Не проверялось на грамотность 
А тем временем, компания известных мракоборцев, сопровождаемая Каскадом Патронусов, которая перенеслась в первое сентября 2017 года, быстро мчалась над лесом к железной дороге, по которой обычно курсировал Хогвартс-Экспресс.
«Ух, ты! Вот это круто!» — радостно воскликнул Рон, разглядывая полупрозрачных представителей фауны, летящих рядом с ним.
«Согласен, приятель», — кивнул Гарри. — «И, должен сказать, теперь я понимаю, откуда появился тот Каскад Патронусов, который мы видели в прошлом году из окна Хогвартс-Экспресса… А также тот, который мы видели из окон Больницы Святого Мунго, когда приходили туда, чтобы набросить Ожерелье Древнего Духа Хогвартса на родителей Невилла!»
«Да», — кивнула Гермиона. — «Но, если честно, в те моменты я и подумать не могла, что мы имеем прямое отношение ко всем этим Патронусам!»
«И я тоже», — признался Рон.
И в тот же миг, далеко внизу, раздался пронзительный гудок поезда.
И Гарри сразу остановил в воздухе свою метлу. — «Так… Кажется, это Хогвартс-Экспресс. И, если мне не изменяет память, Миррина и Скорпиус должны быть в последнем вагоне!»
«Точно!» — кивнула Гермиона. И начала быстро снижаться. — «Летим!»
Гарри и Рон последовали за ней. И многочисленные Патронусы — тоже.
И в этот момент, поезд снова издал пронзительный гудок и остановился. А будущие студенты Хогвартса высунулись в окна, чтобы получше разглядеть полупрозрачных представителей фауны, которые неторопливо кружились над поездом, постепенно загораживая собой последний вагон, в котором находилась Миррина вместе со Скорпиусом.
«Майкл, Виолетта! Посмотрите!» — восхищённо воскликнула Линда, обращаясь к своему брату и подруге, которые стояли с ней рядом. — «Вы когда-нибудь видели что-нибудь подобное?»
«Лично я — нет!» — честно признался Майкл.
«Ах, какое чудо!» — прошептала Виолетта.
А Аманда тоже высунулась из окна и гордо объявила сопровождающим её мракоборцам. — «Это Хогвартс так приветствует моё прибытие! Я уверена!»
«Даже не мечтай об этом, ОШИБКА ПРИРОДЫ!» — сквозь зубы прошептал Рон, презрительно покосившись на неё, и со скоростью снитча пролетев над крышей Особого Купе. — «И вообще… Тебе НЕВЕРОЯТНО ПОВЕЗЛО, что нам сейчас нельзя использовать Трансфигурацию! Иначе бы я, не раздумывая, превратил тебя в БЕЛИЧЬЮ ОБЕЗЬЯНУ и подарил Лондонскому Зоопарку!»
«Ребята! Миррина — там! Я её вижу!» — снова донёсся до ушей Гарри и Рона голос Гермионы, которая направлялась к последнему вагону поезда.
«Бедняжка…» — мрачно вздохнул Рон, продолжая следовать за своей женой вместе с Гарри. — «Она даже вообразить не может, какой кошмар её ждёт в Хогвартсе… И, если честно, мне ОЧЕНЬ ЖАЛЬ, что, поначалу, я относился к ней с таким презрением…»
«Не расстраивайся, Рон», — успокоил его отец Альбуса Поттера. — «Зато теперь у тебя есть шанс загладить свою вину и помочь ей вернуться к жизни!»
«Это верно», — кивнула Гермиона, остановив свою метлу в нескольких футах от окна последнего вагона, за которым отчётливо просматривалось купе, где находилась так называемая родственница Реддла. — «Ладно… Я попытаюсь поговорить с ней…»
С этими словами, она обратилась к молодой герцогине умоляющим голосом. — «Мирри, пожалуйста, создай Патронус!»
У Скорпиуса от удивления расширились глаза.
А так называемая родственница Реддла, обескураженная просьбой странной незнакомки в серебристой мантии, удивлённо поинтересовалась. — «Создать Патронус?! Но как?»
«Очень просто!» — уверил её Гарри. — «Сначала подумай о чём-нибудь приятном! О самом счастливом событии в своей жизни! А потом начерти в воздухе волшебной палочкой вот такой символ. И скажи два слова: Экспекто Патронум!»
«Мне это известно», — ответила Миррина, продолжая наблюдать за пролетающими над поездом бело-серебристыми представителями фауны. — «Но, дело в том, что у меня НЕТ волшебной палочки!»
«А зачем она тебе нужна?» — усмехнулся Рон. — «Ты ведь можешь просто…»
«Помолчи, Рон!» — резко перебила его Гермиона. — «Она должна понять это сама! И не сейчас! Иначе ход истории может измениться!»
Скорпиус моментально вытащил из кармана своего пальто волшебную палочку и протянул её так называемой родственнице Реддла. — «Вот, возьмите мою!»
«Сконцентрируйся, Мирри!» — умоляюще потребовала Гермиона, глядя на Двустандартный Маховик Времени, который уже начал мерцать. — «У тебя всё получится!»
«Ну, разумеется», — подтвердил её слова Гарри. — «У неё же любое заклинание получается с первого раза!»
«А по-другому и быть не может», — усмехнулся Рон. — «Потому что она родственница знаменитых волшебников, один из которых был САМЫМ могущественным чародеем в Истории Магии!»
«Вы о Волан-де-Морте?» — виновато поинтересовалась Миррина, взяв волшебную палочку Скорпиуса.
«А при чём здесь Волан-де-Морт?» — удивился Рон. — «Ведь и он, и все его родственники, уже давно в могиле!»
«Хватит, Рон! Не мешай ей!» — снова перебила своего мужа Гермиона. И сразу обратилась к молодой герцогине. — «Пожалуйста, Мирри! Создай Патронус! Потому что у нас мало времени!»
«Ладно», — кивнула так называемая родственница Реддла. И, закрыв глаза, приготовилась впервые за свою жизнь взмахнуть волшебной палочкой.
А потом громко произнесла. — «ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!»
И в тот же миг, из волшебной палочки, одолженной ей сыном Драко, вылетел бело-серебристый фантом единорога.
И этот полупрозрачный единорог бесшумно направился к Двустандартному Маховику Времени, который держала в руках Гермиона.
«Потрясающе!» — восторженно прошептал Скорпиус, провожая улетающий Патронус Миррины внимательным взглядом.
А Патронус единорога, уменьшившись до размера мыши, подлетел к Двустандартному Маховику Времени и начал быстро вращаться вокруг него, постепенно превратившись в серебристое световое кольцо.
«Спасибо, Мирри», — грустно улыбнулась Гермиона. — «Обещаю! С тобой всё будет в порядке».
А Рон пошарил в карманах своего пиджака, и, вытащив из одного из них золотой галлион, бросил его так называемой родственнице Реддла. — «Вот, возьми! Пусть он принесёт тебе счастье!»
«Спасибо», — обескураженно произнесла молодая герцогиня, не совсем понимая, чем она заслужила подобное внимание к себе.
А Гарри неожиданно обратился к сыну Драко. — «И тебе, спасибо, Скорпиус… Потому что ты действительно САМЫЙ талантливый Прорицатель в Англии. И без тебя бы мы никогда не справились!»
Сын Драко от удивления потерял дар речи.
А Гермиона громко скомандовала. — «Ребята, уходим!»
И в тот же миг, Двустандартный Маховик Времени, который она держала в руках, сверкнул ослепительным светом… И она снова перенеслась в своё время вместе с Гарри и Роном… И снова оказалась над лесом, неподалёку от железной дороги, по которой обычно курсировал Хогвартс-Экспресс…
«Так… Кажется, получилось», — сделал вывод Рон, оглядевшись по сторонам.
«Да», — кивнула Гермиона. И сразу взяла своего мужа и Гарри за руки. — «А теперь, нам пора отправляться в Лондон».
И, буквально через мгновение, перенеслась к обветшавшему зданию, вечно закрытому на ремонт, в котором находилась Больница Святого Мунго. И многочисленные Патронусы перенеслись к этому зданию вместе с ней…
«Ох! Ненавижу трансгрессию», — сердито проворчал Рон.
А Гарри обеспокоенно огляделся по сторонам. — «Знаю, приятель. Только давайте поскорее отправимся на месяц назад. Пока нас вместе с этим Каскадом Патронусов не заметили маглы или репортёры из Ежедневного Пророка».
«Ты прав, Гарри», — кивнула Гермиона. И снова покрутила Двустандартный Маховик. — «Вперёд!»
И сразу оказалась неподалёку от больницы для волшебников, в которой Гилдерой Локхард десять минут назад нейтрализовал страшный пожар. — «Ну, вот мы и на месте».
«Да…» — чуть слышно произнёс Гарри, глядя на многочисленные арочные окна с лимонными стёклами. — «Осталось только попасть внутрь палаты, где сейчас находится Миррина.
«Ну-у… Скорпиус сказал, что её Патронус должен нам в этом помочь…» — со вздохом напомнил Рон.
А потом добавил обеспокоенным голосом. — «Вот только… Как мы заставим его ЭТО СДЕЛАТЬ?»
И в тот же миг, одно из световых колец, вращающихся вокруг песочных часов Двустандартного Маховика Времени, бесшумно соскользнуло с него и снова превратилось в Патронус единорога. А потом направилось к больнице, оставляя за собой искрящийся серебристый шлейф.
«Ух, ты!» — восхищённо воскликнул Рон. — «Ребята! Кажется, нам повезло! Потому что этот Патронус, судя по всему, сам знает, куда ему надо лететь!»
«Тем лучше», — сделала вывод Гермиона. И вместе со своим мужем и приятелем — последовала за полупрозрачным единорогом. — «За ним, быстрее!»
А Патронус Миррины приблизился к одному из окон пятого этажа, и, облетев вокруг него, превратился в светящийся серебристый эллипс, размером чуть больше самого окна.
А ещё через мгновение, окно, которое находилось внутри светящегося эллипса, медленно распахнулось.
«Ух, ты! Круто!» — прошептал Рон.
И в тот же миг, в тёмной палате, расположенной за этим окном, послышался тихий голос так называемой родственницы Реддла. — «Ах, какое чудо…»
И Гермиона быстро направилась к распахнутому окну. — «Это Миррина. Давайте к ней, живо!»
Гарри и Рон влетели в распахнутое окно вслед за Гермионой. И сразу увидели в полутёмной больничной палате молодую герцогиню, которая стояла неподалёку от них, и, словно зачарованная, наблюдала в другое окно за Каскадом Патронусов, кружившихся над Больницей Святого Мунго.
А в дальнем углу палаты лежали две небольшие горстки чёрного пепла. Всё что осталось от родителей Невилла Лонгботтома.
Гермиона покосилась на этот пепел и со вздохом обратилась к так называемой родственнице Реддла. — «Пожалуйста, Мирри… Сделай крестраж…»
Молодая герцогиня вздрогнула и сразу оглянулась. — «Что?»
«Сделай свой крестраж, Мирри!» — умоляюще повторила свою просьбу Гермиона.
«Вы с ума сошли?!» — сердито воскликнула так называемая родственница Реддла. — «Это же САМЫЙ ЧУДОВИЩНЫЙ тёмный ритуал в Мире Волшебников! И вообще… Кто вы такие?»
«Пожалуйста, Мирри! У нас мало времени!» — снова обратилась к ней Гермиона. — «Сделай крестраж! Потому что это вопрос жизни и смерти!»
И в тот же миг, в дальнем углу палаты, позади известных мракоборцев, появился светящийся единорог, который слегка кивнул Миррине и мысленно произнёс повелительным голосом. — «Сделай!»
Гарри, Рон и Гермиона невольно вздрогнули и моментально обернулись в его сторону.
Но Заместитель Великого Мерлина уже растворился в воздухе.
Глаза молодой герцогини расширились от удивления, и она честно призналась расстроенным голосом. — «Но… Но… Я не умею создавать крестражи!»
«На самом деле, это очень просто, Миррина», — уверил её Рон. — «Непросто совершить деяние, которое поспособствует созданию крестража. А весь остальной ритуал занимает не более трёх минут. И его без труда выполнит даже первокурсник Хогвартса, обладающий самыми посредственными магическими способностями».
С этими словами, он обернулся к дивану, расположенному в дальнем углу палаты, рядом с которым на полу лежали две горстки чёрного пепла — всё, что осталось от родителей Невилла.
Миррина тоже взглянула на этот пепел и со вздохом подошла к трём волшебникам, лица которых частично скрывали капюшоны. — «Ладно… Говорите, что я должна делать».
И Гермиона сразу указала рукой в сторону выхода из палаты, где на стене, рядом с закрытой дверью, висело большое зеркало, в котором взрослый человек мог отразиться в полный рост. — «Подойди вон к тому зеркалу, а потом закрой глаза и загляни внутрь себя, чтобы увидеть свою душу…»
Молодая герцогиня так и сделала. И через несколько мгновений громко объявила. — «Готово…»
«Отлично!» — радостно воскликнул Гарри. — «А теперь, вообрази, что твоя душа появилась в зеркале вместо твоего отражения и открой глаза!»
Миррина быстро выполнила его просьбу. И сразу увидела в зеркале полупрозрачное привидение, которое было точной копией её самой. Только тело этого привидения от макушки до пяток было разделено на две абсолютно равные половины белой и светящейся вертикальной линией толщиною в полдюйма. — «Кажется, получилось…»
«Превосходно…» — немного обеспокоенно прошептала Гермиона. И снова продолжила разговор. — «А теперь, прикоснись указательным пальцем к любой половине своей души, которая находится в зеркале. И произнеси заклятие АКЦИО!»
«АКЦИО!» — прошептала молодая герцогиня, дотронувшись указательным пальцем до отражающей поверхности зеркала.
И правая половина её души, которая находилась в зеркале, моментально превратилась в лёгкий серебристый туман, который трансформировался в витиеватую полупрозрачную ленту.
А потом эта лента уменьшилась в размере, и, легко просочившись сквозь отражающую поверхность зеркала, подлетела к указательному пальцу Миррины.
И начала вращаться вокруг него подобно серебристому вихрю, уменьшенному заклятием РЕДУЦИО.
«Невероятно…» — прошептала так называемая родственница Реддла, испуганно глядя на свой указательный палец.
«Согласна», — кивнула Гермиона. А потом вытащила из кармана своей мантии серебряное кольцо, обугленное по краям, и передала его молодой герцогине. — «А теперь, чтобы завершить РИТУАЛ СОЗДАНИЯ КРЕСТРАЖА, ты должна переместить половину своей души, которую вытащила из зеркала, в это кольцо!»
«А как?» — дрожащим голосом поинтересовалась Миррина, с ужасом разглядывая кольцо с крупным голубым камнем, которое было точной копией серебряного кольца, надетого на её палец.
«Используй заклинание ИНВАРДЕО!» — ответила ей Гермиона.
«Ладно…» — кивнула молодая герцогиня, взмахнув указательным пальцем над копией своего кольца. — «ИНВАРДЕО!»
И в тот же миг, маленький серебристый вихрь, который вращался вокруг указательного пальца так называемой родственницы Реддла, переместился в центр голубого камня, украшающего кольцо.
А потом это кольцо сверкнуло бело-серебристым светом. И обугленные края этого кольца снова стали блестящими.
И левая половина души Миррины, которая находилась в зеркале, тоже на секунду сверкнула бело-серебристым светом. И снова превратилась в полупрозрачное привидение так называемой родственницы Реддла.
Только теперь это привидение выглядело слегка размытым. И его по-прежнему, от макушки до пяток, разделяла на две абсолютно равные половины белая и светящаяся вертикальная линия, толщиною в полдюйма.
А потом это привидение исчезло. И в зеркале опять появилось привычное отражение молодой герцогини, а также отражение больничной палаты.
«О, замечательно!» — радостно воскликнула Гермиона, забирая копию серебряного кольца у так называемой родственницы Реддла и поспешно убирая его в карман своей мантии. — «У тебя отлично получилось, Мирри!»
А потом быстро вылетела вместе с Гарри и Роном в распахнутое окно. И, спустя мгновение, смешалась с каскадом многочисленных Патронусов, которые продолжали медленно кружиться вокруг больницы. — «А теперь, поторопись в Хогвартс! Потому что Магическая Защита больницы скоро включится!»
«Не сомневаюсь…» — мрачно вздохнула молодая герцогиня.
И в тот же миг, Двустандартный Маховик Времени, который Гермиона держала в руках, сверкнул ослепительным светом.
И этот свет был настолько ярким, что Миррина на секунду зажмурила глаза. А известные мракоборцы, вместе с окружающими их полупрозрачными представителями фауны, снова перенеслись в своё время. И снова оказались рядом с обветшавшим зданием, вечно закрытым на ремонт, в котором находилась Больница Святого Мунго…
«Потрясающе, ребята!» — радостно воскликнул Рон. — «Мы справились!»
«Это верно», — кивнула Гермиона. И сразу взяла Гарри и своего мужа за руки. — «А теперь, давайте трансгрессировать в Хогвартс! И поскорее!»
И, буквально через секунду, снова оказалась вместе с Роном и своим приятелем во дворе школы, где их ждали многочисленные волшебники.
И как только это произошло — все Патронусы, сопровождающие известных мракоборцев, одновременно исчезли.
Рон, которого слегка мутило, огляделся по сторонам и произнёс мрачным голосом. — «Ох… Ненавижу трансгрессию…»
А Роза первой заметила в воздухе своих родственников и радостно воскликнула. — «Мама! Папа! Дядя Гарри! Вы вернулись!»
«Как видишь, Роза», — кивнула Гермиона, быстро подлетая к ней вместе со своим мужем и приятелем.
А директриса Хогвартса покосилась на родителей Невилла и обеспокоенно поинтересовалась у известных мракоборцев. — «Ну, что? Вам удалось уговорить Миррину сделать свой крестраж?»
«Разумеется, госпожа Макгонагал!» — ответила Гермиона, поспешно вытащив из кармана серебряное кольцо. — «ВОТ ОН!»
«Отлично!» — радостно воскликнул младший сын Гарри.
А Рон взглянул на Тёмного Лорда, который по-прежнему стоял внутри Зеркала Еиналеж, несмотря на то что отражающая поверхность этого зеркала исчезла, и настороженно поинтересовался. — «А последний волшебник из списка Великого Мерлина так и не появился?»
«К сожалению, нет, Рон», — со вздохом призналась директриса Хогвартса. — «И Карты Таро профессора Плутониуса категорически отказываются называть причину его отсутствия».
«И мои Карты Таро — тоже», — чуть грустно произнёс сын Драко.
«Странно всё это…» — сердито проворчал Рон, покосившись на небо, где рядом с чёрным солнечным диском сияли огромные эфемерные гербы факультетов.
«И вовсе не странно, приятель», — неожиданно заявил Гарри. — «Потому что, я предполагаю, что последний волшебник из списка Великого Мерлина, это Миррина. И как только мы начнём возвращать её к жизни, её имя и фамилия сразу появятся в этом списке!»
Однако Тёмный Лорд отрицательно покачал головой. — «Её имя и фамилия не могут появиться в этом списке, Гарри. Потому что после того, как она прикоснулась к Зеркалу Еиналеж во время Ритуала Открытия Незримых Врат, её душа и тело превратились в серебристую пыль. И это событие было подробно описано в Небесной Книге Её Судьбы, ещё до того, как она отправилась на своё обучение в Хогвартс».
«Откуда ты знаешь?» — настороженно поинтересовался Рон.
Тёмный Лорд пожал плечами и честно признался. — «Бестелесные Стражи так говорили. Поэтому, в отличие от Гермионы и родителей Невилла, Великий Мерлин не мог подписать Миррине своё разрешение вернуться в Мир Живых, несмотря на то что ИЗНАЧАЛЬНО был в курсе того, что ей суждено погибнуть в момент исполнения Пророчества».
«Потому что в Небесной Книге Её Судьбы было написано, что, после своей смерти, она не попадёт в Загробный Мир, да?» — с досадой произнёс Гарри.
«Именно так», — кивнул Тёмный Лорд.
«Ничего не понимаю», — обескураженно прошептал Рон. — «Но тогда кто этот последний волшебник из списка Великого Мерлина, из-за которого мы до сих пор не завершили наш ритуал?»
«Эй, вы там!» — громко прокричал староста Хаффлпаффа, сердито посмотрев на небо. — «Может быть, прекратите играть с нами в молчунов и позволите хотя бы Картам Таро Скорпиуса ответить на этот вопрос?!»
«Действительно!» — поддержал его младший сын Гарри. — «Потому что мы не можем НАВЕЧНО оставить Зеркало Еиналеж и Арку Смерти во ДВОРЕ ШКОЛЫ!»
«Ох… Перестаньте, ребята», — со вздохом обратилась к ним Гермиона. — «Неужели вы не видите, что это бесполезно? Лучше давайте поскорее вернём Миррину к жизни. А потом вызовем Верховных Стражей и выясним у них, кто тот последний волшебник из списка Великого Мерлина. И почему он до сих пор не прошёл через Барьер Справедливости».
«Ну, ладно», — со вздохом согласился Джимми.
«Если, конечно, это вообще возможно», — снова проворчал Рон, покосившись на небо.
А Роза обеспокоенно обратилась к своей матери. — «А как мы будем оживлять Миррину?»
И Гермиона сразу начала объяснять. — «Ну-у, вообще-то, Роза, ритуал воскрешения живого существа с помощью крестража — чем-то напоминает Ритуал Открытия Незримых Врат. Только он намного проще. И для него нам потребуется медный котёл стандартного размера № 2 и какое-нибудь зеркало, в котором можно увидеть своё отражение в полный рост».
«То, которое я недавно увеличил с помощью заклятия Энгоргио, подойдёт?» — поинтересовался младший сын Гарри, кивнув головой в сторону.
«Вполне, Альбус», — уверила его Гермиона. И поспешно закрыла в этом зеркале портал, ведущий в Подземелье.
А профессор Слизнорт подошёл к полуразрушенной стене Хогвартса, за которой отчётливо просматривался его кабинет, и забрал оттуда свой персональный медный котёл, который стоял на его письменном столе. — «И с котлом проблем тоже не будет».
С этими словами, он отдал свой котёл Гермионе. — «Держите, миссис Уизли».
«Спасибо, профессор», — поблагодарила его жена Рона. И сразу поставила котёл перед зеркалом, увеличенным Альбусом Поттером.
«А теперь что?» — снова поинтересовалась Роза.
«А теперь надо наполнить наш котёл до краёв Магической Водой», — объявила Гермиона, взмахнув волшебной палочкой. — «АГУАМЕНТИ!»
И сразу продолжила. — «А потом высыпать в полученную воду содержимое песочных часов Стандартного Маховика Времени».
«У кого-нибудь есть с собой Стандартный Маховик?» — поинтересовался Рон, оглядевшись по сторонам.
«У меня есть», — признался министр, поспешно вытаскивая из кармана своей мантии песочные часы, посаженные на ось, которая была прикреплена к длинной золотой цепочке. — «Держите!»
С этими словами, он передал Гермионе Стандартный Маховик.
«Отлично!» — радостно воскликнула она. И моментально разбила песочные часы этого маховика о край медного котла.
А потом невозмутимо высыпала почерневшую на воздухе Золотистую Звёздную Пыль в Магическую Воду. — «Спасибо, мистер Бруствер!»
После чего — перемешала содержимое котла по часовой стрелке своей волшебной палочкой, и со вздохом взглянула на кольцо, которое держала в левой руке. — «Ну, а теперь, нам нужно выбрать волшебника, который станет Исполнителем Ритуала по возвращению Миррины к жизни. И этот волшебник должен будет опустить крестраж в котёл с Магической Водой. А потом ухватиться за края этого котла обеими руками и вызвать Хранителя Времени. И как только Хранитель Времени появится внутри зеркала, исполнитель этого ритуала должен будет назвать ему своё имя. А потом вкратце изложить Хранителю, кем он является в Мире Волшебников. После чего — исполнитель ритуала должен будет обратиться к Хранителю Времени с просьбой вернуть Миррину в Мир Живых. И за эту услугу исполнитель ритуала обязан будет отдать Хранителю Времени десять лет своей жизни…»
«ДЕСЯТЬ ЛЕТ?!» — обескураженно воскликнул старший сын Гарри.
«Да, Джеймс. Десять лет», — подтвердила свои слова Гермиона.
И снова продолжила свои объяснения. — «И в волосах Исполнителя Ритуала сразу появится прядь седых волос, которую никогда нельзя будет окрасить в другой цвет… А крестраж, помещённый на дно котла, откроется. И оттуда вылетит серебристый туман, который просочится в зеркало. А спустя секунду, этот туман превратится в Миррину, которая будет выглядеть точно так же, как в момент создания своего крестража. После чего — над зеркалом появятся волшебные песочные часы с серебряным песком. И у исполнителя ритуала будет всего три минуты на то, чтобы вернуть Миррину в Мир Живых. Для этого ему нужно будет громко назвать любую дату того года, в котором она создавала свой крестраж, а также её имя и фамилию. А потом сказать: возвращайся на Землю такой, какой ты была здесь в указанный мною срок. И тогда отражающая поверхность зеркала исчезнет. И Хранитель Времени создаст поток волшебного тумана, который вынесет Миррину из зеркала. И, таким образом, она снова вернётся к жизни…»
«Круто!» — восхищённо прошептал младший сын Гарри.
А Роза снова обратилась к Гермионе. — «Мама… А можно вопрос?»
«Ну, разумеется, Роза», — кивнула Гермиона.
А её дочь обеспокоенно посмотрела на медный котёл и осторожно поинтересовалась. — «А что будет, если исполнитель этого ритуала не успеет завершить этот ритуал за три минуты?»
«Ну-у… Тогда частица души Миррины, которую нам удалось получить, превратится в густой туман. И этот туман через несколько мгновений рассеется в пространстве и времени», — со вздохом ответила Гермиона.
И сразу успокоила Розу. — «Но, уверяю тебя, этого не произойдёт. Потому что я всё сделаю правильно!»
С этими словами, она собралась положить кольцо так называемой родственницы Реддла в медный котёл.
Однако Северус сразу её остановил, взяв за руку. — «Не сомневаюсь, миссис Уизли. Однако, будет лучше, если я САМ стану исполнителем этого ритуала. Чтобы избежать всяческих… Недоразумений…»
Гермиона улыбнулась и покорно отдала ему серебряное кольцо. — «Конечно, профессор».
И Снейп моментально опустил крестраж Миррины в медный котёл. — «Премного благодарен…»
А потом ухватился за края этого котла обеими руками, и, глядя в зеркало, обеспокоенно произнёс. — «О, Хранитель Времени! Я профессор Северус, заместитель директрисы Хогвартса. Пожалуйста! Верните мисс Миррину в Мир Живых!»
И в тот же миг, в зеркале, перед которым стоял медный котёл, появилась хрустальная пещера с куполообразным потолком, полностью окутанная густым серебристо-белым туманом.
И несколько клубов этого тумана быстро слились воедино и трансформировались в эфемерную человеческую фигуру, ростом около пяти футов и одетую в полупрозрачную накидку с капюшоном, напоминающую саван.
И на лице этого эфемерного человека не было ни рта, ни носа, а только яркие и круглые светящиеся глаза без зрачков, напоминающие блуждающие огни, именуемые Свечами Покойника, которые появляются в ночное время на болотах и старых кладбищах…
«Я Хранитель Времени», — умиротворённым голосом произнёс эфемерный человек. — «Я могу вернуть её. Но платой за такую услугу будет десять лет вашей жизни и седая прядь в ваших волосах, которую вы никогда не сможете окрасить в другой цвет».
«Я согласен!» — кивнул Северус, ещё крепче ухватившись руками за края медного котла.
«Хорошо», — ответил Хранитель Времени. И бесшумно соединил вместе свои эфемерные ладони.
И в тот же миг, на чёлке Северуса появилась прядь седых волос.
А крестраж, помещённый на дно котла, открылся.
И оттуда медленно вылетел серебристый туман, который почти сразу просочился в зеркало.
А потом этот туман облетел Хранителя Времени, и, опустившись на хрустальный пол за его спиной, превратился в Миррину, которая выглядела как привидение, только лежащее на спине и спящее беспробудным сном.
И на Миррине была надета её золотистая мантия с гербом и лозунгом Древнего Духа Хогвартса.
«Ух, ты!» — восхищённо прошептала Роза.
И в этот момент, в воздухе над зеркалом, перед которым стоял медный котёл, появились волшебные песочные часы, размером с квоффл, наполненные серебряным песком.
А Хранитель Времени указал своей полупрозрачной рукой на Миррину, и снова обратился к Северусу. — «А теперь, назовите любую дату того года, в котором она создала свой крестраж. А также её имя и фамилию. А потом скажите: возвращайся на Землю такой, какой ты была здесь в указанный мною срок. У вас три минуты…»
С этими словами, Хранитель Времени взмахнул правой рукой. И серебряный песок в часах над зеркалом начал быстро пересыпаться из верхней части этих часов в их нижнюю часть.
«14 мая!» — громко прокричал Снейп.
И в тот же миг, клубы тумана, окружающие эфемерную Миррину, начали окутывать её со всех сторон и постепенно превращать в материального человека.
«14 мая?» — удивлённо прошептала Гермиона, покосившись на своего мужа и друзей. — «Это же день рождения Мирри! Интересно, почему Северус выбрал именно эту дату?»
Скорпиус поспешно вытащил из своего кармана несколько Карт Таро, и, едва взглянув на них, чуть слышно пояснил. — «Потому что в мае 2018 года леди Миррина ещё не была Главным Исполнителем Ритуала Открытия Незримых Врат. И Верховные Стражи ещё не забрали у неё десять лет жизни за каждого усопшего волшебника, указанного в списке Великого Мерлина. А это значит, что когда она вернётся к жизни, у неё, в отличие от профессора Северуса, не будет в волосах ни одной седой пряди. И те годы, которые она должна была изначально прожить на Земле, останутся при ней!»
«Ха! Умно придумал», — усмехнулся Рон, покосившись на Снейпа.
«Согласна», — кивнула Гермиона. — «Он всё правильно сделал».
И в этот момент, Миррина, которая находилась в зеркале за спиной Хранителя Времени, снова стала материальным человеком.
И Северус, глядя на неё, громко произнёс. — «Мисс Миррина Гриффиндор! Возвращайтесь на Землю такой, какой вы были здесь в указанный мною срок!»
Однако ничего особенного не произошло. И Миррина, спящая беспробудным сном, даже не шелохнулась.
А Хранитель Времени в недоумении посмотрел на Снейпа и снова произнёс умиротворённым голосом. — «Простите, сер… Но это НЕ ЕЁ ФАМИЛИЯ».
«Что значит, НЕ ЕЁ ФАМИЛИЯ?!» — испуганно и возмущённо воскликнул Северус, с ужасом наблюдая, как неумолимо пересыпается песок в часах над зеркалом. — «Ведь Заместитель Великого Мерлина лично сказал мне и Минерве Макгонагал, что мисс Миррина — младшая сестра нынешнего директора Дурмстранга, сына Велды и Деланэя Гриффиндора, которая пропала из их дома в младенчестве при загадочных обстоятельствах!»
«Именно так!» — подтвердила его слова директриса Хогвартса. — «Однако, ради исполнения Пророчества, её необходимо было представить Миру Волшебников, как дальнюю родственницу Тёмного Лорда, чтобы она, учитывая её характер, сразу начала доказывать, что является полной противоположностью Волан-де-Морта! И, тем самым, невольно поспособствовала осуществлению грандиозного плана Великого Мерлина по искоренению чернокнижия!»
Все волшебники, собравшиеся во дворе школы, которые были не в курсе этого, едва услышав слова директрисы, удивлённо переглянулись. — «Ух, ты!»
А старший сын Гарри восторженно воскликнул. — «Вот это круто!»
А Хранитель Времени отрицательно покачал головой и снова произнёс умиротворённым голосом. — «Сожалею, дамы и господа… Но Милослав Гриффиндор — единственный ребёнок Велды и Деланэя. И вся эта история с исчезновением его младшей сестры — не более чем вымысел Главы Небесного Министерства Магии, а также его заместителя».
Флитвик невольно вздрогнул. — «ВЫМЫСЕЛ?!»
«Поверить не могу…» — обескураженно прошептала Макгонагал. — «Как такое вообще возможно?!»
А Снейп снова обратился к Хранителю Времени. — «Но… В таком случае, назовите нам истинную фамилию мисс Миррины!»
«Да! И как можно скорее!» — испуганно потребовал Флитвик, глядя на висевшие в воздухе песочные часы, в верхней части которых почти не осталось серебряного песка.
«Я не могу этого сделать, дамы и господа», — со вздохом признался Хранитель Времени. — «Потому что, одним из условий возвращения человека к жизни при помощи крестража — является то, что эту фамилию вы должны назвать мне САМИ. Иначе ритуал не сработает. И душа мисс Миррины превратится в туман гораздо раньше, чем песочные часы над зеркалом исчезнут».
«О, Мерлин…» — с ужасом прошептал Снейп.
Гарри только собрался открыть рот, чтобы что-то сказать, но его опередил Сириус Блэк. — «Северус, не беспокойся! Скажи ДЕ ВИНДОР! Потому что, по отцовской линии, Миррина ТОЖЕ родственница Годрика!»
Снейп в недоумении обернулся к нему. — «Что?»
«Не спрашивай меня ни о чём!» — нервным голосом потребовал крёстный Гарри. — «А просто скажи! МИРРИНА ДЕ ВИНДОР!»
Северус испуганно покосился на верхнюю часть песочных часов, в которой осталось всего несколько песчинок, и произнёс с интонацией Джимми Уайта — очень быстро, словно читая скороговорку. — «Мисс Миррина де Виндор! Возвращайтесь на Землю такой, какой вы были здесь в указанный мною срок!»
«Сейчас вернётся…» — уверил его Хранитель Времени. И снова сложил вместе ладони своих рук.
А потом бесшумно растворился в воздухе. И отражающая поверхность зеркала, перед которым стоял медный котёл, сразу исчезла.
И поток волшебного тумана медленно вынес из зеркала Миррину и осторожно положил её Снейпу на руки.
И в тот же миг, последняя песчинка в верхней части песочных часов, которые висели над зеркалом, упала в нижнюю часть этих часов.
После чего — песочные часы растворились в пространстве и времени. И в зеркале, которое младший сын Гарри недавно увеличил с помощью магии, снова появились отражения волшебников, собравшихся во дворе Хогвартса.
А ещё через мгновение — содержимое медного котла сверкнуло золотистым светом и исчезло.
«Получилось!» — радостно воскликнула Роза.
«Да…» — облегчённо вздохнула Макгонагал. — «Даже не верится».
А Снейп обеспокоенно обратился к так называемой родственнице Реддла. — «Мирри… Пожалуйста, очнись! Я прошу тебя!»
Молодая герцогиня открыла глаза, и, увидев перед собой лицо заместителя директрисы, тихо прошептала. — «Северус?»
Снейп с облегчением вздохнул. — «Ну, хвала Мерлину… Как ты себя чувствуешь?»
«Хорошо», — призналась Миррина. А потом слегка прикоснулась рукой к его волосам и обеспокоенно поинтересовалась. — «А почему у тебя седая прядь на чёлке?»
«Честно говоря… Это совсем не важно», — улыбнулся Северус, поставив её на землю и крепко обняв.
И в толпе многочисленных волшебников, собравшихся во дворе школы, сразу раздались восторженные возгласы.
«Ура! Ура! Она вернулась!» — радостно воскликнул Джимми, несколько раз подпрыгнув на месте, словно шишуга. — «Наша Миррина вернулась!»
«Ах, дорогая моя…» — с восхищением прошептал Флитвик, послав так называемой родственнице Реддла несколько воздушных поцелуев. — «Как же я счастлив!»
«Филиус! Прекратите немедленно!» — строгим голосом одёрнула его Макгонагал.
И в тот же миг, высоко в небе, где сияли огромные эфемерные гербы Хогвартса, прозвучал громкий, но, в то же время, мягкий и доброжелательный женский голос. — «О… Как трогательно!»
И все волшебники, собравшиеся во дворе школы, почти одновременно посмотрели вверх. И сразу увидели, что рядом с огромными эфемерными гербами факультетов, появились не менее огромные призраки.
«Что?» — удивлённо прошептала Миррина.
«С ума сойти!» — обескураженно воскликнул Рон. — «Основатели Хогвартса!»
«Круто…» — чуть слышно произнёс старший сын Гарри.
И в этот момент, на молодой герцогине и заместителе директрисы появились те самые сверкающие танцевальные наряды от Бриллиантина Сапфириуса, в которых они выступали на Международных Соревнованиях в Большом Подземном Театре Парижа.
«Ух, ты! Какая красота!» — восхищённо воскликнула заведующая Прачечной Хогвартса.
«Да… Просто чудо», — согласился с ней Флитвик.
А призрак Салазара Слизерина сразу обратился к упитанной и обаятельной эфемерной даме, которая стояла у герба с изображением барсука. — «Леди Хаффлпафф! Что это вы ТАКОЕ ДЕЛАЕТЕ?»
«Ну-у… Решила придать немного торжественности внешнему виду Миррины и Северуса», — честно призналась она.
«И, должна сказать, у неё это весьма эффектно получилось», — сделал вывод призрак высокой женщины со строгим лицом, которая находилась рядом с эфемерным гербом факультета Когтевран.
«Не спорю, однако Великий Мерлин не давал такого распоряжения!» — назидательным тоном напомнил ей худощавый волшебник, который стоял рядом с эфемерным гербом, на котором поблёскивала змея.
«О! Да не будь таким занудой, Салазар!» — с усмешкой произнёс призрак крепкого и обаятельного мужчины с зелёными глазами и густыми рыжими волосами, который стоял у эфемерного герба с изображением льва. — «Потому что они, бесспорно, это заслужили!»
С этими словами, он помахал рукой Северусу и Миррине. — «Привет, ребята! Старый Годрик гордится вами!»
И сразу перевёл свой взгляд на сына Драко Малфоя. — «А особенно тобой, Скорпиус! Потому что ты — ИСТИННЫЙ ГРИФФИНДОРЕЦ!»
Глаза сына Драко расширились от удивления.
А призрак Годрика серьёзно обратился к Минерве. — «И я очень надеюсь, что нынешняя директриса школы ИЗЫЩЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ перевести тебя на тот факультет, который изначально был предназначен тебе СУДЬБОЙ. Не так ли, госпожа Макгонагал?»
«Обязательно, мистер Гриффиндор!» — с готовностью ответила ему Минерва. — «Уверена, я смогу что-нибудь придумать».
«ПРЕВОСХОДНО!» — радостно воскликнул Годрик. И его громкий и весёлый голос эхом разнёсся над полуразрушенным Хогвартсом.
И в этот момент, из чёрного солнечного диска вырвался гигантский золотистый луч. И в этом луче появилась длинная лестница со ступеньками из белых кучевых облаков.
И по этой лестнице во двор Хогвартса начали неторопливо спускаться два пожилых волшебника, следом за которыми шёл жемчужно-белый светящийся единорог и Верховные Стражи.
И все они выглядели вполне материально, как обычные живые люди. И одним из волшебников, спускающихся по лестнице, был Альбус Дамблдор, одетый в фиолетовую мантию, украшенную вышивкой из миниатюрных вечерних звёзд.
А вторым волшебником — был нынешний Глава Небесного Министерства Магии, Великий Мерлин — худощавый и красивый пожилой человек с густыми седыми волосами, чуть ниже его плеч, и ухоженной седой бородой, которая доставала ему почти до груди. И в эту бороду были вплетены тончайшие солнечные лучи, напоминающие золотые нити…
Великий Мерлин был намного выше Дамблдора. И его аура была видимой. И сияла мягким золотистым светом. И у него были очень красивые глаза, напоминающие коричневые авантюрины с золотистыми вкраплениями. А его белоснежную мантию украшали витиеватые узоры, вышитые солнечными лучами, толщиною с коготь гиппогрифа…
«Всем доброго дня, дамы и господа», — вежливо поздоровался Глава Небесного Министерства, первым спустившись с облачной лестницы во двор Хогвартса.
«Глазам своим не верю…» — обескураженно прошептал Хагрид. — «Это же ВЕЛИКИЙ МЕРЛИН!»
«Боже мой… Какая честь…» — сразу поклонился Добби Главе Небесного Министерства.
И все собравшиеся во дворе школы сделали то же самое…
А Великий Мерлин подошёл к представителям Хогвартса, которые, в недалёком прошлом, дали его заместителю Нерушимые Обеты о том, что помогут ему осуществить Пророчество любой ценой, и, оглядев их, обратился к ним спокойным голосом. — «Мистер Бруствер, госпожа Макгонагал, профессор Северус, профессор Флитвик и мистер Филч… Я поздравляю вас! Потому что вы превосходно справились со своей непростой миссией!»
«Мы рады, Владыка Мерлин», — слегка неуверенным тоном отозвалась директриса. — «И рады приветствовать вас здесь. Но… Всё-таки, объясните нам… Для чего вам понадобилось выдавать Миррину за несуществующую сестру графа Милослава?»
«Действительно!» — согласился с ней декан Когтеврана. — «Ведь вы могли бы сразу сказать нам, что она его родственница!»
«К сожалению, я не мог этого сделать, дамы и господа», — со вздохом признался Глава Небесного Министерства. — «Потому что в Небесных Книгах Ваших Судеб написано, что вы бы ОБЯЗАТЕЛЬНО начали собирать сведения об истинных предках Миррины. Чтобы, после исполнения Пророчества, торжественно объявить ей, чьим родственником она является на самом деле. А также о том, ради чего вам пришлось подвергать её такому страшному испытанию. А это значит, что, в скором времени, вы бы, вне сомнений, выяснили, кем является родоначальник династии Миррины по её материнской линии. И тогда бы вы категорически отказались помогать мне и моим коллегам в осуществлении Пророчества. И сразу бы нарушили свои обеты, что привело бы к вашей неминуемой гибели. А я не мог этого допустить».
Кингсли Бруствер вместе с Минервой, Северусом, Флитвиком и Филчем — удивлённо переглянулись.
А потом директриса школы снова обратилась к Главе Небесного Министерства. — «Простите, Владыка Мерлин… А почему вы были уверены, что мы НАРУШИМ свои обеты?»
«Сейчас вы получите ответ на свой вопрос, госпожа Макгонагал», — сказал Глава Небесного Министерства, взглянув в сторону Запретного Леса. — «Потому что, буквально через минуту, его доставит сюда ваша старая знакомая… Джоанна Роулинг…»
Директриса Хогвартса не поверила своим ушам. — «Что?!»
«Вон она! Я её вижу!» — громко прокричал младший сын Гарри, неожиданно замечая, как из Запретного Леса вылетела сверхскоростная министерская метла, на которой сидела знаменитая писательница.
И эта метла стремительно направилась к парадному входу Хогвартса.
А следом за этой метлой летел светящийся золотисто-жёлтый зверёк, излучающий тепло, радость и счастье, который был точной копией того фантома ИПЭ, который в прошлом году создавала Миррина… И которого Аманда убила своей ненавистью…
Только глаза у этого зверька были как у племянницы Великого Мерлина.
«Ребята! Это же леди Роулинг!» — радостно воскликнула Роза. И все студенты, собравшиеся во дворе школы, сразу обернулись в сторону знаменитой писательницы. — «Ух, ты! Потрясающе!»
«Всем добрый день, дамы и господа!» — громко поздоровалась Джоанна с многочисленными волшебниками, подлетая к Великому Мерлину и останавливая рядом с ним свою метлу.
И золотисто-жёлтый зверёк, который следовал за ней, тоже остановился в воздухе и повис над её левым ухом. — «ИПЭ!»
А Дж. К. Роулинг огляделась по сторонам, и, неожиданно увидев в Зеркале Еиналеж Тёмного Лорда, невольно вздрогнула. — «О, Мерлин!»
И Глава Небесного Министерства Магии сразу закрыл от неё Зеркало Еиналеж своей спиной. — «Добро пожаловать в Хогвартс, Джоанна!»
А потом поинтересовался серьёзным голосом. — «Надеюсь, ты привезла свитки с подлинной родословной Миррины?»
«Разумеется, Владыка Мерлин», — кивнула знаменитая писательница. И поспешно передала ему два старинных документа, свёрнутых в трубочку. — «Вот они!»
«ИПЭ-ИПЭ! ИПЭ!» — подтвердил её слова золотисто-жёлтый зверёк.
Великий Мерлин улыбнулся, глядя на него, и, забрав у Дж. К. Роулинг старинные свитки, отдал их директрисе Хогвартса. — «Очень хорошо. Почитайте эти документы, госпожа Макгонагал. И, уверяю вас, вы сразу всё поймёте».
Директриса школы быстро просмотрела старинные свитки вместе со своими коллегами и побледнела. А потом произнесла сдавленным шёпотом. — «Силы Небесные! Родоначальница Миррины по материнской линии… Леди Кларибелла?!»
«Совершенно верно», — кивнул Великий Мерлин. — «Моя ЕДИНСТВЕННАЯ ДОЧЬ…»
И почти все волшебники, собравшиеся во дворе Хогвартса, шокированные его словами, удивлённо переглянулись. — «ЧТО?!»
А директриса школы произнесла рассеянным голосом. — «Но, это значит, что Миррина…»
«МОЙ ПРЯМОЙ ПОТОМОК!» — гордо объявил Глава Небесного Министерства Магии. — «Последний из оставшихся на Земле!»
«Ну, и моя родственница тоже!» — громогласно произнёс с неба призрак Годрика. — «Потому что родоначальником её династии по отцовской линии — был старший сын моего кузена! Знаменитый Вериссимус де Виндор! САМЫЙ талантливый целитель своего времени и ПЕРВЫЙ в истории волшебник, которого Распределяющая Шляпа отправила на Скрытый Факультет Хогвартса, основанный Древним Духом нашей школы! И все потомки Вериссимуса де Виндора — славились своей честностью и свято следовали девизу Великого Мерлина! И жили на Земле Справедливости Ради и Во Имя Благородной Цели! И только по этой причине Совет Высших Сил наградил их уникальными способностями, позволяющими колдовать без волшебных палочек, создавать фантомов ИПЭ, и исцелять человеческие души! А НЕ ЗА БЕЗУПРЕЧНУЮ ЧИСТОТУ КРОВИ, как полагали древние волшебники-летописцы, которые составляли САМУЮ первую в Мире Энциклопедию по Истории Магии! И как до сих пор полагают многие живые волшебники!»
«Ух, ты! Вот это круто!» — снова послышался среди студентов, собравшихся во дворе Хогвартса, восхищённый шёпот.
В глазах Северуса отразилось смятение и ужас, как будто к нему снова подползла внезапно ожившая змея Тёмного Лорда.
А декану Когтеврана стало дурно. Поэтому он слегка пошатнулся, и, глядя на портрет Кларибеллы, изображённый в родословном свитке Миррины, схватился обеими руками за голову. — «Поверить не могу! Мы… Мы… Пытались ПОСПОСОБСТВОВАТЬ ГИБЕЛИ ПОТОМКА ВЕЛИКОГО МЕРЛИНА!»
А потом произнёс разгневанным тоном. — «Нам нет прощения! И, в первую очередь, МНЕ! За то, что я согласился совершить столь ЧУДОВИЩНОЕ ЗЛОДЕЯНИЕ!»
С этими словами, он неожиданно поднёс к своему лицу волшебную палочку. И резко взмахнул ею, чтобы обрушить на себя Убивающее Проклятие. — «АВАДА КЕДАВРА!»
«ИПЭ-ИПЭ!» — сразу метнулся к нему золотисто-жёлтый зверёк.
И, повиснув перед лицом декана Когтеврана, заслонил собой смертоносную энергию, которая вырвалась из его волшебной палочки.
И в тот же миг, смертоносная энергия, которая вылетела из волшебной палочки Флитвика, попала в золотисто-жёлтого зверька. А потом отразилась от него, словно от зеркала, и ударилась о землю под ногами декана Когтеврана, образовав на ней небольшое дымящееся углубление в виде молнии.
Дж. К. Роулинг с облегчением вздохнула. — «Ох… Спасибо тебе, Солнышко».
А золотисто-жёлтый зверёк сердито выхватил волшебную палочку из руки Флитвика своей маленькой лапкой и несколько раз постучал этой волшебной палочкой ему по голове.
А потом громко пропищал Флитвику в лицо на своём языке. — «ИПЭ-ИПЭ! ИПЭ-ИПЭ! ИПЭ!»
«А? Что? Что он говорит?» — слегка рассеянно поинтересовался декан Когтеврана.
Северус только собрался открыть рот, чтобы перевести речь фантома ИПЭ, однако Гарри его опередил. — «Он говорит, что жизнь — это ОСОБЫЙ ДАР, профессор. И легкомысленное отношение к нему — не приветствуется Небесным Министерством Магии, Советом Высших Сил, и Создателем Мироздания!»
«Совершенно верно, мистер Поттер», — кивнул Великий Мерлин. А потом снова обратился к руководству Хогвартса. — «И, надеюсь, теперь вы понимаете, дамы и господа, почему мне пришлось скрыть от вас подлинные сведения из биографии Миррины?»
«Да, Владыка Мерлин», — кивнула Макгонагал, строго взглянув на декана Когтеврана. — «Мы понимаем. И очень рады, что фантом ИПЭ Джоанны сумел предотвратить безрассудный поступок нашего профессора Флитвика!»
«Ну-у… Вообще-то, это не мой фантом ИПЭ, госпожа Макгонагал», — честно призналась знаменитая писательница. — «А уникальный Магический Артефакт, принадлежащий предкам Миррины, за которым, в недалёком прошлом, охотились представители Чёрного Магического Ордена. И это из-за него потомкам Вериссимуса де Виндора пришлось поспешно сменить свою фамилию на первую попавшуюся, а потом покинуть Англию, даже не подозревая, что, в скором времени, точно такая же фамилия будет принадлежать самому жестокому тёмному магу XX столетия».
«Невероятно…» — обескураженно произнесла директриса Хогвартса. — «Откуда у тебя такие сведения?»
«Из Бодминского Снитча, госпожа Макгонагал», — ответила Дж. К. Роулинг. — «Который, много лет назад, покойный прадедушка Миррины, во время своего путешествия по Великобритании, случайно нашёл запутанным в кустах вереска на известной вам Бодминской Пустоши. А в прошлом году, когда я, по приказу Кингсли Бруствера, посетила Подземный Замок де Виндоров, чтобы уговорить родителей Миррины отправить их единственную дочь в Хогвартс, они попросили меня передать этот снитч Английскому Министру Магии».
«Именно так», — подтвердила её слова молодая герцогиня, рассматривая золотисто-жёлтого зверька. — «Потому что, незадолго до своей смерти, моя прабабушка планировала отправить этот снитч на родину своих предков. Поскольку полагала, что знаменитый Бодминский Снитч представляет собой уникальную историческую ценность. И его место в музее. А не в частной коллекции. Вот только… Я и мои родители даже предположить не могли, что в этом снитче моя прабабушка спрятала свитки с нашей подлинной родословной. И ещё настоящий фантом ИПЭ».
«Который, кстати, по праву принадлежит твоей семье», — сказала знаменитая писательница, взяв в руки светящегося зверька и сразу передавая его Миррине. — «Потому что, насколько мне известно из твоей подлинной биографии, этот фантом ИПЭ создала Виктория де Виндор — жена кузена Годрика и племянница Великого Мерлина».
Студенты Хогвартса, которые стояли рядом с так называемой родственницей Реддла, сразу обступили её и начали восхищённо рассматривать золотисто-жёлтого зверька. — «Ух, ты! Потрясающе! Этот фантом ИПЭ такой красивый! И так похож на тот, который ты создавала в прошлом году!»
«Н-да…» — согласился с ними младший сын Гарри, презрительно покосившись на Гриффиндорскую Чуму, которая по-прежнему лежала без сознания. — «Жаль только, что Аманда убила его своей ненавистью. И он утратил свои уникальные способности. И превратился в летающего Карликового Пушистика».
Призрак Годрика, услышав его слова, громко рассмеялся. — «ХА-ХА-ХА! Фантом ИПЭ, созданный Мирриной, мистер юный Поттер, не превратился в летающего Карликового Пушистика! Потому что в этого несуществующего Мифического Зверя, известного вам под именем Мерцающий Сумрак, лично трансформировался заместитель директрисы Хогвартса! И делал это только по одной причине! Чтобы Миррина не расстраивалась из-за гибели своего фантома ИПЭ!»
И в тот же миг, почти все волшебники, собравшиеся во дворе школы, удивлённо обернулись к Снейпу. — «Что?!»
«Северус, это правда?» — обескураженно поинтересовалась директриса.
«Да, госпожа Макгонагал», — честно признался её заместитель. — «Потому что, к моему большому сожалению, я так и не сумел найти ни одного действенного заклинания, которое смогло бы вернуть к жизни фантом ИПЭ, созданный мисс Мирриной».
«Но фантом ИПЭ невозможно убить, профессор!» — возмущённым голосом объявил призрак Хельги Хаффлпафф.
«Вот именно», — согласился с ней призрак Ровены Когтевран. — «И, весьма странно, что мы слышим подобную глупость из ВАШИХ УСТ!»
Молодая герцогиня сердито взглянула на них. — «ПРАВДА? Но, тогда объясните мне, почему в тот день, когда Аманда направила на мой фантом указательный палец и прокричала: Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ИПЭ превратилась в подобие серого Карликового Пушистика и УМЕРЛА?!»
«Верно!» — подтвердил её слова младший сын Гарри. — «И с фантомом ИПЭ Великого Мерлина произошло то же самое! Только его убила своей ненавистью Моргана Ле Фей. По крайней мере, в той энциклопедии, из которой мы узнали о правилах создания фантомов ИПЭ, было написано так!»
«Уверяю вас, молодые люди, эти фантомы не умерли», — улыбнулся Великий Мерлин. — «Потому что, максимальный вред, который могут причинить им эмоции ненависти, это внезапное обессиливание и погружение в Длительный Магический Сон, который будет продолжаться до тех пор, пока к ним не применить известное вам заклинание Фантомио Ловио Тронум».
«Фантомио Ловио Тронум?!» — оживлённо воскликнула так называемая родственница Реддла.
«Да, Мирри», — кивнул Великий Мерлин. — «Но, к сожалению, до недавнего времени, большинство волшебников даже не догадывались о существовании подобного заклинания. А информация о том, как разбудить с помощью этих чар фантом ИПЭ, усыплённый ненавистью, вообще сохранилась только в Энциклопедии Династии де Виндоров».
«И где же нам найти эту книгу?» — поинтересовался Северус.
«Её не надо искать, профессор!» — неожиданно объявил Гарри. — «Она уже у НАС! Потому что, нынешним летом, мы вместе с вами вытащили её из Пруда Единорогов!»
Снейп в недоумении обернулся к нему. — «Что?»
А Гермиона сразу подтвердила слова Гарри. — «Это правда, сер! Только тогда к ней были применены мощные чары Конфундус Максима! И эта книга называлась Энциклопедия Династии де Реддлов!»
А Роза моментально вытащила из своей сумки маленькую книгу, уменьшенную заклятием РЕДУЦИО, и показала её заместителю директрисы. — «Да! Вот она, кстати!»
А потом взмахнула над этой книгой волшебной палочкой, и применила к ней два известных заклинания. — «ЭНГОРГИО! ГИБЕЛЬ ВОРОВ!»
И в тот же миг, Энциклопедия Династии де Реддлов увеличилась в размере и сменила своё название.
«Удивительно…» — прошептал Северус, покосившись на Гарри, Рона и Гермиону.
А Роза продолжила разговор. — «Вот только… За время летних каникул мы успели прочитать эту книгу от начала до конца. Но почему-то не обнаружили в ней никакой информации о возрождении фантомов ИПЭ!»
«Эта информация там была, юная леди», — уверил её Заместитель Главы Небесного Министерства. — «Просто, в настоящий момент, она находится не в самой книге, а на вырванной из неё странице. И эта страница висит на шее фантома ИПЭ, когда-то созданного Великим Мерлином и погружённого в Длительный Магический Сон Морганой Ле Фей».
«И где же этот фантом?» — удивлённо поинтересовалась дочь Гермионы.
Великий Мерлин посмотрел на меховой брелок, который, с июня нынешнего года, висел на плечевом ремне её сумки, и хитро улыбнулся. — «Ну-у… У ВАС, мисс Уизли».
Глаза Розы расширились от удивления. — «У МЕНЯ?!»
«Разумеется, юная леди», — кивнул Глава Небесного Министерства. — «Потому что вы и ваши друзья ещё в начале лета нынешнего года нашли мой фантом ИПЭ в Энциклопедии Династии де Виндоров. Вместе с моей ПЕРВОЙ и ЕДИНСТВЕННОЙ волшебной палочкой».
Северус, услышав его слова, сразу вспомнил о своей запасной волшебной палочке, которая лежала во внутреннем кармане его пиджака, и обеспокоенно сглотнул воздух.
А Великий Мерлин продолжал. — «Но поскольку этот спящий фантом ИПЭ выглядел как пушистый меховой брелок, никто из вас не догадался, кем он является на самом деле. Поэтому, когда вы попросили Миррину подарить его вам, она с радостью согласилась».
«Что?! Значит, мой брелок — это ВАШ ФАНТОМ ИПЭ?!» — удивлённо воскликнула дочь Гермионы, взглянув на плечевой ремень своей сумки, на котором по-прежнему висел эффектный меховой аксессуар.
«Да, мисс Уизли», — снова кивнул Великий Мерлин. — «Снимите с его шеи шарфик и осторожно разверните. А потом прочитайте то, что на нём написано».
«Ладно», — согласилась Роза.
И, осторожно развернув свёрнутый в трубочку листок пергамента, который висел на её меховом брелоке, начала читать вслух изложенную в нём информацию. — «Значит так… Наиболее известные варианты использования заклятия Фантомио Ловио Тронум, которое было изобретено одним из основателей Хогвартса… САЛАЗАРОМ СЛИЗЕРИНОМ?!»
Все волшебники, собравшиеся во дворе школы, удивлённо переглянулись и чуть слышно прошептали. — «НЕВЕРОЯТНО…»
А Гарри обескураженно обратился к Главе Небесного Министерства. — «Это правда?»
«Да, мистер Поттер», — кивнул Великий Мерлин.
«Ха! С ума сойти!» — усмехнулся Рон, покосившись на небо. — «А я думал, что Слизерин в годы своей жизни экспериментировал только с чёрной магией и создавал Василисков!»
Призрак Хельги Хаффлпафф услышал его слова. И сразу начал объяснять, подобно Джимми Уайту — очень быстро, словно читая скороговорку. — «Нет, молодой человек, экспериментировать с чёрной магией и создавать Василисков он начал только после трагической гибели жены Годрика, в которую был тайно влюблён. Хотя мы узнали об этом только после своего переселения в Загробный Мир. И только от Бестелесных Стражей. А поскольку человек, который поспособствовал гибели Элеоноры Гриффиндор, был ОБЫЧНЫМ МАГЛОМ, Салазар начал ненавидеть маглов больше всего на свете. И очень злился на представителей Совета Высших Сил за то, что они не смогли предотвратить гибель жены Годрика. И чтобы хоть как-то отомстить им за их бездействие, повлёкшее за собой смерть Элеоноры, он начал регулярно использовать чёрную магию. И, в скором времени, превратился в самого безжалостного чернокнижника своей эпохи, за что и был отправлен после своей смерти в Преисподнюю, из которой ему удалось вырваться только недавно. И только благодаря многочисленным Панихидам, которые заказывал ему Скорпиус вместе с Мирриной в Церкви Святого Иеронима. Потому что, когда эти молодые люди случайно узнали у Карт Таро Скорпиуса, что Салазар таил в своём сердце сильную душевную боль, которую пронёс через всю свою жизнь, и которая поспособствовала его превращению в злостного чёрного мага, им стало его очень жалко. Поэтому они решили помочь ему. И эта помощь, в конечном итоге, привела к тому, что…»
«ЛЕДИ ХАФФЛПАФФ!» — громко и возмущённо перебил её призрак Салазара.
Хельга невольно вздрогнула и в недоумении обернулась к нему. — «Что?»
«Предупреждаю вас…» — ледяным голосом обратился к ней Слизерин. — «Если вы сейчас же не прекратите так легкомысленно рассказывать всем волшебникам, собравшимся здесь, подробности моей ПОДЛИННОЙ БИОГРАФИИ, не предназначенные для чужих ушей, я НЕМЕДЛЕННО создам ещё одного Василиска прямо из ВОЗДУХА! И, не раздумывая, прикажу ему отобедать вашим эфемерным телом, даже если после этого Великий Мерлин СНОВА отправит меня в Преисподнюю! Это понятно?!»
Хельга нервно сглотнула воздух и произнесла слегка виноватым голосом. — «Понятно, понятно, Салазар… Извини! Я немного увлеклась. Но, обещаю тебе, что это больше не повторится! Потому что…»
«ЛЕДИ ХАФФЛПАФФ!» — снова перебил её Слизерин громовым тоном. А потом добавил чуть тише. — «Пожалуйста… Просто ПО-МОЛ-ЧИ-ТЕ…»
«ХОРОШО…» — с натянутой улыбкой отозвалась Хельга.
А Салазар обратился к Розе холодноватым и слегка обиженным голосом. — «А вы продолжайте читать то, что написано на листке пергамента, юная леди… И воздержитесь от искушения задавать мне нескромные вопросы относительно моей земной жизни!»
После чего — окинул ледяным взглядом волшебников, собравшихся во дворе школы, и громко потребовал. — «И ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ ЭТО ТОЖЕ КАСАЕТСЯ!»
«Ну, разумеется, мистер Салазар», — покорно кивнул Великий Мерлин.
«Не беспокойтесь», — уверил его Дамблдор.
А Роза покосилась на призрак Салазара Слизерина, который презрительно хмыкнул и демонстративно повернулся спиной ко всем волшебникам, собравшимся во дворе школы, и снова начала читать то, что было написано на листке пергамента. — «Ладно… Итак… На чём я остановилась? Ах да… Вот… Наиболее известные варианты использования заклятия Фантомио Ловио Тронум, которое было изобретено одним из основателей Хогвартса — Салазаром Слизерином. Помимо нейтрализации Сверхмощных Вредоносных Энергий, созданных с помощью магии, эти чары также способны вывести из состояния Длительного Магического Сна фантом ИПЭ, погружённый в подобный сон чьей-либо ненавистью. Для этого необходимо начертить волшебной палочкой на земле ровный круг. А потом положить в центр этого круга спящий фантом ИПЭ и сотворить заклятие Фантомио Ловио Тронум. После чего — сказать всего одно слово: ПРОБУДИСЬ. И тогда спящий фантом ИПЭ моментально ПРОСНЁТСЯ!»
«ОТЛИЧНО!» — радостно воскликнула Миррина.
А Роза продолжила читать информацию на листке пергамента. — «А ещё здесь написано, что Салазар Слизерин изобрёл способ, который, с помощью заклинания Фантомио Ловио Тронум, позволяет создавать точные копии бодрствовавших фантомов ИПЭ!»
«Ух, ты! Вот это КРУТО!» — восхищённо воскликнул Рон.
Призрак Слизерина осторожно покосился на него, однако не произнёс ни слова.
А Роза кивнула, взглянув на своего отца, и снова продолжила читать. — «Да. Но, самое удивительное, что эти копии АБСОЛЮТНО НИЧЕМ не будут отличаться от оригинала! И никогда не рассеются в пространстве и времени. А цвет их глаз и шерсти — будет полностью соответствовать цвету глаз и волос тех волшебников, которые их скопировали с помощью заклятия Фантомио Ловио Тронум! И только небольшие светящиеся кольца белого цвета, которые появятся у основания хвостов таких фантомов, будут свидетельствовать о том, что эти фантомы ИПЭ являются копиями!»
Многочисленные волшебники, собравшиеся во дворе Хогвартса, радостно переглянулись. — «ПОТРЯСАЮЩЕ!»
«В таком случае, давайте попытаемся разбудить мою ИПЭ!» — предложила Миррина.
И Северус сразу направился к парадному входу школы. — «Я сейчас принесу её из своего кабинета».
Однако Глава Небесного Министерства его остановил. — «Не трудитесь, уважаемый профессор».
А потом слегка сжал свою правую руку в кулак, а через секунду — снова разжал её. И на его ладони оказалось пушистое существо серого цвета, напоминающее брелок на сумке Розы. — «Вот… Держите…»
«Спасибо, Владыка Мерлин», — поблагодарил его Северус. И осторожно забрал у Главы Небесного Министерства спящий фантом ИПЭ.
А Великий Мерлин продолжил разговор. — «А теперь, сделайте одолжение… Разбудите фантом ИПЭ Миррины с помощью чар Фантомио Ловио Тронум. А также мой фантом ИПЭ, если не возражаете».
«Я не возражаю, Владыка Мерлин», — с готовностью отозвался Снейп. И сразу обернулся к дочери Гермионы. — «Мисс Уизли, дайте мне ваш брелок».
«Конечно, сер!» — кивнула дочь Гермионы, передавая ему меховую подвеску.
Но как только Северус собрался начертить ровный круг на земле волшебной палочкой, подаренной ему в прошлом году Мирриной и её друзьями, Глава Небесного Министерства снова его остановил. — «И ещё одна просьба, уважаемый профессор. Используйте для пробуждения этих фантомов ИПЭ МОЮ волшебную палочку. Потому что вы с ней очень хорошо управляетесь. И в ваших руках она всегда создаёт безупречные заклинания идеальной мощности. Поэтому, я буду рад, если вы и дальше продолжите колдовать с помощью моей волшебной палочки. А не отправите её пылиться на полку в Лондонский Музей Магических Артефактов».
«По-моему, это отличная идея, профессор!» — согласился с ним Гарри.
«Да. Я тоже так думаю», — кивнула Гермиона.
Снейп покосился на них и слегка поклонился Главе Небесного Министерства. — «Что ж! Благодарю за столь ценный подарок, Владыка Мерлин. Я обязательно выполню вашу просьбу».
«Отлично!» — радостным голосом произнёс Глава Небесного Министерства. — «В таком случае, мы с нетерпением ожидаем пробуждения наших фантомов ИПЭ!»
И тогда заместитель директрисы быстро начертил на земле ровный круг, а потом положил в центр этого круга двух спящих серых зверьков, и, взмахнув над ними волшебной палочкой Великого Мерлина, громко прокричал. — «Фантомио Ловио Тронум!»
И в тот же миг, из волшебной палочки Главы Небесного Министерства вырвался мощный серебристый луч, который устремился в небо, подобно стреле. А потом этот луч трансформировался в эфемерный серебристо-белый купол, над которым появился полупрозрачный фантом так называемой родственницы Реддла, ростом с неё саму. И этот купол накрыл собой Северуса и двух фантомов ИПЭ, лежащих у него под ногами.
«Ух, ты! Какая красота!» — восхищённо воскликнула Каролина Пинкстоун.
«Это же Миррина…» — обескураженно прошептал Кингсли Бруствер.
«А я этому РАДА», — призналась самка пёстрого дятла, которая по-прежнему сидела на плече своей дочери.
Министр невольно вздрогнул и сразу обернулся к ней. — «ШАРЛОТТА?!»
«Bonjour, старина Кингсли!» — насмешливо поприветствовала его самка пёстрого дятла, продолжая наблюдать за эфемерным куполом.
«Что вы здесь делаете?!» — шёпотом поинтересовался министр, покосившись на своего заместителя, который стоял в нескольких шагах от него и с восхищением смотрел на эфемерный купол, созданный Снейпом. — «Улетайте немедленно! Потому что, если Актеон Брайвленд догадается, что ручной дятел, который сидит на плече Каролины, это ВЫ, у меня не останется выбора! И мне придётся арестовать вас и отправить в АЗКАБАН!»
«Расслабься, старина Кингсли», — снова усмехнулась Шарлотта, похлопав его крылом по плечу. — «Карты Таро моего домашнего эльфа уверяют, что этого никогда не произойдёт. Потому что наш многоуважаемый мистер Брайвленд никогда не поверит, что у меня хватит наглости так безрассудно маячить перед глазами министра магии. Да ещё на таком близком расстоянии! Если, конечно, ты сам ему обо всём не расскажешь».
«Я не собираюсь ему ничего рассказывать, Шарлотта», — со вздохом произнёс Кингсли Бруствер, покосившись на её дочь. — «Просто, на всякий случай, ведите себя ЧУТЬ ТИШЕ!»
«Действительно, мама», — строгим шёпотом обратилась к ней Каролина, продолжая наблюдать за Северусом. — «Ты уже не в том возрасте, чтобы искать неприятностей на свою пернатую голову!»
«Ха! А разве я когда-нибудь их искала?» — снова усмехнулась самка пёстрого дятла. — «Это ОНИ находили меня с завидным постоянством, вне зависимости от моего желания!»
А потом обратилась к своей дочери назидательным тоном. — «А ты, моя дорогая, вместо того чтобы учить свою старую мать правилам хорошего поведения и изображать из себя подобие неприступной Ровены Когтевран, лучше бы набралась смелости и призналась в своих чувствах старине Кингсли!»
Каролина невольно вздрогнула и возмущённо посмотрела на неё. — «Мама, ты что? Случайно хлебнула Одурманивающего Отвара?»
Шарлотта пожала плечами и с невозмутимым видом обернулась к министру магии. — «Хорошо… Тогда пусть старина Кингсли первым признается, что любит тебя!»
«Вы точно хлебнули Одурманивающего Отвара, Шарлотта», — чуть слышно отозвался министр, нарочно глядя в сторону. — «А это, между прочим, тоже не приветствуется Английским Министерством Магии. Как, собственно, и все ваши попытки доказать Миру Маглов, что волшебники существуют».
Самка пёстрого дятла мрачно вздохнула и обречённо хлопнула себя крылом по лбу. — «Ох! Вы оба неисправимы!»
А потом посмотрела на Великого Мерлина, который стоял неподалёку, и её глаза подозрительно сверкнули. — «Ну, ничего! Обстоятельства ВЫНУДЯТ вас во всём признаться друг другу. И этим обстоятельствам я поспособствую ЛИЧНО! И ПРЯМО СЕЙЧАС!»
С этими словами, она резко взлетела вверх и направилась к Главе Небесного Министерства Магии.
«Мама, ты куда?» — испуганным шёпотом окликнула её Каролина.
«Шарлотта! Вернитесь немедленно!» — чуть слышно приказал ей Кингсли Бруствер.
И в этот момент, Северус громко произнёс. — «ПРОБУДИТЕСЬ!»
И полупрозрачная Миррина сразу соскользнула с созданного им эфемерного купола. А потом грациозно обошла вокруг него и растворилась в воздухе. И в тот же миг, эфемерный купол исчез.
А два фантома ИПЭ, которые неподвижно лежали у ног Снейпа, на секунду сверкнули золотистым светом. А потом одновременно поднялись вверх на семь футов и огласили двор Хогвартса своими звонкими голосами. — «ИПЭ! ИПЭ!»
И все волшебники, собравшиеся во дворе школы, сразу увидели, что фантом ИПЭ, созданный Мирриной, снова стал золотисто-жёлтым, с глазами, похожими на два коричневых авантюрина с золотистыми вкраплениями.
А фантом ИПЭ, созданный Великим Мерлином, стал бело-серебристым. И отдельные шерстинки на его теле засияли, словно тончайшие солнечные лучи, напоминающие нити.
Миррина вместе со своими друзьями моментально сорвалась с места и радостно подбежала к своему очнувшемуся фантому. — «ИПЭ!»
«ПРИВЕТ!» — громко отозвался на своём языке золотисто-жёлтый светящийся зверёк.
«С возвращением!» — весёлым голосом обратился к нему Джимми, пожав его маленькую лапку.
«ИПЭ!» — снова поприветствовала их на своём языке ИПЭ.
«О, Боже! Как я счастлива снова видеть тебя!» — радостно воскликнула молодая герцогиня, прижав к себе золотисто-жёлтого зверька.
А фантом ИПЭ, созданный Великим Мерлином, тоже подлетел к своему хозяину и повис в воздухе перед его лицом. — «ИПЭ!»
«Да! И тебе, привет, Солнечный Зайчик», — улыбнулся Глава Небесного Министерства, почесав за ухом бело-серебристого зверька.
Гермиона удивлённо обернулась к Мерлину. — «Солнечный Зайчик? Его так зовут?»
«Да, миссис Уизли», — кивнул Глава Небесного Министерства. — «Просто, когда он появился на свет, более подходящего имени я так и не сумел ему придумать».
А Люциус Малфой слегка наклонился к дочери Гермионы и обратился к ней почти шёпотом. — «Роза! А ну-ка, быстро прочитай, как создавать КОПИИ этих фантомов!»
«Хорошо», — кивнула дочь Гермионы.
И снова посмотрела на листок пергамента, который держала в руках. — «Надо сотворить заклинание Фантомио Ловио Тронум. Но только с таким расчётом, чтобы бодрствующий фантом ИПЭ попал под воздействие этих чар!»
«Понятно», — кивнул отец Драко. И, дождавшись, когда фантом, обнаруженный Дж. К. Роулинг в Бодминском Снитче, подлетит к нему поближе, резко взмахнул своей волшебной палочкой и громко прокричал. — «Фантомио Ловио Тронум!»
И все волшебники, собравшиеся во дворе школы, мгновенно обернулись в его сторону.
А эфемерный купол, созданный Люциусом, слегка коснулся фантома ИПЭ, который принесла с собой Дж. К. Роулинг, и заставил его на пять секунд превратиться в подобие солнца, размером с квоффл, которое неподвижно повисло в воздухе.
А потом это маленькое солнце разделилось на две одинаковые половины, которые одновременно трансформировались в две сверкающие вечерние звезды, размером со снитч.
А ещё через секунду — эти звёзды превратились в фантомы ИПЭ.
Только один из этих фантомов по-прежнему был золотисто-жёлтый, с глазами, как у племянницы Великого Мерлина. А цвет глаз и цвет шерсти второго фантома ИПЭ — в точности повторял цвет глаз и волос Люциуса Малфоя. Только у основания хвоста этого фантома находилось небольшое светящееся кольцо белого цвета.
«ИПЭ!» — громко возвестил о своём появлении фантом, созданный отцом Драко.
И слегка отряхнулся, подобно мокрому жмыру. И с кончиков его многочисленных шерстинок слетели светящиеся золотистые искры.
«Ух, ты! потрясающе!» — радостно воскликнула София.
«А я тоже так хочу попробовать!» — объявила Гермиона, взмахнув своей волшебной палочкой. — «Фантомио Ловио Тронум!»
И через несколько мгновений, во дворе Хогвартса появился ещё один фантом ИПЭ, цвет глаз и цвет шерсти которого в точности соответствовал цвету глаз и цвету волос жены Рона.
«ИПЭ!» — гордо возвестил о своём рождении этот фантом.
«Отлично, Гермиона!» — радостно воскликнул Рон.
«Да!» — согласилась с ним Роза. — «Теперь у нас есть свой СОБСТВЕННЫЙ фантом ИПЭ!»
«Фантомио Ловио Тронум!» — сразу прокричал Гарри.
И через несколько мгновений, рядом с ним появился ещё один фантом ИПЭ. Только у этого фантома была чёрная шерсть, как у Мерцающего Сумрака. И яркие зелёные глаза. И у основания его хвоста тоже находилось небольшое светящееся кольцо белого цвета.
«ИПЭ!» — громко поприветствовал светящийся чёрный зверёк всех собравшихся во дворе Хогвартса.
А Гарри торжественно объявил. — «И у нас с Джинни — тоже!»
Астория посмотрела на него и сразу взмахнула своей волшебной палочкой. — «Фантомио Ловио Тронум!»
И через несколько секунд, рядом с ней появился её собственный фантом ИПЭ, который громко пропищал на весь двор. — «ИПЭ!»
«И у нас!» — радостно произнёс Драко, погладив указательным пальцем светящегося зверька, созданного его женой.
И в этот момент, самка пёстрого дятла, которая кружилась в небе над полуразрушенным Хогвартсом, бесцеремонно приземлилась на плечо Великому Мерлину.
И Глава Небесного Министерства Магии сразу обратился к ней. — «О! Привет, весёлая птица!»
А потом хитро улыбнулся, и внимательно посмотрел ей в глаза. — «У тебя ко мне какое-то дело?»
Самка пёстрого дятла сердито покосилась на Кингсли Бруствера и свою дочь, а потом что-то быстро прошептала Великому Мерлину в ухо.
«Хм… Как интересно…» — задумчиво произнёс Глава Небесного Министерства. — «И сколько же времени это продолжается?»
В глазах Каролины и Кингсли Бруствера появилась тревога.
А Дж. К. Роулинг обеспокоенно посмотрела на самку пёстрого дятла, которая снова что-то прошептала в ухо Главе Небесного Министерства Магии.
И в тот же миг, Великий Мерлин громко воскликнул. — «ЧТО?! ТАК ДОЛГО?! Да. Ты права. Пора изменить сложившуюся ситуацию».
С этими словами, он обратился к дочери Шарлотты. — «Мисс Пинкстоун! Сделайте мне одолжение! Сотворите заклятие Фантомио Ловио Тронум и создайте копию моего Солнечного Зайчика. Потому что, я уверен, если в Английском Министерстве Магии появится свой собственный фантом ИПЭ, это, вне сомнений, принесёт большую пользу всем его сотрудникам».
В глазах Каролины отразился ужас. И она невольно вздрогнула. — «Что?! Но… Я НЕ МОГУ!»
Великий Мерлин пожал плечами и сразу обернулся к министру. — «Ладно… А как насчёт вас, мистер Бруствер?»
«Простите, Владыка Мерлин… Но… Я… Тоже не могу», — отозвался Кингсли абсолютно несвойственным ему нервным голосом, стараясь не смотреть на Каролину. — «По крайней мере, сейчас…»
«Невилл! Дай мне на минуту свою волшебную палочку!» — потребовал Фрэнк Лонгботтом.
«Конечно, папа!» — с готовностью отозвался профессор Травологии, выполняя его просьбу.
А Фрэнк обратился к министру серьёзным тоном. — «Уверяю вас, мистер Бруствер, это очень просто. Главное, чтобы в вашем сердце жила искренняя любовь. Вот, смотрите!»
С этими словами, он взмахнул волшебной палочкой своего сына и громко прокричал на весь двор. — «Фантомио Ловио Тронум!»
И из волшебной палочки Невилла мгновенно вырвался мощный серебристый луч, который устремился в небо, подобно стреле. А потом этот луч трансформировался в эфемерный серебристо-белый купол, над которым появился полупрозрачный фантом Алисы Лонгботтом, ростом с неё саму.
А после этого, эфемерный купол, созданный отцом Невилла, слегка коснулся Солнечного Зайчика. И через несколько секунд во дворе школы появился ещё один фантом ИПЭ, цвет шерсти и цвет глаз которого в точности соответствовал цвету глаз и цвету волос Френка Лонгботтома.
«ИПЭ!» — громко возвестил о своём рождении ещё один фантом ИПЭ.
И Невилл сразу взял его в руки. — «Ух, ты! Какой он симпатичный!»
Министр магии покосился на очередного светящегося зверька и мрачно вздохнул. — «Не сомневаюсь, профессор Лонгботтом. Однако, если я сейчас сотворю заклятие Фантомио Ловио Тронум, все волшебники, собравшиеся во дворе Хогвартса, узнают, кому на самом деле принадлежит моё сердце. А мне бы этого не хотелось».
Преподаватель Астрологии поспешно разложил на земле свои Карты Таро, и, едва взглянув на них, неодобрительно покачал головой. — «Это очень плохо, мистер Бруствер. Потому что мои Карты Таро говорят, что если вы и дальше продолжите держать свои чувства втайне, вы обречёте на пожизненное одиночество не только себя, но и того человека, который вас искренне любит. И уверяю вас, счастья вам это не принесёт. И объекту вашей любви — тоже!»
Каролина грустно вздохнула. И, прежде чем министр магии успел что-либо ответить профессору Плутониусу, покосилась на фантом ИПЭ, созданный Великим Мерлином.
И, неожиданно для всех волшебников, собравшихся во дворе школы, подняла вверх свою волшебную палочку. А потом громко прокричала. — «Фантомио Ловио Тронум!»
И из волшебной палочки Каролины моментально вылетел мощный серебристый луч, который, подобно стреле, взмыл в небо. А потом этот луч трансформировался в эфемерный купол, над которым появился полупрозрачный фантом министра магии, ростом с него самого.
А после этого, эфемерный купол, созданный Каролиной, коснулся Солнечного Зайчика. И через несколько секунд двор Хогвартса огласил звонкий голосок ещё одного фантома ИПЭ, цвет шерсти и цвет глаз которого в точности соответствовал цвету глаз и цвету волос дочери Шарлотты Пинкстоун. — «ИПЭ!»
«Невероятно…» — обескураженно прошептал Актеон Брайвленд, глядя на верхнюю часть эфемерного купола. — «Это же Кингсли Бруствер…»
Министр Магии нервно сглотнул воздух, и, стараясь не смотреть на Каролину, крепко зажмурил глаза и тоже взмахнул своей волшебной палочкой. — «Фантомио Ловио Тронум!»
И, спустя мгновение, над ним тоже появился полупрозрачный бело-серебристый купол, верхнюю часть которого украсила эфемерная дочь Шарлотты Пинкстоун.
А ещё через секунду, во дворе Хогвартса появился ещё один пушистый и светящийся зверёк чёрного цвета, который сразу возвестил о своём рождении громким голосом. — «ИПЭ!»
«Ух, ты! Наша Каролина!» — восхищённо прошептал Артур Уизли, глядя на крышу эфемерного купола, созданного министром магии.
А Дж. К. Роулинг покосилась на самку пёстрого дятла, которая по-прежнему сидела на плече у Великого Мерлина, и тихо прошептала. — «Н-да… Кажется, твой домашний эльф не ошибся в своих предсказаниях, тётя Шарлотта».
«А он никогда не ошибается, дорогая!» — торжествующе отозвалась самка пёстрого дятла. — «Что, собственно, я неоднократно пыталась вбить своим САМЫМ крепким клювом в твою САМУЮ умную голову!»
И в этот момент, эфемерный купол, созданный Кингсли Бруствером, рассеялся в воздухе. И Каролина удивлённо посмотрела на министра магии. Но тот только пожал плечами и сразу отвёл глаза в сторону, словно в чём-то перед ней провинился. И ничего не сказал.
А Гарри улыбнулся, и, первым нарушив молчание, воцарившееся во дворе Хогвартса, снова обратился к Главе Небесного Министерства Магии. — «Что ж, Владыка Мерлин… Полагаю, ваша просьба выполнена. Потому что теперь у Английского Министерства Магии появились сразу ДВА фантома ИПЭ!»
«Тем лучше», — сделал вывод Актеон Брайвленд. — «И, должен признаться, я очень рад, что все наши сегодняшние приключения так благополучно завершились!»
А Гарри покосился на золотой котёл, расположенный между Аркой Смерти и Зеркалом Еиналеж, из которого продолжал струиться в небо световой поток, а потом взглянул на невидимые эфемерные наручники, а также на цепи, объятые эфемерным пламенем, которые по-прежнему были прикованы к его запястьям и к запястьям всех остальных Участников Ритуала Открытия Незримых Врат, кроме Миррины, и отрицательно покачал головой. — «Нет, мистер Брайвленд. Они НЕ ЗАВЕРШИЛИСЬ! Потому что из золотого котла по-прежнему исходит световой поток. А в Зеркале Еиналеж не появилась отражающая поверхность. А это означает только одно. Что начатый нами ритуал НЕ ЗАКОНЧЕН!»
«Верно!» — кивнула Гермиона. И сразу обратилась к Главе Небесного Министерства назидательным голосом. — «А всё из-за того, что последний волшебник из вашего списка, Владыка Мерлин, кем бы он ни был, так и не соизволил пройти через Барьер Справедливости и почтить нас своим присутствием!»
Глава Небесного Министерства покосился на Зеркало Еиналеж, в котором по-прежнему стоял Тёмный Лорд, и, едва заметно улыбнувшись, ответил Гермионе. — «Уверяю вас, миссис Уизли… Этот волшебник ДАВНО ПРОШЁЛ через Барьер Справедливости. Просто лист падуба с его именем НЕ БЫЛ добавлен в золотой котёл. Поэтому он НЕ МОЖЕТ покинуть Зеркало Еиналеж и снова оказаться в Мире Живых».
С этими словами, он кивнул в сторону Тёмного Лорда.
И в глазах почти всех волшебников, собравшихся во дворе Хогвартса, отразился неподдельный ужас.
А потом послышался их тихий и испуганный шёпот. — «Что? Не может быть!»
Волан-де-Морт удивлённо посмотрел на Великого Мерлина.
А Рон, не поверивший своим ушам, отчаянно замахал руками и быстро протараторил, подобно старосте Хаффлпаффа. — «Нет-нет-нет, Владыка Мерлин! ОН не может вернуться в Мир Живых! Потому что его имени НЕТ в вашем списке!»
«Вы так думаете, мистер Уизли?» — усмехнулся Глава Небесного Министерства, взмахнув рукой. — «Ну, что ж! В таком случае, внимательно прочитайте этот список ещё раз!»
И в тот же миг, сумка Миррины, которая лежала на земле рядом с золотым котлом, открылась сама собой. А потом из неё медленно выплыл помятый листок пергамента, который неторопливо подлетел к мужу Гермионы и вложился в его правую ладонь.
Рон поспешно развернул этот лист, и сдавленным голосом прочитал три слова, которые появились напротив цифры «13». — «Том Марволо Реддл…»
«О, Боже!» — невольно воскликнула Макгонагал.
А Дж. К. Роулинг возмущённо обратилась к Главе Небесного Министерства. — «Владыка Мерлин! И это, по-вашему, РАЗУМНО? Или вы, таким образом, добиваетесь начала Третьей Волшебной Войны, которая, по неизвестным нам причинам, должна будет поспособствовать осуществлению вашего очередного грандиозного плана?!»
«Уверяю тебя, Джоанна», — спокойным и невозмутимым тоном отозвался Глава Небесного Министерства. — «Третьей Волшебной Войны НИКОГДА НЕ БУДЕТ. Потому что, если ты ещё не заметила, Том сейчас находится ЗА БАРЬЕРОМ СПРАВЕДЛИВОСТИ!»
«И что такого?» — в недоумении произнесла знаменитая писательница.
«А то, что эта огненная преграда обладает собственной душой и разумом», — пояснил Великий Мерлин. — «И прежде чем пропустить через себя какое-либо усопшее существо, она должна обязательно услышать от этого усопшего существа ОБЕЩАНИЕ, что, в своей будущей жизни, это усопшее существо никому не причинит незаслуженного вреда! И ни при каких обстоятельствах не обратится за помощью к чёрной магии! А если эта огненная преграда почувствует, что усопшее существо, которое пытается пройти сквозь неё, лжёт, она моментально испепелит не только эфемерное тело этого усопшего существа, но и его ДУШУ!»
Тёмный Лорд, услышав его слова, презрительно покосился на бывшую эксцентричную блондинку, по-прежнему лежащую без сознания, и, мрачно усмехнувшись, отрицательно покачал головой. — «Прошу прощения, Владыка Мерлин, но я ничего подобного НЕ ОБЕЩАЛ Барьеру Справедливости… А просто попросил эту огненную преграду дать мне возможность остановить Аманду и помочь Миррине… А поскольку и то, и другое мной уже ВЫПОЛНЕНО, я могу спокойно возвращаться в ПРЕИСПОДНЮЮ… Особенно, если учесть тот факт, что такие понятия как ЛЮБОВЬ и ДРУЖБА навсегда останутся для меня ЧУЖДЫМИ и НЕПРИЕМЛЕМЫМИ…»
«ЛЖЁШЬ…» — сразу донёсся до его ушей и ушей всех собравшихся во дворе Хогвартса строгий и умиротворённый шёпот, исходящий от Барьера Справедливости.
И Тёмный Лорд сразу обернулся в сторону огненной преграды. — «Что?»
«Барьер Справедливости говорит, что ты ЛЖЁШЬ, Том…» — спокойным голосом пояснил Глава Небесного Министерства. — «Потому что и мне, и этому барьеру, хорошо известно, что, вчера ночью, едва узнав, что Миррина серьёзно пострадала при падении с метлы, ты уговорил Бестелесных Стражей нарвать для неё Исцеляющих Небесных Незабудок…»
Волан-де-Морт отрешённо посмотрел на огненную преграду и грустно вздохнул. Однако не произнёс ни слова.
А Великий Мерлин продолжил. — «А потом разыскал призрак Гермионы и ЛИЧНО передал через неё Миррине эти небесные цветы… И даже не вскрикнул, когда держал в руках этот чудодейственный букет, несмотря на то что любые цветы, сорванные на Небесных Полях Счастья и Гармонии, всегда причиняют узникам Преисподней МУЧИТЕЛЬНУЮ БОЛЬ и оставляют на их ладонях СИЛЬНЕЙШИЕ ОЖОГИ!»
Все студенты и преподаватели, собравшиеся во дворе школы, удивлённо переглянулись.
А Гермиона обратилась к Тёмному Лорду обескураженным голосом. — «ЧТО?! Значит… Тем волшебником, скрывающимся в тумане у Незримых Врат, был ТЫ?!»
«Я всего лишь хотел отблагодарить Миррину за то, что она облегчила мои страдания в Преисподней», — нехотя признался Волан-де-Морт. — «И не более того…»
«Но это и есть начало дружбы, Том», — уверил его Глава Небесного Министерства. — «Когда тебе небезразлична судьба человека, однажды сделавшего тебе добро!»
«Возможно, Владыка Мерлин», — не стал спорить Тёмный Лорд, равнодушно глядя на огненную преграду, находящуюся неподалёку от него. — «Однако, как бы вы не убеждали меня воспользоваться вашим предложением, я всё равно не вернусь в Мир Живых. И, к большой радости всех волшебников, собравшихся сейчас во дворе Хогвартса, я своего решения НЕ ИЗМЕНЮ. Поэтому вам придётся СМИРИТЬСЯ с моим выбором. И ВЫЧЕРКНУТЬ моё имя из своего списка».
С этими словами, он снова направился к Барьеру Справедливости, за которым отчётливо просматривались открытые Незримые Врата и расположенный за ними разлом в скале, ведущий в Преисподнюю…
И огненная преграда, как и в прошлый раз, внезапно расступилась перед ним, как только он приблизился к ней на расстояние фута…
А ещё через мгновение — языки волшебного пламени слились воедино за спиной уходящего Тёмного Лорда.
«Том, подожди!» — неожиданно окликнула его Миррина.
И прежде чем кто-либо из волшебников, собравшихся во дворе школы, успел её остановить, вошла в Зеркало Еиналеж.
А потом быстро направилась к Барьеру Справедливости.
Но едва она приблизилась к этому барьеру на расстояние тридцати шагов, как из него сразу вырвалась пара огромных огненных рук, похожих на толстых змей, величиной с анаконду. И эти руки одновременно схватили Миррину за запястья. А потом стремительно подняли её вверх на несколько десятков футов.
Молодая герцогиня, едва оказавшись на большой высоте, испуганно закричала. — «А-А-А! О, БОЖЕ!»
И Северус моментально метнулся к зеркалу. — «МИРРИ!»
Однако Великий Мерлин поспешно остановил его, взяв за руку. — «Не беспокойтесь, уважаемый профессор, с ней всё будет в порядке…»
А Тёмный Лорд вздрогнул, услышав крик молодой герцогини, и сразу обернулся в её сторону. А потом увидел, что Миррину схватили гигантские огненные руки, и помчался обратно к Барьеру Справедливости, словно Сириус к Гарри Поттеру, которому угрожала смертельная опасность.
И несмотря на то, что, в данный момент, он ничего не просил у волшебного пламени, и не давал ему никаких обещаний, он БЕСПРЕПЯТСТВЕННО пробежал сквозь него.
И, к удивлению всех волшебников, собравшихся во дворе школы, снова оказался рядом с Мирриной.
Но уже не таким, каким он был в годы Второй Волшебной Войны, а красивым семнадцатилетним юношей.
Глаза Дамблдора расширились от удивления. И он тихо произнёс, обернувшись к Главе Небесного Министерства. — «Невероятно… Честно говоря, я не ожидал ПОДОБНОГО ЭФФЕКТА!»
«И я тоже, уважаемый коллега», — обескураженно признался Великий Мерлин.
А Тёмный Лорд не заметил своей трансформации. И обратился к Барьеру Справедливости громким и абсолютно несвойственным ему умоляющим голосом. — «ОТПУСТИ ЕЁ! НЕМЕДЛЕННО ОТПУСТИ! СЛЫШИШЬ?! ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА ПРИЧИНЯТЬ ЕЙ ВРЕД! Потому что она не сделала НИЧЕГО ПЛОХОГО!»
«Нам это известно, мистер Реддл…» — неожиданно раздались в глубине огненной преграды несколько умиротворённых голосов, напоминающих голоса Бестелесных Стражей. — «И, поверьте, ни у кого из нас даже в мыслях не было причинять вред потомку Великого Мерлина… Просто, таким образом, мы предотвратили проникновение этой юной леди в Мир Мёртвых… По крайней мере, до того момента, пока не истечёт время, отведённое ей на Земле Создателем Мироздания…»
И в тот же миг, огненные руки, которые держали Миррину за запястья, удлинились в несколько раз. И осторожно поставили её рядом с выходом из Зеркала Еиналеж, подальше от огненной преграды.
А потом эти руки снова втянулись в Барьер Справедливости.
После чего — оттуда вышли два человекообразных существа, которые были чуть выше старосты Хаффлпаффа. И эти существа выглядели как дементоры в красных саванах, объятые золотым пламенем. И лица у этих существ напоминали человеческие черепа без кожи, отполированные до блеска. А в их глазницах ярко светились золотистые огни.
Дементоры в красных саванах остановились в двух футах от огненной преграды и продолжили свои объяснения. — «Потому что живому существу КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕЛЬЗЯ проходить через Барьер Справедливости. Иначе это поспособствует неминуемому разрушению Незримых Врат, что, вне сомнений, приведёт к глобальной катастрофе».
«Извините… Я… Этого не знала» — виноватым голосом произнесла Миррина.
«Что это за чудовища?» — испуганно прошептал Рон, обернувшись к Дамблдору.
«Это не чудовища, Рон», — спокойным голосом пояснил бывший директор Хогвартса. — «А Огненные Стражи, которые являются частью Барьера Справедливости».
«И… Много ли таких стражей в этом барьере?» — осторожно поинтересовалась Гермиона.
«Ну-у, насколько мне известно, несколько миллиардов», — ответил Дамблдор.
«Мерлинова Борода…» — сдавленным голосом произнёс Рон.
А молодая герцогиня покосилась на компанию, собравшуюся снаружи Зеркала Еиналеж, и снова обратилась к сущностям, объятым пламенем. — «Огненные Стражи! Пожалуйста, позвольте мне поговорить с Томом Реддлом. Хотя бы несколько минут!»
«Хорошо, юная леди», — кивнули Огненные Стражи. И снова вернулись в Барьер Справедливости. — «Мы не возражаем…»
«Спасибо…» — поблагодарила их Миррина.
А Тёмный Лорд быстро подбежал к молодой герцогине, и обратился к ней слегка обеспокоенным голосом. — «Тебе очень больно? Ожоги на руках сильные?»
Молодая герцогиня, обескураженная его вопросом, посмотрела на свои запястья и отрицательно покачала головой. — «Если честно, их вообще нет, Том… Потому что, как мне показалось, пламя этой огненной преграды не похоже на настоящий огонь… А чем-то напоминает тёплую воду, которая бывает в Чёрном Озере в середине лета…»
«Что ж… Этому можно только порадоваться…» — сделал вывод Тёмный Лорд, покосившись на огненную преграду.
А Миррина снова обратилась к нему. — «Послушай, Том, а почему ты не хочешь вернуться на Землю? Ведь когда-то ты мечтал жить вечно… И ради этого создавал крестражи…»
«Да… Я мечтал жить вечно, Мирри. И ради этого создавал крестражи», — со вздохом отозвался Тёмный Лорд. — «Хотя, лучше бы я этого не делал…»
Гарри, Рон и Гермиона удивлённо переглянулись.
А Тёмный Лорд продолжил, отрешённо глядя на огненную преграду. — «Потому что, как выяснилось, после того как истекает срок нашего пребывания на Земле, наша жизнь ни на секунду не прекращается, а продолжается в ином Мире, где у каждого из нас появляется новое тело, очень похожее на то, что было у нас прежде. Но только это тело более совершенное… Без каких-либо физических изъянов и признаков старения… Однако, каким бы превосходным ни было наше новое тело, условия нашей будущей жизни полностью зависят от тех поступков, которые мы совершали в годы своего пребывания на Земле. Но, к сожалению, я понял это слишком поздно… После того, как оказался в Преисподней…»
С этими словами, он снова обернулся к молодой герцогине. — «Хотя, вынужден признаться… Благодаря тебе, Мирри, моё нынешнее существование в этом чудовищном месте будет НАМНОГО КОМФОРТНЕЕ того, которое я получу, если приму предложение Великого Мерлина…»
«Почему ты так думаешь?» — удивлённо поинтересовалась молодая герцогиня.
«Ну-у, во-первых, потому что никто в Мире Волшебников, кроме Беллатрисы, не будет в восторге от того, что я вернулся на Землю», — мрачно усмехнулся Тёмный Лорд. — «А это значит, что я сразу стану изгоем, которого все здравомыслящие люди, а также гоблины и домашние эльфы, начнут избегать, словно оборотня в момент его вынужденной трансформации. А во-вторых, как только мои бывшие сторонники, оставшиеся в Мире Мёртвых, узнают, что я воспользовался предложением твоего великого предка, они, вне сомнений, добьются у Главы Совета Высших Сил Неоспоримого Права ежедневно проклинать меня… И это превратит мою новую жизнь на Земле в кошмар. Потому что я, ещё в годы своего обучения в Хогвартсе, случайно слышал от призрака Толстого Монаха, что если Глава Совета Высших Сил предоставляет усопшему человеку Неоспоримое Право заслуженно проклинать своего ЖИВОГО ВРАГА, этого ЖИВОГО ВРАГА ждёт САМАЯ НЕЗАВИДНАЯ УЧАСТЬ, которую только можно вообразить…»
Великий Мерлин, услышав его слова, быстро подошёл к Зеркалу Еиналеж и снова обратился к Тёмному Лорду. — «Уверяю тебя, Том… Никто из твоих бывших сторонников и других чернокнижников, находящихся в Мире Мёртвых, НИКОГДА не обратится к Главе Совета Высших Сил за Неоспоримым Правом заслуженно проклинать тебя! Потому что никто из них не рискнёт повторить твой сегодняшний поступок и пройти через Барьер Справедливости. За исключением Квиринуса Квиррелла… И, как бы странно это не прозвучало, Геллерта Гриндевальда… Но, в данный момент, даже они не готовы к такому ответственному шагу. Однако, каждый из них, втайне от других узников Преисподней, обязательно уговорит своих Живых Покровителей заказать им побольше Панихид, чтобы получить возможность вернуться к жизни в день следующего Открытия Незримых Врат, которое произойдёт ещё ОЧЕНЬ НЕСКОРО… По крайней мере, так написано в Небесных Книгах Их Судеб».
«Что ж! Я этому рад, Владыка Мерлин», — со вздохом отозвался Волан-де-Морт. — «Но, как я уже говорил, своего решения я НЕ ИЗМЕНЮ».
Глава Небесного Министерства пожал плечами. — «Что ж! Это твоё право, Том…»
«Я знаю», — кивнул Тёмный Лорд. И снова направился к Барьеру Справедливости. — «Поэтому, прощайте!»
«Прощай, Том…» — прошептала ему вслед Миррина.
Волан-де-Морт услышал её голос, и, неожиданно остановившись перед огненной преградой, снова развернулся и быстро подошёл к молодой герцогине. — «Ах, да… Чуть не забыл… Вот, Мирри, возьми. Они тебе пригодятся».
С этими словами, он вытащил из внутреннего кармана своей мантии букет из маленьких голубых цветов.
«Небесные незабудки?» — удивилась Миррина.
«Именно так», — кивнул Тёмный Лорд. — «Поставь их в чистую прохладную воду. Но только не созданную с помощью магии. И они никогда не завянут. А та вода, в которой они будут находиться, обретёт свойства Слёз Феникса. А если их кто-нибудь украдёт, они через минуту исчезнут у этого вора. И снова окажутся в том месте, где ты их оставила».
«Ух, ты! Потрясающе!» — радостно воскликнула Миррина, взяв у Тёмного Лорда букет волшебных цветов.
А потом взглянула на его ладони и удивлённо прошептала. — «Вот только… Очень странно…»
«Что именно?» — в недоумении поинтересовался Волан-де-Морт.
«Твои руки, Том…» — ответила Миррина. — «На них нет НИКАКИХ ОЖОГОВ! Хотя Великий Мерлин сказал, что цветы, сорванные на Небесных Полях Счастья и Гармонии, всегда причиняют узникам Преисподней мучительную боль и оставляют на их ладонях сильнейшие ожоги!»
Тёмный Лорд пожал плечами. — «Ну-у… Наверное, я исключение из правил. Потому что, когда Бестелесные Стражи передавали мне эти волшебные цветы, мучительной боли от прикосновения к ним я ни разу не испытывал. И никаких ожогов у меня не было».
Глаза Великого Мерлина расширились от удивления. — «ЧТО?! ТЫ НЕ ИСПЫТЫВАЛ БОЛИ от прикосновения к этим цветам, и они НЕ ОСТАВИЛИ на твоих ладонях ожогов?»
«Именно так, Владыка Мерлин», — кивнул Волан-де-Морт, подняв повыше свои руки, чтобы Главе Небесного Министерства было их хорошо видно.
«В таком случае, ты ОБЯЗАТЕЛЬНО должен вернуться на Землю, Том. И начать новую жизнь!» — потребовал Глава Небесного Министерства. — «Потому что ты уже не такой, каким был раньше!»
Однако Тёмный Лорд отрицательно покачал головой. — «Нет, Мерлин, я не вернусь. Поскольку НЕ СМОГУ пообещать Барьеру Справедливости, что, в своей новой жизни, никогда не буду использовать чёрную магию!»
«А что если… Фантом ИПЭ поможет тебе?» — неожиданно предложила Миррина.
«Фантом ИПЭ?!» — в недоумении обернулся к ней Тёмный Лорд.
«Именно!» — кивнула молодая герцогиня. — «Ведь, если ты позволишь ему раствориться в своей душе, твоё мировоззрение полностью изменится! И ты уже никогда не сможешь быть чернокнижником! И все твои потомки, которые родятся волшебниками, будут использовать исключительно Магию Добра и Света! А ещё у тебя появится дар настоящего Прорицателя, как у Скорпиуса!»
«Что скажешь, Том?» — снова обратился к Волан-де-Морту Великий Мерлин.
«Используйте свой шанс, мистер Реддл! Не теряйте его!» — неожиданно донеслись из глубины Барьера Справедливости голоса двух Огненных Стражей.
Тёмный Лорд покосился на огненную преграду и со вздохом согласился. — «Ладно… Я готов…»
«Отлично!» — радостно воскликнул Глава Небесного Министерства. И сразу обратился к своему фантому ИПЭ. — «Солнечный Зайчик! Лети сюда!»
И бело-серебристый светящийся зверёк, который висел в воздухе неподалёку от золотого котла, моментально подлетел к Великому Мерлину. — «ИПЭ!»
«Том Реддл хочет, чтобы один из фантомов ИПЭ исцелил его душу и растворился в ней», — громко объявил Глава Небесного Министерства бело-серебристому зверьку. — «Чтобы ни у него, ни у его будущих потомков, родившихся волшебниками, не было ни малейшего желания заниматься чёрной магией, а также причинять кому-либо незаслуженный вред. Поэтому я хочу доверить тебе эту ответственную миссию».
Солнечный Зайчик кивнул и неторопливо влетел в Зеркало Еиналеж.
А потом приблизился к Тёмному Лорду, который стоял рядом с Мирриной, и, заглянув ему в глаза, отрицательно покачал головой.
После чего, снова обернулся к Великому Мерлину. И громко произнёс на своём языке. — «ИПЭ-ИПЭ! ИПЭ!»
«Что он говорит?» — тихо поинтересовался Рон у Гарри.
«Он говорит, что душа Тома Реддла НЕ НУЖДАЕТСЯ В ИСЦЕЛЕНИИ!» — сдавленным шёпотом отозвался известный мракоборец, удивлённо глядя на Волан-де-Морта. — «Потому что, в виду сложившихся обстоятельств, она давно ИСЦЕЛИЛАСЬ САМА!»
«ЧТО?!» — возмущённо воскликнул Рон. — «Фантом ИПЭ, созданный Мерлином, СПЯТИЛ?»
Гермиона с укоризной посмотрела на своего мужа. — «Фантом ИПЭ не может спятить, Рональд! Это даже теоретически невозможно!»
«ИПЭ-ИПЭ! ИПЭ!» — снова донёсся из Зеркала Еиналеж звонкий голосок Солнечного Зайчика.
«Ну, а теперь что он говорит?» — поинтересовался Рон, мрачно покосившись на бело-серебристого зверька.
«Он говорит, что если Волан-де-Морт хочет, он ГОТОВ раствориться в его душе», — чуть слышно перевёл Гарри слова Солнечного Зайчика. — «Чтобы, таким образом, передать заложенные в нём частицы добра и света его будущим потомкам».
«Да, давай… Я согласен…» — неожиданно донёсся из Зеркала Еиналеж голос Тёмного Лорда.
И глаза Рона расширились от удивления. — «ЧТО?! Волан-де-Морт ПОНИМАЕТ речь фантома ИПЭ?»
Гарри сглотнул воздух и произнёс обескураженным голосом. — «Ну-у… Ты же сам всё слышал, приятель».
«А вот это действительно НЕВЕРОЯТНО!» — прошептала Гермиона.
«И-П-Э-Э!» — снова раздался в Зеркале Еиналеж писк Солнечного Зайчика, который со скоростью снитча влетел в грудь Тёмного Лорда.
«ИСЦЕЛЯЮ!» — эхом донёсся до ушей Гарри его звонкий голос.
И в тот же миг, мощная невидимая энергия подняла Тёмного Лорда вверх на пять футов. А потом его тело засияло солнечным светом. И потоки этого света вылетели из Зеркала Еиналеж, заставив всех волшебников, собравшихся во дворе школы, на мгновение зажмурить глаза.
А потом эти потоки света исчезли. И Тёмный Лорд снова опустился на землю рядом с Мирриной.
«Ух, ты! Круто!» — восхищённо прошептал младший сын Гарри.
«Интересно… И что теперь будет?» — обеспокоенно поинтересовалась знаменитая писательница.
Скорпиус поспешно вытащил из своего кармана несколько Карт Таро, и, едва взглянув на них, произнёс радостным голосом. — «Всё будет ПРЕВОСХОДНО, леди Роулинг!»
А Глава Небесного Министерства Магии снова обратился к Тёмному Лорду. — «Ну, ладно, Том… Можешь возвращаться в Мир Живых!»
И Беллатриса, услышав его слова, несколько раз подпрыгнула от восторга, подобно старосте Хаффлпаффа. И, не имея возможности справиться с бурей охвативших её эмоций, громко прокричала на весь двор Хогвартса, крепко прижав к себе Гермиону. — «УРА! УРА! УРА! О, МЕРЛИН! КАК ЖЕ Я СЧАСТЛИВА!»
«БЕЛЛАТРИСА!» — прохрипела жена Рона, которую объятья эксцентричной родственницы Скорпиуса сдавили, словно стальные тиски.
«Что?» — слегка рассеянным голосом произнесла она.
«ОТПУСТИ МЕНЯ!» — сдавленным шёпотом потребовала Гермиона.
И Беллатриса мгновенно разжала свои руки. — «Ой… Извини! Это неосознанно получилось, честно!»
А жена Рона кашлянула и сердито покосилась на неё. — «Кхе! Кошмар… Если ты меня ещё раз ТАК обнимешь, мне, скорее всего, придётся обратиться к мадам Помфри за микстурой от гематом!»
«Это верно», — усмехнулся Великий Мерлин.
А потом обернулся к САМОЙ ЭКСЦЕНТРИЧНОЙ родственнице Скорпиуса и произнёс серьёзным голосом. — «И, хотя я понимаю твою радость, Белла, я вынужден попросить тебя выражать свои эмоции менее бурно и громко. Потому что Миррина сейчас должна будет завершить Ритуал Открытия Незримых Врат, чтобы Том Реддл, наконец, сумел выйти из Зеркала Еиналеж. И будет лучше, если она это сделает в полной тишине, чтобы не допустить никакой ошибки».
«Да, Владыка Мерлин. Разумеется!» — поспешно отозвалась Беллатриса.
И Глава Небесного Министерства снова обернулся к своему потомку. — «Отлично. В таком случае, можешь начинать, Мирри».
Молодая герцогиня кивнула и быстро вышла из Зеркала Еиналеж. — «Хорошо!»
А потом подняла с земли свою сумку, и вытащила оттуда небольшой конверт из кожи уэльского дракона с аккуратно сложенными в нём зелёными листьями падуба, к которым были применены чары длительного сохранения свежести. — «Значит так… Мне понадобится ещё один лист падуба с именем последнего волшебника из вашего списка. Вот он…»
И сразу написала своим указательным пальцем на этом листе три слова.
После чего — поднесла этот лист к золотому котлу и продолжила свои объяснения. — «А теперь — надо опустить этот лист падуба в золотой котёл и сказать вслух имя и фамилию этого волшебника, чтобы он сумел вернуться в Мир Живых».
С этими словами, Миррина бросила лист падуба в золотой котёл, и, повернувшись лицом к Зеркалу Еиналеж, громко произнесла. — «Том Марволо Реддл!»
И в ту же секунду, по Зеркалу Еиналеж пробежали витиеватые серебристые молнии. И Тёмный Лорд медленно вышел из этого зеркала. И, стараясь не смотреть на многочисленных волшебников, собравшихся во дворе школы, остановился рядом с молодой герцогиней, которая сразу протянула ему свою правую руку. — «Добро пожаловать на Землю!»
И Волан-де-Морт слегка пожал её руку. — «Спасибо, Мирри».
«Не за что, Том», — улыбнулась ему молодая герцогиня.
А в глазах Тёмного Лорда блеснула грусть, и он осторожно задал ей вопрос, который, по всей видимости, его давно беспокоил. — «Надеюсь, мы сможем остаться друзьями?»
«Конечно, Том», — уверила его Миррина. — «Я буду этому рада».
И в этот момент, Беллатриса, которая больше была не в состоянии сдерживать свои эмоции, громко завизжала. — «А я-то как буду РАДА!»
А потом подбежала к бывшему Тёмному Лорду, и, крепко обняв его, начала восторженно благодарить молодую герцогиню. — «Спасибо тебе, Миррина! СПАСИБО! СПАСИБО!»
И в тот же миг, Незримые Врата, расположенные в глубинах Зеркала Еиналеж, медленно закрылись.
И невидимые эфемерные наручники, а также цепи, объятые эфемерным пламенем, которыми все Участники Ритуала Открытия Незримых Врат, кроме Миррины, по-прежнему были прикованы к золотому котлу, бесследно исчезли.
И из золотого котла сразу перестал исходить поток света.
И список усопших волшебников, которые недавно вернулись в Мир Живых, превратился в серебристый туман и растаял в воздухе.
И серебряный меч Годрика, который лежал на земле, на секунду сверкнул бело-серебристым светом. А потом резко уменьшился в размере и снова трансформировался в волшебную палочку Скорпиуса.
И в Зеркале Еиналеж опять появилась отражающая поверхность.
И как только это произошло — Заместитель Великого Мерлина сразу топнул правой передней ногой. И, тем самым, прекратил действие Эссенции Абсолютной Тишины, которой недавно натёр Зеркало Еиналеж.
И Древний Дух Хогвартса, обитающий в этом зеркале, снова стал слышать из своего пристанища голоса и звуки, которые раздавались в школе, а также на прилегающей к ней территории.
Поэтому высунул из зеркала свою львиную голову, и, оглядевшись по сторонам, неожиданно заметил на дне золотого котла статуэтку печального кабана-бородавочника с отломанным крылом.
Глаза Древнего Духа расширились от удивления, и он поспешно выбрался из зеркала.
А Беллатриса, едва увидев его, испуганно вздрогнула, и, выпустив из своих объятий бывшего Тёмного Лорда, отскочила в сторону, словно шишуга, укушенная докси. — «А-А-А-А-А! ЧТО ЭТО?!»
Том Реддл с облегчением вздохнул.
А Гермиона с усмешкой обернулась к эксцентричной родственнице Скорпиуса. — «Ну-у, если я правильно поняла, Древний Дух нашей школы. Дракон Хогвартис».
«Именно так», — подтвердил её слова золотистый зверь с длинным змеевидным телом, львиной головой, огромными птичьими крыльями и барсучьими лапами.
А потом заглянул в золотой котёл и чуть слышно добавил. — «И, должен признаться, я вам ОЧЕНЬ БЛАГОДАРЕН, дамы и господа».
«Благодарны? За что?» — в недоумении поинтересовалась Гермиона.
«За то, что вы нашли мою невесту. Филомену», — ответил Древний Дух, указав своим хвостом на дно золотого котла.
Студенты и преподаватели школы удивлённо переглянулись. — «НЕВЕСТУ?»
А Рон невольно вспомнил о летнем переполохе, который он вместе со своей женой и Гарри устроил в Английском Министерстве Магии, когда пытался забрать из Самой Тайной Комнаты Отдела Тайн таинственную силу под названием ЛЮБОВЬ, и с усмешкой произнёс. — «Ну-у… Нам это практически ничего не стоило, сер!»
Гарри покосился на своего приятеля и весёлым голосом подтвердил его слова. — «Да! Это точно!»
А потом посмотрел на золотой котёл и со вздохом добавил. — «Вот только… Мы до сих пор не догадались, как её оживить».
«Не беспокойтесь, я легко с этим справлюсь», — уверил его дракон Хогвартис, слегка наклонив к золотому котлу свою голову.
А потом прикоснулся носом к статуэтке печального кабана-бородавочника. И эта статуэтка медленно вылетела из золотого котла и опустилась на землю рядом с Драконом Хогвартисом.
После чего — увеличилась до размера норвежского чёрного дракона, и, сверкнув золотистым светом, превратилась в спящее живое существо, похожее на золотистого кабана-бородавочника с золотистыми птичьими крыльями, одно из которых было отломано до половины.
«Ух, ты! Потрясающе!» — восхищённо воскликнул Колин Криви, щёлкнув затвором своего фотоаппарата.
А Древний Дух Хогвартса встряхнулся, словно промокший зверь, и, создав вокруг себя бесчисленное количество золотистых искр, похожих на сверкающие капли воды, тоже увеличился до размера норвежского чёрного дракона.
А потом наклонился к своей спящей невесте и слегка коснулся её головы своим львиным носом.
И в тот же миг, у Филомены восстановилось её сломанное крыло и исцелился повреждённый хвост. А потом она открыла глаза со светящимися, словно солнце, золотистыми зрачками, и, едва увидев так называемого Древнего Духа школы, удивлённо прошептала. — «Хогвартис?»
«Рад тебя видеть, Филомена», — чуть слышно произнёс так называемый Древний Дух, не обращая внимания на то, что Колин Криви продолжал увлечённо его фотографировать.
«Я так долго искала тебя», — со вздохом призналась Филомена, уткнувшись носом в его шею. — «И ни на минуту не прекращала поисков. Пока не оказалась в плену у Улика Гампа».
«В плену у Улика Гампа?! Что вы имеете в виду?» — удивлённо поинтересовался министр магии.
«Ну-у… Я потом вам всё объясню, мистер Бруствер», — уверил его Гарри.
А Древний Дух снова обратился к своей невесте. — «Я тоже искал тебя, Филомена. Много лет. И очень счастлив, что мы опять вместе».
«Да!» — радостно воскликнула Гермиона. — «И теперь вы можете спокойно улететь домой! А через тысячу лет — снова вернуться на Землю, чтобы завершить возложенную на вас миссию!»
«О какой миссии идёт речь?» — удивлённо поинтересовалась Макгонагал.
«Мы должны были спасти вашу планету от гибели в результате скопившихся на её орбите негативных эмоций», — со вздохом пояснил Древний Дух. — «И наполнить души и сердца всех живущих здесь разумных существ добротой, а также стремлением к гармонии и справедливости. Однако трагедия, которая произошла с нами несколько столетий назад, не позволила нам этого сделать».
«А теперь у вас есть возможность всё исправить?» — осторожно поинтересовался министр магии.
Но Древний Дух отрицательно покачал головой. — «Сомневаюсь, мистер Бруствер. Потому что, в момент нашего падения на Землю, мы с Филоменой потеряли свои ожерелья, помогающие нам дышать в космическом пространстве. Поэтому нам придётся остаться на Земле до тех пор, пока наши многочисленные сородичи случайно не заметят нашего отсутствия и не прилетят к нам на помощь».
«Вам не придётся дожидаться помощи от своих сородичей, мистер Хогвартис», — неожиданно заявил Снейп. — «Потому что одно из ваших ожерелий у меня».
Древний Дух мгновенно обернулся к нему. — «У вас?»
«Откуда?» — удивлённо поинтересовалась Филомена.
«Долго объяснять», — со вздохом признался Северус, покосившись на Гарри, Рона и Гермиону.
И сразу обратился к известному мракоборцу, который стоял рядом с золотым котлом. — «Мистер Гарри… Можете принести его прямо сейчас?»
«Разумеется, профессор», — кивнул тот. И быстро подошёл к Зеркалу Еиналеж.
А потом открыл в нём портал, ведущий в кабинет Северуса, и, едва оказавшись в этом кабинете, взмахнул своей волшебной палочкой. И снял со шкафа смертоносный магический артефакт. — «Акцио! Проклятое Ожерелье!»
«Проклятое Ожерелье?!» — удивлённо воскликнула директриса школы.
«Вообще-то, это ожерелье не проклято, госпожа Макгонагал», — сказал Гарри, осторожно выходя из зеркального портала вместе со смертоносным украшением, которое медленно летело перед ним по воздуху. — «Потому что, как мы случайно выяснили в прошлом году, изначально оно принадлежало предкам Дракона Хогвартиса. И было сделано из редких космических минералов, напоминающих опалы. И эти минералы абсолютно безопасны и даже полезны для существ, похожих на Древнего Духа нашей школы. Потому что они помогают им беспрепятственно дышать в безвоздушном космическом пространстве. Однако для жителей Земли эти минералы подобны Убивающему Проклятью. Поскольку любое прикосновение к ним — вызывает неминуемую смерть».
«Удивительно…» — прошептала Макгонагал.
А дочь Гермионы снова обратилась к Древнему Духу. — «Простите, мистер Хогвартис, а можно задать вам вопрос?»
«Разумеется, юная леди», — кивнул тот. И силой своей мысли подхватил смертоносное ожерелье, которое Гарри удерживал в воздухе с помощью левитационной магии.
А потом, силой своей мысли, увеличил это ожерелье в несколько раз. И осторожно надел его на шею себе и своей невесте.
«Если вы сейчас улетите… Наша школа больше не будет самым безопасным местом на Земле?» — обеспокоенно продолжила дочь Гермионы. — «И основанный вами Факультет Справедливости перестанет существовать?»
«Факультет Справедливости никогда не перестанет существовать, мисс Уизли», — уверил её Древний Дух. — «И я навеки останусь его единственным деканом. И Хогвартс будет самым безопасным местом на Земле до тех пор, пока не исчезнет Млечный Путь. Просто наблюдать за событиями, происходящими в Хогвартсе, и оказывать помощь студентам своего факультета, я теперь буду из глубины Вселенной. И в этом мне поможет частица Зеркала Еиналеж, которую я заберу с собой».
С этими словами, он вытащил один из минералов, вставленный в Проклятое Ожерелье, и, бросив его на землю, наступил на него лапой, тем самым, превратив его в чёрную пыль, которая почти сразу исчезла.
А потом отломил от рамы Зеркала Еиналеж маленький кусочек и вставил его на место вытащенного минерала. И этот кусочек Зеркала Еиналеж сразу стал единым целым с ожерельем Древнего Духа.
А Роза грустно вздохнула. — «Это, конечно, хорошо, сер. Вот только, очень жаль, что когда вы снова вернётесь на Землю, мы все уже переселимся в Царство Великого Мерлина».
«Вы правы, юная леди», — кивнул Древний Дух. — «Однако, ваши потомки, вне сомнений, смогут встретиться с нами. И, вероятнее всего, они будут знать о том, что вы для нас сделали. Поэтому у них появится повод гордиться своими предками».
«Именно так», — подтвердила его слова Филомена, слегка наклонив голову к загрустившей Розе и коснувшись её щеки своим золотистым носом.
«Ох! Моя голова! И рёбра! И ПАЛЬЦЫ!» — неожиданно раздался поблизости громкий возглас Аманды, которая, в этот момент, пришла в сознание, и, с трудом поднявшись на ноги, возмущённо оглядела себя со всех сторон.
И все волшебники, собравшиеся во дворе школы, почти одновременно обернулись в её сторону…
 |
|
|
Аннотации мне хватило. Спасибо за сэкономленное время.
|
|
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу