Ахерон (джен)

Ахерон провел на крыше около часа, прежде чем нашел в себе силы встать. Вся жидкость в его организме за это время успела обратиться в слезы. Если бы не данное Дену обещание, он, вероятно, пробыл здесь еще долго, как следует предаваясь скорби.

Но беспокойство за живых, как всегда, пересилило тоску по мертвым, заставляя принца вновь расправить едва зажившие крылья.

Конечно, со взлетом пришлось повозиться — он в очередной раз убедился, что ненавидит подниматься на высоту без удобного кресла и парочки парашютов под ним. Но все еще висящий над городом самолет просто не оставлял выбора. Оставалось только вспоминать полеты пятисотлетней давности и стараться не смотреть вниз.

Когда, не без труда открыв в воздухе тяжелую дверь, инженер ввалился в кабину, Ден сразу же бросился к нему.

— Где ты был? И где Март?!

Принц проигнорировал вопросы, бегло оглядывая парня на предмет травм. Не обнаружив ничего, за исключением подсохшей струйки крови на виске, он кратко бросил:

— Аптечка под креслом.

И отвернулся к приборам.

Послышался скрип отодвигаемого сиденья. В зеркальце Ахерону было видно, как Ден возится с белым пластмассовым чемоданчиком. Лекарства в нем, если верить демонам, точь-в-точь соответствовали земным, так что инженер счел дополнительные инструкции излишними.

В воздухе разлился резкий аромат медицинского спирта. Парень стер кровь клочком ваты и снова оглянулся на своего пилота.

— Выглядишь дерьмово, — сообщил он. — Все в порядке?

— Помнишь, ты спрашивал, кто такой Март?

— Помню. А что?

— Так вот. Он свалился мне на голову четырнадцать лет назад. В буквальном смысле.

— Откуда?

— Угадай с трех раз.

— Эм... с крыши?

— Выше бери.

— С неба? Так он что, реально ангел?!

— Догадливый, — принц печально усмехнулся. — Всех, кто умирает при рождении, Небеса забирают себе. Я не знаю, что с ним было не так, но его почему-то бросили. Вниз. А я терпеть не могу умирающих.

— И ты его спас?

— А куда деваться было? Все лучше, чем одному.

— Ты разве не видел, что он не демон?

— Видел, и что с того? Ему даже крылья с нимбом не дали перед тем, как выкинуть. Системные, правда, телепатически пытались связаться, но это дело я на корню!

— Вы правда как родные. Ты так о нем заботишься, — Ден улыбнулся, и у Ахерона кольнуло в груди.

— Не «как», а родные.

— Ну да. Извини.

— Ничего. Все равно ты скоро домой вернешься. Да, и... если вдруг встретишь на Земле кого-то, кто будет похож на Марта, будь с ним помягче, окей?

— Ладно, а Март-то где?

— Дома. Скоро будет дома.

— Рад, что все обошлось.

Ахерон не ответил, лишь пальцы на руле сжались немного сильнее. Всю оставшуюся дорогу в самолете стояло молчание. Принц думал, что Ден станет и дальше расспрашивать его о случившемся, но тот, похоже, пытался обдумать все самостоятельно. Впрочем, такой вариант развития событий инженера более чем устраивал.

Пройдя через Просвет, самолет поднялся над облаками. Ахерон видел эту картину в тысячный раз, Ден — лишь во второй. Если в Аду всегда царила полутьма, то Рай, как и полагалось по смешным человеческим книгам, был полной его противоположностью. Вместо привычного багрового неба глаз ласкала нежная голубизна. Ослепительный свет солнца отражался от белоснежной поверхности облаков-дирижаблей, преломляясь и распадаясь на радуги в хрустальных домах.

Ангелы, в отличие от демонов, жили нараспашку. Поскольку все они были единым разумом, скрывать что-либо друг от друга здесь не имело смысла. Единственным исключением с непрозрачными стенами являлись строения Лаборатории. Было ли это мерой предосторожности или проявлением еще человеческой стыдливости индивидуалистов, но они предпочитали ограничиваться окнами, и то делали их не везде.

Оглядываясь в поисках подходящего места для приземления, принц заметил на белом фоне облаков темную точку. Ангел спокойно стоял, разглядывая самолет. Ахерон подсознательно ощутил иррациональность — еще со времен войны он привык, что жители Небес только убивают или убегают. Этот же не делал ни того, ни другого.

Инженер провел посадку так мягко, как только мог. Обычно принц не задумывался об этом, уповая на удачу и ремни безопасности, но в этот раз он находился на чужой территории, причем с мирными намерениями. Кроме того, под пристальным взглядом ангела аккуратно приземлить самолет становилось делом профессиональной гордости.

Когда они затормозили, Ахерон ткнул Дена локтем.

— Просыпайся, приехали.

— Угу, — парень обернулся, и принц заметил, что его лицо приняло слегка зеленоватый оттенок.

— Что, укачало?

— Есть немного, — признался тот, открывая дверь, чтобы поскорее оказаться на свежем воздухе.

Когда они вышли, ангел все еще оставался на месте. Ден узнал его — это был тот самый ученый, который вывел его из лабораторий во время «нападения» демонов. Оглядев пассажиров самолета, он удовлетворенно кивнул сам себе и подошел поближе.

— Рад, что в этот раз вы решили не рвать дирижабли.

— В этот раз мы с приглашением, — без всякого намека на чувство вины отозвался Ахерон. — Квентин, я полагаю?

— Предположение верное, — ответил ангел. — Квентин Эдвардс, старший научный сотрудник Небесной Лаборатории.

— Ахерон, — сухо представился принц. — Дена, я полагаю, ты знаешь.

— Не было времени познакомиться, — ученый пожал плечами. — Квентин.

— Денис, — парень потряс протянутую руку. — Очень приятно.

— Взаимно. Ну, обмен любезностями закончен, идем? — не дожидаясь ответа, Квентин развернулся и направился в сторону ближайшего непрозрачного здания. — Самолет можете тут оставить, я всё уладил, как только узнал, что вы летите.

Ахерон, дернувшийся было следом, замер, как вкопанный.

— Узнал? Как это?

— С вами ведь ангел был, проще простого. Кстати, а где он?

— Неважно, — инженер сжал зубы. Ученый, сам того не подозревая, ударил по самому больному.

— Ладно, ты прав, — ангел махнул рукой, призывая остальных идти за ним. — Сейчас не до этого. Давайте быстрее.

— Ар, что-то не так? — встревоженно спросил Ден.

— Поторопись. Чем быстрее ты вернешься на Землю, тем меньше мне придется тут торчать, — неосторожные слова Квентина словно подлили масла в старую послевоенную неприязнь, разжигая ее заново.

Но принц не хотел ни с кем делить свое горе.

Следуя за ангелом, они добрались до нужного здания. Стеклянные двери послушно раздвинулись, пропуская гостей внутрь.

— Пришли, — ученый посторонился, давая им пройти. — Мой лабораторный корпус.

Ахерон фыркнул, оглядывая просторный холл, отделанный светлой плиткой.

— В Аду получше будет, — прокомментировал он. — И потолки повыше, а ведь у нас даже небо не бесконечное.

— То-то, слышал, у вас перенаселение, — не остался в долгу Квентин. — Эг, я вернулся! Ты спишь?

— Нет, — послышался ровный мужской голос. Одна из боковых дверей приоткрылась.

Принц недоуменно приподнял бровь. Съехавшая на одно плечо майка и щетина на подбородке второго ангела никак не вязались с образом сотрудника Лаборатории. Единственное, что роднило его с Квентином — темные круги недосыпа под глазами. Но, даже несмотря на внешнюю неаккуратность, этот ангел подозрительно напоминал...

Бред, полный бред. Что теперь, в каждого голубоглазого блондина всматриваться? Глупости. Ахерон просто еще не привык, что его больше нет.

— Эй, что не так? — Квентин положил руку на плечо своего товарища. — Выглядишь дерьмово.

— Эрик, — коротко выдохнул тот и помрачнел еще больше.

— Что с ним?

— У меня больше нет брата.

— О... — ученый замер. — И... как это случилось?

— Я забыл изолировать его разум после того сообщения. Военные преступники пробрались, и его...

Глаза Квентина слегка сузились.

— Полагаю, их личности?

— Удалил всё, — ангел нахмурился.

— Молодец, — ученый кивнул, сдвигая очки на лоб. — Убийцы детей не должны жить в Раю.

— Смотри, не потеряй, — его товарищ вздохнул, опуская их обратно. — Еще раз — и вместе с тобой их будет искать только твоя близорукость.

— А говорил, друзей не бросают, — закатил глаза Квентин. — Сделай мне кофе, а? По-братски!

— Двенадцатый раз за день? Ты с ума сошёл?!

— Одиннадцатый!

— Двенадцатый, Квен, двенадцатый! Никакого кофе!

— Ну Эгна-ар!

«Провоцирует мелкие проблемы, чтобы отвлечь этого Эгнара от большой, — пронеслось в голове у Ахерона. — А он умней, чем я думал».

— Ты что, опять не спал?

— Ради Луи — потерплю! Сегодня все может наконец решиться, ты понимаешь?

— Луи? — подал голос Ден, чье лицо все еще оставалось немного бледным.

Квентин обернулся, лицо его приняло виноватое выражение.

— А, я и забыл про вас. Идём, у меня в лаборатории есть таблетки от укачивания. Эг, увидимся позже.

Ангел оглядел гостей, будто только заметив их. При виде Ахерона его зрачки внезапно расширились.

— Погоди, — он дернул товарища за рукав. — Тебе ведь только один был нужен?

— Да, а что?

— Можем... на пару слов? — Эгнар перевел взгляд на принца.

— О чем мне с тобой говорить? — инженер нахмурился, изображая безразличие, хотя где-то внутри в этот момент сжался горький комок. Он испытывал к этому ангелу некое сочувствие: потеря братьев давалась нелегко им обоим.

— Есть... тема, — Эгнар оглянулся на Квентина. Тот понимающе кивнул, поспешно уводя Дена из комнаты.

Когда они остались наедине, ангел потянул принца в сторону двери, откуда явился ранее. За ней оказалась небольшая комната, заваленная упаковками от сладостей. Обертки от шоколада, ведерки от мороженого, бутылки от газировки — они были везде. Единственным чистым местом в комнате являлся стол, над которым висело несколько мониторов. Это напомнило инженеру гостиную его сестры. Единственное, что отличалось — один из экранов был разбит, а остальные светились, являя миру поставленное на паузу аниме, заставку с какой-то нарисованной девушкой и недоигранный уровень в симуляторе свиданий.

Эгнар, вошедший следом, испуганно выругался и тут же кинулся закрывать программы.

— Ты ничего не видел, лады?

Ахерон молча кивнул. За годы жизни среди людей ему встречались вещи и похуже, так что ангел совершенно зря тратил свои нервные клетки.

— Извини, у меня не прибрано. Просто холл — не лучшее место, — покончив со своим делом, поспешил объясниться тот. — Разговор очень личный, не хотелось бы, чтобы кто-то его услышал.

— Личный? Мы разве знакомы?

— Скажем так — в одностороннем порядке, — Эгнар неловко улыбнулся. — Ты меня не знаешь, но я много слышал о тебе.

— От ветеранов, что ли? — Ахерон приподнял бровь.

— Не-а. От Эрика.

— Твоего брата?

— Нашего брата, — ангел отвел глаза.

— У меня нет братьев, — сквозь зубы выдавил принц.

— У меня теперь тоже.

Инженер уставился на него в упор.

— Погоди. Ты хочешь сказать...

— Да. Ты звал его Мартом.

Принцу показалось, что его ударило током.

— Твой... брат?

Вот почему он чувствовал что-то знакомое. Это не было бредом, не было иллюзией. Ангел и правда был похож на Марта. Чем больше Ахерон смотрел, тем сильнее замечал это. Он казался его взрослой копией. Те же самые жесты, глаза, волосы...

— Я Эгнар, кстати. Эгнар Линд.

— Ахерон, — он пожал протянутую руку. — Но... как это вообще возможно?

— Ты не знал? У него была семья на Земле. Родители и я.

— О, — только и смог произнести принц. — И... что с ним...?

— Умер сразу же, как родился. А я вот, двенадцать лет спустя.

— Но Марту четырнадцать.

Ахерон прикусил губу, осознав, что все еще говорит о брате в настоящем времени.

— Ну да, я тут уже два года. Но он вырос в Аду, где ангелов не слишком-то жалуют. Представляешь его реакцию, если бы я заявился туда?

— М-да, — инженер потер затылок. Сам того не желая, он передал младшему свою неприязнь к Небесам. — Думаю, он был бы в шоке.

— Да не только он. Ты после войны тоже не слишком тепло к нам относишься.

— А ты откуда знаешь? — напрягся принц.

— Ну, как тебе сказать, — Эгнар пожал плечами. — Я за братцем, вроде как, присматривал.

— В каком смысле?

— Самом что ни на есть прямом. Твой ментальный барьер был довольно слабым. Я подправил его, но оставил себе небольшую лазейку.

— То есть ты шпионил за нами?

— Нет-нет, что ты! — ангел замахал руками. — Я не делился информацией с Раем! Я просто хотел наконец познакомиться с Эриком.

— Почему Эрик, кстати?

Эгнар отвел глаза.

— Мама так назвала.

— О. Извини, я не знал.

— Конечно. Он ведь попал сюда раньше, чем кто-либо из нашей семьи, еще и в войну.

— А как он оказался у нас? Насколько мне известно, в Раю не выбрасывают детей.

— Мутное дело, — ангел поморщился. — Когда военные действия прекратились, кому-то пришла идея отправить сотню-другую детей вниз в качестве шпионов. Личности мертвых солдат должны были подавить их разум, захватить тела и докладывать о положении дел в Аду. Но для большего сходства с демонами детям удалили крылья, а позаботиться о парашютах никому в голову не пришло.

— То есть они... — принц стиснул зубы.

— Да. Эрик — единственный, кому удалось спастись. Я сам себе не верил, когда обнаружил его живым. Спасибо, — Линд слабо улыбнулся. — Характер у него, конечно, не сахар, но...

— Не стоит, — покачал головой инженер. — У тебя замечательный брат.

— Ты был ему братом куда больше, чем я.

Ахерон почувствовал, как у него кольнуло в груди. Март не должен был оставаться в Аду. Его место всегда было среди ангелов.

Он заслуживал жить.

И во всех его несчастьях был виноват именно принц, не пожелавший выпустить солнечный луч за пределы своего темного мира. Не сумевший расстаться, когда пришло время. Готовый на все, лишь бы не оставаться в одиночестве. Нагло присвоивший чужое счастье быть нужным.

В отличие от многих, он был настоящим демоном.

— Как он умер? — нарушил повисшую тишину Эгнар.

— А?

— Эрик... ну, то есть Март. Он не сильно мучился?

— Ты разве не видел? Раз вы связаны...

— Нет. Когда личности погибших влезли ему в голову, соединение прервалось, и я не смог пробиться. Они быстро его убили?

— Убили?

— Ну да, подавили личность. Для ангелов это смертельно, если ты не знал.

— Они не смогли.

— Что? — Линд вздрогнул. — Так он...

— Разбился, — Ахерон опустил глаза. — Упал с самолёта.

— Так же, как остальных, — зло выдохнул ангел. — Четырнадцать лет ждали, сволочи...

— Прости. Я не успел его удержать.

— Не надо извиняться. Ты сделал всё, что мог.

— Я мог бы больше.

— Не глупи. Тут уже ничего не поделаешь. Ситуация хуже, чем у Квентина, а он над своей третий год бьется.

— Расскажи о нем.

— Что?

— Что за ситуация? Зачем ему это всё?

— Долгая история. Все из-за неё...

— Из-за кого?

— Луизы.