| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Дорога до Зала Советов заняла ровно столько времени, сколько потребовалось, чтобы докурить «пепельную вдову» и мысленно послать к черту всех предков императора до седьмого колена.
Оракульский Шпиль был спроектирован так, чтобы давить на психику любого, кто ниже по рангу, чем бог. Стены из переливающейся стали и черного обсидиана, парящие под потолком квантовые люстры, которые транслировали карту
звездного неба, и двери толщиной в три человеческих роста. Сейчас эти двери были заблокированы силовой сеткой цвета нездорового ультрафиолета.
Возле преграды нервничали два элитных гвардейца, но при виде меня поспешно отключили поле. Видимо, перспектива объяснять генералу, почему они застрелили лучшего сыщика империи, их привлекала еще меньше, чем встреча со мной.
—Ну что, живые трупы,- громко объявил я, распахивая тяжелые створки и шагая внутрь. — Предъявите ваши алиби и поумерьте амбиции, пока я не заставил вас всех сдавать анализ на следы астрального пороха.
В просторном зале пахло дорогим парфюмом, озоном от готовых сорваться с пальцев заклинаний и чистейшей паникой, замаскированной под высокомерное презрение. Все пятеро наследников Антония Арканского находились здесь. И, глядя на них, я понял: если завтра начнется межгалактическая бойня, то исключительно из-за того, кому достанется лучший ракурс для мемориального голо-портрета.
У панорамного окна стояла Аластерия. Старшая дочь, принц-консорт и по совместительству гроза внешних рубежей. На ней был парадный мундир из металлизированной ткани, подчеркивающий фигуру, а на плечах висел плащ из шкуры кибер-дракона. Руки скрещены на груди, взгляд — как дуло крейсерского орудия.
— Еще одно слово, Морт, и я прикажу «Молоту Богов» стереть этот этаж вместе с тобой и твоими тупыми шуточками, — процедила она, даже не повернувшись.
— Ой, взаимно, моя хорошая, — зевнул я, усаживаясь на краешек массивного стола из белого мрамора. — Твой флагман пока висит на орбите и сосет энергию вхолостую, так что расслабься. К тому же, папаша твой выглядит так, будто ему уже всё равно на твои космические побегушки.
На другом конце зала, нервно расхаживая туда-сюда по ковру, замер Валериан. Кронпринц, глава Коллегии Магов. Высокий, бледный, в мантии, расшитой серебряными рунами, которые непрерывно мерцали в такт его учащённому пульсу. В его пальцах едва заметно искрил сгусток чистой плазмы — парень явно практиковал древние заклинания разрушения на нервной почве.
— Это ересь! — взвизгнул Валериан, резко останавливаясь и тыча в меня пальцем. — Отец был носителем Первичной Маны! Его не мог убить обычный яд или лазер! Это сделали технократические ублюдки из нижних уровней! Или… или ты сам причастен, Морт! Кому еще позволено шастать по покоям в разгар траура?!
— Во-первых, Валериан, держи руки при себе, а то я случайно выстрелю тебе в твою просветленную макушку, — лениво ответил я, вытаскивая из кармана серебряный портсигар. — Во-вторых, твой папаша сдох не от магии и не от железа. Его ядро выжгли изнутри с точностью хирурга, у которого рука не дрогнула даже на микросекунду. Твои пиротехнические фокусы тут не катят — ты бы спалил пол комнаты вместе с креслом.
— Выбирай выражения, мерзавец! — зашипел маг, но плазму в руке всё же погасил.
В кресле в углу зала сидел Люциан. Второй сын, теневой кардинал, хозяин черных рынков и торговых путей. На нем был безупречный черный костюм-тройка с голографическими запонками, которые постоянно меняли узор. Люциан выглядел пугающе спокойным. Он крутил в пальцах бокал с синтетическим виски и смотрел на меня с легкой, почти ленивой усмешкой.
— Джеймс, ну зачем же так грубо? — его голос прозвучал мягко, как шелк, скользящий по лезвию ножа. — Мы все здесь убиты горем. Зачем устраивать допрос с пристрастием? Скажи лучше… сколько тебе нужно кредитов, чтобы следствие пришло к выводу о «естественной остановке сердца»? Империи сейчас стабильность нужнее, чем новый скандал.
Я с интересом посмотрел на него.
— Соблазнительно, Люциан. Очень. Но есть одна проблема: мне за работу платит не теневой синдикат, а имперская казну. А у нее, в отличие от твоих карманов, дно оказалось ближе, чем мы думали.
У дальней стены, окруженная парящими сферами-помощниками, стояла Селестия. Вторая дочь, покровительница искусств и биоинженерии. На её щеках блестели кристаллы слез, но глаза оставались сухими и холодными, как жидкий азот. Рядом с ней крутился младший — Эдриан, бледный гений в очках с множеством линз, который судорожно ковырялся в панели управления своего планшета, пытаясь взломать систему блокировки Шпиля.
— Эдриан, сынок, прекращай тыкать в свой девайс, — вздохнул я, спрыгивая со стола. — Если ты попытаешься обойти защиту еще раз, я конфискую твоего любимого боевого робота и сдам его на запчасти в трущобы.
Эдриан замер, испуганно моргнув, и опустил планшет.
— Я просто… я пытаюсь связаться с внешним миром…
— Внешний мир подождет, — перебил я, обведя всю эту компанию тяжелым взглядом. — Короче так, детки. Кто-то из вас пятерых обладает абсолютным допуском, знает пароли от защитных барьеров Шпиля и умеет так ловко обращаться с чужими жизненными силами. У вас есть два часа, чтобы кто-то из вас сознался добровольно. Иначе я начну копаться в вашем грязном белье так глубоко, что даже ваши личные психотерапевты поседеют.
Я развернулся к выходу, бросив через плечо:
— Валериус! Присмотри за ними. И следи, чтобы Валериан ничего не спалил, а Люциан не попытался купить мою совесть. Я пойду посмотрю на камеры наблюдения, которые, уверен, «случайно» отключились за пять минут до убийства.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |