Записи хостов и игроков но сюжет арок другой (гет)

Нин Шу была немного взволнована, когда пришло время отправляться. Она была облачена в полный комплект брони — тяжелый куяк с начищенными до блеска стальными пластинами. Её длинная коса была спрятана под шлемом-шишаком, а на плечах крепился алый плащ, который тяжело развевался на ветру.

Нин Шу посмотрелась в медное зеркало, вполне довольная своим видом.

— Царевна выглядит, как грозный воевода! — похвалила Васька. — Вы, верно, самый статный воин во всем войске!

— Девка, ты явно знаешь, что говоришь, — Нин Шу шутливо щелкнула Ваську по носу, а затем добавила серьезно: — Наталья уходит. Присматривай за подворьем.

— Раба твоя будет ждать возвращения Царевны! — выдохнула Васька, едва сдерживая слезы. — Вернись в полном здравии, матушка.

Когда Нин Шу встретила взгляд Васьки, в голове промелькнула странная мысль. Девчонка будто провожала суженого на смертный бой. Нин Шу поспешно отвернулась, чтобы скорее уйти. Ей казалось, что она никогда не отделается от этого тяжелого взгляда.

— Царевна, вернись целой и невредимой! Ждать тебя буду, ах! — крикнула Васька вслед, махав вышитым платком.

От неожиданности Нин Шу чуть не соскользнула с седла. Она покрепче перехватила вожжи и пустила коня галопом к плацу.

В тишине огромного поля перед крепостными стенами витала суровая аура. Слышен был только хлопок тяжелых знамен на ветру. Тысячи ратных людей стояли в идеальном строю, облаченные в доспехи. В руках они держали длинные копья и бердыши. Порядок на плацу внушал трепет.

(Прим.: Бердыш — длинный топор с лезвием в виде полумесяца, типичное оружие русских стрельцов того времени).

Великолепная, подавляющая мощь этого зрелища, казалось, подпирала само небо. Страсть заполнила сердце Нин Шу. Впервые она увидела красоту в холодной и жестокой войне.

За семью. За страну. За веру!

По всему телу пробежали мурашки от этого яростного патриотизма. Это были не только её собственные чувства, но и отголоски эмоций хоста.

Она направилась в сторону князя Мстиславского. Он тоже был в полном доспехе, а его поседевшая борода придавала ему вид мудрого героя, прошедшего через огонь и воду.

Нин Шу заметила, что рядом с ним, как тень, стоял Даниил Холмский. Судя по всему, князь и впрямь решил дать ему шанс. Даниил тоже был в броне, и это придавало его лицу особую доблесть. Неудивительно, что хост в него влюбилась — когда Холмский был на коне, он казался неотразимым.

Мстиславский приветственно кивнул Нин Шу. Та лишь мельком взглянула на Даниила, прежде чем демонстративно отвернуться. Холмский явно хотел что-то сказать, но, увидев, что она относится к нему как к совершенно чужому человеку, лишь сжал зубы от досады и беспомощности.

Бум, бум, бум…

Рокочущий гул литавр разнесся по всему плацу. Ритм барабанов бил в такт сердцам солдат, возбуждая в них воинственный пыл.

Внезапно над полем пронесся зычный крик:

— Государь идет!

Появился Иоанн.

На нем был черный кафтан, расшитый золотыми птицами, а голову венчала тяжелая Шапка Мономаха. Он излучал такую величественную ауру, словно сам был воплощением власти над всем миром.

В тот момент, когда показался Иоанн, атмосфера стала еще более торжественной и строгой. Все затаили дыхание. Затем раздался оглушительный грохот — солдаты как один опустились на колено, и над полем взметнулся многотысячный клич:

— Слава Государю! Боже, Царя храни!