Нет!!! — и вцепился в его руку.

— В чём дело, Родни? — не понял Джон. Но оружие опустил…пока.

— Она его перепрограммировала!

— Ты же знаешь, что это ненадолго.

— Да нет! Репликаторы постоянно меня блокировали и восстанавливали ему код агрессии, и я не смог его удалить — а она удалила! Понимаешь?! — что это значило для МакКея, Джон понимал слишком хорошо. Достаточно было взглянуть на лицо ученого и его круглые лихорадочно блестевшие глаза. — Необходимо узнать, как она это сделала.

— Хочешь оставить его в качестве подопытного кролика?

— Не знаю... но только если мы его уничтожим, она точно с нами разговаривать не будет. Это как минимум.

— Ладно, пусть пока живёт, — снисходительно ответил Джон, решив не выяснять, что в таком случае означает максимум. И вообще, как слайдеры ладят с этими людьми? Ведь именно через них атлантийцы впервые познакомились с дунаданами. И опять по инициативе МакКея. Уж очень его заинтересовали при первой встрече упомянутые дунаданами технологии и загадочная межвременная леталка Владыки Александра в том числе.

— Но имейте в виду — я за последствия не отвечаю! — вставил Вулси, которого, вообще-то, никто не спрашивал.

— Что с ней, доктор Беккет? — меж тем осведомился у доктора МакКей.

— Очень слабая сердечная деятельность, больше ничего пока сказать не могу.

— Ладно, транспортируем сейчас её — в лазарет, его — в камеру, потом разберёмся.

* * *

От участия в расстреле репликаторов брат Александр уклонился — сказал, что должен помочь Владычице и Галине Афанасьевне лечить Елену, вскользь бросив что-то про "руки короля — руки целителя". На самом деле он попросту не мог заставить себя стрелять в обездвиженных врагов. Вот если бы в открытом бою, когда и тебя могут убить — тогда иное дело, а так... И вообще, он уже начинал сомневаться — стоило ли помогать этим людям? Нет, когда он встречался с ними на территории друзей — межпространственной станции «Сфера», они показались весьма симпатичными и где-то немного забавными. В частности тот ученый-колобок, выспрашивающий на счет технологий. Да и сейчас он ещё чувствовал к ним расположение, и всё же... вся эта история о том, как репликатор спас им жизнь, а они даже не попытались спасти его, производила, мягко говоря, не самое приятное впечатление... нет, пожалуй, схему леталки он им не даст!

* * *

Елена пролежала без сознания довольно долго — и это избавило её от "почётной миссии" рассказывать Ниаму о том, что здесь произошло — и, очнувшись, Ниам увидел возле решётки Ронона.

Если опустить чисто эмоциональную лексику, суть речей сатедианца сводилась к следующему: соплеменники Ниама захватили «Атлантис», убив экипаж Древних, незадолго до этого подобранный атлантийцами в космосе — за это его соплеменников пришибли, как тараканов. И с Ниамом следовало бы поступить также, да вот одна несознательная женщина с Земли невесть почему за него заступается, а остальные тоже непонятно почему её слушают. Ну ничего, как только те земляне отсюда уберутся, тогда он — Ронон — собственноручно исправит эту ошибку... если доктор МакКей прежде не разберёт Ниама на наниты для опытов.

Ниам с трудом воспринимал объяснения атлантийца, пытаясь восстановить в памяти, что произошло после бегства из Асураса. Последнее, что он помнил — это взрыв города-корабля, когда он перестал "слышать" всех, кто был там (Ниам мог бы назвать по именам тех из них, на чьё воссоздание Оберот не даст санкции!) — а потом была только боль... такая боль бывает при насильственном перепрограммировании — Ниам знал это — и потому успел осознать, что происходит, прежде чем боль погасила сознание... что ж, вот это и случилось — его защиту взломали!

К камере подошёл другой человек... это не был один из тех, кто посещал Асурас. Он чем-то неуловимо напоминал доктора МакКея — только взгляд казался более строгим и печальным. Ронон бросил на него молчаливый косой взгляд.

— Ну, здравствуй, Ниам, — незнакомец как будто не заметил взгляда сатедианца, обращаясь непосредственно к пленнику. — Меня зовут Руслан... к сожалению, мы не распоряжаемся здесь, но я постараюсь уговорить этих людей обращаться с тобой не так жестоко.

Репликатор не ответил... у него не было сил ответить, тело ещё плохо слушалось, но он попытался подняться навстречу незнакомцу — и, потеряв равновесие, ударился о решётку. Сверкнуло защитное поле — и репликатор упал, вздрогнув от внезапной боли.

Руслан нахмурился:

— Как это работает... неужели... о нет! Я должен поговорить с Воеводой!