Последний вздох времени. Когда замолчал Феникс (джен)

Память исчезает не сразу.

Сначала пропадает имя.

Потом лицо.

Затем голос.

И однажды ты смотришь на человека, которого любил всю жизнь, и искренне спрашиваешь:

— Простите… мы знакомы?

Гарри закрыл дверь прежде, чем молодой аврор успел что-либо добавить.

Он прислонился спиной к стене.

Руки дрожали.

— Это происходит быстрее, чем сказал Хранитель…

На кухне тихо тикали часы.

Он резко повернулся.

Часы.

Еще вчера они показывали половину восьмого.

Теперь стрелок не было.

Совсем.

Будто время перестало иметь значение именно в этом доме.

Гарри схватил палочку.

— Темпус!

Заклинание вспыхнуло золотым светом.

В воздухе появилась дата.

Но вместо числа возникла лишь одна фраза:

«До конца осталось 72 часа.»

Свет погас.

На следующий день он снова оказался в Министерстве.

Никто его не остановил.

Не потому, что узнал.

А потому, что не замечал.

Люди проходили мимо, словно взгляд соскальзывал с его лица.

Секретарь Кингсли несколько секунд смотрела прямо на Гарри, потом неожиданно отвернулась и начала раскладывать бумаги.

Она его просто…

...не увидела.

Это было страшнее любого проклятия.

Отдел Тайн встретил привычной тишиной.

Дверь с надписью «Помни» исчезла.

На ее месте была обычная каменная стена.

Гарри провел рукой по холодной поверхности.

Ничего.

Но шрам неожиданно вспыхнул болью.

Камень задрожал.

И прямо перед ним медленно проступил дверной проем.

Он вошел.

Комната изменилась.

Часы стояли на прежнем месте.

Но теперь вокруг них появились тысячи книжных шкафов.

Огромных.

До самого потолка.

Каждая книга была абсолютно белой.

Без названия.

Без автора.

Без единой буквы.

Гарри осторожно открыл ближайшую.

Пусто.

Следующую.

Пусто.

Третью.

Тоже.

— Потому что они забыты.

Голос прозвучал совсем рядом.

Гарри резко развернулся.

Позади стоял молодой мужчина лет тридцати.

Темные волосы.

Серые глаза.

Черная мантия без каких-либо знаков отличия.

— Кто ты?

— Теодор Нотт.

Гарри нахмурился.

— Малфой говорил, что ты исчез после войны.

Тео криво улыбнулся.

— Именно.

— Где ты был?

— Здесь.

Он обвел рукой библиотеку.

— Семь лет.

— Я ничего не понимаю.

— Конечно.

Теодор взял одну из книг.

— Это Архив Забвения.

Он открыл страницу.

На этот раз буквы появились.

"...Лаванда Браун..."

Еще секунда.

Чернила исчезли.

Страница снова стала белой.

— Видел?

— Что это было?

— Последняя память.

Теодор говорил спокойно.

Слишком спокойно.

— Каждый человек, которого полностью забывает мир, оказывается здесь.

— Но Гермиона жива!

— Пока да.

— Тогда почему...

— Потому что стирается не человек.

Он посмотрел Гарри прямо в глаза.

— Стирается право мира помнить его существование.

Гарри молчал.

Мысль была слишком безумной.

— Кто создал эти часы?

Теодор долго не отвечал.

Потом тихо произнес:

— Основатели.

— Что?

— Настоящее название Хогвартса было другим.

— Не смешно.

— Я не шучу.

Он подошел к часам.

— Когда создавался замок, четыре основателя боялись одной вещи.

— Волан-де-Морта?

— Нет.

— Тогда чего?

— Что однажды память окажется опаснее смерти.

Теодор коснулся часов.

И комната исчезла.

Вместо нее возник Хогвартс.

Очень древний.

Без башен.

Без Большого зала.

Без знакомых коридоров.

Посреди двора стояли четыре человека.

Гриффиндор.

Рейвенкло.

Хаффлпафф.

Слизерин.

Совсем не такие, какими их изображали портреты.

Они спорили.

Очень громко.

До Гарри долетали лишь отдельные слова.

"...если люди забудут..."

"...магия исчезнет..."

"...кто-то должен помнить..."

"...слишком опасно..."

Слизерин поднял старинные серебряные часы.

И мир вокруг словно раскололся.

Видение исчезло.

— Что это было?

— Воспоминание.

— Почему мне его показали?

Теодор долго молчал.

— Потому что часы тебя узнали.

— Почему?

Ответ прозвучал почти шепотом.

— Потому что ты уже однажды ими пользовался.

Гарри резко вскочил.

— Это невозможно!

— Правда?

— Я бы помнил.

— Нет.

— Почему?

— Потому что они забрали и это воспоминание.

Теодор подвел его к самому дальнему шкафу.

На нем единственном была надпись.

"Поттер."

Гарри замер.

— Здесь...

— Да.

Он открыл шкаф.

Внутри лежала всего одна книга.

Толстая.

Черная.

Переплет потрескался от времени.

На обложке серебром было выбито:

«Жизнь Гарри Поттера.»

Он открыл первую страницу.

Пусто.

Вторая.

Пусто.

Третья.

Лишь на четвертой появились слова.

"Гарри Поттер родился..."

И прямо у него на глазах предложение начало исчезать.

Слово за словом.

Буква за буквой.

Будто невидимая рука стирала чернила.

Через несколько секунд страница снова стала чистой.

— Нет...

Гарри лихорадочно перелистывал книгу.

Пусто.

Пусто.

Пусто.

Его собственная жизнь исчезала.

Теодор тихо сказал:

— Когда книга станет полностью белой...

— Что?

— Никто не вспомнит, что ты вообще существовал.

— А я?

— Ты тоже.

Впервые за долгое время Гарри испугался не смерти.

Он испугался небытия.

Если умрет человек — остаются фотографии.

Истории.

Любимые места.

Люди, которые его знали.

Но если исчезнет память...

Значит, никогда не было ни мальчика, выжившего после Авады.

Ни Битвы за Хогвартс.

Ни победы.

Ничего.

Мир перепишет самого себя.

— Есть способ остановить это?

Теодор посмотрел на часы.

— Есть.

— Какой?

— Нужно найти Первого Хранителя.

— Где?

— Там, где время никогда не шло.

— Это где?

— В Хогвартсе.

— Я знаю замок лучше любого.

— Нет.

На этот раз Теодор улыбнулся почти печально.

— Ты знаешь тот Хогвартс, который позволил себя запомнить.

Внезапно библиотеку сотряс мощный удар.

Еще один.

И еще.

Полки заходили ходуном.

Белые книги начали падать на пол.

Часы впервые за все время пошли.

Тик.

Тик.

Тик.

С каждой секундой все громче.

Теодор резко побледнел.

— Они нашли нас.

— Кто?

Из темноты между стеллажами стали выходить фигуры.

Высокие.

В длинных серых плащах.

Без лиц.

На месте глаз была лишь гладкая белая кожа.

Один из них остановился в нескольких шагах от Гарри.

И вдруг заговорил голосом Рона.

— Гарри...

Потом голосом Джинни.

— Ты кто такой?

Потом голосом Хагрида.

— Прости... не помню...

Затем одновременно сотнями голосов.

— Мы — Забытые.

Теодор выхватил палочку.

— Не слушай их!

Но было поздно.

Один из безликих медленно протянул руку.

Коснулся плеча Гарри.

И перед глазами вспыхнуло последнее воспоминание.

Маленькая девочка с густыми каштановыми волосами сидела на полу библиотеки и читала книгу, которая была больше нее самой.

Она подняла голову.

Улыбнулась.

— Привет. Меня зовут...

Имя не прозвучало.

Его стерли.

Гарри почувствовал, как и это воспоминание начинает ускользать.

Он отчаянно пытался удержать лицо, голос, взгляд...

Но они таяли, словно снег на ладони.

И в этот миг из глубины библиотеки раздался низкий звон.

Черные часы пробили первый удар.

Теодор прошептал, не скрывая ужаса:

— Нет... Они начали отсчет.