Вирус моего сердца (гет)

Мы решили вернуться на тот самый курорт — туда, где когда‑то провели нашу первую совместную неделю без миссий и тревог. Леон забронировал тот же домик с видом на океан, а я заранее упаковала в чемодан лёгкое платье, шляпу с широкими полями и тот самый плед, который стал символом наших воскресных пикников.

**

Самолёт приземлился ранним утром. Солнце только начинало припекать, а воздух уже пахнул теплом и запахом моря. Леон взял меня за руку, когда мы шли к выходу из аэропорта:

— Чувствуешь? — спросил он, вдыхая полной грудью. — Тот самый запах. Соль, солнце и свобода.

— Да, — улыбнулась я. — И ещё немного кокосового крема для загара.

Он рассмеялся:

— Значит, мы точно на правильном месте.

Домик встретил нас прохладой и видом на бирюзовую воду. Мы бросили чемоданы, переоделись в купальники и почти бегом бросились к пляжу.

**

Мы лежали на шезлонгах, загорали и болтали ни о чём. Леон, как и в прошлый раз, пытался построить «стратегическое укрепление» из песка — только теперь оно больше походило на замок с башнями.

— Видишь эту башню? — серьёзно объяснял он. — Это командный пункт. А здесь, у ворот, будет стоять охрана.

— То есть я? — уточнила я, поправляя шляпу.

— Нет, ты будешь королевой. А я — твоим рыцарем.

Я рассмеялась и бросила в него горсть песка:

— Тогда защити меня от этой страшной волны!

Мы побежали к воде, смеясь и толкаясь, как дети. Плавали, ныряли, а потом лежали на спине, покачиваясь на волнах.

Вечером пошли в тот самый бар на пляже. Гирлянды светились, как и раньше, музыка играла та же, а бармен, узнав нас, подмигнул:

— Вернулись? — спросил он. — Для вас уже готов ваш любимый коктейль и виски со льдом.

— Вы нас запомнили? — удивилась я.

— Пару, которая так смотрит друг на друга, сложно забыть, — улыбнулся он.

Леон поднял бокал:

— За нас. И за то, что мы вернулись.

**

На следующий день Леон предложил попробовать что‑то новое:

— Давай займёмся дайвингом? Говорят, недалеко есть коралловый риф с разноцветными рыбами.

— А если я испугаюсь какой‑нибудь огромной рыбы? — пошутила я.

— Тогда я её отпугну своим грозным видом. Или просто обниму тебя покрепче.

Инструктор оказался весёлым парнем с татуировкой осьминога на плече. Он терпеливо объяснял, как дышать под водой, как двигаться и как не пугать рыб.

Первое погружение было волшебным. Мы плыли над коралловым рифом, а вокруг сновали стаи разноцветных рыбок. Леон показал мне морскую звезду, а потом, обернувшись, показал большой палец — мол, всё хорошо. Я кивнула и улыбнулась в ответ, хотя под маской это вряд ли было видно.

Когда мы вынырнули, он схватил меня за руку:

— Ну как?

— Это было потрясающе! — выдохнула я. — Как будто попали в другой мир.

— В наш мир, — поправил он. — Где есть только мы, море и эти рыбки, которые теперь знают, что мы здесь счастливы.

**

Вечером мы решили устроить пикник на пляже. Развели небольшой костёр (разрешённый, с разрешения администрации), взяли с собой фрукты, сыр и термос с горячим шоколадом — Леон настоял:

— Контраст: море, песок и горячий шоколад. Это как символ того, что в жизни всегда есть место и приключениям, и уюту.

Мы сидели, смотрели на огонь и говорили о будущем. Не о миссиях и угрозах, а о простых вещах:

— Хочу однажды поехать с тобой в горы, — сказал Леон. — Не на задание, а просто так. Жить в домике с камином, гулять по тропам, пить горячий чай с мёдом.

— И чтобы там был кот, — добавила я. — Рыжий и пушистый. Он будет спать у камина, а мы будем смотреть на снег за окном.

— Договорились, — он взял мою руку. — Горы, камин, кот и мы. Звучит как план.

— А ещё хочу научиться печь пироги, — призналась я. — Настоящие, с яблоками и корицей. Чтобы ты приходил с работы, а дома пахнет выпечкой.

— Я готов работать сверхурочно ради такого, — подмигнул он.

Мы замолчали, слушая шум волн и треск костра. В этот момент всё казалось возможным.

**

Утром я проснулась от запаха кофе и чего‑то сладкого. Леон сидел на краю кровати с подносом: круассаны, апельсиновый сок, кофе с корицей и маленькая коробочка в синей обёртке.

— Что это? — спросила я, садясь и поправляя волосы.

— Просто подарок, — он улыбнулся. — Ничего грандиозного, но мне показалось, что это подойдёт.

Внутри оказалась серебряная подвеска — крошечная ракушка, точная копия той, что он подобрал на пляже в прошлый раз.

— Чтобы ты помнила, — тихо сказал он. — Не о курорте, а о том, что мы можем создать такое спокойствие и уют где угодно. Даже посреди бури.

Я надела подвеску, а потом обняла его так крепко, как только могла:

— Спасибо. Это самый лучший подарок.

**

В день отъезда мы снова пришли на пляж рано утром, чтобы встретить рассвет. Солнце поднималось над океаном, окрашивая небо в розовые и золотые тона.

— Знаешь, — сказал Леон, — я думал, что счастье — это когда нет угроз, когда всё спокойно и предсказуемо. А теперь понимаю: счастье — это когда ты рядом. Даже если вокруг буря, даже если завтра снова миссия.

— И я так же, — кивнула я. — С тобой я чувствую себя в безопасности. И в то же время свободной.

Он взял мою руку:

— Обещаю, что мы будем возвращаться сюда. Или находить новые места. Главное — вместе.

— И наши воскресенья у озера, — добавила я. — Они останутся.

— Конечно, — он поцеловал меня в ладонь. — Традиции важнее всего.

Мы собрали вещи, последний раз оглянулись на домик, на пляж, на море. В самолёте я положила голову Леону на плечо:

— Спасибо за этот отпуск.

— Тебе спасибо, — он обнял меня. — За то, что ты есть. И за то, что делаешь мою жизнь такой… настоящей.

**

Дома нас встретила Эшли с коробкой пирожных:

— Вижу, вы загорели, — улыбнулась она. — И выглядите так, будто нашли секрет счастья.

— Мы его не нашли, — ответил Леон. — Мы его создали.

Эшли подмигнула:

— Значит, в следующий раз поедете за секретом вечного лета?

— Возможно, — засмеялась я. — Но сначала — воскресенье у озера. У нас же традиция.

Леон сжал мою руку:

— Традиция, которую мы будем беречь.