Камень и пустота (гет)

Кризалис никогда не думала, что придётся маскироваться под обычную пони.

Раньше она принимала любой облик, какой хотела. Была кем угодно — принцессой, служанкой, жеребёнком, даже камнем. Это была её сила. Её природа. Её гордость. Но сейчас всё было иначе. Она стояла на опушке леса, смотрела на дорогу, ведущую к Понивиллю, и не знала, как подойти к городу.

— Ты можешь просто пойти, — сказала Вакуя.

— И вызвать панику? — Кризалис усмехнулась. — Пони увидят королеву чейнджлингов, которая вышла из камня. Что они сделают?

— Закричат. Позовут стражу. Может, нападут.

— Вот именно. Мне нужно другое обличье.

Она закрыла глаза. Сосредоточилась. Магия чейнджлингов всегда была простой. Ты меняешь форму, но остаёшься собой. Ты копируешь внешность, но не суть. Ты можешь быть кем угодно — но внутри ты всё та же.

Она не пользовалась этой магией много лет. В камне нечего менять. В камне ты просто камень. Но сейчас — сейчас она чувствовала, как магия возвращается. Медленно. Неохотно. Как старый друг, которого обидели.

— Дай мне кого-нибудь, — попросила она.

— Кого?

— Не знаю. Кого-нибудь. Кого ты видела в парке. В Кантерлоте. В лесу.

Вакуя задумалась. Потом сказала:

— Там была одна пони. Ночью. Она шла по аллее и смотрела на статуи. Серая. С пепельной гривой. Уставшая.

Кризалис представила её. Серую пони с усталыми глазами. Обычную. Незаметную. Ту, которая никогда не привлекала внимания. Ту, которую никто не боялся.

— Хорошо, — сказала она.

Она закрыла глаза. Сосредоточилась. Почувствовала, как магия потекла по телу — медленно, непривычно, но знакомо. Она не меняла форму много лет. Но тело помнило. Тело знало.

Когда она открыла глаза, перед ней стояла серая пони с пепельной гривой. Уставшая. Обычная. Незаметная.

— Ты выглядишь... — начала Вакуя.

— Знаю. Никак.

— Именно. Как обычная пони.

— Хорошо. Именно это мне и нужно.

Она посмотрела на своё отражение в луже. Серая шерсть. Пепельная грива. Глаза немного тусклые, но не пугающие. Никто не узнает. Никто не обернётся. Никто не закричит.

— Теперь осталось придумать имя, — сказала Кризалис.

— Зачем?

— Затем, что пони не спрашивают «как вас зовут, королева чейнджлингов». Они спрашивают «как вас зовут, мэм». И если я скажу «Кризалис», меня узнают.

Вакуя задумалась.

— Как насчёт... Пепел? — предложила она.

Кризалис посмотрела на неё.

— Пепел?

— Ты серая. Как пепел. И грива у тебя пепельная. И вообще... ты была камнем. Камень становится пеплом, пылью. Если его разбить.

— Мрачно.

— Зато честно.

Кризалис помолчала. Потом кивнула.

— Хорошо. Пепел. Пусть будет Пепел.

Она оглядела себя ещё раз. Серая пони. Обычная. Незаметная. С именем, которое ничего не значит. С прошлым, которое никто не знает.

— Пойдём, — сказала она.

Вакуя кивнула и шагнула за ней. Тень осталась тенью. Никто её не видел. Никто не замечал. Так было проще.

* * *

Понивилль встретил их утренним шумом.

Пони сновали по улицам, спешили по делам, разговаривали, смеялись. Никто не обращал внимания на серую пони с пепельной гривой, которая шла по дороге, оглядываясь по сторонам. Она была обычной. Незаметной. Одной из многих.

Кризалис шла медленно. Она никогда не видела Понивилль вот так — с земли, а не сверху, не с высоты полёта, не из засады. Дома казались маленькими. Пони — большими. Звуки — громкими. Свет — ярким.

— Ты в порядке? — спросила Вакуя.

— Не знаю. Здесь слишком много всего.

— Ты не привыкла.

— Да. Не привыкла.

Она остановилась у фонтана. Посмотрела на воду. На своё отражение — серое, чужое, но не пугающее. Потом на пони вокруг. Никто не смотрел на неё. Никто не боялся. Никто не знал.

— Я никогда не была незаметной, — сказала она.

— Тебе нравится?

— Не знаю. Непривычно.

Она пошла дальше. Мимо кондитерской, где пахло свежей выпечкой. Мимо школы, где жеребята играли в мяч. Мимо библиотеки, где на крыльце сидела знакомая фиолетовая пони и читала книгу.

Кризалис замерла.

Твайлайт.

Она сидела на крыльце, поджав под себя копыта, и читала. Рядом лежала стопка книг. Над её плечом вилась тёмная тень — Инферна.

Кризалис отступила на шаг. Сердце забилось быстрее. Не от страха. От чего-то другого. От стыда.

— Ты не обязана с ней говорить, — сказала Вакуя. — Ты ищешь Старлайт.

— Знаю.

— Тогда идём.

Кризалис кивнула. Но не двинулась с места. Она смотрела на Твайлайт. На ту, которая победила её. На ту, которая заперла её в камень. На ту, которая сейчас просто читала книгу, не подозревая, что за ней наблюдают.

— Она не знает, что я здесь, — сказала Кризалис.

— И не должна. Пока.

— Да. Пока.

Она развернулась и пошла дальше. Мимо библиотеки. Мимо школы. Мимо кондитерской. Кризалис не оглядывалась. Но Вакуя видела, как дрожат её копыта.

— Ты боишься её? — спросила тень.

— Нет.

— Тогда почему дрожишь?

— Потому что... потому что я не знаю, что сказать. Когда придёт время.

— Время придёт. Не сразу. Сначала Старлайт.

— Да. Сначала Старлайт.

Они вышли на окраину Понивилля. Кризалис остановилась.

— Где её искать?

— Она живёт в деревне. Недалеко. Там, где когда-то была её деревня равенства.

Кризалис посмотрела на дорогу, ведущую вдаль.

— Идём?

— Идём.

Они пошли. Две тени. Одна в маскировке. Одна — настоящая. По дороге, ведущей в неизвестность. К той, которая когда-то протянула копыто. К той, которая получила отказ. К той, которая, возможно, всё ещё ждёт.

— Как ты думаешь, она меня простит? — спросила Кризалис.

— Не знаю, — честно ответила Вакуя. — Но ты должна попробовать.

— Знаю. Поэтому и иду.

Они шли молча. Долго. Дорога петляла между холмами, мимо полей, мимо ферм, мимо редких домов. Кризалис смотрела на всё это и чувствовала странное. Не голод. Не страх. Что-то другое. Тепло. Может быть, надежду.

— Вакуя, — позвала она.

— Да?

— Спасибо. За то, что ты со мной.

— Не за что. Я — это ты. Я не могу иначе.

— Знаю. Но всё равно спасибо.

Вакуя улыбнулась. Впервые за много лет.

— Пожалуйста, — сказала она.

Они шли дальше. К Старлайт. К прощению. К новой жизни.